Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Глава 16

На что способен человек в момент опасности? Никогда не думал, что мне придётся пережить опыт падения с высоты аж дважды. После прошлого я очнулся в крематории, после нынешнего, даже думать не хочу, где окажусь.

Расщелина была слишком широкой и уходила вверх, зацепиться не за что. Пальнул молнией чуть ниже, чтобы расколоть скалу. Да! Мне удалось сделать трещину, в которую можно втиснуть руку и остановить падение.

Ладонь напоролась на острый как бритва камень. Твою мать, как больно!

Ещё и спиной приложился, и живот разодрал. Ну зато удалось зацепиться. Я распластался всем телом по скале, подтянул себя чуть выше и снова ударил молнией, чтобы сделать углубление для второй руки. Вольт помогал как мог, цепляясь когтями за камень и удерживая меня зубами за воротник куртки.

Кое-как всё же удалось замедлиться и даже удержаться на месте. Ровно до того момента, как на нас сверху не свалился Семён Рыков, замыкающий наш спуск. Подхватив рубежника левой рукой, я продолжал цепляться за скальный выступ правой.

Вольт держался на стене сам по себе, зацепившись когтями, а я чувствовал, что соскальзываю под весом Рыкова. И молнией не шарахнуть по стене, чтобы сделать ещё одно углубление, – руки-то заняты.

– Вольт, ну хоть ты сделай что-нибудь, – обратился я к питомцу с надеждой.

– И что я, по-твоему, должен сделать? – буркнул пёс. – Левитировать я не умею.

– Спустись пониже и сделай выемку под моими ногами, – сказал я. – Можно небольшую, лишь бы опора была.

Недовольно ворча, Вольт начал спускаться, потом разместился под моими ногами и принялся скрести скалу. Семён старался висеть тихо, не делал резких движений и даже не разговаривал – понимал, что мы оба висим буквально на волоске, а сил у меня не так чтобы много. Наконец, пёс доложил, что я могу сунуть носок ботинка и проверить глубину выемки, что я и сделал, выдохнув от облегчения.

Я понимал, что ещё немного, и Рыков свалится вниз. Просто потому, что оторвёт мне руку. Боль затуманивала разум. Носилась по руке, как угорелая, и хотелось только, чтобы она ушла. Пусть уже и вместе с рукой!

Болело всё: ободранные локти, спина, которой досталось ничуть не меньше, щека и лоб, на которых я содрал кожу. Проще было перечислить то, что я не повредил, пытаясь затормозить падение. Но сильнее всего боль была в левой руке.

Предплечье я уже не чувствовал, но локоть и плечо горели, будто кто-то вонзил под кожу тысячи игл и проворачивал их. Локтевой сустав уже выскочил из своего законного места, ещё чуть-чуть, и Рыков точно вырвет руку из плеча.

Когда вторая моя нога нашла опору, стало чуть полегче. Прижимаясь животом к скале, я попробовал выпустить молнию так, чтобы не раскрошить выступ, за который держался. Получилось не очень хорошо, зато держаться стало удобнее.

– Семён, попробуй подняться выше и нащупать выступ, – сказал я, хрипя от натуги. – Цепляйся за пояс, я ногами вроде крепко стою.

Так же молча, как до этого висел, Рыков начал карабкаться по мне наверх. Я сцепил зубы и прижался к скале ещё сильнее, хотя казалось, что это невозможно. Промелькнула мысль, что Никулин, Пожарская и остальные могли разбиться, но я её отогнал подальше. Не стоит сейчас думать о плохом. К тому же я не слышал криков ни во время падения, ни пока висел.

– Спасибо тебе, – тихо сказал Семён, уцепившись за выступ. – Если бы не ты, меня бы размазало по камням.

– Не за что, – привычно ответил я, а потом попробовал размять отвисшую руку. Она совсем занемела и не чувствовалась. Похоже, всё же вывихнул сустав.

Ну да ладно, магию-то через неё можно пропускать, надеюсь. Я направил небольшой сгусток энергии в пальцы левой руки почувствовал жар, а затем и боль. Вспышки молний хаотично бились в скалу без какого-либо контроля. Через несколько минут я сумел подтянуть руку к себе и даже поднял её на уровень лица. Хреново, конечно, что нет возможности вправить сустав, но хотя бы двигать ею уже получается.

Пришлось мне вспоминать вылазки в горы, когда мы только познакомились с бывшей. Скальных крюков у меня не было, зато был Вольт с острыми когтями и были молнии, которые сгодятся для проделывания новых выемок под руки и ноги. Чувствую, спуск будет долгим.

Именно так и вышло. Я переставлял руки вниз, молниями раскалывал камень, цеплялся за появившиеся выступы и спускался дальше. Семёну приходилось труднее – из-за темноты он не видел отверстия в скале, а действовал на ощупь, но даже так лучше, чем висеть на неизвестной высоте или упасть и разбиться.

Рыков не жаловался, даже попытался подбодрить, рассказав, что глубина расщелины чуть больше ста метров, а мы неплохо сократили спуск своим падением и скоро достигнем дна Каньона.

Вольт полз по стене с таким видом, будто проделывал подобные трюки чуть ли не каждый день. Он напоминал мне паука, который просто перебирал лапами, чтобы удержаться на весу. Иногда пёс помогал мне, когда я начинал выдыхаться. Несколько раз я чуть не соскользнул вниз, но вовремя успел зацепиться, продолбив новые выемки.

Наверное, со стороны мы были похожи на скалолазов, если бы в этой расщелине было хоть какое-то освещение, чтобы нас разглядеть.

Я старался не отвлекаться, но мысли о подставе со стороны военных не покидали меня. Ну не верил я, что трос такой толщины мог порваться. Как не верил и в то, что нет запасных и страховочных тросов, по которым должны были спуститься за нами. Хотя бы для того, чтобы поднять искалеченные падением тела.

Вольт привычно бурчал о демонах, затесавшихся среди военных и об инквизиции, которая это дело проморгала. Я был вынужден согласиться с питомцем – инквизитор и вправду не доделал свою работу. Был так занят сожжением одержимых, что не проверил военных, охраняющих спуск в Каньон.

И это при том, что они находятся в непосредственной близости к демонам. И хотя я знал, что в этот раз монстры прорвались через тоннели в обход базы, не понимал такой беспечности.

За этими размышлениями я не заметил, как оказался внизу. Просто в один момент мои ноги коснулись каменного пола, а я встал в полный рост и устало прислонился к скале. Спустившийся следом Семён вскинул автомат и тут же опустил его, увидев остальных членов отряда. На их руках тускло светились специальные браслеты, похоже на наши неоновые палочки для подсветки.

Никулин и его заместитель стояли кругом, охраняя Пожарскую, которая, судя по всему, пострадала при падении. И ведь не кричала даже, молча падала. Я знал, что она спускалась передо мной, но всё равно надеялся, что Ксении повезло больше, чем нам с Рыковым – всё же девушка она крепкая и сильная.

– Семён! – обрадовано крикнул Никулин. – Живой!

– Только благодаря князю, – ответил Рыков, пожимая руку командиру. – Знаешь, Денис, я думал, что всё, отходил своё. А потом меня князь поймал… и держал на весу, хотя сам едва держался.

– Своих не бросаю, – мрачно сказал я, ковыляя к отряду. – Сустав может кто-то вправить?

– Давай сюда, – хмыкнул Игорь Черепанов, смазливый блондин, который сразу мне не понравился при знакомстве. Было в нём что-то неприятное и будто бы фальшивое.

Но руку он мне вправил хотя и отпустил несколько шуточек про хрупкие аристократические косточки, которые ломаются от лёгкого нажатия. Пришлось напомнить этому рубежнику, что я удерживал на весу взрослого мужчину, и не сломал ничего ни себе, ни Семёну.

После моих слов Черепанов усмехнулся и достал из рюкзака баночку с мазью и бинты. Кивком головы указав на распоротую ладонь, Игорь закрыл рюкзак и отошёл к остальным. Я же густо намазал ладонь мазью, обработал локти, колени и бок, а потом кое-как дотянулся до спины.

Понятное дело, что это не зелье инквизиции, но рубежники не стали бы брать с собой в рейд не действующие лекарства. По крайней мере, боль стихла почти сразу, хотя пахла мазь так, что из глаз слёзы выступали – будто кто-то намешал тёртый лук и мазь Вишневского в один флакон.

– Что с Ксенией? – спросил я у Дениса Никулина, закончив с обработкой ран и шагнув ближе к княжне.

– Нормально всё со мной, просто эти перестраховщики решили, что я не смогу идти дальше, – фыркнула из-за спин рубежников девушка. – Видите ли рисковать они мной не могут, а то мой отец им головы пооткручивает.

– Вот в этом я с ними согласен, – сказал я, усмехнувшись. Рубежники не были глупыми людьми и понимали, что за свою дочку комендант не только головы пооткручивает, но и кое-что другое. – А чего сидим, если всё нормально?

– Ногу подвернула, – мрачно призналась Ксения, отводя взгляд. – Но идти я могу!

– Скорее уж ползти, – хмыкнул Черепанов, поиграв бровями. – Или висеть на чьём-то плече, затрудняя вылазку.

– Игорь, прекрати, – осадил его Никулин. Видимо, такое поведение было привычным для блондина. – Надо решать, как действуем дальше. Княжну оставить мы не можем, но и тащить на себе не вариант. Сражаться с демонами и одновременно защищать раненого слишком сложно.

– Трос ведь не просто так порвался, – задумчиво проговорил заместитель командира, Кирилл Самойлов.

– Это измена, предательство, – ответил ему Никулин. – Или одержимость. В любом случае путь наверх пока закрыт.

– Предлагаю двигаться дальше, – сказал Черепанов, закатив глаза. – Пришли за добычей, ею и займёмся. Всё остальное – потом.

– Согласен с Игорем, – подал голос Евгений Уткин, последний из пятёрки рубежников. – Без добычи возвращаться нельзя – плохая примета, сами знаете.

– Тогда решено, – кивнул Никулин. – Помогаем идти княжне по очереди. Женя, на тебе разведка, как обычно.

Уткин кивнул и пошёл первым, остальные потянулись за ним, достав оружие. Княжна поднялась с пола пещеры и закусила губу от боли. Вот же дурёха! Не выдержав, я шагнул к ней и подставил плечо, на которое она опёрлась с видимым облегчением, пробормотав слова благодарности.

Она протянула мне неоновую палочку, которую я согнул несколько раз и обернул вокруг запястья. Всё же надо было заглянуть в пункт снабжения и захватить хотя бы элементарную экипировку для спуска, но я слишком торопился. Да и какая уже разница, если я внизу. В следующий раз буду умнее.

Как оказалось, эта расщелина была чем-то вроде предбанника, в котором можно было перегруппироваться и составить план действий. Сам вход в Каньон Дьявола был дальше, и он походил на мерцающую пелену, натянутую между двумя сторонами расщелины. И для прохода дальше нужно было сделать всего один шаг, после чего замереть и не двигаться. Как сказала Ксения, любое движение может вызвать состояние онемения, после которого демонам будет очень просто убить вошедшего.

Я обернулся к Вольту, чтобы убедиться, что он понял Пожарскую и не станет дёргаться, как вдруг обнаружил, что моего питомца нигде нет. Пёс точно был здесь несколько минут назад, я видел его, когда тряс неоновую палочку. Так куда же он запропастился?

– Вольт! Ты где? – крикнул я вслух, ощущая странную пустоту там, где раньше были мысли пса. – Вольт!

Только сегодня я хотел избавиться от постороннего в своей голове, но почему-то радости и облегчения не было. На смену раздражению от постоянного присутствия Вольта в моих мыслях пришла паника. Чувство было такое, словно я лишился части себя. Захотелось бросить всё и отправиться на поиски пса, но была одна проблема – я не знал, куда идти. Где искать Вольта я не представлял.

– Он мог зайти в Каньон, – тихо сказала Ксения, заметив моё состояние. – Если это так, то он ждёт на той стороне…

А ведь дельная мысль. Если эта странная пелена глушит нашу связь, то я просто не слышу Вольта. Как и он меня. Подхватив Пожарскую на руки, чтобы не тратить время на её попытки идти самостоятельно, я шагнул в марево перед собой и замер.

Пространство вокруг нас подёргивалось странными всполохами, я не видел ничего, кроме лица Ксении, прижавшейся к моей груди. Не сказать, что мне было легко удерживать девушку на руках, учитывая её доспехи и повреждённую левую руку, но я не двигался. Матерился про себя, но молчал, глядя в широко распахнутые зелёные глаза Пожарской. В какой-то момент мне показалось, что я слышу странный вой или скулёж, но потом всё стихло.

Надеюсь, Вольт действительно прошёл через эту пелену, а не остался позади. В голову пришла мысль, что его могли утащить демоны, как тогда под Занадворовкой, но я старался не думать об этом. Зачем-то же он понадобился этим монстрам, не просто так ведь они пытались его похитить⁈

– Всё, – прошептала Ксения, отвлекая меня от панических мыслей. – Можете поставить меня на землю, князь.

Я разжал руки, осмотрелся по сторонам и только сейчас понял, почему это место назвали Каньоном Дьявола. Всюду, куда хватало взгляда, расстилались светящиеся красным нити, похожие на паутину. Небольшие наросты на камнях вспучивались и лопались, выплёскивая наружу жидкость, похожую на лаву.

Точно такие же наросты, только размерами побольше, виднелись на дне Каньона и на каменных колоннах – они были буквально повсюду. А запах… пожалуй, так пахнет в жерле вулкана: серой, гарью и расплавленным камнем.

– Здесь можно спокойно дышать, – тихо проговорила Пожарская, покраснев под моим взглядом. – Ядовитого газа нет, только запах. Но к нему можно привыкнуть.

Кивнув ей, я прикрыл глаза и позвал Вольта. Питомец не ответил, я ощущал всё ту же пустоту, что и там до пелены. Ну не верю я, что он мог сбежать и не сказать мне! Не мог уйти на разведку молча. Просто не мог, и всё!

Его отняли у меня. Забрали долбаные демоны, которым он зачем-то понадобился! Не думал, что так привязался к этому хитрюге, но сейчас я был готов рвать монстров голыми руками к радости Пожарской. Но нужно было хотя бы направление узнать, а не кружить по Каньону, мечась из стороны в сторону.

– Сегодня пойдём по малому пути, далеко не уходим, – скомандовал Никулин.

В его руках был длинный меч из красноватого металла, как и в руках других рубежников. Только у нашего разведчика, Евгения были короткие кинжалы серебристого цвета. Даже Ксения Пожарская оказалась вооружена коротким мечом из такого же зеркального сплава, как и её доспехи.

Один я был без оружия и без нормальных доспехов. Собственный защитный комплект я окончательно изорвал, пока тормозил своим телом падение в расщелину. На локтях и коленях красовались огромные дыры, на груди и спине куртка висела лохмотьями, а на штаны было страшно смотреть. Единственное, что осталось относительно целым – ботинки, на которых только кожа немного поцарапалась.

Вот так, с голыми руками, я и отправился вместе с рубежниками на поиски демонов. Точнее, это отряд их искал, я же искал своего питомца. Ксения Пожарская ковыляла сама, отказавшись от помощи Игоря и Семёна, я свою руку ей больше не предлагал. Похоже, что именно этого она и ждала, но чужие ожидания – не моя проблема.

Несколько раз мы останавливались, чтобы рубежники отковыряли что-то на стенах, складывая в свои рюкзаки добытое. Я не особо разбирался в горных породах, как и в том, какие ресурсы тут можно найти, так что просто внимательно смотрел по сторонам и запоминал путь. Мало ли придётся одному спускаться сюда, лучше знать, куда двигаться.

Мазь у рубежников оказалась что надо. Нет, полностью раны она не заживила конечно, но стёртая кожа уже не саднила, да и ладонь только изредка давала о себе знать. Пожарский явно не зря свой хлеб ест, если на базе все отряды снабжают такими полезными штуками.

Через пару часов мы вышли к небольшому водоёму, поверхность которого была затянута маслянистой плёнкой. Небольшие пузыри всплывали и лопались с тихим бульканьем, а вокруг этого озера росла красновато-бурая трава. Именно её принялись нарезать специальными резаками рубежники, связывая стебли в пучки и укладывая в рюкзак Евгения, который всё так же приглядывал за окрестностями.

– Они рядом! – негромко крикнул вдруг он, вскинув сжатый кулак над головой.

Я крутил головой, но опасности не видел. Через минуту я убедился, что разведчик из меня так себе, когда на нас набросилась стая монстров, похожих на скорпионов-переростков. Они врезались в невидимый барьер вокруг нас и снова бросились вперёд.

– Держу, режьте быстрее! – крикнул Игорь, сверкнув глазами. – Минут на десять щита хватит.

Рубежники принялись срезать траву быстрее, а Пожарская задумчиво покрутила меч в руке. Я же смотрел на скорпионов, каждый из которых был размером с кошку, и размышлял, сумею ли повторить тот трюк с цепной молнией. В прошлый раз мне помогла память из других моих воплощений, а сейчас я не чувствовал постороннего присутствия. Казалось, будто вместе с Вольтом меня покинули воспоминания прошлых жизней. Хреново, если так.

– Время! – блондин уже покраснел от натуги, на его лбу вздулись вены, а сам он стоял, раскинув руки в стороны и удерживая невидимый глазу щит. – Всё!

Барьер рухнул в одну секунду, полчища монстров ринулись на нас. Рубежники кружили в смертельном танце, рассекая скорпионов на части. Пожарская тоже сражалась мечом, а я запускал молнии в скопления тварей. Промахнуться было сложно – монстры были повсюду, они окружили нас, словно река. Живая и опасная река, которая бурлила и стучала клешнями.

Цепную молнию я смог выдать лишь раз, когда скорпионы облепили доспех Ксении, зато мои единичные молнии стали бить точнее. Или я приноровился к магии, или просто меткость повысилась за счёт однообразных действий, в любом случае, этот бой стал отличной тренировкой. Я даже научился бить молниями так, чтобы те не задевали людей. С мелкими монстрами это было даже сложнее, чем с демонами, но у меня получалось всё лучше и лучше.

Я так увлёкся битвой, что чуть не пропустил появление вожака скорпионов. Этот монстр был размером с лошадь, а его клешни легко смогли бы расколоть мою голову – такие они были огромные. Такого обычной молнией не пробьёшь, придётся придумывать что-то помощнее.

Я уже примерился и потянул энергию, чтобы ударить помощнее, когда Ксения решила рвануть вперёд. С вывихнутой ногой рывок получился не очень эффектным. Девушка оступилась и начала падать на каменный пол Каньона, в самую гущу мелких скорпионов.

И рухнула она прямо перед их вожаком, а я уже не смог удерживать заготовленную молнию, которая полетела прямо в Ксению.

– Нет-нет-нет! – успел подумать я.

Глава 17

Самая мощная молния, которую я вообще создавал, летела в княжескую дочку. Время будто замедлилось, пока я в ужасе наблюдал, как бледнеет лицо Пожарской. Я уже мысленно простился с Ксенией, как вдруг молния, вместо того чтобы поджарить княжну, раздвоилась. Она обошла Пожарскую с двух сторон и ударила в каменный пол рядом с вожаком скорпионов. Ну ни хрена ж себе!

Кто бы мог подумать, что медитация настолько усилит мою связь с прошлыми воплощениями⁈ Это было что-то вроде озарения, слияния с теми, кто управлял молниями задолго до моего появления на свет. Я слышал гул электрической дуги, чувствовал её силу и понимал, что теперь могу управлять уже выпущенной молнией.

Мне было плевать, что моими руками и мыслями управлял не я. То есть я, но из другого времени. Главное, что благодаря этому я понял, как направлять энергию по тончайшим каналам. Понял, как изменить траекторию – точно так же делает природная молния, когда вспарывает атмосферу.

Взрыв был оглушительным, и на миг всё вокруг погрузилось во тьму. Когда зрение вернулось, я увидел, что предводитель монстров исчез под грудой камней. Мелкие твари, обезумевшие от взрыва, метались во все стороны, а рубежники отскочили подальше, чтобы не попасть под удар.

Я решил добить мелких монстров и убедиться, что их вожак сдох. Что я там говорил про цепные молнии? Что не знаю, как они у меня получались? Беру свои слова назад. Всё я знаю, и раньше знал, просто боялся потерять контроль и попасть по своим.

Но я больше не боялся, потому что чувствовал каждую каплю той энергии, которую я вкладывал в молнии. Больше того, я теперь не только тянул энергию из пространства вокруг, а сумел нащупать в груди тот самый магический источник, о котором читал в сети.

Я буквально чувствовал приятное тепло между рёбрами, чувствовал, как от источника тянутся тонкие магические нити, которые зажигаются на кончиках пальцев электрическими вспышками.

Цепная молния ударила в камни, укрывшие вожака скорпионов, разветвилась на несколько новых, поражая мелких монстров. Я будто бы плёл электрическую сеть, охватывающую всё больше пространства. Энергия перетекала от одного разряда к другому, создавая замысловатые узоры из вспышек. Я создавал из электричества целую армию, солдатами в которой были отдельные молнии.

Когда грохот молний утих, а в ушах перестал звучать треск и гул, я потряс головой, приходя в себя. В этот раз мои магические способности проявились не под действием наваждения, и я не потерял контроль над своим телом и над ситуацией. Я даже следил, чтобы ни одна молния не промелькнула в опасной близости от рубежников и Ксении, до сих пор сидевшей на полу и смотревшей на меня во все глаза.

– Охренеть можно, – прохрипела она, когда я несколько раз встряхнул руками и поморщился от боли в вывихнутом локте. – Просто ох-ре-неть!

– Где ваши манеры, княжна? – покачал я головой. – Слышал бы вас ваш отец.

– Нет, вы это видели⁈ – закричала Ксения, крутя головой. – Что он сделал? Как он это сделал⁈

– Видели, – тихо сказал Никулин, осторожно ступая к месту сражения. Его шаги были медленными и короткими, словно он опасался нападения. – Ваше… кхм… князь, а вы контролируете этот процесс?

– А вы свои ноги и руки контролируете? – задал я встречный вопрос. – Конечно, я контролирую свою магию, Денис. И можете назвать меня по имени.

– Да как-то не хочется, – нервно усмехнулся он. – Титул у вас говорящий, так что…

– Мы же вроде бы на «ты» почти перешли? – удивился я. – С чего вдруг такие перемены?

– Да струхнул он, – насмешливо сказал Черепанов. – Ну, не он один, но не суть. Приношу свои извинения, князь. Я считал вас обузой, изнеженным мальчишкой, который решил поиграть во взрослого.

– Принято, – хмыкнул я и протянул руку Ксении. – Пойдёмте, княжна, у нас тут дел невпроворот, а вы отдыхать изволите.

Пожарская вспыхнула, резко подорвалась с земли и поджала губы. Может быть, она бы и ножкой привычно топнула, но вовремя вспомнила про вывих. Я отшучивался и изображал уверенность, даже несколько раз предложил Ксении локоть, будто мы на балу. Но внутри у меня бушевала буря.

Я только что чуть не убил девушку молнией! Смена траектории была почти случайной, почти чудом. Хотелось верить, что в момент опасности активизировались внутренние резервы или что-то вроде того, но вдруг это не так? Вдруг через несколько минут я снова перестану чувствовать молнии, как было с убийством шпиона в саду и электромагнитом?

Обычно я не подвержен сомнениям, но, мать его, я чуть не убил человека своей магией! Пусть я метил в вожака монстров, это могло привести к гибели Пожарской. И Вольта рядом нет, чтобы выспросить у него, что же я такое сотворил. Вот куда он мог деться?

Мысленный призыв остался без ответа, как и предыдущие. Так что оставалось только двигаться дальше, попутно собирая лут с монстров. Глядя на то, как рубежники длинными ножами отрубают хвосты и клешни скорпионам, я вспомнил онлайн-игры. Там тоже приходилось теребить трупы и поднимать всякие хитины и шерстинки для квестов.

– Закругляемся, – скомандовал Никулин через час. – Скоро сюда набегут падальщики. Идём дальше по маршруту, действуем как обычно.

Рубежники кивнули, деловито рассовали по рюкзакам добычу и выстроились в том же порядке, в каком шли до этого. Пока Евгений Уткин проверял путь, Семён Рыков поравнялся со мной и пристроился рядом.

– Ещё раз спасибо, князь, – начал он. – Я тут подумал… мне кажется, что я догадываюсь, где может быть ваш питомец.

– И где же? – поторопил я его.

– Есть в Каньоне одно место, куда монстры добычу утаскивают, – Рыков вздохнул. – Что-то вроде схрона. Я там бывал с прежним отрядом, пока к Денису не перешёл.

– Так и⁈ – да что же он тянет кота за яйца? Неужели нельзя сразу всё рассказать!

– Это не простое место, его охраняют демоны наподобие тех, которые на нас напали под Занадворовкой, – тихо сказал он. – Эта мелочёвка и рядом не стояла со стражами той пещеры. Но это не всё…

– Да говори ты уже как есть! – не сдержался я. – Сколько можно юлить⁈

– С отрядом Никулина нам сейчас туда не пройти, – ответил Рыков, покосившись почему-то на Черепанова. – Из всей команды только Женя Уткин потянет этот поход.

– И что ты предлагаешь? – тихо спросил я, сжимая кулаки.

Если есть возможность найти Вольта, я должен это сделать. И плевать мне на то, сколько придётся заплатить участникам рейда. Как я понял, Рыков предлагает собрать другой отряд, но это меня не волновало. Главное, чтобы мой питомец нашёлся.

– Надо подобрать артефакты для прохода и людей, способных дойти до схрона, – подтвердил мои мысли Семён. – И я даже знаю, кого можно взять, чтобы наверняка.

– А сейчас никак? – уточнил я на всякий случай. – Хотя бы просто проверить, там ли Вольт, а то вдруг всё зря.

– Никак, – угрюмо кивнул Рыков. – Для этого нужно взять другие артефакты – мы же шли в стандартный рейд с новичком. Денис не станет рисковать отрядом без нужных артефактов, и я его понимаю.

Больше всего мне хотелось броситься на поиски Вольта, но я понимал, что без знания местности, без подходящей экипировки и без припасов это будет не спасением питомца, а попыткой выжить. Тем более, отправляться в неизвестность в одиночку – не самая лучшая идея. Всё внутри меня рвалось вперёд – делать хоть что-то, не стоять на месте. Увы, придётся запастись терпением.

– А что с Игорем Черепановым? – полюбопытствовал я, притворившись, что смирился с тем, что придётся подождать со спасением Вольта. Как только мы завершим этот рейд, я отправлюсь за своим псом. Я, блин, любых демонов зажарю нахрен! – Ты очень выразительно на него косишься.

– Да ничего с ним… хороший щитовик, барьеры ставит лучшие из всех, какие я видел, – начал отпираться Семён, но под моим взглядом поджал губы и вздохнул. – Гонора много. Он из бывших аристократов, за языком вообще не следит.

– Бывших? Это как? – удивился я.

– Точно не знаю, то ли там война родов была, то ли земли за долги забрали, – развёл руками Рыков. – Ну а без земель и родового имения титула лишиться – плёвое дело. Разорились Черепановы и титул потеряли, теперь их наследник деньги для семьи на Рубеже зарабатывает. Вот и вся история.

Я промолчал, задумавшись о том, что и сам мог оказаться на месте Игоря. Если бы я не нашёл деньги на взнос за имение, то лишился бы своих земель. Я был прав – без них и без поместья меня никто не стал бы воспринимать всерьёз. И титул князя не помог бы.

Поэтому же Меркулов был уверен, что я соглашусь на его предложение. Собака в обмен на деньги и решение всех моих проблем, в том числе, с инквизицией и службой на Рубеже. Будь на моём месте кто-то другой, даже думать не стал бы, уцепился за возможность получить всё и сразу.

Но я привык решать свои проблемы сам. Выкрутился же в итоге, хотя приобрёл врага в лице Меркулова. Ну ничего, и с ним разберусь, когда время придёт.

Я продолжал смотреть по сторонам, хотя мои мысли были далеко от Каньона. Нет, я не жалел, что отказался продавать Вольта, но жалел о том, что не уследил за ним. Не убедился, что он рядом. Если его и вправду утащили монстры, то как они смогли подкрасться незаметно? Евгений Уткин казался опытным разведчиком, но всё равно пропустил приближение демонов.

– Привал десять минут! – скомандовал Никулин, когда мы дошли до небольшого пятачка без ядовитых наростов. – Дальше выходим на плантации ползунов. Что делать вы знаете, не увлекаемся, собираем не больше пяти десятков желчных пузырей и уходим.

Все принялись жевать сухпайки, проверять оружие – в общем делали всё то, что обычно делают на привалах. Я снова пожалел, что не заглянул в пункт снабжения, но Рыков поделился со мной водой и пакетиком вяленого мяса. Аппетита особо не было, но я всё равно подкрепился, решив, что не стоит разгуливать на голодный желудок, мало ли когда в следующий раз смогу поесть.

После привала мы и впрямь вышли к плантации – по-другому назвать это место было сложно. Перед нами раскинулись длинные рядки, похожие на окученную картошку, только вместо корнеплодов тут росли монстры. Буквально. Из каменных грядок торчали уродливые головы, покрытые мутной плёнкой.

– Это ползуны, – пояснил Никулин, заметивший моё удивление. – Пока они тут растут, могут только ползать, перебирая руками и волоча свои туловища. Ног у них нет, как и всего что ниже пояса.

– Гадость какая, – передёрнул я плечами, представив это зрелище, слишком уж эти твари были похожи на людей. Будто демоны решили вырастить нам замену.

– У вас, князь, оружия нет, но на будущее – им надо головы рубить, по туловищу бить бесполезно, да и добычу можно повредить, – Никулин хмыкнул. – Вы удивитесь, когда узнаете, сколько инквизиторы платят за желчные пузыри этих уродцев.

– Спасибо за разъяснение, – сказал я, примериваясь к ближайшему ползуну.

– Мы их рядами берём, а не всей кучей, – предупредил Никулин. – Как одного тронем, весь ряд сразу выползает из грядки, так что метьтесь получше, князь.

Кивнув, я приготовился к атаке. Молнии сверкали между пальцев, готовые сорваться и обрушиться на головы ползунов.

Первым ударил Черепанов, примерившись к крайнему ряду. Голова ползуна слетела с плеч и покатилась дальше, а наш «урожай» зашевелился. Плёнки на головах монстров лопались, когда те вытаскивали себя наружу. Я будто попал в другую реальность, в которой овощи отрастили руки и сами вылезают из грядок. Только ползуны совсем не походили на овощи, скорее на мутировавших людей, которых перерубили пополам.

Эти монстры двигались на удивление быстро, перебирая руками. Всё, как и говорил Никулин. Дожидаться, пока ползуны доберутся до меня, я не стал, начал бить молниями по суетящимся тварям. Рубежники и Пожарская рубили головы, а Уткин снова стоял в стороне и крутил головой, вглядываясь во что-то, видимое только ему.

Когда мы зачистили ряд ползунов, началась самая неприятная процедура – вырезание желчных пузырей. Я брезгливо поморщился и отошёл в сторону, а вот Ксения не побоялась испачкать руки и вместе с остальными собирала добычу. Делала она это ловко, уверенными движениями, что указывало на то, что это занятие для неё привычно.

– Сорок два, – доложил командиру его заместитель, Кирилл Самойлов. – И ещё парочка осталась для князя.

– Давайте, князь, – ухмыльнулся Черепанов, протягивая мне нож. – Это что-то вроде посвящения для новичков. Хотя бы разок придётся свои аристократические ручки измазать во внутренностях, иначе прослывёте неженкой.

Под насмешливыми взглядами рубежников я взялся за нож и вырезал оставшиеся желчные пузыри. Да, приятного мало, но я в деревне деду по забою свиней не раз помогал. Вот и представил, что передо мной свиная туша. Если уж Пожарская не побрезговала, то мне никак не отвертеться.