Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Ехать нам было всего два часа, но каждая минута из них тянулась слишком долго. Я сжимал топор в руке и не отрывал взгляда от окон арендованного микроавтобуса. К счастью, никто на нас не напал и не попытался сбить с дороги.

Мы остановились перед кордоном, который представлял из себя первую линию обороны на подступах к Москве. Он состоял из цепи дозорных постов и патрулей, контролирующих подходы к аномальному очагу. Как я понял, главной задачей кордона было не пропустить внутрь очага посторонних.

Никаких укреплений и стен здесь не было, как и на следующем пропускном пункте. А вот третий кордон кардинально отличался.

Московский аномальный очаг появился раньше сибирского на пятьдесят лет. Он охватывал территорию, обрамлённую остатками старых валов и рвов, которые когда-то отделяли Белый город от Земляного. На северо-востоке граница сворачивала к течению реки Яузы, по которой давно не ходили суда. По южной стороне чернели развалины заброшенных садов и полей, где не росла ни одна травинка.

Даже издалека были видны высокие земляные насыпи с глубокими рвами, наполненными тёмной, стоячей водой. Через каждые двести метров были расставлены дозорные башни, которые патрулировали бойцы особого подразделения императорской гвардии. Их называли истребителями монстров, но каждый знал, что эти обученные убивать солдаты выполнят любой приказ императора.

В том, что истребители с лёгкостью могут справляться с людьми, никто не сомневался. Особенно после того, как хотя бы раз увидел их вблизи. Мои бывшие спецназовцы по сравнению с ними – словно малые дети. Да и в целом на их фоне мой отряд смотрелся жалко.

Я выбрался из микроавтобуса и поздоровался с советником канцлера, который две недели назад подтвердил, что я принял родовой дар Шаховских. Рядом с Андреем Викторовичем Урядовым стоял его помощник, Максим Иванович Орешников. А за их спинами виднелся временный лагерь для участников испытания.

– Доброе утро, ваше сиятельство, – поприветствовал меня Урядов. – Рад, что вы сумели добраться вовремя.

– А уж как я рад, – хмыкнул я. – Доброе утро.

– Подпишите, пожалуйста, дополнительное соглашение, – советник протянул мне папку, в которой лежали уже подписанные другими участниками бумаги.

Я пробежался глазами по списку изменений и мысленно выругался. Нам по-прежнему давалось семь дней, чтобы добраться из точки начала испытания к финишу. Но теперь мы должны ещё и добыть уникальные материалы, собранные с аномальных монстров.

Каждый отряд должен принести по десять кристаллов не ниже третьего класса, два десятка ядовитых шипов со шкур огненных ящеров, живущих в горячих источниках очага. А ещё нам придётся собрать несколько литров токсина слизней из болотной части очага. И всё это нужно сделать за неделю, пока мы будем искать путь к точке выхода и отбиваться от монстров и аристократов.

Также в моём договоре появился пункт, что я добровольно отпишу тридцать километров своих земель, находящихся рядом с вратами за стену, в пользу победителя. Взамен его императорское величество милостиво позволит нам остаться в сибирском имении Шаховских и в качестве поощрения снизит на два процента обязательную десятину с добычи в очагах. Что обещалось другим аристократам, я и без того знал – они получат не только врата, но и кусок земель моего рода.

Не слишком ли жирно им будет? Понятно, что император так показывает нам, что может в любой момент оттяпать земли или сослать куда подальше. Но какого демона он решил это сделать за мой счёт?

Кровь ударила в голову. Тридцать километров! Это же публичное унижение рода, который и так на грани. Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Пусть только попробуют забрать мои земли…

Усмирить эмоции оказалось не так-то просто. После слияния с артефактом все чувства обострились до предела, а мне нужно быть собранным, чтобы ничего не упустить. Сделав несколько глубоких вдохов, я вернулся к бумагам.

Последнее изменение касалось финиша. Мы все войдём в аномальный очаг в одном месте, а вот выйти должны каждый в своей точке. Видимо, это сделано для того, чтобы у аристократов было меньше шансов пересечься и попытаться поубивать друг друга.

Ну да, если бы только это ещё работало. Я сдержал злую усмешку и поставил свою подпись. Урядов благодарно кивнул и вернулся в лагерь. Я же направился следом за ним, а потом поднялся на земляной вал.

Мне было интересно посмотреть на московский аномальный очаг. Высота вала была около двадцати метров, что было в два раза меньше стены вокруг сибирского очага, а вот ров на взгляд казался очень глубоким. Занятно, что аномалия в Москве появилась в тот же год, когда началось строительство Большого Кремлёвского Дворца – резиденции для приездов императорской семьи.

– Хотите сбросится вниз, ваше сиятельство? – услышал я за спиной женский голос.

Обернувшись, увидел девушку лет двадцати в кожаных доспехах. На поясе незнакомки висели ножны с клинком, густые русые волосы были заплетены в косу, а в золотисто-карих глазах на миг вспыхнула тьма. Мой взгляд невольно скользнул ниже, оценивая гибкую фигуру и постановку ног.

Тёмный дар и уверенная боевая стойка явно указывали на то, что передо мной ещё одна участница испытания за врата. Вот только я не помнил ни одного рода тёмных магов, где не хватало наследников мужского пола, чтобы отправлять на бойню молодую девушку.

– Константин Шаховский, – представился я и слегка склонил голову в поклоне.

– Я знаю, кто вы, – равнодушно ответила девушка. – Меня зовут Юлиана Орлова, я – младшая дочь графа Орлова и ваш соперник в этом испытании.

– Как так получилось, что имея четырёх взрослых сыновей подходящего возраста граф отправил на испытание именно вас? – поинтересовался я, не особо ожидая честного ответа. Не принято у аристократов рассказывать о делах рода.

– Может быть, дело в том, что именно у меня больше шансов на успех? – вернула мне вопрос Юлиана. – А может я вызвалась сама, чтобы лично увидеть нового тёмного мага? Кто знает?

Она резко развернулась, взмахнув косой до пояса, и спустилась с вала. Я невольно улыбнулся. Эта Юлиана – дерзкая и своевольная, как и все тёмные маги. А ещё она явно натренирована не хуже прочих участников. По-другому и быть не может в истинно тёмных родах.

Впрочем, я быстро выбросил девушку из головы, ведь раздался сигнал, призывающий всех участников к центру лагеря. Там нас уже ждали канцлер с советником. Из участников лично я знал только Эдварда Рейнеке, Илью Давыдова и теперь уже Юлиану Орловскую.

Все остальные имена были мне знакомы лишь по списку аристократических родов, который в этом мире звался бархатной книгой и был опубликован в сети. Я очень внимательно осмотрел каждого из них, подключив взор тьмы. Нужно же понимать, с кем мне придётся схлестнуться.

Княжич Роман Воронов тоже был тёмным магом, но их земли находились рядом с Екатеринбургом. Молодой мужчина смотрел на других аристократов с надменным вызовом во взгляде. У него не было холодного оружия, зато имелся арбалет, закреплённый на спине.

Княжич Денис Морозов был похож на столичного франта, который явился сюда покрасоваться дорогими доспехами, в которых очень сложно даже просто передвигаться, не то что сражаться. Зато его отряд был вооружён до зубов и вполне мог обеспечить защиту господина.

Павел Серебряков и Никита Тихонов были из баронских родов и держались рядом, явно заключив временный союз. По их лицам можно было сказать, что удовольствия от нахождения здесь они не испытывают. Скорее всего, молодые мужчины не посмели отказать своим отцам, но за победу биться не будут.

Остальные аристократы выглядели так, будто и впрямь на войну собрались. Защитные комплекты гвардейцев почти не уступали доспехам их господ, а оружия ближайшие ко мне соседи взяли столько, что можно выкосить всех монстров очага за эту неделю.

Что удивительно, среди участников оказалось ещё две девушки помимо Юлианы. Анна Кожевникова – графская дочь с даром земли, которая изображала тихоню и скромницу, и даже взгляд от земли не поднимала.

А вот Софья Миронова, напротив – оглядывала собравшихся с этаким снисхождением. Оно и понятно – единственная дочь князя Миронова была магом света, причём с боевой направленностью, судя по одноручному мечу на поясе.

И всё же я не мог понять, почему для участия в испытании выбрали их. Н-да, обмельчали аристократы в этом мире, раз на кровавую бойню отправляют дочерей.

– Уважаемые участники испытания его императорского величества! – голос советника канцлера разнёсся над лагерем. – Сегодня вы начнёте сражение за право владения одними из двадцати четырёх врат за стену сибирского аномального очага. Всем вам выдадут карты с маршрутом, наблюдение за вашими перемещениями будет осуществляться истребителями монстров, которые будут следовать за вами на расстоянии.

Я огляделся. Четырнадцать участников с отрядами выстроились в одну линию, а истребители встали позади нас. Их отряды состояли из четырёх-пяти человек, но даже так чувствовалось, что они куда мощнее большинства из нас.

– Каждый из вас должен достичь центра аномального очага и принести доказательства в виде особо редких ресурсов, – продолжил свою речь Урядов. – Также хочу напомнить вам, что истребители не будут вмешиваться каким-либо образом в ваше испытание. В случае смертельной опасности вы можете подать сигнал магией или специальным артефактом, но после этого вернуться к испытанию вы не сможете.

Урядов много чего говорил, но основную суть я уловил: император решил столкнуть лбами особо амбициозные аристократические рода и проредить их наследников. То, что у Шаховских имелся всего один кандидат для испытания, – только наши проблемы. И, судя по всему, его величество не верил, что восемнадцатилетний парень способен удержать врата и не допустить масштабного прорыва.

На лицах моих соперников читались разные эмоции. Морозов безразлично крутил головой, баронские отпрыски смотрели на других аристократов, нахмурив брови и сжав кулаки. Рейнеке пытался привлечь моё внимание, а Давыдов самодовольно ухмылялся, глядя мне в глаза.

Ничего, я ещё доберусь до этого ублюдка. В очаге не будет папочки-князя и сотен гвардейцев, а уж с десятком бойцов я как-нибудь разберусь. Ещё один горящий ненавистью взгляд в мою стороны был от княжича Кирилла Щепина – сильного мага земли, на поясе которого висела каменная палица.

Странно – с этим родом у нас никогда не было никаких дел. Разве что в компьютере отца остались не просмотренные мной документы. Ладно, разберусь и с этим аристократом. Одним врагом больше, одним меньше.

Дослушав инструктаж, мы направились к единственному проходу в московский очаг, находившемуся у Лефортовского вала. Там, на одной из дозорных башен была установлена выдвижная платформа, с которой можно было спуститься в очаг по верёвочным лестницам. Спустя пятнадцать минут все участники вместе с отрядами ступили на землю московского аномального очага и рассыпались между природными укрытиями.

В ноздри ударил запах прелой листвы, под ботинками чавкнула влажная земля, а от энергии чужих заклинаний зазвенело в ушах.

– Идём вглубь, прямо к центру очага, – приказал я своему отряду, укрывшись за ближайшим деревом. – Активируйте защитные артефакты и следите за каждым демоновым кустом в округе.

Со всех сторон послышались приказы командиров, звон мечей и скрежет доспехов. Где-то слева от меня громыхнул автомат, а справа глухо оборвался полный боли крик. Я сжал зубы и выматерился вполголоса. Надеюсь, девушки сумеют оторваться от врагов.

Мне не понять бессмысленных убийств ради ценного приза. А уж тем более я никогда не пойму, почему отец может отправить родную дочь в место, где выжить непросто даже опытным воинам. Ещё один выстрел прозвучал в нескольких метрах от нас, а потом земля перед моими ногами вздыбилась от магической атаки.

Ну что ж, да начнётся императорская бойня, победить в которой сможет только один.

Фёдор Бойков
Тёмный феникс. Возрождённый. Том 2

Глава 1

Крики за спиной стихли так же внезапно, как и начались. Воздух в московском очаге был густым, тяжёлым, пропитанным запахом гнили и озона. Лес вокруг состоял из кривых, скрюченных деревьев с чёрной, будто обугленной, корой. Их голые ветви сплетались в плотный полог, сквозь который едва пробивался тусклый болезненный свет.

Мы двигались цепью, держа дистанцию. Я шёл первым, проверяя пространство вокруг взором тьмы. Энергетические сигналы других отрядов мерцали в отдалении, но один из них был слишком близко.

Значит, тот выстрел и магический удар были направлены на меня не случайно. Взор тьмы показал, что передо мной маг земли, тот самый Кирилл Щепин. Я ожидал, что сначала сражусь с Ильёй Давыдовым. Но какая в общем-то разница?

– К бою, – тихо бросил я, и за спиной послышался едва уловимый щелчок снятых с предохранителей автоматов.

Из-за гигантского покрытого мхом валуна появились враги. Впереди шёл Щепин с каменной палицей на плече. За ним все восемь бойцов, маги спрятались среди деревьев, явно планируя атаковать издалека.

Он попытался сковать мой отряд, обрушив стену между мной и гвардейцами. Ну да, верная тактика для мага земли – сначала изолировать, потом атаковать. Вот только моим бойцам не привыкать сражаться с магическими тварями, даже если они под маской человека.

Я вышел вперёд, и Щепин, увидев меня, с грохотом обрушил палицу на землю. От точки удара побежала глубокая трещина. Из неё, как щупальца, вырвались каменные спицы, целясь прямо в меня.

Я не стал уворачиваться. Вместо этого шагнул навстречу атаке, вскинув руку. Тьма сгустилась перед ладонью бурлящей чёрной воронкой.

Каменные шипы вонзились в неё и застыли, будто попав в густейшую смолу. На мгновение я почувствовал грубую неповоротливую энергию земли и поглотил её, заставив трещину захлопнуться.

Лицо мага земли вытянулось от удивления. Он что, ожидал, что я буду прыгать и уворачиваться, пока его бойцы расстреливают меня из автоматов? Или дело в том, что я поглотил его энергию? А чего он ожидал от тёмного мага?

– Как? – неверяще прохрипел он. – Ещё никому не удавалось так просто поглотить бронь земли!

Я не стал отвечать, посчитав вопрос риторическим, а ударил в ответ. Пока мы с Щепиным мерялись магией, наши гвардейцы пустили в ход автоматы.

Пусть моим людям и приходилось преодолевать препятствия в виде каменных глыб, они неплохо поднаторели в этом, когда Зубов гонял их по полигону.

Две короткие очереди – и один из людей графского сына рухнул на землю. Игорь Лаптев, несмотря на то что был единственным ветераном среди мастеров, сработал чисто и без суеты.

Грох после моего мысленного приказа принялся за артефакты врагов, так что защиты у них уже не было. Следом за первым, на влажную землю упали ещё трое бойцов противника, а сам Щепин уже поднимал вокруг меня каменные шипы.

Тут уж не до поглощения. Я рванул вперёд, прямо на мага земли, перескакивая через острые пики. Моим людям повезло оказаться подальше – не зря мы рассыпались цепочкой сразу после спуска в очаг.

Гвардейцы Щепина укрывались за земляными заслонами, поэтому моим бойцам пришлось тратить много времени на то, чтобы выковырять их оттуда. В итоге в меня палили со всех сторон, просаживая мой защитный артефакт. Да и маг земли ни на миг не прекращал свои атаки.

Только вот я уже сумел подобраться к нему вплотную. На близкой дистанции магией сражаться было не очень удобно. Щепин ловко перекинул палицу и замахнулся со всей силы. Я пропустил палицу над головой, пригнувшись. А потом ударил в ответ.

Мой топор со свистом рассёк воздух, встретившись не с плотью мага, а с магическими щитами. От удара по руке прошла волна боли, но я лишь оскалился. Это была хорошая, знакомая боль.

Автоматы ревели от натуги, мы с Щепиным обменивались ударами. И когда я почти достал его, в меня прилетело огненное копьё, которое я пропустил в сантиметре от груди. В отряде противника есть маг огня? Интересно-то как!

Щепин между тем напитал палицу своей энергией и попытался снести мне голову. Я отклонился в сторону и подставил плечо под рукоять. Палица прошла вскользь, а я с силой толкнул руку противника.

Он отлетел, потеряв равновесие, что было странно для сильного мага земли. Ну а потом мне стало не до анализа боя. Одарённые укрылись магическими щитами, воины почти все были мертвы, а в меня летели огненные вихри и земляные цепи.

Одно из огненных копий чуть не сбило меня с ног, но я успел сгруппироваться и с размаху наступил на него ногой. Подошва доспеха задымилась. Левой рукой я выпустил сгусток тьмы в землю у ног мага огня.

Тень под ним ожила, превратилась в липкую вязку лужу. Удачно, что на помощь к огневику подоспел и маг воды. Их сапоги утонули в луже тьмы.

Маги рванулись, пытаясь выбраться, но тень уже твердела, сковывая их на мертво и сжимая магические щиты. Как только послышался хруст барьеров, точные выстрелы моих бойцов завершили дело.

В это время Щепин уже оправился от шока. Его палица снова взметнулась вверх, наливаясь свинцовой тяжестью. Я чувствовал, что он вложил в этот замах всю свою силу, истощив источник до дна.

От такого удара не спас бы никакой доспех. Но мне это было и не нужно.

Я не мог усвоить энергию других стихий, чтобы усилить себя. Зато мог поймать её, ненадолго удержать в себе, как в конденсаторе, и ударить ею. Я отпустил контроль и выплеснул эту грубую и необтёсанную силу земли в оружие Щепина.

Каменная палица, ещё секунду назад бывшая под полным контролем мага, вдруг стала для него чужой. Она затрещала, покрылась паутиной трещин и взорвалась у него в руках. Осколки камня, как шрапнель, впились в его доспехи и лицо.

Щепин зарычал от боли и бессильной ярости, отбрасывая обломки и падая на колени.

Вокруг наступила тишина. Было слышно лишь тяжёлое дыхание мага и тихий хруст слева, когда один из бывших спецназовцев уверенным движением свернул шею второму магу из отряда графского отпрыска.

Я подошёл к магу земли. Он стоял на коленях, с окровавленным лицом, глядя на меня. В его взгляде смешались шок и ненависть.

– Зачем? – прошипел я, опускаясь на корточки перед ним. Мой голос прозвучал тихо, но в мёртвой тишине он показался громче любого крика. – Зачем вы убиваете друг друга, если можно просто прорваться к центру очага, добыть ресурсы и выйти на финишной точке? Какого демона вы творите, ублюдки?

– Приказ отца, – хрипло выдохнул Кирилл Щепин, сплёвывая кровь. – Убрать как можно больше наследников и тебя… пока ты слаб… пока другие не растащили твои кости. Никому не нужен щенок у врат.

Я медленно кивнул. Так и есть. Старая тактика – снять самого слабого, пока он не стал сильнее. Вот только каждый князь, граф и даже барон думает, что именно его отпрыск сильнее и хитрее. Они никогда не объединятся в союз, потому что не хотят делить славу, вот и нападают по одному.

– Передай отцу, – сказал я, вставая. – Что щенок уже вырос.

Я развернулся и сделал рукой знак своим людям. Убивать молодого аристократа я не стал. Для меня он – мальчишка, что выполняет приказ отца.

Возможно, я пожалею об этом решении, но мне всегда были противны бессмысленные убийства там, где их можно избежать. Мои люди не пострадали, сам я, можно сказать, только размялся и оценил силы детишек аристократов. Пусть парень идёт к своему отцу, а моя цель – выиграть испытание.

Мы углубились в чащу, оставив за спиной раненого мага и запах крови. Прошли около километра в гнетущей тишине, и только звук наших шагов нарушал мёртвый покой аномального леса. Взор тьмы скоро развеется и больше не будет показывать мне энергетические всплески одарённых. Но мне не было дела до других участников испытания, пока они сами не решат напасть.

Моих гвардейцев потрепало, но, к счастью, ничего серьёзного. Справились целебными настойками, заготовленными Белым. Сильнее остальных пострадал Игорь Лаптев – его ранг был ниже, соответственно и укрепление тела было слабее.

Но Зубов лично занимался подбором экипировки и всего необходимого для испытания. Поэтому мы использовали один из лечебных артефактов. И хотя полное исцеление такие артефакты не дают, рана на плече Игоря затянулась и перестала кровоточить. Вот теперь можно идти дальше.

До эпицентра московского очага было около двадцати километров. При обычном раскладе, мы преодолели бы это расстояние за пару часов. Но мы были в лесу, полном монстров и людей, желающих убивать.

Тут и за день можно не управиться. Я убедился, что мои люди не пострадали, и сконцентрировался на Взоре.

Нельзя подпускать врагов слишком близко, а побочный эффект от слияния с Сердцем Феникса скоро окончательно спадёт. Потом мне придётся напрячься гораздо сильнее, чтобы уловить чужую энергию. На опасном расстоянии никого не было, только смутные следы магии где-то далеко впереди. Значит, можно немного перевести дух.

Через полчаса пути нам впервые встретились монстры. Первым их заметил Тимофей Голубев – маг воды в ранге мастера, которого я заприметил во время отражения прорыва пискунов.

– Господин, впереди фланисы, – сказал он, тряхнув волосами, собранными на макушке. – Второй класс, стихия воды.

– Действуем по плану, – сказал я.

Мы уже обговорили возможные действия при разных обстоятельствах, так что мои люди были готовы. Десяток монстров второго класса для нас не были проблемой. Бойцы рассыпались в стороны, а маги отступили за их спины.

Вскоре показались монстры. Чем-то они напоминали лошадей. Высокие, статные, с гривой, напоминающей водопад. Только вместо копыт у них были когти, а удлинённые морды заканчивались рядом острых зубов длиной с мою ладонь.

Первые выстрелы из автоматов подкосили сразу четырёх монстров. Остальное стадо рвануло на нас на бешеной скорости. Я едва успел увернуться в последний момент.

Голубев хлестнул отставшего фланиса водным хлыстом, а Сергей Орехов ударил струёй огня. Монстры взвыли от боли и стали ещё быстрее. Я чувствовал их ярость и жажду крови.

Использовать магию я не спешил – вдруг придётся столкнуться с аристократами. Поэтому мои верные топорики полетели в ближайшего фланиса. Я перебил ему ноги, а потом ускорился и одним рывком выхватил топоры из плоти монстра.

Добить его я не успел. Меня сбило с ног ударом мощного тела, и я полетел в ближайшее дерево. Быстрые же они.

Я упал на землю и перекатился. В то же мгновение в дерево вонзились когти фланиса, разодрав ствол в щепки. Ладно, признаю, без магии сражаться против таких противников глупо.

Быстро вернув топоры в кожухи, я создал сразу несколько теневых хлыстов и стреножил агрессивного монстра. Он завалился на бок и принялся реветь во всю глотку, подзывая стадо. Я оборвал его вопли ударом обуха топора между глаз, а потом вдруг замер.

Эти порождения бездны были слишком похожи на лошадей. Пусть они были изменёнными и агрессивными, но я видел в них зачатки разума. Это не безликие монстры, не демоны бездны и не твари изнанки.

Совершенно некстати я вспомнил, что никогда не убивал животных. Разве что только чтобы оборвать их мучения после тяжёлых ранений. Почему-то именно сейчас моя рука дрогнула, а топор завис в воздухе.

Звук выстрела заставил меня вздрогнуть. Стреноженный мной фланис издал последний вскрик и замолчал навсегда.

– Не переживайте, господин, – тихо сказал Максим Ивонин. – С фланисами всегда так.

– Так не должно быть, – я тряхнул головой и посмотрел на бывшего спецназовца, который избавил меня от мук совести.

– Я тоже не смог в первую встречу убить фланиса, – спокойно признался он. – Глазищи эти прямо в душу смотрят. Людей и то убивать как-то проще, особенно когда знаешь, какие мерзости они творили.

– Спасибо за помощь, – коротко кивнул я ему, закрывая тему.

Надо будет обязательно разобраться в себе и понять, почему моя рука зависла в воздухе. Но сейчас на это не было времени. Сейчас время выживать, а не думать. Впереди ещё не один бой, а я почему-то устал так, словно неделю торчу в этом очаге.

– Просто ты добрый, хозяин, – каркнул Грох, на миг показавшись из тени. – Ты ведь и меня мог убить, но не стал.

– Добрый? – я усмехнулся, глядя на то, как мой отряд добивает монстров и извлекает из них редкие кристаллы.

Как меня только не называли. Приспешником тьмы, пожирателем душ, убийцей, чудовищем, карой небес и даже исчадием ужаса. Но добрым – никогда.

– Сам подумай, хозяин, – продолжил Грох. – Ты пришёл из другого мира и сразу взял под своё крыло чужих детей. Какое тебе до них дело? А до земель и стены?

– Мне ещё жить в этом мире, – ответил я, шагая дальше. Других трофеев, кроме кристаллов, мы не собирали – не таскать же их на себе неделю. – И я предпочту жить в достатке и со статусом графа, чем искать себе пропитание, нанявшись к кому-то.

– Но дети-то тебе не нужны, чтобы быть графом, – не унимался кутхар. – А ты их учишь, лечишь, заботишься о них.

– Они – мои кровные родственники, – напомнил я ему. – И потом… не мог я поступить иначе.

– Вот об этом я и говорю, – питомец щёлкнул клювом. – Добрый ты. Особенно для того, кто повелевает тьмой.

Отвечать я не стал, как и спорить. Какой в этом смысл. Да, я против бессмысленных убийств, пусть даже это порождения бездны.

Но тут-то они сами на меня напали. Тогда почему я не смог добить? Не потому ли, что это мы вторглись на их земли?

Ведь, по сути, все монстры в очагах занимают свою нишу. Есть какая-то иерархия, в которой сильные пожирают слабых или вытесняют их с насиженных мест. И мы здесь – захватчики, нарушители границ. Наверняка причина в этом.

Я отогнал мысли о фланисах волевым усилием, решив не думать об этом, и сосредоточился на окружающей обстановке.

Взор тьмы окончательно утих, теперь мне не было видно издалека, есть ли кто-то по близости. В прошлый раз я поймал пару смутных следов на границе чувствительности, но не сумел разобрать. Списал на помехи от аномалии очага.

Теперь мне приходилось каждые десять минут сканировать местность, задействуя энергию магического источника. И надо же было так случиться, что именно в этот промежуток к нам подобрались враги.

Первым я увидел довольную физиономию Ильи Давыдова, а уже за ним внезапно скучающее лицо Дениса Морозова. Спелись, значит.

Не удивительно, оба – княжичи. Отряды у них сильные, да и амуниция дороже моей. Тепловизоры, очки ночного зрения, облегчённые бронежилеты и одежда из кевлара. Я закупал не лучшее, а необходимое, вот и разница.

– Хозяин, я не могу впитать силу их артефактов, – недовольно проскрипел Грох. – Защита стоит какая-то.

– Даже так? – удивился я. – Ничего себе они заморочились.

– Шаховский! – выкрикнул Давыдов, не приближаясь. – Ты же не думал, что отец и правда отдаст тебе одну из моих сестёр?

– Да нужны они мне, как демону жезл света, – буркнул я, активируя артефакт защиты от магических атак.

Я нашёл взглядом своих бойцов и знаком показал на артефакты. Не дожидаясь атаки, я врубил на полную мощность ауру тьмы и накинул её на ближайших ко мне бойцов.

– Группируемся, все ко мне, – коротко приказал я.

На какое-то время я смогу прикрыть отряд своей аурой. Но противников в два раза больше, а их защитные артефакты сильнее наших. Меньше всего мне хотелось терять людей.

Ко мне рванули мои гвардейцы, и одновременно с этим Давыдов с Морозовым ударили. Совместная атака магии воздуха и огня сплелись в пламенный вихрь. Запахло дымом от горящих деревьев и палёной шерстью. Оказывается, в земле прятались монстры первого класса, но их буквально испепелило на месте.

Языки пламени развевались на ветру, огибая мою защиту и пытаясь прорваться ко мне. Мой отряд успел добежать в самый последний момент, так что их не задело. А вот мне пришлось сжать зубы до хруста, чтобы удерживать купол тьмы, который я сформировал.

При этом я не мог применять другие заклинания, чтобы не потерять концентрацию на щите. В моей голове лихорадочно проносились мысли о том, что я могу сделать прямо сейчас. Слияние с Сердцем Феникса увеличило мой резерв, но он не бесконечный.

Вражеские маги усилили напор. Я ощутил, как энергия моего источника начала резко проседать, и сжал кулаки, стараясь удержать купол тьмы. Но я понимал, что это временное решение.

– Готовьтесь, сейчас я уберу щит, – громко сказал я своим, пытаясь перекричать рёв пламенного урагана. – Ваших артефактов хватит на какое-то время. Грох, прикрой меня.

Я собрал все оставшиеся силы и отключил ауру, чтобы направить всё внимание на прорыв. Тьма вокруг меня разом сжалась в плотный клубок, словно живое существо, готовое ринуться в бой по моему приказу.

Огненный вихрь разорвал пространство, а я исчез в завесе теней. Враг отреагировал мгновенно – выстрелы заискрились в воздухе, но я уже не был в реальном мире, а рывками перемещался по изнанке.

Что я мог сделать против двадцати противников? Сократить их количество конечно же.

Я схватил первого попавшегося воина и рывком утянул его в тень. Затем ещё одного, а потом и других. Я успел переместить на изнанку восьмерых, пока не понял, что больше не осилю, и вышел из тени.

Добивать оставшихся в тенях людей я не стал – им и так не сладко. Только наделённые тёмным даром могут пережить прогулку по теням, да и то не каждый выйдет с изнанки в том же состоянии. Грох за ними присмотрит, ну а мне пора заканчивать этот бессмысленный бой.

Я хотел начать с Дениса Морозова, как самого уязвимого, но тот оказался под защитным артефактом, который отразил мой удар тьмой. Дорогущие артефакты княжича сияли, как ёлочные игрушки, но его личная защита зияла прорехами. Этот изнеженный франт явно привык полагаться на других.

Я рванул к нему, но меня чуть не сбил с ног воздушный вихрь Давыдова. Я принял удар на плечо. Защитные пластины доспеха заскрипели, но инерцию уже было не остановить. Я влетел в Морозова, как таран, повалив его на землю и приставив лезвие топора к его горлу.

Очередной вихрь ударил мне в спину, и я не выдержал. Давыдов выбесил меня окончательно, как и вся его семейка. Не отпуская Морозова, я обрушил на Давыдова поток тёмной энергии, парализуя движения и привязывая его к земле.

Княжич ударил в ответ резким порывом ветра, который начал сжиматься вокруг меня. Сильный приём, но до своего братца-бастарда Илья явно не дотягивал.

Вокруг свистели выстрелы, но я окружил себя гибкими тенями, которые отражали каждую пулю. А вот Давыдову не так повезло. Княжич слишком увлёкся боем со мной и забыл, что у каждого защитного артефакта есть ёмкость, и нужно внимательно следить за тем, что на тебе надето. Тем более, что боеприпасы с магзарядами есть не только у его отряда, а магическая защита имеет резерв прочности.

Пока Илья был прикован тьмой к земле, в него попали не меньше десятка раз. И хотя его сдвоенный отряд пытался ответить нам огнём, выучка у моих людей оказалась получше. Ну или они просто каждый день сражались с порождениями бездны и стали опытнее.