Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

С утра на улицах Базы опять было людно, несмотря на пасмурную погоду и моросящий противный дождик. Очень кстати оказался мой дождевик, и вообще я себя чувствовал свежим и отдохнувшим после импровизированной ванны, смены белья и спокойного сна. Казалось бы, такие мелочи, а как влияют на наше состояние и настроение. Свой завтрак я не пропустил, но не увидел в очереди Джонни, чему надо сказать удивился – он был непохож на человека, способного добровольно пропустить прием пищи. Надо было все же зайти к нему, правда, я даже не знаю, в какой квартире он живет. Зайду на обратном пути, время до встречи в Совете ещё будет.

На завтрак давали гречневую кашу, и несколько печенек с чаем. Неплохо, учитывая то, что гречку я люблю. Завтрак проглотился моментально, говорить ни с кем не хотелось, хотя соседи по столу и стоящие в очереди люди улыбались и поглядывали порой на меня. Я знаю, тут принято заводить разговоры с незнакомыми людьми, легко и непринужденно, особенно за едой. Но сегодня у меня настроения соответствовать стандартам небыло, потому пропустим этот шаг.

После завтрака прогулялся до дома, правда, прогулка под дождем не доставила мне никакого удовольствия. До встречи в Совете было ещё чуть более часа, потому пошел искать Джонни. Зашел в коридор на нижнем этаже, он практически точь в точь повторял тот коридор, в котором я теперь жил, только стены были не бежевые, как на моем этаже, а зеленоватые. На квартирах никаких табличек или других опознавательных знаков не было, хотя заселены были почти все. Потому решил поступить самым простым способом, начиная “простукивать” все квартиры пока не найду Джонни, или кто-то не подскажет, где его найти. Начать решил с самой первой у лестницы квартиры, с окнами на неосвоенную территорию – зная планы Джонни, можно предположить, что он должен именно тут поселиться, ведь въезжал в дом он один из первых.

Мое предчувствие меня не обмануло, и буквально через секунд десять после моего стука дверь открылась, явив мне заспанную физиономию моего товарища.

– Сколькврмя? – скороговоркой невнятно проговорила голова, и получив ответ “почти восемь утра” с тихим стоном исчезла в недрах квартиры.

Поскольку дверь осталась приоткрытой, я расценил это как приглашение зайти. Сразу бросилось в глаза, что в квартире Джонни все окна на “чужую” сторону были наглухо заколочены фанерными щитами, и укреплены досками. Из-за этого в квартире была темнота, и только свет из коридора проникал сейчас туда. Джонни, казалось, это не смущало вовсе – он собрался секунд за пятнадцать. Причем спал он в штанах и рубашке, так что просто надел кроссовки и накинул куртку.

– Беги в столовую, там сегодня гречка. А я тихонько пойду уже в Совет, у меня там в девять сегодня встреча.

– В столовой почти всегда гречка на завтрак, – пробурчал Джонни. – Уж на что ее не люблю, но есть надо. Тебе удачи в Совете, обязательно выбей разрешение у них!

Он рванул по улице в сторону столовой, причем нормальным таким бегом. Я не спеша пошел следом, в Совет, в который раз обдумывая свою позицию и аргументы. Скверно, что я просто не представляю себе этот Совет. В моем воображении это почему-то большой полутемный зал, с одинокой маленькой кафедрой для меня и большой стойкой для трех Членов Совета. Воображение уже хотело нарисовать их в темно-синих мантиях, но тут я сам себя остановил – уже и так какой-то бред получился. Не важно, пусть там хоть кто будет, если люди в Совете адекватные, то я не видел в общем-то причин для отказа в выдаче разрешения. Конечно, я не в курсе местных секретов и укладов, а и того и другого тут по видимому хватает, но все же.

В таких мыслях дошел до площади, зашел в здание бывшей ратуши. Людей было поменьше, чем вчера, за стойкой приемной тот же самый клерк, который меня обслужил, разъяснял что-то своему единственному посетителю, для удобства даже повернув к нему монитор своего компьютера. Потоптавшись в зале, я поднялся на первый этаж. На этаже был только пустой зал для ожидающих, с несколькими дверями для кабинетов по периметру. Тут было совсем тихо, около одного из кабинетов сидело двое, явно пара, держать за руки и тихо переговариваясь между собой. Увидев меня оба синхронно кивнули в знак приветствия, и снова продолжили свой разговор. Я обошел зал по кругу, ни на одной двери никакой таблички не было. Ну что ж, значит остается только ждать своего часа, вызовут, наверное. Глянул на часы, ждать ещё около получаса, потому просто уселся на ближайший стул и сцепил руки, не зная чем заняться. Пару раз из одного кабинета в другой проходили какие-то женщины, пришел ещё один посетитель, так же как и я покрутился по залу, и уселся на свободное место. Потом молодую пару пригласили зайти в кабинет рядом с ними, и я подумал, что я следующий туда.

– Герр Кранц? – неожиданно над моим ухом прозвучал женский голос, я аж вздрогнул. Около меня стояла дама, вышедшая из бесшумно открывшейся двери рядом со мной, и выжидательно смотрела на меня.

– Да, это я.

– Проходите, пожалуйста.

Я зашел за ней, прикрыв за собой дверь. Дверь и тут была добротная, с обивкой, явно с хорошей звукоизоляцией. Кабинет внутри напоминал тот, в котором мы вчера беседовали с фрау Фишер, только тут столов было два, столы сами по себе были покрасивее, побогаче, на стенах висели красивые репродукции известных картин. За один из столов присела дама, пригласившая меня, за другим сидел пожилой мужчина, лет шестидесяти, с внимательными серыми глазами, в совершенно обычной кремовой рубашке и темно-синих джинсах. Дама, была в достаточно элегантном синем платье, что хоть как-то соответствовало той схеме Совета, которую рисовало мое воображение по пути сюда.

– Присаживайтесь. Мы вас внимательно слушаем. – дама показала на стул у своего стола. Никто из них не представился, что меня удивило, но это избавляет и меня от представления, к тому же они все равно знают, кто я.

– Добрый день. Мне сказали, что вы выдаете разрешения на выезд с Базы наружу. – я затруднился, как теперь правильно назвать окружающий нас мир.

– Вот так вот сразу? – неожиданно усмехнулся мужчина за соседним столом. – А зачем вам наружу?

– Во-первых, у меня пропала жена. Мы с ней случайно разминулись тут, в Австрии, несколько дней назад, она скорее всего с другой группой уехала. – не очень хорошая причина, на самом деле, но я уже сказал это клерку при регистрации,и теперь умалчивать об этой причине точно нельзя было. – Во-вторых, я хочу помогать этой базе тем, чем могу.

– И вы считаете, что можете помочь нам за периметром? Вы же знаете наверное, что у нас есть группа коммунальных служащих, которые оказывают огромную помощь всему населению базы.

– Да, знаю. И это здорово, на самом деле. Но я так же слышал, что вы поощряете добычу информации извне, разведку. Как видите, наши цели сопутствуют друг другу.

– Да, это отчасти правда. Но только отчасти. Дело в том, что в патрули мы посылаем опытных устойчивых людей, которые смогут постоять за себя если что, и примерно представляют, с чем им придется там, снаружи, столкнуться. – теперь уже говорила дама.

– Я очень хорошо себе все это представляю. Мне пришлось повоевать и с психами… то есть, простите, с зараженными, и с бандитами.

– Вот как? – удивились оба. – Прямо повоевать?

– Да. Я наткнулся в лесу на отряд военных, под руководством оберст-лейтенанта Грюнера. На нас сначала напала большая группа психов, а потом нам пришлось иметь дело с вооруженными бандитами, которые убивали людей в округе.

– Прямо детектив какой-то. – мужчина не очень мне верил. – И что потом стало с вашими друзьями-военными?

– Они сейчас тут, на военной базе. – спокойно ответил я.

Мой ответ опять удивил обоих. Мужчина поднялся с места, и подошел к даме, присев на край ее стола и наклонившись к ней. Они перебросились парой фраз, которых я не расслышал, потом он извинился, и вышел из кабинета.

– Мы проверим то, что вы рассказали. – продолжила разговор дама. – Если это правда, то это интересно. Но скажите нам честно, вы же хотите прежде всего искать жену, о какой вообще разведке может идти речь? И что будет, когда вы ее найдете? Нам с этого что?

– Я прекрасно представляю, насколько все плохо обстоит снаружи. И те места, где я буду искать жену, я буду очень внимательно просматривать. Где искать ее точно, я не знаю, потому не факт, что я ее вообще быстро найду, я хотел бы получить разрешение выезжать несколько раз, возвращаясь постоянно на базу. Всё интересное, что я по дороге увижу, я нанесу на карту, и передам потом вам. – этих вопросов я ждал и к ним готовился, потому текст из меня просто лился. – Даже если я ничего не найду, вы от этого ничего не теряете, зато будете знать, что определенная местность на данный момент безопасна. А это тоже немало. Когда я найду жену, я разумеется захочу ее привезти сюда, в безопасность. А она медсестра, и я уверен, что тут она будет полезна. В общем, в нашем сотрудничестве я минусов не вижу, только плюсы для обеих сторон.

Немного вранья не помешает, потому что Аня была по образованию психолог, но “медсестра” звучало намного лучше, а проверить они точно это не могли. Открылась дверь, и зашел тот самый пожилой мужчина. У него в руке была рация, покрупнее. чем уоки-токи у Грюнера, явно с куда большей дистанцией приема. Он поставил ее на зарядник на столе, сел за стол и только тогда заговорил.

– Я только что говорил с военными. – он указал на рацию. – Вчера действительно на базу приехала группа оберст-лейтенанта Хенрика Грюнера, с военной базы в Миттенвальде. Герр Грюнер подтверждает, что вы были с их группой, и подтверждает столкновение с группой зараженных и вооруженными бандитами. Кстати, а почему вы решили, что те бандиты убивали кого-то? Может быть это была просто вооруженная группа людей?

– Потому что мы хоронили тех, кого они убили. Одиннадцать невооруженных гражданских. Они их убили и ограбили. Герр Грюнер настоял на том, чтобы дать бандитам шанс сдаться, но они не пожелали, за что и были ликвидированы.

– И как это произошло?

– Операцией руководил лично Грюнер, спросите лучше у него. – я готовился и к этому вопросу, и решил не рассказывать про засаду и расстрел бандитов. Несмотря на то, что я сам был точно уверен, что мы убили именно тех, кто смерти заслуживал, Совет мою точку зрения мог бы и не принять.

– Андрей, у нас сложная ситуация с военными. – мужчина поднялся с места, и стал прохаживаться по коридору. – Они нас охраняют, рискуют своими жизнями ради всех нас. Но в то же время, почти никакого контакта кроме режимов охраны. Даже те патрули, про которые вы откуда-то узнали, военные отказались осуществлять. А я считаю, что это очень важно. Важно знать, что вокруг нас, что хорошего и что плохого. Важно находить новые источники продуктов, ресурсов. Потому нам приходится рисковать своими гражданами.

– Я добровольно вызываюсь на патруль.

– Понимаете, у нас был уже один случай. Первые три человека, которых мы отправили на патруль, и даже выделили им оружие, тут же на выезде из города попытались угнать армейский джип, убив одного солдата и тяжело ранив другого. Повезло, что рядом был второй патруль, абсолютно случайно. Нападавших ликвидировали, но второй солдат тоже позднее скончался от ранений. А те люди жили у нас три первых, самых сложных дня, и во всём нам помогали. И при этом оказались по сути предателями. Вы же пришли вчера, мы вас не знаем, как мы можем вам доверять?

– Никак. Честно, я лично не доверяю вообще никому. Но другого пути я просто не вижу. Вам нужны патрули, мне нужно искать жену и заботиться о том, чтобы мне было куда вернуться. Машина и оружие у меня есть, мне бы только топлива немного. Раз у вас были уже несчастные случаи с патрулями, то вы к ним более-менее готовы. Даже если я вдруг окажусь обманщиком, то, повторюсь, вы ровно ничего не потеряете, кроме одного рта на вашей базе. Точнее двух, потому что в разведку надо ехать вдвоем.

– И у вас есть уже идея, с кем?

– Да. Дежурный моего дома, Кристиан Мейер, мне кажется очень толковым парнем. Он тоже вызвался на разведку. Его в воскресенье сменят с дежурства, и он будет свободен.

– Вы пришли сюда подготовившись. – то ли удовлетворенно, то ли в насмешку сказала женщина, я так и не понял. – Как будто вы уверены, что разрешение вы получите.

– Мне сказали, что вы многим отказываете. Теперь я немного понимаю, почему. Но я также понимаю, чем мы можем помочь друг другу.. Просто мне хочется, чтобы и вы это поняли. – я постарался улыбнуться.

– Вы никогда не задумывались, почему мы набираем все время новых людей в патрули? Мы ведь за это время отправили уже шесть патрульных групп, не считая той, о которой я уже вам рассказал. – неожиданно спросил мужчина.

– Задумывался, но откуда мне знать, только предположения. Вы мне скажете?

– Потому что из шести вернулись на базу только две группы. И обе в тяжелом состоянии, и физическом, и моральном. По остальным мы вообще ничего не знаем, где они и что с ними.

– Тогда вы во мне тем более заинтересованы. Я понял о чем вы, это не будет прогулкой. Я отдаю себе в этом отчет. Я достаточно был снаружи сам, один, чтобы меня ненужно было дополнительно пугать.

– Хорошо, если так. Подождите, пожалуйста, в холле, мы переговорим и вызовем вас ещё раз.

Я вышел в тот же зал, присел на стул. Мужчина все уже решил, это было видно по его глазам. Дама сомневалась, но патрули – это была явно идея того мужчины, и раз ситуация такая, как он описывает, то лучше кандидата, чем я, им трудно придумать. Мои слова подтвердили военные, к тому же. Надо будет Грюнеру спасибо сказать, при случае.

Меня вызвали минут через десять, и подтвердили, что я получу разрешение на выезд и возвращение. На время экспедиции я получу свое оружие и машину, которую обещали заправить. Джонни должен прийти сам в Совет завтра, к девяти утра, для личного разговора. Если все будет в порядке, то и его со мной отпустят. Если наша миссия увенчается успехом – то есть, если мы вернемся живыми обратно, то разрешение продлят на неограниченное количество раз. Вроде как, есть шанс стать местным разведчиком. Завтра в десять утра назначен инструктаж, в этом же кабинете, и тогда мне уже ответят на мои вопросы, по крайней мере касающиеся деталей разведки, меня в этом заверили.

Весь оставшийся день я занимался хозяйственными делами: прежде всего натаскал себе в квартиру воды за несколько ходок. Не удержался, нагрел ещё ведро, и принял ещё один “душ” – прямо роскошь какая-то. Джонни, которому я кратко изложил итоги моей встречи, уже чуть ли не горел желанием брать Совет штурмом прямо сейчас, но я посоветовал ему все продумать и быть спокойным и взвешенным в своих аргументах. На радостях он весь день больше помогал обустраиваться мне, чем выполнял свои обязанности дежурного. Впрочем, за день на Базу поступил только один новый человек, молодая девушка, на каком-то пределе истощения: она все время пряталась в подвале своего дома неподалеку от Блуденца, питаясь чем попало, и вышла наружу только когда исчерпались запасы воды в доме. На ее счастье, она нашла указатели на Базу скорее, чем ее нашли нехорошие люди, и добрела к нам, чуть не падая от недостатка сил. Её определили конечно же в местную больницу, потому новых забот для Джонни пока не появилось.

Зато я разжился свечами (получил совершенно бесплатно у коммунальщиков, правда, всего четыре штуки, больше не дали), получил несколько блокнотов бумаги и пишущих ручек там же, уже в счет нашей будущей вылазки. Канцтовары выдавали сразу, без вопросов, так как тут они мало кому нужны были. Сегодня пятница, выезд думали запланировать на понедельник, когда Джонни освободят от дежурства. Надо ещё послушать инструктаж, что хотят увидеть руководители Базы, в какой угол планируют нас послать. А там уже будем смотреть, совпадает ли это направление с тем направлением, куда я собираюсь на самом деле.

Вечер прошел спокойно, я израсходовал свой последний талон на ужин, решительно отогнав от себя мысли о завтрашнем вечере. Это не сильно нервировало – тут каждый день приносит тонны новостей, потому как-то приноравливаешься к достаточно спокойному нейтральному отношению к завтрашнему дню – его в конце концов вообще может и не быть, если что-то пойдет совсем не так.

Ночью валялся в кровати, но организм уснуть категорически отказывался. В общем и понятно, адреналин перед вылазкой, я отдохнул в условиях, когда тебя не пытаются убить каждые пять минут, я даже ел нормально, горячую пищу. Пришлось зажигать свечу, даже две, и опять в сотый раз смотреть в атлас, прикидывая и планируя что да как, а заодно пытаясь запомнить карту окрестностей, мало ли что. В конце концов, сон всё же пришел, и забрал меня к себе. Как раз успел свечи затушить, да в кровать завалиться.

Разбудили меня выстрелы. Рывком сел в кровати, не понимая, что происходит, потом начал прислушиваться: пистолетные выстрел был совсем реальным, но сейчас, проснувшись, я уже не был так уверен – стало тихо. За окнами темнота непроглядная. Приснилось, что ли. Тут же услышал ещё два, и за ними – несколько коротких очередей из автоматического оружия. Стреляли не очень далеко, вроде бы на “дикой” территории за оградой. Быстро обулся, зашнуровав ботинки потуже, накинул дождевик, рюкзак на спину, и выбежал из дома, даже не закрывая дверь. Если там, снаружи, толпа психов, то эта база может прекратить свое существование очень быстро. На улице у подъезда столкнулся с Джонни, и ещё несколькими жильцами нашего дома. Сразу увидел и оценил, что и Джонни всё своё важное имущество собрал с собой в большой туристический рюкзак, и был одет и обут полностью. Остальные же просто высыпали наружу, кто в чем.

– Вроде стихают выстрелы. – Джонни прислушивался. Выстрелы и правда почти стихли, автоматных очередей совсем стало неслышно, только пара одиночных.

– Что вообще это? И где? – я пытался разглядеть через забор что-то, но перестрелка была все же не близко, и чуть в стороне от нас. Выстрелы действительно стихали, и вскоре вообще прекратились. Стали слышны звуки моторов, два джипа проехали несколько раз туда-сюда за забором – мы видели свет фар, даже скорее не сам свет, а его отблески.

– Ну все. Похоже, в этот раз ложная тревога. – Джонни выглядел даже слегка расстроенным.

Я не стал ничего говорить, но остался пока на улице. Остальные жители начали разбредаться по домам. Эта тревога ложной точно не была, по кому-то стреляли, причем достаточно активно, но не долго. Потом, очевидно, искали. Подробности я скорее всего смогу узнать утром, хоть какие-то. Интересно, это псих был, или какой-то местный криминал? Постоял ещё минут десять, даже замерз немного, да и пошел досыпать до утра.

Оставшуюся часть ночи никто не стрелял, но спал все равно беспокойно. Еле долежал до будильника, выстоял свою очередь на завтрак, показавшуюся мне длиннее, чем вчера. Действительно, опять была гречка, и несколько печенек с чаем, на сей раз впрочем шоколадных. Дома прибрался от нечего делать, все ненужные вещи от прежнего владельца убрал в большой шкаф в коридоре, заперев его на ключ. Раскладывать свои вещи не стал, даже наоборот, упаковал несколько свечей в рюкзак, и рюкзак поставил около кровати. Уборка заняла необходимое время, да и отвлекла меня немного. За полчаса до назначенного инструктажа вышел из дома, дошел до Совета правда минут за десять, несмотря на то, что старался идти медленно. В тот кабинет, в котором мы вчера разговаривали, постучался сам, заглянул – кроме женщины и пожилого мужчины, в кабинете был ещё один мужчина в военной форме, с пистолетом на поясе, и Джонни, который проходил собеседование в девять.