Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 177 (всего у книги 330 страниц)

Глава 19

Как всегда во время смертельной опасности, мой мозг начал работать на запредельной скорости. В голове разом возникли вспышки воспоминаний и догадок. Всё сложилось в единую мозаику, которая до этого была рассыпана по закоулкам разума.

Недоговорки бабушки и быстрая смена темы, когда разговор касался теневика, а потом и моего деда. Защита поместья от хождения по теням для посторонних. То, как теневик пытался учить детей тёмной магии и не стал добивать меня, хотя у него была такая возможность.

Ну и наконец копия Сердца Феникса и то, что место силы рода Шаховских подпустило к себе неизвестного тёмного мага.

Я раскинул руки в стороны и закрыл глаза. Если я ошибся, то меня сейчас размажет по стене пещеры тонким слоем. Если же я прав, то мне ничего не угрожает, а проклятья – всего лишь проверка для меня.

Сила рода Шаховских ударила в грудь, впечаталась в магический источник, заставив меня охнуть от боли. Примесь смертельных проклятий растеклась по телу, опаляя кожу и оставляя жгучие полосы. Я насчитал девять разных проклятий, каждое из которых могло убить меня.

Мне понадобилось мгновение, чтобы осознать, что я ещё жив. Разогнувшись и сжав кулаки, я перехватил ударившую в меня энергию и создал на ладони шар из чистой тьмы. Даже в темноте пещеры было заметно, что эта тьма словно поглощает весь свет и распространяется вокруг меня на несколько метров.

– Константин Шаховский, поздравляю вас с прохождением ритуала принятия силы рода, – сказал канцлер Лутковский, откашлявшись. – Комиссия подтверждает ваши права и назначение главой рода Шаховских. Поздравляю, граф.

– Благодарю, – проговорил я, с трудом удерживаясь, чтобы не заорать от боли и не упасть на холодный пол пещеры. Проклятья вгрызались в меня, проникали всё глубже и глубже. С каждой секундой они набирали силу. – Пройдёмте наверх, господа.

Я развеял сферу, энергия от которой тут же впиталась в стены и камни, и сделал всего один шаг. А потом меня чуть не сбили с ног дети. Борис просто обнял меня, а вот Виктория вцепилась в меня так крепко, будто хотела оторвать руку с корнем.

Она громко поздравляла меня и демонстрировала неуёмную радость, но я чувствовал, как девочка пытается тянуть из меня проклятья. Только вот она не знала, что это бесполезно.

Тот, кто решил проверить мои силы, точно рассчитал нужную формулу каждого заклятья и специально подобрал их так, чтобы я не смог передать Вике даже часть этой проклятой энергии. Я улыбнулся и погладил сестру по голове.

– Спасибо, сестрёнка, – сказал я и подтолкнул её к выходу. – Ты уже большая девочка, не нужно показывать гостям свои эмоции.

– Вообще-то я помочь хочу, – прошипела она так тихо, чтобы услышал только я.

– Не получится, – так же тихо возразил я. – Это мой урок и мой путь. Проклятья замкнуты на меня, только силы зря потратишь.

Как только я сказал, что это мой путь, сестра сразу же отпустила мою руку и поспешила за остальными. Борис продолжал сжимать меня так, будто боялся, что я сейчас исчезну. Он наверняка не знал, что я страдаю от проклятий, но чувствовал, что что-то не так.

Когда мы поднялись наверх, Герасим проводил проверяющую комиссию в гостиную, где уже были расставлены маленькие столики с закусками. Слуги стояли вдоль стены и смотрели на меня со слезами на глазах. Я вежливо улыбался, хотя моя улыбка была больше похожа на оскал.

– Ваше сиятельство, нам нужно закончить с формальностями, – обратился ко мне канцлер спустя несколько минут.

– Конечно, – кивнул я ему. – Можем пройти в кабинет или поговорить здесь.

– Вам нужно подписать пару документов, – Пётр Григорьевич достал из кожаного портфеля папку с бумагами. – Вот, прочтите.

Я бегло пролистал документы. Почти все они касались соблюдения эдикта о магических дарах в аристократических семьях, но парочка договоров касалась взятия на себя обязательств предыдущих глав рода. Контракты на поставку ресурсов очага императорской службе снабжения я подписал сразу же, обратив внимание на надпись мелким шрифтом.

Если я проиграю в испытании на владение вратами за стену, то количество ресурсов сократится в три раза. При этом мне нужно будет лично договариваться с любым из стражей врат о проходе за стену и охоте на чужой территории. Именно этот пункт показался мне самым важным – ведь согласно ему территория за стеной принадлежала тому, кто владеет вратами.

А это означало, что помимо права владения на стражей налагаются обязательства. Помимо сдерживания прорывов монстров, нужно будет следить за тем, чтобы от стены шла дорога вглубь аномального очага. И ещё мне придётся лично вытаскивать из-за стены заплутавших «охотников».

– Благодарю за сотрудничество, – кивнул мне Лутковский, когда я расписался на пятнадцати листах. – К сожалению, наше время ограничено. Я рад, что лично выбрался и познакомился с вами.

– Это взаимно, – я продолжал растягивать губы в улыбке, хотя у меня свело скулы. – Надеюсь, что мы ещё встретимся.

– Непременно, граф, – канцлер хмыкнул. – Причём даже раньше, чем вы думаете. Я пришлю вам информацию об испытании сегодня же. Хорошего дня.

– До встречи, Пётр Григорьевич, – я проводил взглядом удаляющихся членов комиссии и сел в кресло, едва за ними закрылись двери гостиной. – Дайте воды.

Две служанки рванули ко мне со стаканами и кувшином с водой, а Герасим жестами показал, чтобы остальные убирали со столов. Эдвард Рейнеке уходить не спешил, всем видом показывая, что он тут на законных основаниях.

– Тебе нехорошо, Константин? – спросил он заботливым тоном. – Ритуал непросто перенести, но тебе повезло – в твоём роду всего три тёмных мага. Представь, если бы их было больше десятка?

– Действительно, – я залпом опустошил стакан воды и налил ещё. – Что это, если не везение? Потерять отца и мать, остаться единственным, кто может взять на себя обязательства главы рода в восемнадцать лет… Редкое, прямо-таки демонское везение.

– Не передёргивай, – поморщился Эдвард. – Ты же понял, что я хотел сказать.

– Я понял, дядя, – процедил я сквозь зубы. – А теперь будь добр, покинь мой дом и дай мне побыть с семьёй.

– Я тоже твоя семья, – недовольно рыкнул он.

– Нет, как ты только что сказал, в моём роду всего три тёмных мага, – вернул я ему его же слова. – И ты не один из них. Хорошего дня и до встречи на испытании.

Эдвард Рейнеке скрипнул зубами, но спорить не стал. Он покинул гостиную почти бегом, напоследок хлопнув дверью.

– Какое варварство, – сухо сказала бабушка, поджав губы. – Невоспитанный грубиян, как и все Рейнеке.

Я не прокомментировал её слова, опустошил стакан и откинулся на спинку. Закрыв глаза, я призвал тьму и начал прогонять по телу проклятья. Кажется, я шипел от боли и даже рычал, но никто ничего не говорил. Даже стук убираемой посуды был едва различим.

Всё, что я слышал – ток собственной крови, который звучал в моей голове набатом. Энергоканалы сокращались в такт биению сердца, а тьма разъедала вены. Некромансер ждал где-то рядом, я знал это, хотя не мог его видеть.

Возможно, он наслаждался моей болью, улыбался безумной улыбкой и ждал, что я сдамся. Но нет, я снова и снова призывал импульсы тьмы, которая растекалась внутри горячей волной. Не знаю, сколько прошло времени, мне казалось, что целая вечность.

Когда я открыл глаза, на меня смотрели все мои близкие. Боря и Вика дрожали в напряжении, а Юлия Сергеевна не отрывала от меня пронзительного взгляда скрытых тьмой глаз.

– Ох-х, – выдохнула она, как только моя агония прекратилась. – Я уж думала, не переживёшь… как ты… Костик?

– Жив, – коротко ответил я и схватил кувшин, который служанки оставили на столике передо мной.

Я припал к горлышку и начал жадно пить, обливаясь и захлёбываясь холодной водой. Хорошо! Демоны бездны, как же хорошо!

Я жив, моё тело переработало проклятья, а ледяная вода будто снова вернула меня к жизни. И плевать, что сводит зубы, а рубашка насквозь промокла. Я жив!

– Что это было, Костя? – тихо спросила Вика. – Я чувствовала в тебе не одно проклятье, а несколько. Как такое возможно, ведь мы были в месте силы рода?

– Есть у меня пара догадок, – с кривой усмешкой сказал я. – Но пока рано о них говорить. Мне нужно столько всего сделать.

– Успеешь ещё, куда спешить? – удивилась сестра. – Ты чуть не умер… снова.

– Таков путь, – подмигнул я ей. – Теперь я – глава рода, и времени у меня не так чтобы много.

– Для чего? – спросил Борис, сглотнув.

– Чтобы подготовиться к испытанию его императорского величества, – сказал я и поднялся с кресла. – И чтобы заполнить все наши кладовые провизией и боеприпасами. У нас будет много врагов, когда я это испытание выиграю.

– Но… – начала было Вика.

– Никаких «но», – перебил я её возражения. – Тренируйтесь на полигоне, проверяйте границы своего дара, развивайте его. Скоро всё изменится.

– Не пугай детей, Костик, – проворчала Юлия Сергеевна.

– Они не дети, а тёмные маги, – напомнил я. – Тебе ли не знать, что тёмный дар нельзя оставлять в покое, его нужно выпускать как можно чаще, иначе он уничтожит мага.

– Всё так, – сказала бабушка, склонив голову. – Ты прав, глава.

Я кивнул и направился к выходу. Зубов должен был предоставить список боеприпасов, но это подождёт. Первым делом я хочу наконец перенастроить на себя защиту поместья, чтобы больше ни один ублюдок не смог пробраться в дом и причинить вред моей семье.

Ритуал прибавил мне сил, тем более что часть энергии от детей и бабушки я всё же поглотил и «переварил». С этого дня ни один из них не сможет причинить мне вред, даже если захочет. Мой источник просто воспримет их силу как мою и сожрёт, как Грох артефакты.

Кстати, пора бы моему питомцу уже появиться. Где бы он ни застрял, за несколько дней можно было найти выход даже со дна теневого плана. Не мог же он погибнуть в самом деле?

Я снова проверил нить нашей связи и получил отклик с той стороны. Кутхар был жив, но очень далеко. Хотя в этот раз он услышал мой зов и потянул у меня энергию. Я не стал жалеть и добавил чуть больше, чтобы этот теневой ворон перестал шляться неизвестно где и вернулся на службу. Зря я что ли его клятву принимал?

Меня немного шатало, но я уверенно шёл к сокровищнице, на которой были завязаны основные узлы защиты. В принципе, логично, что они именно там, в самом недоступном для других месте. Туда даже не все члены рода могут войти, что уж говорить про чужих.

Войдя внутрь, я снова бросил взгляд на артефакты и хмыкнул, увидев, что медальон пропал. Вот и ещё одно подтверждение моей догадки. Но это всё подождёт. Главное – узлы защиты особняка.

Сразу после ритуала моё кольцо с гербом рода Шаховских изменилось. Вместо тонкой полоски чернёного серебра на моём пальце теперь красовалась широкая шайба, а площадка с гербом стала больше. Изменились и свойства кольца: из обычного подтверждения члена рода оно перешло в режим главы.

А это значило, что именно кольцо являлось тем самым соединяющим элементом для перенастройки защиты дома. Что-то вроде одноразового артефакта, задача которого в закреплении связи между главой рода и защитными конструктами особняка. После того как я замкну все узлы на себя, оно станет просто украшением и символом для других.

Дети получат свои кольца после четырнадцати лет, и на протяжении их жизни они точно так же будут менять свои характеристики вместе со сменой статуса. Что ни говори, а с артефактами в этом мире умели работать. В этом я уже успел убедиться с самого первого дня, когда увидел во дворе дома Око Пустоты.

Его, кстати, бабушка тоже убрала в сокровищницу – в отдельный ящик, экранирующий энергию. Но это всё сейчас не имело значения, ведь Око уже никому не сможет навредить. Что-то я отвлёкся, а между тем у меня полно дел.

Работа с защитными конструктами, которые устанавливал не я, оказалась не самым простым занятием. Я быстро нащупал центральные узлы структуры и начал перенастраивать их на себя. Для этого нужно было направить в каждый участок импульс своей силы.

После того как система защиты признала меня, началось самое сложное. Чем-то она была похожа на мою паутину тьмы – от центральных точек тянулись нити энергии в разные стороны, охватывая сетью весь особняк. Встроенные установки позволяли отслеживать перемещение людей по дому и его окрестностям и колебания магического поля.

Контроль над перемещением по теневым слоям тоже был, но кто-то повредил эту функцию, оборвал нити и закольцевал их на обычную защиту от вторжения. Больше того, вся защитная сеть зияла прорехами, словно разорванная паутина на ветру. Понятно, почему к нам то и дело заявлялись «гости», – защитная система особняка их просто не видела.

Восстанавливать каждый такой узел и каждую нить пришлось почти вручную. Я подхватывал энергетические линии и скреплял их в нужном порядке. Подпитка новых узлов, образовавшихся из-за обрывов, истощила мой магический источник уже через несколько десятков манипуляций.

Н-да, придётся заниматься этим нудным делом каждый день по мере наполнения источника. А у меня ещё испытание за врата на носу. Надеюсь, что успею закончить хотя бы с основными нитями к моменту отъезда.

Когда я вышел из сокровищницы и поднялся в дом, там уже все собрались, чтобы поздравить меня. Как оказалось, утренний фуршет с закусками был приготовлен для гостей, а для своих слуги устроили настоящий пир. Гвардейцы, не занятые на стене и в карауле, выстроились на площадке перед домом и, стоило мне выйти на крыльцо, оглушили меня троекратным «ура».

Я улыбался и принимал поздравления, понимая, что весь род Шаховских вместе со слугами, гвардейцами и служившими мне магами вот уже три недели ждали разрешения ситуации. Никакой определённости не было ни у кого, а внезапное увольнение почти половины гвардейцев добавляли нервозности.

– Ваше сиятельство, вот список, который вы просили, – сказал Александр Зубов, когда поток поздравлений закончился. – Вроде бы ничего не забыл.

– Как дела у стены? – спросил я, забрав документ, в котором было больше десятка страниц.

– Пока всё спокойно, – ответил он. – Мелочь отстреливают, гостей не предвидится – все аристократы и их дружины будто затаились и ждут. Хотя у Аристовых и Старковых поток охотников не уменьшился.

– Ну что ж, подождём вместе с ними, – я усмехнулся. – Надо бы нам гвардию расширить. Что скажешь, Александр?

– Вояки – народ неглупый, – пространно ответил он, а потом, увидев мой вопросительный взгляд, пояснил. – Судьба рода Шаховских вроде как на перепутье. Идти к нам даже за большие деньги сейчас невыгодно – вдруг новый глава пошлёт своих людей умирать в бесполезных войнах, а потом ещё и врат лишится.

– Вот как, – протянул я задумчиво.

Зубов прав, мы сейчас находимся в подвешенном состоянии. Если я не отстою права на проход за стену, то наша судьба будет очень незавидной. Даже я не знаю всех нюансов, а ведь нас могут сослать куда подальше или и вовсе лишить титула.

И винить людей за осторожность точно не стоит. Своя рубашка ближе к телу, чем чужая, а мы для возможных новобранцев не лучший выбор.

Я оглядел столы, на которых лежали горы пирожков, исходили паром казаны и кастрюли с горячим. Вроде бы обед уже по расписанию, а аппетита у меня так и не появилось. Зато всё тело горело и чесалось от недавно переработанных проклятий. Не удивлюсь, если на коже останутся шрамы, хотя ранения как такового не было.

Решив всё же подкрепиться на всякий случай, я придвинул к себе несколько подносов с пирожками. И только успел откусить, как система защиты подала сигнал. Так и знал, что теневик не сможет пропустить скромную пирушку во дворе.

Я встал из-за стола и направился в сторону полигона – там сейчас точно никого не было. Несмотря на устроенный Мартой пир, гвардейцы зорко следили по сторонам. Они даже устроили внеплановую смену караула, чтобы все успели поздравить своего графа и попробовать вкусный обед.

И всё же на полигоне было тихо и пустынно. Я неспешным шагом прогулялся к снарядам и толкнул мешок с песком. Убедившись, что никто не спешит на тренировку, я уселся верхом на бревно и скрестил руки на груди.

– Ты доволен? – спросил я вслух. – Или твоё испытание состоит из нескольких этапов, и мы только начали?

Ответом мне стала тишина. Но я уже чувствовал, как дрожат нити защитной структуры. Более того, я точно знал, что теневик-некромансер стоит в паре метров от меня, прячась в теневых слоях.

Я вздохнул и рывком провалился в тень. Вряд ли мой недавний противник слишком глубоко – для наблюдения за нами ему пришлось бы каждый раз выныривать в реальность. А раз он этого не делал, значит дальше третьего слоя не уходил.

Ледяная дымка первого слоя окутала меня сразу же, как только я шагнул на первый слой. На втором воздух стал вязким и горьким на вкус, и я не только ощутил бодрящий мороз, но и увидел того, кто уже дважды пытался меня убить.

Как я и ожидал, медальон уже висел на груди некромансера. Его фигура размывалась в тени, меняя очертания и форму. Но я сделал шаг вперёд и нацепил на лицо привычную усмешку.

Я уже знал, кто этот человек. Понял, когда место силы рода Шаховских пропустило его на ритуал и позволило ударить по мне во время ритуала. Когда увидел рваные нити «паутины» защитной системы.

Я знал, что передо мной тот самый человек, горевший своим делом до самого конца. Тот, кто пошёл на всё ради создания истинно тёмного артефакта. Тот, кому было плевать на условности, ведь его эксперимент был так близок к завершению.

– Ну здравствуй, дедуля, – сказал я, и моя ухмылка стала шире. – Поговорим?

Глава 20

– Догадался-таки? – услышал я глубокий голос, не похожий на старческий. – Сам или помог кто?

– Было несложно, когда все детали сложились в голове, – сказал я, продолжая улыбаться.

– И что ты планируешь делать? – тени вокруг деда расступились, и я смог увидеть его лицо. Изувеченное шрамами и следами проклятий, оно было больше похоже на восковую маску.

– Убить тебя конечно же, – я пожал плечами. – Сразу, как только наберусь сил.

– А сможешь? – хмыкнул он. От усмешки деда, шрамы искривились, сделав его лицо ещё более жутким. – Родная кровь как никак.

– Ты же смог, – я убрал улыбку и посмотрел в наполненные тьмой глаза того, кто убил собственного внука и чуть не прикончил остальных. – Подменил ритуальные травы, уговорил через свою марионетку Бориса вмешаться в ритуал. Ты убил внука. Так с чего бы мне дорожить «родной кровью»?

– Я должен был убедиться, что ты справишься, – прошипел Дмитрий Шаховский. – Ты всегда был слюнтяем, а во главе рода должен стоять воин!

– Поэтому ты научил Вику забирать проклятия, а Бориса перемещаться в тенях? – спросил я, склонив голову к плечу. – Или, может быть, поэтому активировал сначала Око Пустоты, а потом Смертельный Исход?

– Маргарита была идиоткой, когда отказалась учить своих детей, – в голосе деда слышалась тихая ярость. – Кто-то же должен был сделать их сильнее.

– Они – всего лишь дети, – рыкнул я. – Если так хотел обучить их, можно было начать с азов, а не со смертельных практик.

– А не ты ли не так давно сказал, что они не просто дети, а тёмные маги? – ехидно спросил некромансер. – Тьма не терпит бездействия и пренебрежения ею. Время было на исходе, тьма уже начала пожирать их.

– Артефакты, дедуля, – напомнил я ему. – Ты использовал запрещённые артефакты рядом с детьми. Ты не мог знать, что всё обойдётся.

– Я и не знал, – недовольно пробурчал он. – Мирзоев не должен был их использовать. Это был подарок для тебя, когда станешь сильнее.

– Хочешь сказать, что он пошёл против твоей воли? – не поверил я. Да такие, как Мирзоев, служат до самой смерти, не в силах предать или отступить от приказов.

– Испугался, бывает, – не очень уверенно сказал дед. Я видел, что его самого бесит поступок Мирзоева, но признаться в своей недальновидности он не может.

– И как это ты не уследил за ним? – спросил я с наигранным удивлением.

– Ты же не думаешь, будто я постоянно нахожусь в поместье? – проворчал он. Вот теперь я чувствовал, что передо мной старик.

– Кто ж тебя знает, – я снова пожал плечами и выдохнул морозное облачко пара.

Тень – не моя стихия, но в этом мире именно в тени я мог становиться похожим на себя прежнего. И мне приходилось сейчас прикладывать неимоверные усилия, чтобы не показать некромансеру, каким я могу быть. Ни к чему ему знать, на что я способен, тем более что убить его у меня пока не хватит сил даже здесь, на изнанке.

– У меня и другие дела есть. Я и так явился сразу после уничтожения артефакта, – буркнул дед, а потом всмотрелся в моё лицо. – Ты до сих пор слаб. Даже на втором слое тени едва держишься.

– Это моя проблема, не твоя, – я сделал глубокий вдох, вязкий воздух медленно растёкся по лёгким. – Я позабочусь о роде, ты мне не нужен.

– Я сам решу, нужен я или нет, – процедил некромансер, снова закрывшись тенями. – Вот когда пройдёшь испытание, тогда и поговорим.

С одной стороны, мне были понятны мотивы деда. Он хотел, чтобы его потомки стали сильнее, и действовал как истинно тёмный маг. Но он утратил связь с реальностью и потерял остатки родственных чувств, когда связался с некротической энергией.

– Предупреждаю тебя, дедуля, если причинишь вред детям, я убью тебя в тот же миг, – я прямо смотрел на расплывающееся в тенях лицо деда. – И поверь, моя рука не дрогнет. Такие, как ты, не должны существовать в этом мире.

Какое-то время теневик смотрел на меня, изучая и что-то для себя проверяя. Будто я подопытный экспонат, попавший в его лабораторию. Я же при этом усиленно сдерживал тьму, чтобы не явить теневые крылья или свой истинный облик, который в тенях проявляется очень отчётливо.

– А ведь ты ничем не лучше меня, Константин, – со смешком сказал дед после недолгого молчания. – Твои руки уже по локоть в крови, и останавливаться ты не собираешься. Однажды ты переплюнешь даже меня.

– Я никогда не отдам свою душу во имя тёмной энергии, не расплачусь своими принципами за безделушку, которая ничего не стоит, – вокруг меня сгустилась тьма, на миг показав тень моих крыльев. – Ты продал себя в обмен на никчёмную подделку и всё равно не смог приблизиться к созданию истинно тёмного артефакта, который примет сама тьма.

– Безделушку⁈ Подделку⁈ – проревел некромансер. – Никто в этом мире не сможет повторить моё изобретение. Ни один человек не сумеет сделать даже десятую часть того, что сделал я.

– Ну ещё бы, – усмехнулся я. – Мало кому придёт в голову устроить массовые жертвоприношения ради побрякушек. Я знаю, как создаётся Око и Исход. И ты давно не человек, а тень прошлого себя.

– Вот как ты заговорил, – протянул он, внезапно успокоившись. Тени снова расступились, явив мне его лицо. – А ведь ты чуть не провёл меня. Мой слюнтяй-внук не мог знать порядок создания тёмных ритуалов. И он никогда не смог бы убрать последствия их использования.

Едва закончив фразу, некромансер швырнул в меня россыпью около десятка теневых кинжалов.

Я действовал на рефлексах. Переместился за спину деда и ударил ребром ладони в его шею. Дмитрий Шаховский успел увернуться и рывком отскочить в сторону.

Мы почти синхронно выпустили друг в друга теневые лезвия, пропустили их над головой и развернулись. Мы перемещались по теневому слою, появляясь и исчезая за спинами друг друга. Наши действия были схожими, хотя приёмы отличались.

Мы оба были воинами, прошедшими не одну битву. Опыта у нас хватало, как и знаний. Силы… ну в тени я мог сражаться с некромансером почти на равных, хотя и был гораздо слабее его.

Некромансер резко замер, а потом с четырёх сторон в меня полетели теневые косы, как тогда в особняке. Можно было отпустить теневые крылья и взлететь, но я решил, что рано деду знать все мои секреты. К тому же, моих сил в данный момент не хватит, чтобы выиграть этот бой.

Это не битва со слизнями, а самое настоящее сражение с противником, который намного сильнее меня. И жив я только потому, что дед сознательно сдерживается.

Перемещаться за его спину я не стал – чуял подвох, поэтому просто замер на месте и сделал глубокий вдох. Лезвия теневых кос коснулись моей кожи, вгрызлись в тело, оставляя глубокие порезы. Всего долю мгновения они пытались искромсать меня, но растаяли без следа.

Как я и думал, дед не хотел убивать меня. Если меня не станет, род Шаховских исчезнет с лица земли. Борис ещё слишком юн, а других претендентов на место главы рода нет и не будет.

– Почему не стал уклоняться? – спросил некромансер с удивлением в голосе.

– Не хочу, – я продолжал стоять неподвижно, пока моя кровь с шипением впитывалась в теневой слой.

– Ты же воин! – рявкнул дед. – Сражайся!

– Ты уже убил меня однажды, – спокойно сказал я. – Убил собственного внука. Тьма вернула меня, но ты всё никак не можешь принять это.

– Ты не мой внук, – помотал головой теневик. – Костя не умел сражаться, а ты… я чувствую за твоими плечами силу и опыт. Кем бы ты ни был, но ты точно не Константин Шаховский.

– Считай как хочешь, мне плевать, – я пожал плечами и поморщился от боли. Ладно бы просто раны ныли, но тень высасывала мои силы с жадностью сотни голодных демонов. – Либо добивай, либо уходи.

– Тьма вернула, говоришь… – медленно протянул он, втягивая носом воздух, пропитанный запахом моей крови. – Тьма никогда ничего не делает просто так.

– Пожалуй, это единственное, в чём я с тобой согласен, – я усмехнулся и даже радостно зажмурился.

Моя кровь, пролитая на изнанке реальности, стала маяком для Гроха. Я уже чувствовал, как мой питомец спешит ко мне. С каждой секундой он ощущался всё ближе.

– Чего ты ждёшь? – спросил дед, отвлекая меня от слежки за кутхаром. – Почему не уходишь из тени? Я же вижу, как ты слабеешь здесь.

– Мы ещё не закончили наш разговор, – напомнил я ему. – Ты не должен вмешиваться в дела рода. Ты утратил право на это, когда отрёкся от всех и стал некромансером.

– Я не отрекался! – разозлился дед. – Я пришёл к Юле, пришёл к сыну. Это они отреклись от меня.

– Отец знал, что ты шастаешь по дому в тенях? – задал я вопрос, от которого зависело очень многое.

Если Валерий Шаховский знал и допустил повреждение защитных структур поместья, то ему сильно повезло, что он погиб до встречи со мной. Пусть он питал слабость к отцу, но безопасность домочадцев должна быть на первом месте.

– Не знал, – недовольно ответил дед. – Он даже не заметил, как я отрезал основные узлы. Был так занят своими поисками, что перестал быть главой задолго до своей гибели.

– Какими поисками? – я нахмурился. В воспоминаниях Константина не было ничего о действиях родителей, кроме того что они регулярно ходили в рейды за стены. – Что он искал?

– Расскажу в другой раз, – резковато сказал теневик, замерев и прислушавшись к чему-то. – Мне нужно спешить в другое место.

– Подожди, ответь ещё один вопрос, – остановил я его. – Почему ты не защитил Вику от бастарда князя Давыдова?

– Потому что меня здесь не было, – проворчал он, инстинктивно схватившись за грудь в том месте, куда я ранил его во время нашей первой встречи. – Дела у меня были. Вот и не успел. Ещё увидимся.

Он исчез, едва договорив последние слова. Просто растворился в тенях, нырнув на более глубокие слои. Ну а я перестал сдерживать силу и расправил крылья.

Регенерация скакнула вверх, раны начали затягиваться, а воздух перестал быть слишком вязким и тягучим. Как же мне не хватает моих сил в реальном мире, а не на изнанке. Пусть и здесь я могу ощутить лишь часть своей мощи, но даже так – куда интереснее, чем совсем без неё.

Через несколько минут второй теневой слой начал дрожать, будто кто-то прорывает его с другой стороны. Ещё пару мгновений спустя передо мной устало плюхнулся на живот Грох.

Судя по виду кутхара, ему неслабо досталось. Левое крыло было сломано в нескольких местах, когти частично вырваны, а чешуя зияла проплешинами. На теле моего питомца виднелись раны, а из клюва стекала густая чёрная жидкость.

– Кто это тебя так? – спросил я, склонившись над Грохом.

– Хозя-я-я-ин, – жалобно прошелестел он, приподняв голову. – Ты спас меня. Не пожалел крови…

– Ну надо же было тебя как-то вытаскивать, – сказал я, нахмурившись. – От тебя пахнет смертью и морозом. Глубоко был?

– Восьмой уровень, – тихо ответил Грох, взмахнув здоровым крылом. – Если бы не сила твоей бабушки, меня бы там разорвали. А так получилось отбиться.

– Ты впитал силу бабушки? – удивился я. – А почему тогда тебя вынесло на дно изнанки?

– Силу-то я поглотил, а вот импульс, – Грох тяжело вздохнул. – Повезло, что ещё жив остался.

– Восстанавливайся, пока есть время, – сказал я, убирая крылья и собираясь вернуться в реальный мир. – Скоро ты мне понадобишься на испытании.

– Я постараюсь, хозяин, – кутхар наконец поднялся и поджал израненную левую лапу. – Ой, а почему здесь чувствуется энергия того теневика? Ты опять сражался с ним?

– Да, так уж получилось, что без боя с некоторыми людьми не поговорить, – я скривился. – Пока силу не покажешь, с тобой не будут считаться.

– Совсем как у нас, – согласно кивнул питомец. – Слабые не выживают.

– Так везде, Грох, – я качнул головой и невесело усмехнулся. – В любом из миров. Даже в тех, где нет разумной жизни, сильные пожирают слабых.

Я вынырнул из тени и сделал жадный вдох. Вот за что я не люблю изнанку, так за воздух, который ощущается, как густой кисель. Его будто пьёшь, а не вдыхаешь.

Только я надышался, как услышал шаги за спиной. Обернувшись, я встретился взглядом с Юлией Сергеевной. Она помедлила, будто в нерешительности, а потом поджала губы и выпятила подбородок.

– Ты говорил с ним? – спросила она, встав напротив меня и оглядев меня с головы до ног.

– Говорил, – коротко ответил я и замолчал.

Бабушка с самого начала знала, что её муж жив. Более того, она догадывалась, что именно он вмешался в ритуал принятия силы, который убил Константина. Но она промолчала.

И когда зашла речь о неизвестном, что учит детей магии, подвергая их жизни опасности. И после появления Око Пустоты. И даже когда я сразился с некромансером, бабушка не сказала ни слова.

– Он тебя не покалечил, – тихо выдохнула она, отводя взгляд. – Я должна была предупредить… знаю, что должна была. Но я не смогла.

– Да. Должна была, – жёстко сказал я и развернулся, чтобы уйти с полигона.

– Прости, Костик, – прошептала бабушка. – Я не думала, что он вмешается и в этот ритуал.

– А стоило подумать, – сказал я, не став жалеть её. – Ты точно знаешь своего мужа лучше, чем мы своего деда.

– Я знала его! – с жаром воскликнула Юлия Сергеевна. – Раньше знала. Или думала так. Но то, кем он стал… он незнакомец для меня.

– Пусть так, но что тебе мешало сказать? – процедил я сквозь зубы. – Просто сказать. Чтобы я понимал, с кем имею дело, когда строил догадки и пытался защитить свою семью.