Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

– 

Так. Марко, вместе с Мелким, берите Андре и быстро его в больницу. Мелкий, ты остаешься там же, пока это будет необходимо. Как только тебя подремонтируют, дуй обратно. Марко, как доставишь раненых, сразу сюда, ждать меня тут. Я сейчас в штаб, нужно узнать ситуацию и дальнейшие планы. Андрей, ты теперь с нами. Мы из всего этого выбрались вместе, ты меня вытащил тогда – считай, что сам виноват, будешь теперь у меня в подразделении. Считай это официальным зачислением в отряд. И сразу первый приказ: сидишь тут пока один, тихо как мышь, никуда не высовываешься и не уходишь, ждешь сначала Марко, потом меня. Задачи ясны?

Мы сидели в комнате "отдыха" офиса Грюнера, где с нашего выезда вчера не изменилось ничего. Прямиком от шлюза мы заехали сюда, раненый остался в машине, и теперь Марко повезет его в какую-то больницу, в которую, по видимому, должен был попасть и я. Кстати, а что теперь со мной? И как мне теперь относиться к доктору Шмидту, после всего что мне Лаццо рассказал? Пока не знаю, нужно поговорить с Грюнером, но уже после его возвращения из штаба, явно. Что касается моего назначения – наверное я вполне искренне рад. Даже совершенно точно рад. Как-то мне будет спокойнее и увереннее с Грюнером. Если конечно ему вот так вот разрешат меня "забрать". Но это уже его вопрос, как мне кажется. Вообще, в последнее время я за несколько дней успел сделать какую-то странную головокружительную карьеру: восстановился в Жандармерии, потом попал в охрану Центра, теперь вот и вовсе в местную контрразведку. Не закружилась бы голова.

Грюнер и Марко спустились вниз одновременно, Марко уехал на моей машине с раненым Андре (почти тезка, однако. Многовато нас тут, в Центре), Грюнер взял откуда-то запасной "рейндж ровер" и понесся на нем в штаб. Я остался в комнате, расположился у окна, сбоку, так, чтобы не отсвечивать. Пока есть немного времени перебрать и почистить оружие, благо Марко мне показал, где я могу найти все необходимые для этого вещи.

По пути бросилось в глаза, что территория Центра внутри не тронута. То есть, за периметр Центра никто не прорвался. У ворот был бой, его последствия мы видели. На склоне сбоку-сверху были попытки прорваться, в основном зараженными и мутантами. Центр спасли минные поля и колючая проволока с блок-постами. Все сработали, угрозы ликвидированы. Совершенно непонятно было, что твориться с Базой, и что делают боевики. Я надеялся, что это прояснит Грюнер, когда вернется.

Марко примчался примерно через полчаса, и сразу принялся приводить в порядок свое снаряжение. На его голове красовалась новая повязка, от госпитализации он категорически отказался. Я уже к тому времени закончил с пистолетом, а разбирать автомат пока не брался, поскольку не был уверен, что смогу собрать его обратно. Глядя на Марко стал разбирать свой автомат тоже, вместе с ним, он только порой посматривал, хмыкал, да давал советы, как лучше и правильнее действовать. В общем, с толком провели время. Марко показался мне человеком правильным, серьезным и внимательным. Не то что бы мы прямо стали друзьями, но понимание явно наладилось. Совместное уничтожение мутантов ночью очень способствует нахождению взаимопонимания, как я полагаю.

Грюнер приехал часа через два. Сразу прошел в свой кабинет, через минут десять вызвал нас с Марко к себе. Когда мы вошли, командир начал говорить без предисловий.

– 

Ситуация на данный момент такова: несколько банд, среди которых видимо были и бандиты Санни, организовали прорыв территории Базы в трех местах. Два места в городе, третьим направлением был выбран Центр, напрямую через гору. Город им удалось захватить, в основном благодаря мутантам и зараженным. Центр общими усилиями нам удалось удержать. Точное число жертв пока неизвестно, но оно огромно. Много людей скорее всего просто бежало из города, неизвестно куда.

Грюнер сделал паузу, а я про себя отметил, что пока он ничего неочевидного не сказал.

– 

На данный момент выглядит, что банды организованно покинули город. Мы подняли несколько дронов, есть пара камер наблюдения. Ворота Базы открыты, часовых на блокпостах не видно. Армия сейчас входит на Базу, чтобы закрыть ворота, заблокировать как-то пока места прорывов, и вообще понять, что творится в городе. Зараженные и мутанты наверняка до сих пор там еще есть, вопрос только, в каком количестве. Теперь дальше – у нас введено военное положение, код красный. Андрею я позже объясню план на случай красного кода. Известно, что прорывы в город подготавливались также изнутри, силами некоторых горожан. Кем именно – пока неясно, как и неясно, где это люди сейчас и что они готовят еще. Потому вы оба даже спите с оружием и в снаряжении пока. Андрею выдай пожалуйста бронежилет, возьми из шкафчика Виктора. – на последней фразе Грюнер посмотрел на Марко, тот кивнул в ответ.

– 

Теперь о печальном: прорыв в Центр через гору мы остановили, но мы использовали для этого все наши козыри – минное поле, скрытые блиндажи, линии колючей проволоки. Если противник не дебил – а мы исходим из того, что он не дебил – то он наблюдал за прорывом, и получил очень много информации о нашей обороне. Наша задача сейчас: дождаться доклада военных с города, и обеспечить проверку места прорыва на холме. Что уцелело, что нет, какова ситуация, каковы наши шансы отбить повторную атаку.

– 

Когда ожидаем повторную атаку? – задал вопрос Марко. У меня тоже не было сомнений, что вторая атака последует, уж слишком просто отошли банды, не достигнув своей главной цели. Вопрос лишь во времени.

– 

Трудно сказать. Мои разведчики за периметром доложили, что несмотря на внушительные потери бандитов, из города отошли немалые силы. Вопрос, остались ли у Зета еще мутанты.

– 

Он ими управляет? – задал я интересующий меня вопрос.

– 

Не знаю. – пожал плечами Грюнер. – Не думаю. Думаю, что их вывозят, оставляют в поле, а дальше дают им "направление" свежеубитыми людьми, располагая их недалеко от грузовиков, в которых сидят мутанты, в правильных направлениях. Грузовики открывают видимо дистанционно, или замки на задержке, это не сложно. А дальше уже монстры ищут себе жертв сами. Но все это только лишь предположения, основанные правда на некоторых наблюдениях.

– 

Ясно. – ответил Марко. – Пока ждем?

– 

Пока ждем. Марко, ты свободен, Андрей пока останься тут.

Марко вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Грюнер помолчал пару секунд, и обратился ко мне.

– 

Смотри, скажу как есть – я пока понятия не имею, как быть с тобой. Пока все, что могу сделать – забрать тебя в свой отряд. Сейчас, я думаю, Шмидт не сможет никак на это повлиять, в конце концов мы до сих пор по сути в бою. Но приоритеты свои мы уже обозначили, ты и уже и я. Потому покоя теперь не будет, и после боя тоже. Если переживем то, что творит Зет, то будем думать дальше.

– 

А что с опухолью в моей голове?

– 

А ничего. Я не врач, и точно сказать тебе не могу. Больше того, есть теория – пока только теория! – что Шмидту образцы того, что есть у тебя в голове, нужны вовсе не для вакцины от заражения. Вакцина, прямо скажем, сейчас пока не на первом месте.

– 

Я правильно понимаю, что доктору нужен результат не на минус, а на плюс? – спросил я осторожно.

– 

Что-то в этом роде. Насколько я в курсе – еще раз, я не врач! – считается, что образцы твоих тканей могут помочь для создания лучших экземпляров мутантов. Возможно, даже управляемых. Как – не знаю, на спрашивай. Это все пока теория, и не моя теория.

– 

Она многое объясняет. Но почему именно я? Ведь людей с даром много повсюду…

– 

Нифига не много. И те, кто есть, предпочитают уже себя не высовывать. У нас были двое, одного, как я думаю, убрал "Белый свет", чтобы он Шмидту не достался. Второй достался Шмидту, но там походу его врачи сами что-то накосячили, и мало того что пациента потеряли, так еще и ткани испортили.

– 

Так. – у меня вспотели ладони. Не от страха, а от того, что впервые за все время я начал получать ответы и складывать свой жизненный пазл. – Что тогда получается? Давным давно, Аня попала в автобус с таинственным медиком и зараженным, который ехал сюда…

– 

…и не доехал – Зет явно узнал об этом, и подготовил засаду, чтобы ученого перехватить себе. Походу, тот зараженный был одной из первых попыток создать мутанта с зачатками разума. Он нужен был Зету, очень нужен. А тут так некстати выжил Луиджи, оказал сопротивление, и ты еще им карты смешал своим появлением. Зет тогда сильно ошибся, отправив не так много людей на задание, и им пришлось образец взрывать, чтобы он не достался Центру. Наверное не хотел чтобы даже свои знали о том, что они забирают, отправил видимо только нескольких, кому он доверял. Ну а твоя жена просто оказалась там…

– 

Потом мы повезли другого ученого, Тиммермана, скрытно, сюда из Фивиццано. И опять Зет про это узнает, и опять ошибается? Не много ошибок у него?

– 

Тут я не уверен, но есть информация, что тот БТР, который вас спас, был на дороге не случайно, и должен был как раз прикрывать бандитов. Но видимо что-то не срослось, или командир БТРа не получил своих условий от Зета, или передумал почему-то, и разнес машину бандитов вместо того, чтобы взять вас. Опять же, доказательств у меня нет, но это очень похоже на правду.

– 

Предположим. – я не заметил, что шагаю по кабинету Грюнера от стены к стене, а он с любопытством на меня смотрит со своего кресла. – Потом мы встречаемся с Луиджи, и лажается уже Шмидт, если верить Лаццо. А не верить ему у меня нет оснований – он знал, что умирает. Вместо того, чтобы нас тихонько взять, нас взрывают. Зараженные помогли, выходит. А кого нанимал Шмидт?

– 

Понятия не имею! – пожал плечами Грюнер. – Но поверь мне, таких вот "лихих" ребят тут в округе полно. Тем они и кормятся. Наемники, одним словом. Я думаю, Лаццо сам порой прибегал к их услугам.

– 

Так, окей. Тогда получается любопытная картина. Шмидт имеет установку, и может клепать монстров, но ему нужно нечто большее – армия мутантов-солдат. Ну ладно, не армия, хотя бы батальон. Хватит, на мой взгляд. Зет имеет все, кроме установки. Хотя погоди, он же делает тоже мутантов? Или нет?

– 

Хотел бы я знать… Часть мутантов в округе, как мне кажется, это эксперименты Шмидта. Он их по началу просто выпускал, с маячками для отслеживания. Маячки правда хреново работали, или не работали вовсе. Есть исследование, подтверждающее, что мутанты появляются и случайным путем, путем обычной мутации, правда невероятно быстрой. Ну и есть вероятность, что и Зет тоже что-то мастерит у себя, но не факт, что у него есть все то оборудование, которое ему нужно. Все же эту базу готовили годами, как мне кажется.

– 

Тогда выходит, что Зету действительно нужна эта установка. И он не успокоится, пока ее не получит.

– 

Согласен. Потому что все остальное, чтобы стать местным богом, у него есть.

– 

И… Какой план?

– 

Все просто: мы проверим, что осталось от нашей защиты периметра. Есть у меня нехорошая уверенность, что там осталось немного. Пара козырей у Центра есть еще, но уже немного. Я не думаю, что Зет атакует сейчас прямо, ему нужно хотя бы перегруппировать своих, донести до всех новые задачи. Но и много времени нам на отдых он тоже дать не захочет. Я бы ждал атаку следующей ночью, или под утро. Если во время атаки мы поймем, что сдержать соперника не можем, то мы уходим на мыс, на тот полуостров за бухтой. Там, в домах есть запасы оружия и припасов, на крайний случай. И вот оттуда нас будет очень сложно достать.

– 

Да, но осадить это полуостров запросто.

– 

Зету не нужна осада. – отмахнулся Грюнер. – Да и людей для осады у него не так много. Ему нужен Центр. Но пока он его не взял.

– 

Как-то быстро у него получилось до Центра добраться. Так готовились, а тут один штурм, и все уже.

– 

Ну, во-первых, готовились тут не к войне, а к науке больше. Во-вторых, никто не думал про мутантов когда готовились, я полагаю. С ними все немного по другому. Сильно по другому. Ну и в-третьих, Зет еще не взял Центр. И не факт, что возьмет. Но готовыми надо быть ко всему.

– 

Да уж, это я понял. – ответил я, и сообразил, что отвечаю “не по форме”. Впрочем, и разговор у нас тоже неформальный пока. – Вряд ли я научусь такой дисциплине, как у вас тут. Ну там, правильно отвечать и всё такое. В армии я не служил.

– 

Мне важно, чтобы ты понимал все остальные вещи, и вёл себя соответственно. Как мне кажется, с этим ты и так справляешься. – успокоил меня Грюнер.

Дальше мы ждали, Марко притащил откуда-то пару банок консервов и даже упаковку сушеных хлебцев: смогли перекусить. По его словам, у Андре серьезное ранение, его будут сегодня оперировать. Мелкого перевязали, у него вроде сухожилие задето, потому рука толком не слушается. Он рвался сразу уехать, с Марко, но его пока придержали. Тут вдруг из кабинета вышел Грюнер, спустился вниз, и вскоре вернулся к нам, но не один: с ним вместе в комнату зашел Антон Кнолль. Ну да, Хенрик всех “своих” собирает, что логично. Если Санни, или Зет, будут сегодня ночью атаковать ещё раз, то лучше нам всем держаться вместе. И лучше бы они ещё разок облажались и не взяли Центр.

С Антоном мы тепло поздоровались, он в город сегодня не выходил, но был снаружи: как оказалось, именно он командовал теми самыми таинственными “разведчиками”, которые докладывали обстановку Грюнеру “снаружи”. Не сказать, чтобы я был этим удивлен, кстати. Ничего особо нового Антон не рассказал, да и так всё было более-менее понятно. Никто точно не знал, сколько Зет смог собрать людей, но по всему выглядело, что очень немало, несколько банд объединились вместе для штурма.

Что делать дальше, после того, как вся эта заварушка закончится, я пока точно не знал, но примерно представлял: на стол к Шмидту я не лягу. Надо бы найти тех самых врачей, и поговорить с ними. Если придется, то сделать так, чтобы они мне точно сказали, что у меня с опухолью, и насколько это действительно смертельно. Потому что Шмидту я не верю ни в чем. И да, оказалось как-то приятно рассуждать об этом, как бы убеждая себя в том, что атака Зета закончится нашей победой. О другом исходе думать не хотелось, тем более что-то планировать. Грюнер сказал, что на полуострове можно долго держаться, сам я там был, и у меня сложилось примерно такое же мнения. Не сомневаюсь, что у Грюнера есть в запасе и план на тот случай, если по каким-то причинам на полуострове продержаться не получится.

Тут Грюнер выскочил из своего кабинета почти бегом, и объявил выход. Судя по всему, он получил разведданные от военных из города, и сейчас нам предстояло проверить подходы к Центру со стороны холма. Погрузились в джип Грюнера, домчались до здания штаба, которое находилось за площадью, почти под самым склоном, кстати. Грюнер оставил нас троих в машине, сам зашел вовнутрь получать информацию “из первых рук”. Ждали недолго, Грюнер вернулся и сразу провел короткий брифинг:

– 

Так, разведка в городе доложила, что боевиков там либо нет, либо они очень хорошо попрятались, что мы тоже не можем исключить и пока никак не можем проверить: прочесать весь город и проверить каждое здание мы сегодня не в силах. Зараженных почти нет, видимо всех перебили. Мутантов не наблюдали, но конечно исключать нельзя. Как вы все заметили, некоторые мутанты проявляют зачатки тактического мышления, не лезут на рожон, пытаются обойти противника или вовсе сбежать, при невыгодных для себя раскладах. Это очень плохо, но нужно с этим считаться. Внимание утроенное. Вы идете все трое на склон, командир группы Кнолль. Задача: проверить все ограждения, все минные поля. Что осталось, что пришло в негодность. Оценить ущерб, и способность систем ещё сдерживать врага. Надеюсь, мне ненужно объяснять про минные поля и осторожность? Все схемы у Антона, прошу их маркировать соответственно, чтобы ремонтные бригады после вас могли бы знать, где им и что восстанавливать. На блиндажах должны быть люди, при подходах опознаваться по рации, канал у Антона. Ваш позывной “Тристан”, люди на постах оповещены. Давайте поскорее, но очень внимательно, и назад. Буду вас ждать либо тут, либо у себя. Вопросы?

Вопросов не было, всё понятно. Выгрузились из машины, пошли дальше втроем, Антон впереди, Марко замыкающим. Пробрались парой дворов за штаб, там обогнули один невзрачный сарайчик, и к моему удивлению подошли к стеклянному лифту. Антон объяснил, что склон над нами достаточно крут, чтобы по нему взбираться пешком, потому нужно либо идти далеко в обход, либо пользоваться вот этим лифтом, который в прежнее время вёл на смотровую площадку над городом, с прекрасным видом на бухту. Лифт охранялся двумя суровыми солдатами, но нас сразу пропустили, пост был информирован.

Поднялись метров на двадцать, оказались действительно на смотровой площадке. Сверху открывался на самом деле отличный вид, но нам сейчас увы, не до него. Наверху тоже был пост, уже в укрепленной блиндажной будке, который нам доложил, что пока все спокойно, противника не видно. Правда, противник до этого поста и во время атаки не дошел. От поста зигзагом прошли через несколько рядов колючки, и тут уже взяли оружие наизготовку, дальше уже смотрим во все глаза. Мой внутренний голос пока пока молчал, но все это могло быстро измениться.

Территория склона над Центром была очень большой, но проходимых мест на ней все же было ограниченное количество. Мы передвигались по только Антону известной схеме, осматривали заграждения, линии колючей проволоки, и минные поля. Хуже всего обстояли дела с минными полями – практически на каждом были следы подрывов, местами валялись останки подорвавшихся. На колючую проволоку зараженные и мутанты не бросались, там повреждений было немного. Мы прошли весь склон часа за четыре, останавливаясь всего один раз на короткий перекур – солнце сегодня было слегка затянуто облаками, но всё равно жара стояла чувствительная, а бронежилет никак не облегчал передвижение по горам. К концу нашего рейда мне хотелось уже просто швырнуть автомат в ближайшие кусты, да и Антон тоже свежим не выглядел, только Марко бодрился. Обошли четыре скрытых блиндажа, в каждом было по три бойца. При подходах связывались по рации, обозначивались – нехватало ещё от своих пулю получить. Все патрули тут были свежими, их сменили после штурма, потому ничего толком они нам не рассказали. Вроде тихо, визуального контакта со врагом нет. Несмотря на хорошие позиции блиндажей, дальнего обзора с них небыло – их задача была накрывать огнем возможные маршруты врага в проблемных местах.

В конце концов Антон скомандовал нам отход, и мы пошагали обратно, истекая потом с разной степенью интенсивности. Но лучше потом, чем кровью, это верно. Не знаю точных результатов нашего исследования, но понятно одно – минных полей у нас больше считаем что и нет. Колючка на мой взгляд была ещё более-менее в порядке, кроме нескольких мест, которые можно починить. С блиндажами проблема в том, что скорее всего они выявлены противником, а значит в опасности. Неприятное положение, на самом деле. Надеюсь, что у Грюнера действительно остались ещё козыри в рукаве.

Вернулись на том же самом лифте вниз, мы с Антоном просто уселись на каменную ступеньку штаба в тени, отправив Марко искать в недрах кабинетов Грюнера. Марко пришел слишком быстро, мы даже толком отдохнуть не успели. Грюнера тут небыло, значит он у себя. Машины тоже нет, придется топать до нашего штаба пешком, невероятные метров пятьсот, которые сейчас уже кажутся пятью километрами. Как-то добрели, опознались у двух незнакомых вояк на входе – то ли нам приставили охрану, то ли сам Хенрик так распорядился. Завалились в комнату, и тут уже Антон пошел на доклад в кабинет командира. Я стянул с себя бронежилет, подкладка которого здорово промокла, и хотел снять ещё и мокрую рубашку, да вот переодеться тут было не во что. Марко тоже разоблачился, и в отличии от меня быстро переоделся в чистое – его шкафчик с одеждой был тут. Он предложил мне свою запасную майку, но скорее из вежливости: Марко был не худее меня, но сильно ниже, потому его майка мне категорически не подошла бы. Кстати надо подумать, как можно забрать свою форму из моего “армейского” общежития. Не охота туда соваться, я понятия не имею, в курсе ли там о решении Грюнера забрать меня в его отряд. Если не в курсе, то меня уже скорее всего в дезертиры записали.

Тут из кабинета вышли Хенрик и Антон.

– 

Хотел сообщить вам то, что вы не знаете: пока вы были на задании, к воротам базы пришли несколько наших горожан. Они были у Зета, их забрали с собой его боевики. Живые, хотя и напуганные. Один из них доставил нам послание от Зета в виде письма.

– 

Может подставные? . вставил вопрос Марко.

– 

Не исключено. – кивнул головой Грюнер. – Пока поместили их под наблюдение и охрану.

– 

А что в послании? – я решил тоже не соблюдать субординацию.

– 

Ничего хорошего. Что-то вроде "вы у меня на крючке", "это было только начало", "пощадите своих людей, мы дадим вам спокойно уйти из Центра", бла-бла-бла. Непонятно зачем это. Зет сам точно не военный, я думаю кто-то другой у него операции планирует. Я думаю, что они сами не уверены в успехе повторной атаки на Центр, хотяй на нас морально надавить.

– 

И каков будет наш ответ?

– 

А не будет никакого ответа. Пусть продолжает теряться в догадках. Мы с террористами не разговариваем, мы их убиваем. Теперь дальше: людей в блиндажах на холме нам придется убрать – посты стопроцентно "засвечены", по ним ударят прежде всего. Поставили несколько новых постов тут, на крышах, не очень укрепленных, но все же лучше, чем ничего.

– 

Будем воевать в городе? – спокойно спросил Марко

– 

Скорее всего да. Минных полей больше нет, что-то мы возможно успеем поставить, группа сейчас работает наверху. – Грюнер показал рукой в сторону холма у него за спиной. – Но это мало, если там пойдут большие силы, то этим мы их не остановим. Одновременно готовим подрыв главной подъездной дороги, неподалеку от ворот: если бандиты прорвутся там на технике, то будет тяжело.

– 

Какова наша задача?

– 

Обеспечить оборону города. – пожал плечами Грюнер. – Формально руководит обороной Больших, но для нас особых приказов не поступало, нас тут и так два с половиной человека. Пока отдыхаем, поешьте чего-то, у нас там в кладовке что-то еще должно остаться. К восьми вечера всем быть готовым, проверить оружие и снаряжение. Броники к восьми на всех должны быть одеты, Антон – тебя тоже касается. Я буду сейчас в штабе, к вечеру должен вернуться. Меня дожидаться, отсюда никуда не отлучаемся. У меня все.

И Грюнер опять уехал. До восьми оставалось еще пара часов, Марко сходил в местную "кладовку", небольшую комнатку на первом этаже, и принес еще несколько банок консервов, пару пачек риса и кулек каких-то конфет. Антон взялся хозяйничать на кухне, варить рис и смешивать его с неким подобием тушенки, распространяя убойный аромат, которому мы еле-еле могли противостоять. У Грюнера оказывается был кофе, правда растворимый, но все равно замечательный. Примерно к началу обеда к нам в комнату ворвался Мелкий, его правая рука была примотана к телу. Он объявил, что находиться в больнице далее счел задачей непосильной, и потому сбежал. На еду, по его словам, он не претендовал, хотя выражение его глаз говорило совсем о другом. Антон впрочем разложил получившуюся у него рисовую кашу с мясом на четыре тарелки, Мелкий не стал сильно отпираться. Во время еды стояла гробовая тишина, нарушаемая только частым стуком ложек по тарелкам. После ужина, уже за кружкой кофе завязался разговор, сначала ни о чем, потом беседа разумеется перешла на тему о предстоящей атаке. Марко, Антон и Мелкий были практически уверены, что атакующим не занять город. Я был несомненно рад такой их уверенности, вариант оказаться прижатым к морю на маленьком полуострове мне не очень нравился.