Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 225 (всего у книги 330 страниц)

– Я не знаю, что такое сделал мой отец и кем он стал, – Роман поднял на меня полный боли взгляд. – Я знаю только то, что он губит наш род. Губит всё, что строил годами. Я не знаю, к кому ещё обратиться… в Тайную Канцелярию? Но они могут прийти и конфисковать всё подчистую, а имя отца втоптать в грязь, как и имя моего рода, – он сжал кулаки и набрал воздуха в грудь. – Ты же Вестник Тьмы, ты должен понимать, что с ним происходит. Прошу тебя, помоги мне. Спаси моего отца и мой род.

Я смотрел на него несколько долгих минут, решая, что ответить. Я видел отчаянную мольбу в его взгляде и инстинктивное отторжение некротической энергии. Парень заслужил свой шанс, но готов ли он к тому, что именно будет «спасением» его отца?

– Роман, – сказал я наконец. – Твоему отцу нельзя помочь.

– Что? – он замер, будто я ударил его обухом топора по голове. – Но ты же Вестник.

– Именно поэтому я и говорю это. То, во что превратили твоего отца, – это не болезнь, не проклятие, которое можно снять, – я сделал небольшую паузу, чтобы парень понял, что именно я ему говорю. – У твоего отца больше нет души. Он вообще больше не твой отец. Его тело стало пустой оболочкой, наполненной энергией смерти. Его смерти. Твой отец уже мёртв.

– Нет, не может быть, – Воронов отшатнулся от меня, его лицо исказилось от неверия.

– Твой отец сам выбрал этот путь, – мой голос не дрогнул. – И не важно, что его к этому пути подтолкнули другие. Есть только один способ помочь ему сейчас. Единственная милость, которую мы можем ему оказать.

– Ты хочешь убить его… – прошептал Роман, раздув ноздри. – Это ты хочешь сказать?

– Ты меня не слушал, – я покачал головой. – Твой отец давно мёртв. Я могу лишь закончить начатое и избавить его от подобия жизни.

– Только так можно спасти мой род? – жёстко спросил Воронов, сильнее сжимая кулаки. – Да? Другого пути нет?

– Именно, мальчик, – кивнул я. – Ты станешь главой и восстановишь честь своего рода. Но тебе нужно сделать этот выбор. Я в любом случае однажды сожгу то, во что превратился твой отец. Вопрос только в том, будет ли к тому времени что спасать. Это существо может уничтожить твой род раньше.

– Хорошо, – тихо сказал Роман Воронов. – Я понимаю. Помоги мне освободить мои земли. Если ты это сделаешь, я сам и мой род будем служить тебе, пока не выплатим этот долг.

– Правильно решение, – я кивнул и вышел с полигона, оставив Романа переваривать мои слова.

Непросто, наверное, принять такую правду, когда ожидал спасения. Я поднялся в свой кабинет и набрал номер юриста. Натан Соломонович ответил после второго гудка.

– Ну-с, молодой человек, рад слышать, что вы вернулись, – проскрипел он в трубку. – Смею надеяться, что всё завершилось успешно?

– Насколько это возможно, – я глянул в окно на тёмный контур купола над поместьем. – У меня к вам два вопроса, Натан Соломонович. Первый: что известно о нынешнем состоянии барона Воронова и его металлургических активов?

Берг замолчал на несколько мгновений. Я услышал, как он с грохотом перекладывает на столе свои папки и перелистывает страницы.

– Так, Григорий Воронов… – сказал он наконец. – Формально он всё ещё глава рода, но уже более полугода не появляется на людях. Делами занимается его управляющий, но не очень успешно. Долги колоссальные, контракты с Имперским Арсеналом расторгнуты по инициативе министерства из-за «нестабильности поставок». Кредиторы готовятся подать коллективный иск о банкротстве, – в трубке снова послышалось шуршание бумаги. – Наследник, Роман Воронов, прав на управление не имеет и, по слухам, находится в конфликте с отцом. Вы планируете поглощение?

– Да нет, так интересуюсь по случаю, – ответил я уклончиво. – Второй вопрос сложнее. Я планировал лично к вам заехать, но пока слишком много дел.

– Да-да, я помню, – нетерпеливо проговорил Берг. – Так что же там такое?

– Как юридически оформить переход группы лиц, скажем, истребителей монстров, на личную службу к графу? – спросил я.

– Сложно. Крайне сложно, – Берг аж присвистнул. – Они ведь присягали на верность Империи и Императору… – он замолчал, и я почти физически ощутил, как в его голове щёлкают шестерёнки юридических казусов. – Есть архаичный, но не отменённый указ о создании «Особых отрядов приграничной стражи», закреплённых за определёнными аристократическими родами для защиты рубежей родины. Последний раз им пользовались лет двести назад. Формально они считаются частью армии, но финансируются и управляются главой рода.

– Какие именно рубежи? – уточнил я.

– Изначально подразумевались границы Российской Империи, но теперь в них входят территории рядом с аномальными очагами, – Натан Соломонович вздохнул. – Это единственный вариант легализовать статус истребителей при службе аристократу. Но это потребует множества согласований и печатей, в том числе из Тайной Канцелярии.

– Тогда будьте готовы начать работу над этим в ближайшее время, – проговорил я. – Я позвоню вам, когда решу сопутствующие вопросы.

– Договорились, молодой человек, – усмехнулся Берг. – Работать с вами – одно удовольствие.

Я положил трубку и посмотрел на дверь кабинета. Юридическую лазейку для перевода истребителей я нашёл, но мне предстояло самое сложное – закрепить наш с ними союз магически. А точнее – избавиться от клятвы, которую они принесли императору.

Надо только ещё уточнить, приняли они сами это решение или нет. Я давал им время подумать до приёма у Кожевниковых, но с него прошла неделя. Времени у них было достаточно.

Я уже собрался идти к истребителям, как мой телефон издал несколько звуковых сигналов подряд. Я посмотрел на экран и увидел присланные голосовые записи с неизвестного номера. Я нажал на воспроизведение и прибавил громкость на максимум.

Сначала я услышал только шум и приглушённый гул механизмов. Потом звук шагов по металлу, отдающихся эхом по большому помещению. И только через полминуты до меня донёсся голос. Голос Юлии Сергеевны.

– Костик, слушай, задание выполнено. Денисов чист, – она говорила быстро, выдыхая слова на бегу. – Он не в курсе дел Бартенева, думает, что тот просто устраивает чистку среди тёмных.

Бабушка замолчала, её шаги стали быстрее и громче. Первая запись оборвалась, и я включил следующую.

– Я нашла кое-что, о чём пока никто не должен знать, – проговорила бабушка сдавленным шёпотом. – Не говори Водяному и Вихрю, у Бартенева много сторонников в нужных местах. У него есть лаборатория… не та, что в сибирском очаге.

Запись закончилась, и я быстро нажал на последнее сообщение.

– Где-то под московским очагом есть база. Очень глубоко под землёй, – бабушка снова бежала. – Они используют энергию очага для своих нужд. Практически высасывают очаг досуха. Все данные указывают… – она замолчала, а я услышал далёкие мужские голоса. – Они качают энергию, создают что-то… мне удалось узнать… – звук её голоса прерывался, до меня доносились какие-то щелчки.

Я посмотрел на экран. Эта запись была длиннее предыдущих, но почти вся она состояла из фоновых звуков.

Через ещё одну минуту я смог разобрать свистящий шёпот бабушки.

– Зачисти эту лабораторию… если не выйду на связь через двадцать четыре часа… действуй…

Глава 12

Я медленно положил телефон на стол, делая это настолько аккуратно, что даже старик Лейн бы позавидовал. Мне нужно было как-то занять руки, чтобы они не сжимались от злости.

Подземная лаборатория в московском очаге? Кажется, я знаю, где она находится. Во время испытания я был гораздо слабее, чем сейчас, но даже так меня манили те зыбучие пески, где я увидел останки Москвы.

Тьма уже тогда направляла меня и показывала важное, но я отмахнулся от догадок и продолжил играть в нелепое соревнование, устроенное императором. Теперь я понимал, почему московский очаг иссушен до дна и почему в монстрах не могут накапливаться кристаллы с энергией. Ведь вся энергия уходит под землю.

Для чего кому-то может понадобиться такое количество переработанной энергии очага? Чтобы создать армию некромансеров или что-то похуже? Разницы для меня не было.

Двадцать четыре часа только что начали свой отсчёт. И что-то подсказывает мне, что бабушка не успеет вернуться. А значит мне нужно готовиться к рейду в московский аномальный очаг. И у меня как раз есть те, кто знает там каждую тропинку.

Я взял телефон, вышел из кабинета и столкнулся нос к носу с Сычом. Он собирался постучать, но так и замер с поднятой рукой. За его спиной стояли Лось и Лист.

– Здорова, Феникс, – кивнул Сыч.

– Здравствуй, – я прищурился. – Что-то хотели?

– Так ты сказал обдумать кое-чего к твоему возвращению, – хмыкнул он. – Мы уже и тогда готовы были, а ты ещё и подзадержался маленько. Видели твою физиономию в новостях. Каково оно быть Вестником?

– Понятия не имею, – я пожал плечами. – Но раз уж вы решились, то пойдёмте.

– А куда? – поинтересовался Лист, выглядывая из-за плеча товарища.

– В подземелье, – я прошёл мимо них и мотнул подбородком. – Не пугать же всех обитателей дома во второй раз. Время позволяет, вы вроде бы от боли не корчитесь.

– А будем, – мрачно усмехнулся Лось. – Куда ж мы денемся.

– Меня больше удивляет, что вы до сих пор не померли от мысли о нарушении клятвы, – сказал я на ходу.

– Так мы ничего не нарушаем, – Сыч подмигнул мне. – Мы верны его величеству и империи. Просто приказы хотим получать от другого человека, а такое не карается смертью.

– Посмотрим, – коротко ответил я и распахнул дверь в подземный этаж.

Истребители переглянулись и по очереди шагнули в тёмный коридор. Они спускались по каменным ступеням аккуратно и медленно, но их движения не были настороженными, скорее просто сработала привычка двигаться так в незнакомом месте. Когда мы прошли в место силы моего рода, все трое передёрнули плечами, ощущая тяжесть магического фона тёмной магии.

– Я должен спросить ещё раз, – тихо сказал я. – И должен услышать ваш ответ. Вы готовы умереть за меня, готовы отказаться от старых хозяев и стать моими бойцами?

– Готов, – хором гаркнули они.

– Процесс будет болезненным, – предупредил я. – Я буду выжигать чужую клятву на ваших душах и телах. Ваша воля должна быть сильнее боли. Если дрогнете или начнёте сомневаться – умрёте.

Все трое кивнули и сжали челюсти до скрипа зубов. Я закрыл глаза и призвал тьму. Она обволокла меня, а потом потекла к истребителям тонкими невидимыми нитями.

Тьма впилась в их души и тела, в саму их суть, оплела каждую частичку магической клятвы. А затем через эти нити я протолкнул своё пламя.

По пещере прокатился единый сдавленный стон, который тут же перешёл в крики боли. Истребители упали на пол пещеры, сжимая головы руками. Они катались по полу, будто пытались сбить с себя моё пламя и заглушить боль.

Но никто из них не сдался, не отказался от своего решения. Я видел, как плавятся клятвы, как они выжигаются пламенем феникса. Я видел, как формируется моё собственное клеймо на их душах взамен той клятвы, что они принесли императору.

Как только остатки клятвы растаяли, истребители потеряли сознание. Я присел на камень в центре пещеры и принялся ждать. Бабушка приходила в себя около получаса, но тут здоровые мужики, у которых тела точно должны быть покрепче.

Мне пришлось прождать всё те же полчаса, прежде чем истребители очнулись. Они как-то разом пришли в себя и резко сели, крутя головами. Лист положил руку на середину грудной клетки и пошевелил пальцами.

– Я чувствую твоё клеймо, Феникс, – охрипшим после криков голосом сказал он. – Прямо тут.

– Сможешь полюбоваться на него чуть позже, – спокойно сказал я. – Даю вам пять минут, чтобы прийти в себя.

– А потом что? – поинтересовался Лось, ощупав грудь и голову.

– Потом у нас будет разговор по душам, – я криво усмехнулся. – Без клятвы вы точно стали разговорчивее.

– Тогда чего ждать, говори, что там, – буркнул Сыч, поднимаясь с пола.

– Хорошо, – я пожал плечами. – Кому вы приносили клятву в прошлый раз? Вряд ли сам император принимает клятвы у всех агентов и спецов.

– Демиду Бартеневу, кузену его величества, – тут же ответил Сыч.

– Как звучал текст клятвы? – спросил я, прищурившись.

– Что мы телом и душой будем верны императорской крови, будем выполнять приказы тех, в ком течёт кровь первого императора, что не предадим и всё такое, – проговорил Лось, поднимаясь вслед за Сычом. – Вроде бы стандартная клятва.

– То есть клялись в верности вы не конкретному императору, а всем, в ком течёт его кровь? – уточнил я.

– Угу, а то вдруг нынешний правитель помрёт, – хмуро ответил Сыч. – Не будем же мы каждому наследнику потом клясться. Нам сказали, что клятву нельзя заменить или поверх неё что-то нанести.

– Всё верно, – кивнул я. – Магическая клятва верности может быть дана только один раз в жизни.

– Так, а чего ты спрашиваешь-то? – Лось с хрустом размял плечи и толкнул локтем поднимающегося Листа. – Ну то есть, вот узнал ты, что мы Бартеневу клятву давали. А дальше что?

– То, что Бартенев курировал лабораторию в сибирском очаге, он же послал наёмников по ваши души, – напомнил я им. – А сейчас агент Волна выяснила, что есть ещё одна лаборатория, но уже в московском очаге.

– Да где ей там быть? – нахмурился Сыч. – Мы московский очаг вдоль и поперёк излазили. Нет там никакой лаборатории.

– Под землёй, – коротко сказал я. – Мне во время испытания очень захотелось ступить в зыбучие пески. И когда я провалился, увидел огромный пустотный карман, где сохранились останки прежней Москвы.

– Да ладно⁈ – выдохнул Лось.

– Думаю, что должен быть другой вход и выход, – продолжил я, не обратив внимания на удивлённые возгласы мужчин. – Вряд ли Бартенев каждый раз по верёвке спускается и поднимается.

– Дело говоришь, – кивнул Сыч. – Если где и может такой вход быть, то рядом с огненной ямой. Там же шипострелы обитают, кто попало на них не полезет.

– Ну ты загнул, – покачал головой Лось. – Вместо зыбучих песков в огонь сигать?

– Чего сигать-то сразу, наверняка там проход есть, если пошарить, – Сыч почесал затылок. – Мы же только за шипами там бывали, ничего такого специально не искали.

– Подождите, дайте Фениксу договорить, – остановил их рассуждения Лист. – Он ведь наверняка ещё что-то знает.

– Да ничего такого, – я пожал плечами. – Но у нас сутки на подготовку. Даже чуть меньше.

– К чему спешка такая? – удивился Сыч.

– Волна прислала сообщение, – я включил голосовые записи. – Что скажете?

– Что хреново всё, Феникс, – нахмурился Лось. – Если Волна говорит про зачистку, значит там намечается заварушка. Лучше не ждать сутки, а сразу идти.

– Время есть, – сказал я, убирая телефон в карман. – Волна точно знала, что я не окажусь в московском аномальном очаге за пару часов. Она наверняка учитывала время на дорогу и на путь по самому очагу.

– Угу, – кивнул Сыч. – Она на опыте. Нас ведь ещё учила в Корпусе, так что точно знает, что делает.

– Тогда решено, – я направился к выходу из пещеры. – Кого-то ещё будем брать или так справимся?

– Лучше бы так идти, – сказал Сыч. – Привыкли мы вчетвером ходить, меньше мороки с контролем периметра и привалами. Да и зачем нам толпа, если операция тайная должна быть?

– Тоже верно, – кивнул я. – Сам об этом же думал, но лучше у бывалых уточнить, чем переоценить свои силы.

– Вряд ли там у лаборатории нас выводок расконов встретит, – подхватил Лось. – А уж с местными монстрами мы справимся.

Мы вышли из подземелья, и я отправил истребителей отдыхать. Пусть они строили из себя крепких и стойких, но я точно знал, что им надо отлежаться несколько часов, а лучше сутки. Ранам от выжигания клятвы и свежего клейма надо затянуться.

Мне же предстоял разговор с командиром гвардии, Юлианой и детьми, которых я снова «обрадую» скорым отъездом на неопределённое время. Ну хотя бы в этот раз Боря и Вика останутся под присмотром моей невесты, а не сами по себе.

Я вошёл в гостиную, где застал всю свою семью. Вика с Юлианой обсуждали фасоны платьев, а Боря вставлял «ценные» замечания.

– Зачем такое платье, под которое не надеть даже лёгкие доспехи? – спросил он с недоумением. – Лучше пусть оно будет пышным, зато скроет кожаный комплект брони.

– Для красоты же! – со смехом ответила Вика, а потом заметила меня и замолчала.

– Виктория права, – улыбнулась Юлиана. – Женская одежда – это чаще всего показатель статуса. Чем дороже ткань и пошив, тем больше внимания привлекает тот, кто её носит. Ты аристократ, и тебе следует разбираться в таких тонкостях.

– Мне такое не интересно, – скривился Борис. – Для всех этих приёмов есть Костя, а я буду сражаться.

– Хочешь сказать, что мне теперь только лицом светить придётся, а настоящие битвы стоит позабыть? – спросил я громко. – Нет уж, братец, я на такое не согласен.

– Ну ты же глава рода, – Боря пожал плечами. – Мне-то необязательно перед разодетыми аристократами расшаркиваться.

– Вообще-то ты следующий в очереди на право стать главой рода, – напомнил я ему. – Всякое может случиться. Так что я, пожалуй, добавлю к твоим тренировкам этикет. Юлиана, возьмёшься за его обучение?

– Конечно, всё равно мы с Викой изучаем все эти тонкости, – кивнула Юлиана. – Заодно поучит дворянские гербы и фамилии.

– Ну вот, – заныл Боря. – И зачем я вообще в ваш разговор влез?

– Затем, чтобы получить новые знания, – усмехнулся я. – Мне тоже пришлось изучать не только гербы с фамилиями, но и фотографии аристократов, чтобы знать, кому дорогу перехожу.

– А? – Борис завис, глядя на меня непонимающим взглядом.

– Ну смотри, нахамил ты встреченному незнакомцу, например, а он оказался княжеским сынком, – начал я, усаживаясь в своё любимое кресло. – Через пару недель его отец начинает саботировать совместную сделку, а через месяц разрывает контракт якобы «по твоей вине». И ты получаешь вместо выгодного партнёра врага, который тебя ещё и на весь свет ославит, как неблагонадёжного союзника.

– О таком я даже не думал, – честно признался брат.

– Вот поэтому тебе стоит изучать этикет и фамильные древа аристократов твоей империи, – закончил я свою мысль. – Чтобы не подставить свой род под удар.

– Но ты же убил князя Давыдова, – возмутился Боря. – Значит и я так смогу.

– Не всё решается убийствами, – серьёзно сказал я. – Это вообще последний шаг, когда другого выбора не остаётся.

– Почему? – брат склонил голову к плечу.

– Потому что ты не сможешь убить вообще всех, а враги будут копиться, – я склонился вперёд, внимательно глядя Борису в глаза. – И когда они поймут, что их набралось слишком много, они объединят усилия и уничтожат тебя и всех твоих близких.

– Я понял, – тихо сказал брат, опуская взгляд. – Мы в ответе за род и за тех, кто слабее.

– Именно так, Борис, – я удовлетворённо кивнул и выдохнул.

– Ты опять уезжаешь? – спросила вдруг Виктория, прищурившись.

– Это ты как поняла? – удивился я.

– У тебя такой взгляд перед каждой битвой был, – сестра усмехнулась. – Мы же тебя всегда провожали и встречали, помнишь? И вот так ты смотрел на нас, когда не хотел говорить, что можешь не вернуться.

– Быстро же ты повзрослела, – с улыбкой сказал я. – Сразу видно, что тёмный маг.

– Так куда ты едешь? – не купилась на похвалу она.

– На самое сложное задание, – я оглядел брата, сестру и невесту. Они ждали моего ответа с таким нетерпением, будто надеялись, что скажу про поездку в соседний город. – Я не знаю, когда и в каком состоянии вернусь. Но это всё ради вас и ради всех тёмных в этом мире.

Юлиана прикрыла глаза, чтобы не показывать мне своих эмоций. Борис недовольно нахмурился, а Виктория смотрела на меня с незнакомым мне выражением. Немного подумав, я понял, что это. Принятие и смирение.

– Вот такой у нас брат, – с лёгкой улыбкой сказала она. – Сражается за всех в этом мире, а про себя забывает. Тебе себя совсем не жалко?

– А чего мне себя жалеть? – я рассмеялся. – Если ты не знала, то каждая битва закаляет воина и делает его сильнее. Так что я про себя не забываю. Ведь чем сильнее я, тем сильнее наш род.

– Когда ты уезжаешь? – тихо спросила Юлиана, подняв на меня взгляд.

– Завтра после обеда, – я встал с кресла. – Присмотришь тут за всем?

– Конечно, – она кивнула и грустно улыбнулась.

– Вот и славно, – я вышел из гостиной и набрал номер Зубова.

– Да, господин? – тут же ответил он.

– Завтра после обеда я отправлюсь с нашими гостями в московский очаг, – сказал я. – Подготовь машину до Тюмени.

– Отряд сопровождения готовить? – спросил Зубов.

– Нет, мы налегке пойдём, – ответил я и завершил звонок.

Я и без того знал, что командир гвардии недоволен, что я снова собираюсь рисковать собой. Но его дело – выполнять мои приказы, даже если ему это не нравится. Никаких других слов, кроме как «будет исполнено» я слышать не хотел.

Я спустился в сокровищницу и набрал артефактов из тех, что достались мне от Давыдова. Раз уж мы идём на тайную операцию, то нам и маскировочные артефакты пригодятся, а не только защитные с атакующими. Ну и для четверых человек действительно было проще подобрать самое убойное из того, что у нас имелось.

Остаток вечера я провёл с семьёй за разговорами обо всём и ни о чём. Агата пряталась от меня, опасаясь показываться на глаза. Я несколько раз проверил поводок и убедился, что никто не сможет вмешаться в его структуру.

Борису я отдал приказ обойти нашу территорию, не выходя за границы защитного купола, тем самым немного ослабив давление тьмы на него. Без приказов она будет пытаться продавить его волю, а он всё же ещё ребёнок. На какое-то время хватит простейших указаний, а вот через пару месяцев придётся отправляться с братом в очаг.

На следующий день я по-честному ожидал истечения двадцати четырёх часов. И как только время перевалило за три часа дня, я сел в подготовленный внедорожник. Билеты на самолёт достать оказалось сложнее, но я решил, что частный борт пусть и стоит дороже, зато меньше народу будет знать, что граф Шаховский вылетел в сторону московского очага.

После прилёта во Владимир Сыч арендовал какую-то колымагу, налепил на стёкла тонировочную плёнку и сам сел за руль. Как он сказал, эту машину можно будет бросить хоть в поле, да и внимания она не привлечёт.

Когда до первого блокпоста оставалось около километра, Сыч загнал эту развалюху в кусты. Мы шли пешком, петляя и обходя все посты, о которых истребители знали.

Самая главная проблема была в том, как пробраться в сам аномальный очаг. Не прыгать же вниз с насыпи? Об этом я и спросил истребителей, которые ориентировались тут как у себя дома.

– Есть там одно местечко, где земля пониже, – шёпотом сказал Сыч, когда мы вышли к насыпи. – Всё равно высоко, но спуститься можно, там выемка есть под наклоном.

– Хорошо, – кивнул я. – Двигаемся туда.

Мы уже практически ползли, избегая взора патрульных на вышках. И всё равно я пару раз почувствовал чьё-то внимание. Вряд ли дозорные пропустили бы нас, да и маскировочные артефакты были активированы.

– Я чувствую на спине взгляд, – сказал я истребителям, решив, что они лучше знают, что здесь происходит.

– Давно? – хмуро спросил Лось.

– Уже полчаса как, – сказал я, чуть подумав.

– Тогда бежим, – рыкнул Сыч и сорвался на бег.

Я рванул за ним, а Лист и Лось замыкали наш отряд. Через несколько минут донеслись выстрелы, земля позади нас вздыбилась.

– Быстрее, не успеем, – Сыч разогнался так, что его силуэт смазался, но я не отставал от него, да и остальные истребители тоже. – Засекли, суки, и вели до самой насыпи.

– Ходу-ходу! – орал Лось. – Щас разрывными шмальнут!

Мы уже взбирались по насыпи на запредельной скорости, когда я услышал раскатистый гул. Точно так же ревели пулемёты на стене, которыми я не так давно обеспечил гвардию. И я точно знал, что даже один такой выстрел не оставит от нас ни кусочка.

– Прыгаем! – рявкнул Сыч. – Хрен с ними, с поломанными костями, зато живые останемся.

– Это если нас там уже не ждут, – проорал ему в ответ Лист, ныряя с насыпи в очаг.

Я сгруппировался и прыгнул следом. Насыпь за моей спиной прошили дальнобойные снаряды, и меня взрывной волной отбросило дальше в очаг. И почти достигнув земли, я услышал, как матерятся истребители.

Лист оказался прав. Нас тут точно ждали.