Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Глава 4

Тьма никогда ничего не делает просто так. Я знал это всегда. Знал и играл по её правилам, становясь сильнее и мудрее.

И вот сейчас в чужом мире и чужом теле я ощутил отклик самого ценного артефакта тьмы. Сердце Феникса нельзя купить или получить в дар, его нельзя создать или изменить. Оно рождается само, когда тьмы становится слишком много и она находит достойного кандидата.

Я не оправдал её вложения в своём мире, доверился не тем людям и позволил Люциану подобраться слишком близко к Сердцу. Он уничтожил всё, что мне было дорого, а потом я скормил его тьме, сгорев вместе с ним.

Летевший в меня патрон с магическим зарядом я даже не заметил. Просто на автомате послал каплю тьмы, поглотив его. И только потом удивился, что у меня это получилось.

Я был слишком слаб, истощён после битвы и опустошён. Но услышав единственный удар Сердца Феникса, я сумел направить тьму и поглотить сгусток энергии, которой был начинён патрон. Гвардейцу Давыдовых не повезло – он стоял слишком близко в момент рождения связи между мной и матерью стихий в этом мире.

Мужчина схватился за грудь и начал оседать на землю. Его кожа почернела и покрылась ожогами. Мне не хватило бы сейчас сил сжечь его изнутри, но даже капля пламени феникса была способна вскипятить вены.

– Что вы себе позволяете⁈ – услышал я нервный выкрик и повернул голову к машинам.

Княжич Давыдов решил показаться лично, чтобы обвинить меня в нападении. Его убивать было нельзя. Не здесь и не сейчас уж точно.

– Представьтесь, – спокойно сказал я, равнодушно мазнув взглядом по надменному лицу мужчины.

На вид ему было около двадцати пяти, золотистые локоны в беспорядке рассыпались по его плечам, а в голубых глазах плескалась ярость. Костюмчик у него был не из тех, в которых можно увидеть человека, который собирается сражаться с порождениями бездны. Ни камуфляжа, ни защитных нашивок – обычный модный комплект для прогулок.

– Я княжич Илья Максимович Давыдов! – рявкнул мужчина. – И вы только что напали на моего человека на глазах у десятка свидетелей!

– Если у ваших свидетелей нет проблем со зрением, то они должны были заметить, что ваш человек напал первым, – процедил я. – Нападение на графа Шаховского, стража врат, карается смертью на месте.

– Я не вижу здесь графа, – фыркнул Давыдов. – Только мальчишку, который ещё даже не стал главой рода. Немедленно откройте ворота и пропустите нас за стену. Претензии от моего рода по убийству нашего человека вы получите после моего возвращения.

– Думаю, вы не поняли, Илья Максимович, – негромко сказал я. – Нарушение закона о защите стены карается лишением прав на земли. Это касательно стороны защиты. Для нарушителей закон предусматривает иные меры наказания.

– Плевать мне на твои земли, – крикнул княжич, сорвавшись и забыв о приличиях. – Я иду за стену!

– В таком случае я буду вынужден задержать вас и ваш транспорт до передачи дела в службу безопасности его императорского величества, – проговорил я спокойным тоном. – Согласно протоколу, во время прорыва мы имеем право задерживать любых нарушителей.

Я никогда не любил бюрократию и формализм, но Константин Шаховский оказался подкованным в этом деле. Мне даже не пришлось напрягаться – все знания о законах и положениях уже были в моей голове.

Александр Зубов пришёл в себя после непродолжительного полёта и встал за моей спиной. Увидев это, Давыдов покраснел и сжал кулаки от гнева. Мне не было дела до его претензий, пока они не касались меня и моих людей.

Этот человек сумел разозлить меня тем, что напал на меня и Зубова. Неужели он думал, что так легко избавится от меня, а потом вернётся домой и передаст своему отцу мои земли? Мне хотелось врезать по его холёному лицу и вбить зубы обратно в череп, но я сдержался.

– Вы пожалеете! – проорал Давыдов. – Я вас уничтожу! Раздавлю!

– У вас ещё есть время покинуть мои земли, – напомнил я ему. – Иначе я буду вынужден отдать приказ о вашем задержании. Хорошего дня, ваше сиятельство.

Пока мы разбирались с «гостями», к нам уже подтянулись остальные члены отряда Зубова. Такие же двухметровые бугаи с автоматами и зверскими выражениями на лицах, как у их командира. Я вдруг подумал, что мне нравятся эти ребята, чем-то они походили на моих братьев – такие же отбитые и бесстрашные.

Давыдов рванул к машине с такой скоростью, будто за ним гнались монстры третьего класса. Едва он захлопнул за собой дверь, как внедорожники сорвались с места, визжа шинами. Я усмехнулся и помахал рукой им вслед, а потом покачнулся и сжал зубы.

– Лазарет находится где-то здесь? – спросил я у Зубова. Машин с ранеными я не увидел, так что было логичным предположить, что лечить их будут на месте, особенно тяжёлых.

– Вон в том здании, – тут же ответил гвардеец, указав на неприметную двухэтажную пристройку, стоявшую впритык к стене. – Вам нужна помощь целителя?

– Нет, не нужна, – я качнул головой и тут же пожалел об этом, боль не просто вернулась, она стала ещё сильнее.

Я растратил весь резерв источника во время битвы. Получается, что, поглотив пулю и отомстив гвардейцу Давыдовых, я залез в долг к стихии. И она уже пришла за расплатой, отнимая жизненную энергию.

– Мне бы отлежаться пару часиков, – прошипел я сквозь зубы. – Или чуть дольше.

– Но там самые простые койки… – начал было один из двухметровых верзил, но я вскинул руку, останавливая его.

– Сгодится, – сказал я, направляясь к пристройке.

Мне приходилось контролировать каждый шаг, чтобы ноги не подогнулись от усталости. Не хватало только свалиться от истощения на глазах у своих людей. Вот доберусь до лежанки, можно будет войти в транс или помедитировать. Да в конце концов просто вырубиться, если уж на то пошло!

Здание приближалось очень медленно, но я всё же добрался до двери. Внутри меня встретили серые стены и серые же простыни на металлических кроватях. Я выбрал ту, что стояла ближе всего, и буквально рухнул на неё, выдохнув от облегчения.

Как только я ослабил контроль, тело мгновенно потяжелело и расслабилось. Попытка войти в состояние медитации провалилась на первом же размеренном вдохе. Вместо этого перед глазами снова появилась картина горящего храма.

Я видел, как обращаются в пепел фениксы, мои птенцы, мои братья. Ни один из них не смог перенести разрушение Сердца Феникса. Они горели в чёрном пламени, чтобы больше никогда не возродиться.

И только я остался живым. Чтобы отомстить за их смерть и уйти вслед за ними. Но я снова оставил их.

Этот мир перешёл на новую ступень развития, магия плескалась в нём, привлекая порождений бездны. И в недрах особняка рода Шаховских сделало свой первый удар новое Сердце. Теперь я отчётливо понимал, что именно оно стало причиной моего возрождения.

Оно призвало меня. Ведь без живого феникса, оно бы рассыпалось в прах. Вся энергия, потраченная на формирование сердца, выплеснулась бы, разрушив магические потоки этого мира.

Видение горящего храма не прекращалось. Я слышал крики братьев и ощущал на зубах скрип пепла. Даже воздух вокруг меня был пронизан запахом гари и дрожал от жара.

И только через несколько минут я понял, что мне не кажется. Я действительно горел. Пламя феникса пыталось обосноваться в моём теле, которое было к этому не готово.

Резко вынырнув из состояния погружения в себя, я соскочил с кровати и осмотрелся. Простыни и матрас обуглились, как и спортивный костюм, который и до этого был изрядно потрёпан во время боя с монстрами. К счастью, я вовремя остановил процесс слияния с сутью феникса, и ничего критичного не произошло.

Правда думал так только я. Ко мне уже спешил целитель с возмущённым лицом. За его спиной мялся парнишка лет пятнадцати, видимо, ученик.

– Ваше сиятельство! – громким шёпотом обратился ко мне целитель. – Вы истощены и ваш источник чуть не выгорел!

– Вы преувеличиваете, – тихо сказал я, не желая тревожить раненых.

– Вам нужно вернуться в постель как минимум ещё на несколько часов, – продолжил целитель. – Вы не позволили помочь вам, но хотя бы отлежитесь до полного восстановления.

– Это лишнее, – я покачал головой и покосился на кровать. Матрас ещё дымился. Надо будет его вынести из лазарета – пожар тут точно не нужен.

– Что это? – чуть громче спросил целитель, только сейчас обратив внимание на дымящийся матрас и остатки спортивного костюма. – В вас пробудилась стихия огня? Но как такое возможно?

– Это не стихия, – помедлив мгновение, сказал я. – Мой источник пытался восстановиться и задействовал родовые силы. Неподготовленное тело сопротивлялась, и вот результат.

– Но… тёмная магия не перекликается с другими стихиями, – мужчина сглотнул и дёрнул кадыком. Он прикрыл глаза на несколько секунд и усилием воли расслабил лицо. – Впрочем, вы правы. У такого древнего рода есть свои тайны и скрытые силы.

– Именно так, – кивнул я, надавив голосом. Мне ни к чему пересуды за спиной, особенно от своих же людей.

– Семён, выбрось испорченное бельё и принеси новый комплект, – обратился к помощнику целитель, а потом снова повернулся ко мне и склонил голову. – Меня зовут Иван Николаевич Белый, я целитель вашего рода, рад познакомиться с вами лично, ваше сиятельство. Теперь я вижу, что наследие рода Шаховских живо.

– Рад знакомству, Иван Николаевич, – улыбнулся я. – Как так вышло, что мы не виделись ранее?

– Я боевой целитель, – с гордостью сказал мужчина и указал рукой на койки. – Здесь моя вотчина. Раненые в битвах гвардейцы, истощённые маги – это то, с чем я обычно имею дело. Ваш домашний целитель уволился сразу после гибели ваших родителей, а за прошедшие две недели не было нужды в лечении кого-либо из рода.

– Благодарю за ответ, – я протянул целителю руку. – И за то, что ставите на ноги моих людей.

Лев Николаевич вздрогнул и неуверенно посмотрел на мою ладонь, а затем быстро пожал её. Он будто опасался, что я передумаю и уберу руку. Но я лишь усмехнулся и похлопал мужчину по плечу, показывая, что это не случайный жест.

Я действительно был благодарен этому человеку, который был предан своему делу настолько, что даже в имении не появлялся и проводил всё своё время здесь, у стены. Без толкового целителя в непосредственной близости от мест сражения, раненых пришлось бы везти в особняк, а то и в город. А это означало бы, что самые тяжёлые могли не пережить такие поездки.

Попрощавшись с Иваном Белым, я вышел из лазарета и сразу же наткнулся на Зубова. Командир первого боевого отряда гвардии подпирал внедорожник, на котором я приехал к стене, и не сводил взгляда с дверей лазарета. Я усмехнулся. Похоже, Зубов ожидал, что я покину вотчину целителя и сбегу домой пешком.

– Разве у вас нет задач на стене? – спросил я, продолжая улыбаться.

– Мой зам справится с текущими задачами, – пробасил он. – Ну а я пока прокачусь с вами до особняка. Заодно с Киреевым поговорю с глазу на глаз.

– И необходимость моей защиты тут совершенно ни при чём, – закивал я, не скрывая усмешку. – Тогда поехали, Александр.

До особняка мы ехали молча, и я сделал вид, будто не заметил две машины сопровождения, отстающие от нас на пятьдесят метров. Даже забавно, что именно после моего участия в зачистке прорыва, Зубов вдруг решил, что будущего графа надо оберегать и защищать. До этого никто за Константином по пятам точно не ходил.

Я откинулся на спинку сиденья и прокрутил в голове произошедшее после первого удара Сердца Феникса. Артефакт очень сильно хотел слиться со мной и едва не убил. А что это значит?

Только то, что времени у него мало. Такая поспешность могла возникнуть только если Сердце ощущает опасность для своего существования. Именно поэтому мои братья разом вспыхнули, когда артефакт резко усилил вливание энергии в каждого из фениксов в попытке сохранить целостность.

Придётся искать место формирования Сердца, причём чем быстрее я отыщу артефакт, тем безопаснее будет для всех нас. Как бы он не потянулся к Борису и Виктории. Дети этого точно не переживут.

Решено – после того как смою с себя копоть и поем, отправлюсь исследовать особняк. Начну, пожалуй, сразу с подвала, где род Шаховских обустроил место силы. Если там пусто, то я каждый уголок дома обыщу, каждый кирпич и каждую половицу, но найду этот артефакт, обладающий собственной волей.

* * *

Зубов крутил руль и искоса поглядывал на своего господина. Константин Шаховский считался зазнайкой и снобом, даже его родители не рассматривали всерьёз старшего сына на роль главы рода. Все опасались того, что после трагической гибели старших земли окажутся без толкового правителя, и всё полетит монстрам под хвост.

Сегодняшний прорыв мог стать финальной точкой на истории рода, но молодой господин ввязался в бой и принял командование на себя, оттеснив Зубова в сторону. И ему удалось не просто сдержать монстров второго класса, но и уничтожить их. При том, что это были не простые порождения бездны, а насекомые, бороться с которыми было сложнее всего.

Константин Шаховский выложился полностью, не став отсиживаться за спинами магов и гвардейцев, а потом ещё и отразил пулю с магзарядом и лично убил гвардейца Давыдовых. Зубов видел, что в тот момент Константин покачнулся и замер, едва устояв на ногах. Но он остался стоять, и дал отпор княжичу, сославшись на протокол защиты стены.

Зубов понимал, что теперь Давыдовы будут давить Шаховских, действуя во всех сферах – от подстав до законных жалоб. И всё же он испытывал невероятную гордость за своего господина. Неужели мысли гвардейцев были услышаны, и провидение послало им достойного главу?

Если бы только у них было время… но его нет. Удавка вокруг земель рода затягивается всё сильнее с каждым часом. И несмотря на пробудившуюся в Константине силу рода, противостоять шакалам в обличьях аристократов будет непросто.

Да что там! Практически невозможно. И Зубов точно знал, что не останется в стороне. После того как увидел молодого господина в бою, он сделает всё что в его силах, чтобы защитить будущего главу рода.

Но Зубова беспокоила резкая перемена в характере Константина. Эти его ухмылки и взгляд, от которого даже у бывалых воинов вдоль позвоночника пробегали мурашки. Такой взгляд он видел только у матёрых вояк, головорезов и убийц – в нём были угроза, обещание расправы и равнодушие к страданиям врагов.

Разве мог быть такой взгляд у юнца, перешагнувшего совершеннолетие месяц назад? И всё же факты говорили за себя. Смерть гвардейца Давыдовых не задела чувств Константина Шаховского, он даже не посмотрел на упавшее тело.

Александр Зубов передёрнул плечами и посмотрел на господина. Тот откинулся на спинку и прикрыл глаза. Спокойное лицо не выражало никаких эмоций, а лёгкая ухмылка будто приклеилась к его губам.

Похоже, всех их ждут перемены. Знать бы ещё, какие.

* * *

Всю дорогу командир первого боевого отряда косился в мою сторону. На его лице отражались разные чувства, он будто принимал какое-то решение или рассчитывал дальнейшие ходы. Вряд ли моё сегодняшнее сражение с монстрами могло повлиять на мнение гвардейца, но что-то же его тревожило.

Опасался мести Давыдовых? Если так, то тут он не ошибся. Сразу было понятно, что вся эта затея с «охотой за стеной» была только предлогом.

Не могли гвардейцы княжеского рода вести себя так нагло без приказа. И эти выстрелы из специального оружия были неспроста. Могу только догадываться, сколько Давыдовы заплатили гвардейцу за самоубийственную атаку.

Даже если бы я его не убил, его бы казнили. Но он всё равно сделал вид, будто не признал во мне будущего главу рода Шаховских. Понятное дело, что разодранный в нескольких местах спортивный костюм и испачканное в крови и саже лицо не соответствовали статусу графа, но даже в таком виде сложно было перепутать меня с мальчишкой-стажёром.

Мои мысли снова и снова возвращались к единственному удару Сердца Феникса. Почему же оно пошло на контакт сейчас, когда я так слаб? Было бы логичнее подкопить энергию и пойти на слияние, когда мы оба будем к этому готовы.

Будто бы отвечая на мой вопрос, инстинкты завопили об опасности. Чем ближе мы подъезжали к особняку, или скорее к Сердцу Феникса, тем громче кричала моя чуйка. На какой-то миг я даже смог ощутить присутствие посторонних.

Артефакт так явственно подсветил угрозу за поворотом, что я невольно растянул губы в улыбке. В своё время я раскинул вокруг храма ордена паутину тьмы для контроля и привязал её к Сердцу. И сейчас ощутив даже такой слабый отклик артефакта я был практически счастлив, ведь это означало, что со временем я сумею не только вернуть былую силу, но и вырастить новых птенцов.

Но это всё потом, а сейчас нужно разобраться с врагами, поджидающими меня почти у самого дома. А ведь какой удобный участок они заняли – из-за высоких тисовых деревьев вдоль дороги мы не могли видеть, что происходит за их стволами. Кем бы ни были эти люди, их намерения были вполне ясны – они пришли убивать.

– Засада в двухстах метрах, за поворотом к особняку, – не открывая глаз, сказал я Зубову.

Машина резко затормозила, а следовавшие за нами внедорожники нагнали нас и выстроились впереди конусом, закрыв нас от возможной атаки.

– Зря, – пробормотал я. Теперь в нас легче попасть площадными заклинаниями или из крупнокалиберного оружия.

Зубов включил защитное поле вокруг автомобиля и принялся раздавать команды по рации. Я же принялся плести паутину, концентрируя энергию вокруг пятачка, на котором нас поджидали враги. Из носа снова хлынула кровь, но я лишь сцепил зубы и увеличил поток тьмы, понимая, что такая перегрузка может выжечь мой магический источник навсегда.

Нити тьмы рвались в моих руках, а энергия таяла, не желая сплетаться в жгуты. Я сжал кулаки и зарычал от злости. Это же элементарное умение, не требующее каких-то особых затрат энергии, но я даже с ним не могу справиться.

В этот момент мне было плевать на то, что я выложился по максимуму в бою с комарами и противостоянии с гвардейцем рода Давыдовых. Да, я взял в долг у тьмы силы для этого, но это был её выбор – сунуть меня в этот мир и начать слияние с зарождающимся Сердцем Феникса.

Если бы только у меня была хоть капля моего пламени, хотя бы капля былой силы! Но их не было. Времени на то, чтобы придумать новый план у меня не осталось – в нас уже летели площадные заклинания стихии огня и магзаряды размером с мой кулак.

– Активировать личные щиты! – рявкнул я в последнюю секунду, а потом нас накрыло огненным торнадо.

Глава 5

Зря я плохо думал о своих гвардейцах. Буквально за мгновение до соприкосновения с огненным штурмом, внедорожники газанули и выстроились в ряд, став, по сути, заградительной стеной.

Защитное поле автомобилей трещало, но пока что выдерживало натиск магического огня, а вот артефакты личной защиты в этом мире оказались слишком дорогими, чтобы обеспечить ими каждого гвардейца. Об этом я узнал из длинного, преимущественно матерного, монолога Александра Зубова.

При этом гвардеец орал в рацию, продолжая раздавать команды, и пытался дозвониться до командира гвардии. Ему мешали помехи, созданные огненным торнадо и ручными гранатомётами с магзарядами. Пламя не останавливалось ни на секунду и становилось лишь сильнее.

– Сейчас! – рявкнул Зубов, как только появилось едва заметное снижение огня.

Я распахнул дверь внедорожника, чуть не выбив её, и вывалился на землю. Короткими перебежками мы побежали в лес, чтобы скрыться за стволами деревьев и обойти засаду. У пятерых гвардейцев на плечах болтались автоматы, двое других были водителями, судя по всему, и не имели оружия, зато в руках одного из них я заметил монтировку.

– Защитное поле вокруг машин схлопнется меньше чем через минуту, – сказал Зубов. – Надо успеть зайти с тыла и вынести гадов.

– У них наверняка есть артефакты, защищающие от атак, – предположил я, пригибаясь к земле и двигаясь на полусогнутых.

– Тоже верно, – кивнул командир отряда, оглядев наших сопровождающих. – Но они только против дальних атак и магии защищают. Нам бы в лобовую вломить.

– Кто ж нас подпустит? – покачал головой один из гвардейцев.

– А вам и не надо, – я замер, глядя на монтировку в руках водителя. Магии у меня нет, зато физически я в полном порядке, не считая текущую из носа кровь. – Отвлеките внимание, а в лобовую пойду я.

– Никак нет, ваше сиятельство! – рыкнул Зубов. – Это слишком опасно и…

– Вы сделаете всё, как я скажу, – перебил я его. – Это приказ.

Командир отряда смотрел на меня какое-то время, сверля взглядом, но всё же сдался и кивнул. Я услышал, как скрипнули его зубы, и усмехнулся. Так-то, гвардеец. Не хватало мне ещё с собственными людьми спорить и доказывать, что я имею право отдавать приказы.

Мы рассыпались в разные стороны и обогнули врагов. Они не слишком скрывались – встали прямо посередине дороги. Такая наглость заслуживает наказания.

Я прокрутил в руках монтировку, которую забрал у водителя второй машины, и растянул губы в улыбке. Чем мне только не приходилось сражаться, и уж этот инструмент ничем не хуже берцовой кости демона, которой я забил до смерти его же собрата. Единственной проблемой сейчас было то, что зайти в тыл людям, вставшим на дороге, я никак не смог бы.

Позади них не было деревьев, за которым можно укрыться, да и они сейчас наверняка все пути подхода контролируют. Через тень не пройти – слишком уж я слаб. Хотя, враги ведь не ждут нападения из тени, может и получится пройти на первом слое, не погружаясь слишком глубоко.

Я сделал глубокий вдох, нырнул в тень ближайшего ко мне дерева и передёрнул плечами от холода – в тени всегда неуютно и будто бы морозно. Зато она прекрасно скрывает тех, кто сумел однажды покорить её. Если присмотреться, то со стороны можно заметить, как она дрожит и пытается выплюнуть меня наружу. Но вряд ли кто-то будет следить за тенями.

Защита с внедорожников спала как раз в то самое мгновение, когда мои гвардейцы начали обстреливать врагов с двух сторон. Они делали короткие очереди, скрываясь за стволами тисов, а я неспешно двинулся к врагам. Слишком быстрый шаг был бы заметен, а лёгкий прогулочный не слишком колышет тени.

Я насчитал всего пятерых людей – три мага огня и два воина с гранатомётами. И ведь им бы удалось уничтожить будущего стража врат, если бы в его теле был не я. Гвардейцы сделали бы всё, чтобы защитить своего господина, и погибли бы. Но я не позволю этому случиться.

Тень позади мага огня дрогнула, когда я вывалился с изнанки этого мира и с размаху впечатал монтировку в его затылок. Следующим ударом я размозжил голову второму магу, воспользовавшись фактором неожиданности, а потом в ближний бой вступили воины, отбросившие гранатомёты в сторону. В их руках оказались довольно приличные мечи, которыми меня чуть не пронзили сразу в двух местах.

Я отпрыгнул в сторону и увернулся от летевшего в меня огненного шара, а затем перехватил монтировку так, чтобы её изгиб провернулся ударной частью наружу. Этим самым изгибом я зацепил клинок наёмника и отшвырнул его в сторону. Следующий удар моего оружия пришёлся на вытянутую руку второго воина.

Хруст костей слился с яростным криком боли, но я уже развернулся и врезал монтировкой в живот мага, отшвырнув его подальше от себя. Всего трое против одного – какая жалкая попытка убить феникса. В прошлой жизни я бы хохотал во весь голос, но в этой мне пришлось напрячь все свои силы, чтобы просто устоять на месте, размахивая металлическим инструментом как мечом.

Противник со сломанной рукой бросился на меня, пытаясь повалить на асфальт, но получил монтировкой по зубам. Он с грохотом повалился на землю, словно мешок с костями. Ещё один готов.

Маг уже оклемался и снова запустил в меня огненный шар. Если до этого он опасался подпалить своих союзников, то теперь в приступе ярости наплевал на опасность и выдал всё, на что был способен. Мне пришлось отступить в тень на краткий миг, чтобы переждать пик огненного урагана, а вот оставшемуся на ногах воину не повезло – он сгорел заживо почти мгновенно.

Запах палёной кожи сразу же забился в ноздри, но я даже не поморщился – этот запах был моим вечным спутником, ведь он означал, что мои враги повержены. Я усмехнулся и вышел из тени. Маг был далековато для ближней атаки, так что я откинул руку и сделал бросок.

Инструмент попал в переносицу мага, раздробив её на мелкие осколки. Последний враг осел на расплавленный асфальт, а я шагнул к нему и забрал монтировку. Замечательное орудие для того, чтобы ломать кости. Я бы даже сказал – самое подходящее.

Мои гвардейцы высыпали из-за деревьев, глядя на меня с опаской. Я видел в их глазах насторожённость и неверие. Кажется, они были удивлены тому, что их господин устроил кровавую бойню.

– Вот вам и граф, – нервно хмыкнул один из них.

– Против лома нет приёма, – с такой же нервной улыбкой сказал другой.

Оба гвардейцы переглянулись и расхохотались, сбрасывая напряжение. Я поддержал их смех широкой улыбкой и протянул водителю его монтировку. Он замер и даже отшатнулся, а потом неуверенно забрал свой инструмент.

– Может вам его себе оставить, ваше сиятельство? – спросил он, взвесив его на руке.

– Благодарю за предложение, но думаю, что в оружейной найдётся что-то более подходящее, – сказал я и вытер тыльной стороной ладони кровь с подбородка. – Идёмте дальше. Как бы не оказалось, что и на особняк напали, раз уж командир гвардии так и не прислал подкрепление.

– Вы правы, – Зубов зыркнул на своих людей, и те тут же подобрались и прекратили ухмыляться. – Киреев верен роду Шаховских всей душой, он не остался бы в стороне.

Я устало кивнул и расправил плечи. По спине ручейками стекал пот, а виски ломило от боли так сильно, будто кто-то с размаху вонзил в них раскалённый прут. Этот бой высосал из меня последние силы, но показать слабость я никак не мог.

Каким-то чудом я ещё оставался в сознании, но тело скручивало судорогами боли. Пришлось медленно цедить воздух сквозь зубы, чтобы хотя бы немного расслабить натянутые мышцы. На фоне этого было радостно знать, что никто из моих людей не пострадал.

К командиру гвардии у меня было много вопросов. Как он пропустил вражеский отряд на нашей территории, да ещё в такой близости от дома? Почему никто не выехал нам навстречу, ведь звуки стрельбы из гранатомётов должны быть слышны в особняке и его окрестностях? Огненное торнадо поднималось вверх не меньше чем на тридцать метров, так что и его было никак не пропустить. Но подмога не прибыла.

Через двадцать минут мы дошли до ворот особняка и хором выругались – вместо дороги, ведущей к главному входу, нас встретили воронки от взрывов и обломки каменной ограды. Я поспешил к дому, наплевав на свою слабость. Где-то там были дети, которые могли пострадать во время нападения.

Зубов уже звонил Белому, вызывая его сюда, а я вдруг замер посреди двора. Несмотря на разрушения, я до сих пор не увидел ни крови, ни тел. Будто в момент нападения никого не было рядом.

– Александр, – позвал я Зубова. – Посмотрите вокруг.

– Да всё ясно же, – рыкнул он. – Напали, как только вы уехали к стене, а потом устроили засаду.

– И где раненые и погибшие? – я выгнул бровь, и гвардеец тут же успокоился и начал крутить головой.

– Вы правы, ваше сиятельство, – цепкий взгляд Зубова оглядел развороченный двор и метнулся ко входу в особняк. – Киреев мог успеть вывести людей.

Мы, не сговариваясь, направились к дому и остановились у абсолютно целых дверей. Я положил ладонь на деревянную резьбу и прислушался к ощущениям. Сердце Феникса молчало, но его недовольство ощущалось очень явно.

Похоже, артефакт решил, что нападавшие пришли, чтобы ему навредить. Сил на полную защиту всей территории у него не было, зато их хватило на то, чтобы оградить дом от вторжения.

– Назад, – приказал я, как только Зубов потянулся к дверям. – Не трогайте тут ничего, пока я не разрешу.

Гвардеец замер с протянутой рукой, а потом отшагнул. Он не стал спорить, просто подчинился, чему я был рад. Тьма, окружившая дом, не будет разбираться, где свой, а где чужой.

Пришлось приманивать её, словно дикое животное. Сначала она пыталась куснуть меня, потом надавить на мой магический источник, ну и напоследок она решила шарахнуть меня чистой силой. Я помотал головой и расплылся в широкой улыбке.

Где бы я ещё получил столько дармовой силы? Причём мне даже не пришлось просить или снова брать взаймы у стихии. По телу пробежала дрожь удовольствия, когда все травмы разом затянулись, а энергоканалы наполнились энергией.

Я потянулся к остаткам защиты и впитал их почти мгновенно. И в эту же секунду до нас донеслись крики и грохот – кто-то пытался силой пробиться из дома. Я легко открыл дверь и отступил в сторону.

Мимо меня пронёсся Егор Киреев, а следом во двор высыпалась ещё сотня гвардейцев. И как только они все уместились в доме?

– Оцепить двор! – проорал Киреев, не заметив меня. – Проверить каждый угол, каждый куст! Найдите мне этих ублюдков!

Александр Зубов с улыбкой наблюдал за действиями командира гвардии, находясь в стороне от дверей. Мы переглянулись и хмыкнули, а потом Зубов вышел вперёд и прочистил горло. Киреев резко вскинул автомат и обернулся.

– Зубов, – прорычал он, опуская оружие. – Я ж тебя чуть в решето не превратил.

– А по сторонам смотреть не пробовал? – серьёзно спросил Зубов. – А если бы тут засада была?

– Да смотрел я, – недовольно прошипел Киреев. – Не было тебя тут ещё секунду назад.

– Егор Васильевич, – негромко позвал я его. Командир гвардии побледнел и уставился на меня удивлённым взглядом. Похоже, Сердце Феникса ещё и на слабую маскировку расщедрилось. – А скажите-ка мне, почему во время нападения моя гвардия почти полным составом отдыхала в родовом особняке?

– Ваше сиятельство… – на Киреева было страшно смотреть. Посеревшее лицо потеряло всякие краски, а в глазах мелькнула обречённость. – Мы не знаем. Нас будто заставил кто-то… поддались чужой магии и послушно вошли в дом.

– Занятно, – я склонил голову набок и усмехнулся уголком губ.

– Меня можете наказать, можете в отставку отправить, уволить, казнить, – сдавленно сказал командир гвардии. – Но ребята не виноваты, они действовали по моему приказу.

– Разберёмся, – кивнул я и махнул рукой, отпуская Киреева. – Проверьте тут всё.

Я шагнул в дом и сразу же почувствовал, как слабнет внимание Сердца. Артефакт выдохся и отдал последние силы на защиту своего гнезда. Мне было жаль, что эта отчаянная мера откинет его развитие на месяцы, а то и годы назад, но пополнение моего резерва не могло не радовать.

В конце концов, моё тело ещё не готово к тому, чтобы принять силу Сердца, как и силу феникса. Так что всё к лучшему – будет больше времени на подготовку.

Навстречу мне выбежал Борис. Мальчик тут же бросился ко мне и крепко обнял меня. Он уже не был таким бледным, как накануне, даже наоборот – посвежел и стал энергичнее.