Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 209 (всего у книги 330 страниц)

– Тут такое дело, Феникс, – Сыч цокнул языком. – Официально-то мы к Тайной Канцелярии приписаны. А служим мы все императору, даже ты.

– То есть Алексей Михайлович не знает о вашей миссии? – уточнил я, пытаясь придумать, как разрешить создавшуюся ситуацию.

– Не знает, – кивнул Сыч. – Канцлер уверен, что он не поверит в голословные обвинения… к тому же его величество – боевой маг света в ранге грандмага, а светлые за своих радеют.

– Да все за своих радеют, – пробормотал я. – Главное, чтобы эмиссар сюда не заявился, если он в курсе вашей пробежки по очагу и, возможно, послал истребителей за вами. Это, кстати, означает, что за вами до сих пор наблюдают и точно знают, где вы находитесь.

– Следящие артефакты? – задумчиво протянул Сыч и оглядел своих коллег. – Снимаем всё. Проверим, что может быть настроено на слежку.

– Ликвидаторов тоже надо обыскать, – сказал я и направился в ванную комнату. – Пока ничего не делайте, просто снимите всё, что может иметь привязку к магии.

Пока истребители складывали в центр комнаты немногие из оставшихся артефактов, я обыскал тела призраков. Парочка кинжалов и ни единого артефакта. Они чувствовали себя настолько неуязвимыми, что считали дополнительную защиту бесполезной?

В чём-то они правы – их укрывает тень, которая защищает и оберегает их жизни. Она же поглощает любые атаки. Но всё равно парочка защитных или атакующих артефактов никогда не помешают даже таким тренированным бойцам.

– Твою мать! – услышал я крик Сыча. – Какого хрена⁈

Я выскочил из ванной, готовый к бою, но замер с занесённой рукой. Посреди комнаты стояло порождение бездны с горящими красным глазами. Чёрные перья монстра отливали тем же красноватым светом, испуская что-то похожее на ауру тёмных магов, идущих по пути магов крови.

И я бы уже прикончил эту тварь, если бы не одно «но».

Полутораметровый теневой монстр был прочно привязан к моему поводку.

– Грох?

Глава 13

– Тут такое дело, хозяин, – привычно буркнул кутхар, неловко переступив с ноги на ногу. – Кажется, я перестарался.

– Свои! – рявкнул я, остановив истребителей на подлёте.

Несмотря на то, что оружия у них не было, Лось выхватил боевой артефакт из кучки на полу и направил его на Гроха. Остальные истребители тоже тянулись к артефактам, но замерли после моего крика.

– Это свои, точнее – свой, – я вздохнул. – Знакомьтесь, это Грох.

– Твою ж налево, – протяжно выдохнул Лист. – А как это?

– Никогда не видел, чтобы монстров дома держали, – в тон ему проговорил Сыч. – Феникс, а больше ты никого тут не держишь случаем?

– Агата, выходи, – мысленно позвал я кошку, которая затаилась под шкафом сразу же после того, как я оказался в комнате – опасалась, как бы меня не добили. – Покажись нашим гостям, чтобы они тебя запомнили и не трогали.

Кошка недовольно фыркнула и медленно выползла на свет. Сначала из-под шкафа показались большие пушистые лапы, потом нос кошки, и только потом всё остальное. Она будто вытекала оттуда.

– Это Агата, теневой ирб, – представил я её. – Мои питомцы преданы мне и не тронут вас, если будете себя хорошо вести. Вас я также попрошу не пытаться их убить, пока находитесь в гостях.

Истребители ошарашенно замолчали, переводя взгляды с Агаты на Гроха и обратно. Честно говоря, не будь кутхар связан со мной, я бы ни за что не подпустил такого монстра близко.

– Как ты так отожрался-то? – спросил я его.

– Да само как-то получилось, – Грох пытался казаться меньше, но понимал, что ничего не получится. – Артефакты у тех наёмников очень уж жирные оказались. Я и без того почти оклемался на своих запасах, а тут такой пир.

– Вместилище сожрал? – предположил я, глядя на его изменения. Если до этого он жаловался на маленькие крылья, то теперь там размах в два метра, не меньше.

– Не сожрал, – буркнул он. – Не поддаётся никак.

– Аура откуда? – я шагнул ближе и протянул руку.

Мои пальцы прошли через красную пелену, не встретив сопротивления, но я предполагал, что она может защитить его не хуже стандартного магического барьера.

– Так это, – он чуть опустил клюв вниз. – Я и пришёл сказать, что ты там на изнанке крови пролил прилично. В общем, я её забрал, нечего низшим тварям пировать.

– Ага, – я кивнул и обошёл питомца по кругу. – Значит мои энергетические импульсы тебя подлечили, а моя кровь усилила и укрепила поводок. Занятно.

– Не злишься на меня? – виновато спросил Грох, вывернув голову назад и глянув на меня.

– Нет, я доволен, – я усмехнулся. – Вот что. Агата теперь будет тренироваться по усиленной программе, включающей битвы в очагах.

– Будем нашу кошечку усиливать? – понятливо спросил кутхар. – Жалко же, шкурку попортит.

– Зато прокачается и станет сильнее, – жёстко ответил я и перевёл взгляд на истребителей, которые до сих пор не сказали ни слова, наблюдая за тем, как я обхожу Гроха. – Проверь их артефакты на прослушку или слежку. Особенно обрати внимание на вон тот неприметный артефакт, похожий на рацию. Если там что-то есть, выпей полностью.

– Так я потому и вышел из тени, чтобы они случайно не активировали подарочек, учуял его даже на изнанке, – сказал Грох, ткнув клювом в артефактную рацию, которая тут же развалилась на части.

Я повернулся к истребителям, которые сжали кулаки, когда кутхар уничтожил артефакт. Наш разговор они слышать не могли, поэтому не понимали, что именно он делает. К тому же, Грох, выполнив мой приказ, снова растворился в тени и прихватил с собой Агату.

– Кто дал вам этот артефакт? – спросил я у них. – В нём находилось заклинание слежения.

– Это артефакт связи, выдавал лично канцлер, – мрачно ответил Сыч. – Он сел за несколько часов до того, как за нами наёмники пришли.

– Лутковский? – я прищурился.

– Не мог он нас так подставить, – мотнул головой Лось. – Он же всегда за нас был.

– И Вестника он ждал, – поддержал его Лист. – Всё гадал, когда старый Вестник помрёт, чтобы новый наконец появился.

– Так и что? Теперь и канцлеру не верить? – протяжно выдохнул Сыч. – Да нахрен тогда вообще всё это?

– Успокойтесь, – я склонился над разбитым артефактом связи. – Кто напитывает артефакты в Тайной Канцелярии? Не сам же Лутковский энергию на них тратит?

– Служба контроля, – быстро ответил Лист. – Там маги разных стихий работают. Проверяют артефакты перед выдачей и следят за наполненностью резерва.

– Значит заговор проник даже туда, – сказал я. – Гадать, кто именно добавил начинку в переговорный артефакт, бесполезно.

– Надо звонить Лутковскому, – хмуро сказал Лось. – Пусть он сам решает, что делать дальше.

– И получить выстрел из снайперки в спину? – хмыкнул Сыч, скривившись. – Мы в единственном безопасном месте, смысл дёргаться?

– Лутковский знает, где вы находитесь, – я задумался. – Мы не можем доверять каналам связи, но можем запустить «утку». Скажем, что вы получили лечебные артефакты и решили уходить через очаг. Что вы скрываетесь там и ждёте подкрепления. Можем посмотреть, кто придёт вас «спасать».

– На живца ловить? – прищурился Лист. – Хитро, но кто будет встречать это «подкрепление»?

– Я и встречу, – я развёл руки в стороны, показывая облачение тьмы. – Подберу отряд своих бойцов для прикрытия, и буду ждать.

– Целый граф будет в засаде сидеть, чтобы наши шкуры спасти? – Сыч недоверчиво покачал головой. – А надо оно тебе, Феникс? Ты ж только что чуть не помер.

– Они прислали ликвидаторов в мой дом, – просто ответил я. – Установить защиту я пока не могу – сил не хватит. А вот прогуляться по очагу и монстров побить – очень даже.

– Ну так-то да, – Сыч оглянулся на коллег и повернулся ко мне. – Мы с тобой пойдём. Ночи нам хватит, чтобы силы восстановить.

– Тогда отдыхайте, завтра много дел, – сказал я и развернулся к двери.

– Тела бы куда спрятать, Феникс, – негромко сказал Лось мне вдогонку.

– Сейчас приберу, – я шагнул в ванную и переместил призраков на изнанку.

Оставлять их в таком виде не хотелось, поэтому я призвал пламя. Через пару мгновений всё было закончено. Я вернулся в реальный мир сразу в свои апартаменты и устало сел на пол в своей ванной.

У меня уже от частого принятия душа скоро жабры вырастут. Но и в крови разгуливать не дело. Вздохнув, я забрался в ванну и включил воду.

* * *

Юлия Сергеевна собиралась ложиться спать, когда уловила присутствие чужих эмоций. Усталость, раздражение, злость, настороженность – все эти эмоции исходили от трёх мужчин, которых Костя тайком привёл в дом. Бывший агент особого подразделения никогда не отпускала барьеры и всегда следила за настроением окружающих, так что утаить от неё кого-либо было невозможно.

И всё же в этот раз ей показалось, что гости будто бы закрываются от неё. У них стоял экранирующий щит, и, если бы не опыт, она могла бы пропустить их.

Понаблюдав какое-то время за ними, Юлия Сергеевна поняла, что подобную защиту она уже встречала – на гвардейцах императора и прочих бойцах особых подразделений. Она сама же и помогала в разработке заклинания, блокирующего вмешательство и контроль на ментальном уровне.

А потом вдруг Юлии Сергеевне стало нехорошо. Настолько, что она вскочила с кровати и рефлекторно активировала одноразовый канал связи с ним. С тем, кого видела лишь несколько раз, но каждое воспоминание вызывало дрожь и панику.

Но в этот раз она не смогла поступить иначе. Ведь Константин сражался с врагами, которые не испытывали никаких эмоций. Вообще ни единой.

А это значило, что в дом явились сами ликвидаторы. Жнец охотился на них долгие годы, но так и не сумел догнать, ведь этих убийц укрывала сама тень. И если они пришли сюда, то у Юлии Сергеевны не больше десяти минут.

Они расправятся с Костей и придут за остальными. Неважно, кто был их целью, они всегда оставляли после себя горы трупов.

Только бы он успел. Только бы пришёл до того, как наследие Тишайших – Борис и Виктория – будут убиты. Нельзя потерять последних детей с древней кровью. Других таких нет и уже не будет, если дети погибнут.

Юлия Сергеевна тряхнула головой и открыла шкаф. Там, за фальшивой стеной лежал свёрток с особыми артефактами, которые не вычислить и не найти по остаточному фону. Чистые, незарегистрированные и уникальные сферы усиления, которые передавались в роду Тишайших от предков. Если не использовать их сейчас, то уже никогда не придётся.

Выбор был только в том, кому их использовать. Отдать Константину или сделать всё самой?

Старушка распрямила плечи и вскинула подбородок. Будь она уверена в том, что Костик выживет, она бы отдала их ему. Но он наверняка уже мёртв.

В глазах женщины полыхнула тьма, старческие пальцы сжались на первой сфере. И вдруг она поняла, что до сих пор чувствует эмоции Костика. Он… жив?

Неужели он убил ликвидаторов? Но это невозможно. Этого никак не может быть.

Взгляд Юлии Сергеевы метнулся к переговорному артефакту и потух. Она призвала Жнеца. И он придёт, чтобы увидеть, что это было зря.

Сферы усиления упали обратно в шкаф, руки старушки затряслись мелкой дрожью. Что же она наделала? Он не прощает ошибок.

Столько лет Юлия жила только одной мыслью – стать сильнее. И вот сейчас, когда можно получить силу, она вдруг отшатнулась от свёртка со сферами.

Нет. Теперь ей не нужна сила. Но она знает, с кем можно поделиться. Ведь тот, кто занял тело её внука, сможет расправиться с врагами и возвысить род Тишайших.

А когда он женится на тёмной девочке, у них родятся сильные дети. И Юлия Сергеевна отдаст всё, чтобы увидеть, как в правнуках просыпается древняя кровь.

Кажется, Костик говорил, что омоложение возможно? Если это правда, а шутить он такими вещами не стал бы, то сферы она отдаст ему. И сделает всё, чтобы завоевать доверие главы рода Шаховских.

В конце концов, чем гроксы не шутят. Может быть, он и станет тем, кто займёт его место. Тем, кто станет не просто Вестником Тьмы, а её повелителем.

* * *

Я лежал на кровати, разогретый после ванны, и следил за восстановлением тела и энергетических каналов. Ещё немного – и я перегружу их окончательно. С такими повреждениями они станут похожи на сухие ветви, в которые больше не поступает энергия.

Нужно стать сильнее, чтобы микроразрывы не оставляли следов и не меняли плотность каналов. Но где взять эту самую силу? Отправиться в одиночку в очаг и выжечь несколько километров аномального леса вместе с монстрами?

Идея неплохая, но для начала нужно разобраться с истребителями. Чем скорее их заберут, тем меньше вероятность того, что в мой дом снова пошлют убийц. А пока они здесь, я не могу надолго уходить – нужно постоянно быть готовым к атаке.

И вроде бы пока я неплохо справляюсь, но всегда есть те, кто сильнее меня. Последние битвы усилили меня во много раз. Я смог призвать теневые крылья, пепельный шторм и даже одеяние тьмы. Взор тьмы уже не требовал отдельной активации, он работал постоянно в фоновом режиме.

Если так подумать, то я становлюсь сильнее с каждой битвой. Сколько ещё битв мне нужно пройти, чтобы достичь былой мощи? Сотни или тысячи?

Я сел на кровати и посмотрел на дверь спальни. Взор показывал приближение бабушки, которой отчего-то приспичило среди ночи заявиться ко мне.

Встав, я накинул халат и распахнул дверь. Юлия Сергеевна охнула и отступила на шаг.

– Не помешала? – нервно спросила она.

– Нет, но я мог спать, – ответил я и пропустил её в комнату.

– Я различаю эмоции спящих людей от бодрствующих, – буркнула она. – Хотя ты почти не читаешься, есть тонкие почти неощутимые всплески эмоций.

– С чем пожаловала? – устало спросил я и сел на кресло, с которого мгновение назад спрыгнула Агата, спрятавшись под кроватью.

Юлия Сергеевна протянула мне небольшой свёрток и осталась стоять напротив меня. Она подождала, пока я разверну кожаные складки и увижу содержимое, а потом гулко сглотнула и упала передо мной на колени.

И дело было не взметнувшейся вокруг меня тьме. Бабушка приняла решение сама, и оно явно далось ей непросто. Её лицо скривилось от боли, по щекам потекли слёзы, всё её тело било крупной дрожью.

Я отметил это всё мимоходом, полностью сосредоточившись на трёх маленьких сферах. Вначале мне показалось, что это кристаллы монстров очага высшего класса, но присмотревшись, я понял, что это нечто совершенно иное. Острые грани кристаллов поглощали свет, но в глубине каждой сферы пульсировала единственная искра. В первой сфере эта искра была цвета крови, во второй – чернёного золота, а в третьей – пепельно-серебристой.

Я коснулся их пальцем и прикрыл глаза. Да, я точно знаю, что это такое. Сила тёмных магов, кристаллизованная и запечатанная во время их смерти.

– Говори, – сказал я. Мой голос был безжизненным и пустым. Все эмоции и мысли схлынули, даже злость не смогла пробиться.

– Это наследие Тишайших, – прошептала бабушка. – Я была хранительницей этих реликвий последние шестьдесят лет. И я отдаю их тебе.

– Почему?

– Потому что ты достоин, – слёзы продолжали течь по щекам женщины, но я не обращал на них внимания. – Считай это моей капитуляцией. Моё сопротивление твоим решениям, интриги и тайны – всё это было ошибкой старой женщины, которая слишком долго цеплялась за призраков прошлого. Я признаю тебя главой рода не только по крови, а по праву силы и воли.

– Почему? – повторил я свой вопрос.

– Ты выжил после столкновения с ликвидаторами, – она сглотнула и помотала головой. – Это невозможно, но это факт. Ты можешь стать тем, кто возвысит род Тишайших, тем, кто напомнит миру, что значит древняя кровь тёмным магов.

– Что ты натворила? – всё так же равнодушно спросил я.

– Я позвала его, – прошептала она, вскинув на меня взгляд, полный ужаса. – Перепугалась и позвала. Я не знаю, когда он придёт, но он точно будет недоволен ложным вызовом.

– Его? – я прищурился. – Жнеца?

– Ты знаешь его имя? – бабушка схватилась за своё горло, будто хотела перекрыть себе доступ кислорода. – Он связывался с тобой?

– Было дело, – я завернул сферы и положил их рядом с собой на кресло. – Зачем ты его позвала?

– Почувствовала пустоту твоих врагов, он охотился за ними много лет, но никак не мог поймать, – Юлия Сергеевна закрыла лицо ладонями и всхлипнула. – Я думала, что ты погибнешь в бою, а потом ликвидаторы добьют остальных. Я хотела защитить детей. Дети – это наше будущее.

– Чего ты хочешь? От меня, от жизни, от будущего? – спросил я.

– Я хочу увидеть, как род Тишайших восстанет из пепла под твоим началом, – без колебаний ответила она. – Я предлагаю взамен мои связи, навыки и знания. Я не прошу ничего кроме права остаться рядом и быть полезной.

– Ты не забыла о том, что дала магическую клятву императору? – уточнил я без особого интереса. – Или о том, как была ему предана всю свою жизнь? С чего мне верить тебе?

– Я отрекусь от всех клятв, от всех господ, от его величества, – бабушка переместила тело так, чтобы встать на одно колено. Она склонила голову в древнем жесте вассала, который я не видел со времён моего прошлого мира. – Моя воля, мои знания и сама моя жизнь отныне принадлежат только тебе – Константину Шаховскому, Вестнику Тьмы и главе рода. Да будет тьма свидетелем моих слов.

Едва бабушка закончила говорить, как завалилась на бок. Её сердце билось в неестественном ритме, от лица отхлынула вся кровь, а магия в энергоканалах начала вскипать. Даже зная, что нарушение магической клятвы может убить, бабушка всё равно решилась отречься от неё.

Я встал с кресла и склонился над женщиной, тело которой уже билось в конвульсиях. Мне было не под силу отменить её клятву, но я мог кое-что другое. Я мог выжечь её своим пламенем, оставив своё клеймо на душе и теле женщины.

Моя правая рука легла на влажный лоб бабушки, а левая – на середину грудной клетки, туда, где содрогался магический источник.

Пламя феникса – не только бушующий огонь, что можно узреть глазами. Это энергия очищения, выжигающая проклятья, кабальные клятвы и метки других магов. Я использовал пламя для уничтожения клятв не так часто, но каждый раз это означало одно – агонию и боль, срывающую все покровы, обнажая суть и душу.

– Выживи, чтобы служить мне, – негромко сказал я, и мои ладони окутало тёмное пламя. – Выживи, чтобы увидеть, как твоя кровь и плоть восстаёт из пепла.

Жидкое пламя потекло в женщину, сердце которой почти остановилось. Животный крик боли прорезал тишину и умчался дальше, заполнив собой весь особняк. Вместе с этим криком от бабушки во все стороны полетела волна боли. Многократно усиленные эмпатом в ранге архимага эмоции заставили меня покачнуться.

Вот и оно. Обнажение сути. Обнажение души. Зеркало и основа человека, что сейчас проходит самое страшное и самое тяжкое испытание в своей жизни.

И только от бабушки зависит, пройдёт ли она его.

Глава 14

Оставшись в комнате одни, Лось, Сыч и Лист молча переглянулись. Лось проверил ванную комнату, которая была абсолютно пустой, и вернулся к своим коллегам.

– И что это было? – спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно.

– Хрен его знает, – пожал плечами Сыч. – Но граф этот – точно не простой человек.

– А он вообще человек? – тихо спросил Лист. – Аномальных монстров дома держит, да ещё и самых опасных – теневых. И ликвидаторов он убрал, а такое вообще никому не под силу.

– Как думаете, зачем он нам монстров показал? – Сыч отошёл к окну и прислонился лбом к стеклу. Ночь была тёмной, и не было видно даже звёзд.

– Ясно почему – чтобы не рыпались и сидели тихо, – предположил Лось. – Они же в тенях гуляют, могут в любой момент выскочить. А может и сейчас за нами наблюдают.

– Оружие мы угрохали в очаге, защитных артефактов нет, а у боевых резерва на донышке, – продолжил свою мысль Сыч. – Если Феникс захочет нас пришить, мы даже вякнуть не успеем. Уж после ликвидаторов-то он с нами быстро разделается.

– Угу… видел, как его раны прямо на глазах зарастали? – Лист передёрнул плечами. – Я про такое даже не слышал, а мы всякого насмотрелись.

– И что делаем в итоге? – Лось озвучил тот вопрос, который требовал немедленного ответа и решения.

– Я бы на него поставил, – медленно сказал Сыч, продолжая смотреть в окно. – Вестник он там или кто, но я бы за ним пошёл хоть в очаг, хоть на бойню.

– Эка тебя накрыло, – покачал головой Лось. – Клятву никто не отменял, думай, что говоришь.

– Видел, как Грача размотали обычные наёмники? – Сыч обернулся и посмотрел на него серьёзным взглядом. – Он же нас собой прикрыл, чтобы мы уйти смогли. А мы… без Шаховского нас бы там же и положили всех. Он ведь так же, как Грач, нас закрыл.

– Грач ушёл как мужик, в бою, за всех нас, – сдавленно проговорил Лось. Его кадык дёрнулся несколько раз в спазме. – Отомстим за него. С Шаховским или без него. Но мы должны найти этих ублюдков, что охоту устроили.

– А если канцлер заберёт нас раньше? – спросил Лист, и на нём скрестились взгляды его братьев по оружию. – Сами знаете, что против приказа мы пойти не сможем.

– Значит надо успеть свалить до того, как за нами придут, – жёстко сказал Сыч. – Клятву мы не нарушим, если не получим приказ.

Ответить ему никто не успел. Особняк разорвал крик, от которого в жилах кровь стыла. А следом пришла волна боли и отчаяния.

Несмотря на блок против ментальных атак, все трое истребителей рухнули на пол и сжали руками голову. Подобное с ними случалось только однажды, когда агент Волна проверяла их защиту. Но здесь её точно не могло быть, ведь бывших агентов не бывает. Бывают только мёртвые.

* * *

Борис сидел в углу своей кровати, сжимая кулаки и раскачиваясь всем телом. Тень звала его к себе. Он слышал её зов и близость таких же, как он.

Нужно просто сделать несколько шагов, укрыться тенью и пройти через крыло особняка. Просто сделать хотя бы один шаг. И тогда он окажется среди своих. Среди тех, кто слышит зов, кто перестал сопротивляться.

Мальчик сжал челюсти так сильно, что услышал скрежет собственных зубов. Нельзя поддаваться. Он обещал Косте, что станет сильнее, что сможет управлять своим даром и своим телом.

Он упал ничком, зарываясь лицом в матрас и крича. Его ломало и тянуло туда, где сейчас сражались избранные тенью.

На миг сознание Бориса прояснилось. С кем они сражаются? В доме рода Шаховских нет врагов, а это значит, что они пришли за Костей.

Тьма полыхнула вокруг Бориса, впервые в жизни обдав его волной ярости. Как они посмели напасть на его брата? Кто дал им такое право?

Борис поднялся с кровати и сделал шаг. Но вместо того, чтобы присоединиться к избранным тенью, он захотел помочь брату. Защитить его, спасти от тех, в ком не осталось чувств.

Тень привычно укрыла его, обняв и закрыв от всего мира. Она ластилась к нему, будто просила прощения. А потом тень вдруг замерла, колыхнулась и отступила.

Борис помотал головой. Он больше не слышал зов, не чувствовал рядом теневиков. Они ушли? Убили Костю и ушли?

Мальчик рванул туда, где слышал сражение на теневом слое. Вот и коридор, апартаменты Кости. Но где же он сам?

Ему пришлось замереть в нескольких шагах от двери в комнату брата, ведь Костя вывалился с изнанки с телами двух теневиков. Если он смог расправиться с ними, то что же он сделает, если узнает, что Борис снова нарушает запрет и гуляет по теням?

На миг его будто кипятком обдало, но всё быстро прошло. Он ничего не нарушил, ведь он не ходил через тень, это тень прикрывала его.

Борису пришлось долго себя уговаривать, но всё же он сумел перебороть любопытство и не пошёл следом за Костей в комнату, куда его отволокли незнакомые мужчины. Постояв немного у двери, чтобы понять, что брату не грозит опасность, мальчик вернулся к себе.

И он уже начал засыпать, как вдруг его подкинуло на кровати от громкого крика. Кричала бабушка. Это точно её голос. Но что происходит?

Наплевав на предупреждения Кости, Борис рванул на крик, но неожиданно для себя наткнулся на барьер перед комнатой брата. Он закрыл проход? Но ведь это была просто угроза.

Бабушка продолжала кричать, а Борис вдруг понял, что в этом крике ему чудится крик матери. Боль, отчаяние, ужас – все эти эмоции сплелись воедино. Тень вокруг Бориса стала плотнее, ощутимее.

В какой-то момент мальчик вдруг осознал, что стоит в спальне Кости и смотрит на бабушку, которая вдруг затихла. Он поднял взгляд на брата и вздрогнул, ведь Костя смотрел прямо на него, будто смог видеть через тень.

* * *

Как я и ожидал, Юлия Сергеевна оказалась крепкой и сильной. Те несколько минут, в течение которых моё пламя выжигало её клятву, она выдержала с достоинством. Ни проклятий, ни попыток меня убить.

Я смотрел на то, как выжигается всё, что мешало этой женщине быть свободной. На моих глазах стирались травмы и морщины, ломались блоки и барьеры.

Но потом взор тьмы и мои сигнальные нити показали кое-что другое. Борис перешёл на новый уровень тьмы и пытался пройти в мои апартаменты. Он бился в невидимую стену, словно хотел протаранить её.

Вздохнув, я ослабил контроль и пропустил брата. Всё равно моя работа с клятвой и блокировкой бабушки уже закончилась.

Через мгновение Борис прорвался в мою спальню и замер напротив меня. Видеть его я не мог – тень была слишком плотной. Она скрывала его местонахождение, его дыхание и даже его ауру. Но мой взор показывал мне этот сгусток тени.

Когда я посмотрел туда, тень дрогнула и отступила. Наши взгляды встретились, и Борис вздрогнул.

– С ней всё в порядке, – сказал я ему, убрав руки от бабушки.

Хотя какая она теперь бабушка? Эта женщина выглядела лет на сорок, максимум – сорок пять. Ровно на тот возраст, в котором получила самую большую травму и после которой начала медленно сходить с ума.

– Ты… – брат сделал судорожный вздох и отвёл взгляд. – Прости.

– Я понимаю, почему ты пришёл, – мягко сказал я. – Ты услышал крик бабушки, а потом почувствовал её боль. Странно, что Вика не пришла.

– Вика в месте силы рода, туда не проходит магия, – Борис пожал плечами. – Так что она ничего не слышала. И это хорошо, такое… лучше не видеть и не слышать.

– С ней всё в порядке? – уточнил я. Беспокойство кольнуло грудь изнутри, и я почти рванул проверить сестру.

– Да, это Юлиана её отправила медитировать, – мальчик упорно не хотел на меня смотреть, но его взгляд скользнул по полу и замер на лице бабушки. – Это… это точно наша бабушка?

– Ты же знаешь, что маги живут долго и выглядят моложе своего возраста? – вместо ответа спросил я. Боря кивнул. – У бабушки стоял особый блок. Причём поставила она его сама себе. Глубокая травма искалечила её психику, запечатала разум вместе с болью и страхом.

– Так она теперь останется такой? – спросил брат, с интересом разглядывая бабушку. – Оказывается, Вика похожа на неё.

– Да, – согласился я. Теперь была заметна схожесть черт лица и профиль. – Надеюсь, что это изменение немного улучшит сварливый характер бабушки.

– Она нас не слышит? – тихо уточнил Борис, я отрицательно качнул головой. – Я пришёл не только из-за неё. Я слышал зов тени и твой бой. Ты просил рассказывать тебе обо всём, вот я и…

– Рановато, – я сел в кресло и нахмурился. – Ты ещё не готов.

– К чему? – брат вскинул на меня горящий любопытством взгляд.

– Видишь ли, твоя направленность дара – не просто призыв тени, – сказал я, решив, что пришло время рассказать Борису всю правду. – Теневики, с которыми я сражался, имеют схожий дар.

– Их я тоже чувствовал, меня тянуло к ним, будто они – свои, – брат сел на пол рядом с бабушкой, скрестив ноги.

– Однажды тьма может забрать твои чувства и твои эмоции, – предупредил я его. – После первого же боя ты начнёшь меняться. Сначала ты почувствуешь огромную силу, а потом станешь орудием тьмы.

– Что-то вроде теневого кинжала? – уточнил Борис.

– Да, хорошее сравнение, – кивнул я. – Теневой кинжал в твоих руках – просто оружие. Без души, без чувств. Ты будешь выполнять то, что прикажет тьма или кто-то другой, как случилось с теми, кто пришёл сегодня в наш дом.

– А как выбрать, чьи приказы будут главнее? – брат смотрел на меня со всей серьёзностью, будто не был восьмилетним мальчиком.

– Это зависит от того, кто будет рядом с тобой во время первого боя, – я вздохнул. – Если никого не будет рядом, ты станешь исполнять только приказы тьмы. Если будет кто-то, кто сумеет вернуть тебя в чувство, ты станешь предан ему до конца жизни.

– Поэтому ты не хотел, чтобы я сражался без тебя. Ты хочешь стать тем, кто будет отдавать мне приказы, – он не спрашивал, а утверждал это с ясностью, которую редко встретишь у взрослых людей, не то что у ребёнка.

– Это лучший вариант для тебя, – подтвердил я его догадки.

– Тогда я сделаю так, как ты скажешь, – упрямо мотнул головой Борис. – Стану сильнее, буду тренироваться с гвардейцами. И я не буду сражаться ни с кем, пока ты не решишь, что я готов.

– Боюсь, теперь это уже не имеет значения, – я криво усмехнулся. – Твой дар стал сильнее, он уже начинает управлять тобой. Совсем скоро он поглотит тебя безо всяких битв.

– Но что же тогда делать? – Боря испуганно вздрогнул. В его глазах плескался страх. – Я не хочу быть чьим-то кинжалом.

– Завтра я отправлюсь в очаг с нашими гостями, – сказал я и убедился, что брат в курсе того, что в доме есть посторонние. – Как только я решу вопрос с ними, мы отправимся с тобой в очаг.

– А может мы возьмём с собой Вику? – облизнув губы, попросил он. – Пойдём втроём, как будто… как будто мы… семья.

– Мы и есть семья, – я встал и шагнул к брату, схватил его в охапку и прижал к себе. – У Вики не боевая направленность дара – ей в очаге делать вроде бы нечего. Но если тебе так будет спокойнее, то можем взять её с собой.

– Спасибо, – шепнул он, обнимая меня за шею.

Мы посидели так несколько минут, а потом увидели, как Юлия Сергеевна начинает приходить в себя. Она по-стариковски кряхтела, переворачиваясь на бок и пытаясь сесть. Когда ей это наконец удалось, она подняла взгляд и увидела нас с Борисом.

– Костик? – продребезжала она, а потом прочистила горло. – А что происходит?

Она выпучила глаза и сжала горло рукой. Ну да, голос у неё тоже помолодел. Мы с Борисом смотрели, как бабушка с опаской трогает шею и лицо, ощупывает нос и лоб.

Затем она недоверчиво помотала головой и замерла. Её пальцы коснулись висков, глаза блаженно зажмурились.

– Так тихо, – прошептала она едва слышно. – Никаких голосов и криков… как же хорошо-то. Я и забыла, что такое было когда-то.

– Рад, что тебе стало лучше, – я поднялся и подал ей руку. – Идём.

– Что? Куда? – на её лице отразилась такая смесь эмоций, что мне даже стало не по себе. Я-то привык к тому, что бабушка всегда держит маску.

– К зеркалу, конечно, – усмехнулся я. – Давай.

Ничего не понимая, бабушка пошла за мной. Сначала медленно, потом всё быстрее. Когда я распахнул дверь гардеробной комнаты с большим зеркалом, она буквально влетела туда на всей скорости.

– Ох ты ж! – бабушка застыла, глядя на себя неверящим взглядом. – Даже седины почти нет. И морщин, и этих ужасных складок на коже, будто кто-то прижёг утюгом ткань, смяв её.