Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 204 (всего у книги 330 страниц)

Глава 5

За стеной оказалось, что моё пламя не просто очистило землю, но и ускорило её восстановление. Белый с Зубовым удивлённо осматривали всходящие ростки разнообразных трав. Я же совершенно не удивился – в моём мире восстановление происходило чуть медленнее, но результат был мне известен.

– Потрясающе, – Белый возбуждённо покачал головой. – Как только другие аристократы увидят этот феномен, сразу же начнут его исследовать. Что же послужило толчком?

– Говорят, тут какое-то странное пламя полыхало, – ответил ему Зубов, покосившись на меня.

– Невероятно, мне уже интересно, что обнаружат исследователи, – целитель выглядел так, будто вот-вот начнёт прыгать от счастья. – Такое чувство, будто очаг отступает.

– Грох, – позвал я питомца, глядя на Белого.

– Что такое, хозяин? Уже не рад, что взял с собой этих светлых? – решил подколоть меня питомец.

– Найди теневых монстров и пригони их к нам через пару километров, – приказал я, шагая через свежую зелёную поросль.

– А зачем? – удивился он.

– Я хочу, чтобы целитель показал своё истинное лицо, – пояснил я свои мысли. – Он не сможет устоять перед теневыми монстрами и сделает то, чему его учили.

– И что это нам даст? – тут же заинтересовался кутхар.

– После такого боя Белый уже не сможет притворяться, будто целители белые и пушистые, поднимают ранги исключительно лечением и прочую чушь, – я хмыкнул. – И вот тогда уже можно будет поговорить серьёзно.

– Вот это уже интересно, – Грох хихикнул и отправился искать теневых монстров.

Ну а я активировал взор тьмы и, обнаружив слева нескольких монстров, уверенно направился к ним. Когда я достал молот из хранилища, за моей спиной раздались удивлённые вздохи. Точно, Зубов ведь тоже не видел моё новое оружие, а про Ивана и Семёна и говорить нечего.

Первый монстр сам вылетел на меня, как только я начал напитывать молот тьмой. Я сделал замах и ударил монстра в лоб. Пришлось дозировать силу, чтобы не перестараться. Но даже так единственный удар в лоб оказался фатальным.

Ледяной леопард, он же ледок, которого я уже видел во время одного из прорывов, окутался дымкой тьмы и растворился в ней. Даже без пламени от него не осталось ни единого кусочка. И это хорошо, что тёмное пламя не вспыхнуло без моего желания – в обычном бою оно не нужно, да и показывать его всем подряд не хотелось.

– Господин! – выдохнул Зубов.

– Что, Саша? – обернулся я к нему, следя взором тьмы за оставшимися монстрами, которые уже приготовились выскочить из засады.

– Откуда у вас такое оружие? – спросил командир гвардии, глядя на молот жадным взглядом.

– Да вот раздобыл среди трофеев от Давыдовых, – усмехнулся я, делая очередной замах. Ледоки славились своей маскировкой, но от взора тьмы никому не скрыться.

Я сделал два удара, и рядом со мной полыхнуло два облака тьмы. А что, такой поход по очагу мне очень даже нравится.

– Изначальная тьма, – прошептал Белый, замерев и уставившись на меня во все глаза. Его пальцы непроизвольно дёрнулись, будто он собирался ударить меня светом. Я видел, как он заставил себя расслабиться и отозвал вспыхнувшую ауру. – Ваше сиятельство, у вас нет направленного дара? Вы подчинили саму стихию тьмы?

– Как тебе сказать, – я пожал плечами, внимательно наблюдая за целителем. Рефлексы на тьму у него сработали как надо. Осталось выяснить, кому он предан – мне или тем, кто отвечает за подготовку светлых магов в этом мире. – Подчинить матерь стихий невозможно, и ты это знаешь, Иван.

– Но как такое возможно? – Белый не двигался и не сводил с меня взгляд. – Я видел, как горел под вами матрас в лазарете, но это…

– Это моя особенность, – хмыкнул я. – Мне подвластна тьма и все её разновидности.

– Тот огонь, что спалил дотла деревья у стены и породил новую жизнь… – целитель запнулся и окончательно потушил ауру. – Это ваших рук дело?

– Именно, – я отвернулся от него и снова замахнулся.

Пришлось сделать четыре удара, прежде чем стая ледоков перестала существовать. Тьма поглотила их без остатка, а я почувствовал прилив сил. Щедрость матери стихий в этом мире меня уже не удивляла – если я правильно понял, то мне предстоит немало работы во благо её.

– А ведь ледоки третьего класса, – тихо сказал Семён Ивану.

– По большей части из-за маскировки, но да, третьего, – так же тихо ответил ему Белый. – Умеет наш граф удивлять, ничего не скажешь.

– Идём дальше, – скомандовал я, закончив с монстрами и положив молот на плечо.

Оружие Радомира было довольно тяжёлым, около десяти килограммов, но моё тело после слияния стало крепче. В чём-то я превосходил бойцов в ранге мастеров боя. Я глянул на Зубова. Нет, пожалуй, до абсолюта мне далековато, но уже близко.

Через минут пятнадцать я услышал голос Гроха. Мой питомец доложил, что нашёл теневых слизней и гонит их в нашу сторону. Мои губы растянулись в улыбке сами собой.

– Саша, – позвал я командира гвардии. Зубов нагнал меня и пристроился рядом, шагая в ногу со мной. – Скоро покажутся теневые слизни. Их не трогаем.

– Что так? – поинтересовался Зубов, согласно кивнув.

– Хочу посмотреть на магов света с целительской направленностью, – тихо ответил я. – Если совсем плохо дело пойдёт, я сам разберусь.

– Принято, господин, – сказал он, но всё же мотнул головой. – Мне бы тоже хотелось силы проверить после поднятия ранга.

– Думаю, что такая возможность представится, – я улыбнулся. Прямо на нас шла стая из пары десятков монстров. – Причём даже быстрее, чем ты думаешь.

Когда на нас из подлеска выскочили огненные пауки, Зубов с диким криком выхватил меч и рванул в бой. Я остановился чуть поодаль, не вмешиваясь в его битву. Мне и самому было интересно посмотреть на абсолюта.

Зубов кружился юлой, пронзая пауков и уворачиваясь от огненных плевков. Мой глаз едва успевал следить за его движениями. Он будто исчезал в одном месте и появлялся в другом.

Да, скорость и реакции у него действительно улучшились. Я бы не смог уворачиваться на такой же скорости, что и он. Мне проще было выпустить тьму или пламя, и сжечь всех монстров.

Но у бойцов, что пошли по пути силы, не было даже намёка на магию. Только их тело, которое они доводили до совершенства, превращая себя в оружие. И теперь я мог своими глазами увидеть, насколько это эффективно.

Командир гвардии пропустил два огненных плевка, и те с шипением ударили его в грудь и плечо. Камуфляж задымился, но сам Зубов даже не поморщился. Он похлопал себя ладонью по ожогам, сбивая пламя, и продолжил сражаться.

Через несколько минут на поле боя среди подпалённой земли лежали тушки пауков. Зубов вскинул вверх руку с зажатым в ней мечом и издал победный возглас. Как-то я не ожидал таких эмоций от хладнокровного командира гвардии, но комментировать не стал. Пусть порадуется своим силам – заслужил.

– Видели? – спросил он, повернувшись к нам. – Как же мне нравится чувствовать эту мощь. Я бы ещё пару таких колоний вырезал и даже не вспотел.

– Впечатляет, – кивнул я, глядя на розоватую кожу в прожжённом камуфляже. – Но не забывай про холодную голову.

– Я помню, господин, просто что-то удаль молодецкую вспомнил на вас глядя, так и захотелось в бой рвануть, – уже спокойнее сказал Зубов. – Ну и приятно снова почувствовать себя живым, а то у меня теперь только полигон и зелёные новички.

Я кивнул, отслеживая приближение теневых слизней. Грох нашёл сразу четырёх монстров, которых подгонял в нашу сторону. Я не был до конца уверен, что у него получится, но вроде бы всё сошлось как надо.

Мы прошли меньше километра, как по земле начал стелиться серый туман. Точь-в-точь как в тот раз, когда я отправился в свой первый рейд, чтобы отыскать Бориса. Но сегодня я уже знал, что теневые слизни ничего не смогут мне сделать.

Так что я сознательно не обращал внимания на этот туман. Зубов, поймав мой взгляд, немного напрягся, но продолжил идти вперёд. И только через семь минут Иван Белый распознал в этом тумане теневых монстров.

– Ваше сиятельство! – громко позвал он меня. – Кажется, на нас идут теневые слизни. Помните, вы сражались с ними однажды.

– Точно, – кивнул я, будто бы удивившись. – Оставайтесь в тылу, мы с Александром сами справимся.

Я посмотрел на Зубова и легонько кивнул. Командир гвардии кивнул в ответ и лениво направился ближе к туману. Когда мимо него пролетел длинный, похожий на крюк, язык слизня, Зубов уклонился и сместился левее.

Мы оба словно обходили слизней, прекрасно понимая, что это только первые два монстра из стаи. Слизни редко ходят по одиночке, так что ничего удивительного, что за нашими спинами раздался испуганный вскрик Семёна.

Парень пытался ударить двух других монстров сгустками света, но промахивался. Да и уровень у него маловат для теневых слизней. Я помнил, как Фёдор Корчагин изо всех сил пыжился, но так и не смог нанести им урона. А ведь они с Семёном оба подмастерья.

Я вступил в бой с вторым слизнем, но молот использовал исключительно как обычное оружие. Я не стал вливать в него тьму и просто отбивал язык монстра на подлёте, а потом ударом молота отбрасывал слизня подальше в туман.

Зубов использовал похожую тактику. Он уклонялся от языка и пинками загонял монстра подальше.

А за нашими спинами наконец начало происходить кое-что интересное. Я обернулся в самый подходящий момент.

Иван Белый выпустил сгусток света, который на лету сформировался в белоснежный диск. Слизень, атаковавший Семёна, завизжал, когда диск света откромсал от него приличный кусок тела. Ещё один диск поменьше отрубил монстру язык.

Ну а потом началась форменная резня. Целитель кромсал слизня, и мой взор показывал, как теневая энергия впитывается в его ауру, которая с каждым глотком тени становилась ярче.

При этом Белый не заметил четвёртого слизня, который уже зашёл за его спину. Я врезал своему монстру как следует, а потом подцепил его обратной стороной молота и зашвырнул к Белому. Целитель вздрогнул и поднял на меня растерянный взгляд. Увидев мою усмешку, он резко опустил руки, отзывая свет.

Ну а я призвал тьму и запустил сгусток энергии в слизня позади него. Иван резко оглянулся и увидел, как в моём пламени сгорает монстр. Теперь ход за ним. Либо он попытается ударить меня светом, либо докажет свою преданность роду.

– А мне можно? – робко спросил его Семён, не понимая, что этим вопросом сдал своего наставника с потрохами. – Прошлые теневые слизни были почти пустые, а тут вон какие жирненькие.

– Можно, Сёма, можно, – спокойно сказал я и медленным шагом направился к магам света. – Саша, гони сюда своего слизня.

Зубов уже и сам увидел всё, что можно было. Поэтому, когда он пригнал третьего монстра к целителям, Белому было нечего сказать. К тому же, Семён уже вовсю отхватывал куски от раненого слизня.

– Объяснения будут? – хмуро спросил Зубов, глядя на то, как подмастерье с даром света старательно разделывает монстра.

Да и Белый не стоял неподвижно – его диски вовсю орудовали на оставшихся в живых слизнях. При этом целитель даже не смотрел в нашу сторону, явно принимая то решение, от которого будет зависеть наш дальнейший разговор. Если этот разговор вообще состоится, и Белый не бросится на нас с Зубовым в попытке уничтожить свидетелей своего «усиления» или умереть.

– Видишь ли, Саша, – начал я менторским тоном. – Магия света по своей природе враждебна тьме. Ну а тень – одно из проявлений тьмы. Маги света, выбравшие стезю целительства, считают, что убийство теневых монстров – это не акт насилия, а очищение мира от тёмной энергии.

– Пусть так, – кивнул Зубов, внимательно слушая меня и наблюдая за действиями наших целителей. – Это не противоречит тому, что я знаю. Но почему целители прямо сейчас разрывают монстров и поглощают их тень.

– А вот это уже интересно, – я ухмыльнулся. – Считается, что только теневики могут поглощать чужие тени и становиться сильнее. Но вот ведь парадокс, монстров с энергией света не существует, а потому стихия света выбрала для усиления своих последователей такой вот оригинальный способ.

Моя рука обвела двух магов, которые не могли остановиться от резни. Ведь пока слизни ещё живы, энергии с них можно получить в три раза больше, да и редко выпадает такой шанс – теневых монстров не так часто можно встретить. К тому же смысла скрываться уже не было.

– Свет не просто наносит урон, он выжигает тень, – закончил я свою речь. – А потраченная энергия возвращается обратно к магу уже усиленной.

– Это очень странно и непонятно, – неуверенно протянул Зубов. – Но откуда вы узнали, господин?

– Скажем так, – я задумался на мгновение. – Маги света становятся сильнее, когда поглощают по кусочками созданий, напитанных тьмой и тенью. Ну а кто ещё, кроме монстров, подходит для этого?

– Тёмные маги, – безжизненным голосом сказал командир гвардии, глядя на Белого совсем другим взглядом. Он даже меч выставил перед собой, будто был готов прямо сейчас рвануть в бой.

– Именно, Саша, именно, – я положил руку на плечо Зубова. – Но наши спутники точно не такие. Ведь так, Иван?

– Ваше сиятельство… – Белый смотрел на меня как на чудовище. На его лице читалась борьба. Я же ждал – мне нужно было понимать, есть ли в этом мире аналог ковена, где тёмных магов считают расходным материалом, который можно использовать во благо одарённых других стихий. – У меня не было другого выбора, кроме как сражаться. Монстр напал на Семёна…

– Я знаю, – я растянул губы в равнодушной улыбке. – Ты не мог подставить своего ученика. Но ты мог сдержаться и не поглощать энергию монстра при нас. Что так, м?

– Рефлекс, – убитым голосом сказал целитель, но свет призывать не стал, как и нападать на нас с Зубовым. – Нас ведь натаскивали на это. Видишь теневика – забирай всё, становись сильнее.

– Ну как же так? – я выгнул бровь. – Одно дело, когда среди своих такое происходит, а совсем другое – когда посторонние рядом.

– В этом всё и дело, – Белый скривился. – Я же вас за своего принимаю, вот и расслабился.

– А вот это уже интересно, – протянул я, а потом бросил взгляд на Зубова, у которого от напряжения даже вены на лбу вздулись. – Саша, успокойся. Это естественный процесс, который обычно проходит за закрытыми дверями. Все качаются так, как умеют. Тёмные делают тоже самое, правда для нас не важна поглощаемая стихия.

– Тёмные не скрываются и не изображают из себя не пойми что, – выплюнул сквозь зубы он. – А эти… светлые и чистые. Целители.

– Такова суть их стихии, – я пожал плечами. – И запреты, которые они ставят, защищают их именно от такой вот реакции.

– Нет, – затряс головой Зубов. – Это неправильно.

– А что правильно, Саша? – спросил я его. – Что вообще может быть правильного в мире, где люди истребляют друг друга, а не чудищ? У нас есть магия, мы повелеваем стихиями и, вместо того чтобы жить в гармонии и балансе, каждый пытается подмять под себя других.

– И вы так спокойно это говорите? – командир гвардии перевёл на меня тяжёлый взгляд. – Словно это какая-то норма.

– А разве это не так? – я покачал головой. – Ты видел другое в своей жизни?

– Не видел, – Зубов разжал кулаки, успокаиваясь. – Вы правы, нам не дано изменить порядок вещей.

– Пока что – да, – хмыкнул я. – Но всё меняется.

Мой взгляд остановился на целителе. Я даже немного разочарован тем, как легко он попал в мою ловушку и подставился. Да, он не мог знать, что я смогу пригнать к нам теневых монстров, но рефлексы и реакции у него должны быть получше.

В моём мире ковен оберегал тайны светлых магов так рьяно, что каждый подставившийся новичок получал наказание, после которого он никогда не ошибался. Народ считал магов света – истинным и единственным благословением мира. Ну а ковен пользовался этим как умел.

Здесь же… вроде и запрет есть, но какой-то уж слишком размытый. Или Белый настолько проникся ко мне, что действительно забылся? Тогда подготовка в академии магии ничего не стоит.

– Ваше сиятельство? – осторожно позвал меня Белый.

Я вынырнул из воспоминаний и посмотрел на целителя. Он вздрогнул и отшатнулся. Его аура на миг вспыхнула, а пальцы сплелись в до боли знакомое заклинание.

Благословенный свет. Сколько раз от меня отрезали плоть именно им? Сейчас уже не вспомнить, да и считать я перестал после пятого десятка. Спасибо регенерации, конечно, но шрамы от ожогов остались со мной до конца, как и шрамы от проклятий. И разницы я между ними не видел.

Целитель смотрел на меня, но атаковать не спешил. Его пальцы медленно разжались, но аура сияла светом.

А, точно. Опять моя тьма бушует. Когда я уже найду время на тренировки и медитации?

– Что, Ваня? – устало спросил я, окончательно приняв целителя со всеми его недостатками и достоинствами, как уже было с Зубовым. Пока что только эти двое в моей голове стали теми, к кому я мог обратиться настолько неформально.

– А мы дальше пойдём или возвращаться будем? – чуть замялся он, убирая ауру. Сделал выбор всё же. Молодец.

– Вернёмся, конечно, вам же надо переварить то количество тени, которое вы получили, – хмыкнул я. – Но перед этим у меня к тебе будет пара вопросов.

– Конечно, отвечу максимально откровенно, – Белый склонил голову.

– Что ты знаешь о Гиблых Топях и сражениях в них? – спросил я прямо. – Что хранится в закрытых архивах светлых магов и кто стоит за вашим обучением?

Глава 6

Алексей Денисов – командир особого подразделения гвардии его величества – сидел в кресле, обитом кожей аномальных монстров. Напротив человека, которого в народе называли эмиссаром, стоял князь Анатолий Николаевич Миронов, двоюродный брат Денисова.

– Этот юнец отказал нам в брачном договоре, – процедил Миронов. – Он предпочёл моей дочери выскочку из графского рода Орловых.

– Тёмные тянутся к тёмным, – небрежно заметил Денисов. – Как и светлые к светлым. Его отец поступил так же, выбрав Маргариту Рейнеке.

– И чуть не начал войну между тёмными родами, – Миронов брезгливо поморщился. – Как по мне, всем было бы лучше, уничтожь эти рода друг друга.

– Константин Шаховский не так глуп, как его отец, – Денисов постучал пальцами по бедру. – Он не стал заключать брачный договор, а потом разрывать его. И мне этот мальчик показался очень даже разумным.

– Надо было тебе его убить на месте, – фыркнул князь Миронов. – Жаль, что моя дочь не сумела его очаровать. Меньше усилий бы потратили.

– Твоя дочь – кто угодно, но никак не соблазнительница, ей не хватает мудрости, – заметил Алексей Денисов. – Надо было натаскивать Софью получше. Теперь тебе остаётся только скрипеть зубами. И принять тот факт, что провинциальный граф отказался от княжны.

– Мы должны что-то сделать, этот тёмный начал набирать влияние после испытания и войны с Давыдовым, – Миронов сжал руки в кулаки и потряс ими в воздухе, а потом подумал о том, что его родственник снова не предложил ему присесть. Вроде бы светлые равны между собой, но должность Денисова давала больше власти. – Как мальчишка вообще смог одолеть грандмага? Это же нонсенс.

– Судя по сводкам, Шаховский сумел призвать изначальную тьму, – слова Денисова оказали эффект разорвавшегося снаряда. Миронов поперхнулся воздухом и закашлялся. – Он не только призвал её, но и направил в бой. Наблюдатели утверждают, что видели, как тьма приняла форму крыльев, а потом начала гореть.

– Бред какой-то, – не поверил ему Миронов. – Какие к гроксам крылья? Как тьма могла гореть?

– Наблюдатели находились далеко и могли ошибиться, – равнодушно пожал плечами эмиссар его величества. – Но мне известно, что в московском очаге истребители монстров наблюдали схожий эффект. Возможно, Шаховский насылает иллюзии.

– Точно! Так и есть! – обрадовался этому предположению Миронов. – По всем бумагам старший наследник Шаховских был полной бездарностью, мог только птиц вокруг поместья гонять. Наверняка его дара хватает только на иллюзии.

– Иллюзии не убили бы грандмага, – холодно сказал Денисов. – И я чувствовал его ауру. Шаховский был напитан тьмой по самую макушку. Всё во мне восставало и требовало ударить, чтобы стереть эту тьму из нашего мира.

– Но? – нетерпеливо спросил Миронов.

– Но мне было приказано не вступать в бой, пока Константин не наберётся сил, – медленно проговорил Денисов. – Его величество бросил против графа княжеский род, но не хотел его смерти. Понимаешь, что это может значить?

– Постой… нет… мы бы знали, – князь Миронов отшатнулся и сглотнул. Его лицо побелело, а в глазах мелькнул испуг. – Хочешь сказать, что кто-то из его предков носил… эту фамилию?

– Да, скорее всего, так и есть, – Денисов поднялся из кресла и шагнул к встроенному в стене сейфу, но открывать его не стал. – Все признаки указывают на то, что в нашем мире пробудилась проклятая кровь древних.

– Не такие уж они и древние, – нервно заметил Миронов.

– Если верить собранной мною информации, Тишайшие живут по несколько столетий, пока не найдут преемника и не передадут ему свою секретную миссию, – Денисов не боялся называть вслух фамилию, которой пугали детей аристократов. Ему было плевать на условности, ведь по силе он мог сравниться только с самим императором. – А вот условия пробуждения этой крови весьма специфические.

– Как и всё у тёмных, – князь Миронов передёрнул плечами. – Там же что ни ритуал, так какая-нибудь мерзость. Только тёмные хранят кости предков в месте силы.

– И всё же… – сказал эмиссар и замолчал на несколько мгновений. – Одним из условий пробуждения крови является близость смерти. Я не знаю, должна это быть смерть близкого человека или того, кто должен пробудиться.

– У тёмных это может значить всё что угодно, – Миронов глянул на брата и набрал воздуха в грудь. – Но меня интересует только один вопрос. Мы объявляем общий сбор?

– Пока рано, мы ещё не готовы, – Денисов коснулся сейфа, запустив в нужные точки импульсы светлой энергии. – Если Шаховский выкинет что-то – пустим наш план в ход. Под предлогом «обеспечения безопасности империи» можно будет нейтрализовать не только его, но и других тёмных. Один неверный шаг с его стороны и мы получим карт-бланш на зачистку всех тёмных магов.

* * *

Иван Белый молчал какое-то время. Я видел, как в нём борются годы дрессировки, которую тут называли обучением в академии, и внезапно проснувшаяся надежда, что он может наконец сбросить этот груз. Я ждал, давая целителю разобраться в себе.

– Гиблые Топи – это не миф, – тихо начал он, глядя куда-то мимо меня. – Но это и не просто опасные территории. Это шрамы на теле нашего мира, ваше сиятельство.

Он снова замолчал, собираясь с мыслями, а потом посмотрел на Семёна.

– Четыре столетия назад маги только начинали понимать, что могут больше, чем высекать искры и лить воду, – в голосе Белого появились грустные нотки. – Они лезли в неизвестное, рвали ткань реальности в поисках силы. А потом реальность начала рваться сама. Появились первые прорехи – нестабильные, словно гнойные раны. Из них сочилась чуждая энергия, выползали твари, которых раньше никто не видел. Это и были Топи.

Я кивнул, вспомнив похожие разрывы в своём мире. Мы их называли бездной и заливали огнём фениксов. А здесь решили, что могут их просто закрыть?

– С ними боролись? – спросил я.

– Сначала да, – Иван горько усмехнулся. – Героически и с большими потерями. Собирали отряды лучших магов, шли в самое пекло, чтобы «зашить» разрывы. Но это тоже самое, что пытаться заткнуть пальцем прорвавшуюся дамбу.

– Так и есть, – я скосил глаза на Зубова, который хоть и учился в военной академии, явно слушал эту историю впервые. Такой информацией делились только с магами, а не с физиками.

– Очаг – тот же разрыв, только огромный и стабильный, – продолжил Белый. – Его уже не залатать. Только сдерживать и получается.

– И чтобы люди не паниковали и не спрашивали, откуда взялись эти «стабильные разрывы», историю подчистили, – без эмоций констатировал я. – Превратили катастрофу в данность и сделали вид, что так было всегда.

– Именно так, – подтвердил целитель мою догадку. – В открытых учебниках пишут, что очаги «появились в результате естественных аномальных процессов». Бред, конечно. Но кому нужна правда? Лучше уж стабильный предсказуемый кошмар, чем мысль, что всё это – результат наших же ошибок.

– И вся эта правда хранится в закрытых архивах Академии? – уточнил я, чувствуя, как Зубов смотрит на меня, сжимая меч побелевшими пальцами.

– Да. В Секторе запретных знаний. Доступ к нему имеют только избранные профессора и… – он запнулся.

– И маги света, прошедшие особый отбор, – закончил я за него. – Чтобы вы знали, с чем имеете дело, и чтобы ваша «очистительная» миссия выглядела в ваших же глазах ещё благороднее.

Белый не стал спорить, лишь опустил голову.

– Вот что, – медленно протянул я. – Это всё интересно, конечно, но меня интересует, кто стоит за сокрытием информации. Кто-то же курирует этот архив и обучение целителей?

– Аркадий Всеволодович Кольцов – декан целительского факультета, грандмаг света, – выдохнул Иван с таким видом, будто сбросил камень с плеч. – Он ведёт все занятия по… введению в целительскую практику.

– Поэтому ты сам обучаешь Семёна, вместо того чтобы отправить его в академию? – поинтересовался я.

– Да, у него все задатки боевого мага света, – ответил Белый, глянув на своего помощника. – Боевые маги должны обучаться только в академии магии, а целителей можно обучать тем, кто прошёл обучение.

– Спасибо, Иван, – искренне сказал я, а потом повернулся к Зубову. – Всё, убирай уже оружие. Наш целитель только что доказал, что его преданность роду перевешивает всё, что было в прошлом.

В глазах Белого мелькнуло странное смятение – облегчение от раскрытия своих тайн и страх того, что ждёт его дальше. Но это был уже мой человек, а я своих не бросаю. Даже таких своеобразных.

– Возвращаемся домой, – я махнул рукой и направился в сторону стены, но замер через несколько шагов. Взор тьмы показал приближение очень знакомой ауры. – Идите вперёд, я догоню.

– Господин? – Зубов вопросительно посмотрел на меня.

– Кажется, со мной хотят поговорить, – я усмехнулся. – Идите, всё хорошо. Никакой опасности мне не грозит.

Зубов сжал челюсти до хруста, но кивнул. Он рванул к стене так быстро, что Иван с Семёном едва за ним поспевали. Всё же сильно мой командир гвардии разозлился, услышав откровения Белого.

Я повернулся к центру очага и неспешно пошёл к месту, где замерла знакомая мне аура. Через несколько минут я увидел дедулю, прислонившегося к высохшему дереву.

– Ну здравствуй, внучок, – проскрипел он. – Удивил ты меня.

Не успел некромансер договорить, как моя аура налилась тьмой, и я ударил по нему сгустком силы. Его аура взметнулась вокруг него серым ядовитым туманом и рванула навстречу, поглотив мою атаку. И в этот же самый миг я почувствовал ту самую едва уловимую дрожь реальности. Тот самый «зов», что манил меня в очаг.

– Хватит игр, – тихо сказал я, прислушиваясь к ощущениям.

Похоже, тьма указывала мне на подделки Сердца и призывала покончить с ними. Только вот достаточно ли я силён, чтобы одолеть некромансера? Даже моё пламя тьмы может не справиться с тем количеством некротической энергии, которой дедуля напитал своё полуживое тело.

– О чём это ты, мальчик? – попытался он сыграть в непонимание, но в каждом звуке его голоса сквозила фальшь. – Я пришёл, чтобы поздравить тебя с победой над княжеским родом и над императором и его эмиссарами. Ловко ты провернул этот трюк с устаревшим пунктом Эдикта.

– Каждый твой визит – это пригласительный билет для всего зверинца очага на мой порог, – я сделал шаг вперёд, и моя аура вспыхнула ярче. – Ты же ходячий магнит для них. И либо ты сам этого не понимаешь, что маловероятно, либо тебе плевать, что из-за твоих прогулок гибнут мои люди.

На лице некромансера промелькнуло удивление, быстро перешедшее в досаду.

– Так вот в чём дело, – пробормотал он скорее себе, чем мне. – Энергетический резонанс…

– Раньше надо было думать, – перебил я его. – Я навсегда закрою для тебя все тени на моих землях. По обе стороны стены.

– А силёнок хватит? – ядовито ухмыльнулся дед.

– Уж поверь, если надо будет – найду, где взять, – я отзеркалил его ухмылку.

– Ты ведь так ничего и не понял, мальчик, – сказал некромансер безо всякой издёвки. – Считаешь себя самым умным, а на деле – сопляк, который лезет в дела взрослых.

– Правда что ли? – я выгнул бровь. – А вот мне кажется, что это взрослые полезли в дела, в которых совершенно ничего не понимают. Твой медальон – это ведь не просто артефакт, верно?

Я сделал ещё один шаг. Теперь нас с дедом разделяло расстояние в пару метров.

– Это нечто совершенно иное, – мой голос стал тягучим и вязким. Так всегда было, когда меня озаряла очередная разгадка. – Дай угадаю, твоё тело исторгло этот артефакт в тот же миг, когда ты перестал дышать?

Дед молчал и смотрел на меня задумчивым взглядом, который я ощущал всей кожей. Кажется, я действительно нашёл ответ на один из вопросов. Дедуля отдал свою жизнь и свою душу в обмен на подделку Сердца Феникса.

И когда-то эта подделка была сердцем Дмитрия Шаховского – гениального артефактора, который верил, что создаёт нечто великое и уникальное. Я мог простить ему эту слепую наивность учёного, если бы не одно «но». Точно такое же сердце осталось на месте гибели моих родителей.

Полагаю, они вдвоём смогли убить некромансера, который носил своё сердце на цепочке, так же, как и дед. И это могло означать только одно – кто-то обучает тёмных в обход привычных техник. Кто-то создаёт свою собственную армию некромансеров – не живых и не мёртвых существ, отдавших всё ради силы.

– Мал ты ещё, чтобы о высших материях говорить, – сказал дед после долгого молчания. Мне показалось, что он к чему-то прислушивается. – Не дорос, не поумнел…

– Вестник Тьмы, – коротко сказал я и увидел, как вздрогнул некромансер. – Вижу, ты знаешь, о ком я. Так вот, теперь этот титул за мной. Я её вестник, её голос и её страж.

– Не может быть двух Вестников одновременно, – проскрипел дед, закрывая лицо тенями, чтобы я не смог прочитать его эмоции. Но я успел заметить, как дёрнулась его щека. – А ты за свои лживые слова поплатишься. Тьма не терпит пустого бахвальства. Пара дней – и она заберёт тебя.

– Это вряд ли, – я широко улыбнулся. – Я назвался Вестником ещё в московском очаге. И как видишь, до сих пор жив и стал сильнее.

Отвечать мне дед не стал. Вместо этого он ушёл на глубокие слои тени.

– Грох, – позвал я питомца. – Ты сможешь отследить теневой след моего дедули?

– Только начальные следы, – тут же ответил кутхар. – Они ведут вглубь очага, а потом обрываются.

– Жаль, – я склонил голову к плечу. – Я бы не отказался посмотреть на то место, где он скрывается. Ладно, пошли отсюда.

Мы двинулись к стене. Грох ворчал что-то на теневом плане, а я размышлял. Если сложить мои предыдущие догадки и рассказ Ивана Белого о Гиблых Топях, то всё складывалось в довольно мрачную картину.