Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 330 страниц)

Глава 42

Работа шла полным ходом! Даже те, кто вначале сомневались в моих проектах, видя результаты, приободрились, и уже намного веселее стучали топорами.

Драккары, вытащенные на берег, обзавелись строительными лесами, ибо без них было бы не просто смонтировать на кораблях устройства, которые я к тому же хотела сделать еще и съемными! Кузнецы Магни и Асбранд усиленно чесали бороды и затылки, осознавая то, что я задумала – и, осознав, работали не покладая рук, осваивая новые приемы кузнечного ремесла, ибо без них создать то, что я запланировала, было нереально!

Воистину титаническая работа шла и на острове, расположенном на самой середине фьорда! Мне было необходимо не просто бревенчатое сооружение, а нечто гораздо более надежное! И мы, совместным мозговым штурмом, вместе с Рагнаром и нашими дружинниками-хирдманнами наконец нашли оптимальное решение, которым все мы остались довольны!

– Вроде бы всё налажено. Наверно, мне имеет смысл поехать в Скагеррак, и там заняться укреплением города? – высказала я мысль, когда мы с Рагнаром примерно через месяц после начала работ обсуждали что в Каттегате сделано, и что еще предстоит сделать.

– А как же малыш? – спросил муж, обеспокоенно глядя на мой заметно увеличившийся живот.

– Скагеррак близко, и я не думаю, что эта поездка растревожит ребенка, – отозвалась я.

– Нет, – покачал головой Рагнар. – Не забывай, что дети берсерков рождаются быстрее, чем у обычных людей. К тому же Скагеррак никуда не денется, и после поражения прошлой осенью даны туда больше не сунутся. Поверь, я знаю их прекрасно! Раньше они считали твой город легкой добычей. Но в узком фьорде ты и твои люди знатно дали им по зубам, и второй раз получать такую же трёпку они точно не захотят. Теперь, хорошенько подумав, я полностью согласен с тобой: если они и нападут, то только на Каттегат! И если ты сейчас уедешь, то наши люди не станут работать так бойко, как сейчас. Они тебя любят, верят в тебя, и потому так стараются.

– Ты думаешь, для хорошей работы наших викингов будет недостаточно авторитета воина-ульфхеднара, который фактически в одиночку захватил Каттегат? – улыбнулась я.

Рагнар рассмеялся.

– Ну да, захватил бы я его, если б не твой хитроумный план! Нет, Лагерта, давай-ка ты останешься в Каттегате. Мой авторитет – это, конечно, хорошо, но два наших вместе – лучше. К тому же я не до конца понимаю все тонкости того, что ты замыслила возвести на «Зубе нарвала», и лучше, чтобы ты до конца руководила этим строительством.

– Хорошо, согласна с тобой, – кивнула я.

И ойкнула от неожиданности, получив чувствительный удар по животу... изнутри!

– Что случилось? – вскричал Рагнар, увидев, как я побледнела.

– Твой сын внутри меня уже тренирует свои сокрушительные атаки, – слабо улыбнулась я.

Глаза Рагнара округлились от удивления.

– Сын? Откуда ты знаешь, что это не дочь?

– Я уже видела его, – с трудом произнесла я, ибо трудно признаваться в том, что люди могут счесть безумием. И кто знает, как отреагирует собственный муж, услышав подобное?

– Где? – быстро спросил Рагнар.

– Когда я билась с Гуннаром возле корней Иггдрасиля, – отозвалась я. – Там я была медведицей, а он – волком. И наш сын спас меня от смерти. Отвлек внимание Гуннара, и лишь после этого я смогла его убить.

– Понятно, – кивнул мой муж. – Битвы человеко-зверей часто происходят в иных мирах, ибо боги любят наблюдать подобные представления. Им – забава, нам – кровь и смерть...

– Не удивлена, – кивнула я. – Несколько столетий назад здесь, на земле, в другом государстве битвы бойцов-гладиаторов были популярным развлечением среди власть имущих.

Рагнар вздохнул.

– И я не удивлен, что наш еще не родившийся ребенок помог тебе одолеть чудовище. Но я знаю одно: люди вряд ли примут его.

– Почему? – удивилась я. – Ведь они приняли нас...

– Ты не понимаешь, – покачал головой Рагнар. – Жители севера знают кто такие ульфхеднары и берсерки. Но я не слышал ни в одной из саг, чтобы на свет родился ребенок от брака человеко-волка и человеко-медведицы...

– Ты думаешь, что я вынашиваю чудовище? – с испугом произнесла я.

– Не знаю, – покачал головой мой муж. – Но очевидно одно: если даже и так, то наш сын всегда будет готов рискнуть жизнью ради тебя. Ведь он уже сделал это еще до своего рождения.

Я почувствовала, что на мои глаза наворачиваются слезы.

– Увы, ты прав во всем, – произнесла я. – Я это чувствую. Что ж, если мир людей не примет нашего сына, то давай и имя у него будет соответствующим. Пусть его зовут Фридлейв. Что скажешь?

– «Оставленный миром»? – задумчиво произнес Рагнар. – Что ж, думаю, лучшего имени для нашего ребенка, обладающего силой медведя и проворством волка, и придумать нельзя. Люди однозначно будут бояться его и сторониться. Но в нашем мире лучше внушать страх, нежели всю жизнь получать пинки и зуботычины от тех, кто сильнее. В очередной раз удивляюсь твоей мудрости, жена моя. И благодарю норн за то, что они связали наши судьбы крепкими узами любви и взаимного уважения.

Глава 43

В воздухе уже ощутимо пахло весной, когда я поняла: время пришло.

И это было время боли...

Жуткой, страшной, разрывающей изнутри...

Где-то очень далеко метался голос Далии, срывающийся на крик:

– Тужься, моя королева, тужься! Сильнее! Ну давай же!

Но я чувствовала, что сознание покидает меня. Хоть я раньше и не рожала, но уже понятно было: плод слишком большой для обычного ребенка...

– Далия... – простонала я.

– Что, дорогая?

Встревоженное лицо женщины склонилось надо мной.

– Если... встанет выбор кому жить... мне, или моему ребенку... пусть живет он... Поняла?

– Нет, моя королева! Я не смогу!

По лицу моей подруги-служанки текли слезы.

– Ты сможешь, – проговорила я, стараясь придать голосу необходимую твердость. – Просто возьмешь нож и все сделаешь как надо. А потом... избавишь меня от страданий...

– Нет же! Как мы будем жить без тебя?!

– Хорошо будете жить, – улыбнулась я. – Рагнар отличный конунг... Он справится... Оххх!!!

Я заскрипела зубами, стараясь не закричать – новый приступ боли накрыл меня словно потоком раскаленной огненной лавы. Пришла сторонняя, словно чужая мысль, что в средние века женщины чаще умирали во время ро̀дов, чем от старости... Да, в мое время рождение ребенка перестало быть серьезным риском для собственной жизни. Но до моего времени должно было пройти еще слишком много столетий...

Я чувствовала, что окружающий мир ускользает от меня – или же я покидаю его.

Ухожу туда, где нет боли, страданий, жестокости...

А далеко внизу остается частичка меня, которую Далия извлечет из моего еще теплого тела, а Рагнар воспитает из своего сына великого воина...

– Без тебя ему будет нелегко, – прозвучал рядом со мной приятный женский голос...

Она вышла из серебристого тумана, клубящегося передо мной – и я сразу узнала ее, хоть никогда и не видела.

Фригг, жена верховного бога О̀дина. Покровительница любви, брака, домашнего очага и деторождения. Провидица, которой известна судьба каждого бога и человека – и которая ни с кем не делится этими знаниями. Существует легенда, что О̀дин женился на ней для того, чтобы узнать свое будущее – но и мужу ничего не рассказала Фригг, бережно храня свои тайны, которые лучше не знать никому из живущих. Ни людям, ни богам...

Прекрасная женщина была одета в легкое лазурное одеяние, словно сотканное из утреннего неба. На ее голове был надет золотой крылатый шлем, а тонкую талию стягивал пояс из того же металла, на котором висела связка серебряных ключей, усыпанных драгоценными камнями. В руке Фригг держала обмотанное сверкающей нитью веретено, больше похожее на короткое копье...

– Тебя послал мой отец, чтобы отвести меня домой? – спросила я.

– Нет, – произнесла богиня. – Тебе рано возвращаться в Асгард. Твое Великое Испытание еще не завершено.

– Но ведь я же умерла, – удивилась я.

– Произвести на свет великого воина не просто, и часто ценой такого рождения является смерть матери, – кивнула богиня. – Но не сегодня. Возвращайся в Мидгард, валькирия, ты нужна своему ребенку...

Серебристый туман стал гуще, скрыв от моих глаз прекрасную Фригг – и тут до моих ушей донесся требовательный детский крик. Слишком громкий для новорожденного младенца – и слишком родной, чтобы я ошиблась в том, кто зовет меня из тумана смерти...

Реальность нахлынула на меня, словно волна, смывающая с сознания следы удивительного видѐния... Низ живота болел жутко, но разве сейчас имела эта боль какое-то значение? Ведь на руках Далии лежал обернутый окровавленной тканью сверток, который возмущенно кричал и пытался ударить женщину крохотным кулачком...

– Ты выжила! – радостно вскричала Далия, увидев, что я открыла глаза. – Хвала асам! Я уж было подумала, что ты умерла, но боги сжалились над нами, подарив новую жизнь и не забрав взамен твою!

– Дай мне его, – слабо улыбнувшись, потребовала я.

– Он очень тяжелый, – предупредила Далия, протягивая мне сына. – Крупнее обычного новорожденного, и раза в два тяжелее. Думаю, из него вырастет великий воин!

– Я уверена в этом... – произнесла я, принимая из рук женщины младенца...

И онемела, увидев его лицо.

Нежную правую щечку ребенка пересекал косой шрам, очень похожий на след от волчьего когтя...

Глава 44

Фридлейв сразу родился с зубами. Я это ощутила при первом кормлении, когда он больно прикусил мою грудь... Правда, после этого сын посмотрел на меня вполне осмысленным взглядом, словно извиняясь – и далее ел уже более осторожно.

– Это нормально для нашей породы, – сказал Рагнар. – Я тоже появился на свет зубастым. И, к счастью, мое рождение, как и у нашего сына, тоже произошло естественным образом.

– Не поняла, – отозвалась я. – А как еще можно родиться... кхм... в наше время?

– Я не хотел тебе говорить, – отвел взгляд мой муж. – Бывает, что дети берсерков прогрызают живот матери изнутри.

– Ничего себе, – невесело усмехнулась я. – Получается, мне повезло что Фридлейв оказался не настолько неистовым.

– В основном так происходит, когда берсерк не может родиться как все остальные дети, – пояснил Рагнар. – И так лучше, чем если ребенок умрет вместе с матерью.

В очередной раз я пожалела, что кесарево сечение изобретут еще очень нескоро. Конечно, в девятом веке есть свои некоторые преимущества перед двадцать первым, но в плане медицины тут, конечно, всё еще очень и очень плохо...

Фридлейв рос быстро. Когда лед фьорда начал вскрываться, мой сын уже вовсю ползал на четвереньках, и даже пытался встать на ноги.

– Ему всего второй месяц пошел, а он выглядит и ведет себя как почти годовалый, – восхищалась Далия, которая души не чаяла в нашем ребенке. – Видит небо, из него вырастет великий воин!

– Не сомневаюсь в этом, – вздыхала я. Нелегко примириться с мыслью, что ты являешься матерью не совсем человека... Но это был мой сын, и я любила его таким, как есть. А Рагнар вообще весь светился счастьем, когда видел Фридлейва, который уже тянул ручонки к ножу, висящему на поясе отца – другие игрушки, кроме оружия, его не интересовали, хотя Тормод навыреза̀л их из дерева целую кучу...

Но семейные радости и заботы – это конечно прекрасно, однако при этом никто не отменял наших обязанностей правителей Каттегата и Скагеррака...

Когда лед фьорда начал вскрываться и по лазурной воде поплыли подтаявшие льдины, мы с Рагнаром вышли на берег обсудить что будем делать дальше.

– Я уже послала в Скагеррак людей, которые перегонят сюда два драккара, – сказала я.

– Итого у нас будет шесть кораблей, – кивнул мой муж. И, поразмыслив, добавил: – Скоро можно будет начать строительство еще трех, место на берегу найдется.

– Если собрать мужчин со всех поселений, мы, конечно, наберем по сотне человек на драккар, – задумчиво произнесла я. – Правда, тогда почти никого не останется для защиты самих городов. У нас всё еще слишком мало людей для того, чтобы позволить себе флот из девяти кораблей.

Рагнар хрустнул кулаками.

– Ты как всегда права. Но мы можем послать вестника к свеям – за серебро они дадут три сотни крепких воинов.

Я покачала головой.

– Не доверяю я наемникам. Они всегда готовы переметнуться к тому, кто даст больше. Давай пока сосредоточимся на укреплении Каттегата и достроим то, что я возвожу на Зубе Нарвала. Сейчас бревна и доски уже можно доставить туда только на плотах, а значит строительство пойдет медленнее.

– Ты же почти уже закончила то, что наметила, – заметил Рагнар.

– Почти – это еще не закончила, – резонно возразила я.

...Через два дня во фьорд, аккуратно расталкивая бортами льдины, вошли два драккара из Скагеррака, присоединившись к четырем другим, уже спущенным на воду.

– Надо будет как можно скорее провести учения, – проговорила я.

– Что провести? – не понял Рагнар.

– Тренировочный бой кораблей на воде, – пояснила я. – Допустим, три драккара против трех. Просто чтобы отточить навыки наших воинов, слегка обленившихся за зиму.

– А это должно быть интересно! – воодушевился мой муж. – Пожалуй, завтра я займусь подготовкой... как ты сказала? Учений?

– Именно так, – улыбнулась я.

...Но провести эти учения мы не успели.

Потому, что утром третьего дня на горизонте появились маленькие точки, постепенно увеличивающиеся в размерах.

И этих точек было много...

– Ты была права, жена моя, – проговорил Рагнар, вглядываясь вдаль. – Похоже, даны готовились к этому вику всю зиму, и даже не стали ждать пока льды растают полностью.

– Похоже на то, – кивнула я, чувствуя, как сердце начинает сжимать ледяная рука тревоги. – Самое время рассылать вестников в наши города-союзники. Ибо если даны захватят Каттегат, жителям Скагеррака, Эресунна и Малого Бельта тоже не поздоровится.

Глава 45

Корабли данов двигались медленно. Гребцам приходилось отталкивать веслами льдины, чтобы те не повредили борта драккаров. К тому же ветер дул с берега, и паруса ничем не могли помочь мореходам. Так что у нас было время подготовиться к битве.

– Кемп, собери своих лучников. Рауд, возьми четыре десятка самых сильных воинов, вместе с ребятами Кемпа садитесь на плоты, и плывите в форт, – распорядилась я, собрав в длинном доме своих верных хирдманнов. – Данам наш Зуб нарвала будет как кость в горле, и атаковать его они станут яростно. Но чтобы победить мы должны драться с вдесятеро большей яростью!

– Не переживай, дроттнинг, – усмехнулся Кемп. – Думаю, скоро мы соберем у стен форта обильную кровавую жатву.

Да, именно так! На острове, расположенном посреди фьорда, по моим чертежам викинги построили самый настоящий хорошо укрепленный форт – маленькую крепость с высокими стенами, единственным предназначением которой была максимальная эффективность в отражении атак с моря.

А помогло в этом мое знание истории!

Я прекрасно помнила, как Петр Первый остановил попытку шведов войти в устье Невы огнем форта Кроншлот – а впоследствии построил целую серию мощных фортов, навсегда отбивших у противника желание захватить Петербург.

Потому еще зимой я велела начать строительство крепости на Зубе нарвала – и к началу весны она была практически закончена.

Укрепление представляло собой двухъярусную деревянную башню высотой около двадцати метров, состоящую из деревянного каркаса – двух стен, внешней и внутренней, промежуток между которыми был плотно набит землей, песком и камнями. На вершине этой башни располагались хорошо защищенные от атак снизу позиции лучников, а также поворотный камнемет, привезенный из Скагеррака, который мои люди буквально за два последних дня успели неплохо пристрелять по дрейфующим льдинам.

Также в моем распоряжении имелось шесть драккаров, четыре из которых были усовершенствованы под моим чутким руководством. Жаль, что с кораблями из Скагеррака не было времени сделать то же самое, но теперь уже приходилось играть теми картами, что были на руках...

Но, честно говоря, то, что я видела вдали, оптимизма не внушало даже с учетом всего, что было сделано в плане укрепления обороноспособности Каттегата.

– Я насчитал двадцать два драккара, – задумчиво проговорил Рагнар. – Битва будет очень неравной...

– Если на каждом из них хотя бы по шесть десятков воинов, то нам придется иметь дело примерно с полуторатысячной армией, – задумчиво почесал затылок Ульв. – У нас же от силы наберется четыре сотни бойцов.

– Расклад не в нашу пользу, – кивнула я. – Но, если помнишь, в битве при Скагерраке даны тоже были уверены в победе – и потерпели сокрушительное поражение. Кстати, солнце уже давно перевалило за полуденную отметку, так что, думаю, в атаку они пойдут завтра, а сейчас лягут в дрейф до утра.

– Согласен, – кивнул Рагнар. – Но что это изменит?

– Есть одна мысль, – усмехнулась я. – А, точнее, целых две.

...Я оказалась права.

Драккары данов бросили якоря в двух полетах стрелы от Зуба нарвала, который их наверняка смутил. Не ожидали наши враги увидеть крепость на острове, и такую неожиданность следовало обсудить прежде, чем с ходу соваться в битву на ночь глядя.

Этим они и занялись, связав шесть драккаров бортами между собой и устроив на них нечто вроде тинга – собрания капитанов. Остальные суда выстроились в линию, перегородив фьорд на случай, если кто-то из нас решит сбежать на драккаре или лодке морским путем. Что ж, по-своему с военной точки зрения того времени разумное решение... по поводу которого у меня имелось свое мнение.

Которое я и высказала.

– Прости, дорогая, но так нельзя! – выслушав меня, в запальчивости воскликнул Рагнар. – Для любого викинга драккар – больше чем корабль! Это его жизнь, воплощенная в дереве и парусах!

– А скажи, муж мой, – прищурилась я. – Настоящий викинг не согласится пожертвовать своей жизнью ради победы?

– Конечно согласится, но... – произнес Рангар – и осекся, поняв, что попал в мою ловушку, сплетенную из слов.

– Дроттнинг права, – мрачно произнес Ульв. – Нам удалось победить в Скагерраке лишь потому, что даны не ожидали от нас тех военных хитростей, которые придумала королева. Однако сейчас они уже ученые, и снова без потерь нам победить не удастся. Но когда потеря во много раз превышает ущерб, нанесенный врагу – это оправданная жертва!

– Что ж, быть посему, – кивнул Рагнар. – Только на это дело пойду я, и еще десяток бойцов, которых выберу сам.

– Хорошо, – кивнула я, видя, что спорить с мужем бесполезно. И хотя у меня заныло в груди от мысли, что я могу потерять его – но в то же время я понимала: сейчас нашим воинам, однозначно приунывшим от осознания численного преимущества данов, нужен наглядный пример героизма.

Настоящий подвиг!

И, думаю, вряд ли кто из викингов Каттегата мог справиться с этим лучше, чем мой Рагнар.

Глава 46

Ночь опустилась на Каттегат.

Темным покрывалом накрыла город, фьорд, и прибрежные скалы.

До летних ночей, когда кажется, что крупные звезды можно собирать руками прямо с неба, было еще три долгих месяца.

Сейчас же тучи плотно закрывали небо, и усилившийся ночной бриз, дующий с суши на море, ничего не мог с ними поделать...

А вот с парусами – мог!

Чтобы драккары не унесло в море, даны спустили с мачт огромные льняные полотнища, и сейчас, при свете вражеских факелов, с берега суда неприятеля казались совершенно неопасными детскими лодочонками с воткнутыми в них гладкими прямыми палочками...

Но все мы знали...

Настанет утро, бриз сменит направление, по мачтам вражеских драккаров поползут вверх паруса, с ходу наполняемые ветром – и к нашему берегу двинется плавучая армада, несущая на себе армию, во много раз превосходящую нашу...

И этот день станет последним и для нас, и для Каттегата...

И для всей Норвегии.

...Потому довольно беспомощно смотрелись два драккара, которые, не зажигая факелов, отчалили от нашего берега. Паруса, специально измазанные сажей для маскировки, очень быстро растворились в темноте ночи, и теперь я, вглядываясь в ночь со стены города, видела лишь две крохотные тени, приближающиеся к кораблям данов.

А, может, их уже просто рисовало мое воображение... Наша союзница-ночь была слишком непроглядной, и я молила Мани, скандинавскую богиню Луны, чтобы она еще хоть какое-то время стыдливо скрывала за тучами свой сияющий лик... Ибо если она своей рукой, сотканной из серебряных лучей, сейчас раздвинет эти тучи, дабы посмотреть, что творится в мире людей, то и мой муж, и Ульв, который сейчас стоял у руля второго драккара, и два десятка викингов, что пошли вместе с ними, погибнут зря этой ночью...

А утром следом за ними умрем и все мы...

Но светлоликая Мани оказалась этой ночью милостива и ко мне, и к Норвегии...

Даны, уверенные в своей скорой победе, не жалели китового жира для факелов и светильников. Зачем экономить, когда завтра им в руки упадут сокровища целого города? Потому этой ночью драккары захватчиков были освещены просто замечательно – в том числе и для того, чтобы мы видели эти огни и не спали, дрожа от ужаса...

И даны были правы.

В Каттегате сегодня не спал никто.

Люди стояли на городских стенах и вглядывались в ночь, надеясь увидеть надежду на свое спасение...

И они ее увидели!

Внезапно в полосу света, разливавшегося вокруг вражьей флотилии, ворвались два черных судна, добротно вымазанных сажей. С них в воздух взлетели трехлапые крючья, которые вонзились в борта вереницы драккаров, связанных между собой. Отсюда всё это было не разглядеть, но я прямо видела в своем воображении, как струнами натянулись привязанные к крючьям веревки, как сильные руки воинов подтягивают наши драккары к кораблям противника, и как ничего не понимающие даны смотрят круглыми глазами на врагов, внезапно появившихся из темноты... Неужто воины с двух драккаров рискнут броситься на абордаж шести кораблей, команды которых превосходят их числом минимум втрое?

Но неожиданно появившиеся враги не стали нападать!

Напротив, вынырнув на несколько мгновений из темноты, они тут же вновь скрылись в ней, а их черные корабли... внезапно вспыхнули, практически моментально превратившись в гигантские негасимые костры...

...До первого заметного применения в Европе брандеров – кораблей, начиненных горючими веществами для поджога судов противника – было еще около восьми столетий: в сражении при Палермо французские брандеры сожгут семь кораблей и две галеры испано-голландского флота. И, разумеется, ветра истории не донесут до потомков рассказ о том, как однажды в ночной атаке два драккара нордов, набитые соломой вперемешку с хворостом, и обильно политые смесью нефти с топленым китовым жиром, подожгли шесть судов датского флота, сцепленных между собой для совещания капитанов...

Огонь очень быстро перекинулся на драккары противника – в том числе потому, что я вдобавок велела установить на брандерах высокие связки пропитанной нефтью соломы, которые при ударе кораблей борт в борт попадали на палубы данов. Ну а следом команды Рагнара и Ульва сунули факелы в заранее заготовленные жаровни с тлеющими углями – и принялись швырять их и в эти связки, черные от нефти...

Пламя почти моментально перекинулось на все шесть вражеских драккаров, и, это, конечно, был грандиозный успех... Но я сейчас думала не о нем, а о том, смогут ли наши викинги, попрыгавшие с горящих кораблей в ледяную воду, доплыть до Зуба нарвала? Всё-таки, два полета стрелы это весьма приличное расстояние для заплыва в воде, только что освободившейся от ледяного покрова...

Успех наш, кстати, оказался еще более значительным, чем ожидалось! Не разобравшись, что происходит, к горящим кораблям устремились на помощь два крайних драккара... и один из них поймал отлетевшую в сторону горящую головешку просмоленной тканью своего па̀руса...

Видимо, тот дан, что смолил парусину, постарался на славу, ибо вспыхнула она практически мгновенно! Мореходы попытались сбросить в воду загоревшуюся ткань, но не рассчитали – и объятый пламенем парус рухнул на палубу драккара...

– Семь вражеских кораблей, – произнес Тормод, стоявший рядом со мной. – Семь. За два наших. Отличный размен, дроттнинг!

– А сколько наших братьев унесла эта ночь? – мрачно проговорил огромный Магни, которого из-за его массы не взяли в ночной десант. – Все ли они доплывут до Зуба нарвала?

– Будем надеяться, – опустив голову, произнес Тормод...

И потянулись томительные минуты ожидания...

Мне уже неинтересно было, сгорят ли полностью семь вражеских драккаров, или что-то от них останется.

Я ждала сигнала, о котором мы условились.

И дождалась!

На стене деревянного форта, возведенного на Зубе нарвала, загорелся факел. И начал мигать. Тот, кто держал его в руке, то открывал, то закрывал огонь своим щитом.

А я считала...

Один... Два... Три...

– Сколько? – не выдержал Магни, у которого было неважно с арифметикой. – Сколько наших доплыло?

– Да погоди ты! – рявкнул Тормод. – Собьешь дроттнинг со счета...

Факел на стене Зуба нарвала погас. И больше не зажегся.

– Девятнадцать... – произнесла я упавшим голосом. – Три человека не доплыли...

– Это был великий подвиг! – торжественно произнес Тормод. – Трое наших воинов сейчас уже усаживаются за пиршественные столы в чертоге О̀дина.

Я кивнула, закусив губу...

Проклятое воображение услужливо нарисовало мне картинку, как мой Рагнар, улыбаясь, садится на длинную лавку среди героев-эйнхериев, которые, смеясь, хлопают его по плечу и поднимают кубки, славя подвиг моего мужа.

– Всеотец, не забирай его у меня... – еле слышно прошептала я. – Прошу... Он нужен нашему сыну... И мне...

– Огонёк! – внезапно заорал Магни. – Еще кто-то из наших доплыл до Зуба нарвала!

– Благодарю тебя, О̀дин, – прошептала я, чувствуя, как по моим щекам текут слезы. Ибо женское чутье подсказало мне, кто еще из наших смог спастись в эту страшную ночь...

И я очень надеялась, что оно не ошиблось...