Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 274 (всего у книги 330 страниц)

Глава 15

Михаил Алексеевич Романов устало потёр виски и ещё раз перечитал сообщение от Максима Фёдоровича Одинцова. Глава Особого корпуса и крыла разведки написал всего четыре слова: «Шаховский уничтожил монгольский очаг». Но эти слова впечатались в мозг императора, словно выжженное клеймо.

И как в таких условиях строить новую стену? Михаил Алексеевич уже выделил средства из казны, отдал приказ о восстановлении оборонительных заграждений и постройках. Но Шаховский слишком непредсказуем. А ну как сейчас стену заново отстроят, а он возьмёт и уничтожит сибирский очаг?

И что тогда? Деньги будут потрачены зря, силы будут потрачены впустую, да ещё и государя посчитают недальновидным правителем.

Тяжёлый вздох нарушил тишину малого кабинета.

Император не спал третьи сутки. Да и вообще в последнее время не до сна – мятеж, рухнувшая стена, предатели со всех сторон. Даже княжеские рода и те оказались не опорой своей империи, а изменниками.

Испокон веков высшая аристократия поднимала свои гвардии на защиту своей страны. Император знал, что они всегда откликнутся и придут на помощь, будь то война или массовый прорыв монстров. А вот теперь оказалось, что цвет империи – это гниль и падаль, которую теперь ещё искать и выкорчёвывать придётся неизвестно сколько лет.

Что они забыли в очаге? Почему предали страну и государя? Почему бросили своих людей на растерзание монстрам?

А может плюнуть на всё и позвонить Шаховскому? Пусть объясняет, какого грокса в этом мире вообще происходит. Отвертеться у него не получится – он точно в курсе.

Только вчера пришли рапорты от сотни истребителей монстров. Его, Михаила Алексеевича, истребителей, которых его ведомство готовило, тренировало, взращивало. Но они что-то увидели в провинциальном графе, что-то рассмотрели.

Донесения приходили из разных городов. И во всех, где побывал Шаховский, оставались не руины и горы трупов, а выжженные земли без монстров, закрытые разрывы реальности и люди, которые готовы молиться на графа. В Куйбышеве он вообще лично отбил прорыв монстров.

Там полегли все защитники – не ожидали такой волны, вот и не подготовились. Монстры уже на город пошли, а у разрушенной стены вообще жуть что творилось. А потом пришёл Шаховский, убил всех монстров и закрыл гроксов разрыв.

– Вызывали, ваше императорское величество, – донёсся от двери голос нового эмиссара – Феликса Рейнеке.

– Входи, – император указал кивком головы на стул напротив и скрестил руки на груди. – Ты был моим верным псом почти три десятка лет. Что могло тебя заставить уйти со службы, передать род сыну и занять место за спиной Константина Шаховского?

– Сейчас я стою за вашей спиной, – учтиво сказал Феликс. – Прикрываю её ото всех. Как и всегда.

– Почему ты склонился перед ним? – Михаил Алексеевич подался вперёд и сузил глаза. – Что в нём такого?

– Он – наше будущее, ваше императорское величество, – твёрдо ответил старый пёс императора. – Он очистит наш мир от падших тёмных, от Вестника и очагов, если те несут опасность мирным людям. За ним хочется идти.

– Хочется идти, – медленно повторил государь и снова откинулся на спинку кресла. – Как думаешь, если я предложу ему титул и награду, что он скажет?

– Пожмёт плечами и скажет, что ему это не нужно, – хмыкнул Рейнеке. – Всё, что ему нужно, он возьмёт сам так или иначе. А что не нужно – оставит на месте.

– Рядом с ним есть спорные земли, – задумчиво проговорил император. – От них уже отказались три рода после недавних событий. Якобы, эти земли прокляты и несут только смерть всем обитателям.

– Бывшие Давыдовские? – уточнил Феликс. Император кивнул. – Не прокляты они, просто слишком близко к Константину, вот и переходили из рук в руки – от подлецов к предателям.

– Вот что, – Михаил Алексеевич хлопнул ладонью по столу. – Пусть Шаховский забирает хоть всех истребителей, раз уж они выбрали нового хозяина, но в довесок я ему отпишу эти «проклятые» земли. И в этот раз я не буду предлагать, а издам указ.

– А к землям полагается и титул? – Рейнеке прищурился. – Ловко вы придумали, ваше величество. Вроде и приказ, а вроде и награда.

– Там уже прямо сейчас истребители на стене дежурят, так какая разница, – император помассировал левый висок и вздохнул. – Ещё и Волна с Денисовым сорвались из столицы. Они ведь к Шаховскому помчались? Переманил провинциальный граф всех моих доверенных людей. Даже Одинцов вон за ним по Монгольским степям на вертолёте гоняется.

– Монгольские степи? – удивился Феликс. – Он же вроде бы хотел вглубь сибирского очага идти. Что он забыл в Монголии?

Он быстро захлопнул рот и посмотрел на государя. Выходит, что Костя сначала решил закрыть монгольский очаг. Совсем разошёлся парень.

Хотя какой он теперь уже парень – взрослый мужчина, за которым стоят преданные люди. За которым хочется идти. За которого хочется умереть.

– Надо бы мне с ним поговорить с глазу на глаз, – задумчиво пробормотал император. – Может получится удержать эмоции и не реагировать на его дерзость. Пора нам зарыть топор войны и действовать заодно.

Феликс Рейнеке машинально кивнул, думая совсем о другом. В этот самый момент он вдруг отчётливо ощутил некий зов. Будто кто-то кричал и не мог докричаться.

И голос был знаком Феликсу.

Борис?

* * *

Лететь нам пришлось чуть меньше часа. Как я понял из объяснения Одинцова, он находился в Иркутске с проверкой местного филиала службы безопасности. Планировал перевести основной состав в приближённые к разрушенной стене города и посёлки.

В общем, если кратко, то мне сильно повезло, что он лично присутствовал поблизости и смог вызволить нас из монгольских степей. Поблагодарив его, я в который раз проверил состояние Виктории, которая даже от шума вертолёта не проснулась. После чего я снял наушники и прикрыл глаза.

Со стороны могло показаться, что я задремал, но нет, я просчитывал наш дальнейший путь. Из Иркутска до дома добираться около восьми часов, тот же путь через третий слой тени займёт три-четыре часа. Но я не мог рисковать и тащить сестру по изнанке, когда она почти без сил.

Может поделиться с ней энергией? Не самый удобный вариант, но лучше, чем провести половину суток в пути с пересадками и прочими неудобствами. Одно я знал точно – сестру я не оставлю одну. Поэтому вариант уйти самому через тень, а Одинцову поручить защиту Вики я даже не рассматривал.

– Костя? А мы где? – сонно спросила она, как только я вместе с ней на руках выпрыгнул из вертолёта на военной базе Иркутска.

– В Иркутске, – коротко ответил я и обернулся к Воронову, Молчанову и Дубровскому. Эти трое молодчиков почему-то решили следовать за мной, а не за Одинцовым, хотя он явно был выше меня по статусу. – Вы чего?

– Можно мы с тобой побудем? – тихо спросил Воронов. – Как-то не по себе нам всем. Посреди дня нас похитили падшие, а мы мало того что сопротивление не смогли оказать, так ещё и спасать нас пришлось.

– Да, Феникс, мы уже всё обсудили, – кивнул на его слова Молчанов. – Примешь нас в ученики?

Я остановился на полпути с зависшей в воздухе ногой. Медленно поставив её на асфальт, я перехватил Вику поудобнее и внимательно посмотрел на парней. Дубровский был мастером проклятий, а его приятель Молчанов – боевым магом. Про Воронова я уже всё знал, но на всякий случай и его тоже просканировал.

– Вы же в академии магии учитесь, – сказал я, глядя на Дубровского и Молчанова. – Думаю, что там вы сможете получить необходимые навыки и знания.

– Эти самые навыки и знания не помогли нам вообще ни разу, – пожал плечами Дубровский. – Что толку от зачётов, которые мы сдали, если мы оказались такой лёгкой добычей.

– Вы себя принижаете, – хмыкнул за их спинами Одинцов, который закончил отдавать приказы своим людям и подошёл к нам. – С падшими тёмными сражаться далеко не каждый грандмаг может.

Взгляды всех присутствующих скрестились на мне. Ну да, я на глазах парней убил трёх падших разом, да ещё и похвастался, что уничтожил нескольких падших в высшей форме, которая сильно превосходила нынешнюю. Правда я не сказал, что при этом погиб, а потом переродился, но это уже нюансы.

– Так ты грандмаг? – выпучил глаза Дубровский. – Сколько тебе лет, Феникс?

– Восемнадцать ему, – тихо ответил за меня Роман. – И он точно посильнее многих грандмагов, которых я видел.

– Ну про дуэли мы все слышали, – нервно хихикнул Молчанов, дёрнувшись всем телом. – Зря мы, наверное, про ученичество заговорили. Некогда Фениксу с нами возиться.

– Сейчас некогда, – подтвердил я. – Но если через месяц наш мир ещё будет стоять, приходите.

– А чего ему не стоять? – Дубровский переглянулся с Молчановым. – Намечается заварушка? Куда идти? С кем воевать?

– Отоспитесь после проклятья, вояки бравые, – я покачал головой. – Жду вас через месяц. Всех троих.

– Ага, если мир будет стоять, – кивнул Молчанов. – Мы запомнили.

– Тогда до встречи, – я посмотрел на Одинцова, и тот махнул рукой, подзывая солдат.

– Проводите спасённых пленников в казарму, накормите и вызовите их родных, – он быстро глянул на Воронова. – Если таковые имеются. Обеспечьте безопасность. Головой отвечаете мне.

– Есть! – гаркнули солдаты и почти под конвоем повели троицу парней в сторону казарм.

– Куда ты дальше? Транспорт нужен? – спросил у меня Одинцов, как только мы остались втроём. Вика сонно моргала, но пока слабо понимала, что происходит. – Я выдвигаюсь завтра в Томск. Нужно укрепить позиции. Куйбышев отбили, кстати. Спасибо тебе.

– Да не за что, – я пожал плечами. – Дай мне пять минут с сестрой, а потом я скажу, нужен ли мне транспорт.

Одинцов понятливо кивнул и поспешил к своим бойцам, ну а я посмотрел на Викторию и нахмурился.

– Только попробуй меня здесь оставить, – напряжённо сказала она.

– Даже не думал, – честно сказал я. – Вот что, у нас два варианта. Либо мы добираемся транспортом почти половину суток, либо я делюсь с тобой силой, и мы двигаемся через изнанку, сократив время.

– Насколько? – спросила Вика, приподняв голову.

– Доберёмся часа за три-четыре, если будем идти по третьему слою, – сказал я и заметил, как сестра поёжилась. – Ну либо я прошу Одинцова выделить нам самолёт. Завтра после полудня будем дома.

– Давай через изнанку, – Вика сжала кулаки и вздохнула. – Ты ведь собираешься потом идти искать Бориса?

– Да, – признался я. – Не могу же я его бросить.

– Значит, ты веришь, что он жив, – она закусила губу и часто заморгала. – Тогда давай полетим на самолёте? Тебе нужно отдохнуть, а не тащить меня несколько часов через тень.

– Это меня не утомит, – я улыбнулся. – Главное, чтобы ты выдержала.

– Ты же сказал, что поделишься силой, – Вика пожала плечами. – И не надо строить такое лицо. Я прекрасно понимаю, что это будет не самый приятный процесс, но если ты не забыл, я чуть не умерла от десятков проклятий, а потом ещё и впитала импульсы фантомов, и паралич высшей сложности.

– Честно сказать, я понятия не имею, что ты почувствуешь, – признался я. – Ты – моя кровь, так что, может быть, я просто зря себя накручиваю.

– Ну так давай проверим, – смело предложила Вика и набрала воздуха в грудь. – И вообще, ты же именно это делал, когда помогал мне в первый раз. Кажется, ты назвал тот ритуал очищением.

– Там была лишь капля моей силы, чтобы подтолкнуть тебя в нужном направлении, – я опустился прямо на асфальт, не обращая внимания на солдат, и сел так, чтобы Вика оказалась в моих руках, как в лодке. – Но я тебя предупредил. Если станет слишком больно, скажи, и я прерву подпитку. Постарайся расслабиться, чем меньше сопротивления, тем легче пойдёт процесс.

Вика послушно зажмурилась и попыталась расслабиться, но я видел, как напряглись её плечи. В прошлый раз ей было мучительно больно, и хоть я помог после отравления тьмой, тело помнит боль лучше разума.

– Дыши, – я сжал её запястья. – В этот раз всё иначе. Твои каналы уже сформировались, и ты стала сильнее.

Сестра сделала рваный выдох, потом вдохнула полной грудью и наконец расслабилась в моих руках. Я послал первый импульс, внимательно следя за каналами Вики и её состоянием.

Тьма потекла в неё медленно, почти ласково касаясь каналов и наполняя энергосистему. Не было прорыва или потока, сносящего все барьеры. Тонкая струя силы сама искала путь по уже знакомым каналам.

Вика вздрогнула, но тут же успокоилась. Её пальцы вцепились в мою куртку, будто она искала точку опоры.

Сила текла ровно, заполняя каналы и источник. Я следил за каждым ответвлением, подправляя поток там, где он пытался уйти в сторону. Сестра окончательно расслабилась и задышала спокойно.

– И это всё? – спросила она через пару минут, приоткрыв один глаз. – Я ожидала чего-то… ну, знаешь…

– Болезненного? – я хмыкнул. Я надеялся, что кровная связь поможет, но сам не ожидал, что всё пройдёт так легко. – Это тебе не проклятья стриженей перерабатывать.

– Не напоминай, – она поморщилась и снова зажмурилась. – Это было гадко и липко, меня будто наизнанку выворачивало. А тут просто поток энергии, который наполняет силой. Мог бы и в прошлый раз так же сделать.

– В прошлый раз ты была слабее, – напомнил я. – Да и сам процесс очищения всегда происходит через боль. Там не столько от моей силы было больно, сколько от того, что она выжигала накопившиеся излишки тьмы.

Я продолжал следить за потоками. Сила внутри Виктории заполняла пустоты и будто закрывала бреши, оставшиеся после поглощённых проклятий. Я добавил ещё один импульс силы и прекратил поток.

– Всё? – спросила Вика, открыв глаза и посмотрев на меня.

– Ага, – я кивнул. – Как себя чувствуешь?

– Нормально вроде бы, – она пошевелила пальцами, немного размяла плечи, а потом встала и потянулась. – Даже хорошо. Уж точно бодрее, чем была.

– Ну и отлично, – я поднялся вслед за ней и посмотрел в сторону Одинцова. Он был поглощён планшетом, периодически раздавая приказы своим бойцам. – Идём, попрощаемся с главой Особого Корпуса.

Глаза Вики расширились, а взгляд метнулся к Одинцову.

– Это он нас спас? – просипела она. – Сам глава Корпуса?

– Ну, помимо Корпуса он ещё и особым крылом разведки командует, – я усмехнулся. – Очень влиятельный человек. Который всё бросил и отправился к нам на выручку.

– К тебе, – тихо сказала сестра. – Не к нам на выручку, а к тебе. Мы шли в довесок, так что это не считается. Но теперь я поняла, почему те трое тёмных так притихли.

Я рассмеялся и потрепал её по волосам. Как только я сделал шаг в сторону Одинцова, Вика вцепилась в мою руку, а глава разведки убрал планшет в сторону.

– Ну что, решил? – спросил он, едва я приблизился.

– Да, решил, – кивнул я. – Спасибо за помощь, Вихрь, без тебя мы бы там застряли надолго.

– Ты и без меня бы что-нибудь придумал, – хмыкнул он. – Ты вообще производишь впечатление человека, который всегда найдёт выход.

– Спорить не буду, – согласился я, усмехнувшись. – Но я потратил бы кучу времени, которого у меня и так не слишком много.

– Значит, своим ходом до дома добираться будешь, – сразу понял он. – Тогда удачи тебе, Феникс.

– До связи, – я кивнул ему и шагнул в тень, утягивая за собой Вику.

Первый слой, второй и наконец третий. Здесь нас уже ждал Грох, который буквально выплыл из тени.

– Долго вы, – буркнул он. – Я уж думал, что ты решил там до утра торчать.

– Как тут обстановка? – я оглядел изнанку. Здесь было неспокойно, будто взрыв в монгольском очаге и до сюда долетел.

– Да как тебе сказать, – Грох задумался. – Тут столько всего по слоям разлетелось после взрыва. Все теневые монстры, да и сама изнанка, напитались энергией. Чуешь, как фон шалит?

– Потому и спросил, – я прикрыл глаза и усилил взор. Вроде бы всё было спокойно, некротической энергии не было и близко, как не было и холодного следа призраков.

– Хозяин? – позвал меня Грох. – Ты чего застыл?

Я открыл глаза и медленно повёл головой, сканируя пространство. Тени шевельнулись, и взор показал мне присутствие посторонних.

– Мы не одни, – коротко ответил я.

Глава 16

Я прижал Вику ближе к себе и выпустил когти. Из тени выступили фигуры восьмерых тёмных магов с теневым даром. Это были не призраки, а обычные теневики, которым я бы даже обрадовался, если бы не одно «но» – все они явно были на стороне Вестника.

Вперёд вышел мужчина лет пятидесяти. Седой и будто бы сломленный. Я видел по его глазам, что он давно мучается от бессонницы, как и ещё несколько теневиков рядом с ним. Все они выглядели уставшими, злыми и напуганными, хоть и старались не показывать этого.

– Феникс, – сказал незнакомец, выставив руки перед собой и показывая, что не станет нападать. – Мы пришли с миром.

– С каких это пор прихлебатели Вестника ходят с миром? – спросил я, не убирая когти. Грох за моей спиной резко хлопнул крыльями, от чего женщина-теневик по правую руку от говорившего вздрогнула.

– Да, мы были с ним, – мужчина сжал челюсти и раздул ноздри. – Пока он не забрал наших детей. Один из падших проклял их и забрал, а Вестник только и сказал, что это «для благого дела». Ты видел их? Наших мальчиков?

– Они мертвы, – сказал я, начиная догадываться, что произошло. Вика сжала мою руку, и я сжал её пальцы в ответ. – Я видел их в монгольском очаге.

– Мы знаем это, – проговорила женщина. На последнем слоге её голос сорвался, но она тут же взяла себя в руки. – Вестник сказал, что падшие могут использовать любые ресурсы. Мы все для него – ресурс… как и наши дети.

Она замолчала, а мужчина обнял её за плечи. Он поднял на меня взгляд и выпрямился.

– Меня зовут Андрей, а это – Елена, моя жена. Мы собрали тех, кто тоже потерял близких, – сказал он. – Тех, кто понял, что мы для него не люди, а инструменты, расходный материал. Мы никогда не были для него союзниками, – он обвёл рукой группу за своей спиной. – Мы хотим к тебе, Феникс. Хотим помочь тебе уничтожить Вестника. Это будет нашей местью за гибель близких.

Я молча смотрел на них и сканировал пространство взором тьмы. Ни ловушек, ни маяков, ни заготовленных заклятий я так и не увидел. Только боль и злость – настоящие, такие, после которых остаётся только выжженная пустыня внутри.

Передо мной стояло восемь человек. Восемь тёмных магов, которые ещё вчера были по ту сторону. Которые помогали строить базы и наполнять кристаллы своими родичами по дару. Восемь предателей человечества, которые упорно закрывали глаза на то, что творилось вокруг них, пока беда не коснулась их детей.

– Мне не нужны предатели, – жёстко сказал я. – Вы служили Вестнику, помогали ему убивать невинных. Ваши руки в крови. Может, не такой явной, как у падших, но всё же. Чужих детей вам точно не было жалко.

– Мы сами знаем, кто мы и что сделали, – вскинула голову Елена. – Мы не просим прощение и нам не нужно искупление. Мы хотим мести и готовы помочь тебе в твоей борьбе.

– Чем? – я вскинул бровь и криво усмехнулся. – Пойдёте штурмовать цитадель Стража Порога? Лично нападёте на Вестника или убьёте его приспешников? Если бы вы могли это сделать, то не стояли бы сейчас передо мной.

– Мы расскажем тебе всё о базах Вестника, об энергетических узлах, о приручении гроксов и о том, как найти выход с восьмого слоя, – упрямо сказал Андрей, чуть задвинув супругу за свою спину. – Мы не только поделимся информацией, мы проведём тебя или твоих людей куда угодно, покажем все секретные места.

На моём лице не дрогнул ни единый мускул, но внутри появилось ощущение, что я только что получил счастливую карту. Когда Гроха выкидывало на восьмой уровень, он не мог выбраться сам.

В первый раз он смог прийти только после того, как я пролил немало крови на изнанке. Тень впитала её и открыла доступ для моего питомца, который был со мной связан. Во второй раз мне пришлось отправить ему несколько импульсов силы через истончившийся поводок.

В прошлом мире у меня не было проблем с переходом между слоями, но в этом всё иначе. Я уже давно понял, что привычные схемы не работают или работают по-другому. Похоже, Борис с Тараном застряли на восьмом слое только из-за невозможности выбраться, и я готов сотрудничать даже с демонами, если они помогут спасти моего брата.

– У меня нет времени, чтобы стоять тут и слушать ваши истории, – я убрал когти и выпустил крылья, подхватив Вику на руки. – Я направляюсь к своему имению. Идёмте вместе со мной, по дороге расскажете всё, что знаете.

Я взлетел и, найдя нужное направление, резко направился в сторону дома. На примере Бориса и Жнеца я уже понял, что теневики куда быстрее меня, ведь тень – их стихия. Захотят выслужиться и получить шанс на месть – догонят, если же нет, то я сильно разочаруюсь в прихлебателях Вестника.

Ну и, само собой, отправлюсь к нему ещё быстрее, чем планировал. Нужно только вытащить Бориса с Таранищем, и можно идти на цитадель, или где там затаился этот ублюдок, предавший человечество.

Теневики не разочаровали, они догнали меня уже через десяток метров и принялись перемещаться такими же прыжками, как и Борис со Жнецом. Я усмехнулся и подмигнул Вике, а то она что-то совсем притихла.

– Как вы меня нашли? – спросил я, повернув голову к одному из теневиков – мужчине лет тридцати, который явно не походил на скорбящего отца или брата. Скорее всего, он просто разочаровался в Вестнике и решил сбежать под шумок.

– Отслеживали твою ауру после взрыва на изнанке, когда погибли Павел и Егор, – ответил он, чуть приблизившись. – Нашли след в Иркутске и поняли, что скоро отправишься домой. Потом ушли на третий слой, чтобы не попасться людям и артефактам, и просто ждали.

– Что там с цитаделью Стража Порога? – продолжил я расспрос, но вместо парня мне ответила девушка лет двадцати пяти.

– Это место запрещено для посещения, – сказала она, совершив гигантский скачок и немного перегнав меня. – Туда могут приходить только стихийные маги, тёмным нельзя.

– Да ладно? – удивился я. – А ничего, что тьма – тоже стихия?

– Вестник запретил нам приближаться к цитадели, – девушка пожала плечами и снова ускорилась.

Её место занял Андрей, который немного отстал от своих более молодых товарищей и только сейчас смог нагнать нас.

– Мы побывали там уже после того, как ушли от Вестника, – сказал он. – Ничего особенного не увидели. Обычная трёхэтажная крепость, много комнат, в подвале есть что-то вроде места силы – нас туда не пустило.

– Место силы? – я задумался.

Не мог ли мой предок по крови и дару устроить там что-то вроде моего Ордена? Если он перенёс туда частичку своих предков и нанёс нужные знаки, провёл обряд и вообще сделал всё как надо, то у меня может получиться связать эту цитадель с имением. Более того, Маргарита и Виктор Шаховские обустроили свою заимку так, что она принимает только кровных родичей.

Они будто знали, что их домик в очаге может стать соединяющей нитью между имением за стеной и цитаделью. Ну или я просто слишком хорошо о них думаю. В любом случае, их постройка точно пригодится, если я решу протянуть энергетическую нить к цитадели первого феникса этого мира.

– И как там живётся предателям? Грандмаги ведь туда добираются в итоге? – уточнил я вопрос, который сильно волновал меня. Как бы не получилось так, что мои призраки взорвут все базы, но предателей там не будет.

– Они там не задерживаются, – на губах теневика появилась кривая усмешка. – Говорят, что место проклято, и возвращаются на перевалочные базы.

– Отлично, – я оскалился. – И сколько таких перевалочных баз в очаге?

– Всего восемь, – он качнул головой. – Точнее, уже семь. Одну из них ты уже сжёг.

– Вот и славно, – я ускорился и вздохнул всей грудью морозный воздух третьего слоя. Моим призракам придётся сделать всего две ходки до этих самых баз, да ещё и предатели все будут на месте.

– Мы можем показать, где они находятся, – предложил Андрей, снова догнав меня.

– Обязательно покажете, только не мне, – я прикинул расстояние до дома. Лететь мне ещё часа два, а то и больше. – А тем, кто эти базы будет сносить.

– У тебя есть собственный отряд теневиков? – удивился мужчина.

– Вроде того, – уклончиво сказал я.

Представляю, как эти предатели удивятся, когда увидят дюжину ликвидаторов, которые к тому же не сошли с ума и не стали бесчувственными чурбанами без собственной воли.

– А что не так с восьмым слоем? – спросил я с равнодушным видом, не желая показывать свой интерес к сказанным вскользь словам о гроксах и их приручении. – Я не совсем понял, да и не приходилось там бывать.

– Там всё странно, даже время течёт иначе, – ответил он буквально то же самое, что сказал мне Грох. – Даже нам, теневикам, там сложно находиться. Он похож на несколько разных слоёв изнанки, разбросанных кусками по всему слою.

Я кивнул, прижимая Вику ближе. Она молчала, но её пальцы снова вцепились в мою куртку. Похоже, мысль о том, что Борис мог оказаться в таком месте, пугала её. Как и меня.

– Мы были там всего пару раз, – продолжил мужчина, пропуская вперёд молодого парня, который явно хотел доказать, что он быстрее остальных. – И то ради того, чтобы помочь падшим найти и загнать грокса, отбившегося от стада.

У меня дёрнулась щека, но в остальном я никак не проявил эмоций. Интересно, знает ли Вестник, что у меня есть детёныш грокса, или ловушка в монгольском очаге была поставлена на всех слоях только из-за меня?

– Гроксы не живут на восьмом слое постоянно, у них есть что-то вроде межслойных гнёзд, где они проводят большую часть времени, – Андрей глянул на меня и сразу отвернулся. – Они приходят на восьмой слой, когда ранены и им нужно восстановиться. Там есть скопления неагрессивной тени, она более плотная и помогает залечить раны теневых монстров. Но выбраться оттуда самостоятельно они не могут.

– И такого раненого грокса вы нашли вместе с падшими, – продолжил я за него. Теперь стало понятно, как некромансеры сумели поймать грокса и вживить в него кристаллы. Они целенаправленно искали раненого монстра для своих целей.

– Да, всё так, – кивнул теневик. – Но, как я уже сказал, даже гроксы не могут выбраться с восьмого слоя без помощи извне.

– Потому что у них нет ориентира, – проговорил я. – И таким ориентиром может быть связь между стадом и вожаком.

– Верно, – он глянул на меня с уважением. – Ты уже всё знаешь сам. Чтобы уйти с восьмого слоя, нужен маяк. Кто-то в реальном мире или на верхних слоях, или между слоями, где находятся жилища гроксов. Иначе можно застрять там на целую вечность.

– Кто-то из твоих близких был там, – предположил я, заметив, как помрачнел мужчина. – Сын? Сколько он там пробыл?

– Три дня, – Андрей качнул головой. – Для нас прошло три дня, а для него почти год. Он вернулся седым и постаревшим… а через неделю его забрали падшие.

– Так же было и с нашим сыном, – со мной поравнялся другой мужчина, выглядевший не таким уставшим. – Он не успел рассказать всего, но мы догадываемся, через что он мог пройти.

– Годы на изнанке, – мрачно повторил я, сжав Вику сильнее. Через мгновение я мотнул головой и посмотрел на теневиков. – Что-то ещё про гроксов можете рассказать?

– Они не стайные в полном смысле, – включилась в разговор Елена. Она догнала нас, и мужчины расступились, освободив место рядом со мной. – Но у них есть что-то вроде памяти рода. Это какая-то особая связь. Если убили одного из них, они узнают, если ранили, то почувствуют. Твой питомец ушёл на восьмой слой, потому что там его могли принять. Гроксы не бросают своих, особенно раненых и слабых.

– А человека? – резко спросила Вика, высунув голову и глянув на женщину. – Человека они могут принять?

– Человека они убили бы, – ответила та. – Если бы он пришёл один. Но если грокс его нёс или заслонял, то для всех остальных это знак.

– Какой? – спросила Вика, сжав кулаки.

– Что этот человек – свой, – просто ответила женщина, пожав плечами. – Это означает, что он принят стаей. Если грокс заслоняет человека, значит, тот под защитой, – она посмотрела мне в глаза. – Его никто не тронет, даже если он убил их сородича. Там свои законы.

Вика кивнула и выдохнула, расслабляясь. Я и сам почувствовал неимоверное облегчение. Всё– таки сложно вот так ждать, ничего не зная о том, что может случиться с Борисом на восьмом слое.

Но теперь я знал не только, где его искать, но и то, что Вестник знает про Таранище. А это значит, что я прятать его больше нет смысла – своего козыря я точно лишился.

Елена перепрыгнула дальше, и мне пришлось немного затормозить, чтобы не влететь в парня, который упорно лез вперёд. Я выругался про себя, но ничего не стал говорить. Информация от теневиков оказалась очень даже полезной.

– Ты ведь собрался туда? – спросил меня Андрей, заняв место рядом со мной вместо своей жены. Я кивнул. – Тогда ты должен знать, что гроксы очень не любят, когда забирают кого-то из стаи. Они могут отпустить тебя, если докажешь, что достоин, но если нет… останешься там навсегда. Гроксы не станут тебя убивать, просто не выпустят и запрут в каком-нибудь гнезде или теневом кармане.

– Значит, придётся доказывать, что достоин, – я усмехнулся.

– Выходит, что тот падший не солгал, – прищурился теневик. – Один из них сбежал во время вашей битвы с Демидом Бартеневым. Он рассказывал сказки, что у тебя есть детёныш грокса, но ему никто не поверил. Все знают, как ревностно гроксы охраняют своё потомство.

– Мне очень повезло с питомцами, – сказал я и глянул на Гроха, который с важным видом следил за теневиками. Вестник далеко не так глуп, чтобы не верить в наличие у меня детёныша грокса. Так что он точно знал про Тарана, и ловушку у якоря устраивали именно на него.

– Тогда запомни, – Андрей приблизился ко мне почти вплотную. – На восьмом слое не лги ни словом, ни делом. Гроксы почувствуют ложь, и тогда даже маяк из реального мира не поможет тебе вернуться.

– Спасибо за информацию, – серьёзно сказал я. – Ещё один момент. Если гроксы чувствуют смерть своих сородичей, почему они не пришли отомстить за раненого монстра? Только не говори, что смерть одного из стада не была достаточным маяком и ориентиром.

– Всё дело в кристаллах, – теневик скривился. – Они были пропитаны энергией смерти, и это ослабило след.

– А ведь гроксам не нужен реальный мир, – сказал я, до конца осознав всё сказанное теневиками. – У них есть гнёзда между слоями, особые места для восстановления и чёткая иерархия.

– Да, насколько мы поняли, гроксам в реальном мире очень плохо, – кивнул мужчина. – Сами они сюда не лезут. Уже сотни лет не прорывались, да и незачем им, ты прав, Феникс.

– Ага, – кивнул я. – А Вестник, значит, хочет открыть для гроксов проход в реальный мир, чтобы они окончательно добили выживших.

– Скорее всего, – теневик пожал плечами. – Мы не знаем всех его планов. Нам знакомы только те, в которых мы участвовали.

На этом наш разговор закончился. Я узнал всё, что меня интересовало, а теневики начали выдыхаться. Или я летел слишком быстро, или они и до этого были уставшими и ослабленными.