Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Марина Ефиминюк

Соавторы: Сергей Самохин,Федор Бойков,Любовь Оболенская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 89 (всего у книги 330 страниц)

Из принципа я дождалась, когда распорядитель принесет папку в дорогой кожаной обложке, и даже ее открыла, но практически сразу захлопнула, не вчитываясь в названия блюд. И – не дай божественный слепец – не заостряя внимания на ценах, иначе случится приступ жадности к чужим деньгам.

– Решила, что будешь заказывать? – удивился Рэнсвод.

– Полагаю, вы лучше разбираетесь в местной кухне.

Вкрадчивым жестом он подозвал распорядителя, тихо сделал заказ, попросив приготовить для меня самый большой стейк с кровью, какой найдется на кухне, а себе – принести кофе.

– Другими словами, ваша цель – накормить ребенка, – фыркнула я. – Расскажите, как вышло, что вы решили читать лекции?

Он мягко усмехнулся.

– Неуместный вопрос?

– Вовсе нет.

Оказалось, что ректор больше года осаждал его с предложением провести курс высшей магии в нашей академии. Киар сдался исключительно после указа его величества и, сам того не замечая, втянулся.

– А потом случилась злосчастная ночь, и мы дружно преодолеваем ее последствия, – выдала я окончание истории его преподавания.

Рэнсвод бросил на меня насмешливый взгляд.

– Не надо преодолевать, наслаждайся. Сейчас ты одна из самых сильных магов Крушвейской гряды. Я не обижусь, если ты перестанешь стесняться использовать магию. Очевидно, что она начинает тебе подчиняться.

– Я должна спасать мир? – подколола я.

– Выучить пару заклятий высшей магии – тоже неплохо.

– Зачем? Через две недели первородный огонь вернется к вам. Не хочу привыкать к тому, что мне не принадлежит, – пожала я плечами и, упершись локтями в столешницу, пристроила подбородок на ладонь. – Интересно, что сказал бы ваш предок, узнай, что вы служите преподавателем?

– Что плохого в преподавании? – искренне удивился Рэнсвод.

– Если говорить в масштабах мира, вы его точно не спасаете.

– Отнюдь, госпожа Грандэ, – хмыкнул он. – Что случилось бы с Крушвейской скалистой грядой, если бы мир наполнили неумелые маги? Полагаю, ее сровняли бы с землей.

– То есть, пока нет войны, вы вносите посильный вклад.

– Скорее отвлекаюсь от нервной службы на корону. Мы, конечно, давно знакомы с Ричейром, но монарх обязан оставаться монархом. С его характером это непросто.

Было странно обсуждать его величество, точно приятеля с соседней улицы. Интересно, за такие разговоры бросали в темницу?

– А чем вы занимаетесь на королевской службе? – полюбопытствовала я, и он развел руками, намекая, что оставит эту тайну шай-эрского двора при себе. – Другими словами, если я узнаю, то вам придется меня убить? Так?

И он искренне рассмеялся. Тихим грудным смехом, пряча лицо в ладонях, словно не хотел, чтобы публика в ресторации увидела, что магистру высшей магии не чужды нормальные человеческие эмоции.

– Скорее уж жениться на тебе. При жизни отец учил меня, что причинять вред собственной жене – дурной тон. Поверь, он знал, о чем говорил. Матушка была не подарком.

Я подавилась на вздохе и с самым дурацким видом схватилась за бокал с водой. Ей-богу, лучше бы не ехидничала.

– Но реальная жизнь куда проще. – Он расслабленно откинулся на спинку стула. – У меня магическая печать о неразглашении, и даже при большом желании я не могу ничего рассказать.

– Печать? – оживилась я. – Где?

– Там, где ее не видно, маленькая любопытная София. – Он бросил лукавый взгляд.

Бах! – отозвавшись на этот взгляд, громыхнуло сердце в груди. Бах!

Чувствуя, что щеки начинают гореть, я поерзала на стуле и в смятении уставилась на белую скатерть. Можно сколько угодно врать самой себе, но этот обаятельный Рэнсвод, умеющий замечать незначительные мелочи и излучающий мощную энергетику, притягивал меня, как самым сложным связующим заклятием.

Я чувствовала себя сбитой с толку, очарованной и растерянной. Все сразу. Как вообще разобраться в таком чудовищном клубке эмоций? Уверена, меня накрыл побочный эффект от магического слияния. Как только мы с Киаром поменяемся местами, сознание вернет ясность. Точно, так и есть! Не может же он мне по-настоящему нравиться!

Но пока я была как в космосе. Шагала по коридору академии, не видя дороги, и вяло понимала, что не запомнила, как минула холл. Да и путь из Стрэйн-Лейн тоже не заметила – отчаянно пыталась разобраться с беспорядком в голове.

– Грандэ! – нежданно прервал мысленный монолог мужской голос из реальности.

– Да что?! – раздраженно рявкнула я, круто оборачиваясь. Дескать, не видите? Девушка тут пытается подлатать потекшую крышу!

Неожиданно я узнала Финиста, которого даже не заметила. Он поджидал меня перед лекторием и определенно не рассчитывал, что окажется ни с того ни с сего облаянным. На его лице не осталось ни намека на жесткое приземление на ярмарочную горку: ни царапин, ни синяков. Никогда не догадаешься, что в пятницу случился казус.

– Я тебя три раза звал, – обиделся он.

– Извини, – на мгновение прикрыла глаза и вздохнула, стараясь подавить несвоевременный приступ раздражения, – просто задумалась.

Ей-богу, вернуть бы то чудесное время, когда я считала Финиста Берта парнем мечты, первородный огонь – детской сказкой, а Рэнсвода – исчадием ада.

– Как дела у моей умницы?

Северянин попытался обнять меня за талию, но я невольно отшатнулась. Заметив досаду на его лице, мысленно себя обругала.

– Лучше скажи, как дела у тебя? – тихонько спросила я. – Ты все-таки съездил к знахарю?

– Конечно, – сухо отозвался он и фальшиво улыбнулся: – Я в полном порядке.

В зале царило оживление. Сегодня должны были объявить претенденток в Лунные Девы, и народ с азартом делал ставки, какая из популярных выпускниц попадет на конкурс.

– Знаешь, Финист, – замялась я, – пожалуй, подсяду к Альме.

Подруга занимала, как ни посмотри, стратегически выгодную позицию на первом ряду. В такой близости к доске, не напрягаясь, разглядишь все кривоватые схемы и рисунки Эйвана Змея.

– Умница, ты что же, меня стесняешься? – как-то нехорошо усмехнулся Финист.

– Нет! – У меня вспыхнули щеки. – Просто с твоего ряда доску не разглядишь.

– Ладно. – Окончательно задетый в лучших чувствах, он пожал плечами. Вернее, одним плечом, видимо, двумя пожимали только девчонки. – Тогда удачи на лекции.

Он устроился рядом с друзьями, а я быстренько спустилась по широким ступеням к подружке. Кажется, Финист провожал меня хмурым взглядом. Иначе почему бы так сильно горело между лопатками?

– Слышала, что случилось с Бертом в пятницу, – пробормотала Альма после короткого приветствия.

– Да, было ужасно, – честно призналась я, вытаскивая из сумки конспект и самописные перья.

Айтэрийка оглянулась назад, проверила Финиста с друзьями и протянула:

– По нему и не скажешь, что свидание закончилось в лекарской.

Она помахала перед лицом рукой, намекая, что погожий лик парня не пострадал после столкновения с ледяной поверхностью.

– Он ездил к знахарю, – прошептала я, догадываясь, что соседи подслушивают наше перешептывание.

– А как же занятия? – вытаращилась Альма, и пришлось цыкнуть, чтобы она убавила громкость. – Помню, после знахаря я неделю не могла призвать магию.

Оставалось только покачать головой, мол, понятия не имею, как Финист предполагает выкручиваться на практикумах. Ладно зельеварение, там особо магией щеголять не приходится, режь травку да бросай в умеренно кипящий котелок, но что делать завтра с высшей магией? Как представила рожу Эйвана Змея, теперь выставляющего нас с Финистом слаженным дуэтом, так что-то сердце нехорошо сжалось.

И словно отозвавшись на мысленный призыв, наверху истошно застонала дверь. Можно было не оборачиваться, чтобы догадаться, что пожаловал магистр.

– Доброе утро, господа бытовики, – поприветствовал он поток, спускаясь к преподавательской кафедре, и пристроил на стол табель посещений. – Вижу, с прошлой недели вас явно прибавилось.

Что правда, то правда: драконовые порядки, установленные на его занятиях, самым положительным образом сказывались на посещаемости. Потрясающий результат! Даже Рэнсвод такого со второй лекции не добивался.

– Начнем с переклички, – объявил он, когда часовой бой возвестил о старте лекции, а скрипучая старушка-дверь сама себя заперла на замок.

В тишине звучали имена студентов. Каждый отзывался неохотно, словно магистр зачитывал списки смертников.

И как назло, когда очередь дошла до фамилии Грандэ, в воздухе аккурат над моей макушкой вспыхнула пульсирующая сфера. Решив, будто кто-то хочет нас с Альмой разыграть, я испуганно глянула на замершего Эйвана Змея и поспешно призвала магию. Не хотелось, чтобы меня облили какой-нибудь гадостью! Но поразить магистра навыками защитных чар не успела – шар беззвучно разлетелся брызгами света.

Айтэрийка прикрылась рукой, спасая глаза от ослепительной вспышки. От греха подальше я вжала шею в плечи и съежилась. Сверху посыпалась серебристая пудра. Блестки переливались, окружив меня то ли блестящим дождем, то ли сверкающим облаком.

– Раздери меня химера! – воскликнул кто-то с задних рядов. – Грандэ будет Лунной Девой!

Я?! Да раздери этого парня химера!

Глава 6
День схождения лун

На лицо и руки пудра не осела, но от одежды летели блестки. До вечера я мерцала, как сугроб на ярком солнце, и принимала поздравления даже от незнакомых людей. Стоило кому-нибудь завидеть в коридоре сверкающую серебром девицу, как они начинали улыбаться и желать удачи.

Перед возвращением в Стрэйн-Лейн пришлось заскочить в общежитие за единственным праздничным платьем, сиротливо спрятанным в шкафу. Покупать новое денег попросту не было, а брать одежду на один вечер в рассрочку – кощунственное расточительство.

Оказавшись в своих покоях, первым делом я переоделась в красный наряд. Извернувшись, застегнула на спине крючки и встала перед зеркалом. Платье было непритязательного кроя, со скромным вырезом. Из украшений – золотистая вышивка. И почему в прошлом году оно казалось верхом элегантности? Видимо, сейчас ему не хватало пояса, пожертвованного каменной гаргулье.

Раздался стук в дверь. Не успела я и рта открыть, как Рэнсвод, вытаскивая запонки из манжет рубашки, вошел в комнату.

– София, я только вернулся… – Он поднял глаза и запнулся. – Что делаешь?

– Как вам платье? Пойду в нем на праздник. – Разглаживая ладонями складки, я повернулась к Киару. – Тут пояса, правда, не хватает, но что-нибудь придумаю. Миленькое?

– Миленькое, – с непроницаемым видом согласился Киар. – Красного цвета.

Как-то мигом стало ясно, что платье ему совершенно не понравилось. Приподнятое настроение не упало, а обрушилось, и рассказывать о конкурсе Лунной Девы мигом расхотелось.

Плечо с меткой я подставляла страшно сердитая. Пока в комнате мерцали светильники, а магический огонь отражался в зеркале и рисовал на стенах танцующие тени, перед мысленным взором стояла прима театральных подмостков, свечками едва не спалившая занавески в нашей гостиной… в гостиной Рэнсвода.

Конечно, он привык к дамочкам в красивых магических нарядах, стоящих, как крыло драконовой химеры. Заклятые платья идеально садились по фигуре, удлинялись или укорачивались под рост. На ногтях сам собой появлялся лак, а на лице – макияж. Да даже прическу к наряду можно было выбрать! Зато скинь такое платье, как красота мигом исчезала. Никакой маскировки, только голая правда об изъянах.

– Собирайся, – резковато скомандовал Киар.

– Куда? – растерялась я.

– Купим другое платье, – бросил он на ходу, направляясь к двери.

– Нет!

– Прости? – не скрывая удивления, словно не ожидал, что с его решением будут спорить, обернулся он.

– Покупать мне одежду – совершенно неуместно. Более того, не очень прилично.

Рэнсвод рассматривал меня с некоторым удивлением, словно впервые в его жизни девушка наотрез отказывалась от нового наряда. И он пока не понимал, что следовало сделать: оставить дурочку в покое или все-таки объяснить, что она дурочка.

– Книги не считаются! – опередила я. – Друзья все время дарят друг другу книги. Это совершенно нормально!

– София, у меня появилась идея. Давай сделаем вид, что платье повесил в шкаф Тайный Чародей, – предложил он.

– Я же сама его выберу.

– А ты была так любезна, что заранее выбрала фасон и цвет. Сколько тебе нужно на сборы? Полчаса хватит?

Я не заставила себя ждать и собралась за десять минут. Вскоре наша карета прогрохотала по тяжелому каменному мосту с фигурами гаргулий, отделяющему центр от западной части Но-Ирэ, в народе прозванного районом Западных ворот. Здесь селились обеспеченные семьи и конторские служки. Счетоводы, судебные заступники, удачливые торговцы и прочие господа, кому оказалось не по статусу жить в простецких восточных кварталах, но вскарабкаться поближе к королевскому дворцу все еще не хватало денег.

Пропетляв в паутине улиц, мы остановились возле модного ателье с большими витринами, закрытыми изнутри портьерами. Со стороны двухэтажное здание с изящной вывеской казалось трогательно лупоглазым. За стеклом стояли портняжные манекены, так хитро задрапированные полотном, что со стороны выглядело, будто их одели в сложные бальные наряды.

О нашем появлении в нарядном зале с уютной мебелью и живыми цветами в вазах возвестил переливчатый колокольчик. Встречать нас вышла стройная женщина возраста моей мамы.

– Киар! – Она приветствовала Рэнсвода, как давнего знакомого. – Почему не предупредил заранее? Мы подготовили бы костюмные ткани.

Покровительственным жестом он положил ладонь мне на поясницу и слегка подвинул к хозяйке ателье.

– Мэйри, помоги юной леди выбрать праздничное платье.

Подняв ухоженные брови, та окинула меня оценивающим взглядом и вновь растянула накрашенные губы в приветливой улыбке:

– Уверена, мы что-нибудь подберем.

– Не надо что-нибудь, – мягким тоном, тонко намекающим на недовольство, осек ее Рэнсвод. – Найди то, что подойдет именно Софии.

– Разумеется, – вежливо кивнула она и спрятала под длинными угольно-черными ресницами вспыхнувшее в глазах любопытство. – Идемте в примерочный зал.

Мы последовали за хозяйкой. Она толкнула замаскированную под стенную панель дверь и жестом пригласила нас войти:

– Располагайтесь, здесь вас никто не потревожит.

В небольшом помещении горела яркая потолочная люстра, и каждый уголок был залит светом. В центре размещался невысокий круглый подиум, видимо, для демонстрации нарядов. Перед ним стояла пара помпезных кресел с гнутыми ножками, разделенных высоким столиком. Окна скрывали плотные портьеры.

Пообещав вернуться в кротчайший срок, хозяйка оставила нас с Рэнсводом вдвоем и предусмотрительно задвинула за собой стенную панель. Едва я расстегнула пуговицы на пальто, как Киар шагнул ко мне и привычным жестом, словно делал так сотни раз до того, помог освободиться от верхней одежды.

– Магистр, эта ваша знакомая тоже не из болтливых? – сделав вид, будто вовсе не смущена этой небрежной галантностью, тихо спросила я.

– Спешу огорчить: она крайне болтлива, – отозвался он, аккуратно пристраивая мое пальто на спинку одного из кресел.

– Зачем вы привезли нас в колыбель сплетен? – охнула я.

– Девушкам нравятся здешние платья.

– А вы, значит, в этом неплохо разбираетесь? Что она подумает?

Рэнсвод хотел что-то ответить, возможно, в своей обычной манере заявить, дескать, никому и ничего не обязан объяснять, но не успел – панель снова раскрылась. В примерочный зал вернулась хозяйка ателье с парой туфель в руках. Следом за ней просеменила молоденькая, моего возраста, модистка с ворохом разноцветных нарядов.

За дверью, обтянутой стенной тканью, а потому неприметной, пряталась гардеробная с большим зеркалом в человеческий рост. Шустрая помощница развесила платья и удалилась. Переодеваться мне помогала сама Мэйри.

Смущаясь под ее пристальным взглядом, я неловко разоблачилась и осталась в исподней сорочке из тонкого полотна, едва прикрывающей колени. Женщина посмотрела на мое отражение в зеркале и улыбнулась тонкой улыбкой:

– Я не ошиблась: под неприметным футляром прячется прекрасная фигура.

Почему-то стало обидно, что симпатичное клетчатое платье с белым воротничком, между прочим, удобное и немаркое, обозвали футляром. Хорошо, не саркофагом.

Она помогла мне влезть в алое кружевное чудо с широкой юбкой и начала ловко застегивать на спине незаметные крючки.

– Так, говоришь, ты племянница Киара?

– С чего вы решили? Магистр Рэнсвод мне вовсе не родственник, – усмехнулась я и нахально встретила ее взгляд в зеркальном отражении. – Я работаю его помощницей.

– Неужели? – хмыкнула Мэйри, стараясь скрыть зудящее любопытство.

– Он мой бывший преподаватель, поэтому согласился взять на испытательный срок. Вы не представляете, как сложно в Но-Ирэ найти хорошее место, где с девушкой из приличной семьи точно не случится никаких неприятностей… Если вы понимаете, о чем я говорю.

Я многозначительно изогнула брови, дескать, мы обе знаем, какие опасности поджидают юных выпускниц за дверьми в дорогие особняки.

– Прекрасно понимаю, – улыбнулась она и, застегнув последний крючок, отошла на шаг. – Готово.

Я впервые в жизни надела платье, измененное с помощью магии, и с восторгом следила за преображением. Если сначала казалось, будто его сняли с чужого плеча, то теперь оно сидело идеально, точно сшитое по моей мерке.

Кружевной корсаж стягивался на груди. Юбка сужалась, аккуратно ложились жесткие складки. Длинные рукава укоротились, открыв запястья. На ногтях появился алый лак, а на губах – карминовая помада. Даже ресницы почернели и стали длиннее, отчего перед глазами неожиданно появилась непривычная пелена.

– Обувь. – Мэйри протянула пару на высоком каблуке.

Пришлось усесться на скамеечку у стены и стянуть ботинки. Туфли оказались великанского размера, но, стоило в них утонуть, как колодка подстроилась строго под ступню, а кожа поменяла цвет из невзрачно-сероватого оттенка в феерично-алый, точно под наряд. Обычно я избегала высоких каблуков, а если отвертеться не удавалось, то приходилось бороться с дурацким ощущением, будто земная твердь уходит из-под ног. Однако в магических туфельках было комфортно, как в домашних тапочках.

– Пришло время для демонстрации, – объявила Мэйри и открыла дверь.

Я подхватила подол и, чувствуя себя невообразимо красивой, легко выпорхнула из примерочной в зал. Рэнсвод сидел в кресле, читал утреннюю газету, словно пытался обнаружить в ней свежие новости. На столике дымилась чашечка кофе.

– Смотрите, магистр! Такой сочный красный цвет! – звенящим от восторга голосом позвала я. – Чудесное платье!

– Нет, – проронил он, даже не оторвавшись от чтения.

– Вы не взглянули, – буркнула я.

– Следующее, – словно мы стояли в очереди за жареными пирожками, скомандовал он, не потрудившись перевести взгляд от газетной колонки.

Я моментально сдулась, как воздушный шарик, и пошлепала обратно в гардеробную.

– Куда ты должна его сопровождать? – помогая мне раздеться, уточнила Мэйри.

– Никуда, – не теряя ни на миг бдительности, отозвалась я. – Участвую в конкурсе на звание Лунной Девы.

– Тогда попробуем что-нибудь поскромнее, – предложила она.

– Белое! – второй раз выйдя в примерочный зал, объявила я, словно Рэнсвод мог запутаться в колере и принять праздничный белый за похоронный черный.

– Аккурат на постриг в монахини, – прокомментировал он, бросив короткий взгляд на белое кружевное платье с высоким жестким воротником.

– Оно не похоже на монашескую рясу! – возмутилась я. – А от макияжа можно вообще отказаться и выбрать другой по каталогу.

Он все-таки потрудился присмотреться и согласно кивнул:

– Вообще, ты права.

– Видите! Я похожа на принцессу.

– Если принцесса одета в саван.

Я почувствовала, как меняюсь в лице, и промаршировала обратно в примерочную. Вышла оттуда в шикарном наряде глубокого синего цвета с вышитой серебристыми цветами юбкой. На лице был вечерний макияж, на ногтях появились блестки.

– Вычурно и дешево, – резюмировал он.

– Вы так пошутили? – Я приблизилась к нему и зашептала, надеясь, что хозяйка ателье расслышит, по крайней мере, не весь разговор: – Уверена, что платье стоит, как два крыла драконовой химеры.

– Но выглядит дешево, – спокойно ответил он и спрятался за газетой.

Следующий наряд, по мнению Киара, подходил только для притона. Еще в одном, на его взгляд, я больше всего напоминала умертвие. Хотелось снять с ноги туфлю и швырнуть ему в голову. В доказательство, что я очень даже живая. Все удовольствие от примерки испоганил. Злыдень!

– Ладно, – процедила я и вернулась в гардеробную, сердито стуча каблуками.

– Он никогда не был придирчивым, – искренне недоумевала Мэйри, позабыв про любопытство. Или просто решила, что все равно не сумеет разузнать ничего скандального.

– Просто он сдерживался, – буркнула я, влезая в очередной наряд из шелка пудрового цвета на тонких бретелях и с кружевными крылышками.

Плечи прикрыла золотистая невесомая паутинка, но руки оставались обнаженными. Грудь подчеркивал узкий вышитый лиф, юбка льнула к ногам. На лице появился естественный макияж, а концы волос завились легкими локонами и начали лезть в глаза.

– И снова мы с платьем! – Я поднялась на подиум и тряхнула непослушной гривой, стараясь убрать пряди с лица. – Что скажете?

Рэнсвод поставил чашку с кофе на блюдце, повернул голову и замер. Взгляд стремительно потяжелел и похолодел. Возникла странная нервирующая пауза.

– Плохо? – уточнила я, огладив нежную ткань ладонью.

Киар сидел неподвижно, молчал и смотрел. Я чувствовала себя бабочкой, нанизанной на иголку. Тело переставало слушаться, в затылке появилось противное ощущение, будто шея стала мягкой и голова мелко трясется. Безусловно, она не тряслась, но эта неприятная дрожь вызвала желание потупиться.

– Согласна, платье слишком открытое.

Я подхватила подол, чтобы спуститься с подиума и вернуться в примерочную. Хотелось верить, что хозяйка сможет подобрать еще парочку вариантов, чтобы не как для притона и не слишком вычурное.

– Стой! – резко приказал Киар, заставив меня замереть, как мага-первогодку перед военным генералом. – Его.

– Что? – моргнула я.

– Мы возьмем это платье.

– Вам оно нравится! – обрадовалась я.

Пронизывающий взгляд остановился на моем лице где-то в районе сомкнутых губ, подкрашенных магией полупрозрачным блеском.

– Тебе идет, и оно не красное.

В особняк на Стрэйн-Лейн мы возвращались в таком глубоком молчании, словно не платье выбирали, а отпевали безвременно почившую любимую рыбку Киара. Понятия не имею, отчего у него в одночасье испоганилось настроение, но оказаться с угрюмым Рэнсводом в замкнутом пространстве было удовольствием не для слабонервных. Пусть именно на нервы я, в общем-то, никогда не жаловалась, все равно хотелось выпрыгнуть из салона на улицу и пройтись до дома пешочком.

– А можно остановиться здесь? – почему-то шепотом, словно за громкий голос меня отругают, спросила я. – Прогуляюсь перед сном на свежем воздухе.

– Нет. Идти одной опасно.

– Как скажете, – вздохнула я и мрачно подумала: «Извините, что вклинилась в ваше глубокомысленное молчание».

В дом мы входили так же, не нарушая этого упорного молчания. Скажу больше, Рэнсвод избегал смотреть в мою сторону, словно там, в примерочном зале, на что-то сильно разозлился. Я судорожно вспоминала, сколько раз поблагодарила за платье, и мысленно насчитала не меньше пяти. По-моему, достаточно, чтобы выразить размер благодарности Нетайному Чародею за дорогой подарок.

– Доброй ночи, София, – бросил он безжизненно-холодным тоном и начал подниматься по лестнице.

– Магистр! – позвала его в спину.

Он обернулся, держась за перила. Взгляд остановился на мне.

– Я слушаю, – поторопил он.

Спрашивать, что стряслось, мигом расхотелось.

– Спасибо за подарок, – снова поблагодарила я. Как говорится, благодарности много не бывает.

– Пожалуйста, – сухо отозвался он.

На следующее утро я хотела выяснить, изменилось ли его настроение, но не сумела. Он или просто сбежал из дома, или сбежал потренироваться на холоде. Времени на выяснение не было. Поспешно собравшись, я умчалась в академию на практикум по высшей магии. И мне стоило тревожиться не о заскоках Рэнсвода, а о том, придет ли мой партнер на занятие, но в мыслях крутился один магистр с этим его изменчивым настроением.

Я практически убедила себя, что придется пристроиться третьей к Альме и старосте, но Берт был в зале. Прихлебывая из термоса какой-то напиток, стоял в компании парней и заразительно смеялся над чьей-то шуткой.

– Как он собирается заниматься после знахаря? – выгнула бровь Альма, озвучив мои мысли.

– Хотелось бы мне знать, – тихо согласилась я, предчувствуя, что снова окажусь в коридоре, но теперь из-за партнера.

Пока мы пристраивали сумки на полку, широкими шагами он пересек зал и остановился рядом с нами.

Альма мигом ретировалась:

– Пошла-ка я к своему старосте, а то стоит, бедняжка, как неприкаянный.

Тот и впрямь недобро зыркал в нашу сторону. За практикум на троих он потребовал от меня в безвременное пользование конспекты по бытовой магии, а теперь, пролетев, как драконова химера над пустыней, был весьма недоволен. Даже больше, чем от идеи превратить пару в трио.

– Кстати, Берт, тебя сняли с турнира за прогулы, – все-таки съехидничала подружка. – Тренер с утра орал как потерпевший.

– Переживет, – равнодушно бросил тот.

Едва Альма отошла, как он оперся ладонью о полку над моей головой и с белозубой улыбкой проворковал:

– Знаешь, что я заметил, моя умница? Ты никогда не приходишь здороваться первой.

– Привет, – поспешно вымолвила я.

Полагаю, он ждал чего-то погорячее единственного пророненного слова. Взгляд блуждал по моему лицу.

– Ну привет, умница-скромница.

– Думала, ты сегодня тоже не появишься.

– Я не имел права второй раз подставить своего партнера, – лениво протянул он. – Это было бы подло.

В первый раз тоже было не очень красиво, но я предпочла оставить ценное мнение при себе. В зал вошел магистр Сэт. Воркование пришлось прекратить и встать вместе со всеми в центр зала. После коротких приветствий и напутственных речей нас благословили на практику.

Я стояла напротив Финиста и с напряжением ждала, что будет дальше. Но он спокойно сжал кулак и призвал магию! Слово «удивление» явно не отражало всей глубины моего потрясения, когда на его раскрытой ладони засветилась полупрозрачная сфера.

– Вперед, партнер! – подбодрил он, подбрасывая шар в воздух.

Магия парня не обжигала, как у Сэта, но и не обволакивала, как у Рэнсвода. От осторожного прикосновения кончиками пальцев шар затрещал разрядами и лопнул, точно большой мыльный пузырь. К моему заклинанию Финист и вовсе не сумел прикоснуться, с шипением отскочил, словно магия его ужалила, как ядовитая змея.

– Попробуем еще раз. – Он встряхнул обожженными руками и размял шею, словно вышел в турнирный круг.

Это был полный провал, растянутый на два часа! В плане магии мы не продвинулись друг к другу ни на крошечный шажок. Пытались держаться за руки, но способ Киара совершенно не работал с Финистом. Сложили ладони одна в другую, чтобы вырастить общий шар, и только постояли как дураки с дымящимися пальцами. Магия северянина плевалась искрами, моя исходила жиденьким дымком. Выглядело так, словно два неудачника пытались на ладошках развести костерок, но уголька не хватило. Видимо, проблема заключалась все-таки в ручках, заклятия создающих, а не в замечательных способах.

Первородный огонь злился внутри, неистовствовал и не желал принимать незнакомого партнера. Да и чужая сила древнему дару не отзывалась. Я чувствовала, как кровь закипает, потом леденеет и снова по кругу. К окончанию двухчасовой пытки стало ясно, что нужно нестись в Стрэйн-Лейн, теряя на ходу ботинки, иначе день закончится паршиво. Если потороплюсь, то еще и к окончанию перерыва успею вернуться!

Едва прозвонили академические часы, я бросилась к полкам с вещами. Полагаю, от неожиданной прыти обалдел не только Финист, но и Эйван Змей.

– Ты в столовую, что ли, так торопишься? – хохотнула Альма, нагнав меня в дверях.

– Съезжу к магистру и вернусь, – быстро проговорила я. – Ему надо дать… снадобье.

– От чего? – изогнула подруга брови.

– От всего! Он такой дряхлый, что ни одной пилюлей не исправишь, но попытаться стоит.

Господи, София, что ты несешь? Предки Сатти только что всем конклавом закатили глаза! А их праправнучка, глядя на меня, с подозрением уточнила:

– У него разве домашнего лекаря нет?

– Есть, но я сегодня за главную! К концу перерыва буду.

Извозчик так проникся моей просьбой ехать побыстрее, что несся как угорелый. В салоне случилась болтанка, точно в корабельной каюте во время шторма. Я ездила туда-сюда по лавке и искренне жалела, что попросила этого рискового дядюшку подождать и вернуть меня в академию.

В страшный момент, когда мы подпрыгнули на колдобине, в ушибленную о жесткую спинку головушку пришла крамольная мысль. Может, бог с ней, с бытовой магией? Потом как-нибудь отработаю, если останусь живой.

В общем, до особняка мы домчали со скоростью драконовой химеры, спасающей ценную шкуру от охотника. Поклявшись вознице, что управлюсь за пятнадцать минут, я бросилась к воротам особняка. Споткнувшись на пороге, ворвалась в холл и резво кинулась наперерез кошке в гостиную… В доме были гости. Вернее, гость, седовласый импозантный мужчина. И, судя по выразительной паузе, мое появление, по грохоту сравнимое со вторжением северных варваров в осажденный город, прервало серьезный разговор.

– Здравствуйте, – пролепетала я и нервным жестом пригладила вздыбленные волосы.

– Что ж, господин Рэнсвод, пожалуй, мне пора. Подумайте над моим предложением. Я буду безмерно счастлив видеть вас в Ос-Арэте.

Визитер поднялся с дивана, Киар встал следом.

– Не провожайте, господин Рэнсвод, – коротким жестом велел он и бросил на меня улыбчивый взгляд: – Похоже, у вас срочное дело. Всего доброго, юная леди.

Я смущенно подвинулась в дверях и кивнула:

– До свидания.

– Бытовая магия? – изогнул он брови, видимо, оценив академическую зеленую мантию. – И вы хороший бытовой маг?

– Будет отличным, – вместо меня ответил Рэнсвод. – Предложите ей стипендию в вашу магистратуру. Думаю, госпожа Грандэ заинтересуется.

– Это еще одно условие? – подняв брови, хмыкнул господин.

– Если желаете, – сдержанно согласился Киар.

– Что ж… – Гость залез во внутренний карман и вытащил серебряную визитницу. – Пришлите мне рекомендательное письмо от куратора, госпожа Грандэ.

Чувствуя себя, прямо сказать, очень странно, я забрала карточку. На бархатистой плотной бумаге было выведено имя и должность. В наш дом заглянул ректор академии магии Ос-Арэт.

В моей карте мира он находился на том же недоступном континенте, где проживал король. Когда точно знаешь, что такие люди существуют, но не рассчитываешь когда-нибудь с ними столкнуться нос к носу.

– Спасибо, господин ректор, – пролепетала я. – Но я только заканчиваю четвертый курс.