Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Утром отстоял свою очередь в столовой, закинул несложный завтрак в себя, и отправился в Совет. Уж очень меня распирало узнать, что происходит, и понять, что будет теперь дальше. Мне надо искать жену, и мысль о том, что я в последнее время к этой цели не приблизился меня просто раздражает. Хотя, если разобраться, то все, чем я занимался в последнее время так или иначе способствует воссоединению нашей семьи. Нашел безопасное место, ну или относительно безопасное. Вооружился, получил почти что работу, нашел напарника и товарища, и даже подобрал себе машину под стать нынешней ситуации. Так что всё не так и плохо, только вот очень медленно. И я понятия не имею, в какой ситуации сейчас Аня – может у неё каждый день за десять идет, пока я тут виски пью. Нет, надо ехать, смотреть и искать. И я почти уверен, что знаю, как это сделать.

Дошел до Совета, только зашел вовнутрь как был практически сразу перехвачен тем самым клерком, который встретил меня в вестибюле вчера. Мы поднялись на самый верхний этаж здания, где я раньше никогда не был, и зашли в красивую переговорную комнату, одну стену которой составлял аквариум, теперь совершенно пустой и достаточно неопрятный, другая стена была глухой, ну а на торцевой стене красовался характерный для таких помещений экран для проектора.

Посреди комнаты стоял большой овальный стол коричневого цвета, с красивыми массивными стульями вокруг. На столе была разложена карта, над ней хлопотал мэр, его заместитель фрау Шмидке и ещё двое мужчин, которых я видел впервые. Один из них очень живой, лет сорока пяти – пятидесяти, маленького роста, с заметной лысиной, седыми висками и быстрыми карими глазами. Второй намного моложе, лет тридцати от силы, высокий, чуть ниже меня, стоял и не отрываясь смотрел на карту на столе. При моем появлении только глянул в мою сторону, кивнул на приветствие, и снова стал искать что-то взглядом на карте.

–  Приветствую, герр Кранц. С возвращением! Простите, что не встретил вас вчера, были очень срочные дела. Я беседовал с майором, он мне уже вкратце рассказал о том, что вам удалось обнаружить, и я хотел сказать, что это очень важно – и информация о продовольствии, и информация о бандитах. Конечно, я буду рад выслушать лично вас.

Я изложил результаты нашей поездки, без лишних подробностей, но не забыв добавить и то, что нам пришлось немного пострелять. Сказал, что мы нашли новую машину для рейдов, и поставили ее на стоянку. Спрашивать, можно ли ее оставить, счел ниже своего достоинства, да и никто не возражал. Рассказал про вертолетное поле так же, правда не вызвав этим ни у кого интереса – летать тут явно не планировали. Меня слушали все очень внимательно, ни разу никто не перебил. Даже почувствовал себя важной персоной к концу доклада.

–  Спасибо. Скажите, а на подъездах к базе… Вблизи Блуденца, во время вашего возвращения, вы ничего и никого не замечали? – это спросил мэр, но ответ на вопрос явно интересовал всех в комнате.

–  В общем нет, никого. На автобане, возвращаясь назад, мне показалось, что я заметил движение, вроде как машина, но уходящая в сторону от города, в сторону Лихтенштейна. Правда, сколько я не смотрел потом, ничего так и не обнаружил. Может показалось, тут я не уверен.

–  А во сколько это примерно было?

–  Примерно в четыре-пять часов вечера. Ближе к четырем все же, наверное. Но повторюсь, я не уверен, что вообще что-то видел.

–  А можете на карте примерно показать, где это было?

Я показал на карте выезд на бан, на котором то ли видел что-то, то ли нет. Все присутствующие таинственно переглянулись, но мне ничего не сказали. Эта военная подготовка бульдогов под ковром меня начинала уже раздражать.

– Теперь может быть вы мне расскажете, что вообще происходит?

– Герр Кранц, мы сейчас с вами побеседуем, только я провожу наших друзей, с вашего позволения.

Мэр вышел из кабинета, следом за ним вышли оба мужчины. Фрау Шмидке выглядела довольно уставшей, а может просто расстроенной, и сейчас присела на стул, и прикрыла глаза.

–  Что-то случилось, пока мы выезжали?

–  И да, и нет. Сейчас придет Штефан, и все вам расскажет. – Я даже не сразу сообразил, что она о мэре. Интересно, они в отношениях, или просто так сработались вместе, что называют друг друга по имени?

Мэра пришлось ждать недолго – он вошел через несколько минут. Остановился у карты, посмотрел на меня, о чем-то подумал, потерев виски руками, и начал рассказывать.

–  Мне не хотелось бы скрывать от вас важную информацию, тем более что вы к ней можете иметь вполне реальное отношение. Но так же мне не хотелось бы, чтобы вся информация, которую вы получите тут, вышла бы за пределы этого кабинета. Это касается даже вашего напарника. Я хорошо разбираюсь в людях, и почти уверен, что вам я могу доверять. Ключевое слово “почти” – вы хорошо себя проявили на разведке, но всё равно мы слишком мало знакомы. Такая вот двойственная ситуация. Мы понимаем друг друга?

–  Абсолютно. – я решил не клясться на Библии, и не мешать ему говорить. Раз он сам решил мне доверять, то пусть так оно и будет. Я никого за язык не тяну, и в вечной дружбе не клянусь.

–  У нас есть подозрения, даже по сути уже доказательства, что за нами наблюдают. За нашей базой. Пока мне сложно сказать, с какой целью и кто, но наблюдают весьма пристально и серьезно. Про перестрелку ночью вы уже слышали, тогда патруль этих наблюдателей спугнул, но не захватил. Вчера, как раз перед вашим возвращением, машина с подозрительными людьми была замечена опять. Мы попытались захватить их скрытно, живыми, но не удалось – машина ускользнула перед самым нашим появлением. Если мысль, что вы ее и видели, когда возвращались.

–  В принципе, это ещё ни о чем не говорит. База большая, вы не скрываетесь, вполне возможно, что за вами наблюдают. Наблюдение само по себе факт конечно подозрительный, но открыто никто своей вражды не показывал же, верно? – я сам не знаю, зачем все это говорил, потому что на месте мэра я бы принял такое вот тщательное наблюдение за своей базой как акт агрессии.

–  Понимаете, наблюдают скрытно. Я не вижу в этом ничего дружелюбного. Мы именно что не скрываемся, и никому не запрещено приехать и поговорить с нами. И та перестрелка ночью, с патрулем – она тоже была не актом доверия. наши военные стреляли не на поражение, а предупреждали сперва.

–  Согласен с вашей точкой зрения, на самом деле. И какие у вас есть на этот счет идеи?

–  Мы выставим скрытые посты уже своего наблюдения, на направлении, откуда возможно приходят наши гости. Как раз те люди, которых вы тут видели, будут этим вопросом заниматься. Это целиком и полностью наши люди, я им доверяю на все сто. Кроме того, очень важным становится обследовать Ау и окрестности: у военных есть подозрение, что именно там и есть база бандитов. Сейчас вот будем думать, как это сделать. Еще и продуктовый, это тоже очень важно, но совершенно пока непонятно, с чего начать, чтобы не спугнуть или наоборот, не спровоцировать банду. Если вообще это банда, разумеется.

Он закончил речь и выдохся, вопросительно глядя на меня. А у меня было пару соображений.

–  Хочу уточнить, сразу несколько моментов. Во-первых, вы согласовали выставление поста с военными?

–  Нет, пока нет. Я не хочу их везде вмешивать. Это чисто наша инициатива, военные тут не при чем.

–  А вы не боитесь, что ваших людей банально расстреляет патруль, если увидит? Что их примут за бандитов? И потом – вы меня извините пожалуйста, но у меня сложилось такое ощущение, что тут все “наружные” операции надо согласовывать с военными, иначе могут быть проблемы.

–  Проблемы и так есть. Мы уже устали от этой бюрократии немного, это только наблюдательный пост. Я вашу мысль уловил, но позвольте мне остаться при своей позиции.

–  Разумеется, вы же мэр. Но также, нельзя списывать со счета мысль, что у бандитов может быть свой человек тут, на базе. Уж больно ловко они уходят от вас.

–  Мы думали об этом. Исключать нельзя, но… как-то невероятно. Если у них есть человек тут, зачем им наблюдать? У них и так тогда полно информации о нас.

–  Наблюдать, посмотреть своими глазами со стороны всегда важно. Я вот например даже не знаю, как всё обстоит снаружи базы, откуда лучше напасть, куда лучше отходить. И свой человек внутри такую информацию дать не сможет.

–  Вы полагаете нам надо ждать атаку? Какой вообще смысл нападать на базу?

–  Я не знаю, я лишь предположил. Зачем вообще наблюдать, неужели просто из любопытства? Смысл атаки есть всегда: припасы, оружие, люди. Психам вообще смысл не нужен, если что. По продуктовому магазину – что говорит Майр?

–  Майр хочет занимать магазин как можно скорее. – поморщился мэр. – Ему не терпится поиграть в войнушку.

–  В этом есть логика, потому что из магазина с какой-то регулярностью ввозят продукты. И ждать долго это значит терять припасы. Но если магазин сейчас под контролем банды, то захват его их каким-то образом спровоцирует, и тогда мы могли бы это увидеть, если были бы неподалеку.

–  Вот именно – неподалеку. Вы говорите, дорога на Ау перекрыта, надежно. Пойдете пешком через горы?

–  Нет, я предлагаю объехать вот тут, – я подошел к столу и показал на карте, – через Цюрс и через Варт. Это крюк, но зато есть шанс, что та дорога не перекрыта – она вообще не очень популярная. Если мы подъедем туда заранее, до захвата магазина, и расположимся там, то сможем наблюдать окрестность, и увидим, если возникнет какое-то движение. Вызываюсь добровольцем туда, с напарником.

–  Хмм… А если и та дорога перекрыта?

–  Попробуем пробраться все равно. Там вообще горная дорога, перекрыть легко, но и обойти можно, даже пешком. И потом, вряд ли они одинаково ждут гостей со всех сторон. Даже если нам не удастся ничего рассмотреть, все равно операция не пострадает, магазин так и так Майр возьмет, как я думаю. Надо просто уговорить его дать нам шанс добраться туда и закрепиться там на наблюдение.

–  Майра трудно убедить в чем-то, что не он сам придумал.

–  А вы попробуйте. Готов тоже попробовать.

–  Надо подумать. Как-то все стремительно развивается в последние дни. Давайте встретимся все, тут же, сегодня. Скажем, в восемь вечера. Я постараюсь вызвать Майра, пусть выскажет свое мнение.

–  Договорились. Это все?

–  В смысле? Вечером детали обговорим…

–  Нет, в смысле – это все, что вы хотели мне рассказать? – я внимательно посмотрел в глаза мэра, потом на фрау Шмидтке.

–  Пока – да. Пока это все. Я уже говорил, что почти уверен, что вам можно доверять. Но это не означает, что вам необходимо знать всё. – мэр выдержал мой взгляд, и то, что он не начал врать в открытую, мне понравилось.

–  Вы же понимаете сами, что лишних знаний не бывает. Мы все тут как бы пытаемся выжить, и обеспечить выживание большой группы людей.

–  Верно. И я очень ценю вашу помощь. Вы и так знаете куда больше, чем большинство людей на базе. Не спешите, герр Кранц. Всему свое время.

–  Я вас понял. Только никто не знает, сколько времени реально у нас есть, и когда какое время придет. Тогда до вечера, подойду сюда к восьми.

–  До встречи.

Вот так. Мне почти открытым текстом сказали не совать свой нос в чужие дела, а в формулировку “всему свое время” я с детства не верю.. Всё это впрочем было очень ожидаемо. Мэр явно неплохой человек, но ему приходится сложно – с Майром они уверенно на ножах, причем все ножи у Майра, а у мэра только плохое настроение. Вокруг базы твориться что-то смутное, плюс ещё какие-то секреты, какие-то выезды на несколько дней… Ладно, для разборок действительно будет свое время, а сейчас мне главное получить свой официальный “билет” в Цюрс, на разведку. И уж надо хоть на части порваться, но убедить майора дать нам эту миссию. А если его убедить не получится, то надо будет убедить мэра отправить нас скрытно, похоже ему начинает нравиться что-то делать без ведома военных. Правда, это означает поездку без оружия и с непонятно откуда взявшимся топливом, но я даже на это готов, в крайнем случае.

А магазин продуктовый надо брать, и брать быстро – тут я полностью поддерживаю военных. Поставить там сменный пост, и назначить конвои с продуктами, пока не вывезем все. Может, бандиты ещё не сразу узнают, что их склад уже не их склад, может вообще все получится вывезти тихо, в чем я лично очень сомневаюсь. А значит, операцию надо делать завтра, утром, рано. А нам выезжать чуть ли не ночью, на что я не подпишусь, так как свет фар на бане будет виден сейчас даже с Луны, наверное. А вот на самом рассвете, часиков в полшестого надо ехать.

Размышляя о политике и тактике дошел до дома, стукнулся в квартиру Джонни. На мое удивление, никто не отозвался. Ну, значит скорее всего у своей девушки, занимаются здоровьем. Ну и пусть занимаются, хоть и завидно, конечно. Есть тут на Базе симпатичная Элизабет Фишер, с которой просто надо поддерживать дружеские отношения, разумеется – из чисто политических целей, объясни я своей совести. Совесть мне не поверила, несмотря на то, что это было по большей части правдой – Элизабет явно знает или видит больше, чем знаю и вижу я. И её дядя из Совета, который выезжал на какую-то встречу, познакомиться бы с ним. Вот у него точно должно быть куча всего интересного, только вот с чего бы ему мне все рассказать? Ладно, это все стратегия не на ближайшее время, хотя с Элизабет поговорить можно и даже нужно. Да, надо будет найти ее, все равно сегодня делать до вечера нечего, только терзаться в сомнениях и догадках.

Дома было решительно скучно. Пошел слоняться по городу, смотря по сторонам, и по прежнему не наблюдая ничего странного или необычного. Дошел до Совета, поднялся к Элизабет – у её двери сидело человека три, и явно кто-то был внутри, потому пока она точно занята. Что бы не идти опять гулять по улицам, решил обойти периметр, посмотреть как он выглядит со всех сторон базы.

Обход периметра занял свое нешуточное время, особенно учитывая то, что шел я неспешно, внимательно глядя на пограничную зону. Забор ставили как где, в одном месте преградили выходы на площадь от стенки до стенки крайних домов, и вся пустая сейчас необжитая площадь, на которой пылились несколько фургончиков продавцов мороженого и сладостей, отлично просматривалась из-за забора. Где-то забор примыкал к глухим стенам строений, в одном месте он шел параллельно большому зданию, метрах в пяти от того. Если хорошо прыгнуть из окна второго этажа, то можно попасть на базу, как я думаю. Правда, забор вокруг базы можно преодолеть и не прыгая, ни колючей проволоки, ни особо большой высоты – забор метра три, сетчатый. Можно вообще минут за десять кусачками прорубить себе проход. То есть, защита периметра скорее условная, обозначенная, и руководство больше полагается на патрули военных и на размер базы – кто будет нападать на такую махину. А если подумать, то именно на такие крупные объекты нападать легче всего, причем чем громче, тем успешнее: посеять панику, вызвать хаос, быстро взять что нужно и уйти.

Проблема в том, что то, что могло бы быть кому-то нужно, находится в самом центре базы, и наверняка дополнительно охраняется. Вот для таких сведений я бы и использовал “внутреннего” человека. Как охраняется, где слабые места, где лучшие маршруты подходов и отходов. Маленькие рации работают, на небольшом расстоянии общаться можно. А если человек ещё и умеет незаметно выходить из города и входить в него, то он и дружков вовнутрь может привести, и немало – людей много, никто не опознает “своих” и “чужих” – браслеты на руках не у всех на виду.. В таком случае задача упрощается в разы: отвлечь внимание с одной стороны, отщипнуть то, что нужно, с другой. Осталось только понять, что же бандитам может быть нужно. Вряд ли просто еда – еды можно найти в округе много, наш первый выезд это наглядно продемонстрировал. Тогда что? Оружие? Это к военным, это не сюда. Каких-то специальных людей? Которые типо что-то знают? Глупо как-то, зачем они… Или тут на базе есть ещё что-то, о чем мне не известно? Нет, надо находить каналы информации, а не гадать и ждать, когда рядом рванет граната, и я даже не буду знать, куда бежать и что делать.

В Совете был уже к половине восьмого, просто потому что кроме ужина (на который у меня все равно небыло талона, так как сегодня было воскресенье, а новые талоны действовали только с понедельника) делать мне было совершенно нечего. Джонни я так и не встретил, что даже заставило меня встревожиться. Так бы хоть занял себя стиркой, но стирать было нечем, потому стирку пришлось отложить на неопределенное время. Надеюсь, что с Джонни ничего не стряслось, и он просто загулял. Если все получится как я задумал, то завтра в путь, и мне уже даже неохота ехать одному – привык я что ли к обществу своего напарника. А вообще надо бы набрать батареек побольше, и договориться о более-менее регулярных сеансах связи по рации. Все последние события и мысли старательно наводили меня на тему того, что на базе рано или поздно все равно что-то случится.

Без нескольких минут восемь пришел мэр Хольцбауэр и фрау Шмидке, попросили меня зайти. Мэр сообщил, что должен прийти майор, и что уговорить его поучаствовать в наших переговорах было неимоверно сложно. Насколько я понял, план майору мэр пока не рассказал, хочет посмотреть на первую реакцию. Что ж, разумно.

Майор ворвался в кабинет без стука минут через десять, ни с кем не поздоровался, и сразу спросил, какого черта нам всем от него надо. Был он в сопровождении молодого и очень строго державшегося солдата, оба были вооружены.

–  Герр Майр, у нас есть план по разведки Ау, и мы хотели бы согласовать его с вами. – мэр старался говорить спокойно, подбирая слова. – Есть мысль, что к Ау возможно подобраться вот отсюда, с востока, через Цюрс. Наши разведчики готовы выступить и занять там наблюдательную позицию. Когда вы захватите магазин, бандиты об этом рано или поздно узнают, и должны будут сообщить своим – если, конечно, их база действительно в Ау. В таком случае наши наблюдатели смогут проследить продвижение соперника, и если надо – предупредить ваших солдат.

–  Мне не нужны данные вашей разведки, как и ваша помощь. Это будет военная операция, и гражданские нам будут только мешать.

–  Мы и не претендуем, хотя именно наши гражданские – мэр выделил “гражданские” интонацией, – этот склад и нашли, и разведали его. Мы просим вас только скоординировать действия, то есть позволить нашему патрулю занять позиции, и только тогда начинать операцию. Ну и связь с вами, в случае чего.

Майр смотрел на карту. Мэра он за человека не считал, но идея была неплохой, и отказаться от неё он мог только если сам уже отправил своих людей на ту дорогу. Если же нет, то мы ему там никак помешать не могли, а вот помочь – пожалуй да. Вот сейчас интересно посмотреть, что победит в главнокомандующем: нелюбовь к мэру или желание подстраховать свою операцию.

–  Операция по захвате склада начнется завтра в десять утра. Позывные и связь для ваших людей, равно как и их оружие, выделят сегодня в десять вечера у нас на базе. Машину ваших разведчиков мы заправим.

–  Прошу вас не забыть нашу просьбу насчет патронов, герр Майр. – встрял в беседу я.

Майор посмотрел на меня как на таракана в собственном супе, ничего не сказал, и вышел из кабинета с той же скоростью, с какой и вошел сюда. Его оруженосец, или кто бы он ни был, вышел за ним, закрыв за собой дверь.

–  Мне порой кажется, что он выстрелит в меня на следующей встрече. – Мэр покачал головой. – Это какой-то бред, нам совершенно незачем делить сферы влияния, а все решения принимаются чуть ли не уговорами и мольбами. Но ничего не поделать.

–  Герр Хольцбауэр, надо провести инструктаж с патрулем, времени нет почти. – фрау Шмидке поднялась со своего стула.

–  Да, да, времени нет. Времени вообще ни на что нет… Да и что там инструктировать, герр Кранц уже лучше нас с вами все знает. У вас есть какие-то идеи или вопросы, герр Кранц?

–  Мы будем выезжать завтра, очень рано, как только солнце встанет. Хочу получить небольшую фору для себя, если доберемся до места без приключений. Нам понадобятся пайки, возможно что на несколько дней – бандиты могут не сразу узнать, что склад захватили, и среагировать с задержкой. Мы постараемся вернуться сразу же, как только узнаем более менее точную информацию о бандитах. Ну или узнаем, что их там нет. Действовать будем по ситуации. Вы мне пока точно ничего больше рассказать не хотите?

–  Мы закончили с вами вчера эту тему. Когда вы вернетесь с этой операции, если все будет успешно, возможно, мы с вами побеседуем ещё.

–  Обязательно побеседуем. Есть ли у вас какие-либо отдельные пожелания?

–  Отдельные пожелания? – мэр глянул на меня вопросительно. – Ннет, главное, чтобы все прошло без эксцессов, и вы вернулись целыми обратно. Магазин Майр так и так возьмет. Если вам удастся как-то вычислить бандитов, то станет легче, конечно – сможем пытаться их контролировать.

–  Вы похоже не очень верите в нашу затею?

–  Я? Нет, не очень.

–  Интересно. А почему? Если всё не так, то зачем же вы так отстаивали нашу идею рейда на разведку?

–  Видите ли, те, кто за нами наблюдает, приезжают скорее всего с противоположной стороны. Я допускаю, что в Ау тоже может быть банда, или выжившие, или ещё кто-то. Но вряд ли это те, кто нам может угрожать.

–  Мы этого не знаем. Любые бандиты могут быть угрозой.

–  Вот именно потому я и хотел вас поддержать, и отправить на эту разведку.

–  Хорошо, прошу вас предупредить чтобы нам выделили пайки, мне ещё через час к военным, и потом отдыхать, завтра рано выезд.

–  Я распоряжусь. Завтра с пяти утра вас будут ждать у ворот, проводят на стоянку.

–  Спасибо. И удачи всем нам.

–  Удачи. – Мэр подошел ко мне и пожал руку, крепко. – Возвращайтесь с хорошими новостями, и не геройствуйте там.

–  Обязательно. Ну, какой из меня герой? – улыбнулся в ответ я.

На военной базе вечером все было лаконично, быстро и без предварительных ласк: мне выдали выдали рации, такие же как и раньше. Сообщили позывные, оговорили условия связи. Патроны и оружие получим завтра с утра, как и бензин. На том и расстались.