Текст книги ""Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Остаток ночи прошел спокойно, никто больше не стрелял, удалось даже в какой-то степени выспаться. Я вчера плюнул на точность, и поставил свои часы на то время, которое показывали часы Сиди. Зато теперь я мог не без удовольствия констатировать, что уже полдевятого утра. Мы с Антоном одновременно вспомнили, что нас просили не опаздывать на завтрак, который в восемь, наскоро оделись и вывалились на мол, щурясь от утреннего солнца. На молу с утра хватало людей. Кто-то был в военной форме Маяка, кто-то был одет «в гражданское». На нас поглядывали, но скорее с любопытством, чем с подозрением. Ну да, людей тут немного, все всех знают, а мы новички. Однако, еда первее всего. Мы быстро дошагали до «столовой», все боковые тенты которой были подняты вверх и образовывали длинный навес, укрепленный парой столбиков. Тут было еще несколько человек кроме нас, наверняка все остальные не опоздали, уже покушали и ушли. На завтрак мы получили небольшой стакан чая, и что-то вроде жареных ломтиков рыбы с горсткой овощей. Не очень для завтрака, но привередничать не приходится. Что интересно, еду подавали на одноразовых маленьких тарелках. Мыть посуду тут явно не старались, про проблемы с пресной водой нам уже не раз говорили.

Мы с Антоном проглотили еду поскорее, запив все это теплым чаем. Да, после побега с базы Санни, на следующий день мне такая еда даже во сне не снилась, принял бы за деликатес. А тут кривлю лицо, вот как меняется все, когда оказываешься в относительной безопасности. После завтрака мы прогулялись до башни, где разговаривали с Сиди, не особо надеясь его там застать, но застали. Он выделил нам одного горожанина, который проводил нас к стоянке для местного автотранспорта. Стоянка примыкала к одной из сторон мола, у самого начала, и ютилась на небольшом клочке каменистого пляжа, совсем рядом с водой. С мола на стоянку вела аккуратная каменная лесенка, въезд же "с улицы" загораживали солидные ворота, явно привезенные откуда-то и выглядящие немного неуместно тут. Так, кроме нашей машины, стояло еще совсем немного других машин, разной степени потрепанности. Мы достали наши сумки, к счастью никем не тронутые. По правилам ношения оружия тут наш провожатый не смог нам ничего сказать, посоветовав вернуться к Сиди с этим вопросом. Ладно, вернемся.

Доволокли наше добро до домика, почти в буквальном смысле доволокли: запчасти весили очень немало. Там я оставил Антона перебирать товар, что будем менять тут, если получится, и что пока оставим, а сам снова пошел к Сиди. Договорились мы с ним до того, что оружие нам принесут в течении часа домой, самим ходить за ним Сиди не разрешил. Он уже явно морщился, снова видя меня, ну да ничего, пусть терпит, раз принял нас. В нашем жилище я прежде всего рассортировал взятую в том автосалоне одежду, взял все куртки кроме одной, которую Антон оставил себе. Мне никакая просто не подошла по размеру, увы. Оставили себе также по несколько маек, остальные менять.

Оружие нам принес военный, не прошло и тридцати минут, мы еще вещи сортировали. Тут тоже все было по честному, ничего не пропало. Автоматы Антон припрятал в нашем доме, нечего с собой тут их таскать, а вот пистолеты мы проверили и взяли с собой. С оружием ходить спокойнее, тут к тому же это не запрещено, даже на завтраке практически у всех при себе был короткоствол. Ну вот, теперь мы готовы к походу на рынок, потешить любопытство. Пошли сразу с вещами на обмен, чтобы не бегать туда-сюда, да и не хотел я много всего в нашем незакрывающемся жилище оставлять. Я верил Сиди, что тут не принято воровать у своих, но у нас тут с Антоном совершенно непонятный статус, и еще надо посмотреть, “свои” мы или нет.

Фундамент несостоявшегося маяка оказался массивным круглым помещением более десяти метров в диаметре, по одной стене которого поднималась спиралью железная лесенка с перилами, ведущая на следующий этаж. В помещении все стены были заняты шкафами, чуть поближе к центру кругом стояли столы, преимущественно пустые, как ни странно. За столами сидели двое мужчин, посмотревших на нас с любопытством. Мы подошли, поздоровались и представились, назвавшись прибывшими вчера вечером из Центра со спецзаданием. Мужчины нам кивнули, никак не обозначив, поверили ли они в нашу версию или нет. Повисла некая пауза, и тут в дело вмешался Антон. Он пояснил, что у нас есть товары на обмен, вызвав сразу неподдельный интерес в наших собеседниках, оказавшихся и вправду местными торговцами. Через минут десять наши товары уже были разложены на столах, и в помещении стоял галдеж, как… как на базаре. Причем я в основном молчал, Антон торговался за нас двоих. Мужики тоже оказались не промах, ну или им просто было скучно и хотелось общения. Куртки им понравились сразу, это было заметно, потенциал был оценен. Майки ажиотажа не вызвали, видимо свои уже были в ходу, а запчасти заинтересовали. Мы стали интересоваться, что есть у продавцов на обмен, и были очень удивлены ассортиментом.

Содержимое шкафов было очень значительным и вполне любопытным. Тут были и брюки, со специальными карманами и уплотнениями на коленях, причем практически на любые размеры. Обувь, правда почти вся на небольшую, стандартную ногу, носки, трусы и майки, в основном явно самодельные, но все равно неплохого качества, выглядели очень добротно. Имелись также шорты, головные уборы, ветровки – почти все явно пошитое тут, с неизменными эмблемами Маяка. Кроме одежды у торговцев оказалась целая куча кобур для пистолетов, ремней для ношения оружия как на поясе так и на плечах, подмышкой, так называемого скрытого ношения, и много ножей с практичными ножнами. Тут же были и часы, и компасы, и даже солнечные очки. В общем, мы провели на "рынке" почти два часа, отдав весь свой обменный фонд в обмен на две наплечные кобуры, две поясных кобуры, два ножа в прочных солидных ножнах, два складных ножа, компас, кучу трусов и носков. Я взял себе две пары длинных удобных штанов, с тройной тканью на коленях и бедрах, и с несколькими карманами на "молниях". Антон взял одни штаны и ветровку. Кроме этого, я получил один очень простой но надежный рюкзак, явно военного образца, вместительный и прочный. В довесок нам подарили каждому по солнечным очкам, которые мы нерешительно повертели в руках, но взяли просто ради приличия.

– 

Скажите, я все не понимаю, зачем вам такой рынок тут? Вас тут мало, кто торгует-то, и с кем? – вопрос меня реально интересовал.

– 

Ну, вот с вами, например. – отшутился один из них. – А если серьезно, то это просто сегодня пусто. Так почти каждый вечер приходит кто-то с рейдов, с заданий, что-то нам приносят. Одежда например всегда нужна, быстро изнашивается. А ее шьют тут наши дамы. Раз в неделю приезжает конвой с Центра, тоже всегда к нам идут. Два раза в неделю французы приезжают, много торгуют. Ну и так, по мелочи, всегда кому-то что-то надо, но почти всегда вечерами. Днем у нас пусто, как сейчас.

– 

Французы? Кто это?

– 

Ну, база около Монако. Она на французской территории, и там действительно много французов. Но и итальянцев хватает, и немцев. Такие, странные ребята.

– 

В чем странные? – я понимал, про какую базу идет речь.

– 

Нууу… – торговцы переглянулись. – на бандитов очень похожи, честно говоря. Или на пиратов. Наши как-то даже застрелили одного из них, он тут чуть все не разнес нам, буйствовал. Здоровый был как кабан, хотели его скрутить, так он двоих наших покалечил. Пришлось стрелять. Думали будет война, а они ничего, сказали "он дурак, сам виноват, все окей". С тех пор остальные приезжают поспокойнее, но все равно мы их опасаемся, да и смотрят они на нас как на добычу, что ли. Правда, они почти никогда не торгуются, берут за ту цену, что им дают.

– 

А чем они платят?

– 

Патронами, в основном патронами. Ну и оружием, немного. Но сам понимаешь, все это идет не нам, напрямую командирам, конечно. Мы оружием и медикаментами не торгуем. А у тех походу с оружием и патронами проблем нет.

– 

Понятно, спасибо за информацию и за вещи.

– 

Вам спасибо, будут еще товары, привозите, с радостью вам на что-то поменяем.

Мы распрощались, и вышли с рынка довольными, наши торговцы тоже расстроенными не выглядели. Поспешили в наш домик, примерять покупки и менять белье наконец.

Это оказалось чертовски приятно – переодеться во все чистое, да еще и после душа. Новые штаны были пожалуй чуть короче, чем хотелось бы, но вполне удобны по ширине. Мы с Антоном подогнали под себя все ремни для наплечной кобуры, примерились несколько раз – удобно, хоть и непривычно. Я после долгих раздумий остановился все же на поясной кобуре для ежедневного ношения, как-то привычнее кажется, хоть Антон и уверял, что наплечная удобнее. Не забыли и обед, который оказался почти братом-близнецом завтрака, только еды дали чуть побольше. Что ж, проживая у моря глупо надеяться, что тебя будут кормить мясом. С Сиди виделись только мельком, он к нам не подошел, ну и я не стал его дергать, если бы у него были новости, он бы о них нам сообщил. Остаток дня слонялись по молу, ошалев немного от безделья. Вечером сели чистить оружие, Антон устроил мне подробный разбор полетов, что, как и зачем, и к концу вечера я знал уже намного больше, чем раньше. В принципе ничего сложного, теперь мог сам спокойно разбирать, и что важно – собирать пистолет. В наше время такие знания точно лишними не бывают. Ночь прошла в этот раз вообще тихо, без стрельбы. А вот спал я плохо, один момент даже подумал, что надо бы пойти гулять, да не рискнул – черт его знает, как на меня отреагирует охрана. Почти до рассвета мучался, а потом естественно заснул так крепко, что Антон меня еле-еле смог разбудить к завтраку.

На завтраке к нам подошел Сиди.

– 

Завтра Центр приедет. Утром, около десяти. Хотят организовать общую встречу, с вами. – без предисловий начал он. – Как мы впрочем и говорили.

– 

Ну и замечательно, а то мы тут как на курорте. Уже не знаем, чем заняться.

– 

Я к вам загляну сегодня вечером. Около девяти, будьте пожалуйста на месте. Надо обсудить детали.

– 

Мы будем. Известно, кто приедет из Центра?

– 

Ну, приедет целый конвой, в том числе и на рынок. Кто конкретно будет на встрече, сказать не могу. Знаю только, что точно будет кто-то из командования. И скорее всего несколько человек. Так что, до вечера.

Сиди пошел по своим делам, оставив нас с Антоном доедать завтрак. Весь день мы прошатались по молу, зашли даже на рынок, но просто поболтать, ничего больше менять мы не собирались. К приходу Сиди вечером мы уже порядком наелись ничего не деланием, особенно в ситуации, когда не от тебя зависит, что будет дальше. Пара дежурных фраз про "ну как у вас дела?", наша демонстрация купленных вещей, все как на дружеских посиделках у телевизора, только самого телевизора нет. Я пытался угадать, в каком настроении Сиди, и мне казалось, что в хорошем. Впрочем, я его слишком мало знал, чтобы быть в этом уверенным.

– 

Хорошо, давайте к делу. – начал наконец начальник охраны. – Начну с позитива: "Белый свет" выражает вам поддержку. Мы считаем, что ваши поступки верны и соответствуют нашим целям и принципам. Так что, союзники у вас уже есть.

– 

Спасибо. Но я так понимаю, есть и негатив? – осторожно спросил я.

– 

Как и почти всегда. – кивнул Сиди. – Центр настаивает на вашей выдачи им, причем они не хотят это обсуждать. В принципе, это с одной стороны понятно, вы, Андрей, приписаны к их базе, да еще и к конвою. С другой стороны, гарантировать вашу безопасность в Центре я на сто процентов не могу. У нас есть конечно там свои люди, но…

– 

Понятно. – чего-то подобного я и ожидал. – И какова позиция "Белого света" на это? Чего вы вообще хотите от этой ситуации, я имею ввиду вашу организацию?

– 

Для вас должно быть важно, что мы на вашей стороне. – ушел от ответа Сиди. – И будем стараться оставить вас тут, у нас. Однако, гарантировать такой исход я вам не могу.

– 

А что, например, будет делать Центр, если мы откажемся ехать с ними? Заберут нас силой? Пристрелят тут, на месте? Мне нужно понимать, какого рода поддержку я получу от вас тут, на вашей территории.

– 

Это сложный момент. Мы конечно самостоятельны и независимы, но тесно сотрудничаем с Центром. При этом мы им формально не подчиняемся. То есть, приказать нам вас задержать и обезвредить они не могут, а вот попросить – могут.

– 

И эта просьба будет фактически равноценна приказу?

– 

Не знаю. У нас еще не было такого прецедента. И если честно, то мне не хочется его создавать.

– 

То есть, вы нас выдадите, когда вас попросят? Я правильно понимаю? Давайте уже начистоту.

– 

Этот вариант я не могу исключить. – упрямо повторил Сиди. Я понял вдруг, что он и вправду не знает, как поступить правильно. С одной стороны надо слушаться Центр. С другой – отдав нас он теряет свою роль в этой игре. – Но я по крайней мере честно сейчас с вами об этом сейчас говорю.

– 

За это спасибо. Ситуация в общем и целом понятная. Не могу сказать, что я в восторге, что нас передадут как товар из рук в руки…

– 

Может и не передадут.

– 

Передадите, передадите, тут у нас сомнений нет. Меня успокаивает то, что первая "волна" информации уже прошла и растеклась вокруг. Я не сильно понимаю, зачем мы вообще нужны Центру, но смысла убивать нас сразу же по выезду с вашего маяка я не вижу.

– 

Я тоже. Правда, ненужно забывать, что в наши дни далеко не все поступки имеют смысл.

– 

Спасибо, успокоили.

Важная часть разговора закончилась. Сиди явно хотел первым донести до нас вероятный исход предстоящей встречи. То ли захотел увидеть нашу реакцию и предсказать возможные проблемы, то ли просто оказался порядочным человеком. В первое верится больше, несмотря на то, что хочется верить во второе. Я ни на секунду не рассчитывал всерьез на то, что нас не выдадут Центру: все эти “может быть” и “не исключаю” были оборотами речи, не более. Сиди возможно даже уже заключил сделку с Центром. Что ж, тогда молодец, ему сейчас о своей базе надо думать, и о своей выгоде. Но я действительно не видел необходимости нас с Антоном просто так пускать сейчас в расход. Секрет, ради которого вся каша заварилась, уже настолько не секрет, что бегает по дорогам. Скорее, в Центре хотят понять, что мы действительно знаем, и откуда. Определить утечку, как говорится. Да и угроза атаки Санни, она все же не призрачная, а самая что ни на есть настоящая. Думаю, что в руководстве Центра совсем не идиоты сидят, наверняка уже знают, кто такой Санни и на что он вообще способен. Я вот не знаю, а они наверняка знают. Так что в моментальный расстрел у ближайшей стенки я не верил. А значит, я попаду "домой". Что ж, тоже неплохо.

Сиди долго у нас не задержался, да и мы его не задерживали. После его ухода я отчего-то принялся Антону рассказывать про уклад жизни в Центре, и так проникся, что доболтали мы с ним до темноты. Ему тоже явно было интересно. Еще бы, ему-то ничего особо грозить не должно. И его большой друг Грюнер там, устроит небось на непыльную должность в жандармерии Базы, а то и в самом Центре. Некоторые моменты быта Центра Антону явно понравились, некоторые не очень. Но в общем и целом он остался доволен рассказом. Ну а что, жизнь в Центре была вполне налажена, и Маяк местами пытался ее копировать, но не те размеры и мощности у этой базы.

Рассказывая Кноллю все ньюансы и детали, я воодушевлялся сам. Головой понимая, что для оптимизма особых поводов нет, и мое воодушевление ничем не обосновано, но ничего не мог с собой поделать, да и не хотел. Иногда полезно просто помечтать. О том, что можно вернуться в собственную "квартиру", на собственную работу. С возможностью сидеть вечерами в ресторанчике, за бокальчиком виски. Да, уже без Джонни, но хотя бы с Антоном, он мужик достойный. Можно купаться в море, загорать в свободное от работы время. Можно сходить в парикмахерскую, или даже в "массажный салон". Можно на выходных читать книги, загорая на крыше дома, или на пляже. Можно ощущать себя в безопасности когда ты не на службе, хотя это и спорно. В общем, можно жить самому, и при этом своей работой еще и помогать жить другим. Не выживать, а жить. Это кажется очень странным, после ночевки в полном пауков сарае, питания консервированными помидорами, и всех моих ранений. Вспомнив про ранения, я непроизвольно дотронулся до своих ребер – странно, но у меня ничего не болело. И уже несколько дней я на самом деле не испытывал серьезных болевых ощущений. Не могли сломанные ребра так быстро зажить, что-то доктор Санни при постановке диагноза напутал.

Когда я отвлекся от своих мыслей, Антон уже похрапывал. Самому хотелось тут же завалиться на подушку, но я пересилил себя, зашел в душ, как мог тщательно и нарочито медленно помылся и переоделся. Никогда не узнаешь, когда в следующий раз попадешь в душ. После этого долго ворочался на кровати – организм отвык ок безделья, и отказывался засыпать. Пришлось помучаться, прежде чем я провалился в сон.

Утром проснулся, сразу глянул на часы. Завел их – надо привыкнуть делать это по утрам. Восемь, еще два часа до встречи с Центром. Антона уже не было, но я знал, что он любит вставать очень рано, потому его отсутствие меня не удивило. Встал, умылся, привел себя в порядок. Мы с Антоном уже собрали все свои вещи по сумкам, Сиди обещал их отправить в нашу машину, если нас заберут. Ближе к девяти пришли одновременно и Антон, и Сиди.

– 

Приехали из Центра уже. Так что можем выдвигаться. – сказал Сиди вместо приветствия.

– 

Очень им не терпится с нами поздороваться. – пробурчал я. – Ну да ладно, не будем же мы гостей ждать заставлять. К тому же, раньше сядешь, раньше выйдешь.

– 

Что? – не понял Сиди.

– 

Ничего, поговорка такая. – отмахнулся от него я.

Переговоры проходили в том самом большом "предбаннике", в самом начале мола. Утром тут было даже вполне прохладно, несмотря на лето. Стандартная процедура переговоров, стандартное место, и опять же, нас легче прямо оттуда вывезти, ненужно через весь Маяк переть. Хотя, возможно, я просто придираюсь.

Мы вошли сразу за Сиди в помещение и осмотрелись. Центр был представлен четырьмя делегатами, троих из которых я не знал, и видел впервые. Четвертым был герр Грюнер собственной персоной. В темной, почти черной форме, какую носили военные из охраны Центра, с пистолетом в кобуре на поясе. Он коротко кивнул мне и Антону, показав что узнал нас. Странно, его я тут встретить никак не ожидал, так как по отношению к своему старому другу герру Кноллю Хенрик Грюнер был точно человеком пристрастным. Да и меня он знал достаточно неплохо. Что же, для нас с Антоном это наверное хороший знак. Или я чего-то совсем не понимаю.

Мы сели за большой стол, слева от Сиди. Слева от меня сидел незнакомый мне боец в форме Маяка, у дверей стоял еще один, в полном вооружении. Гости из Центра спокойно рассаживались напротив, тоже все вооружены. У нас с Антоном кстати при себе по стволу, но нам никто ничего не сказал насчет этого. Говорить начал пожилой грузный лысеющий мужчина из Центра, одетый так же как и Грюнер в военную форму Центра. Знаки различия на форме у всех военных Центра какие-то имелись, но я в них ни черта не понимал, если честно. У нас, жандармов, все было по другому. У мужчины оказался низкий сильный голос, как из трубы.

– 

Мистер Дольсанидис, спасибо за максимально быстро устроенную встречу. – тут я различил неприкрытый сарказм. Центр явно хотел встретиться раньше, но Сиди разыгрывал свою карту, скорее всего решая вопрос со своим "Белым светом". А Сиди явно не так прост. – Мы ценим сотрудничество между нашими базами, и уверены, что оно будет развиваться только вперед, по нарастающей. Как и будет развиваться ваша база.

– 

Спасибо, мистер Больших. – Сиди кивнул головой. – Наши Базы сотрудничают с момента образования. Сотрудничают взаимовыгодно, и помогают всем выжить в условиях Катастрофы.

– 

Верно. Впрочем, не будем тратить наше общее время на формальности. Вам известно, что мы приехали, чтобы забрать господина Кранца, который является жителем Центра, и находится в розыске, и господина Кнолля, который является для нас потенциально важным свидетелем. – тот, кого Сиди назвал Больших, смотрел на Сиди и обращался только к нему.

– 

Да, вы нам об этом сообщили. Меня ваше сообщение немного удивило. В наших условиях люди не являются частной собственностью, и вольны проживать там, где сочтут нужным и лучшим, не так ли?

– 

Господин Кранц совершил побег из Центра после цепи неких трагических событий, в результате которых погиб как минимум один гражданский Центра. Господин Кранц является подозреваемым, и нам нужно его допросить. Это вполне стандартная процедура. – военный из Центра быстро раздражался, хотя и старался этого не показать.

– 

У вас для этого есть все условия тут. – развел руками Сиди. – Я могу вам выделить и помещения, и охрану, и время.

– 

Сиди, давайте не будем паясничать. – голос Больших не повысился, но тембр изменился, неуловимо придавая значительный вес каждому слову. Говорить этот Больших явно умел. И привык, что его слушались. Судя по фамилии он русский, но акцента я различить не смог, по английски он говорил бегло и свободно. – Мы заберем подозреваемых, и допросим их у нас. Вы должны были их выдать сразу по их появлению. Вместо этого вы устроили какую-то клоунаду, проигнорировав приказ.

– 

Приказ? – Сиди приподнял брови.

– 

Приказ, Сиди, приказ. Я понимаю, вы стараетесь показать этим двоим свое высокое положение тут, доказать свою значимость. Все это пустое, Сиди. Когда придет беда, а она все равно рано или поздно придет, вы забудете свою значимость, и прибежите к нам. Как ни раз уже было. Потому, я вас прошу, давайте без демагогии.

– 

Мистер Больших, мне на секунду показалось, что вы мне угрожаете. – сказал Сиди, осторожно подбирая слова.

– 

Вам не показалось, Сиди. Я скажу еще раз, поскольку вы с первого раза не поняли: вы не выполнили распоряжение Центра, или приказ, как вам угодно. Несложное распоряжение, на самом деле. Но даже на это несложное действие вы оказались неспособны. А сейчас вы разыгрываете свою комедию дальше, и тратите мое время. – Больших говорил медленно и спокойно, не сводя глаз с Сиди. – Я заберу этих двоих, и надеюсь, что для этого мне не придется вызывать солдат и прекращать существование вашего Маяка и заодно вашего божественного "Белого света".

Сиди поднялся с места, и на какую-то секунду мне показалось, что он сейчас возьмется за оружие, настолько он был зол. Я глянул на Грюнера, который не сводил глаз с Сиди. Повисшую паузу можно было резать ножом, такая густая она была.

– 

Господа, я прошу прощения, что вмешиваюсь в ваш столь увлекательный диалог. – паузу вместо ножа разрезал голос Антона Кнолля. – Мы с Андреем благодарны господину Дольсанидису за его гостеприимство, у вас тут замечательная база. Мы разумеется готовы подчиниться директиве Центра и проследовать туда для разъяснения ситуации. Прошу официально отметить, что мы делаем это совершенно добровольно, и готовы также и в дальнейшем всячески сотрудничать с командованием Центра.

Сиди глядел на нас, не зная что сказать, я примерно так же глядел на Антона. Лишь герр Кнолль выглядел спокойным, улыбаясь всем присутствующим. Да Грюнер вроде бы незаметно расслабился.

– 

Грюнер, забирай их. Мы закончили здесь. – Больших поднялся из-за стола, и вышел из предбанника в сопровождении одного из солдат, ни с кем не попрощавшись. Мы с Антоном поднялись, и пожали руку Сиди.

– 

Ваше решение. – Сиди пожал плечами. – Я не очень понимаю… Вчера вы вроде бы не собирались в Центр. А тут такое заявление.

– 

А другого не было, по крайней мере адекватного. – серьезно сказал Антон. – Спасибо вам, на самом деле спасибо. Уверен, что еще увидимся.

– 

Удачи вам. Мы постараемся за вами присмотреть.

– 

Я прошу ваше личное оружие отдать мне. И огнестрельное, и холодное. – к нам подошел Хенрик Грюнер. – Не волнуйтесь, вы под нашей охраной. Моей охраной.

Последнюю часть фразы он подчеркнул интонацией, но мы и не спорили, Центр все равно заставит нас разоружиться.

– 

Герр Грюнер, у нас там машина с нашими вещами, на стоянке. Что с ней будет? – спросил я.

– 

Давайте мне ключи. Машина на ходу? – после секундной заминки спросил Грюнер.

– 

Да, вполне.

– 

Один из бойцов поведет ее. Машину поставим пока у нас, до выяснения всех обстоятельств. Что в машине?

– 

Три автомата, немного патронов, и личные вещи – одежда, запчасти для машины.

– 

Понятно. – кивнул Хенрик. – Ничего не пропадет.

Оставалось только поверить Хенрику, и надеется, что Сиди отправит наши сумки в машину, как и обещал. После сдачи оружия нас бегло но аккуратно обыскали, и Хенрик махнул нам рукой, чтобы ма шли за ним. На большой стоянке, на которую и мы прибыли сами не так давно, стояло четыре легковые машины Центра, и один микроавтобус. В военном джипе уже сидел господин Больших с охраной, нас определили в микроавтобус. Один из бойцов показал наручники, вопросительно глянув на Хенрика, но тот только покачал головой в ответ, и нас посадили в машину просто так. С нами назад уселся сам Хенрик, и еще два солдата. Как только все расселись, конвой тронулся с места, наш автобус пристроился вторым после головного джипа.

Конвой ехал ровно и быстро, примерно раз в десять минут рация у водителя запрашивала обстановку, водитель коротко подтверждал, что все в порядке. Хенрик сразу после выезда из Маяка обратился к нам обоим:

– 

Скажу коротко: ситуация не простая. Очень прошу вас обоих не делать глупостей. Особенно вас, Андрей. – он посмотрел на меня. – Мнения по вашему поводу совершенно разные, но все стороны очень хотят вас услышать. Советую рассказывать все. как есть. Определенная информация у нас все равно имеется, остальное мы проверим. Дело серьезное, особенно если то, что вы доложили о планах атаки на Базу – правда.

– 

А вас даже в такие детали посвещают? – не удержался от вопроса я.

– 

Посвещают. – ответил Грюнер. – Андрей, я не очень в курсе, какая у вас версия всего происходящего с вами, но я исхожу из того, что вы думающий человек, и допускаете мысль, что не обладаете всей информацией, или обладаете не всей правдивой информацией.

– 

Я все допускаю. – немного приврал я. – Я также допускаю, что нас просто пристрелят в Центре, не церемонясь с нами. Ну, по крайней мере меня.

– 

Это вряд ли. – спокойно ответил Грюнер. – Теоретически возможно, но вряд ли.

– 

Кто такой этот мистер Больших? – прервал нас Антон.

– 

Андрей Больших, формально начальник охраны Центра. Неформально – командир всех вооруженных сил Базы, в том числе и Жандармерии. Получается – ваш непосредственный начальник, Андрей.

– 

Я думаю меня уже давно уволили из Жандармерии. – усмехнулся я.

– 

Напрасно. Вы до сих пор еще числитесь в составе. И будете числиться до того момента, как будут полностью выяснены обстоятельства, и обвинения против вас либо будут подтверждены, либо сняты.

– 

Интересно. А что он за человек, этот господин Больших?

– 

Ну, – Грюнер на секунду задумался. – он привык командовать. Раньше, до катастрофы, имел высокий чин в одной из "свободных" армий.

– 

То есть у наемников?

– 

Частная Военная Компания, так их вроде называли. Впрочем, это сейчас не имеет значения. Человек он серьезный, умный, жесткий. С ним будьте поосторожнее.

Мне оставалось только пожать плечами в ответ. Грюнер на этом общение с нами закончил, и повернулся вперед. Быть осторожным конечно совет дельный, но знать бы еще, как его применить в жизни. Антон молчал, я переваривал ситуацию, в такой вот тишине мы и доехали до Базы. Знакомые ворота, КПП на въезде, прямо как будто никуда не уезжал. В городе конвой разделился: наша машина и еще две поехали напрямую в Портофино, остальные отвалились по пути, явно выполнив свою задачу сопровождения. Я еще никогда не был в самом Центре, но как-то меня сегодняшнее посещение не очень вдохновляло.

Мы попетляли порядком по дорожке вдоль самого берега моря, очень живописной и красочной, особенно сейчас, летом. С одной стороны море, с одной крутой склон горы. В паре мест приходилось сбавлять и без того неспешный темп до черепашьего, проезжая хитро расставленные на пути бетонные блоки. Ближе к Центру дорога становилась все более защищенной, порой обочина была специально завалена теми же бетонными блоками с колючей проволокой. Наконец мы уперлись в серьезные одностворчатые железные ворота, по обеим сторонам от которых были построены угловатые бетонные башни КПП. Узкие окошки смотрели на нас пулеметными дулами крупного калибра. Из нашей головной машины вышел водитель, подошел к открывшейся в воротах "форточке", и с кем-то поговорил. Когда он вернулся в машину, створка ворот дрогнула и стала открываться в нашу сторону. Машины проехали за ворота, уперевшись в такие же метрах в тридцати впереди. Конвой оказался в некоем шлюзе, впереди ворота, сзади ворота, сразу закрывшиеся за нами, и со всех сторон бетонные башни КПП. Очень впечатляет, не придраться.