Текст книги ""Фантастика 2026-162". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Александр Михайловский

Как только жеребенок приблизился, Вероника сунула руку в карман и, вытащив оттуда маленький кусочек сахара, протянула ему на открытой ладошке. Обнюхав подношение, жеребенок с благодарностью его схрупал, потом позволил почесать себя за ухом и, задрав хвост, начал взбрыкивать всеми четырьмя ногами, приглашая новую подружку поиграть. Девочка, конечно же, оказалась не против, и с детской непосредственностью принялась бегать с жеребенком наперегонки. Салки-догонялки – вот единственная игра, доступная маленьким жеребятам. Утомившись, она снова подозвала его к себе и скормила еще один кусочек сахара, закрепляя дружбу.

Кобыла, до того с настороженностью наблюдавшая за всеми этими забавами, прянула ушами, фыркнула и, подойдя к Веронике и жеребенку настолько близко, насколько позволял чамбур, вытянула морду, будто интересуясь, чем таким кормят ее отпрыска. Ни минуты не колеблясь, девочка подошла к матери своего нового приятеля и, угостив ее еще одним куском сахара, погладила ладошкой по мягкому шелковистому носу. Мир между ними был заключен.

– Вот, блин, Шина – укротительница зверей! – наполовину потрясенно, наполовину восхищенно выдохнул Андрей Викторович, внимательно наблюдавший за этим цирком.

Следом за Вероникой медленно и осторожно, держа руки на виду, к кобыле приблизились Ляля и Лиза. Жеребенок их не интересовал, их завораживала сама взрослая лошадь с ее густым черным хвостом и жесткой, как щетка, короткой гривой. Слопав еще два кусочка сахара, лошадь уже спокойно переносила прикосновения девушек, позволяя расчесывать себе густую короткую гриву, чесать за ушами и гладить бока, отгоняя назойливых насекомых. Мужчина укротил ее силой и ловкостью, а молодые женщины – угощением и лаской, приняв в свою женскую компанию.

Когда народ насмотрелся на это представление, глава клана прервал вынужденный перекур и снова погнал свою бригаду на работу. До вечера им еще многое предстояло сделать, и в первую очередь – переработать на пиломатериалы весь тот запас бревен, который они заготовили сегодня с утра.

Когда солнце склонилось к горизонту, геолог закончил бурить скважину колодца, найдя воду на глубине восьми метров, а на стройке высились два аккуратных штабеля – один из брусьев десять на десять, а другой из ста шестнадцати досок размером два с половиной на десять на шестьсот пятьдесят сантиметров. Прикинув по своему чертежу, Петрович понял, что этого количества пиломатериала с запасом должно хватить на возведение цеха. Начало монтажно-строительных работ было назначено на следующий день.

* * *

29 июня 1-го года Миссии. Четверг. День сорок четвертый. Пристань Дома на Холме.

Ночь прошла относительно спокойно. Только однажды лошадь вдруг захрапела и забилась на своей привязи, а Шамиль и Майга, вскочив со своих мест, начали громко лаять в темноту. Дежуривший в тот момент Петрович взял наизготовку Сайгу, а Ляля обвела кусты лучом мощного светодиодного фонаря. Кто бы это ни был, он, видимо, решил не связываться с этими двуногими, а поискать себе какой-нибудь другой, более легкой добычи. Выдернув из земли кол, мужчина перевязал лошадь поближе к костру, так, чтобы она могла пастись, не выходя из круга света. Однако больше этой ночью их никто не тревожил.

Рано утром, едва только рассвет разогнал ночную тьму, поднявшиеся раньше всех Ляля и Лиза не только сами сходили умыться, но и отвели на водопой лошадь, которую заодно и искупали, натирая жесткой щеткой. Кобыле эта процедура понравилась. Закончив с купанием, Ляля и Лиза вытерлись, оделись и отвели похорошевшую кобылу обратно на стройплощадку. Потом была утренняя зарядка, после которой физрук съездил за завтраком.

После завтрака пришла команда из берегового лагеря, и Петрович начал развод на работы. В этот день в связи с отсутствием работ на тростнике он не стал отправлять девушек в лагерь, а оставил на стройке. Им было поручено очень важное и ответственное задание – варить замоченный еще с вечера мездровый клей. Антон Игоревич при этом сказал, что раз уж все, что нужно, уже пробурено, то он сходит и посмотрит на место их будущего дома, а то раньше все было недосуг. Перед началом строительства надо бы произвести и геологическое обследование местности, а то как бы чего не вышло. Сопровождать специалиста по недрам вызвался Андрей Викторович. Так что на стройке осталась только вчерашняя бригада плотников плюс Валера.

Первым делом, еще до всякой стройки, Петрович решил изготовить один очень нужный для них сейчас девайс, именуемый «лестница-стремянка», материалом для которой должны были послужить те самые напиленные вчера десятисантиметровые доски. Нескладная, высотой три метра, а размахом ног в два, с двухсторонними ступеньками, она вполне годилась для работ на этом вспомогательном по сути объекте. К тому же прослужить такая лестница, сделанная из сырого дерева, могла не больше одного сезона – потом она ссохнется, потрескается и будет годна только на дрова. Но мужчину это не огорчало; если потом будет надо, он таких лестниц, собранных без единого гвоздя, наделает сколько угодно. Гвозди Петрович не любил и использовал только в самом крайнем случае. Все на клею и в шип, а там, где это невозможно – на нагелях. Электрорубанок, электроножовка, электродрель, стамеска, долото, киянка, клей, несколько выстроганных ножом нагелей и четверть века профессионального опыта.

Через полтора часа работы лестница была готова. Для ускорения процесса пришлось пожертвовать одну из туб быстросохнущего суперцемента. Мездровый клей будет схватываться не менее суток, а это означало бы совсем ненужный простой в работах. Оставив изделие сохнуть, бригада обратила внимание на брусья каркаса. В первую очередь, с помощью электрофрезера в них нужно было сделать пазы сантиметровой глубины под доски, которые будут являться горизонтальными перемычками. И опять работать пришлось, в буквальном смысле стоя на коленках. Петрович уже не один раз порывался плюнуть на все и соорудить-таки какие-нибудь временные козлы, но пока удерживал себя от этого порыва, не желая зря тратить ни время, ни материалы. Постоянный трехметровый верстак, встроенный во внешнюю стену столярки, был им уже запланирован, и до того момента учитель не собирался напрасно тратить ни времени, ни материалов.

Закончив эту работу, он понял, что позавчера немного лопухнулся, устанавливая свой первый, и пока единственный столб. Он не прорезал в нем электрофрезером те самые пазы, и, навешивая электрический щит и главный автомат, не учел, что толщина стены будет процентов на двадцать больше ширины столба, и оборудование будет банально мешать. Требовалось все разобрать и переделать. Ну да ладно – отключили генератор и все разобрали и переделали, прорезав необходимые пазы и добавив на боковины накладки из доски под оборудование.

И вот, за час до обеда, наступил волнительный момент. Все было готово, и пришло время приступать к сборочным работам. Конечно, проще было бы собрать конструкцию, лежа на земле, и лишь потом поднять ее на место при помощи грубой мускульной силы шести человек и такой-то матери. Для боковых стен Петрович так и собирался сделать, но чтобы собрать таким образом осевую стену, требовалось удалить из будущего цеха пилораму, а это не хухры-мухры – полдня разбирать пилораму, потом полдня собирать. Или просто вытянуть ее, прицепив к УАЗу? Но так есть риск поломать ценный агрегат и остаться, простите, с голой задницей.

Сомнения разрешили вернувшиеся из своего похода отставной прапорщик и геолог.

– Конечно же, разбирать, Петрович, – чуть ли не хором сказали они.

– Ненужный риск в нашем деле недопустим, – добавил коллега, – и потом, какие полдня? Втроем часа за три вполне управимся.

– А почему втроем? – озадаченно спросил главный прогрессор.

– А потому, что пока мы с Антоном и Серегой будем заниматься пилорамой, вы – то есть все остальные – займетесь сборкой внешней стены со стороны генератора. Шестерым там делать нечего, а вот трое окажутся в самый раз.

– Действительно, – немного подумав, произнес учитель, – как это я сразу об этом не подумал?

– Кстати, Петрович, – сказал бывший военный, – с тебя танец маленьких лебедей.

– С чего бы это? – удивился тот.

– А с того, что наш геолог нашел тебе строительный камень, и не где-нибудь за тридевять земель, а прямо под нашей будущей задницей, то есть на вершине холма.

– Серьезно? – переспросил обрадованный строитель.

– Вполне серьезно, – подтвердил обладатель бороды и энциклопедических знаний, – а как ты думал, с чего это там так редко растут деревья? Да еще эта вывернутая с корнями сосна. Я как ее увидел, так сразу у меня закрались смутные подозрения. Залез под выворотень, покопался немного лопаткой на дне ямы, и все понял.

Сказав это, он торжественно извлек из кармана куртки обломок серого с розовыми разводами камня.

– Вот, полюбуйся, – добавил он, – сверху сантиметров десять грунта, под ним полметра песка, а еще глубже такой вот камень. Не гранит, конечно, но это и к лучшему – легче будет обрабатывать.

– Трам, парам, парам, парам, – задумчиво сказал Петрович, – так значит, вы предлагаете устроить там вместо дома каменный карьер?

– Совсем нет, – сказал геолог, – не вместо дома, а рядом. Выход камня там совсем небольшой, только та поляна с редколесьем. Раскопать по соседству ямку, взять камня ровно столько, сколько нам надо, а потом все аккуратно зарыть обратно.

– Тогда, – сказал глава клана после недолгих размышлений, – на месте будущего дома тоже придется расчищать все вплоть до каменной основы и делать настоящий фундамент из камня. Не ставить же нам свой дом прямо на песке, когда есть другой, более капитальный вариант.

– Фантастика! – решительно сказал Антон Игоревич, сперва пошевелив губами в подсчетах, – Переместить более ста шестидесяти кубов грунта вручную вшестером за такой короткий срок просто нереально. Нет у нас ни бульдозера, ни экскаватора, ни полусотни таджиков-трудоголиков. Мы еще, вскрывая каменоломню, намучаемся с земляными работами.

– Тогда, – не сдавался главный прогрессор, – надо вырыть канавы до камня по периметру стен.

– Песок сухой, и будет осыпаться, – покачал головой специалист по грунту.

– Тогда мы перед началом работ пробурим колодец и намочим его. И вообще, строить тот дом, что мы запланировали, прямо на песке – это чистое самоубийство. Ты же геолог, и сам знаешь, как отвратительно песок держит нагрузки.

– Что верно, то верно, – кивнул бородач, – что касается песка, в этом ты прав. А что касается колодца, то его надо еще пробурить.

– Пробурить его надо будет в любом случае, – парировал учитель, – без воды в доме жизнь нам медом не покажется. К тому же есть еще одна проблема. На цоколь большого размера у нас не хватит цемента. Расчет был на ленточный фундамент и один ряд каменных блоков, а тут таких рядов будет как минимум четыре.

– И это тоже верно, – согласился геолог, – придется использовать известковый раствор. В любом случае, нам придется делать печь для отжига известняка. Короче, будем поглядеть. А сейчас пусть Андрей съездит за обедом, а после оного приступим к нашим текущим задачам.

«Быть может, – с тяжелым сердцем подумал Петрович, – проще сменить место для дома, чем решать громоздящиеся одна на другую проблемы. Хотя нам ведь никто и не обещал, что будет легко. Прорвемся!»

После сытного обеда все снова разошлись по рабочим местам. Надо было спешить; только что проект промзоны пополнился ямой для отжига известняка и печью для производства древесного угля, который необходим для этого самого отжига. Как это сделать, эти двое энтузиастов – учитель с геологом – знают, весь вопрос в том, чтобы у них хватило рабочих рук и времени до зимы.

За те три с половиной часа, которые ушли на разборку и оттаскивание в сторону пилорамы, Петрович и его помощники успели собрать каркас внешней стены со стороны генератора. В этом им оказали посильную помощь Ляля и Лиза. Ведь для того чтобы мазать мездровым клеем места стыков, много сил не надо. Зато Валера, освобожденный от этой работы, мог сидеть и спокойно строгать нагеля, которые понадобятся чуть позже. Как только все пять столбов были соединены поперечными перекладинами, Гуг, следуя указаниям главного строителя, вбил кувалдой в землю по три ограничительных кола с каждой стороны конструкции, зафиксировав лежащие на земле крайние столбы. Потом пришло время установки диагональных перекладин, которые фиксировались теми самыми нагелями, которые чуть раньше выстрогал Валера из отходов пиломатериала.

Оставив готовую конструкцию схватываться, Петрович и его команда, немного передохнув, перешли к сворке каркаса осевой стены, где им на помощь пришли уже и Антон Игоревич, Андрей Викторович и Сергей-младший. Работы тут было больше, но и рук тоже прибавилось, поэтому, когда в береговом лагере раздался сигнал на ужин, каркас осевой стены тоже был готов.

Шабаш. Все были вымотаны до последней степени и хотели только вымыться, поужинать и лечь спать. Дальнейшие работы были назначены на завтрашнее утро.

* * *

30 июня 1-го года Миссии. Пятница. День сорок пятый. Пристань Дома на Холме.

Сразу после завтрака все мужчины были уже на строительной площадке. Все трое мужчин, а также Сергей-младший и Гуг взялись каждый за свой столб. Места не хватило только Валере, но он не особенно и переживал, поскольку эта работа требовала грубой физической силы, а не точности и аккуратности, которая ему была больше по душе. Строгать нагеля – это тоже нужная работа.

Раз-два, взяли! С натугой оторвав верхние концы столбов от земли, бригада медленно, сантиметр за сантиметром, поднимала каркас. Еще одно усилие – и вот уже нижние концы столбов скользнули в лунки, дальше подъем пошел легче, и вот каркас боковой стены уже стоит, пошатываясь как живой. Временно закрепив столбы в лунках деревянными клиньями, бригада перешла к каркасу осевой стены. Там все повторилось в том же порядке, только поднимать его было тяжелее, поскольку эта стена была на полтора метра выше и имела на одну поперечную перекладину больше. Потом, минут за сорок, установили поперечные перемычки на торцевой стене генераторной половины цеха и перевели дух.

– Что-то хлипенько… – сказал физрук, потрогав шатающуюся и вибрирующую конструкцию.

– Ничего, – ответил Петрович, – вот поставим на крышу лаги, и вся хлипкость исчезнет. А по-настоящему все это станет прочным только тогда, когда мы забетонируем столбы и заложим кирпичом стены.

Немного передохнув, учитель и его команда принялись собирать последнюю боковую стену, а двое других мужчин вместе с Сергем-младшим занялись возвращением на место и сборкой пилорамы. К обеду и эти работы тоже были завершены. Поднимать каркас стены прямо сейчас было нельзя, так как клеевые соединения должны были хоть немного схватиться. Поэтому после обеда решили заняться изготовлением и установкой балок потолка и лагов крыши над генераторной половиной. Лагов требовалось четырнадцать штук, то есть через каждый метр и двойной в середине, а балок пять. Каждую доску, предназначенную под лаг, нужно было отрезать электроножовкой до длины ровно четыре метра, а потом прорезать в них два паза: под осевую и боковую коньковые доски. С потолочными балками было проще – их достаточно было просто отмерить и отрезать по размеру.

Главный прогрессор отмерял и размечал, Сергей-младший орудовал электроножовкой, Валера стамеской и киянкой, Ляля мазала пазы клеем, Гуг подавал готовый лаг наверх, а физрук с геологом устанавливали – один со стремянки, другой с борта вплотную подъехавшего к каркасу УАЗа. Настоящий конвейер, в которому каждому нашлось занятие по душе и квалификации. Ага, не прошло и часа – и над будущим цехом ребрами лагов уже обозначилась будущая крыша.

Окинув уже приобретшую некоторую жесткость конструкцию критическим взглядом, Петрович подумал, что если не выйдет с задуманным им двухэтажным домом, то такие вот конструкции, рассчитанные на две семьи, они смогут печь как горячи пирожки. Впрочем, загадывать было еще рано, все-таки ему хотелось выполнить всю программу по максимуму. Но в любом случае, до бетонирования столбов и схватывания бетона о настилке крыши не могло быть и речи. Собранная наживо конструкция просто не выдержит веса ползающих по ней людей.

Махнув рукой на все ГОСТы и СНИПы, требующие использовать в бетонном растворе только щебень определенной формации, учитель попросил своего коллегу взять Сергея-младшего и Валеру, съездить в береговой лагерь и привезти оттуда бетономешалку, один погружной насос, перфоратор, мешок цемента и килограммов сто песка в мешках, высвободившихся после посадки семенной картошки. А всем остальным было велено собирать в одну кучу валяющиеся повсюду камни. Те, что помельче, пойдут в раствор целиком, а более крупные будут разбиты на куски перфоратором.

Когда через час тот вернулся с оборудованием, парнями, а также с близняшками, которые также включились в сбор камней, неподалеку от каркаса здания уже громоздились две внушительные кучки. В одной была галька, готовая к употреблению, в другой – камни покрупнее, которые надо было еще разбивать. Опустили в скважину и подключили погружной насос. За перфоратор взялся Антон Игоревич – и понеслось. Спасибо еще, что взяли с собой из будущего бетономешалку – без нее все было бы гораздо, гораздо тяжелее. Раствор делали по стандарту М200 с поправкой на марку цемента – на одну часть цемента три части песка, пять частей гальки или крупного щебня, и полчасти воды.

В ходе нехитрых предварительных подсчетов выяснилось, что на заливку десяти столбов потребуется около тридцати килограмм раствора, а бетономешалка меньше пятидесяти кило не размешает. Махнув на все рукой, Петрович распорядился мешать пятьдесят кило, а пока раствор болтается в бетономешалке, предварительно помолясь, поднимать каркас второй боковой стены. Кстати, погружной насос оказался излишним, полведра воды можно было принести от Ближней и на руках. Зато будет где помыться после работы, теперь для этого уже не надо бежать на ручей.

Пока мешали бетон, поднимали и крепили каркас последней стены, делали заливку столбов, мыли бетономешалку, солнце успело упасть совсем низко к горизонту, заливая юную землю красноватыми отблесками. Лаги крыши и потолочные балки второй части цеха ставили уже в темноте, при свете автомобильных фар и мощных светодиодных фонарей, которые держали рыжие сестрички.

Умотались все вдрызг, но глава клана гнал и гнал работу вперед, не желая оставлять на завтра хоть что-то. Закончив сегодня со сборкой каркаса и заливкой бетона, конструкцию можно будет не тревожить до утра воскресенья, пока набирают прочность бетон и клеевые соединения. А там уже можно будет заняться и застилкой крыши досками, и, если повезет, к вечеру понедельника все уже будет готово.

Когда работы наконец были закончены, обессиленные люди медленно расселись возле костра, ощущая ноющую боль во всех мышцах. Хотелось только жрать и спать, в береговом лагере Марина Витальевна уже устала стучать на ужин. Но никто не жаловался; стоило только повернуть голову – и взору представал освещенный светом костра каркас дома, поднятый их собственными руками. Последними к костру подошли Ляля и Лиза, которые отнесли кобыле ведро воды и немного ее приласкали. Не их вина, что сегодня им было совсем не до их новой подруги.

– Так, Петрович, – спросил отставной прапорщик, – какие у нас дальнейшие планы?

– Сейчас, – ответил тот, – ты отвезешь геолога, парней и сестричек в лагерь и привезешь нам ужин. На завтра с утра лесоповал, после обеда праздник солнцестояния – будем отдыхать и веселиться до самого заката. В воскресенье будем распускать на доски то, что напилим завтра, а в понедельник с утра начнем крыть крышу. На этом пока все, дальше пока преждевременно что-то планировать.

– Хорошо, договорились. Только не держи, пожалуйста, и дальше такой темп – загонишь людей.

– Постараюсь, – кивнул учитель, – но, знаешь, гложет меня такое чувство, будто мы куда-то опаздываем и не успеваем. Боюсь я, Викторович, боюсь, а потому и гоню всех настолько быстро, насколько это возможно.

– Предчувствия, Петрович, – сказал тот, – это великое дело. Если они есть, к ним надо прислушаться. Впрочем, мы все поможем тебе чем сможем, невзирая ни на какие трудности.

– Будет день, будет пища, – сказал главный прогрессор, – ты давай езжай, а я пока покараулю.

Для Гуга и его сестер все происходящее было сродни волшебству. И дело тут даже не в чудесных инструментах, позволяющих одному человеку делать работу сотни, дело в том, что в это время люди вообще не представляли, что с окружающим их жестоким миром можно общаться вот так, с позиции силы. Брали то, что он давал им сам в виде готовых пещер, степной и лесной дичи, съедобных кореньев, плодов и ягод, и умирали от голода и холода, когда всего этого не было. Им и в голову не приходило, что можно посадить поле, приручить животных, построить дом, чтобы не ждать милостей от природы, а взять все самим. Вожди этого странного клана имели какую-то свою, пока неизвестную им цель, и перли к ней подобно стаду шерстистых носорогов – упрямо, зло, не жалея ни себя, ни других, не останавливаясь и не сворачивая. И причастность к этой тайне наполняла этих трех молодых людей каким-то загадочным, почти религиозным трепетом.

Примечания

1

Волчий скок, изобретение средневековых викингов, позволяющее пешему отряду передвигаться с почти такой же скоростью, как и кавалеристы на рысях. В наше время этот прием используют спецподразделения для ускоренного перемещения по пересеченной местности. Прием доступен для освоения даже слабо подготовленными солдатами.