Текст книги ""Фантастика 2026-149". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)"

Автор книги: Виктор Точинов

Соавторы: Витовт Вишневецкий,Кирилл Теслёнок,Александр Забусов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 342 страниц)

Глава 7. Беспрекословное подчинение

Я с трудом открыл глаза. Неясные очертания слегка покрутились перед моим взором, после чего неохотно собрались в размытый мир. Боль пульсировала в каждой клеточке моего тела, медленно притупляясь с течением времени. Я попытался пошевелиться, но сил почти не осталось. Я увидел сбоку подпрыгивающую попку госпожи Осы на плече близняшки.

Близнецы, во всем своем Аномальном величии, маневрировали сквозь толпу общинников. Их лукавые улыбки сменились выражением самодовольной гордости, когда они вели нас через то, что выглядело как оживленное сердце общины.

Причудливые глаза, разных цветов и форм, внимательно рассматривали нас со всех сторон – одни с любопытством, другие с подозрением, а некоторые с ощутимым страхом. Разговоры затихали, когда мы проходили мимо. Но за нашими спинами шепот тут же возникал заново.

Они принесли нас в просторный зал, освещенный факелами, и осторожно усадили на пол. Отступив, близняшки наслаждались вниманием внимание толпы. Их глаза блестели от удовольствия каждый раз, когда они смотрели на нас с Осой.

Вокруг нас росла толпа. Общинники выходили из нескольких коридоров и глазели на нас. Сколько их тут? Как минимум человек сто.

Я закрыл глаза, глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. Сложно сказать, что будет дальше. Нас, кажется, не съедят, и возможно даже не убьют. Я понимал, что должен быть готов ко всему, что может подкинуть нам это… так сказать, Аномальное сообщество.

Внезапно зал погрузился в тишину. Как будто толпу окутала атмосфера предвкушения. Невидимая для моих глаз, но явно ощутимая энергетическая сигнатура приближалась к нам. Я открыл глаза. Госпожа Оса застонала и тоже приоткрыла глаза.

Одна из близняшек нарушила тишину, ее голос прозвучал отчетливо.

– Так-так, похоже, самое интересное вот-вот начнется, – промурлыкала она, на ее губах играла ухмылка.

Другая присоединилась к ней, хихикая.

– Приготовьтесь, свежее мясо. Сейчас будет интересно.

Из тускло освещенного коридора вышла внушительная фигура. Это был Старейшина, человек, не нуждающийся в представлении. Его золотистые волосы мерцали в тусклом свете факелов. Казалось, что каждая прядь несет в себе свой собственный секрет. Его плащ, старый и видавший виды, едва слышно шелестел при каждом шаге. Все в зале склонили головы в знак уважения, шепот смолк.

Его глаза сканировали пространство, с дотошностью робота. Когда его взгляд остановился на мне и госпоже Осе, я почувствовал практически физическое давление.

Глубокий, звучный голос старейшины эхом разнесся по залу, нарушив тишину.

– Что за необычные гости у нас здесь? – его вопрос, хотя и не был адресован никому конкретно, вызвал рябь шепотков в толпе.

– Близнецы принесли нарушителей, – вперед вышла Мара, издавая свои привычные негромкие щелчки при каждом слове. Её серая кожа-чешуя матово блестела в полумраке.

Он быстро перевел взгляд на близнецов. Даже без слов в его глазах читался немой вопрос. Воздух вокруг нас словно сгустился, все затаили дыхание, ожидая, что произойдет дальше.

Лучась от нескрываемой гордости, одна из близняшек ответила:

– Старейшина, я привела этих двоих для вас. Они оказали достойное сопротивление и продемонстрировали похвальную силу.

– Девушка – это одна из госпож Роя, – добавила вторая близняшка, – А парнишка очень просился к нам в общину. Говорит, слышал про нас много хорошего и вообще разделяет наши цели.

– Возможно даже на обед сгодится, – задумчиво произнесла первая. И тут же поправилась, – На приготовление обеда, ха-ха… на кухне помогать…

Веселая ухмылка появилась на губах второй близняшки, она игриво ткнула меня пальцем в бок, что не осталось незамеченным. Коллективный смех эхом разнесся по залу, слегка разряжая тяжелую атмосферу.

Не обращая внимания на юмор, Старейшина приблизился к нам. Его шаги были медленными и размеренными, как у человека, пережившего века. Он возвышался над нами, словно скала. От его присутствия мне стало слегка не по себе.

– Действительно, интересно, – сказал он, его взгляд переходил от меня к Осе и обратно. Я взглянул на госпожу Осу, она смотрела злобно и скалилась, словно дикий зверь.

В зале царила тишина ожидания: все существа затаили дыхание, ожидая решения Старейшины. Наша судьба теперь находилась в руках этого золотоволосого авторитета.

Рука Старейшины изящно опустилась на голову Осы, властно и в то же время мягко. В ответ челюсти Осы щелкнули. Она попыталась укусить Старейшину. В ее груди клокотал гортанный рык. Однако Старейшина оказался не промах. Его рефлексы были быстры, и он вовремя отдернул руку.

Старейшина что-то пробормотал себе под нос, я не смог разобрать слова. Возможно, это даже было некое заклинание. Затем его рука вернулась к голове Осы, на этот раз с завораживающей уверенностью.

Внезапно рычание Осы прекратилось. Её злой оскал сменился сначала удивлением, а потом – спокойствием и умиротворением! Сюрреализм какой-то…

Ее дикий, злобный взгляд смягчился, все ее мышцы расслабились. Она даже слегка обмякла, прислонившись ко мне боком. Это было похоже на то, как буря внезапно стихает, уступая место неожиданному штилю.

Старейшина заговорил с мягкостью, которая резко отличалась от той власти, которую он излучал ранее:

– Скажи мне, малышка, откуда ты родом? Что привело тебя на твой путь?

Сперва ответа не последовало. Затем Оса заговорила голосом, мягким, как ветерок. Ее прошлое потекло с ее губ, как спокойная река.

Пользуясь тем, что Оса прислонилась ко мне, я незаметно воткнул в неё щупальце Отражения. И начал процесс сканирования…

– Когда-то давно, – начала она, ее голос был едва ли превосходил шепот, – Я была простой девушкой. У меня был дом, семья… обычная жизнь. Я занималась спортом, хотела стать профессиональной гимнасткой…

Ее глаза казались отрешенными, потерянными в воспоминаниях о прошлом. Наступила пауза, но старейшина не торопил ее. Он кивнул, в его глазах плескалось мягкое понимание.

– А потом меня похитили, – продолжала Оса, в ее голос вкралась жесткая нотка, – Особи Роя забрали в Улей и превратили в… это…

Она жестом показала на свой черно-желтый хитин, выражение ее лица стало горьким. Как будто она извлекла свои прошлые воспоминания, надежно похороненные.

– В одну из Госпож Роя, – она выплюнула последние два слова. То, ради чего она была готова умереть пару часов назад, теперь опротивело ей.

Она рассказала о своем превращении, о болезненных процедурах, через которые она прошла, о потере своей человечности и свободы. Она нарисовала ужасающую картину своей жизни в качестве Госпожи, порабощенной прихотями Аномалии Рой, которая видела в ней лишь пешку.

Старейшина слушал, на его лице была маска сочувствия. Когда Госпожа закончила, наступило молчание. Старейшина посмотрел на Осу, его взгляд оставался мягким.

– Как тебя зовут, дитя?

– У Госпожи Роя нет имени, это человеческий рудимент, – эхом откликнулась Госпожа, – Но в прошлой жизни родители называли меня… Анной…

– Всё теперь в прошлом, малышка, – сказал Старейшина, его голос был тверд, – Здесь, в этой общине, мы ценим тебя такой, какая ты есть. Ты можешь зваться Анной, а можешь выбрать себе новое имя. Помни, нас определяет не наше прошлое, а то, к чему мы стремимся.

Его слова повисли в воздухе, окутав зал покрывалом тишины. Оса… или Анна кивнула, ее глаза влажно блестели в тусклом свете. В ее взгляде была благодарность, вновь обретенная надежда. Возможно, это был проблеск той девушки, которой она была раньше.

Старейшина ободряюще кивнул в ответ и успокаивающе хмыкнул, словно направляя новую ученицу через воспоминания о прошлом, делая этот процесс не столько допросом, сколько исцелением.

Этот золотоволосый мужчина только что превратил свирепую Госпожу в послушное существо. Общинники наблюдали за этим, и их лица светились благоговением. Авторитет старейшины был непререкаем.

Пока все отвлеклись, я благодаря Отражению понял кое-что важное. Старейшина вовсе… не излечил Госпожу Осу. Её по-прежнему переполняла злая природная сила. Но вся она была подавлена.

Старейшина попросту… заменил волю Роя своей волей. Он не вернул девушке свободу… а просто переподчинил её каким-то образом. Каким? Это мне ещё предстояло выяснить.

Это отличалось от того, что я сделал с Катей. Впрочем, у Кати и случай был не такой запущенный, как у Осы-Анны.

– Ну а теперь… – старейшина перевел взгляд в мою сторону, – Давай-ка займемся тобой, дружок.

Глаза старейшины остановились на мне, и прежний приветливый блеск куда-то улетучился. Пристальный взгляд сканировал меня, желая добраться до самой сути. Старейшина сделал шаг ко мне, и каждый его шаг отдавал зловещим эхом.

– Скажи нам, молодой человек, – начал он, – Что привело тебя в нашу скромную общину? Мы мирные люди, но окружены врагами и недобрыми существами, которых некоторые зовут Аномалиями. Поэтому мы хотим знать всё о наших гостях.

Я глубоко вздохнул, чувствуя на себе сотни любопытных глаз, и начал свой рассказ.

– Я дворянин, – начал я, мой голос поначалу звучал нерешительно. То, что нужно для создания образа, – В прошлом моя жизнь текла беззаботно и была полна развлечений. Но в какой-то момент я всё потерял. Деньги, уважение… семью… И я осознал, что жить как раньше больше нельзя… Мне нужна какая-то цель или ориентир в жизни… Я подумал, что может быть ваша община сможет наполнить мою жизнь смыслом, начать всё заново… Старое общество меня отвергло…

– Откуда ты узнал о нашей общине? – резко произнес Старейшина.

Глава 8. Подчинись!

Слова Старейшины эхом разнеслись по комнате, его взгляд стал напряженным. Его голубые глаза, глубокие, как полуночное небо, буравили меня, лишенные прежней теплоты.

Я вспомнил, где уже раньше видел похожий взгляд. Подобным образом смотрела моя мать, Великая Зыбь. Древняя богиня, как сам мир. Неужели Старейшина тоже… старше, чем кажется?

– Я слышал рассказы о вашем убежище от моих товарищей, людей, которым не повезло служить в печально известной Аномалии Архидемон, – проговорил я, тщательно взвешивая свои слова, – Они говорили о месте, где можно жить свободно, без постоянной пропаганды и обманы.

Упоминание Архидемона взбудоражило зал, вызвав тихие разговоры и даже приглушенные перебранки. Старейшина, однако, заглушил ропот простым взмахом руки. Легкость, с которой он управлял своей паствой, была столь же пугающей, сколь и впечатляющей.

– Ты – человек, – произнес старейшина со спокойной уверенностью, его слова разрывали тишину зала, – У нас не принято принимать таких, как ты.

А ты кто, блин? Рептилоид что ли? Да и те Аномалии, что нас окружают, тоже как бы из рода Homo Sapiens. Просто радиоактивного мороженого переели…

– Я понимаю, – ответил я, стараясь сохранить ровный голос, – Я не хочу навязываться, не хочу быть нахлебником и обузой. Я хочу быть полезным вашему сообществу.

Его лицо оставалось нечитаемым, пока он обдумывал мои слова. Зал тем временем наполнился ропотом и тихими перешептываниями. Собравшиеся Аномалии обменивались мнениями.

– Почему мы должны доверять человеку? – раздался голос. Многие одобрительно заворчали.

– Он может обладать знаниями, которые могут оказаться полезными для нас, – предположил другой голос, – у него есть знакомые среди военных. И раз он добрался сюда, значит – сильный!

– А может быть он принесет только хаос и разрушение? – возразила Мара, в ее щелкающем голосе слышалось подозрение, – Он вполне может быть шпионом!

– Тихо! – прогремел голос старейшины, без труда заглушив нарастающую суматоху. В зале мгновенно стало тихо, воля Старейшины была непререкаема.

Его глаза не отрывались от меня, и от этого пристального взгляда мне становилось не по себе. Из-за высокого роста Старейшины на меня падала его широкая тень, накрыв полностью. И все же я твердо смотрел в ответ, прекрасно понимая, что в этот момент моя судьба висит на тонком волоске…

Напряжение в комнате возросло до максимального уровня. Глаза мутантов, окружающих меня, были наполнены предвкушением.

Наконец, спустя, казалось, целую вечность, старейшина заговорил, и его голос эхом разнесся по огромному залу.

– Посмотрим, соискатель, – сказал он, его голос нес неописуемую тяжесть, – Посмотрим, как ты себя проявишь.

Старейшина протянул руку к моему лбу. Холодная дрожь пробежала по позвоночнику. Я вспомнил, как он только что поработил Анну и бесчисленное множество других мутантов таким же образом. Собрав всю свою силу воли, я приготовился бороться.

Ангел тихо мяукнула где-то внутри моей головы, напоминая, что она рядом.

Когда его рука коснулась меня, в мое сознание хлынула волна жутких, гротескных образов. Жуткие и непонятные образы наводнили мой разум, искажаясь и изменяясь, как рябь в потревоженной воде. Прикосновение Старейшины оказалось подобно ключу, отпирающему дверь в мириады скрытых измерений моей психики.

Краем сознания я услышал жуткий вой, наполнивший зал. Это кричали Аномалии-мутанты, словно что-то напугало их. Их испуганные вопли гулко отдавались в огромном пространстве зала. Некоторые отступили назад, пытаясь слиться с тенью, другие закрыли лица и пали ниц, стараясь отгородиться от жуткой сцены. Все факелы резко потухли, словно от сильного порыва ветра. Зал погрузился в темноту, наполненную криками и блеском испуганных глаз.

Что они видели, я мог только догадываться. Видели ли они мое прошлое, мои мысли, мои сны или мои страхи? Или это было что-то более глубокое, взгляд на истинную природу реальности, преломленную через линзу необыкновенных способностей Старейшины? Или их глаза затуманил какой-то морок?

Одно было ясно точно – процесс моего подчинения пошел как-то не по плану…

На лице старейшины отразился явный шок. В его взгляде, который до этого казался непоколебимым, как гора, мелькнула неуверенность. Как будто он коснулся чего-то мощного и непостижимого. Силы, которую даже он, в его возрасте и мудрости, не был способен контролировать.

Ужасающая энергия пульсировала во мне, изливаясь наружу волнами, которые, казалось, резонировали с самим окружающим пространством. Ощущение было такое, будто находишься в центре бури, в самом сердце шторма. Это одновременно внушало благоговение и ужас своей сырой, необузданной силой. Но в тоже время вызывало невероятный восторг!

«Императорский договор… договор… договор…» – шептали мне на уши тысячи неразборчивых голосов, то затихающих, то возрастающих с новой силой.

Я понятие не имел, о чем они, что там за договор какой-то. Наверное, я просто брежу.

Я больше не был простым человеком, которого привели в зал как пленника. Я стал чем-то большим, чем-то мощным и невероятным. Я больше не был простым смертным – я стал чем-то божественным, подобным моей матери. Силой, с которой нужно считаться.

Старейшина отдернул руку, его ладонь дымилась, а кожа покоричневела. На его лице застыла маска с целой гаммой противоречивых эмоций. От удивления и даже шока до страха и гнева.

В зале, погрузившемся в темноту, снова воцарилась тишина, крики и испуганный ор стихли до ошеломленного молчания. Все взгляды были устремлены на меня – перепуганные общинники очень хотели знать, что же будет дальше.

Я распрямился во весь рост, готовый встретить любое испытание, которое приготовил Старейшина. Голова раскалывалась, а все видения и странные ощущения меня отпустили. Я больше не ощущал в себе ничего странного и божественного.

Что это было, черт возьми? Что он со мной сделал?

Я был уверен только в одном – подчинить ему меня по какой-то причине не удалось.

Старейшина, кажется, сам ничего не понимал. Внезапно он шагнул ко мне, сделал неуловимое движение рукой и вытащил из моей груди за шкирку Ангел! Это произошло так быстро, что я ничего не успел сделать…

Отражение в виде кошки отчаянно шипело и трепыхалось. Но она была ошеломлена произошедшим также как и я, а потому сопротивляться толком не могла.

– Ах вот оно что, – процедил Старейшина, разглядывая Ангел, – Отражение… то самое… Так это был ты… Тебе нужен ошейник!

Он выпустил Ангел и она нырнула обратно в меня.

Близняшки, которые единственные сохраняли подобие спокойствия в этом хаосе, испуганно охнули в унисон, увидев Ангел. В их глазах отчетливо отразилась жалость и сочувствие. Или даже что-то похожее на вину.

Без промедления старейшина достал из потайного кармана своего плаща необычный предмет. Он напоминал ошейник, но был сделан из темного материала, который, казалось, поглощал окружающий свет. Он был украшен загадочными зелеными символами, которые излучали зловещее сияние, отбрасывая странные отблески на суровое лицо старейшины.

Это что то новенькое. У близняшек ошейники выглядели попроще.

– Отражение требует поводка, – произнес старейшина. Его голос был тверд, как указ, высеченный в камне. Он шагнул ко мне, держа в руках таинственный ошейник.

Но я не собирался подпускать его близко. Ободренный особой энергией, которая все еще бурлила во мне, я инстинктивно отступил назад, сохраняя между нами дистанцию. Хотя мои мысли были в смятении, я не собирался снова ходить в ошейнике.

Никогда!!!

– Завязывай, – произнес я, мой голос звучал с удивительной твердостью, – Сам носи свой поводок.

Испуганные вздохи наполнили зал, и множество глаз металось между мной и старейшиной. Общинники растерялись, не зная, что же произойдет дальше? Кто выйдет победителем? Новичок, который проявил себя самым неожиданным образом, или сам Старейшина, которому открыто бросали вызов?

Лицо Старейшины ожесточилось, его глаза опасно сверкнули в тусклом свете.

Внезапно близнецы (единственные, кто сохранил подобие спокойствия) двинулись вперед. В их глазах плескалась смесь сочувствия, жалости и чего-то похожего на вину.

– Подождите, Старейшина, – предложила одна из них спокойным голосом. Её слова подействовали на собравшихся, словно успокаивающий бальзам, – Давайте обсудим это. Он проявил силу, стойкость. Возможно, есть другой путь, лучший путь…

Все взгляды устремились на старейшину. Я стиснул зубы. От его скорого решения зависела моя судьба.

– Наденьте. На. Него. Ошейник, – раздельно произнес Старейшина и протянул ей ошейник, – И отведите в темницу.

– Да, Старейшина… Конечно, – близняшка покорно взяла ошейник и повернулась ко мне. Авторитет Старейшины оставался непререкаем.

Она двинулась ко мне, а я в свою очередь понял, что сопротивляться у меня нет никаких шансов. Все Аномалии вокруг не могли и слова сказать против воли Старейшины – поскольку своей воли у них уже и не было…

Чешуйчатые руки драконидки защелкнули холодный металлический ошейник на моей шее. Это суровое напоминание о моем плачевном положении, кажется, теперь надолго со мной…

Как всё внутри меня не кипело, сопротивляться я не стал. Любая попытка сопротивления будет бесполезной и, возможно, даже более пагубной для меня. Я не мог позволить уменьшить свои шансы на освобождение ещё сильнее.

Под конвоем меня повели вниз – в подвальные помещения, из которых совсем недавно едва вырвалась Ангел. Вскоре мы подошли к мощной металлической двери. Один из стражников достал бренчащую связку ключей и отпер её.

Войдя внутрь, я увидел тюремную камеру – узкое, сырое помещение, от которого веяло страхом и отчаянием. В похожем раньше держали близняшек.

Меня втолкнули в камеру, я споткнулся и упал, холодный каменный пол жестко встретил меня. Дверь закрылась за мной с гулким стуком, окутав меня пеленой темноты.

Я молча сел на кушетку, сердце колотилось в груди – единственный звук в непроглядной черноте. Я закрыл глаза и сосредоточился – мое выживание зависит от того, что я буду делать дальше.

Глава 9. Сенсационное заявление

Когда нарушителя увели в темницу, Старейшина жестом подозвал мутанта Мару.

– Мара, – начал Старейшина, его голос был наполнен властным спокойствием. И это несмотря на то, что он впервые в жизни не смог совладать с новым членом общины, – Расскажи мне о близнецах. Насколько они послушны?

Мара послушно кивнула.

– Девушки могут быть упрямыми, старейшина, иногда даже глупыми и своевольными. Однако приказы они выполняют неукоснительно, – ответила она.

Старейшина задумчиво посмотрел на нее, в его голубых глазах мелькнул проницательный блеск.

– А как у них складываются отношения с остальными членами общины? Дружелюбны ли они?

Мара подумала, прежде чем ответить:

– Близнецы почтительны, старейшина, и даже если не всегда согласны с другими, они всегда остаются вежливыми. Их верность общине непоколебима. Хотя иногда близнецы задают общинникам странные вопросы…

– Какие?

– Ох, примерно такие: «Вкусный ли ты?», «Можно ли тебя куснуть?» или даже… – Мара почему-тор замялась, словно не хотела говорить.

– Ну же, – ласково произнес Старейшина, – Мне ты можешь сказать всё, не тая.

– Вкусная ли у вас жопка? – сказала Мара и покраснела, – Вот такое они спросили у меня…

Тут даже Старейшина слегка смутился.

– Кхм… Ладно, – произнес он, откашлявшись, – Я чувствую себя неважно, Мара. Мне нужно покинуть общину на некоторое время.

– На какое Старейшина?

– Столько, сколько будет нужно. Очень важно, чтобы алтарь оставался нетронутым, защищенным от посторонних. Безопасность нашей общины – наш наивысший приоритет. Также не забывай про Ритуал. Ты проведешь его в мое отсутствие.

– Но Старейшина! – вскинулась Мара, её щелчки стали громче, – Вы же сказали, что с Ритуалом покончено! И нам он больше не нужен!

– Ситуация изменилась, – хмуро произнес Старейшина, – Ритуал придется продолжать выполнять, как обычно.

– Но… но ведь… – робко произнесла Мара, – Вы же обещали…

– Увы, я не всесилен, – хмуро произнес Старейшина и потрогал свой лоб. Его лицо как будто слегка покраснело, словно у него поднялась температура, – Пока другого варианта нет. Ритуал должен регулярно выполняться.

– Это жестоко… – жалобно произнесла Мара.

– Делай, что тебе говорят, – хмуро произнес Старейшина, – Это ради выживания общины.

– Да… да, Старейшина, – Мара послушно наклонила голову.

* * *

Император Николай Дмитриевич Третий прибыл на военную авиабазу номер сто тринадцать точно в назначенный срок. Его встретил лично начальник штаба генерал-майор Игорь Петрович Васильев. Высокий, с обветренным лицом генерал выполнил воинское приветствие. Он двигался с четкостью, которую могли выковать только годы дисциплины. Император ответил тем же жестом.

– Ваше Императорское Величество, – начал Васильев. Его пронзительные льдисто-голубые глаза напоминали о суровости зимы, – Для меня большая честь приветствовать Вас. У нас все стабильно, хотя ситуация с Аномалиями и мутантами остается в известной степени непредсказуемой.

Николай Третий задумчиво кивнул:

– Понимаю, генерал Васильев. Империя верит в ваши способности и силу ваших людей. Уверен, вы делаете все необходимое для защиты нашей Родины.

– Мутанты, в особенности Аномалия Рой, представляют собой чрезвычайную угрозу. Их непредсказуемость и неуловимость требуют постоянного совершенствования нашей тактики, – заявил Васильев, не отводя глаз от императора, – Но мы работаем над тем, чтобы окончательно извести этих существ. Проблема в том, что после уничтожения очередного Улья рано или поздно по непонятной пока причине появляется новый.

Проводя Императора по разросшейся базе, генерал Васильев скрупулезно описывал обширную работу, проводимую исследователями.

– Ваше Величество, наш научный персонал не оставляет попыток найти слабые места Аномалий. Это кропотливая работа, но мы надеемся, что она скоро принесет плоды.

Император, окруженный своими молчаливыми помощниками и бдительными сотрудниками службы безопасности, молча кивнул. Его лицо оставалось задумчивым и как будто слегка отрешенным.

Затем генерал Васильев провел императора в лабораторию, оборудованную по последнему слову техники.

– Здесь мы изучаем захваченные Аномалии, Ваше Величество, – сказал он, указывая на герметичные изолированные блоки, – Это рискованно, но в настоящее время это наш самый перспективный путь найти способ победить их.

Император Николай Третий смотрел на него, на его лице застыло расслабленное странное, нечитаемое выражение.

– А скажите, генерал, – внезапно произнес Николай Дмитриевич, в его голосе появился легкий намек на любопытство, – Что насчет сообщества неагрессивных Аномалий, которые недавно вступили в контакт? Они все еще готовы сотрудничать?

Васильев ответил:

– Да, Ваше Величество, они по-прежнему готовы к сотрудничеству. Их поведение не похоже ни на одну из Аномалий, с которыми мы сталкивались. Они не агрессивны, охотно общаются и снабжают нас полезными сведениями о перемещении опасных и сильных существ. Это любопытное отклонение. Ученые говорят, что эти существа ничем не отличаются от обычных Аномалий, концентрация сырой природной энергии в них так же велика. Но они ведут себя мирно, их суждения отличаются здравомыслием. Как у обычных людей.

– А что насчет этого так называемого Старейшины, о котором они упоминают? – продолжал допытываться Император. Он явно был хорошо осведомлен.

– Старейшина, как они его называют, якобы является их вождем, – пояснил Васильев, – Мы пока не знаем, что именно он из себя представляет. Возможно, он тоже Аномалия. Возможно, нет. Большинство наших ученых считает, что это некая религиозно-вымышленная персона, типа божества. Его фигурой прикрываются настоящие лидеры общины, прячущиеся в тени. Но, кажется, общинники верят в Старейшину безоговорочно.

Император молча кивнул, как будто сделал для себя некие выводы.

– К слову генерал, – тон императора Николая стал чуть более серьезным, – что насчет аномальных скачков энергии от Архидемона? Что говорят ученые?

Васильев сделал небольшую паузу, прежде чем ответить:

– Последние скачки энергии Архидемона, Ваше Величество, действительно озадачивают. Они отклоняются от обычных показателей, с которыми мы привыкли иметь дело. Но ученые говорят, что всё остаётся плюс-минус в рамках допустимого. Наша ведущая научная группа проводит тщательное исследование, но пока не готова отчитаться о результатах.

Несколько адъютантов, сопровождавших Императора, после этих слов генерала быстро переглянулись.

– Главная цель ученых – нейтрализовать любые возможные риски, которые могут нести эти всплески, – добавил генерал Васильев, – Но мы остаемся готовыми ко всем возможным вариантам.

Глаза Императора слегка сузились. Он ничего не сказал Васильеву, вместо этого повернувшись к своей свите.

– Адъютант, – обратился Николай Дмитриевич к одному из своих помощников, его голос звучал энергично, но в то же время сдержанно, – Все ли приглашенные прибыли на авиабазу?

Адъютант не теряя времени, быстро что-то набрал в своем телефоне. После небольшой паузы он поднял взгляд, чтобы подтвердить:

– Да, Ваше Величество, все прибыли.

– Я хочу, чтобы все собрались в конференц-зале, – объявил император голосом, не терпящим возражений, – Я собираюсь сделать важное заявление.

Генерал Васильев окинул Императора удивленным взглядом, но ничего не сказал. Только слегка ослабил пальцем воротник.

– Как пожелаете, Ваше Величество, – кивнул адъютант, немедленно отправляя необходимые распоряжения.

Казалось, по всей авиабазе пробежала волна любопытства. Приглашенные гости двинулись к конференц-залу, желая услышать важное объявление императора. То, что все были заинтригованы – это мягко сказано. Никто понятия не имел, что же собирается сказать Его Величество.

* * *

В конференц-зале, широком и просторном, раздавались тихие шепотки. Различные высокопоставленные лица негромко переговаривались, обсуждая внезапный вызов Императора и возможные причины этого. Высокие арочные окна пропускали слабеющий солнечный свет, отбрасывая длинные тени. Центральное место занимал длинный прямоугольный стол. Ряды стульев, тщательно расставленных, стояли наготове для предстоящего собрания.

Среди дворян ходили самые разные слухи и теории.

– Возможно, крупная военная кампания, – предположил Великий Князь Потёмкин, поглаживая аккуратно подстриженную бороду.

– Или новый дипломатический союз, – предположил князь Апрелев, обводя взглядом зал. Его дочь, Рита Апрелева, в красивой алой броне с золотыми элементами, кивнула, поддерживая отца.

– Мне кажется, вы слегка сгущаете краски, – с улыбкой произнес Великий Князь Распутин, одетый как всегда во всё черное. Своего рода дань традиции, его предки происходили из духовенства, – Скорей всего речь о новой политике в отношении Аномалий. Не зря мы собрались именно здесь… Хотя странно, что Николай Дмитриевич не посвятил меня в это…

Многие бросали на Распутина завистливые взгляды. Он считался особой, приближенной к царскому роду.

В воздухе витало предвкушение, практически физически ощутимое.

Болтовня среди знати стихла, когда дверь распахнулась. Император Николай вошел в сопровождении свиты и телохранителей. Стук его сапог эхом отдавался в зале. В помещении моментально установилась тишина. Взгляды всех присутствующих были прикованы к фигуре императора.

– Присаживайтесь, господа, – он жестом предложил всем сесть, его рука рассекла воздух быстрым, властным движением.

Дворяне быстро заняли свои места, на императора они смотрели с уважением и даже трепетом. Николай Дмитриевич занял свое место во главе стола, его лицо оставалось спокойным. Немигающий взгляд неторопливо скользил по комнате, ловя глаза каждого присутствующего.

Император еще раз оглядел зал, затем прочистил горло. Звук эхом разнесся по залу, подчеркивая серьезность момента.

– Дамы и господа, – начал он, и его голос зазвучал в зале, – Благодарю вас за то, что вы присоединились ко мне в столь короткий срок. Мы должны обсудить вопрос чрезвычайной важности. Он касается будущего нашей Родины, будущего русского и других народов. Дело в том, что сто лет назад на наш мир было совершено масштабное нападение извне. И это нападение изменило всё, саму историю человечества.

Неприкрытое изумление появилось на лицах дворян. Никто не понимал, о чем толкует Император. Какое еще нападение, изменившее историю человечества?