Текст книги ""Фантастика 2026-149". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)"

Автор книги: Виктор Точинов

Соавторы: Витовт Вишневецкий,Кирилл Теслёнок,Александр Забусов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 342 страниц)

А как мы в метро ехали, это вообще была та еще сцена. Вагоны, куда мы заходили, пустели на глазах. Народ живенько растекался по соседним вагонам. Мы с диваном ехали в гордом одиночестве.

На поверхности продолжилось все тоже самое. Когда мы выехали на оживленную автотрассу, я жестами рук показывал, куда буду поворачивать, как перестраиваться и так далее. Правила вождения я знал хорошо.

Нам встречались всевозможные препятствия – от легковых автомобилей и грузовиков до пешеходов и уличных торговцев. Но диван маневрировал так ловко, что мы без проблем преодолевали все препятствия.

Всё опять же, в рамках закона. Лошадей можно использовать в качестве транспорта – а чем Аномалия хуже? Хотя диван скорее гужевой транспорт.

В какой-то момент за нами даже собралась большая толпа, которая некоторое время следовала за нами. Кому-то было просто любопытно, а кто-то спрашивал, а не Аномалия ли это.

– Законом не запрещено! – кричал я им в ответ, – Это гужевой транспорт!

Диван не показывал свои щупальца, а глаза прятал между складок обивки, глядя через щелочки. На монстра в таком виде он совершенно не походил.

Но всем, очевидно, было понятно, что перед ними такое.

В общем, это был поистине незабываемый опыт. Эдакое мини-приключение, не похожее ни на какое другое. И когда мы наконец прибыли в мой дом, я не мог не почувствовать благодарность к новому питомцу за возможность испытать нечто столь причудливое. Но веселое.

Надо будет официально оформить документы на диван. Только осталось понять – как на транспортное средство или как на питомца?

Когда мы подъехали к нашему особняку, окруженному железной оградой, мое сердце заколотилось от предвкушения. Высокие белые колонны у входа, витиеватая каменная кладка на фасаде, разбитый перед особняком зеленый сад – эти детали стали уже родными и привычными. Несмотря на то, что особняк был построен более века назад, он всё ещё выглядел добротно. Строители продумали каждую деталь.

Сад раньше выглядел заброшенным и одичавшим. Но мы с Нейди постепенно приводили его в порядок. Нейродевочка ухаживала за цветами и подстригала газон.

Под одним из окон я заметил блеск стекла. Видимо, несколько осколков от разбившегося стекла не убрали. Само окно уже давно поменяли, а вот неприятные воспоминания никуда не делись.

Я слез с дивана. Открыв ворота, я невольно поскреб подбородок. А что там с, мать его, Евгением Хилковым, моим злокозненым кузеном? Что-то из следствия не звонят. Надо бы самому звякнуть, поинтересоваться, как идет расследование.

Он мне ещё за разбитое окно должен, засранец.

Мы с диваном шли по длинной, извилистой подъездной дорожке. Солнце клонилось к горизонту, заливая поместье теплым оранжевым светом.

Подойдя к парадной двери, я услышал звуки быстро приближающихся шагов. Распахнулись резные створки, на пороге показалась нейродевочка в своем неизменном костюме горничной.

– Это что вы такое в дом притащили, хозяин? – Нейди уставилась на диван своими пустыми равнодушными глазами.

– Это диван, – с улыбкой произнес я.

– Вижу, что не табуретка, – кивнула нейродевочка, – Почему диван на меня смотрит?

Диван дружелюбно моргал своими пушистыми ресницами на десятках глаз.

– Потому что может.

– Логично. Он у нас надолго?

– Думаю, что да. Он классный.

Диван тем временем подошел к одной из клумб. Из-под его его днища высунулось новое щупальце с расширением на конце. Там находилась зубастая пасть и черный блестящий нос, похожий на собачий. Этим самым носом диван начал осторожно нюхать цветочки.

По идеально прекрасному лицу нейродевочки трудно было что либо прочитать.

– Чудесно. То есть мне не только с него пыль протирать, но и кормить? Чем его кормить, вы знаете? Кошачьим или собачьим кормом? Или ему нужна строго живая добыча, как змеям?

– М-м-м…

– А к лотку ваш новый диван хоть приучен?

Я задумался. Настолько далеко я не заглядывал. В Подземелье я никогда питомцев не держал. Там опасно было к кому-либо привязываться, питомцев могли убить из мести.

Так что я весьма отдаленно представлял себе, каково это – содержать питомца и заботиться о нем. Лишь в общих чертах.

– К лотку и корыту приучим, – я махнул рукой, – Он смышленый малый, схватывает на лету. Жратву определим экспериментальным путем. Думаю, должен любить мясо.

– Это так безответственно с вашей стороны, хозяин, – Нейди покачала головой.

Я лишь с улыбкой развел руками. Дескать, ну да, я вот такой, дурак, ага. Любите меня таким замечательным, какой я есть.

– А как вы назвали вашего питомца? – полюбопытствовала Нейди, – У каждого должно быть имя, отражающее его индивидуальность.

– Диван, – я пожал плечами, – А что?

– Мужчины, – нейродевочка демонстративно закатила глаза, имитируя укоризну всем своим видом.

Я лишь усмехнулся. Диван тем временем подошел к Нейди и начал осторожно обнюхивать уже её. Нейродевочка не боялась. Она протянула руку и поскребла его по спинке.

Диван протяжно заскрипел. Скрип напоминал мурчание большого уютного кота.

– Есть какие-нибудь успехи с порталом? – спросил я её.

– Да, – она кивнула, – Я продолжала эксперименты, как вы и приказывали, хозяин. И, кажется, я разгадала его секрет. Я поняла, как живому существу пройти через портал и при этом не погибнуть.

Мое сердце забилось чуточку быстрее.

– Правда? – встрепенулся я, – И каким же?

Неужели ей удалось раскрыть секрет до того, как я прокачаю Отражение до нужного уровня? Ай, Нейди, ай красотка, ай умница!

– Рецепт оказался на удивление простым, – равнодушным голосом произнесла нейродевочка, – Нужно было всего лишь…

Она сделала эффектную паузу, как в интернет-рекламе.

Глава 29. Больше оптимизма!

– Рецепт оказался на удивление простым, – равнодушным голосом произнесла нейродевочка, – Нужно было всего лишь…

Она сделала эффектную паузу, блестя на меня загадочными зелеными глазами.

– Всего лишь что? – я приподнял бровь, – Проверенный дедов рецепт? Навернуть зеленки с вискарем, и утром выйдет ком паразитов?

– Какой вы скучный, хозяин… Нужно было всего лишь усыпить мышь, – сдалась нейродевочка.

– Усыпить? – уточнил я, – В смысле навеки усыпить? Или в кроватку уложить? Первый способ не особо мне подойдет… Второй ещё туда сюда.

– Я не убивала мышь и в кроватку её тоже не укладывала, – терпеливо произнесла нейронка, – Я просто купила хлороформ. Посадила мышь в банку и опустила туда ватку, смоченную этим веществом. Через некоторое время мышь заснула. Я взяла её щипцами и сунула в портал. Полностью. После чего вернула обратно. Мышь через некоторое время очнулась. Она чувствовала себя хорошо. Умывалась. Хорошо кушала и хорошо какала.

Выдав этот отчет на одном дыхании, Нейди замолчала, тяжело дыша.

Хм… всё интереснее и интереснее. У бодрствующих мышей просто отказывали органы один за другим. Они бились в судорогах и умирали – по совершенно непонятной причине. Яда в в их телах Отражение не нашло.

При переходе через портал мозг должен быть обязательно отключен? Иначе мучительная смерть в конвульсиях с постепенным отказом органов одного за другим?

– И как ты дошла до этого решения?

– Методом перебора всех возможных вариантов и комбинаций.

– И сколько всего комбинаций ты перебрала? Сколько мышей сгубила?

– Много. Вам лучше не знать.

Не удивлюсь, что где-нибудь на заднем дворе у меня прикопано целое мышиное кладбище… Нейди ж ведь ни за что не признается. Знаю я эту хитрую нейросеточку.

Я задумался над словами Нейди. Надо будет все самолично проверить и десять раз во всем убедиться. Но что-то мне подсказывало, что нейродевочка не ошибается в своих выводах.

Усыпить человека не проблема, тем более для Отражения. Достаточно лишь правильно пережать сонную артерию. Пробуждение тоже не проблема.

Хотелось бы, конечно, узнать, почему же дохнут мыши. Но мыши рассказать о своем опыте не могут. Но могут люди. Или же… нейролюди.

Я вздохнул. Нет уж, на такие опыты я не готов. Даже ради науки.

Значит, решено. Выжду ещё пару дней, окончательно поправлюсь. Подготовлюсь. Соберу снаряжение. Скормлю Отражению новое Ядро. И тогда отправлюсь в поход в неизведанное. Отражение на время перехода через портал переведу в автоматический режим – у него в таком состоянии тоже свой «разум» отключается, оно становится словно робот. Или нейросеть.

Главное, убедиться, что я смогу пройти назад через этот чертов портал.

Я был уверен на все сто, что ответы находятся где-то по ту сторону загадочного синего сияния.

– Я голоден как динозавр, – с улыбкой сказал я Нейди, – Есть что куснуть?

– Я сегодня приготовила домашнюю шаурму.

– А из чего?

– Из кошек, конечно же.

– Это ведь шутка? – я приподнял бровь.

– Её имитация, – ровно ответила нейродевочка.

– Понятно. Ну спасибо, что хотя бы не из мышей… – я вздохнул.

– В хозяйстве ничего не должно пропадать понапрасну.

– Что?

– Ничего, – лицо Нейди оставалось непроницаемым.

На следующий день вечером, когда мы заканчивали ужинать, произошло весьма занимательное событие.

Пропиликал телефон, сигнализируя о входящем сообщении. Глянув на экран, я с удивлением узнал, что получил посылку. Ее доставил небольшой беспилотный летательный аппарат, который приземлился во дворе особняка. Дрон с жужжанием винтов улетел, как только я вышел на порог особняка. После него остался небольшой деревянный ящик с гербом рода Омутовых.

Я занёс посылку внутрь дома, гадая, что же там внутри. На всякий случай я активировал защитный покров – а вдруг это от врагов на самом деле гостинец? Взрывоопасный, например. Паранойя паранойей, а лучше лишний раз перестраховаться.

При помощи Отражения я открыл ящик и достал из него упакованный сверток. В свертке оказался футляр, в котором я нашел необычное огнестрельное оружие.

Это был пистолет, по конструкции напоминающий старинный кремневый пистолет, но с некоторыми апгрейдами. Он имел гладкую рукоятку из полированного дерева, украшенную золотой сложной гравировкой. Весил довольно мало. Ствол был длинный и тонкий. Спусковой крючок сверкал гладким полированным металлом, а курок имел форму головы сокола. Это придавало пистолету элегантный, но в тоже время мощный вид.

Пистолет также был оснащен лазерным прицелом и небольшим цифровым дисплеем на боковой стороне рукоятки. Мини-монитор отображал различную информацию о работе пистолета, например, количество сформированных боеприпасов и… уровень заряда?

Я крутил пистолет, рассматривая под разными углами, и улыбался. Мне в руки попало настоящее произведение искусства, с непревзойденным уровнем мастерства и внимания к деталям. Высококачественное оружие. Мне не терпелось опробовать его в деле.

Но почему князь Омутов прислал мне такое уникальное оружие? Я знал, что у князя есть страсть к коллекционированию… но не старинного оружия ведь? Он больше по разным жутким тварюшкам.

Пистолет казался слишком современным для его вкусов. Возможно, это был подарок? Князь ведь обещал мне поддержку и снаряжение.

Снова запиликал телефон. Новое письмо на почте. Открыв приложение, я увидел цифру «один» во Входящих. И я уже знал, от кого это послание. Скорей всего дрон уже отчитался о доставке.

Да, письмо оказалось от князя Омутова.

Александр, мой мальчик!

Я надеюсь, что ты читаешь мое письмо в добром здравии и благополучии. Я ещё раз хочу выразить тебе свою искреннюю благодарность за спасение моей дочери во время того званого вечера. Если бы не твоя отвага и смелость, кто знает, что бы могло произойти.

Я хочу преподнести тебе небольшой подарок, как и обещал. Пистолет, который является недавней секретной разработкой одного из моих НИИ. Он еще не поступил в продажу, но я считаю, что ты заслужил пользоваться им прямо сейчас.

Далее в письме князь рассказывал, что пистолет – эксклюзивная версия ограниченного выпуска с улучшенными характеристиками. Её запустят в продажу только через месяц. По словам Омутова, пистолет питался духовной энергией пользователя, концентрировал её в духовные пули и посылал их в цель с огромной разрушительной силой.

Это очень мощная штука, Александр, мой мальчик. Особенно для истребителя первого уровня. Ты уже умеешь использовать энергетические бласты, но духовные пули этого пистолета куда мощнее, с могучей пробивной способностью. И они взрывные. Будь с ним поосторожнее.

Пистолет питается от твоей духовной силы, и снаряды в нем не иссякнут, пока не закончатся твои собственные запасы. Думаю, начинающий Истребитель Аномалий найдет этому оружию достойное применение. Аха-ха-ха-ха!

О любом ремонте позаботится семья Омутов. Только дай нам знать.

Князь Павел Александрович Омутов руку приложил

P.S. Если вдруг найдешь необычную зверушку, то ты знаешь, как со мной связаться. За редкие и необычные экземпляры дам хорошую цену.

– Спасибо, княже. И простите, – я с улыбкой вспомнил о диване, который сейчас отдыхал в гостиной, маскируясь под обычную мебель, – Но друзья не продаются. Думаю, я подыщу вам что-нибудь другое, не менее интересное.

Письмо князя и его подарок разожгли мое любопытство. Я захотел прямо сейчас проверить возможности нового оружия. Я крепко сжал его в руке и сосредоточился на своей внутренней энергии. После чего направил её в рукоять.

Вдруг датчики устройства запищали, и пистолет начал испускать через щели яркие золотистые лучи света. Я не верил своим глазам – пистолет реагировал на мою духовную энергию!

Вот это продвинутый технический гаджет. Никогда такого не видел.

Но яркий свет – это большой минус. На ночные тихие операции такую штуку не взять. Очень уж яркая. Но против аномальных тварей, с которыми надо сражаться лоб в лоб – подойдет отлично.

«Заряд 100 %. Количество сформированных боеприпасов: десять», – гласила мерцающая надпись на датчике. Угу, понятно. Спасибо князю, прислал полностью заряженный образец. Я бы так быстро его не запитал.

Я вышел на улицу и прицелился в близлежащее дерево. Оно было старым и засохшим, всё равно надо было что-нибудь с ним сделать. Красная точка лазерного прицела задрожала на шершавой коре.

Когда я нажал на курок, яркий золотой луч вырвался из пистолета. Он попал точно в центр ствола, оставив в нем круглое отверстие с раскаленной линией периметра. Спустя долю секунды грянул мощный взрыв.

В стороны разлетелись щепки и сгустки энергии. В дереве образовалась огромная дырень с рваными краями. С треском верхняя часть дерева завалилась на бок, её крона с хрустом и шелестом завалилась на тротуар, перегородив проход к воротам.

Я в шоке смотрел на дело рук своих. Фига се… Я, кажется, недооценил взрывную мощь этой штуки. Не зря князь Омутов предупреждал.

К такой силе нельзя относиться легкомысленно. Мощь оружия – это что-то с чем-то. Князь не преувеличивал его возможности. Мои уважение и благодарность к Павлу Александровичу лишь росли.

– Многие поколения графов Булгаковых бережно выращивали эти деревья, как напоминание о преемственности внутри рода, – раздался за спиной укоризненный голос Нейди, – А он по ним из пистолета шмаляет, как по бутылкам в тире…

Я обернулся. За моей спиной стояли Нейди, Натаха и с любопытством смотрели на упавшее дерево. За их спиной топтался диван. Всем было интересно узнать, что это во дворе шумит такое.

– А ещё в городской черте запрещена стрельба, братец, – напомнила Натаха, с любопытством глядя на пистолет в моих руках, – Кроме специально отведенных для этого мест.

Диван согласно заскрипел, выражая дамам полную поддержку. Предатель кожаный.

– Это из огнестрела. А это… гм… духовнострел? – я задумчиво посмотрел на свою новую мощную игрушку, не зная, как её правильно называть.

А правда, как? Духомёт? Энергомат? Пистопсих? Сложно придумать красивое название.

Духовный пистолет как-то скучно звучит.

– Я звоню в полицию, – сказала Нейди с совершенно серьезным лицом, – Преступник не должен уйти от возмездия.

Диван снова одобрительно заскрипел, выражая полную поддержку нейродевочке. Это все потому, что она его кормит в последние дни? Продал меня за миску вкусноты?

Всё, дружба кончилась. Завтра сдаю этого предателя Омутову.

* * *

Прошло ещё несколько спокойных дней. Мое сердце окончательно зажило, и я мог пользоваться Отражением без каких-либо ограничений. Я также скормил ему Ядро, добытое в последней битва с Аномалией.

Отражение обрело достаточно силы для более продвинутого сканирования. Розовые щупальца ощупали весь портал от и до, проникли в самые потайные отсеки и обнаружили скрытые алгоритмы.

При помощи Отражения я научился переключать портал. Заставить его работать как в ту, так и в другую сторону. В теории, в будущем я даже пароль на него смогу поставить. Чтобы надежность была максимальной.

К вылазке я тщательно подготовился. Надел военный защитный комплект. Все необходимое, припасы, аптечку и еще кое-что по мелочи, положил в рюкзак. Заточил меч и проверил все системы пистолета.

Я готов. Можно отправляться.

Диван жалобно заскрипел, глядя на меня. Он как будто чувствовал, что я собираюсь куда-то далеко и надолго.

– Прости, но ты слишком широкий, – с улыбкой сказал я, – Тебе через портал не пройти. Возьму тебя в другой поход.

Диван снова печально заскрипел, глядя на меня круглыми глазками со всей поверхности тела. Пушистые ресницы подрагивали.

– Не огорчайся, – Нейди поскребла его по спинке, – Пойду тебя выгуливать, поохотимся на соседских мерзких паразитов, постоянно тявкающих на нас…

– Нейди…

– Я имела в виду поиграем с милыми пушистыми собачками, конечно же.

Вместе с нейродевочкой мы спустились в подвал. Натаха делала наверху домашнее задание, я решил её не тревожить. Пусть думает, что мы с Нейди уборкой заняты или типа того.

– Нейди, подбодри меня, что ли, – попросил я, стоя перед голубой переливающейся мутью портала. Мы уже заглянули туда при помощи камеры. В заброшенной квартире по ту сторону ничего не изменилось. Все то же запустение, всё те же странные кристаллические кораллы, растущие в беспорядке по всем поверхностям.

Разве что пакеты с мусором, которые туда выбросила Нейди, куда-то делись.

Всё-таки морально первый шаг в неизвестность было сделать очень непросто. Хотя и очень хочется!

Кончики моих пальцев завибрировали в предвкушении. Словно мне не терпелось выпустить когти и сойтись в схватке с противником.

– Подбодрить вас? Легко. Я полагаю, хозяин, что вы умрете жестокой и мучительной смертью, – равнодушным голосом произнесла горничная, – Но есть маленький шанс, что она будет быстрой.

– А можно больше оптимизма? – попросил я.

Лицо нейродевочки просияло.

– Я полагаю, хозяин, что вы умрете веселой и радостной смертью! – с теплой улыбкой произнесла горничная, в ее нежном голосе переливались колокольчики, – И есть маленький шанс, что она будет медленной! Разве это не чудесно? Аха-ха-ха-ха…

Смех был очень спокойным и неестественным.

Я одарил её кислым взглядом. Ох уж эти нейросети. И ведь технически она правильно выполнила команду, не придерешься.

– Ваш Дар, который вы называете Отражением, не подведет? – спросила нейродевочка.

– Весь план ему я уже сообщил заранее. Усыпить меня, войти в автоматический режим, пройти через портал, отключить автоматический режим и сразу разбудить меня. В случае наличия врагов поблизости – начистить им рыла. И потом разбудить меня. Или наоборот. В зависимости от ситуации.

– Разбудить врагов и начистить вам рыло?

– Отражение, – я посмотрел на парящее перед собой розовое облако, – Действуй.

Розовое щупальце воткнулось в мою шею, проникло в сонную артерию. Я отключился мгновенно, мой разум со всех сторон окутала тьма…

Пробуждение произошло очень внезапно, толчком. Я резко распахнул глаза, словно меня рывком подняли из-под толщи воды на поверхность.

Я быстро огляделся и… чуть не заорал во всю глотку!

Со всех сторон на меня смотрели… огромные глаза.

Глава 30. Собрание

Окраины Москвы

Складские помещения на окраине Москвы. Места, где почти никого нет. Завывание ветра, скользящего между бетонных и металлических построек. Груды строительного мусора и обломков то тут, то там. Лишь изредка издалека долетает лай собак.

– Пора на пенсию, – проворчал граф Илья Сухоруков, кутаясь в длиннополое серое пальто. Дул пронизывающий холодный ветер, грозя задушить дымящуюся сигарету.

Сухоруков сделал последнюю затяжку и отшвырнул тлеющую сигарету в сторону.

Пора начинать.

– Удачи граф, – сказал один из людей группы сопровождения, – Мы будем ждать вас здесь.

Черный внедорожник был припаркован у обочины. Люди князя Омутова из службы безопасности поддержат графа в случае непредвиденных обстоятельств. Все опытные бойцы со стажем.

Их время пока не пришло. Сейчас надо действовать более тонко. Как умеет только граф Сухоруков.

Именно сюда, на эти склады, и привел их сигнал маячка. Именно здесь, возможно, удастся узнать, кто же стоит за покушением на княжеский род Омутовых. Враги рассчитывали украсть ценный трофей из летающего острова… но вместо этого указали охотнику путь к своему логову.

Снимки со спутника, принадлежавшего роду Омутовых, дали множество интересных материалов. В частности, в эти склады прямо сейчас съехалось со всех сторон множество машин. Как будто здесь собирались провести массовую встречу… некоторые интересные личности.

Сухоруков глубоко вздохнул… и исчез. Пропал из видимого спектра излучения. Лишь гравий и песок слегка приминались в тех местах, по которым он ступал. Самую малость.

Граф был очень худым человеком, весил всего сорок килограммов. В его работе детектива это было очень важно. И ходил очень осторожно. Практически бесшумно. Он также обработал себя специальным аэрозолем, чтобы его не вынюхали собаки.

Худой, умный, щуплый, способный пролезть в любую щель, страдающий от никотиновой зависимости, в постоянной депрессии – за эти качества его и ценили в княжеском отделе безопасности.

Особенно любили за привычку постоянно дымить. Илья выкуривал по три пачки сигарет в день.

Дар Невидимости – отличное подспорье в его работе. Боевые навыки Ильи оставляли желать лучшего, но они ему и не требовались. Спецов по набитию рож много, а вот толковых детективов и шпионов – уже куда меньше.

Илья в совершенстве владел своим Даром. Мог не только сам становиться невидимым, но и делать невидимыми некоторые вещи, которых касался. Одежду, например. Многим неопытным невидимкам вообще догола приходится раздеваться, чтобы выполнить задачу по проникновению.

Дилетанты-с. Если только это не красивая фигуристая девушка. Девушке можно.

Граф Илья Сухоруков был не только человеком многих талантов, но и дальним родственником самого князя Павла Александровича Омутова. Поэтому задача носила для графа личный характер. Он выложится на все сто, несмотря на холодный ветер настойчивое желание снова закурить.

Щемясь к стене, он шел по пустынной улочке, поглядывая по сторонам. Раньше здесь располагался промышленный район, от которого остались лишь склады. Здания вокруг были обветшалыми и заброшенными, их разбитые окна и ржавые двери говорили о долгом запустении. Легкая тревога терзала графа Сухорукова, пока он пробирался по темным и безмолвным улицам.

Он полностью один. Отряд прикрытия не панацея. Он должен быть всегда начеку, чтобы выполнить задание. Отстоять честь рода Омутовых. Отомстить за дядьку Павла и племянницу Свету. И, конечно, уйти отсюда живым и невредимым.

Подойдя к складу, откуда исходил сигнал маячка, граф Сухоруков заметил группу вооруженных охранников, патрулирующих периметр. На поводках они держали собак.

Когда ушел один патруль, вдалеке сразу же появился другой. Похоже, они сменяли друг друга по графику.

Прижимаясь к стене, граф поскреб подбородок, покрытый щетиной. Нужно как-то проскользнуть мимо патрулей, если он хочет получить доступ на встречу. Основная проблема – собаки. Аэрозоль аэрозолем, а рисковать лишний раз не хочется.

Он стал наблюдать за передвижениями патрулей, отмечая их позиции и время смены караула. Детектив терпеливо ждал подходящего момента.

И когда он наступил, граф Сухоруков стремительно проскользнул мимо патрулей. Безопасное окно было выбрано правильно – его никто не заметил. Лишь у одной из собак дернулось ухо в его сторону – но на этом всё. Возможно, у неё просто блохи.

Оказавшись на складе среди огромных металлических контейнеров, граф Сухоруков перевел дыхание. Он имел привычку – считать удары своего сердца. Его самая важная мышца ускорила свой бег – вместо привычных пятидесяти ударов в минуту сделала пятьдесят пять.

Нехорошо. Он слишком перевозбудился. Сосредоточься, тряпка! Где твои навыки? Где хладнокровие? Теряешь хватку.

В любом случае, первый этап пройден.

Пройдя чуть вперед, он увидел людей в черных дорогих костюмах, собравшихся за столом. Лица большинства присутствующих были скрыты тенью. Иные сидели молча, некоторые переговаривались, их голоса были едва слышны. За спинами собравшихся угадывались мощные фигуры охранников.

Граф Сухоруков внимательно слушал, стараясь уловить каждое слово. Собак здесь не было, чудесно. А значит, никому его не обнаружить. Даже одаренным-сенсорам не уловить его присутствие.

Многие лица показались ему знакомыми. Он наблюдал, как люди обменивались пакетами и передавали деньги, заключая сделки. Граф был в ужасе от того, что видел и слышал. Торговля наркотиками, проституция, торговля людьми и органами… Эти люди были коррумпированы и безжалостны, их заботили только собственная власть и богатство. Он вышел на настоящее преступное подполье.

Сердце сделало шестьдесят ударом в минуту. Сухоруков мысленно обругал себя и постарался успокоиться.

Но наибольший интерес представлял тот, кто сидел во главе стола. Босс. Его лицо было освещено сиянием планшета в его руках.

Граф Илья Сухоруков при виде его чуть не потерял дар речи. Он сразу же узнал этого человека – князь Петр Алексеевич, глава рода Апрелевых!

Он был человеком властным и влиятельным, его имя шепотом произносилось во всем преступном мире. По молодости он отсидел значительный срок за убийства и за финансовые преступления. Слухи о нем ходили самые мрачные. В преступном мире Петр Алексеевич был известен под прозвищем «Князь».

Общественное мнение было убеждено, что Петр Алексеевич давно завязал. И закон давно не нарушает. Ну, по крайней мере, в крупных масштабах. Полностью искупил свою вину заслугами перед государством. Но как выяснилось – все совсем не так.

С ума сойти… Так это что получается? За покушением на Омутовых, за нападением на летающий остров Убежище стоит род Апрелевых? Вот это будет грандиозный скандал на самом высоком уровне.

Илья понял, что, возможно, ухватил за хвост самую крупную рыбку в своей жизни. Надо только теперь не дать ей выскользнуть из рук. Собрать как можно больше информации. Чтобы князь Омутов использовал её по полной программе против своих оппонентов.

Император Романов крайне негативно относился к борьбе русских дворянских кланов между собой за власть. Конкуренция поощрялась, но не такими методами, не летальными. За подобные выходки грозила самая жестокая опала, вплоть до лишения всех привилегий. Или даже казни.

Впрочем, угроза опалы не мешала дворянам сводить счеты и интриговать. Просто они старались не попадаться. Междоусобицы играют на руку внешним врагам? Плевать, главное, поджать соседа за родовую обиду столетней давности. И подгрести под себя побольше.

Петр Алексеевич пролистывал экран планшета, его глаза быстро метались туда-сюда по тексту. Подчиненные наблюдали за ним со смесью страха и благоговения.

Недалеко от босса за столом сидел ещё один человек, молодой азиат в черном плаще. Его резкие черты лица словно были высечены из гранита. Он был немногословен. Явно из тех людей, за кого говорят его поступки. Взгляд азиата был пронзительным, волосы – черными, блестящими и зализанными назад. Он поигрывал складным ножом, с щелчками вертя его в руке и наблюдая за остальными людьми в комнате.

Никто не осмеливался встречаться с ним взглядом. От этого человека исходила опасность чуть ли не на физическом уровне. Как будто он убил больше людей, чем можно сосчитать. Его боялись и уважали в равной степени.

Азиат, казалось, не замечал напряжения, витавшего в воздухе. Он был погружен в свои мысли. Словно планировал следующий шаг. Как хищник, ждал подходящего момента для удара.

По правую руку от босса сидела Маргарита Петровна Апрелевна, дочь Князя. Эффектная брюнетка с породистым лицом, одетая во всё черное, ее длинные темные волосы ниспадали каскадом по спине.

– Как успехи, родная? – спросил её Петр Алексеевич, не отрываясь от планшета. Его голос был сухим и сосредоточенным.

Легкая улыбка тронула алые губы красотки.

– Хорошо, папа, – её голос лился, словно звон колокольчиков, – Я собрала нужные сведения о мальчике и готова действовать. Мне только понадобиться помощь твоего партнера по бизнесу – мистера Ли из Красной Империи Дракона.

Граф Сухоруков сделал мысленную пометку.

– Без проблем, я свяжусь с ним в ближайшее время, – сказал Петр Алексеевич. Его глаза продолжали бегать по планшету, – Что тебе нужно?

– Кое-что забрать у него. Точнее, кое-кого.

Петр Алексеевич кивнул, как будто всё понял.

– Понял тебя, родная. Ты получишь все потребное.

После этого короткого обмена репликами оба вернулись к своим гаджетам.

У графа Сухорукова, застывшего в углу неподвижной тенью, сложилось ощущение, что все собравшиеся чего-то ждут. А может быть кого-то. И он не ошибся.

– Прошу прощения за опоздание, господа! – раздался со стороны высокий жизнерадостный голос.

Все взгляды метнулись в дальний угол помещения. Там из-за контейнеров вышел и двинулся к столу весьма неординарный персонаж.

Это был… слегка полноватый карлик в рваных джинсах и джинсовой куртке с закатанными рукавами. На вид ему было лет пятьдесят. На его поясе висели какие-то технические гаджеты непонятного предназначения.

На его лице играла заразительная жизнерадостная улыбка. Он смотрел на присутствующих сквозь черные стекла стильных солнцезащитных очков. Его черные волосы, тронутые сединой, были выбриты на висках, борода коротко подстрижена.

На карлика бросали презрительные взгляды. Но тот шел к столу, ухмыляясь как ни в чем ни бывало. Но как будто бы привык к подобному отношению со стороны людей, и ему было глубоко плевать.

Руки и кисти карлика покрывали татуировки. Илья знал их значение. Некоторые из них говорили, что перед ним – опытный вор-рецидивист. Прошедший через множество темных делишек и отмотавший не один срок от звонка до звонка.

Миниатюрный пухловатый человечек выглядел почти комично. Он едва достигал высоты стола, за которым сидел Петр Алексеевич. Ему пришлось бы встать на носки, чтобы достать до поверхности. Но, несмотря на его маленький рост, в нем чувствовалась уверенность и властность. Его ухмылка говорила, что он знает, кто он есть. И ничуть не стыдится себя самого. А даже наоборот, гордится.