Текст книги ""Фантастика 2026-149". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)"

Автор книги: Виктор Точинов

Соавторы: Витовт Вишневецкий,Кирилл Теслёнок,Александр Забусов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 254 (всего у книги 342 страниц)

– Может, договоримся? Русь велика, её на всех хватит. Забьюсь в медвежий угол, мешать не буду.

– Сам-то веришь? Мне сейчас при эдаких раскладах реала только удара в спину и не хватает. Долгое время сила родов никак не проявляла себя, но вещие верили и ждали. Хранили древние знания и копили силы, ибо ещё канувшим в лету Сварогом было предсказано возрождение веры. Пора! Утро Сварога наступило. Вот и гляну, что получится. Ну а ты…

Хильченков, стоявший с застывшим в прежней позе украинцем, как бы наособицу от говоривших друг с другом сущностей, заметил, что Велес из кармана извлёк небольшое зеркальце, подобное тому, что он сам в полевых условиях для бритья использовал. Бросил его на землю перед бестелесной сущностью. Без каких либо колдовских и волшебных спецэффектов произнёс:

– Знай своё место, бес.

Пальцем ткнул в зеркальную плоскость.

Вот дальше эффект от его слов превзошёл все ожидания Кости. Прозрачное тело крутнулось на месте. Набирая обороты закрутило в воздушную воронку миниатюрного смерча и под звук, похожий на рокот пилорамы, потащило к зеркальному наладоннику. В него втянулось, там и пропало. В наступившей тишине услышал голос Велеса:

– Вот и всё. А зеркальце мы припрячем и в чужие руки не отдадим.

Подняв зеркало с земли, сунул его в карман, после чего обратил внимание на Костю. Продублировал прежний итог произошедшего, лишь подкорректировав его для Хильченкова:

– Вот и всё, боярич. Хотел свободы? Так получай её. Предначертанное тебе ты исполнил, теперь сам по себе будешь, мешать и озадачивать не стану. Единственное, что,.. Напутствие от меня тебе на все случаи жизни будет. Никогда не верь ничему, что слышишь, и только половине того, что видишь. Если запомнишь его, то выживешь, там, где выжить нельзя. Прощай.

Велес исчез, а вместе с ним исчез и круг света. Всё вокруг ожило. Люди. Звуки боя. Сосед, стоявший рядом с Константином… В руке нож, клинок которого нацелен в Косте шею.

Молниеносным рысьим броском на землю повалил, начавшего будто оживать украинца с ножом. Костяшками пальцев, кулаком ударил тому в висок. Больше почувствовал, чем услышал треск костей черепа. Как говаривал один из наставников прежнего Хильченкова: «Не убьёшь ты – убьёт время». Абзац! Правки не нужно. Всё быстро и на уровне инстинктов, а не психологических мотивов.

– Вперёд-вперёд, Тихий! – будто и не заметил произошедшего, поторопил Галл.

* * *

Старый оперировал боем, а скорей зачисткой, по классическим канонам штурмового подразделения. Сам в свалку особо не вступал, а вот его бойцы над «свидомыми» поизголялись. Первым делом танк подожгли. Выстрелить в его корму с близкого расстояния было не сложно. После него БэТэРы пострадали. Дальше… Подлавливать противника лучше всего на открытых местах, где отсутствуют естественные укрытия, а также в вынужденных зонах скопления бойцов и техники. За укрытиями и тесными пространствами – скапливаться нельзя!

Для проникновения в здание использовали проломы в стенах. При этом подходили к зданию с угла. Входить в любое помещение нужно осторожно, в постоянной готовности к открытию огня по вероятному противнику. Санта с Орехом в цокольный этаж сунулись, когда в него уже с другой стороны Пионер с Непоседой проникли и при свете фонарей с гражданскими общались. Бойцов обступили женщины и детвора, о чём-то втолковывали парням.

Свет фонаря Пионера упёрся в появившихся из другого прохода товарищей. Он радостно объявил:

– О! Дети, к вам в гости Дед Мороз заявился!

Санта при виде толпы, прежде всего детей, опешил:

– Т-твою ж мать! Сколько ж вас здесь!

Лицо сделалось кислее лимона. Не его это фишка, с мелкими общаться. Поняв, что парней вопросами достали, Пионеру попенял:

– Умней ничего не придумал?

Однако, переключил внимание на детвору, в приглушённой светом темноте смотревшей большими глазами на небритую харю спецназовца, названного именем персонажа из зимней сказки, поприветствовал их:

– Здравствуйте ребятишки, девчонки и мальчишки!

Дождался писклявого ответа мелкоты:

– Здравствуй Дедушка Мороз!

– Сейчас я уйду, но зимой к каждому из вас в гости приду!

Плечом ставшего в ступор Ореха толкнул:

– Пошли!

Ретировались быстро. Когда на этаж поднялись, Орех поинтересовался:

– Санта, что это было?

– Как, что? – ответил тот. – Дети.

– Ну, дак…

– Эх, Валик, ничего-то ты не понимаешь! Дети должны верить в Деда Мороза, хотя бы потому, чтоб, став взрослыми, верить всей той словесной туфте, которой средства массовой информации на прикорме у заинтересованных в продаже своей продукции корпораций и некоторые индивиды обличённые властью, их будут пичкать. А то ведь неизвестно до чего безверие довести может.

– Ну, ты даёшь.

В связной гарнитуре послышался голос Старого:

– Галл, как у вас?

– Норма. Змеёныш ранен, ранение средней тяжести.

– Принял. Санта, Старому!

– В канале Санта! – ответил на вызов.

– Вместе с Орехом выдвигаетесь к выходу дороги из посадки. До особого распоряжения образовываете огневую точку.

– Понял тебя, Старый! Выполняю.

С местом лёжки особо мудрствовать не стали. Украинцы ещё до них оборудовали её у дороги, причём углубились в грунт и соорудили небольшой бруствер снаружи замаскированный под поросль кустов. Оба услышали знакомый рокот, донёсшийся за кронами деревьев. Он нарастал постепенно, а когда на максимум встал, через некоторое время стих.

– Не обманул полкан, вертушку прислал. – Заметил Санта.

– Поместятся ли все? – засомневался напарник.

– Куда денутся. Главное раненых, баб и детвору отправить, остальные без такого хомута на шее тихой сапой просочатся.

Не успели обжиться когда…

– Санта, – тихо произнёс Орех. – По правую сторону шевеление слышно.

– Заметил уже. Один человек.

– Так я проверю?

– Давай. Только без фанатизма.

Валентин ужом проскользнул в створ между кустарником. Совершать перебежку от укрытия к укрытию необходимо в интервале не более трёх секунд. Тот, кто пытался по тихому слинять, вряд ли был безоружным. Вероятность поражения огнём противника будет возрастать прямо пропорционально времени затраченному на перебежку, потому спецназовец боевой наукой не пренебрегал.

Буквально минуты через две острый слух Санты уловил короткое шебуршение, а вскоре к импровизированной огневой точке Орех притащил ВСУшника в бессознательном состоянии.

– Нафига ты этот мусор с собой приволок? – недовольно спросил прапорщик. – И так ведь ясно, что как язык он полный ноль.

– А вдруг!

– Чудес не бывает. – Не согласился с Орехом. – Ты на его морду глянь.

– А что морда? Морда, как морда. Ему сороковник, не меньше. Что ни будь, да скажет.

Капроновой удавкой связал руки за спиной супостата, ладонью ему по щекам поплескал.

– Эй! Давай уже в сознание приходи, мужик.

Украинец в себя пришёл, в темноте пялился то на одного, то на другого москаля, сидевших рядом и не выказывавших к нему особой злобы. Один из них лишь спросил:

– Говорить будем?

Чего ж не поговорить с хорошим человеком? Ответил сразу:

– Будем. Только я ничего не знаю особо.

– Угу. – Хмыкнул второй. – Я ж тебе сразу сказал.

Вот тут догадка мозг включила. Заблажил:

– Ребята, родненькие,.. не убивайте. А?

– Ну, да. Если жить так хочется, какого лешего в Россию припёрся?

– Так ведь не знал, что в Россию! У-у-у!.. ТЦКа загребли, призвали и сюда бросили.

– Это ты мёртвым жителям вон того села объяснять будешь. – Страшный русский мотнул головой в сторону поля за которым околица селения виднелась.

Особой вражды к представителю бывшего братского народа ни Орех, ни Санта не чувствовали. Сидит перед тобой человек, слезу пускает, о жизни своей, может быть, первый раз задумался. Потому как понимает, что по грани, по краю скользит. Оттого и прорвало словоблудие, будто на исповеди у священника:

– Всё не так, как хотелось! – выдал, уставившись перед собой невидящим взглядом. – Может не в той стране родился?

Орех тихо хохотнул, подначил:

– Угу! И не в той семье и не того полу. Радуйся, что мужиком сорок лет прожил.

– Да уж. – Кивнул тот. – Мужиком хорошо, бабам хуже. Мужики доминируют по жизни.

– Вот! – Согласился Орех.

Рука потянулась к ножу на поясе. Пора было заканчивать беспредметный разговор. В плен товарища не переправишь, а значит выход в сложившейся ситуации мог быть только один. Санта изначально прав.

– Сука! Где они доминируют? – глухо простонал украинец, торопливо затараторил, боясь не успеть сказать о наболевшем. – Не знаю как другие, а у мня не получилось. Всё время под прессингом баб находиться пришлось. Сомневаюсь, что с другими не также.

Фсхлипом глотнул побольше воздуха, словами как из пулемёта застрочил:

– Родились. Мама, бабушка тут же начинают сюсюкать, тискать, бубенчиками перед мордой трясти, твои бубенчики проверять, заматывать во что-то. Чуть подрос, давай тебя в садик! Там тебя кто встречает?.. Ага. Бабы! Воспитатели, нянечки. Давай гнобить. Каждый час, каждый день! До школы дожил. Радость? Ну, да. Ты ж не знал, что не в сказку попадёшь. В школе все преподы бабы. Угу. Кроме военрука, физрука и трудовика. Три придурка-алкаша, неудачника. Видел кто трудовика героя? Нет. Человек, который учит из подсобной хрени делать какую-то другую, никому ненужную хрень, не может быть героем…

Санта жестом понять дал, пусть выговорится.

– …Их все не уважают. Мать их так! Потому что никто из них вряд ли заканчивал 2 педагогических универа. Один-то и тот под вопросом. В школе они люди случайные. Так!.. Где-то занесло пересидеть после отсидки. Ага. Так вот, при таком бабском контингенте, 11 лет учёбы даром на психике не отражаются. Плюс ко всему, мало того, что тебя директор, завуч, преподы гнобят. Есть ещё одноклассницы. Мокрощёлки! Тоже гнбят. Потому что эти твари умней тебя, ведь доказано – девочки на 2 года быстрей мальчиков развиваются. Пацаны тупо от них по интеллекту отстают, а значит, победить не могут. И так до 20-ти годков. Прессинг продолжается, цветёт и пахнет. Вот и выходит, дома мама и бабушка, в школе преподы и одноклассницы. Заболеть решишь,.. приходишь в поликлинику. Бац! А там тётки холодными инструментами в тебя тычут, уколы делают, говорят, что ты дебил. От всего этого в разнос пошёл. На машину директрисы из окна школы наполненный водой презерватив сбросил. И что? Малолетка! Куда тебя в полицию? Но есть у такого заведения детская комната, где учёт ведут. Притащили, а там начальником бабища в погонах. Как увидела, так сразу давить стала, мол малолетний преступник и за свои дела будешь на малолетней зоне быковать. С горем пополам до института дошёл. Думаешь, ну всё! Хер там! И тут бабы. Бежать! Куда? Бац! Глоток холодного воздуха. Военком тебя заметил и правдами-неправдами в армию переправил. Ушёл, отдохнул, соскучился по бабам, вернулся, и тут… Дадах! Дома тебя ждали все. Те, кто над тобой в школе издевался, дома, в поликлинике, в институте. Одна из них, самая умная, напористая, быстрая, быстро с тобой съехалась и быстро детей тебе нарожала. И опять ты зависим. От кого! От жены, которой каждый день деньги нужны. Кроме того мама твоя мозг поедает. Если не в живую, то по телефону. А ещё тёща есть, она тоже тебя любит. Хорошо бабка жены вовремя здохла. На работе бабы доминируют. Где бедолаге приткнуться Вот и выходит… Многие на ТЦКа бочку катят. Конечно неприятно, когда за шкирку и на войну, но здесь в плен попасть можно, а на отсидке с тобой бабы вряд ли окажутся.

– Всё сказал? – спросил Санта.

– Всё.

Сидевший напротив Орех вперёд подался. Не давая почувствовавшему опасность хохлу подняться и бежать от неё куда глаза глядят подальше, разведчик костяшками сжатого кулака ударил в висок, разворачивая ему голову. Лезвие ножа вошло в шею сбоку между ключицей и трапециевидной мышцей, перерезая сонную артерию, яремную вену и трахею… Все, готов турист, нашедший последнее пристанище на чужой земле. Уж он-то точно на нормального не тянул, а жизнь судя по последней исповеди не жил, а коротал. Ну, да бог ему судья.

– Идиот! – подытожил Санта, кивнул на убиенного. – Накровил. Не мог чище?

– Так привычнее.

– Ну, да. Оттащи подальше.

Орех вернулся не сразу. Несмотря на темноту, успел на тропках пару растяжек поставить. Вдруг ещё какой недобиток решит проявиться. Уселся в ровчик, со вздохом доложил:

– Всё! Скоро рассветёт.

– Угу. – Согласился Санта. – А чего ты хотел? Можно сказать продал душу дьяволу, пищи, но тащи.

– Эт почему это продал? – не понял Орех.

– Не бери в голову. – отмахнулся. – Анекдот есть. Умерли в один момент бизнесмен и военный, ну и обоих в Ад определили. Хитрожопый бизнесмен подкатил к чёрту, говорит, слышь друг, домой позвонить можно? Тот в ответ. Не вопрос! Звони. И трубку даёт. Мужик номер набрал. Две минуты с вдовой побазарил, а дальше связь отключилась. Женский голос из трубки сообщает. На ваших счетах, ноль. Бизнесмен с претензией к чёрту. Как так-то. Чёрт лыбится, отвечает. Чего ж ты хотел? Роуминг. Военный в свою очередь спросил. А мне позвонить можно? Звони. Соглашается нечистый. У вояки ни жены, ни детей. Куда позвонить думает. А, позвоню-ка в штаб бывшей своей части! Набрал номер, с одним, со вторым, с третьим пообщался, бывшим подчинённым позвонил, с ними поговорил. Час потратил. Трубку возвращает. Сколько с меня? Нисколько, внутри сети бесплатно. Так что, Орех, ХЗ, куда мы с тобой после смерти попадём, уж слишком большой шлейф смертей за нами тянется.

Выглянувшее из-за горизонта солнце отогнало сначала темноту, а потом и сумерки. Раннее утро преподнесло сюрприз, который можно ожидать было.

Санта в бинокль на дальних подступах осмотрел едущий в их сторону транспорт супостата, по радейке вызвал майора:

– Старый ответь Санте!

– В канале!

– Командир, у нас похоже гости рисуются. – Доложил.

– Много?

– Три БТРа.

– Чем помочь?

– Справимся.

– Уверен? Не нужно быть героем, если тебя приказом не назначили.

– Уверен. Кой-какая мысля имеется. Вертушка скоро прилетит?

– Контрольное время 10 минут.

– У меня всё.

– Конец связи.

На фоне села вражеский транспорт уже даже без оптики отлично видно было.

– Орех, Видишь, торопятся? Второй броник метров на сто отстал. Шуруй в посадку! – решил Санта. – Первый БэТэР пропускаю, работать по второму начну, а ты на дорожном изгибе его и кончишь. Тем самым дорогу пробкой забьёшь. Только наверняка стреляй.

– Санта, там же вон и третий следом едет? У тебя ведь только один РШГ остаётся.

– Разберёмся. Бегом!

– Есть! Понял!

Подхватился. Как ужаленный побежал внутрь посадки, за спиной оставляя Санту одного на две цели.

Три, может четыре минуты прошло, когда морда американца объявилась. Заметили Ореха? Нет? Уже не важно. Расстояние плёвое. Они с этим мастодонтом на колёсном ходу оба как в коридоре будут.

Орех из-под ветвей выскочил, встал на колено. На плечо привычно улёгся прохладный тубус гранатомёта поставленного на боевой взвод. Прицелился в цель, которая от него, считай, совсем рядом находилась. Секунды, как мгновения. Показалось, смог даже запах выхлопных газов почувствовать. Непонятно, что у них под бронёй за заминка случилась? Сейчас либо он, либо его из пулемёта приложат. Не хотелось бы! В последний момент отметил, как зло на утреннем, совсем не пекучем солнце блеснуло в триплексе механика-водителя. Лобовой люк открыт, но из-за изгиба дороги горячий подарок внутрь железного монстра запустить не получится.

–Н-на!

Выстрел! Бронебойный заряд сминая железо влетел прямо в серую бочину «Страйкера», оставляя после своего прилёта рваную дыру. Прямо в вычурный, стилизованный под немецкий крест кумулятивная болванка попала!

– Й-есть!

Отбросив «трубу», отпрыгнул к канаве между бровкой дороги, хилой ополицей и кромкой посадки. От взрывной волны жаром плеснуло. Даже через бронежилет почувствовал. А ещё услышал, что со стороны, где Санта остался, тоже гахнуло, после чего узнаваемо пулемётными очередями загавкало. Подумал:

«Как же он там? Граник-то один?»

Приподнял голову, посмотрел на дело рук своих.

БТР по инерции проехал тройку метров, остановился и, зашипел, задымил, затрещал раскаленным корпусом, треснувшей краской.

Подхватился и к напарнику припустил. Первое, что отчётливо рассмотреть успел – завалившегося в кювет второго «американца», чадно горевшего, постреливавшего оставшимся внутри боезапасом. Но он не один в канаве расщеперился. Чуть дальше, зарывшись бампером в грунт, на ободах застыл «Амарок». Дальше оставаться статистом происходившей драмы стало опасно. Кашляющий на распыл ствола пулемёт в стороне откуда вся честная компания подъехала, подавал голос. Плюхнулся на живот и отполз за обочину дороги, туда, где выковырять его будет проблематично. Третий, оставшийся не окученным по причине отсутствия нужного боеприпаса «Страйкер», пятясь назад, из крупнокалиберного пулемёта долбил в предполагаемое место нахождения Санты. Уже далеко отполз, зараза!

– Санта, ты живой? – спросил по связи. – Ты где?

Услышал ответ:

– Живой. Не кипишуй! Сиди на попе ровно. Сейчас херои слиняют, вылезу, осмотримся.

Действительно, десяти минут не прошло, вражеский БТР слинял, уйдя куда-то в тину, а Санта перед Орехом, словно из-под земли появился.

– Подъём пацан! – жизнерадостно произнёс, скаля белые зубы на грязном, поросшем щетиной лице. – Слыхал гул за лесом? Вертушка прилетела. Ну, что, пойдём глянем, что мы тут напахали?

– Нужно Старому доложиться.

– Уже. Пошли.

Лёгкий БТР как и ожидалось, соприкосновения с детищем российского боеприпаса не пережил от слова совсем. Превратившись в кучу искорёженного металла, восстановлению не подлежал. Те, кто у него на броне пассажирами ехали, далеко от него убежать не смогли. Кабина «Фолькса» была посечена пулемётными очередями, стёкла естественно в хлам.

Настороженно озираясь, разведчики быстро осмотрели лежащие в причудливых позах тела, потом груз – в кузове внедорожника. Чудом «выживший», несмотря на строчки дырьев на борту с левой стороны. Два миномёта в походной укладке. В зелёных ящиках мины и гранаты, а в цинках патроны.

– Подорвём? – спросил Орех.

– Спятил? – возмутился Санта. – Ещё неизвестно, что нам с Большой Земли прислали. Лучше затаривайся, чем бог послал, там видно будет, что со всем этим млядством делать.

– Санта, Старому! – голос Аверина из радейки.

– Санта на связи!

– У вас всё нормально?

– Всё норм.

– Через полчаса сюда.

– Понял. Что по боеприпасам?

– Прислали. Конец связи.

Глянул на напарника. Подмигнул:

– Порядок в танковых частях. Гранатами рюкзак затаривай, остальное на подрыв и уходим…

* * *

Капитан Данилин Борис Валерьевич, считал себя везучим. И в первую и во вторую чеченские компании летать довелось. Ни одной царапины. Одно время уволился, потом восстановился. И ведь приняли обратно, лишь на грузовой борт пересадили. За должностями и чинами ему теперь смысла особого гоняться не нужно. Старый уже. Вот СВО оттарабанит, можно будет с внуками на рыбалку ходить или куда там с ними ходят?

Когда полётное задание получил, думал группу спецназа вывозить придётся. А оно вон как получилось. Женщины, дети, раненые. Грузили так, чтобы никого не оставить. С командирами спецназёров сразу двоими общался. Не до смеха было, но всё же улыбнулся. Молодой и старый! Мужики калачи, сразу видно, тёртые. Та вот, у молодого позывной Старый, а у старого – Пилигрим. С обоими всё по делу, всё без лишней спешки и суеты решалось. И разгрузка и погрузка прошли качественно. На прощание махнул рукой.

Вертолёт раскрутив винты, до предела перегруженный людьми, тяжело оторвался от земли. Забрали всех. Напихали как кильку в бочку. Оба, и Лерыч и Витька – его «Второй», при взлёте напряглись, будто этим могли как-то помочь своей «рабочей лошади».

– Давай родная. Давай! На тебя вся надежда. Вывези, а мы уж…

– Отрыв, командир! – как зачарованный произнёс Витька.

Приподнявшись над кронами деревьев в посадке, Данилин задрал нос к облакам, плавно ушёл влево. И всё равно слегка к креслу прижало. Разогнал вертолёт.

– Всё, уходим домой!

– Ага! Да тут лететь-то, дядь Борь… – отозвался Витька.

Лететь и правда близко. Вот только чудаков на земле, на букву «М», дохренище. И каждый норовит машину приземлить, да так, чтоб горела подольше.

– Витька, отстрел!

Яркий отстрел ловушек выручил. но ракета не последняя.

– Вправо уходим, дядь Борь! – кричит штурман.

Ушёл вниз и вправо. Тут же вывел машину у самой земли. Вновь отстрел ловушек. Взрыв! Тряхнуло и вертолёт слегка уводит в сторону.

– Что?

– Никаких повреждений нет. Все параметры в норме!

– Ничего. Немного осталось.

– С земли спутный след!

– Вижу.

Нырнул вниз и тут же влево. Вертолёт от перегрузки потряхивает. Почти касаясь кромки деревьев пронёсся. Резкий отворот вправо и горку с очередным отстрелом ловушек. Вспотел то ли от страха, то ли от напряжения.

Взрыв где-то рядом произошёл, но по фюзеляжу попали только осколки. С правой стороны будто камни по отсеку двигателя начали стучать. Во все стороны летят яркие огни ловушек. До ЛБС считанные минуты и нужно стараться всеми способами себя прикрывать.

– Есть! Перелетели! – констатирует победу напарник.

В ответ на визги радости словесно спустил его на грешную землю:

– Левый движок сбоит.

– Долетим, дядь Борь.

– Долетим. – Данилин запросил руководителя полётами на площадке. – Тетерев, 004-й, мы на подлёте. Идём с перегрузкой на одном левом двигателе

В эфире тишина. Руководитель полётами, видимо, уже даёт указания личному составу готовиться к аварийной посадке.

– 004-й, понял вас. Встречаем, – наконец удосужился ответить РП.

Минуты медленно тащатся, машина медленно поедает километры.

– Подходим к площадке, командир, – сказал Витька.

– Садимся. Ну, родная, не подведи!

Вертушка грузно присела на площадку, и тут же к ней бросился личный состав, медики, пожарники и начальство…