Текст книги ""Фантастика 2026-149". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)"

Глава шестая

Вечереет. Солнце на конечной точке заката. Сумерки не позволяют увидеть полной картину действительности дальше, чем в трёх десятках метров. Село удачно пристроилось одной стороной к лесу. Сам лес, раскинувшись на украинском чернозёме, был густым, на европейские лесопарки ничем не похожим. По траве носорожьей походкой прошёл ёжик. Когда живой кактус исчез в соседнем кустарнике, траву мягко прижал тяжёлый армейский ботинок, за ним второй, третий, четвёртый. Аверин, Галл, Аппендицит и Жнец вышли на опушку леса. Перед ними простиралось большое неухоженное поле. В конце, прямо перед лесом шоссейная дорога и начинались заборы частного сектора, вернее околица села – конечного пункта назначения их миссии. Вот она, Журавка, как на ладони. Синельниковского район, Днепропетровской области. В километре от неё ПГТ Цаплино, в 2-х – сёла Сазаново и Петровское. По селу протекает пересыхающий ручей с запрудой. Рядом проходит автомобильная дорога Т0406 и железная дорога. Станция тоже имеется. Маленькая. Дибич при инструктаже акцент делал – населения здесь по переписи 2001-го года, 375 душ значится.

Аверин характерным жестом поднял руку. Все остановились.

– Ну, что? Мы на месте. – Констатировал майор. – Галл, схему поселения.

– Момент, командир.

Извлёк из кармана камуфляжных брюк листок бумаги в тонком пластике. Развернул. В сумеречном свете пришлось использовать фонарик.

– Большой посёлок, однако. – Заглянув через плечо товарища, сказал Аппендицит.

– Село. – Поправил Жнец.

– Я и говорю, большое.

– Так. На схеме названия по-старому значатся. Вот, через весь посёлок длинная улица Советская проходит, сейчас вряд ли название соответствует.

– Нам-то без разницы командир, как они её переименовали. – Молвил Жнец. – Не перестроили же. Перестроить, кишка тонка. Ещё ни один хохол не сказал – мы построим, мы создадим, мы восстановим, мы будем работать. Ни один! Все только блеют – нам помогут, нам дадут, нас накормят, нас примут, нам отменят. Попрошайки. Испортили народ. Всего за тридцать лет испортили. Так, что…

От полемики подчинённого Аверин поморщился, но замечания не сделал. Продолжил:

– Нам по ней до самой станции, а там разберёмся. Проход в переулок и ищем дубовые ворота, за которыми кирпичный дом с мансардным этажом.

– О-о!

– Что?

– Да тут вояки нарисовались! – констатировал Галл.

– Вижу. Откуда они здесь? Полкан же говорил, что село чистое.

– Ошибался, значит.

– Мать его так. Дохрена их. Уводи дрон, а то ведь заметить могут.

– Вот он, дом. И ворота, какие должны быть.

– Засёк?

– Да.

– Как стемнеет, пойдём девицу вызволять.

– Ага, а то она спит и видит, что её кто-то вызволять явится.

– А это уже не наши проблемы…

Что там по ту сторону села творится? Аверин осмотрел в бинокль поле. Над полем сгустились сумерки. Неожиданное движение. Аверин резко дернул бинокль влево и увидел мчащегося зайца.

Выругался.

– Что? Ещё сюрпризы будут?

– Живность распоясалась.

– Ну, это ладно.

Когда совсем стемнело, группа разделилась.

Двойка: Галл – Жнец

Они выполняли роль «засадного полка». Галл ещё до выхода основной группы поднял квадрокоптер и пустил его впереди идущих, по радейке корректировал проход. Смотря в монитор ноутбука, послал дрон высоко в воздух. Прислонившись спиной к стволу старой ивы, от сельской околицы прикрытой камышом, сидел, попутно наблюдал за тем, что происходит в селе. Делал он всё это с высоты птичьего полета. На экране виднелись крыши домов, редко проезжающие машины и люди, которые кое-где ещё бродили по улицам, чем-то даже в саду занимались и у домов копошились. Несмотря на уже густую темноту, видно было все предельно отчетливо. Примерно, как в вечернее время, или в дневное – пасмурное. Четкость картинки была изумительная. Графика, что называется, на высшем уровне.

– Сворачивайте влево. – Передал Старому. – Второй дом. Сейчас ниже опущусь.

– Не нужно. – Ответил тот. – Просто зависни и смотри.

– Понял.

– Как там? – спросил Жнец, он контролировал подступы.

– Пока норм.

Какое-то время Галл сидел, вглядываясь в монитор в надежде хоть кого-то увидеть во дворе интересовавшей всех усадьбы. Пусто, лишь тройка Аверина подобралась к воротам, ясно, что закрытым изнутри на засов. Уже собирался сворачивать своё обозрение там и пролететь к двойке Серого, как продвинув дрон за тыльную сторону дома, увидел какие-то движения. Эти движения происходили в двух местах. Разросшийся вокруг дома сад, высокими кронами деревьев мешал обзору. Опустить дрон ниже было затруднительно и стрёмно. Имелась высокая опасность зацепиться за ветки. Ещё не хватало, чтобы дрон потерял управление и упал, но и мельтешение внизу присутствовало.

– Старый, есть движения у стены по правую сторону.

– Наблюдай. Может хозяева скотину кормят.

– Может.

Галл продолжил наблюдать за движениями сквозь листву густых деревьев.

– На первом этаже в окнах свет тусклый. Экономят. На мансарде яркий, но окно зашторено.

Через какое-то время удалось разглядеть всё получше.

– Командир, затихарились. Двое и у них есть оружие.

В канале связи прорезался голос Светофора. Предложил:

– Командир, давай я с тылов зайду, если что, зачищу.

Пришлось ждать ещё минут двадцать. Вернее, не ждать. Действовать…

Тройка: Аверин – Степанов – Колесникова

Аверин с Дарой перелезли забор соседнего двора. Повезло, что хозяева телевизор смотрели, о чём свидетельствовали звуки из открытых окон,.. Глухие, что ли? …и то, что собака на подворье отсутствовала. После чего прошлись и ещё раз через забор перекинулись, теперь уже на нужный им двор.

Тишина. Ничего необычного. Может Галл ошибся? Ветер дерево качнул и тень подсвеченная луной, силуэтом заиграла. Тихо, «на мягкой лапе» прошмыгнули ко входной двери. Пространство перед широким и высоким крыльцом было открытым.

– Стой здесь. – Приказал лейтенанту. – Позову.

Вот тут произошло то, что подспудно ждал всё время пребывания женщины в группе.

– Я с тобой!

«Мать твою, через коромысло! – про себя выругался. – Проблема!»

– Ладно. Чуть отстань и не отсвечивай.

Дойдя до закрытой двери, встал. Аккуратно придержал её за дверную ручку, ещё и ботинком снизу подпёр, чтоб враг, если таковой имелся, не смог открыть неожиданно. Сам чуть в сторону отодвинулся. Прислушался. Тихо было. Дверь открылась не скрипнув. Вошёл. Снова прислушался. Осмотрелся.

Прихожая широкая, полутемень в ней. Лестница наверх. Проходы в зал и боковую комнату, узкий коридор вправо, там тоже комната должна быть.

Вошла Вера. Легонько подтолкнул её к лестнице, если объект и есть в доме, то он там. И тут прорезался голос Светофора:

– Командир, это засада! Здесь сам управлюсь. Отходите.

Ага, отойдёшь, как же! Когда проблема, и не одна, в полный рост нарисовалась. Только ведь «хозяева» – мужики крепкие, выскочившие перед майором, как черти из коробочки, живым взять хотели. Хотя если припечёт, стрелять не поленятся.

– Бегом наверх! Я тут сам разберусь! – заорал на Веру Аверин, уворачиваясь от мощного удара приклада автомата одного из одетых в гражданку противников.

Немного не удачно. Профессионал. Сволочь достал-таки! От удара Алексей пошатнулся. Всё же в плечо прилетело.

– Ё-о!

Здоровой рукой отвёл чужое оружие в сторону. От души лбом впечатал «местному жителю» в переносицу. Тот, несмотря на боль, клещом вцепился в Аверина. После непродолжительной борьбы перешли в партер, покатились по полу. Оба сильные, выносливые. Оба за жизнь боролись. Второй не обращая внимания на «собачью свалку», сделал шаг к девушке, вставшей на лестничную ступень.

– Бего-ом! – сквозь зубы, скорее просипел, чем проревел или даже промычал майор.

И девушка поняла, что это действительно нужно. Побежала.

Крутая лестница, по которой топала как слон, вывела в просторную комнату мансарды, не разделённую ни дверьми, ни стенами. Кроме того, ладонь при подъёме, случайно шмякнула по выключателю, и свет яркой волной вспыхнул перед ней.

Что сказать? Вооружена была и пистолетом и ножом, а будто забыла о них. Да потому что на время обеспамятела, что погоны носит, зациклилась, что женщина, а не машина убийца! Женщина, за которой по пятам бежал бандит.

О верхнюю ступеньку запнулась, на колени плюхнулась. Попутно взгляд нарвался на ведро у входа. Облезлое, старое, наполненное чем-то чёрным – вроде как порошок с камнями. В нём железина торчала. А рука мужчины за щиколотку ноги схватила и к себе потянула.

Даже не на инстинкте, просто получилось, когда падала на колени, захватила в ладонь горсть порошка,.. Уголь! …а когда подтянули, сыпнула гаду в морду. Вот уж взвыл! Ногу отпустил, а руками глаза трёт и раскачивается как пьяный.

– У-у! Су-у-ка-а!

На пятой точке организма оказалась. Руки трясутся, но мозг в нормальное состояние отклонение взял. Воздев кочергу – железина кочергой оказалась, без всякой жалости треснула нею по голове мужику, да с такой скоростью, что до того, как упал, успела ещё два раза приложиться. О последствиях не думала. Это уж потом, когда Аверин со своим оппонентом разобрался и поднялся к плачущей Вере, оказалось, что труп. Следом Светофор подрулил. Доложился:

– Командир, сматывать удочки нужно. Один ушёл. Не уследил я. Прямиком из туалетного скворечника через забор перепрыгнул и в темноте растворился.

– Объект в приоритете. Искать будем.

– Не нужно никого искать. Я тут лишенца расспросил. Адрес этот, ловушка для дурака. Вроде как на живца ловили, только бабёнке, роль приманки исполняющей разрешили в Киев отъехать, а этим сообщили, что ближайшую неделю никто из дураков не появится, вот и расслабились.

Решение принял быстро:

– Уходим!

На выходе из переулка их встретил Санта, занимавший ключевую точку на случай непредвиденных обстоятельств, которому Аверин строго настрого приказывал, при любых обстоятельствах находиться на месте, главную дорогу выпасать. На подхвате у пулемётчика Орех был…

Двойка: Серый – Аппендицит

Стемнело окончательно. Часы на руке показывали – четверть двенадцатого. Можно сказать время детское, но село притихло, прижухло, и особо признаков кипучей деятельности не подавало. Собаки лениво лаяли, вот и вся деятельность, а вот люди нос за калитку двора не высовывали. Странно как-то и необычно для современного населённого пункта. Напоминает осадное положение и комендантский час.

Двинулись вглубь села, в сторону, где полтора часа назад дрон при свете заходящего солнца выявил большое присутствие военных. Задача была не сложная. В случае выдвижения противника к месту пребывания объекта, основную часть военных пропустить к Санте, ударив в спину, задержать и по возможности по максимуму уменьшить количественный состав.

Сначала решили разведать обстановку и определиться на месте, где лучше всего устраивать засаду, если что-то пойдёт не по плану и командир решит тотально зачистить село от людей в форме и с оружием. Прошлись к основному месту обитания военных. Их, кстати, в селе ещё при свете дня не больше трёх десятков душ насчитали.

Два здания из силикатного кирпича. Двухэтажное сравнительно большое. Одноэтажка по габаритам существенно меньше – администрация поселения. Правое, которое побольше размером, всеми окнами светило оглашая музыкальным фоном часть пространства рядом с ним. Народ в военной форме, как и положено в такой, ещё не поздний час барагозит, но без надлома и крайностей. Чувствуется война, но относительно этого места она всё же не близко.

– Пшеки! – поморщившись, определился Аппендицит.

– Форма хохляцкая. – Констатировал визуальное наблюдение Серый.

– Форма хохляцкая. – Согласился напарник. – Но ты к говору прислушайся.

– Хоть папуасы, – решил старший. – Ждём. Не дёргаемся. Время позволяет.

Ждали. Присматривали. Не дёргались. Дождались до того, когда среди праздношатающихся представителей польского народа появился кто-то обличённый властью, повысил голос, напряг подвернувшихся под руку и добился того, что европейская военщина в отдельно взятом уголке украинской территории остепенилась, угомонилась и втянулась в жерло двери двухэтажного строения. Примерно через десять минут стихла музыка, потух свет в окнах и наступила иллюзия сонного царства. Ещё через десять минут оба диверса увидели мелькнувший силуэт человека под одиноко мерцающей в темноте лампочкой над входом. С того места, где они находились, здание стало напоминать заброшку. Странно всё! Куда караульного определили?

По этому поводу Серый высказался…:

– Мля, бардак! Ни караульного не видно, ни стоящей рядом техники.

…и услышал в ответ пояснение Аппендикса:

– Чай не немцы, Серый. Это поляки. Они всегда себе на уме были.

– Ладно, глянем что там.

Второе здание, напротив, «бодрствовало» светящимися окнами. Вот как раз рядом с ним парный патруль продефилировал и за углом скрылся. На полузакрытой стоянке для транспорта, густо обсаженной высокими, но всё же подрезными кустами какой-то поросли, явно виднеется бампер внедорожника.

Серго вспомнил картинку с ноутбука. Мимо стоянки по заросшей и неухоженной дорожке можно было пройти к ангару на заднем дворе. Судя по всему, военные приспособили его для чего-то им нужного. Склад, что ли? Вокруг него, ещё раньше отметил, даже больше охраны выставлено было, чем около двухэтажки, когда военные ещё бодрствовали, снуя в ангар и обратно, а значит, внутри явно что-то ценное есть.

Стараясь не шуметь, проскочили к большому строению, но вот поправку на присутствие животины за прилегающим к основной деревенской магистрали забором не сделали. Учуяла зараза! Залаяла. Заставила поторопиться, чтоб к стене прижаться, присесть и затихариться, ведь ведение боевых действий в селе не планировали. Просто проверка на всякий случай, чем таким интересным военные в этом глубоком тылу заняты.

Послышались шаги. Тихий голос, считай совсем рядом, на польском языке произнёс окончание фразы:

– …Я точно слышал!

– Ну, так поднимай тревогу, – усмехнулся второй. – Что? Теперь не так уверен?

– Ты же сам знаешь, что нам от пана подполковника будет за ложную тревогу, – обиделся тот. – Ладно, может, и правда, кто-то из местных поссать вышел, а я тут страху нагоняю.

Молодец, не доверять собственным органам чувств – это хорошо. И всё бы у этих придурков хорошо и осталось, сдай они назад, и пройди по освещённой фонарём дорожке. Так ведь нет! Попёрли через палисадник, рядом со стеной. Решили сократить путь по тропке. Сократили! В звенящей ночной тишине раздались два приглушенных щелчка, один за другим.

– Придеживаем!

Серый с Аппендицитом метнулись к заваливающимся трупам. Подхватили безвольные тела и высвободившееся из их рук оружие. Положили на траву.

– Мудаки? – сделал вывод Аппендицит.

– Точно. Устав караульно-постовой службы никогда не открывали. – Шёпотом согласился Серый.

– Чего здесь полякам делать?

– ХЗ. Наёмники, наверное.

– Старый сердиться будет, что этих завалили.

– Однозначно. Теперь-то, уж чего! Они хоть и мудаки, но глаза-то у них не на жопе. Идём, посмотрим, что там в ангаре.

– А охрана?

– Одним больше…

– Там не один охранник.

– Ну, двумя-тремя больше, какая теперь разница? Пошли.

Аппендикс противоречить не стал. Начальнику, как тому жирафу из песни Высоцкого – видней, он же старший.

Ангар, представлял из себя прямостенную, быстровозводимую конструкцию из металла. Судя по вечерней съёмке с квадрокоптера, поставили его недавно, а использовали и того меньше. Вот только не понятно, что внутри хранили или производили. Наружная охрана по ночной поре велась тоже парным патрулём. Присмотревшись к охранникам, Серый сделал вывод, что служба полякам мёдом казаться должна. Судя по всему, здесь они уже не меньше двух недель кукуют. От передовой далеко. Село для противника укрорейха, ничего из себя не представляет, а значит никаких опасных «подарков» с неба на голову не сыпется. Лафа, короче!

– Обоих берём! – решил Серый. – Твой худой высокий, мой крепыш.

– Принято!

– Как только поравняются, работаем.

Польские ребята действительно зажрались. Начальство ставку на хорошее освещение периметра сделало, пару видеокамер поставило, пустило вдоль стен пару вот таких охламонов и решило, что в захолустной деревне кроме селян, никаких неприятностей не может случиться. Кроме того, по летнему времени само гуляние вооружённого патруля под луной, да и днём, растягивалось на три часа…

Крепышу сразу не повезло, упокоили на «холодняк». Длинный прожил дольше.

– Сколько вас в ангаре? – допытывался Серый.

– Пятеро. – Не стал запираться испуганный молодой поляк, на грудную клетку которому давило колено неизвестного напавшего, страшного, с лицом покрытым боевым гримом.

– Кто?

– Инженер-американец, два техника, хорунжий Чесьляк и рядовой Новак.

– Инженер зачем?

– Так, новый беспилотник тестирует, с опытной начинкой.

– Какой начинкой?

– Не знаю. Не интересовался.

– Ну и дурак же ты, приятель.

– Серый, заканчивай. Время! – поторопил Аппендицит.

– Сейчас. – Снова спросил поляка. – Кто старший над вами?

– Подполковник Мильжецкий.

– Он где?

– В канцелярии войсковой.

– Это где?

Затарахтел на польском, хотя перед этим вполне на русском языке говорил:

– Budynek parterowy. On tam nocuje, tam nocują porucznik i inżynier Nie zabijajcie mnie! Nikomu nic nie powiem!

Серый, тем не менее, просьбу не убивать понял. Ответил:

– Конечно не скажешь.

Нож вошёл между рёбрами, пробил сердце незадачливого парня, искавшего счастья и финансового благополучия на чужой земле.

– Уходим?

– Нет. Нужно в ангар заглянуть…

Услышав, что сейчас, вот-вот, из ангара кто-то выйдет наружу, Серый отодвинулся и приготовился встретить. Полностью дверям он открыться не дал. Вернее, сам помог открыться резким рывком на себя. Не успевший вовремя отпустить ручку, поляк вывалился на улицу и сразу же получил прикладом автомата по затылку.

– Тащи за ангар! – приказал Аппендициту, – кто знает, может это хорунжий выходил, а он всяко больше рядового солдата в теме.

– Угу!

Словно паук муху, влетевшую в паутину, подхватил обмякшее тело. Споро поволок за угол ангара, а там руки за спину связал, ноги тоже. Дальше дело техники и навыка. Щиколотки связанных, согнутых в коленях ног, подвёл к запястьям рук. Кляп в рот. Готово! В чувство пока приводить не стал. Пусть полежит, не до него.

Сам Серый заглянул в ангар. Прислушался. Тихо! Лишь где-то на периферии ощущался фон спокойного бубнежа, да звуков рабочего момента. Тенью вошёл внутрь. Освещённая электрикой территория, поделённая на сектора тонкими стенами.

Первое же помещение – большой зал с длинным столом, на котором уложен был предмет, внешне напоминавший не малых таких размеров планер, с откинутой в килевой части крышкой и вытащенными наружу проводами и блоками. У стола, считай в одном месте, толпились люди в серых комбинезонах, а военный поодаль усевшись у стены, кунял носом, положив автоматическую винтовку на колени. То ли местные боги сжалились над Серым, то ли он реально везучий мерзавец, но внимания на него никто не обращал. Одни делом занимались, другой – безбожно дрых. Тут и Аппендицит подоспел, за спиной начальника встал, рассмотрел реалии быта.

Серый лишь головой в сторону польского бойца повёл.

– Понял. – Одними губами шепнул разведчик.

За спинами занятых делом работяг метнулся к спящему, расслабленному караульщику. Примерившись, в одно касание шею ему свернул, но за счёт конвульсий тела всё же привлёк внимание технарей.

– Кто из вас инженер? – подойдя к застывшим в странных позах, настороженным людям, спросил Серый.

– P-kim jesteś? – подал голос, произнеся вопрос на польском языке, мужчина возрастом лет под сорок.

– Ясно.

По этому вопросу сразу понял, кто есть кто. Только почему по-польски пшекает, он же амером должен быть?

– Подойдите ко мне.

Тот напрягся, но даже шаг не сделал, лишь коверкая слова русского языка, заявил:

– Вы не имеете права нас удерживать! Мы не комбатанты! К тому же лично я, гражданин Соединённых Штатов Америки.

– Это радует. – Кивнул Серго, вот и разобрался в подвисшем в голове вопросе.

– Что вы…

– Серый, время! – напомнил Аппендицит.

– Знаю! – отмахнулся тот.

Снова спросил, указав на беспилотник:

– Это, что?

Ясно, что техническое устройство на столе не для увеселительных игр собирается. Предназначено оно для сокращения жизненного цикла двуногих, прямоходящих.

– Где документация на дрон?

Учуяв, чем пребывание на украинской земле им может обойтись, честно ответил:

– Частично здесь, частично у Мильжецкого.

– Документацию сложить и дать сюда. – Приказал. – Поторопитесь.

Сопротивление инженера приказу, в корне подавил двумя выстрелами в технарей. Не комбатанты, призванные нести смерть жителям Донбасса, завалились под стол. Ничего личного, война!

– Я жду!

Из ангара уже втроём выходили. Аппендицит не смог отказать себе, чтоб не оставить полякам сюрприза. Поставив Ф-1 на боевой взвод, подсунул её под беспилотник, прижав ним ударно-спусковой механизм. Потянет!..