Текст книги ""Фантастика 2026-149". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)"

Автор книги: Виктор Точинов

Небо в алмазах… Нет, сначала алмазы были на земле… Кровь и алмазы, алмазы и кровь… Алмазы и выпущенные кишки… Алмазы и рука, оторванная взрывом гранаты… Алмазы и трупы, трупы, много трупов… Необработанные алмазы лежали на них и под ними…

Он всё это собирал, оттирал от крови, выбирал из кишок… Один, потому что больше живых не осталось.

УНИТА? Ерунда, просто в посольстве не стали заморачиваться детальным расследованием… Черномазые, с оружием и не наши? Значит, УНИТА. Но к организации доктора Савимби эти люди отношения не имели… Вообще не интересовались политикой, у них была другая цель… Шагать к ней было долго – захватили двух подвернувшихся белых, а ещё двоих убили. Мало ли что, на случай осложнений белый заложник не помешает. Осложнений не случалось до конца долгого пути – использовали как носильщиков, и для другого, о чём и вспоминать-то не хочется…

А потом были алмазы. ОЧЕНЬ МНОГО алмазов… Откуда? А разве ему докладывали? По-португальски или по-английски между собой похитители не говорили, болтали на каком-то местном наречии, он едва улавливал отдельные европейские слова – искажённые, вырванные из контекста… Даже о переходе границы он не узнал, какие там в Африке границы, ни полосатых столбиков, ни контрольно-следовой полосы…

Лишь потом, годы спустя, он смог разобраться в механике авантюры, восстановить её, как Кювье восстанавливал скелеты по крохотной косточке. И то в самых общих чертах…

«Де Бирс», конечно же, такое количество камешков в Африке не могло проплыть мимо этого прожорливого кита.

Кое-кто ещё помнит странную ситуацию на рынке алмазов в конце восьмидесятых и в начале девяностых годов прошлого века – когда крупнейшая в этой отрасли корпорация не могла, попросту не могла обеспечить всех своих многочисленных клиентов… Тогда менеджеры «Де Бирс» скупали на рынке все алмазы, до которых могли дотянуться, – и продавали под своим брендом. Тогда же, кстати, начались и контакты между СССР (а затем и Россией) и южноафриканским алмазным монстром, до тех пор они друг друга демонстративно игнорировали, отчасти из политических соображений. Но в конце восьмидесятых южноафриканцев подпёрло так, что стало не до политики – алмазы, нужны алмазы, нужно очень много алмазов!

Почему? Отчего? С чего такой бешеный дефицит? Конечно, когда процесс раскрутился, спрос во многом определялся спекулятивными соображениями: цены рвутся вверх, купи сегодня, продай завтра дороже… Но с чего-то ведь всё началось?

Всё очень просто. Всё элементарно. Если взять и изъять с рынка шестьдесят-семьдесят процентов камушков, добытых в Южной Африке за три года, другого ожидать не приходится.

Кто изъял? «Де Бирс» и изъял, разумеется. В ЮАР назревали большие перемены, чёрное большинство неудержимо пёрло к власти. Ожидать можно было всего, от мгновенной и безвозмездной национализации до медленного удушения налоговой петлёй.

Резервный фонд. Запасик на чёрный день… Чёрный день – день, когда к власти придут ниггеры.

Но темнокожие африканцы тоже хотели отломить свой кусок от жирного пирога. А то и заглотать весь пирог. Легальный вывоз такого количества алмазов был исключён, в ход пошли наработанные тайные каналы, по которым снабжали оружием ангольских сепаратистов…

Всего этого Сергей Моргулис не знал, когда выковыривал алмазы из кровавых луж. Многого не узнал никогда.

Эксцесс исполнителя – так это называется. Трудно найти верного человека, который при виде груды неисчислимых богатств останется верным. Все предавали всех – и «Де Бирс» оказался лишь первым в цепочке преданных… К точке «Х» втайне оправили своих людей не один, не два участника грандиозной аферы – сразу четверо. Но и эти, внезапно выскочившие на поле игроки не выдержали искушения, затеяли свою игру… Все убивали всех, своих и конкурентов, без разбору, – и здесь последним в цепочке оказался Сергей Моргулис. Последним. Живым.

Случайность? Знак судьбы? Рок, фатум? Перст Божий, указавший достойного? Думайте, что хотите, у него есть своё мнение, которым он не обязан делиться…

Собрав всё, он лёг на спину, он дико устал, он лежал и смотрел в звёздное небо. А звёзды в Африке… О-о-о, это не то их жалкое подобие, что зажигается здесь вечерами… И звёзды казались алмазами. Большими и маленькими, техническими и ювелирными, не огранёнными и сверкающими бриллиантами…

И тогда он всё понял. Чудеса не происходят просто так – а в том, что произошло Чудо, сомнений не было… Ему послано Это не для того, чтобы прожил остаток дней в несказанной роскоши, удовлетворяя все мыслимые и немыслимые желания… Нет, ему указали Путь, по которому он поведёт человечество. Заставит свернуть на него, если надо. Теперь он сможет заставить…

Когда солнце резко, как и бывает в Африке, выскочило из-за горизонта, и алмазное небо погасло, Сергей Моргулис поднялся с земли другим человеком…

Указанный Путь оказался долог, очень долог…

Он ведь не мог выйти к людям с мешком алмазов на плече. И оставить всё здесь не мог – понимал, что такое сокровище будут искать, искать долго и тщательно…

К людям он вышел два месяца спустя, в трёхстах километрах – едва волочащий ноги, истощённый до последней степени. И без алмазов. Почти без алмазов – несколько надёжно спрятанных ювелирных камешков не в счёт, капля в океане… Да, да, именно там спрятанных, старый проверенный способ, так испокон веку рабочие выносят камни и самородки из копей и с приисков…

Назвался португальцем, колониальным португальцем из Мозамбика, много лет проведшим в плену у черномазых, и только тогда узнал, что он не в Анголе, в Южно-Африканской республике… Поверили; глядя на него, можно было поверить всем рассказам: и про многолетнюю неволю, и про бегство, и про долгие скитаниям по безлюдным местам.

Уехал в Бразилию, с его знанием языка это был идеальный вариант, – куда проще, чем в метрополии, натурализоваться, стать своим…

Вернулся на Чёрный континент пять лет спустя – уже гражданином Бразилии. Имел свой бизнес, небольшое дело, оставлявшее время для главного: учиться, учиться и учиться. Гуманитариев учат многому, но никак не управлению деньгами. Тем более Очень Большими Деньгами.

В тот первый приезд он даже близко не подошёл к заветному месту: разведка, осторожнейшая дальняя разведка, заведение первых знакомств, и – ещё осторожнее – сбор слухов: не разбогател ли тут кто в последнее время неожиданно и резко?

Потом был второй приезд, и третий, и четвёртый, и покупка кое-какой собственности, и тщательная проработка каналов вывоза – и, наконец-то, первая партия богатства, трёхкилограммовый туго набитый мешочек.

Всё долго, трудно, медленно… В Россию он пришёл – не туристом, крупным бизнесменом-инвестором – спустя пятнадцать лет после того, как увидел небо в алмазах.

Крупный… На самом деле тогда он мог распорядиться лишь малой долей своего богатства. Всё уже лежало у него, не в Африке, – но мёртвым грузом… Идиотская ситуация: он не мог продать по нормальной цене свои запасы, даже часть их, помимо «Де Бирс» – монополисты… А уж те бы заинтересовались: откуда дровишки? Пропажу таких размеров не перестанут искать никогда.

Они искали. Они поставили на уши всех: ООН, правительства, корпорации, хоть как-то связанные с алмазным бизнесом. В девяностых была принята невиданная ранее система мер: так называемый «Кимберлийский Процесс» – даже самая малая партия криминальных, левых камешков не должна проскочить на рынок! Отчего-то раньше «конфликтные алмазы» – ворованные, незаконно добытые – не мешали жить «Де Бирс»: мелочь, мышиная возня, не стоящая внимания… Но тогда ставки изменились – они искали свою громадную пропажу.

Он нашёл выход…

Люди, интересующиеся алмазным рынком, помнят и другой интересный момент, не столь глобальный, как ажиотаж конца века: бурный рост алмазодобывающих компаний на Европейском севере России. Профаны удивлялись: как же так, веками ходили по кимберлитовым трубкам в Архангельской области, даже в Новгородской – и знать не знали, что топчем бриллианты? Специалисты чесали в затылках: в области технических камней «Северные алмазы» уверенно теснили якутских коллег-конкурентов, как на внутреннем рынке, так и на мировом.

Всё просто: через компанию «Алроса» господин Берейрос под видом северных российских продавал свои технические алмазы… В немалой части продавал, ха-ха, руками «Де Бирс». Хотя инвестиции в эту отрасль окупились, кое-что под землёй там действительно лежало, и немалое кое-что.

Но «Северные алмазы», прочие отрасли и предприятия, куда он вкладывал деньги, были разминкой. Завоеванием репутации. Расчисткой плацдарма для генерального наступления.

Наступления куда?

В космос, естественно.

К звёздам.

Да, он был патриотом… Патриотом своей страны, плевать на бразильский паспорт.

Глупо, смешно, бессмысленно… ЭТОЙ стране патриоты не нужны. Ну, бывают такие страны… Ей нужны холопы, быдло, привыкшее беспрекословно гнуть спину – и хозяева, отождествляющие себя со страной.

Он не хотел быть ни тем, ни другим, – и до поры получалось. Имея многие миллиарды, легко быть, кем хочешь… Вернее, успешно убеждать себя, что именно этого ты хотел…

Ему не надо было набивать карманы и банковские счета – набиты, переполнены, хватит и детям, и внукам, и правнукам.

Он, единственный, пожалуй, в этой стране, мог думать о России. Не о России для себя, а о России для неё самой…

Путь был ясен с самого начала, с ночи под алмазным небом. Путь к счастью для всех – пусть не разом и не бесплатно, но для всех.

После падения коммунизма новую русскую идею пытались нащупать все, кому не лень.

Вытащили на свет запылённые православные хоругви: смешно и глупо. Не тот век, не те люди… Да и прежние – в семнадцатом и позже спокойно смотрели, как превращают церкви в картофельные склады и гноят попов на Соловках. За хлеб, за скот отобранный – восставали, обрезы и наганы откапывали, топоры-вилы в ход пускали… А за церкви поруганные? Вот то-то и оно. Облажалась православная церковь ещё при Романовых, и как ни зовут воцерковленные комсорги на молитвенные собрания вместо партийных – народ не слышит.

Другие коммунистического мертвеца реанимировать пытаются: нам бы ещё разок, мы уж по-новому, без перегибов и головокружений от успехов… В принципе, он не против. Да, да! Он, капиталист и миллиардер – не против! Но, естественно, цивилизованным путём, как китайцы – вот это государственное, и не тронь, вот это смешанный сектор, ну а здесь – резвись, частный капитал, гуляй, коммерция…

Но не нашлось, не нашлось своего Дэн Сяопина… Андропов, наверное, мог: и узду ослабить, и из седла не вылететь, – так не то убили, не то залечили.

А китайцы… Сколько анекдотов было: китайцы запустили первый спутник, потери полмиллиона человек, не успели вовремя отпустить резинку, ха-ха-ха… А теперь у них объём пилотируемой космонавтики – больше, чем в Штатах. И чуть уступают России и Евросоюзу, вместе взятым. Причём начинали со древних наших наработок, с «Востока» цельностыренного… Желтеет ближний космос, ох как желтеет…

В общем, с коммунизмом китайского образца не сложилось.

И путь у нас двадцать лет назад был один. Капитализм – но с твёрдой государственной властью, с мощным смешанным сектором, частно-государственным: работают частные денежки, но рулит государство.

Так представлял себе будущее он – маг, кудесник с большой, многомиллиардной волшебной палочкой в кармане.

Начал с малого – по его масштабам, естественно. С малого, но неотложного. Собрать, восстановить, склеить и заново скрепить осколки того, где мы были первыми, где мы были лидерам, – космической отрасли, естественно…

Красноуральск… «Грёзы»… Первый его большой космический проект, поначалу полностью частный – государство рисковать не пожелало.

Но ведь окупился! Коммерческие запуски спутников отбили затраты по созданию подземного городка научной элиты, и даже позволили частично финансировать любимое его детище тех лет: марсоходы.

А самое главное – люди поверили! Поверили в перспективу! Пусть немногие – но элита! Но лучшие! Возвращались из Англии, из Штатов, из Германии – от больших денег уезжали, от коттеджей благоустроенных. Хотя и он не скупился – но не за длинным рублём люди к нему шли, за идеей, за целью…

Дальше – больше. Уже и государство решило, что российский космос на самотёк, на загнивание и разрушение бросать нельзя: следующий глобальный проект, холдинг «Полдень» с одноимённым НПО во главе, был со смешанным капиталом.

Одна беда: государством себя именовали люди, государственных интересов не понимающие. Вообще не представляющие, что это такое… И он, Сергей Моргулис, занялся большой политикой. Начал создавать государство под себя. Вернее, под свою идею.

Любой политик – уже не человек. Это про-жэкт, в который вложены те или иные деньги… И его деньги окупились.

Большая Зачистка – дураки думали, что государство наконец встряхнулось, вышло из летаргии, что чистит себя от всякой мрази, от присосавшихся жирных пиявок. Наивные… Чистил он. За свои деньги.

Казалось, давняя мечта рядом – руку протянуть… Какая? Марс, конечно же… Марсоходы – разведка, разминка. Пилотируемая марсианская экспедиция – вот что должно было заявить всему миру: Россия вновь великая держава. Точка. Обсуждению не подлежит.

И всё шло к этому. Не авантюра, как лихой рейд евросоюзовцев к астероидам – за несбывшуюся надежду установить флаг с кружком из звёздочек на каменной глыбе заплатили многими миллиардами и семнадцатью человеческими жизнями… Нет, упорная, многолетняя работа, тяжкий труд уже не кучки энтузиастов, собранных в «Грёзах», но десятков тысяч людей.

И цель была близка… Созданы, отлажены и испытаны «Немезиды» – глупое название, и чужое, но пусть будет, раз уж прикипело. Готовый марсианский корабль.

Как всегда, дело портила политика. Уже не внутренняя, внешняя… Даже его денег не хватило бы, чтобы сделать нужных политиканов и в Штатах, и в Европе, и в ЮВА… Из-за внешних проблем генералы всё чаще, всё настойчивее требовали «Немезиды» под свои смертоносные игрушки.

Но, невзирая на всё, марсианская экспедиция близилась… Час величайшего торжества человечества. Час великого торжества России. И его, Сергея Моргулиса…

Это, знаете ли, водораздел. Это две эпохи – до и после. На другой планете. Первые. Мы.

Луна? А при чём тут Луна? Да нет, летали они, летали, лишь брак потом пересняли в павильоне… Но Луна – спутник, сателлит, задний двор Земли. Марс – планета. Новая. Наша… Могла стать наша…

Уже начали отбирать экипаж… Не знали? Ну так знайте…

И тут грянуло.

Наверное, он сам просмотрел, прохлопал… Слишком увлёкся космическими проблемами, с головой ушёл в них, не замечая ничего вокруг… Наверное, можно было многое спасти и исправить, если бы с самого начала взять под контроль проклятую метановую историю!

Чёрт побери, Герцман и Ковальски могли просто не долететь до Нью-Йорка! Мало ли самолётов падает, каждую неделю сообщения, одним больше, одним меньше… И тихонечко прибрать к рукам их лабораторию, и заморозить все разработки в области метанового синтеза – навсегда.

Но случилось то, что случилось.

Крах.

Крах мечты.

Хранить деньги в виде груды алмазов – глупо и убыточно. Деньги должны работать, инвестироваться и возвращаться.

Он и не хранил, так, небольшой запас отборных ювелирных камней. Его деньги работали – возрождали Россию, её экономику. А чтобы и экономика, и Россия не свернули вновь не туда – он держал их под жёстким контролем.

Не целиком экономику, естественно, на это всей мировой добычи алмазов не хватит. Становой хребет… Вернее, два становых хребта – такое вот было у нашей страны странное, с точки зрения биологии, устройство. Нефть и газ. Не космическая отрасль: она голова, она мозг экономики, генератор новых идей, новых технологий, – но любая голова опирается всё-таки на хребет. А то и на два.

Сломались оба. Разом, с хрустом и треском. И огромное тело, с таким трудом реанимированное, начало расползаться, лишённое опоры… И голова провалилась в… правильно, именно туда.

Два года он вообще не занимался космосом. Спасал, что можно спасти, вытаскивал, что можно вытащить.

Смог немногое. Позарез нужны были свободные средства – и не миллионы, многие миллиарды. Их не было. Да, деньги работали, уходили и возвращались, – работали, пока исправно функционировала налаженная система. Но в метановом хаосе возвращать вложения стало ох как трудно…

Потери были огромны. Чёрт с нефтью, чёрт с газом, как-нибудь пережил бы…

Но пострадало любимое детище. Чиновничий аппарат, ходивший, казалось, по струнке, словно взбесился. Активы уплывали из рук, за долги по налогам приходилось расплачиваться пакетами акций – самых прибыльных космических предприятий.

Результат – налицо.

Он один из самых богатых людей в этой стране. Уже не самый, но в первой десятке. Но всё, достигнутое пятнадцатилетними трудами, пошло прахом.

Экономика развивается сама по себе, хаотично и бессистемно, – если, конечно, это можно назвать развитием. Где трёхлетние бюджеты? Где пятилетние (его, кстати, придумка)? Рады, если кое-как могут сверстать на год, прикрыв дефицит займами…

Космос развалили. Вновь развалили. Разделили, распилили – между генералами и коммерсантами. На орбите бомбы, лазеры и бордели. Марсианская экспедиция не отменена – откладывается год за годом, «Немезиды» изнашиваются, скоро лететь будет не на чем. И «Хеопс» – это ублюдочное порождение извращённой фантазии. Телеметрия космических аппаратов в режиме реального времени! Гнуснее идеи не придумано с тех пор, как «Буран» поставили в парке аттракционов… Нож в спину пилотируемой космонавтики!

Но он не сдастся. Он не сдавался нигде и никогда – даже когда тащил пятидесятикилограммовый тюк на жаре, со сбитыми в кровь ногами, и его насиловали каждую ночь… Он не сдастся.

Он никогда не сдастся.

Марсианская экспедиция всё-таки состоялась!

Да! Именно так! Состоялась!

Пусть и не так, как мечталось… Семнадцатая «Немезида» долетит до Красной планеты, – пусть не с людьми, пусть с подопытными кроликами, с белками-стрелками, неважно! Но долетит!

Непонятно? А всё очень просто. У ДОС орбита неустойчивая, по сути это не орбита, две разные баллистические траектории – туда и обратно, замкнутые в сильно вытянутую эллипсовидную фигуру. В крайних точках псевдоорбиты включаются двигатели – вжи-и-и-и-х! – станция летит обратно. А если не включатся? Правильно, полетит дальше… Правильно, к Марсу. Правильно, полёт семнадцатой так и рассчитан, что она пройдёт в непосредственной близости от планеты. Пятёрка, студент Стрельцов.

При удаче станция даже затормозится в поле притяжения, и… В общем, мы докажем всему миру: долететь до Марса живыми-здоровыми можно! Не на их дурацких челноках – на моих «Немезидах»!

Почему не сработают двигатели? А вот это секрет, ноу-хау. Но не сработают, уверяю.

Не жалко ли? А чего ради я должен их жалеть? Жалеть опарышей, копошащихся на трупе моей мечты?

Не должен, но пожалел… Избавил от долгого предсмертного ужаса. Они не знают, куда летят, – и не узнают никогда. Уверены – крутятся на ближней околоземной орбите, и челноки подбирают выбывших… И любуются на огромный диск виртуальной Земли на экранах. Точно так же Белка со Стрелкой понятия не имели, что вот-вот сгорят в атмосфере.

Они думали, что всё можно продать-купить, и мечту тоже… Но я их переиграл. Перехитрил. Вы собираетесь показывать многомиллионному быдлу, как мразь выясняет отношения в космосе? Пусть так, но эта мразь полетит к Марсу! И от мрази какая-то польза…

Он психопат. Маньяк, нормальный во всём, что не касается его мании, его идеи-фикс…

А для неё он готов на всё. И не на одни лишь убийства… Готов убить пять, десять, сто, сколько надо человек… Готов заживо поджарить дурачков из «Немезиды»… Готов вновь накинуть нефтяную удавку на шею человечества, готов вновь посадить Россию на нефтегазовую иглу – ради своего ненаглядного Марса.

И – не видит ничего за пределами выбранной цели. Она освещена, как прожектором, а вокруг – темнота. Даже в своей любимой космонавтике не может разглядеть новых веяний. Аппараты, полетевшие к спутникам Юпитера, для него – кощунство, извращение светлой идеи. Нож в спину пилотируемой космонавтики. Потому что придумал не он, потому что воплотил не он… Да и что он способен придумать? Дилетант-филолог.

Он не видит, не понимает, что жизнь продолжается, жизнь идёт вперёд, просто на очередной развилке свернула на другой путь – свой крах воспринимает как крах страны, и готов на всё, чтобы вернуть поезд на старые рельсы. И будет убивать, убивать, убивать…

Чёрт возьми, отчего такая странная судьба у всех идей о всеобщем счастье? Вроде всё красиво и правильно, начнут воплощать – гильотины и расстрельные подвалы…

А ведь он не человек… Политики – не люди, проекты? Он тоже не человек. Он наша материализовавшаяся мечта. Ведь мечтали, ведь надеялись подспудно, что прилетит вдруг волшебник в голубом вертолёте, и всё исправит, и будет нам счастье.

И он прилетел. С алмазной волшебной палочкой. Но оказался маньяком. Обидно.

Самое смешное, что под алмазным небом его могла осенить и другая идея. Заявился бы, и начал строить не космическую технократию – но православную империю, или новый виток коммунизма… Поначалу, наверное, с некоторым успехом, всегда найдутся люди, готовые за большие деньги спеть-сплясать под чужую дудочку… Кончилось бы тем же. Потому что обезьяна может сидеть на спине у слона, и считать, что он идёт по её воле – до тех пор, пока им по пути. А когда дороги разойдутся, может спрыгивать, и хватать за хвост, – пойдёт дальше и не заметит.

И в Большую Зачистку мы давили гадов не по мановению его алмазной палочки, а потому, что больше так жить не могли. По крайней мере я и ребята. Хреновый ты политик, господин Моргулис. И бизнесмен хреновый. Просрал всё, что смог, филолог.

Но он психопат, и никогда этого не поймёт. Для него виноватыми будут все, кроме него. А денег и влияния пока хватает, чтобы убирать с дороги виноватых…

Он психопат… А я – мертвец. Даже если соглашусь со всем, что он предложит. Сейчас его понесло, прорвало – но наступит период ремиссии, и он поймёт, что всего этого нельзя было говорить. И отдаст приказ…