Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 341 страниц)

Нескончаемый ужас и страх, от которых его конечности словно парализовало.

Он не помнил, как сорвался с места и выбежал прочь. Ноги сами несли его оттуда, в ушах стоял зловещий шум, сердце колотилось так, что дышать было невозможно.

Тусклые длинные коридоры давили на него, он стремился вырваться на воздух.

Воздух. Нужен воздух. Воздух. Воздух.

У выхода он столкнулся с Давлатом. Ратмир чуть не сбил его с ног. Давлат с трудом удержался, чтобы не упасть.

– Брат… – это всё, что удалось выдавить из себя Ратмиру.

Его ноги подогнулись. Давлат подхватил его, не дав рухнуть на пол. К ним подбежал Руслан, только что припарковавший машину.

Поддерживаемый братьями с двух сторон, Ратмир с трудом дошёл до железной скамейки. Он тяжело дышал, стараясь унять чувство тошноты. Как только он сел на скамейку, Давлат выпрямился, потерянно оглядевшись по сторонам.

Его трясло, и эта дрожь сводила его с ума.

Хотелось кричать, ломать, бить – лишь бы избавиться от этого чувства.

Лишь бы…

Но внутри всё разрывало.

– Почему Лейла была вечером одна? – произнёс Давлат, пронзительно осуждающе смотря на Ратмира сверху вниз.

Ратмир сидел, опираясь локтями на колени и держась за голову. Его продолжало трясти. Перед глазами всё ещё стояло обгоревшее лицо Лейлы. Он попытался встать, но ноги были словно ватные, его вырвало. Прямо у скамейки. Чувство вины и сожаления пронзали его, как сотни кинжалов.

Руслан побежал к машине за бутылкой воды и салфетками.

Давлат, отвернувшись, поднял лицо к небу. Молча. Словно задавая Богу вопросы, на которые не было ответа.

Почему Лейла была одна?

Почему произошёл пожар?

Почему она не выжила?

Руслан вернулся через минуту и помог Ратмиру снова сесть на скамью, а затем протянул ему воду. Тот попытался прийти в себя, пытаясь дышать.

Давлат обернулся к ним. Его голос был стальным и разрезал воздух:

– Почему Лейла была одна?! – повторил он на высоких тонах.

Руслан взглянул на старшего брата, его глаза яростно сверкнули.

– Сейчас не время, брат!

– ВРЕМЯ! – взревел Давлат. – Где его носило?! Почему она умерла при пожаре, не имея ни единого шанса спастись?! Почему Ратмир, её законный муж, не был рядом с ней в загородном доме и не помог бедняжке выбраться?! Почему?! Я же предупреждал его, чтобы он был внимательнее к Лейле! Предупреждал!

Ратмир, не поднимая головы, прохрипел:

– Что ты хочешь этим сказать?

Между ними повисла томительная пауза. Она была грубо нарушена Давлатом.

– Ты виноват в её смерти! – выплюнул он, испепеляя взглядом Ратмира. – Твой холод, безразличие и безответственность! Ты играл с её сердцем! Я предупреждал тебя, но ты женился на ней, хотя и не любил бедняжку. А потом оставил одну. Одну! На верную смерть!

Эти слова разрывали Ратмира изнутри. Усмешка исказила его бледное дрожащее лицо. Он поднял покрасневшие глаза на Давлата, а затем на Руслана.

– Убирайтесь! – прохрипел он, срываясь на крик. – УБИРАЙТЕСЬ! – взревел он как обезумевший.

Ратмир неуверенно встал на ноги и оттолкнул Давлата, его голос дрожал от злости:

– Она была маленькой влюблённой девочкой, которой нужна была защита! – кричал Давлат. – Я предупреждал тебя, чтобы ты не игрался с её сердцем, но ты разрушил молодую жизнь! Ты довёл её до смерти! Ты довёл бедняжку до морга!

– Ты мне не брат… – прошептал Ратмир с налитыми слезами глазами. – Не смей появляться ни в моей жизни… ни в жизни Аиши… УБИРАЙТЕСЬ!

Руслан встал между ними, повернувшись к Ратмиру:

– Не говори так! Мы семья!

– МЫ НЕ СЕМЬЯ! – проревел Ратмир. Его голос сорвался, а слёзы, которых он так боялся, разрывали его душу.

Тяжесть произнесённых слов и наступившего молчания висела между ними, пока Руслан и Давлат не оставили Ратмира одного. Но тишина не принесла облегчения. Она лишь усиливала боль.

Он хотел помочь её разбитому сердцу и сам не понял, как отдал своё.

«Предначертанная 2» | Глава 19

Глава 19

В палате медленно тянулось время, и лишь редкие взгляды, которыми обменивались старший и средний братья Вавиловы, напоминали о его ходе. Как только один отводил глаза, другой тут же ловил его на этом – своеобразный молчаливый поединок, ставший их привычным ритуалом за последние полторы недели с момента, как Ратмир оказался в больнице.

Послеполуденное солнце заливало небольшое помещение тёплым светом, протискиваясь сквозь болтающиеся жалюзи. Лучи мягко ложились на стоявшего у окна спокойного Давлата, на бледное лицо Ратмира и на его перебинтованные руки, неподвижно лежавшие поверх одеяла. Смесь из приглушённых чувств и воспоминаний разбавляла стерильную чистоту больничного воздуха с едва уловимым послевкусием от лекарств, которые не любил ни один из братьев.

Силуэт Давлата, застывшего у окна, отбрасывал тень на пол. Казалось, за то небольшое время, что он находился в палате, он успел превратиться в статую – только пальцы изредка сжимались и разжимались в такт невидимым мыслям. Обычно непроницаемое лицо сейчас выглядело ещё более закрытым, но в глубине тёмных, почти чёрных глаз пульсировало что-то неуловимое – может, тревога, может, сомнение, а, может, просто усталость, которую старший Вавилов старался не признавать.

Ратмир сквозь полуприкрытые веки наблюдал за братом. Он знал каждое выражение его лица, любой, даже самый незначительный жест, выдававший бурю, бушующую внутри него. И сейчас, несмотря на внешнее каменное спокойствие Давлата, он прекрасно видел и осознавал, что брата что-то не просто беспокоило, а мучило. Но разговаривать не хотелось. Упрямство не позволяло ему узнать, что же его тревожило. И вся их беседа начиналась и заканчивалась маленьким диалогом:

– Как самочувствие? – глухо спросил старший, как только вошёл в палату и увидел, что Ратмир один, без посетителей.

– Нормально, – коротко ответил Ратмир, мельком переведя внимание с Давлата куда-то в сторону, как будто если они открыто посмотрят друг на друга, то привычные маски каждого из них треснут.

Но Ратмир ни разу не попросил Давлата не приходить, не высказал своего недовольства от его присутствия, и это ещё больше его задевало. Злясь из-за этого больше на себя и на свои противоречивые чувства, Ратмир, как и Давлат, пребывал в тишине, которая хоть на первый взгляд и могла казаться неловкой, но на самом деле таковой не являлась.

В один момент Ратмир зашевелился. Он уже не мог больше лежать, тело онемело и надо было хотя бы привстать и посидеть.

Взгляд Давлата мгновенно переметнулся в его сторону, и только он сделал шаг к кровати, как Ратмир грубо предупредил:

– Я сам.

Давлат кивнул в знак согласия и застыл на месте.

Ратмир отодвинул рукой одеяло и медленно привстал, затаив дыхание. Не спеша он опустил ноги на холодный пол, не желая надевать тапочки. Эта прохлада была как никогда кстати, подобно маленькому электрическому разряду, который на пару секунд мог взбудоражить сознание.

Ноющая боль в груди переросла в обжигающую. Ратмир, сжав челюсти, аккуратно вдохнул, но лежать он точно не собирался.

– Рановато ты двигаешься, даже швы ещё не сняли. – Давлат всё же подошёл к кровати.

– Я же сказал, не подходи, – хмуро произнёс Ратмир, следя за дыханием. Он чувствовал, как билось сердце и дрожь охватывала тело. Он так и сидел, слегка сгорбившись, стараясь совладать с болью в груди, как вдруг послышался звук открывающейся двери. На пороге застыла Тамара.

Первым, кого она увидела, был Давлат.

Её карие глаза с длинными ресницами округлились от неожиданности, когда она мгновенно узнала мощный непоколебимый силуэт старшего Вавилова, будто выгравированный из мрамора.

А затем Тамара посмотрела на спину Ратмира, который никак не мог смириться с тем, что ему надо было терпеливо ожидать, когда рана в груди хотя немного заживёт и позволит ему нормально двигаться. И чем больше ситуация требовала от него терпения, тем сильнее он испытывал ощущение беспомощности и раздражение.

Тамара, стараясь не выдать резко навалившихся на неё смятения и неловкости из-за того, что произошло между ней и Давлатом несколько дней назад, прикрыла за собой дверь и, не обращая внимания на старшего Вавилова, прошла в палату.

Давлат смотрел на неё с её первого шага. Его бесстрастный и невозмутимый взгляд скользнул по Тамаре, ничего не выражая, хотя в нём всё же что-то дрогнуло. Какая-то часть Давлата ожидала именно этого момента, когда они пересекутся после совместной ночи.

Тамара, отгоняя от себя нежеланные, но навязчивые мысли, прошла мимо Давлата, и подошла к Ратмиру.

– Ратмир, – попыталась сказать она как можно бодрее, стараясь не выдавать того, что взгляд Давлата, обращённый к ней, обжигал её, – мы завтра снимем швы. Стоит быть аккуратнее. – Почему-то собственный голос показался ей чужим. Неловкая тишина в палате и застывшая атмосфера между двумя братьями была почти осязаема.

Тамара знала о непростых отношениях между братьями ещё с момента первой встречи с ними, когда три брата Вавиловых зашли в гостиную в квартире Ратмира, в которой сидели три подруги: Мира, Майя и Тамара. И тот холод, что источал Ратмир по отношению к Давлату с Русланом, девушка прекрасно запомнила. Но что-то ей подсказывало, что ситуация с ранением могла стать той причиной, по которой братья воссоединятся вновь. Но Ратмир пока держал оборону и сдаваться не намеревался.

Тамара специально приехала пораньше, рассчитывая, что в это время с Давлатом она точно не пересечётся, но сама Вселенная решила позабавиться над ней. Взрослая женщина начинала чувствовать смущение и лёгкую дрожь в теле, стоило ей просто увидеть старшего Вавилова. Взгляд его чёрных глаз прожигал не только её плоть, но и всё её существо. И что-то внутри неё предательски отозвалось на него.

Тамара изо всех сил старалась игнорировать присутствие человека, с которым ранее проснулась в одной постели, и это оказалось непросто. Очень и очень непросто.

– Когда я уже смогу нормально ходить?

Тамара переключила внимание на Ратмира, который приподнял голову и посмотрел на неё снизу вверх.

– Минимум через неделю после того, как снимут швы. Пока не стоит рисковать.

– И я об этом же, – послышался низкий, ровный голос Давлата. Дрожь расползлась по телу девушки.

Тамара обратилась к Ратмиру:

– Завтра мы посмотрим на результаты анализов, и тогда можно будет точно сказать, что самое страшное позади. Но до этого времени, прошу, давай ты ляжешь.

Тамара аккуратно коснулась плеча Ратмира, желая помочь ему лечь обратно. Ратмир не стал спорить и позволил ей укрыть себя одеялом.

– Спасибо, – сдержанно ответил он, переведя взгляд с девушки, чьи щёки загорелись румянцем, на острые черты лица Давлата, который безотрывно наблюдал за ними.

Что-то в этом неловком молчании между Давлатом и Тамарой было такое, что Ратмиру показалось знакомым, но разгадать этот неожиданный ребус ему не удалось. Но, видит бог, он был искренне благодарен Тамаре за то, что она навещала его каждый день и следила за его состоянием, учитывая то, что это не входило в её обязанности. Свою работу как анестезиолог-реаниматолог она выполнила ещё в день операции. Но продолжала наблюдать за Ратмиром, отчего он чувствовал дружеское тепло, изредка разбавлявшее оглушительную холодную тишину палаты, которая давила на его сознание.

Ратмир ещё раз посмотрел на молчавшего старшего брата, потом снова на Тамару, и вдруг что-то щёлкнуло у него в голове. Всё стало ясно! Пазлы сошлись, и это вызвало медленно расплывшуюся мальчишескую улыбку на его лице, которую Давлат сразу же заметил.

Старший Вавилов нахмурил брови, явно недовольный тем, что Ратмир, скорее всего, понял, что происходит.

– Скорейшего выздоровления, Ратмир, – сказала Тамара, прежде чем поспешить скрыться от двух зорких пар глаз.

Ратмир расслышал, что в голосе врача-анестезиолога проскользнула тревога или же плохо скрываемая неуверенность.

Тамара не удостоила Давлата даже мимолётным взглядом и как можно скорее вышла из палаты, забыв на некоторое время, как дышать.

Давлат, заметив неожиданно заплясавшие огоньки в молчаливых глазах брата, нахмурился, а затем стремительно вышел следом за Тамарой.

Видя быстро удаляющуюся женскую фигуру в белом халате, которая вот-вот была готова скрыться на лестничной площадке, Давлат окликнул её. Однако Тамара не замедлила шаг, и он поспешно последовал за ней, стараясь не потерять её из виду. Тамара, скорее всего, направлялась в свой кабинет, а где он находился, ему было прекрасно известно.

В этот момент позвонил Руслан.

Не успел Давлат второпях принять звонок, как в динамике послышалось спешное и взбудораженное:

– Старший!

– К делу, Руслан, – прервал брата Давлат. – Я занят.

– Мне нужно закрыть средний зал «Крепости», – озвучил Руслан не менее торопливым тоном, словно он только что решился на это и хотел как можно скорее осуществить свою задумку. – На завтра или послезавтра, если нет никаких мероприятий.

Давлат выбежал на лестничную площадку и рванул вверх по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. Мельком глянув вверх, он приметил женскую фигуру в белом халате.

– Интересно, это с каких пор ты ради девушки идёшь аж на такое…

– Можно мы не будем обсуждать мои… ну это… – Руслан прочистил горло, – так скажем, романтические поступки? – в его голосе прозвучал и укор, и тень смущения.

– Услышал, – коротко бросил Давлат. – Бронируй, но согласуй с Марией.

– Да, я в курсе, что администратору надо знать такие вещи. Не буду же я просто вламываться в твой ресторан и делать, что мне захочется. Главное, чтобы ты не завалился на моё свидание с вопросами.

– Ладно, делай что хочешь, – отмахнулся Давлат. – И ресторан не мой, а наш.

– Да-да, мы семья, помню, просто на всякий решил избежать неловких ситуаций. Старший, ты лучший! – послышалось в динамике, и Руслан торопливо отключился.

– Какие эпитеты… – пробурчал Давлат себе под нос и на ходу спрятал телефон обратно в карман куртки.

Тамара поднялась на свой этаж и, чувствуя волну тревоги, быстрым шагом добралась до своего кабинета. Облегчённо выдохнув, она зашла в него и не заметила появившегося в конце коридора Давлата, которого скрыли от её взгляда мелькавшие пациенты и посетители.

Она подошла к открытому окну и распахнула его настежь, чтобы сделать глубокий вдох. Её разум должен был проясниться, потому что она оказалась совершенно не готовой к столь неожиданной встрече.

– Глупая… – прошептала Тамара, опершись обеими ладонями о подоконник, зажмурив глаза и опустив лицо на грудь.

Да, она в очередной раз укорила себя за опрометчивый поступок: ведь, навещая Ратмира, вероятность встретить его старшего брата была велика. Но почему-то она будто нарочно это делала, пытаясь доказать себе: «Видишь, я не боюсь? Я смелая. Я могу жить с осознанием того, что произошло».

Но правда была такова, что она даже не могла поднять глаза на этого мужчину без чувства стыда и злости.

Подбородок девушки опирался на грудь, плечи поникли. Щёки всё ещё горели, а сердце трепетало, напоминая о том, как она оказалась в сильных мужских руках, пытаясь затмить свою боль алкоголем и близостью, от которых её колотило.

Не успела она прийти в себя, как её глаза резко распахнулись, и Тамара обернулась. В дверях внезапно возник Давлат, чья широкая фигура заполнила собой чуть ли не всё пространство дверного проёма.

– Может, перестанешь убегать? – сухо произнёс он, а затем, не дожидаясь ответа, закрыл за собой дверь и прошёл в кабинет.

– Я не убегаю, – растерянно проговорила Тамара онемевшими губами, смотря на Давлата как на приведение. Неуверенный голос девушки предательски дрогнул, выдав её внутреннее состояние.

Давлат ничего не сказал. Он подошёл к Тамаре, которая стояла у окна, вполоборота к нему, не решаясь сделать что-либо. Он встал напротив неё, и дневной свет, упавший на его лицо, был подобен долгожданному рассвету, который прогнал казавшуюся бесконечной тьму.

– Ты бежишь от меня, потому что мы переспали? – спокойным тоном спросил Давлат, вызвав очередную вспышку румянца на женских щеках.

Нахмуренные брови Тамары сошлись на переносице.

– Я не хочу это обсуждать, – медленно произнесла она, отчеканив каждое слово.

– Хм… – Давлат не отрывал от девушки прямого взгляда, как будто проверяя её на стойкость.

Тамара отводила взгляд от Давлата куда-угодно, лишь бы не потонуть в бездне чёрных глаз, которые пытались загипнотизировать её.

– Как я понимаю, твои чувства к хирургу настолько сильны, что происходящее не укладывается в рамки твоего понимания? – спросил Давлат, прислонившись плечом к стене.

Пока Тамара молчала, её лицо приобретало всё более недовольное выражение, никак не сочетаясь с пылающими щеками и смущённым взглядом, бегающим то по полу, то по груди мужчины.

Давлат, уверенный в своей правоте, не собирался так просто отступать и потому продолжил:

– Всё обладает своим смыслом, если посмотреть на вещи под нужным углом, – двусмысленно произнёс он, окончательно испортив Тамаре настроение.

– Вот сам и смотри, – произнесла девушка с досадой. Её раздражение усиливалось. Она попыталась отойти от окна, но Давлат преградил ей путь, выставив перед ней руку.

– Ты любишь Микаэля? – спросил он прямо и твёрдо, отчего у Тамары на лице невольно появился вопросительный взгляд. Она пыталась понять, почему этот человек внезапно вторгся в её кабинет и начал неприятный для неё разговор. И самое главное, почему его это никоим образом не смущает.

– Да, – отозвалась Тамара, откашлявшись и чувствуя себя неловко из-за вынужденного разговора. – Я люблю его.

Тишина, последовавшая после её ответа, была гнетущей. Неловкой. Тамара сама не понимала, к чему вёл Давлат и почему она позволяла себе говорить о чувствах, тем более с ним.

Он продолжал смотреть на неё, испытывая её волю.

– Ты действительно любишь этого человека и хочешь быть с ним? – повторил Давлат нарочито медленно, не отводя от Тамары пристального взгляда.

– Да, – коротко ответила Тамара, всё ещё не понимая сути происходящего. Ей становилось откровенно не по себе.

Рука Давлата, преграждающая ей путь, опустилась, но теперь сама Тамара не торопилась отходить от него.

– Мы можем это устроить, – ответил Давлат.

Тамара посмотрела на него как на сумасшедшего. Приняв слова Давлата за глупую шутку, она недовольно поджала губы и наконец попыталась сделать шаг назад, но его рука снова преградила ей путь. Она не рискнула коснуться Давлата. В ответ на это препятствие в виде сильной мужской руки Тамара лишь судорожно набрала воздух в лёгкие и заставила себя посмотреть в его спокойные глаза.

– Он должен увидеть, что больше не имеет значения для тебя, – продолжил Давлат. – Мужская натура довольно примитивна, если вдуматься. Стоит лишь показать, что игрушка, которая казалась нашей, может оказаться в чужих руках и стать недосягаемой, – тут же возникает желание удержать её и присвоить себе.

Лицо Тамары, ещё недавно окрашенное румянцем, стало строгим и решительным. Но даже уверенный взгляд, устремлённый в тёмные глаза Давлата, не смог ни смутить его, ни обезоружить.

– Ты же женщина, Тамара. Неужели ты до сих пор не осознаёшь силу своей природы?

– Это самый примитивный сценарий из всех, которые используются в заезженных телесериалах, – с раздражением сказала Тамара, вместо того чтобы сразу отвергнуть его странную идею.

– Зато действенный, – парировал Давлат. – Повторяю, покажи мужчине, что он потерял свою «игрушку», и он сделает всё, чтобы вернуть её. Я предлагаю тебе не страдать из-за случившегося, а сделать простейший ход. Микаэль, сам того не осознавая, начнёт играть по твоим правилам.

– Он сделал предложение другой, – холодно напомнила Тамара, не понимая, почему вместо категоричного отказа продолжала обсуждать эту абсурдную тему. – Свадьба через три месяца.

– Этого времени более чем достаточно, чтобы изменить решение любого мужчины, – уверенно заметил Давлат.

Тамара отрицательно покачала головой.

– Я не могу понять, зачем тебе это? Я и без тебя справлюсь с произошедшим.

– Когда я пойму, зачем мне это, я скажу.

– Нет, – твёрдо сказала Тамара. – Сейчас уже ничего нельзя изменить, – произнесла она и дотронулась до переносицы, чувствуя, как возникшая тяжесть в лобной части головы скоро проявит себя в полную силу.

Давлат и Тамара одновременно повернули голову в сторону двери, из-за которой послышался голос Микаэля, кого-то громко окликнувшего. Он только взялся за дверную ручку и та начала опускаться, как Давлат уверенным тоном произнёс:

– Всё можно исправить. – Он крепко схватил Тамару за талию и притянул вплотную к себе.

Девушка не успела ничего сказать – даже ахнуть. В этот момент дверь открылась и в кабинет вошёл Микаэль. Его харизматичная улыбка и хорошее настроение быстро сползли с красивого лица.

Давлат, не удостоив вошедшего вниманием, склонился над Тамарой и поцеловал её мягкие губы.

Лицо Микаэля выражало удивление. Он замер на пороге, не сводя глаз с двух человек, стоявших у окна. Тамара, даже приложив усилия, всё равно не смогла оттолкнуть Давлата и лишь упиралась руками ему в грудь. Сильным рывком она заставила его сделать шаг назад и растерянно повернулась к вошедшему.

– Тами? – изумлённо обратился к Тамаре Микаэль, переводя взгляд с неё на Давлата. И обратно.

Совершенно обескураженная Тамара, оказавшись в неожиданной ловушке, потупила взгляд, не зная, что ей делать. Слова повисли на кончике языка, мозг отказывался вспоминать, как составлять из букв слова, а из слов – хотя бы простейшую фразу.

– Микаэль, это… мы…

– В отношениях, – спокойно продолжил Давлат. Его голос не дрогнул.

Микаэль нахмурился:

– Тамара, видимо, забыла мне рассказать об этой… незначительной детали, – произнёс он, заходя в кабинет.

– Наша личная жизнь касается только нас двоих, – спокойно добавил Давлат.

– Совершенно верно, – отозвался Микаэль, внимательно смотря то на Тамару, то на Давлата. – Тами, и давно вы в отношениях?

– Тамара, – сухо поправил Микаэля Давлат, и его рука легла на талию девушки. – Достаточно давно, чтобы… – Давлат не закончил фразу, его губы сложились в лёгкое подобие улыбки, – обручиться.

Микаэль перевёл взгляд на Тамару, которая словно окаменела. Она молчала, смотря на Давлата во все глаза, и не могла сдвинуться с места, её сердце притаилось в груди. Тамара не понимала, что вообще происходит.

– В таком случае, – с натянутой улыбкой сказал Микаэль, явно собираясь с мыслями, – буду рад пригласить вас и на свою помолвку. – Прочистив горло, он добавил: – Не буду мешать влюблённым…

Хирург поспешно вышел из кабинета, нарочито громко хлопнув дверью.

– Мой бог… – взялась за голову Тамара, на ватных ногах дойдя до стола и опустившись в кресло.

– Тамара… – начал Давлат, но вытянутая вперёд рука поникшей девушки заставила его замолчать.

– Ещё одно слово, и в тебя что-нибудь полетит! – послышался глухой озлобленный голос девушки, которая по-прежнему пребывала в шоковом состоянии.

Давлат опустил голову и как бы невзначай коснулся указательным пальцем своего носа, явно пытаясь сдержать улыбку, которая была совершенно некстати, но которая так и норовила показаться на его лице.

Тамара продолжала покачивать головой, не веря, во что влипла. Она резко вздрогнула, когда голос Давлата раздался рядом с ней. Настолько близко, что его губы почти коснулись её уха.

– Не трусь, Тамара, веди игру, если хочешь, чтобы всё было по-твоему.

Затем Давлат выпрямился и без лишних слов вышел из кабинета, заставив Тамару с минуту-две задумчиво смотреть ему вслед и обдумывать услышанное.