Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 229 (всего у книги 341 страниц)

Глава 14
Пятьдесят семь, не меньше

– Как замечено задолго до нас, все это предопределено, – сказал мистер Кэмпион. – Любое дело имеет свой конец, и мы потихоньку к нему продвигаемся. Мы вот-вот узнаем мнение еще одного специалиста. Мой друг Станислаус Оутс – на редкость славный малый. Он придет неофициально и расскажет, каковы наши ставки.

Кэмпион уселся в кресло напротив Вэла и закурил сигарету.

– У нас прямо день консультаций, да? – Вэл нервно поерзал. – Профессор мне понравился. Зачем вы его так долго прятали?

– Привычка хитрить, – развел руками Кэмпион. – Дурацкое желание произвести впечатление. И потом, я ведь вас толком не знал. Быть может, вы не смогли бы с ним сотрудничать. Кроме того, миссис Кэйри – она такая милочка – с вашей тетей затеяли старинную женскую игру «Мягкие лапки – острые царапки», но ваша тетя уж точно не из тех, кто мурлычет.

– Адольф, брат дяди Лайонела, называл ее ошибкой природы, – нахмурился Вэл. – Помню, он мне говорил: «Вэл, мальчик мой, женщины не бывают абсолютными дурами. Мужчинам часто удается переступить этот порог, женщинам – никогда. Исключение, подтверждающее правило, – твоя тетя Диана». Не любил он ее. Интересно, что же она такое сказала миссис Кэйри. Уверен, что-нибудь обидное.

– Наверное, что отцы-пилигримы были диссидентами, – авторитетно предположил мистер Кэмпион, поправляя очки. – Ага… – Он прислушался. – Слышу шаги. Если я не ошибаюсь, Ватсон, это наш клиент. Рановато пришел. Его обычно отпускают не раньше половины седьмого. – Не потрудившись встать, он весело крикнул: – Присоединяйтесь! Дерните за веревочку, дверь и откроется.

Ответом была тишина.

Кэмпион опять крикнул:

– Входите! Здесь все свои. Наручники повесьте на крючок.

За дверью раздались шаги, она медленно отворилась, и в комнату заглянула неприятная бледная физиономия, увенчанная потрепанной шляпой.

– Эрни Уокер! – Кэмпион вскочил. – Кыш отсюда, кыш! К нам сейчас полисмен придет.

Взгляд у гостя был хитрый.

– Не беда, – усмехнулся он. – Меня отпустили на поруки. Все бумаги в порядке. Пришел кое-что сообщить. Вам сейчас захочется присесть.

– Ладно, – кивнул Кэмпион, усаживаясь. – Закройте как следует дверь. Встаньте прямо и вытрите желток с верхней губы.

– Что, я не имею права усы отрастить? – беззлобно отозвался мистер Уокер.

Он вошел и оказался высоким сутулым типом в мятом костюме, испачканном мазутом. С важным видом гость прошествовал через комнату.

– Могу принести вам кое-какую пользу, – сообщил он. – Обойдется в пятерку.

– Вы как доктора с Харли-стрит, – добродушно заметил Кэмпион. – Правда, они не так прямолинейны. Что хотите предложить? Таблетки? Или дадите рекомендацию в свой клуб?

– А он?.. – Эрни Уокер ткнул большим пальцем в сторону Вэла.

– Ничего страшного. Это же лорд Гарри[186]186
  Лорд Гарри – иносказательное название дьявола.


[Закрыть]. Продолжайте. Что там за история?

– Я ж говорю – пятерка, – повторил Эрни, почтительно снимая шляпу; слова Кэмпиона он понял буквально.

– Торговым агентом вас точно не возьмут, – укорил Кэмпион. – Говорите уже.

Эрни подмигнул Вэлу:

– Умничает, а? Будь он вправду такой умник, заметил бы меня утром-то.

– Господи! – вскинулся Кэмпион. – Это вы вели «бенц». Ваши бумаги, которые в порядке, вас не спасут, если не будете осмотрительней.

– Спокойно, ничего плохого я не делал. Отвез компашку за город, вот и все. – Эрни изобразил оскорбленную невинность. – А если вам неинтересно, то и не надо. Я к вам как к другу пришел, а вы вон чего. – И Уокер надел шляпу.

– Переигрывать-то зачем? – мягко пожурил Кэмпион. – Вас наняли сделать работу?

– Верно. Я думал, вам интересно, кто́ меня нанял.

Кэмпион вздохнул:

– Если вы явились сюда с целью сообщить, что я не нравлюсь Мэтью Сандерсону, то ваша глупость еще больше моей, Ганга Дин[187]187
  Намек на часто цитируемую военную балладу Редьярда Киплинга о героическом водоносе по имени Ганга Дин.


[Закрыть].

Явно разочарованный, Эрни с жаром заявил:

– Обзываться я и сам умею не хуже вас!

– Тсс… – Кэмпион приложил к губам палец. – Здесь аристократ, не забывайте. У вас все?

– Нет, не все. Конечно, нанял меня и вправду Мэтт Сандерсон, но он-то работает на другого парня. Я рулить рулил, а ушки держал на макушке. Он болтал про какую-то важную шишку… Ну я себе и сказал, что любые сведения могут кому-нибудь пригодиться.

Глаза Кэмпиона за большими очками слегка блеснули.

– Уже чуть-чуть интереснее.

– Пятерка, – напомнил Эрни. – За имя парня, на которого работает Сандерсон.

Кэмпион достал портмоне.

– Это вы начитались бульварных романов, – ворчливо проговорил он. – Там у них все пятерки да пятерки. Ваш отец взял бы полкроны. – Пять фунтовых банкнот раскинулись в его руке веером, словно карты. – Говорите.

Эрни подобрел:

– Вы – джентльмен. Настоящий. Из благородных. Так вот, Сандерсон говорил другому типу, что ему придется держать ответ перед каким-то Дейзи. Они как раз пили пиво, которое нашли в чемодане. Между прочим, я понятия не имел, что там будете вы, пока вас не увидал. Здорово вы их надули. Ох они и разозлились!

– Дейзи… Вы уверены?

– Точно говорю. Я запомнил, потому как пару лет назад вздернули одного парня, Альфа Риджуэя, и у него тоже была кличка Дейзи. В Манчестере это случилось.

– Ага. – Кэмпион протянул ему деньги. – А как ваша торговля машинами?

– Неплохо, как всегда, – довольным тоном ответил Эрни. – На той неделе толкнул в Норвуде перекрашенную тачку. Мой братец ее угнал в Ньюкасле. Мы ее обработали – загляденье! – и документы сделали. Хотя меня слегка надули. Паршивец, который ее купил – а ведь приличного вида тип, – подсунул-таки мне пару фальшивых купюр. Полно нечестных людей, я вам скажу.

– Тише! – перебил его Кэмпион. – Станислаус идет.

Эрни поспешно спрятал деньги и выжидающе уставился на дверь. Через секунду появился инспектор Станислаус Оутс. Это был высокий седеющий человек с небольшим животиком, но в остальном стройный.

– Привет! У вас всегда не заперто? – спросил он и, увидев Уокера, воскликнул: – Вот так так!

– Уже ухожу, сэр. – Эрни и вправду пошел к двери. – Я просто так заскочил. Как и вы, надеюсь. – И он хитро подмигнул хозяину.

Кэмпион хмыкнул.

– Закройте за собой дверь, – сказал он и многозначительно добавил: – Не забывайте проверять водяные знаки.

– Вы о чем? – заинтересовался инспектор.

Но дверь за автомобильным воришкой уже закрылась, и они остались втроем.

Кэмпион познакомил гостей и налил инспектору виски с содовой. Сотрудник Скотленд-Ярда устроился в кресле.

– Что за дела у тебя с этим ворюгой? – строго спросил он, кивая в сторону двери. Не дожидаясь ответа, объяснил Вэлу: – Как ни приду сюда, у него кто-нибудь из наших клиентов или выпивает в кухне, или греется на коврике. А его камердинер вообще рецидивист.

– Спокойно! Имя Лагга священно. Я рад, что ты явился, старина. Ты именно тот, кто мне нужен. Ты, случайно, не знаешь богатого и влиятельного человека из теневого мира по фамилии или прозвищу Дейзи?

– Повешен в Манчестере в двадцать восьмом году двадцать седьмого ноября, – моментально ответил Оутс. – Грязное дело. Расчленение трупа и всякое прочее. Помню даже день казни: шел дождь.

– Не годится, – покачал головой Кэмпион. – Попробуй еще. Это должна быть важная персона. Хотя, – уныло заметил он, – сто против одного, что он не профессионал.

– Я знаю пятьдесят семь разных Дейзи, не меньше. Причем речь идет только о кличках. Правда, все они мелкие сошки. Чем именно ты сейчас занимаешься? Или опять государственная тайна? – рассмеялся инспектор.

Вэлу понравился этот спокойный простой человек с лучистыми серыми глазами.

– Я выбираю короткий путь, – объявил Кэмпион и, поскольку инспектор казался озадаченным, добавил: – В противоположность длинному пути, если ты понимаешь, о чем я.

Инспектор ответил не сразу. Он вздохнул и поставил бокал.

– Я сочувствую твоим целям. Но если будешь играть с огнем, непременно обожжешься. Чем могу помочь я?

– Не беспокойся. – Кэмпион проигнорировал вопрос. – Я обязан дожить до совершеннолетия крестника. А это через девятнадцать лет, верно? Как там наш человечище поживает?

Лицо инспектора впервые оживилось.

– Прекрасно! Каждую ночь тащит в постель Микки-Мауса, которого ты подарил. Понимаешь, – быстро заговорил он, – я здесь совершенно неофициально… Если ты еще не сбился со следа, может, лучше полностью передать все нам и дело с концом? Твоя беда в том, что ты адски увлекаешься своей работой. Наживешь себе неприятностей.

Мистер Кэмпион поднялся:

– Станислаус, ты не хуже меня знаешь, что в девяноста девяти случаях из ста только полиция и может защитить человека и его имущество. А в сотом случае, когда огласка губительна, а меры требуются радикальные, нам приходится действовать на свой страх и риск. А поговорить я хотел вот о чем. Видишь этот чемодан? – Он указал на новенький фибровый чемоданчик, лежащий на журнальном столике. – Ближайшие несколько дней его нужно охранять. Содержимое чемодана не такое уж ценное, но за ним охотятся люди наших друзей, тех, которые любят длинные пути. И если они его добудут, под угрозой окажется некое национальное достояние. Понимаешь?

– Если говорить официально, я бы посоветовал так: помести его в банк или там в камеру хранения на вокзале, – подумав, сказал инспектор. – Или отдай мне, я его отвезу в Скотленд-Ярд.

– Разумеется. А если говорить приватно со старым другом, который увяз в этом деле по горло, что тогда?

– Не выпускать ценный предмет из рук. Не выносить из дома. Здесь, у тебя, самое безопасное место в Лондоне – прямо под тобой отделение полиции. Я бы поставил полисмена на лестнице и парочку – на кухне у старины Родригеса, и еще человека в штатском – на крыше. Ты ведь можешь заказать полицейскую охрану.

– Отлично, – одобрил Кэмпион. – Что скажете, Вэл? Останетесь здесь с чемоданом и полицейским подкреплением, а я отправлюсь в Сэнктуэри и приложу все усилия, чтобы выйти на Дейзи.

Вэл согласно покивал:

– Сделаю, как вы решите. Я полностью в ваших руках. Только одно меня беспокоит: у вас всего четыре дня. В среду второе число.

– Точно. Итак, четыре дня. Станислаус, добудешь нам охрану?

– Конечно.

Инспектор взял телефонную трубку и минут десять отдавал распоряжения.

– Ну вот, – сказал он, – бюрократия нас спасает. Придется сколько-то заплатить, но это, думаю, не проблема. Кстати, была же директива негласно оказывать тебе любую потребную помощь…

Кэмпион послал ему предупреждающий взгляд, и инспектор, покосившись на Вэла, пробормотал:

– Или я путаю…

Вэл ничего не заметил.

– Значит, решено, – заключил Кэмпион. – Подожду, пока уладится с охраной, а завтра утром отправлюсь в Сэнктуэри. Вэл, в квартире есть все необходимое. С вашим отцом проблем не будет?

– Никоим образом, – улыбнулся Вэл. – Он сразу же воспринял ваше присутствие как нечто само собой разумеющееся, что уже довольно странно. Хотя в этой истории столько непонятного, что я ничему не удивляюсь.

Инспектор встал.

– Будь осторожен, – сказал он Кэмпиону. – Четыре дня – не так уж много, чтобы прижать к стенке профессионала, нанятого нашими Les Inconnus[188]188
  Неизвестные (фр.).


[Закрыть], и поставить в деле точку. Кроме того, мне не хотелось бы, чтобы тебя повесили, – закончил инспектор совершенно серьезно.

Кэмпион протянул ему руку:

– Ваша доброта делает вам честь, мой добрый сэр.

Эти легкомысленные слова он произнес не без некоторой торжественности, а его светлые глаза смотрели сурово и решительно.

Глава 15
Фарисеева поляна

На следующее утро около десяти часов Кэмпион подъехал к Башне и сразу увидел Пенни. Она бежала к нему через залитую солнцем лужайку, и тяжелые золотистые косы подпрыгивали у нее за плечами.

Едва машина остановилась, девушка вскочила на подножку. Она явно нервничала, и первые же ее слова это подтвердили:

– Как хорошо, что вы вернулись! С Лаггом случилось нечто ужасное.

Кэмпион снял очки, словно они мешали ему видеть.

– Шутите? – с надеждой спросил он.

– Конечно нет! – негодующе воскликнула Пенни; ее голубые глаза даже потемнели. – Лагг в постели, у него какой-то приступ. Доктора еще не вызывали, ждали вашего приезда.

– Вы о чем? – Кэмпион смотрел на нее с огромным удивлением. – Приступ? Апоплексический удар или что?

От растерянности Пенни не знала, как начать. Наконец, глубоко вздохнув, она выдала всю историю:

– Это случилось на заре. Я проснулась от жуткого воя под окном. Увидела на лужайке Лагга. Он скакал как ненормальный и ревел на всю округу. Пока я спускалась, Бранч – его комната над моей – прибежал и затащил его в дом. С ним никто не мог справиться. Он что-то тараторил, всякий бред. Глупо звучит, но он как будто впал в истерику.

Кэмпион надел очки.

– Удивительная история. А может, он просто нашел ключи от винного погреба?

– Ну что вы, дело совсем в другом… – Пенни была очень серьезна. – Вы не понимаете? Он пришел с Фарисеевой поляны. Увидел там то же самое, что тетя Ди.

Казалось, ее слова доходили до Кэмпиона долго. Он сидел в машине посреди дорожки и смотрел прямо перед собой. Наконец произнес:

– Ну и ну. Вот мы и сдвинулись с места. А я ведь лишь хотел чем-то занять старого бандита. Но развлечение получилось слишком серьезным.

Он медленно поехал вперед.

– Альберт… – Пенни говорила сурово. – Вы же ему не приказывали идти туда ночью? Если да, то вы и в ответе. Вы не поверили, что там есть нечто ужасное. Видимо, забыли, как умерла тетя Ди.

– Ваша тетя Диана и мой друг Магерсфонтейн Лагг – материи совершенно различные. Я ему всего-то велел не бездельничать целый день и выяснить, в чем там дело. Пойду прямо к нему. А что говорит Бранч?

– Ничего определенного. Оставьте машину здесь и идите наверх.

Кэмпион взбежал по узкой лестнице, ведущей к спальням слуг. На лице у него застыло горестное недоумение. У двери Лагга стоял на страже Бранч. Коротышка-дворецкий был не в себе и так обрадовался Кэмпиону, что тому стало его жалко.

– Сэр, как хорошо, что вы приехали! Мне приходится держать его взаперти. Если он опять начнет выть, к вечеру у нас разбегутся все слуги.

– Что случилось? – спросил Кэмпион, берясь за дверную ручку.

– Я уверен: он ходил на Фарисееву поляну, сэр. – Дворецкий говорил с заметным саффолкским акцентом; тон его был глубоко серьезен.

Кэмпион открыл дверь и вошел.

В комнате было темно, а из дальнего угла, где стояла кровать, раздавалось подвывание. Кэмпион подошел к окну, поднял шторы, и в помещение хлынул свет. Он повернулся к Лаггу, который, съежившись под одеялом, дико уставился на него.

– И какого черта?.. – спросил Кэмпион.

Мистер Лагг взял себя в руки. Казалось, при виде хозяина в нем пробудились остатки былого норова.

– Увольняюсь, – сообщил он.

– Хорошо бы, – язвительно отозвался Кэмпион. – Чем быстрее вы отсюда уберетесь и перестанете меня позорить, тем лучше.

Лагг уселся на кровати.

– Жуткая была ночка, – пожаловался он. – Я по вашей милости чуть не спятил, а вы вон как со мной.

– Чушь. Я привез вас в респектабельный дом, а вы будите народ своими воплями и топочете, как капризный слоненок.

Яркий солнечный свет и суровость хозяина возымели на Лагга отрезвляющее действие.

– Я чего хочу сказать… – со значением произнес он. – Да, я перепугался. И вы бы перепугались, если б увидали такое. Ну и жуть!

– Сова, наверное, ухнула в темноте, – пренебрежительным тоном заметил Кэмпион, – а вы тут всех переполошили.

– И сова, – так же значительно продолжал камердинер, – и еще кой-что. Я вот чего скажу: если кто переночует в здешнем лесу, то наутро отправится в психушку. Эта тварь свела в могилу леди Петвик, точнее, один вид твари. А дамочка-то была не робкого десятка. А кто робкого десятка, тот просто лопнул бы с перепугу.

Несмотря на живописные детали рассказа, в хриплом голосе Лагга слышался неподдельный страх, и он же, точнее, ужас отражался в его маленьких темных глазках. Кэмпион был потрясен. Им с Лаггом довелось побывать во многих кошмарных переделках, и, когда речь шла о реальной опасности, его помощник мог похвастаться железными нервами.

– Вы к чему клоните? – спросил Кэмпион уже более дружелюбно. – К вам приставала белая леди с головой под мышкой?

– Нельзя смеяться над потусторонними силами. Потом-то станет не до смеха. Прошлой ночью я встретил в лесу чудовище. Это про него мне говорили в пабе. То самое, которое держат в потайной комнате.

– Замолчите. Вы ошиблись. Я просил вас об этом забыть.

– Ладно, умник. – Лагг уже сердился. – То, чего я вчера видал, оно точно не из мира сего. Слезайте на землю и послушайте как следует, а то я буду думать, что башкой тронулся.

Такие слова из уст его независимого и самоуверенного помощника доконали Кэмпиона и заставили еще более смягчиться.

– Хорошо, – кивнул он. – Животное, фрукт или камень?

Мистер Лагг открыл было рот, но тут же закрыл и, видимо пытаясь припомнить все подробности, натужно выпучил глаза.

– Чтоб я сдох, если понимаю, – начал он наконец. – Сидел я, значит, на поляне, как вы велели, трубку курил да мечтал, чтобы не такая была мертвая тишина. И вдруг слышу вроде как пение, но не настоящее, а словно зверь гудит. Я приподнялся, слегка оробев, понятное дело. И тут появилось оно, и на него падал свет от луны… – Лагг сделал эффектную паузу. – Отродясь не видал такой жути. Эта пакость была высокая, тонкая, на коротких ножках, а на голове – рога. И идет прямо на меня. Ждать я не стал, но запах учуять успел: тухлый такой, будто дохлятина. Тут уж я совсем голову потерял, понесся домой, вопя, как угорелая кошка. Я таки свалял дурака, – с сожалением признался он. – Только на моем месте любой бы насмерть перепугался.

Кэмпион присел на краешек кровати. Его скепсис, к удовольствию Лагга, сменился любопытством.

– Рога? – переспросил Кэмпион. – Какой-то зверь?

– Не простой зверь, – с нажимом заметил Лагг. – Похоже, будто огромный козел шел на задних ногах.

– И запах еще… Может, и вправду козел?

– Не делайте из меня дурака. В нем футов десять росту, а руки – как у человека. Я разглядел. Хорошо было видно на фоне неба.

Кэмпион встал.

– Лагг, вы победили, – сказал он. – Приношу вам извинения. А теперь вставайте. И помните: слугам обо всем этом ни единого слова. А если они уже знают, что вы видели чудовище, то с потайной комнатой оно никак не связано. Про нее даже не упоминайте. Кстати, я в городе встретил вашего приятеля, Эрни Уокера.

– С ним разве можно иметь дело? – Невроз у Лагга прошел окончательно. – Этот тип по головам пойдет, если надо. Грязная крыса, родную мать продаст ни за грош.

Кэмпион усмехнулся:

– Ну да, всякий раз, как вы видите призрака, я непременно свяжусь с плохой компанией. Вставайте, и притворимся, что у вас было кишечное расстройство.

– Придумка неважнецкая. Уж лучше сердечный приступ. У меня ведь тоже гордость есть.

Кэмпион вышел и некоторое время стоял на площадке; выражение лица у него было, как обычно, глупое. Затем он отправился в кабинет сэра Персиваля и пробыл там около двадцати минут. Вышел оттуда с отрешенным видом. Он уже хотел спуститься, но тут Пенни, которая, оказывается, ждала его, сидя на подоконнике в дальнем конце коридора, встала и подошла:

– Убедились насчет Лагга?

К удивлению девушки, Кэмпион продел ее руку в свою.

– Теперь, мадам, вы будете моим Ватсоном. Станете задавать нелепые вопросы, а я – давать блестящие ответы с присущими мне мудростью и проницательностью, за которые меня так любят во всех клубах, где я бываю. Раньше они смеялись, когда я начинал говорить, потом пытались меня заткнуть. Ну и что? Я все равно высказываюсь. Я ведь человек честный и прямой. Если вижу лопату, так и говорю: ведро.

Они вышли в сад.

– Перестаньте ломать комедию, – спокойно попросила Пенни. – Что вы намерены делать?

Кэмпион остановился и серьезно посмотрел на нее:

– Скажите, а у вас не было с Бет никаких разногласий?

– Нет, конечно, с чего бы? Мы вчера вечером говорили по телефону. Она, разумеется, расспрашивала, как там Вэл в городе. Мне кажется, они удивительно быстро поладили.

– Словно старые друзья, – подтвердил Кэмпион. – Я вчера обратил внимание. Не такой я недалекий, как вы думаете. Под моим медальоном, в котором я храню свою старую школьную кепку, бьется молодое сердце. Про Бет я спросил, поскольку мы сейчас нанесем визит ее отцу, а он человек весьма выдающийся, хотя и дружит со мной. Следовало признаться раньше, но так уж вышло.

– Будьте серьезней, – опять попросила Пенни. – Вы, кажется, забыли, что мне известно гораздо меньше, чем вам.

– Мы отправляемся к профессору Кэйри. Не в колеснице Вакха, а пешком по дорожке. Вы уже взрослая девочка и можете принести мне пользу. Положение, кратко говоря, таково: до совершеннолетия Вэла осталось три дня. Три дня, чтобы отыскать причину наших неприятностей и разобраться с этим господином. Единственная зацепка, ведущая к нему, – его прозвище – Дейзи.

– Задача непосильная, да? – выразила сомнение Пенни.

Вместо ответа Кэмпион невозмутимо продолжал:

– Мне совершенно очевидно, и вам, дорогой Ватсон, тоже, что на Фарисеевой поляне происходит нечто странное, – очень странное, по словам Лагга. У меня есть предчувствие: если мы разберемся с призраком, то выйдем и на Дейзи.

– Но если Дейзи причастен к появлению призрака и тетю намеренно напугали до смерти, то почему это существо продолжает там бродить?

– Вот мы и выясним. Конечно, Лагг мог напиться и нафантазировать.

Пенни искоса взглянула на собеседника:

– Вы же так не думаете.

Кэмпион повернулся к ней:

– По-вашему, там нечто сверхъестественное?

Девушка передернула плечами и сильно покраснела.

– Ой, – вырвалось у нее. – Если бы вы знали столько, сколько я, о наших деревенских, если бы вы выросли среди них, слушали бы их байки, усвоили бы их взгляды, вы не относились бы так высокомерно к вещам… не совсем обычным. Разумеется, я не могу ничего утверждать. Я просто не знаю. Но после тетиной смерти в округе стало больше цыган. Говорят, на пустоши их целая армия собралась.

Кэмпион вскинул брови.

– Старая славная миссис Сара, – сказал он. – Пенни, всегда делайте, что в ваших силах, для табора Бенвеллов – лучших жуликов в мире.

Пенни была заинтригована.

– Кажется, Альберт, вы понемножку знаете обо всем на свете. А зачем мы идем к Кэйри?

– Если наше пугало на Фарисеевой поляне – действительно местный феномен, то можете прозакладывать ваши туфли, что профессор Кэйри знает о нем абсолютно все. Кроме того, когда имеешь дело с чем-то сверхъестественным, ничто так не успокаивает, как мнение ученого и научное объяснение.

Профессор трудился в саду под зеленым полотняным тентом. Среди цветников возвышался красивый дом в тюдоровском стиле с окрашенными стенами и замшелой черепичной крышей. Хозяин с искренней радостью поднялся навстречу гостям:

– Отлично! Надеюсь, вы останетесь на ланч? Миссис Кэйри в доме, и Бет где-то там.

Пенни замялась, и Кэмпион взял дело в свои руки.

– Профессор, у меня опять трудности, – сказал он. – Мы к вам за помощью.

– Ну конечно! – Кэйри, полный энтузиазма, повернулся к Пенни. – Профессор Лоббетт, один из моих лучших друзей, обязан этому молодому человеку жизнью. Что я могу для вас сделать?

– Вы когда-нибудь слышали о призраке на Фарисеевой поляне? – спросила Пенни, одолеваемая любопытством.

В круглых темных глазах профессора появилось странное выражение.

– Не знаю, что вы обо мне подумаете, – нерешительно произнес он, – но у меня, кажется, есть его фотография. Пойдемте в библиотеку.