Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 278 (всего у книги 341 страниц)

Едва нога связанного по рукам молодого человека коснулась кирпичного пола, Брим прыгнул на него сзади. Не ожидавший подобной атаки и не имевший возможности защититься, Кэмпион рухнул как подкошенный. Он попытался дать пинка, но, получив удар рукояткой пистолета за ухом, лишился чувств.

Когда несколько минут спустя он пришел в себя, его лодыжки были столь же крепко связаны, а рот забит скомканной бумагой, которую удерживал душивший его носовой платок.

– Табби, он здесь, – донесся из-за открытой двери в коридор голос женщины, а затем послышался ответ Брима:

– Впусти его, дорогая. Я только приведу себя в порядок. До чего же неудачное время выбрал этот дурак для своего визита!

Дверь чулана закрылась, в замке мягко повернулся ключ, и Кэмпион услышал удаляющиеся шаги. Молодой человек лежал не шевелясь. Последствия удара пока не прошли, и он не осмеливался испытать свои путы на прочность, пока не убедился, что к нему полностью вернулась способность соображать.

Тем временем происходило немало интересного. Он услышал, как в конце коридора открылась входная дверь. Ему даже не приходилось напрягать слух – новоприбывший изо всех сил пытался говорить тише, но каждый раз терпел неудачу, и его голос, явно принадлежавший привыкшему отдавать команды на плацу военному, эхом разносился по старому дому, заставляя звенеть стекла.

– Миссис Сакрет? Получили мое письмо? Весьма любезно с вашей стороны. Только что вернулся, знаете ли. Естественно, не терпится снова увидеть свой старый дом. Все так же, все так же… Ни единый камешек не изменился, слава богу.

В этот момент незнакомец, судя по всему, высморкался, и, несмотря на острый дискомфорт, в котором пребывал мистер Кэмпион, он широко раскрыл глаза и насторожил уши. Подобный тип англичанина невозможно было воспроизвести – лишь создать неубедительную карикатуру. Кэмпион пожалел, что не может увидеть простака из колоний, которого подцепил Дигби Селлерс, поскольку, судя по голосу, тот был вполне настоящим, и в его мозгу вновь всплыл тот самый вопрос, который озадачивал его с тех пор, как он побывал у суперинтенданта, и который привел его в Своллоуз-холл, став причиной нынешнего затруднительного положения.

Тем временем по дому, судя по всему, проводилась экскурсия. Время от времени раздавался зычный голос гостя, перемежавшийся тихим бормотанием женщины и не столь частыми вкрадчивыми репликами Брима.

Новоприбывший постоянно твердил об одном и том же:

– Ничего не изменилось, ничего не изменилось. Я здесь когда-то играл, знаете ли. Счастливые денечки: юность… детство… Боюсь, я кажусь вам полным идиотом. Но до чего же трогательно, знаете ли, до чего же трогательно…

В чулане с корзинами мистер Кэмпион сражался со своими путами. Руки и ноги онемели, кляп душил. Он страдал от боли и злости. Даже попытки произвести хоть какой-то шум оказались тщетны, поскольку он не только не мог пошевелиться, но и чувствовал себя слабым и беспомощным из-за последствий удара, плюс добавилась нехватка воздуха.

Тем временем компания, похоже, переместилась в сад. Голос гостя, приглушенный, но вполне слышимый, пробивался сквозь стены из дранки и штукатурки. Кэмпион разобрал несколько обрывочных фраз:

– …остановился в Ипсвиче на пару дней… Надо все обдумать, знаете ли… куча денег… нужен ремонт… Кому принадлежал дом до вас, не знаете?.. Что?.. Господи помилуй!

Последовала долгая пауза, нарушаемая лишь крайне мерзкими скребущими звуками в стенной панели возле левого уха Кэмпиона. Негромко обругав назойливую тварь, он закрыл глаза.

В себя он снова пришел почти час спустя, когда дверь осторожно приоткрылась, и он увидел в слабом свете коридора очертания головы и широких плеч.

– Пожалуй, теперь можно заняться и другим нашим гостем, дорогая моя Дороти, – донесся до него вкрадчивый голос Брима, в котором слышались нетерпеливые нотки. – Ну как, мистер Кэмпион, надеюсь, вам было удобно?

Он мягко шагнул в чулан, умудрившись с силой вогнать каблук в руку Кэмпиона. Тот заставил себя не подать виду, за что был вознагражден.

– Дороти, – резко бросил Брим, – иди сюда. Принеси свет.

– Что случилось? Что случилось? Ты его не убил?

– Ну это выглядело бы крайне некрасиво, дитя мое. Он ведь старый друг полиции. – В его голосе послышалась усмешка, но отнюдь не веселая.

– Ох, только не это. – Женщина, похоже, была всерьез напугана. – Ты такой жестокий. И вовсе незачем было его бить по голове. Если ты его убил…

– Помолчи, дорогая. Помоги мне его отсюда вытащить. Все в порядке, он жив.

Вместе они выволокли молодого человека в коридор. Брим склонился над ним и выдернул изо рта кляп. Женщина принесла стакан воды. Мистер Кэмпион выпил и слабо ее поблагодарил.

Услышав его голос, Брим усмехнулся.

– Уже лучше, уже лучше, – проговорил он, приглаживая борта пиджака большими влажными ладонями. – Слишком неудачно вышло. Не люблю никому доставлять подобных неудобств, особенно гостю. Но это исключительно ваша вина, что вы выбрали столь неподходящий момент. Поверьте мне, мой юный друг, если бы вы явились в любое другое время, вообще в любое, все было бы совсем иначе. Но так уж получилось, что вы поставили меня в крайне неловкое положение. Даже не знаю, что с вами делать. Если бы только вам можно было чуть больше доверять… – Он замолчал и, с сожалением вздохнув, взглянул на свою жертву с печальной улыбкой на белом круглом лице. – Как ваши запястья? – спросил он. – Болят? Боюсь, что да. Господи, до чего же неловко получилось! Возможно, вам придется еще на какое-то время здесь остаться. Не знаю, что еще я могу сделать – а ты, дорогая Дороти? Поскольку он неосмотрительно влез в мое… гм… деловое предприятие, боюсь, ему придется остаться здесь до завершения проекта. Видите ли, мистер Кэмпион, если я вас отпущу, вы можете с легкостью испортить всю мою прекрасную работу.

Кэмпион страдальчески поморщился.

– Надеюсь, вашему гостю понравился его старый дом, – язвительно заметил он.

– О да, еще как! – В круглых глазках мелькнули проницательные искорки. – Вы его слышали, да? У него довольно-таки громкий голос, не так ли? Боюсь, что вы могли его слышать. Что ж, это практически решает дело. Вам определенно придется провести у нас день-другой. Иного выхода я не вижу. – Брим немного помолчал, задумчиво глядя на Кэмпиона. – Да, ему в самом деле очень понравилось, – наконец продолжил мошенник все тем же добродушно-вкрадчивым тоном, не исчезавшим в течение всего их разговора. – Думаю, не ошибусь, если скажу, что он прямо-таки влюбился в этот дом. Воистину обаятельный человек, мистер Кэмпион! Вас бы тронуло до глубины души, если бы видели, как вспыхивали его глаза! Думаю, утром мы получим от него предложение. Искренне на это надеюсь. Когда я сказал ему, что собирался вырубить деревья и сменить фасад, он, похоже, сильно встревожился.

– Полагаю, он не пытался одолжить у вас десятку? – пробормотал мистер Кэмпион, открыв глаза.

– Нет. – Брим удивленно поднял брови, и улыбка на мгновение исчезла с его лица. – Нет, не пытался. Вряд ли он из таких людей. Как жаль, что вы не могли познакомиться.

Мистер Кэмпион рассмеялся. Несмотря на усталость и боль, веселье его было неподдельным.

– Брим, – еле слышно проговорил он, – есть хоть одна причина, по которой я должен помогать тебе решать твои грязные делишки? Тебе всегда не хватало мозгов, и теперь, черт побери, ты вполне заслужил то, что тебя ждет.

Последовала долгая пауза. Кэмпион лежал не шевелясь, с закрытыми глазами. Брим придвинул стул и сел. Внешне он оставался невозмутим, хотя явно что-то подозревал, как свойственно любому жулику.

– Мистер Кэмпион, зачем вы на самом деле сюда явились? – тихо спросил он.

– С миссией милосердия. – Слабый голос Кэмпиона был полон презрения. – Неверно понятой, как и большинство актов чистой благотворительности. Можешь пойти и повеситься, Брим, прежде чем я тебе помогу. Скорее всего, ты так и поступишь, если это не сделает за тебя государство.

– Может, все-таки объяснитесь? – все так же мягко поинтересовался Брим. – Моя жена сейчас в дальних комнатах. Упоминаю об этом, поскольку женщины порой легко ранимы, и вы могли бы подумать, что в ее присутствии я не решаюсь заставить вас говорить.

Он начал отбивать медленную чечетку каблуком на берцовой кости пленника.

– С чего, по-твоему, я сюда приехал? – В голосе Кэмпиона звучал вполне убедительный праведный гнев. – Думаешь, мне нужна твоя жалкая драная шкура? Это работа для полиции. Я пришел с вполне дружескими намерениями. У меня имелась полезная информация, которая сэкономила бы тебе время и деньги, а поскольку ты оказался в доме моей подруги и после раскрытия всех карт мог бы выместить свой вполне естественный гнев на самом доме, я намеревался дать тебе дружеский совет. Но вместо того чтобы меня выслушать, как подобает здравомыслящему человеку, ты устроил какую-то дурь. Подумай как следует, Брим.

– Но, мистер Кэмпион, вы не оставили мне выбора. – Во вкрадчивом голосе появились сомневающиеся нотки, и лежавший на полу Кэмпион тут же воспользовался своим преимуществом.

– К черту выбор! – весело бросил он. – Ты настолько боялся, что появится твой птенчик и обнаружит меня, что у тебя не выдержали нервы. Если бы ты подумал об очевидном, возможно, до тебя бы дошло, что, если бы у меня имелись враждебные намерения, мне достаточно было бы обратиться в полицию графства, которая бы дождалась, пока ты не совершишь что-нибудь такое, за что тебя можно будет привлечь, и явилась бы в нужный момент, чтобы арестовать тебя как положено.

– Но, мистер Кэмпион, подумайте сами, – с несчастным видом проговорил Брим. – Предположим, вы зашли сюда случайно…

Кэмпион попытался пошевелиться.

– Разве этот дом похож на тот, куда кто-нибудь мог зайти случайно? – спросил он. – Миссис Бантингворт сейчас на юге Франции. Я расстался с ней три дня назад. Когда она описала мне твою жену, я сразу же ее узнал, а когда я пришел на следующее утро в Скотленд-Ярд, мне любезно объяснили, какую игру ты, скорее всего, ведешь. И потому, поскольку я знал кое-что такое, чего не знал ты, я в дружеском расположении духа рысью помчался сюда, вместо того чтобы пойти в полицию. Но теперь, можешь мне поверить, мое дружеское расположение полностью испарилось, так что можешь сидеть тут и ждать неминуемой расплаты.

– Мистер Кэмпион… – От добродушных манер, тщательно соответствующих костюму Брима, не осталось и следа. Он все еще оставался настороже, но взгляд его был полон тревоги. – Мне становится очень интересно…

– Вполне вероятно, но я страдаю от боли, – возразила его жертва. – У меня содраны запястья, и меня распирает от злости. Если у тебя осталась хоть капля благоразумия, развяжи меня. В конце концов, у тебя есть револьвер, а у меня нет.

Похоже, жулик счел просьбу вполне разумной. Осторожно перерезав веревки, он отступил на шаг.

– Лодыжки, пожалуй, трогать не стану, если вы не против. Я не настолько ловок, как прежде, и я не могу вам доверять.

С трудом сев, Кэмпион потер израненные запястья. Его светлые волосы были растрепаны, бледные глаза полны гнева.

– И что ты теперь собираешься делать? – спросил он. – За нападение, знаешь ли, грозит немалый срок, а за покушение на убийство – тем более.

Брим вздрогнул.

– Врешь, – тихо проговорил он.

– Да брось, – раздраженно отозвался Кэмпион. – Можно подумать, есть хоть какое-то иное разумное объяснение, почему я вообще сюда пришел. Разве я не сказал тебе очевидную истину? Разве я не вел себя так же, как любой другой разумный человек в подобных обстоятельствах? Это ты потерял голову и заработал себе неприятностей по уши. Однако окажу тебе еще одну любезность, просто чтобы доказать, насколько хорошего мнения я о тебе был. Я говорил тебе, что знал миссис Бантингворт всю свою жизнь, но не упомянул о том, что знал также ее отца и мать, которые жили в этом доме до самой своей смерти, после чего его пришлось выставить на продажу. Как я понимаю, его купил муж миссис Бантингворт. Соображаешь, к чему я клоню?

Тобби Брим выпрямился на стуле, и его пухлое лицо побледнело еще больше.

– Да, мистер Кэмпион, продолжайте.

– Миссис Бантингворт была единственной дочерью своих родителей, – все с той же усталой злостью продолжал Кэмпион. – Так что шумный джентльмен средних лет, который примчался сюда, разглагольствуя о своем старом доме, – на самом деле фальшивка, несчастный мой друг. Он всего лишь такой же жулик, как и ты, – с взятыми в кредит деньгами, поддельным чеком, или на чем там он еще специализируется. По сути, он обвел тебя вокруг пальца. Можешь меня поблагодарить.

На скулах Брима проступили желваки.

– Но Селлерс… – начал он.

– Я видел Селлерса в Монте-Карло, – презрительно бросил мистер Кэмпион, – и, поверь мне, ему даже наивную девочку не обмануть. Все наоборот – твой приятель из колоний увидел Селлерса на корабле, признал в нем богатого дурачка и разыграл перед ним простофилю, надеясь помериться умом с тобой, когда придет время. Лучше смирись.

Брим поднялся на ноги и медленно прошелся по комнате. Тяжелые плечи и короткие мощные руки придавали ему внушительный вид. Ясно было, что он сосредоточенно размышляет над аргументами Кэмпиона, и те выглядят для него достаточно убедительными, сколь бы неприятными они ни были.

– Даже не пытайтесь, Кэмпион! – внезапно развернувшись, резко произнес он.

Молодой человек отдернул руки от пут на лодыжках, уставившись в дуло маленького кольта.

– Ладно. – Он пожал плечами. – Но, честно говоря, я не вижу в этом никакого смысла. Что, собственно, в свете всех имеющихся фактов ты намерен делать?

– Выяснить, правы ли вы.

– А когда окажется, что я прав?

Брим неприятно рассмеялся, и мистер Кэмпион, хотя и не был трусом, почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Тогда, естественно, я не стану больше впустую тратить время, – ответил он. – Мы уберемся отсюда. Увы, я не верю, что вы перестанете лезть в мои дела, так что, естественно, вам придется остаться. Знаю, в доме холодно, но вы человек крепкий. Думаю, вы еще будете живы, когда вас найдут.

Мистер Кэмпион недоверчиво посмотрел на него.

– Но это же чистой воды самоубийство, – проговорил он. – В Скотленд-Ярде знают, что я поехал сюда из-за тебя. Если я умру, тебя повесят, Брим.

Человек в аккуратном черном костюме развел руками.

– Придется рискнуть, – сказал он. – Могу сказать женщине из поселка, чтобы в понедельник пришла сюда прибраться. Если она не подведет… Что ж, вам придется провести здесь всего четыре дня.

Кэмпион с трудом сел, уставившись на него. В его бледных глазах возник страх, который заставил Брима улыбнуться.

– Моя дорогая женушка говорит, что в кухне завелись крысы, – начал он. – Естественно, они станут искать тепла рядом с вами, но это вполне компанейские зверюшки, когда не голодны. – Голос его снова изменился, и ярость, которую он пытался скрывать, на мгновение прорвалась наружу. – Если вы правы, надеюсь, они за вас примутся. Эй, для вас это что, уже чересчур?

Глаза мистера Кэмпиона закрылись, и он, пошатнувшись, рухнул на камни, побледнев и приоткрыв рот. Брим осторожно подошел и пнул неподвижное тело под ребра. Оно безвольно перекатилось на бок, и Брим рассмеялся.

Убрав револьвер в карман, он наклонился, чтобы приподнять веко жертвы. Из-за его габаритов ему пришлось опуститься на колени, и, когда его тело качнулось вперед, к нему неслышно протянулась рука, и длинные пальцы мистера Кэмпиона перехватили маленький револьвер.

– Отойди назад. Закричишь – пристрелю.

Энергичный голос застиг Брима врасплох не в меньшей степени, чем внезапное движение его противника, который нацелил на него оружие. Он метнулся назад, и Кэмпион со зловещей улыбкой взглянул на его прижавшуюся к противоположной стене фигуру.

– Естественно, нет ни одной разумной причины, по которой мне не следовало бы тебя прикончить, – дружелюбно заметил он. – У меня законное право на самооборону, так что тут я опережаю тебя на одно очко. Подними руки и отойди подальше от того колокольчика.

Брим не колеблясь повиновался. Лицо его позеленело.

– Это все ваша вина, мистер Кэмпион, – хрипло проговорил он. – Вы сообщили мне дурные новости, вот я и, осмелюсь сказать, разозлился.

– Что ж, решай, – с вызывающей усмешкой бросил сидевший на полу. – Что в тебе взыграло – чувство юмора или дурной нрав?.. Ни с места!

Последняя реплика стала последствием полностью неожиданного развития событий. Входная дверь в другом конце коридора слегка приоткрылась. Кэмпион продолжал держать Брима под прицелом.

– Подойди, – прошептал он. – Если что – буду стрелять, не забывай.

Жулик послушно направился к открывающейся двери, подняв руки. С пола мистер Кэмпион отлично видел все происходящее. Через порог, стараясь не производить ни звука, осторожно шагнул краснолицый светловолосый незнакомец, который, само собой, остановился как вкопанный, увидев стоящего с поднятыми руками Брима.

– Прошу прощения, – провозгласил он, широко раскрыв голубые глаза и краснея от смущения. – Мне не следовало снова так врываться. Весьма глупо с моей стороны. – Он шумно откашлялся. – Я вам расскажу, в чем дело. Собственно, я был уже на полпути в Ипсвич, когда у меня возникло желание окончательно все решить, и я вернулся. Подошел к двери, увидел, что она не заперта, и не смог удержаться от того, чтобы просто не войти, как тридцать лет назад… Господи, что вы на меня так уставились? И почему у вас подняты руки?

– Чтоб меня, – устало пробормотал мистер Кэмпион. – Клиент из колоний.

Брим мгновенно воспользовался преимуществом.

– Берегись! – крикнул он и метнулся мимо ошеломленного гостя к открытой двери.

Кэмпион выстрелил, но промахнулся, пытаясь не попасть в новоприбывшего, и пуля отколола щепку от дверного косяка.

– Господи помилуй! – Незнакомец всмотрелся в полумрак коридора, внезапно разглядев все еще сидевшего на полу Кэмпиона. – Стреляем? – вопросил он. – Так себя в Англии не ведут, уважаемый. Встаньте и сражайтесь, как подобает христианину. О, вижу, он вас связал? Что вы тут делали? Грабили? Положите оружие.

Столь деловая реакция на нечто, мягко выражаясь, из ряда вон выходящее, произвела на Кэмпиона немалое впечатление. Гость выглядел таким идеальным представителем своей породы, что сомнения в его подлинности могли сравниться с подозрением, что колонна Нельсона сделана из гипса.

– Это в самом деле ваш старый дом? – услышал Кэмпион собственный глупый вопрос.

– Конечно. Я провел в этом доме лучшие годы своей жизни и надеюсь в нем умереть. Хотя не пойму, при чем тут вообще вы, черт побери. Что вы делаете, Сакрет?

Вопрос прозвучал на мгновение раньше, чем следовало. Брим, подбиравшийся к Кэмпиону сзади со стороны внутренней двери, еще не достиг цели. Кэмпион попытался приподняться, когда тот прыгнул на него. Револьвер вылетел из его руки и скользнул по камням в сторону незнакомца. Брим метнулся за ним, но Кэмпион схватил его за лацкан, и они покатились по полу.

– Подберите оружие! – крикнул он, пытаясь придать голосу властный тон. – Подберите оружие, ради всего святого! Этот парень опасен!..

Руки Брима сомкнулись на его горле, и слова сменились сдавленным хрипом. Короткие пальцы впились в шею, и Кэмпион почувствовал, что слабеет.

– Осторожнее, вы же его убьете! – отдался эхом зычный голос незнакомца. – Встаньте, сэр! Я его прикрываю. Что вы делаете, черт бы вас побрал?! Он же связан!

Ошеломленный тон, которым была произнесена последняя фраза, возымел действие. Пальцы ослабили хватку, и Брим, шатаясь, поднялся на ноги. Его пухлое лицо исказила пренебрежительная гримаса.

– Боюсь, я забылся, – бросил он. – Он меня напугал. Я заберу револьвер, хорошо?

– Нет! – в отчаянии прохрипел Кэмпион, и незнакомец отступил назад.

– Погодите минуту, – сказал он. – Не приближайтесь, сэр. Развяжите ему ноги. Хотелось бы выяснить все до конца, если не возражаете.

– Да ладно вам, в самом деле… – К Бриму вновь вернулись его вкрадчивые манеры. – Это, знаете ли, мой дом.

– Он врет, – прошептал Кэмпион. – Не давайте ему взять оружие.

– Так что, не ваш? – заинтересовался незнакомец. – Погодите, а чей тогда? Мне нужно точно знать. Объяснитесь оба.

– Все в свое время. – Брим шагнул вперед. – Сперва я заберу револьвер. Слишком уж мой противник опасная тварь.

– Черта с два! Отойдите. – Гость явно проявлял немалое присутствие духа. – Этот парень только что выдвинул серьезное обвинение, и я хочу, чтобы оно было должным образом опровергнуто. Если честно, Сакрет, сегодня днем вы сказали пару вещей, которые меня удивили. Помните, вы показали на старый орешник на нижней лужайке и заявили, что в прошлом году на нем росли прекрасные груши? Тогда я решил, что вы просто оговорились, но теперь начинаю видеть все это в ином свете. К тому же я никогда в жизни не видел, чтобы кто-то дрался столь грязно.

Брим попятился от револьвера.

– Это произвол, – с чувством произнес он. – Удерживать человека в его собственном доме…

Новоприбывший подозрительно прищурил голубые глаза.

– Чей это дом?! – повысив голос, требовательно спросил он. – В последний раз спрашиваю, сэр, – кому принадлежит этот дом?

– Боюсь, что мне. Что-то не так? – Раздавшийся из дверей за их спинами приятный голос застиг врасплох всех.

В коридор, тяжело дыша, шагнула Маргарет Бантингворт, за которой следовали Джейн, Роза и Элис, а также таксист с багажом. Несмотря на усталость и растрепанные волосы, Маргарет хранила прежнее очарование, позволявшее ей полностью владеть любой ситуацией.

Незнакомец отбросил ногой револьвер и отступил назад. Брим беспомощно вытаращил глаза. Мистер Кэмпион вынужденно оставался на месте. Заметив его, начавшая снимать пальто Маргарет замерла.

– О Альберт, – проговорила она, – как хорошо, что ты здесь! Я не сразу тебя увидела. Я получила твою телеграмму, дорогой, так что мы собрались и сразу же приехали. Что ты там делаешь, ради всего святого? Господи, что тут вообще происходит?

Повернувшись к остальным, она прошла мимо Брима, который явно ничего для нее не значил, и остановилась перед незнакомцем. Тот уставился на нее, еще больше краснея, и наконец произнес единственное сдавленное слово:

– Мэгги!

Маргарет Бантингворт сбросила пальто, перчатки и скатанный походный коврик с двумя полулитровыми бутылками одеколона внутри, которые она столь успешно протащила через таможню, после чего издала полный неподдельной радости возглас.

– Морти! – воскликнула она. – О Морти, дорогой мой, какая неожиданность!

Мистер Кэмпион нагнулся и начал развязывать лодыжки. Он взглянул на Брима.

– Двадцать четыре часа, – многозначительно проговорил он. – Намного больше, чем ты заслуживаешь.

Тот посмотрел на него и кивнул. Лицо его ничего не выражало. Не оглядываясь, он направился к внутренней двери.

Когда Кэмпион с трудом взобрался на стул, Маргарет подошла к нему, таща за собой новоприбывшего.

– Ну разве не чудесно! – прощебетала она, и в глазах ее заплясали искорки. – Морти говорит, вы с ним пока не знакомы. Дорогой мой, это тот самый Морти. Я не видела его много-много лет. Он жил в коттедже неподалеку, и мы с ним вместе играли в детстве. Он был самым умным мальчиком в мире. Я все глаза проплакала, когда он уехал. Он всегда обещал вернуться и купить для меня старый дом, но я ему не верила. И мы, конечно, не писали друг другу. Сам знаешь, как это бывает. А теперь – вот и он! Морти, ты нисколько не изменился.

– Я никогда тебя не забывал, Мэгги. – Незнакомцем, похоже, внезапно овладело замешательство. – Собственно, я приехал сюда, надеясь… надеясь… – Он откашлялся, высморкался и, сменив опасную тему, проговорил: – Я крайне расстроился, увидев, что домом владеет этот грубиян. Где он, кстати? Тут только что произошло нечто странное, Мэгги. Вам придется перед нами объясниться, молодой человек. Я в полных потемках. Где этот Сакрет?

– Ах, Сакреты! – вздрогнув, воскликнула Маргарет. – Я совсем про них забыла. Из-за тебя они полностью вылетели у меня из головы, Морти. Я сдала дом внаем, и, если бы все шло как предполагалось, меня бы здесь сейчас не было. Что случилось, Альберт? Я приехала сразу же, как только получила твою телеграмму. Мы провели в пути больше суток. Где Сакреты, дорогой?

Кэмпион перестал растирать затекшие лодыжки.

– Если прислушаешься, – ответил он, – то услышишь, как по подъездной дорожке отъезжает их машина. На твоем месте я бы напрочь о них забыл. Что-то мне подсказывает, что никому из нас в ближайшее время не доведется о них что-либо узнать.

Маргарет нахмурилась и оставила эту тему как чересчур для нее сложную.

– Может, поедим и чего-нибудь выпьем? – предложила она. – Еда благотворно действует на мозги, как считаешь? А потом вы оба мне все расскажете. Морти, можешь откупорить бутылку?

– Иду, дорогая. – Тот направился к ней, с каждым шагом становясь все моложе.

Мистер Кэмпион с трудом поднялся и начал упражняться в ходьбе.

Ближе к ночи мужчины сели у камина в обветшалой гостиной. Маргарет ушла спать, утомленная разгулом воспоминаний. Морти с любовью оглядел комнату.

– Все как я помню, – сказал он. – Глупо, конечно, что я всех сбивал с толку, говоря, будто это мой старый дом. Просто я всегда так считал, только и всего.

Мистер Кэмпион посмотрел в огонь.

– Подумываете его купить? – спросил он.

Морти скосил в его сторону голубой глаз.

– Ну… – уклончиво проговорил он. – Знаете, я уже нашел именно то, что искал.