Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 338 (всего у книги 341 страниц)

– Доброе утро, шериф Хокинс, – сказала Клем. – Мы вас ждали. Присаживайтесь.

– Спасибо, Клем, но я не могу остаться. Мне нужно задать вам несколько вопросов о Руби Поттс, в полицейском участке.

– Чт… что? – запнулась я. – Почему ты не можешь опросить ее здесь? Она официально подозреваемая?

– Сейчас она только представляет интерес для следствия. Но так как наши семьи дружат несколько поколений, я обязан сохранять профессиональную дистанцию, и опрос в участке станет подтверждением для прокурора. Я не хочу давать ему повода отстранить меня от расследования.

– Ладно, – сказала я. – Но я поеду с ней. Есть возражения?

– Нет, если будешь сидеть тихо и не мешать. Начнешь отвечать за нее или подсказывать ответы – покинешь комнату для допросов. Без всяких предупреждений, – сказал он.

– Это что, твой девиз по жизни? – пробормотала я, схватила сумку, и мы с Клем вышли следом за шерифом из дома.

Глава 5

Когда мы добрались до участка, Рид сразу же повел нас в комнату для допросов. Он предложил кофе или бутылку воды, но мы отказались.

Рид поставил на стол диктофон, нажал кнопку и сразу перешел к делу:

– Шериф округа Эшвуд Рид Хокинс допрашивает Клементину Паркер, пенсионерку, в связи с расследованием смерти Руби Поттс, вызывающей подозрения. Допрос проводится в среду, 10 апреля 2024 года. Также присутствует Сэди Мэй Сэкстон, одна из владелиц магазина «Вязальный переворот» и лицо, обнаружившее тело покойной миссис Поттс. Обе гражданки согласились сотрудничать без присутствия официального правового защитника.

Мы с Клем переглянулись, очевидно думая об одном и том же: не стоило ли нам все-таки потребовать адвоката.

– Мисс Паркер, – продолжил Рид. – У нас есть показания свидетеля о том, что вчера на Хмельвилльской выставке весенних цветов у вас с покойной произошла громкая словесная перепалка. Не могли бы вы рассказать, о чем вы поспорили?

Клем повторила уже известную мне историю про подозрения, что Руби испортила ее тюльпаны. Рид задал еще несколько вопросов, все они касались того, что мы с Клем уже обсуждали. В целом он вел себя уважительно, но допрашивал очень детально.

Когда он спросил Клем насчет алиби на период между закрытием магазина и моментом, когда я споткнулась о тело Руби, она повторила свой утренний ответ: ее подруга Дороти Уилсон, которую все называли просто Дот, приходила на легкий ужин. Дот ушла около семи тридцати, и Клем была одна, пока, около двух часов ночи, не объявилась я. То есть ее алиби подтвердить никто не мог.

И тут Рид неожиданно выложил на стол фотографию вязальных спиц, одна из которых явно была покрыта кровью. Я ахнула в шоке, а Клем прикрыла рот рукой и отвернулась.

– Клем, вы узнаете эти спицы? – спросил Рид. – Внимательно посмотрите на фото и скажите, можете ли их опознать.

Клем сглотнула и взяла фотографию.

– Это довольно распространенная марка бамбуковых спиц, судя по всему, десятого размера.

– Вы пользуетесь спицами этой марки?

– Конечно, среди прочих, – ответила она, не глядя ему в глаза. – У меня несколько наборов, как и у большинства вязальщиц в мире.

Рид не отступал.

– И если я попрошу предоставить для осмотра ваши спицы десятого размера этой марки, вы сможете это сделать?

– Ладно, – не выдержала Клем. – Признаюсь. Мои спицы десятого размера пропали несколько недель назад. Я обыскала весь дом, но так и не нашла их.

– И вы никому не говорили об этом? Не просили помочь в поисках?

– Конечно, нет, – огрызнулась она. – Ни одна женщина моего возраста не захочет признавать, что начала терять вещи. Все сразу решат, что она ослабоумела. Но раз они обнаружились здесь, полагаю, Руби украла их во время какого-нибудь мастер-класса в магазине пряжи. Это единственное логичное объяснение.

Очевидно, чем дольше Рид допрашивал Клем, тем сильнее подозревал ее, и я не хотела, чтобы она закопала себя еще сильнее. Я дотронулась до ее руки, чтобы она замолчала, затем встала и прочистила горло.

– Шериф Хокинс, вы планируете арестовать мисс Паркер?

– Почему вы спрашиваете, мисс Сэкстон?

– Потому что, боюсь, на этом наше сотрудничество без правозащитника заканчивается. Если у вас есть другие вопросы к Клем, вам придется задать их в присутствии ее адвоката.

– Сэди, у меня нет адвоката, – прошептала Клем. – Никогда не был нужен.

Я взяла ее за руку и подняла с места.

– Найдем. А пока – ни слова больше.

– Мисс Паркер, вы имеете полное право не отвечать на дальнейшие вопросы без юриста, – Рид встал и открыл дверь. – Но предупреждаю: не покидайте город в ближайшее время. Расследование продолжается, и криминалисты обрабатывают улики, так что вопросы еще появятся. Советую вам найти адвоката как можно скорее. Всего доброго, дамы.

Я поспешно вывела Клем из участка к машине, мое беспокойство достигло предела. Я знала, что Клем невиновна, но невинных сажают каждый день. Я не могла допустить этого. И сделаю все, чтобы восстановить ее доброе имя.

* * *

– Ты проехала поворот, – Клем указала на дорогу, ведущую к ее дому.

– Нет, – я включила поворотник и перестроилась в другую полосу. – Сначала пообедаем.

– В «Счастливом авокадо»? Которое недавно открыли новенькие калифорнийцы?

– Да, уж года три как. – Я вспомнила бабушкины рассказы о скандале. Парочка дам из церкви объявили войну молодой паре из Калифорнии. Даже пытались бойкотировать кафе, узнав, что фирменное блюдо там – тосты с авокадо. Говорили, что калифорнийцы убивают Хмельвилль своими городскими веяниями.

– Точно, – кивнула Клем и съехала в кресле. – После такого утра больше бы подошел обед из дичи, попавшей под машину.

Я скорчила гримасу и въехала на парковку.

– Слушай, я знаю, что ты невиновна. Но даже в противном случае я все равно не стала бы есть сбитую дичь. У меня есть стандарты.

Клем фыркнула.

– Осторожнее. Если люди услышат эти заявления, решат, что ты совсем зазвездилась в своем Нью-Йорке. Кафе с такой едой – легенда этого города.

– И когда ты там ела в последний раз? – Я вздернула бровь.

Она пожала плечом и открыла дверь.

– То-то же, – пробормотала я, выходя за ней.

Когда мы вошли, звякнул колокольчик, и из кухни выглянула женщина с русыми волосами, собранными в длинную косу.

– Садитесь где угодно. Я сейчас подойду.

Мы сели, Клем сжала губы и пробежалась глазами по меню.

– Что думаешь? – спросила я, стараясь вести себя естественно, будто мы не вышли только что из полицейского участка, где ее допрашивали по делу об убийстве. – Лорали говорила, что куриный салат здесь неплохой.

Клем тяжело вздохнула.

– Пожалуй, возьму тост с авокадо. А то в тюрьме свежих овощей долго не увижу. – Она понизила голос, и ее нижняя губа задрожала. – Я не могу сесть, Сэди. Я слишком стара, чтобы быть тюремной женой.

– Не станешь ты ничьей тюремной женой, – Я не знала, смеяться или плакать. Я подалась вперед и сжала ее руку. – Мы обе знаем, что ты этого не делала. Никто не повесит это чудовищное преступление на мою вторую бабушку. Я этого не допущу. Никогда. Поняла?

Клем неуверенно улыбнулась.

– И что ты сделаешь, если они решат, что собрали достаточно улик против меня? Спрячешь в багажнике и поселишь в лесу, снабдив спицами и крючком?

– Возможно, – я фыркнула, затем, смягчившись, посмотрела ей прямо в глаза. – Просто знай: я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Не в мою смену. Я сделаю все, чтобы докопаться до правды. Поняла?

Она медленно кивнула, и по ее щеке скатилась слеза. Она смахнула ее и усмехнулась.

– Спасибо. Я уже начала паниковать, да?

– Немного, – подмигнула я. – Но тебя можно понять.

– Ладно, хватит. Хватит жалеть себя, – Клем выпрямилась. – Ты права. Мы, гордые жительницы Хмельвилля, сами разбираемся со своим дер… Со своими делами. Мы справимся. Так или иначе.

– Именно, – я подняла руку, и мы по-дурацки стукнулись кулачками в знак солидарности.

– После обеда вернемся к работе, – сказала Клем. – Ты можешь снять видео, а я займусь пледом для ярмарки изделий, вязанных крючком.

– Договорились, – кивнула я, понимая, что Клем нужно поддерживать нормальную жизнь, пока ситуация не прояснится.

– Дамы! – Появилась владелица кафе. На бейджике у нее большими буквами было выведено: «Шафран».

– Добро пожаловать! Что вам принести?

– Тост с авокадо и большой сладкий чай, – сказала Клем.

Я для удобства заказала то же самое.

– А, тоже решила податься в хиппи? – В глазах Клем блеснуло озорство. – Если кто увидит, подумает, что ты размякла и больше не чета жителям Хмельвилля.

– Ха! Нет, мои корни не выкорчевать. Если я полюбила авокадо, это еще не значит, что я откажусь от южной жареной курочки.

– Придется сходить в кафе с едой из сбитой дичи, чтобы вернуть репутацию, – подколола Клем.

Мое напряжение начало спадать. Приятно было видеть, что Клем шутит, а не представляет себя в тюремной робе. Переживать об этом было еще слишком рано.

Ее телефон заиграл песню AC/DC Back in Black, и я усмехнулась. Она всегда была крутой бабулей.

– Привет, Дот, – Клем взяла трубку. – Что случилось?

– Что случилось?! – Дот орала так громко, что я прекрасно ее слышала. – Тебя арестовали, и ты мне не сказала?!

Я оглянулась, благодаря Небеса за то, что кафе почти пустое. Естественно, слухи уже множились, как грибы после дождя, но еще больше внимания Клем сейчас было ни к чему.

– Я собиралась позвонить, – Клем говорила негромко и спокойно. – Мы с Сэди просто зашли перекусить. Не волнуйся, все в порядке. Честно. Шериф просто хотел задать пару вопросов, вот и все.

Последовала пауза. На этот раз я не услышала, что сказала Дот.

Клем покачала головой:

– Нет, меня не арестовывали. И нет, меня не вытаскивали в наручниках из дома. Боже, соседи явно изголодались по сплетням, раз такое придумывают.

Она закатила глаза и продолжала успокаивать подругу:

– Волноваться правда не стоит. Обещаю, больше ничего не случится.

Закончив разговор, Клем в отчаянии посмотрела на меня.

– Ты не поверишь, какие уже ходят слухи.

– Поверю. – Я горько усмехнулась. – Это же Хмельвилль. Чего еще ты ожидала?

Она кивнула.

– Да. Просто обидно, что болтают обо мне, а не я болтаю о других. В любом случае, Дот слишком разнервничалась, а с ее слабым сердцем лучше не волноваться.

То, что Клем – главная подозреваемая по делу убийства и ей нужен адвокат, скрыть от Дот было невозможно. Но я понимала, почему Клем пытается защитить подругу. Я тоже не хотела, чтобы она волновалась.

Снова появилась Шафран – с водой и чаем.

– Дамы, ваш обед будет готов через несколько минут.

– Спасибо, – сказала я, делая глоток самого вкусного чая в моей жизни. – Что вы туда добавили, всамделишную магию? Просто великолепно.

Шафран ослепительно улыбнулась.

– Спасибо.

Тут она нахмурилась и посмотрела в пространство между нами.

– Что-то не так? – спросила я, отпивая еще чая.

– Да, с вашей ци, – сказала она. – У вас обеих. Что-то случилось?

– В смысле? – спросила Клем, скептически прищурившись. Очевидно, она подозревала, что до Шафран уже дошли слухи о визите Клем в полицейский участок.

– Я просто чувствую нехорошую энергию. И могу помочь, если вам интересно. – Она махнула на полку за кассой. – Мы предлагаем эфирные масла для очистки загрязненной энергии. Или я могу дать вам очищающие кристаллы, если предпочитаете их.

– Э-э… Спасибо, но… – Я посмотрела на Клем. Конечно, у нее были свои суеверия, но новомодное колдунство она не жаловала.

– От масел у меня болит голова, – сказала Клем с притворной улыбкой. – Вы знаете, как это бывает. Благовония не всем подходят.

– Но наши полностью натуральные. Не то что в магазинах.

– Пожалуй, обойдемся без масел, – сказала я.

– Не забывайте о кристаллах. Защита лишней не будет, правда? – Она смахнула с глаз растрепанную челку и продолжила: – Всего с месяц назад ко мне приходила бедняжка Руби, и я помогла ей пробудить внутреннюю богиню. Какое горе-то с ней случилось! Но хоть насладилась последними деньками, – она многозначительно подмигнула. – Если вы понимаете, о чем я.

Я несколько раз моргнула в замешательстве.

– Простите, нет, не понимаю. В смысле, вы помогли Руби пробудить внутреннюю богиню?

– Ой, – Шафран хихикнула. – Я подобрала кристалл, который поддал жару в ее спальне. Иногда браку нужна всего лишь искорка, чтобы вернуть все на круги своя. Она сказала, что сработало на ура. Честно говоря, в нашу последнюю встречу она просто сияла. Удивительно, всего капелька близости – и человек просто преображается. – Она еще раз деланно подмигнула. – Если нужна помощь по этой части, только скажите.

– У меня все в порядке. Спасибо, – выдавила я, гадая, как мы дошли до обсуждения интимной жизни Руби. Меня слегка тряхнуло, и я пожалела, что не существует специального ластика для мыслей.

Клем фыркнула.

– Забавно, но когда я в последний раз видела Рэндольфа, он был зажат, как обычно. Видимо, у него огонь потух лет десять назад.

– Ну, это всего лишь домыслы, – раздраженно ответила Шафран. – Сейчас принесу ваш обед.

Я перевела взгляд на Клем, мы обе не смогли сдержаться и прыснули со смеху.

Глава 6

– Я, пожалуй, вздремну, – сказала Клем, как только мы вернулись домой.

– Пока ты спишь, я позвоню насчет адвоката. Думаю, Кэтлин знает, что делать, – ответила я, поднимая Нектаринку и пряча ее в объятиях. Моя бусинка прижалась ко мне, будто мы не виделись несколько дней, а не несколько часов.

– Сними-ка сначала видео, Сэди, – сказала Клем, похлопывая меня по плечу. – Пара часов погоды не сделают.

Я собиралась поспорить, но так не решилась. Наверно, она хотела чуть-чуть выдохнуть, и вообще-то это была неплохая идея. Немного обыденности поможет и мне не поддаться панике. Я нужна Клем в здравом уме, если дело примет трагический оборот.

– Ладно. Иди поспи. Я буду тут, если что-то понадобится.

Она кивнула и пошла наверх. Только за ней закрылась дверь, я вывела Нектаринку на улицу и позвонила нашей подруге Кэтлин Кларк. Она работала специалистом в кредитном кооперативе, и я не знала человека умнее. Если кто-то чего-то не знал, почти со стопроцентной вероятностью это знала Кэтлин. Включилась голосовая почта, и я, подавив вздох, оставила сообщение с просьбой перезвонить, как только выдастся свободная минутка. Потом мы с Нектаринкой вернулись, и я заняла мастерскую Клем, чтобы снять видео.

Провозившись со светом целую вечность, я наконец-то добилась того, чего хотела, и начала запись.

– Добрый день, мои любители вязания. Хочу коротко рассказать, как дела у меня и моего магазина. Да, я до сих пор в Хмельвилле, штат Теннесси, как уже говорила. Какое-то время я буду жить здесь, но продолжу снимать видео и показывать новые узоры и техники. О магазине тоже буду рассказывать. Помню, что обещала сделать тур по магазину бабушки после нового открытия, но, к сожалению, вам придется еще немного подождать. В последнее время здесь не так спокойно, как бы нам хотелось, поэтому мне приходится с грустью сообщить вам, что открытие откладывается из-за ужасного происшествия, случившегося в магазине вчера вечером. Я не могу раскрыть всех подробностей, но все жители Хмельвилла потрясены трагической потерей одного из нас. Однако, как только мы получим разрешение полиции, магазин продолжит работу в обычном режиме, и мы подготовим для вас приятные подарки в благодарность за ожидание.

Дальше я рассказала о задумках, которыми хотела поделиться, и закончила обещанием раскрыть секретный проект по вязанию спицами. Пересмотрев видео и сделав небольшой монтаж, я его выложила и пошла на кухню за послеобеденной чашкой кофе.

Воздух наполнился ароматом колумбийских зерен. На пару секунд я прикрыла глаза от наслаждения, а потом порыскала по шкафам и нашла булочку с творожным сыром – идеальное дополнение к кофе. С кружкой и булочкой в руках, я вышла на крыльцо, выпустила Нектаринку и села на скамейку с удобными подушками. Только я откусила кусочек, как завибрировал телефон.

Я тут же его вытащила – наверняка это Кэтлин. Но на экране высветился незнакомый местный номер.

– Алло?

– Сэди, срочно удали видео, – потребовал знакомый голос.

– Рид? – спросила я. – Это ты?

– Конечно, я. Ты слышала, что я сказал? Удали видео, пока расследование не закончилось.

– Какое видео? – спросила я в полном недоумении.

– Которое ты выложила на своем канале. Тебе нельзя говорить о смерти Руби. В твоем магазине ведется расследование! Удали его. Сейчас же.

Некоторое время я молчала, пытаясь понять, какие мои слова могли помешать расследованию. Потом прищурилась и выплюнула:

– Ты что, следишь за моей страницей, шериф Хокинс?

– Что? Это… Конечно, нет. – Он помедлил, а затем добавил: – С чего мне подписываться на вязальный канал?

– Вот и мне интересно, – сказала я. – Но ты очевидно подписан. Иначе как ты узнал, что я что-то сказала про Руби?

– Мне рассказал коллега, – пробормотал он. Когда он заговорил снова, его голос звучал яснее. – Слушай. Просто удали его. Ты до сих пор у Клементины?

– Да, а что?

– Никуда не уходи. Я сейчас приеду.

Я хотела спросить зачем, но звонок оборвался. Я уставилась в телефон с отчетливым желанием запустить его в другой конец сада. Как он смеет звонить мне и требовать что-то удалить? Я не сказала ничего даже отдаленно компрометирующего, только то, что уже и так всем известно. Всем своим существом я хотела послать это требование куда подальше. Но потом тоненький голосок на задворках сознания сказал мне просто удалить видео. Если оно может навредить Клем, то игнорировать Рида не стоит.

Ворча под нос, я загнала Нектаринку внутрь, удалила видео и записала вместо него короткое объяснение, что открытие задерживается, но тур по магазину скоро выйдет.

Выйдя на кухню, я нашла Клем с чашкой кофе.

– Хорошо поспала? – спросила я ее.

– Не очень. – Она пожала плечами. – Тяжело уснуть, когда… – Она махнула рукой. – Ты знаешь.

Я кивнула.

– Да. Слушай, звонил шериф Хокинс, и…

Меня перебил звонок в дверь. Нектаринка сразу зашлась лаем, предупреждая о незваном госте.

– Видимо, это он, – сказала я.

Брови Клем взлетели вверх.

– Снова шериф?

– Уверена, он приехал опять ругать меня, – сказала я, направляясь к двери. – Ему не понравилось мое видео. Он потребовал его удалить, а потом сказал, что едет.

Клем и Нектаринка стояли у меня за плечом, когда я открыла дверь, – вид у Рида был мрачнее некуда. Я уставилась на него пустым взглядом.

– Рид. Хочешь снова меня пропесочить?

– Я не песочил тебя, Сэди. Я всего лишь хотел, чтобы расследованию ничего не мешало.

– Как-то не похоже…

Он поднял руку, перебивая меня.

– Я приехал не из-за видео.

– Зачем тогда? – потребовала я.

Он сжал губы в тонкую линию, на лице отразилось явное нежелание здесь находиться. Но он тут же собрался и с пустым выражением лица достал жетон и какие-то документы:

– Мне очень жаль. Клементина Паркер, вы арестованы за убийство Руби Поттс. Вы имеете право хранить молчание…

– Стой. Ты не можешь арестовать Клем. Она ничего не сделала. Никаких доказательств нет. – Мой голос сорвался на крик, сердце застучало с бешеной скоростью, а в ушах зазвенело.

– Доказательства есть, – спокойно ответил Рид.

– И какие же?

Я уперла руки в бока, стараясь заслонить Клем, будто могла хоть как-то помешать ее аресту.

– Да, какие? – спросила Клем, выглядывая из-за моей спины.

– Мы нашли ваши отпечатки на спицах, Клем, – наконец сказал Рид со вздохом. – Простите, но мне придется задержать вас и отвезти в участок.

Я застыла как вкопанная. Ни при каких обстоятельствах я не была готова к тому, что Клем в самом деле арестуют за это преступление. Да, он ее допросил, но я не ожидала, что появятся настоящие доказательства.

– Не может быть, – сказала я, не в состоянии поверить в происходящее. – Здесь явно какая-то ошибка.

– Ошибки нет, Сэди, – сказал Рид уже мягче. – Я потребовал, чтобы тест провели повторно. Отпечатки совпали.

– Но откуда у вас вообще образцы отпечатков Клем? – Я покачала головой. – У нее никогда не было проблем с законом или работы с таким допуском. Я просто не понимаю, как…

Клем прочистила горло.

Я повернулась к ней.

– Я… Ну… В молодости я была не такой паинькой, – робко сказала она.

– Не была паинькой? – ошарашенно спросила я. – И что же ты делала? Бегала на поле опрокидывать коров?

Клем фыркнула.

– Нет-нет. Однажды мы пошли, но не смогли опрокинуть ни одну корову, а потом я еще и в лепешку наступила.

– Клементина, мы не можем стоять тут весь день, – пригрозил Рид.

Она подняла руки, будто сдаваясь.

– Давным-давно я попалась на продаже самогонки из папиного багажника. Персиковая была, и весьма неплохая, скажу я вам. Шериф тогда был страшный зануда. Я хотела дать ему попробовать, но он сказал, что ненавидит персики, задержал нас с твоей бабушкой и притащил в участок. Если бы папа не дружил с прокурором штата и не подарил ему весь наш запас самогонки, кто знает, чем бы все кончилось.

– Скорее всего, отделались бы предупреждением и штрафом. Никто бы не стал вас сажать, – сказал Рид.

Он продолжил зачитывать права Клем, а я только раскрыла рот от удивления. Мою бабушку арестовывали за продажу самогона? И она нам не рассказывала? Какие еще секреты она утаила?

Договорив, Рид надел на Клем наручники и повел к машине.

Я уставилась на Нектаринку, думая, куда же делась ее бравада. Рида она облаяла за милую душу, но, когда он арестовал Клем и нам нужна была поддержка, она тихо ретировалась, будто радуясь, что ее не забирают заодно.

– Тоже мне сторожевая собака, – пробормотала я, а потом бросилась вслед за Ридом и Клем.

– Это правда необходимо? – Я так сильно разозлилась, что у меня чуть не взорвалась голова. Я преградила Риду путь, сложила руки на груди и с вызовом уставилась на него. – Она не может сама доехать до участка? Все соседи смотрят. К обеду об этом будут знать уже в Мемфисе. Она же не пытается сбежать.

Рид раздраженно посмотрел в ответ.

– Сэди, Клем арестована за убийство. Я всего лишь выполняю свою работу. Пожалуйста, отойди, а то придется арестовать и тебя.

– Ты не посмеешь, – выдавила я сквозь зубы.

– Я не хочу, но, если ты продолжишь мешать, у меня не останется выбора.

Скрепя сердце я отошла. Если бы взглядом можно было убить, шериф Рид Хокинс сгорел бы дотла прямо перед домом Клем. Соседи бы год обсуждали.

Посадив Клем на заднее сиденье, Рид подошел ко мне.

– Лучшее, что ты можешь сделать – найти ей хорошего адвоката. Он ей нужен, – мрачно сказал он.

Я проследила, как он сел в машину, а потом бросилась к своей «Хонде».