Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 223 (всего у книги 341 страниц)

Глава 2
Маленькие розовые пирожные

Сидя в полумраке, Гирт напряженно всматривался в окно. По его прикидкам, машина шла со скоростью не меньше тридцати пяти миль в час. Улицы были пусты и омыты дождем. Вэл ясно видел, что везут его не туда.

Получается, его похитили… Но сама мысль об этом казалась в его теперешнем положении просто смешной, и он никак не мог ее принять. Решив, что водитель пьян или глуховат, Вэл опять заколотил по стеклу и прокричал в переговорную трубку:

– Мне нужно на Боттл-стрит, рядом с Пикадилли!

Теперь его несомненно услышали: водитель отрицательно помотал головой, причем машина опасно вильнула. Гирту пришлось принять ситуацию во всей ее абсурдности: он пленник и его везут неизвестно куда.

* * *

За последние полтора года Вэл не раз попадал в неприятное положение, однако не такое, какое требовало бы немедленных действий. В другое время он медлил бы, пока не стало бы слишком поздно, но сегодня голод и усталость породили в нем какое-то тупое безрассудство, а настрой, который погнал за миражом – своим именем на разорванном конверте, а потом заставил принять нелепое приглашение таинственного мистера Кэмпиона, – этот настрой никуда не делся. Более того, теплое участие мистера Лагга укрепило силы и дух Гирта. В тот миг Вэл, сгорбившийся в салоне такси, был опасным человеком. Он сцепил ладони и крепко сжал челюсти.

Сразу же, как только к нему пришла эта мысль, Гирт начал действовать. Он сдернул с ноги тяжелую туфлю с продранной подметкой – от шнурков уже давно ничего не осталось. Одной рукой занес это грозное оружие, а другой ухватился за держатель для цветов. Силу свою Вэл еще не утратил и всю ее вложил в удар. Рука его, подобно молоту, пробила стекло и опустила туфлю на голову таксиста. Сразу же Вэл инстинктивно упал на пол, сжался и прикрыл руками темя. Фуражка отчасти защитила шофера, но нападение произошло так неожиданно, что он выпустил руль. Машина пошла юзом по скользкой дороге, въехала на тротуар и врезалась в каменную ограду. Удар был сильнейший: машина отскочила от ограды, качнулась и в конце концов опрокинулась на бок.

Вэла бросило на мягкий верх автомобиля, и ткань под его весом лопнула. Он почувствовал, как по лицу потекла теплая кровь. К тому же он сильно ушиб плечо, но поскольку был готов к аварии, то серьезно не пострадал. Его запал еще не прошел. Он выбрался наружу и оглянулся, чтобы обозреть место действия.

Его похититель лежал под грудой обломков и звуков не издавал.

Улица вдруг ожила. Стали открываться окна, послышались голоса и быстрые шаги.

Вэлу совершенно не хотелось отвечать на вопросы. Рукавом он вытер с лица кровь и, к своему облегчению, понял, что ранен не так сильно, как опасался. Надев туфлю, которую до сих пор сжимал в руке, он тенью нырнул в переулок.

Остаток пути Вэл прошел пешком.

К дому на Боттл-стрит его привело в основном любопытство, но еще ему просто было некуда больше идти. Выбирая узкие темные улочки, Вэл срезал дорогу через старую часть Холборна и пахучие переулки Сохо. Молодой человек как будто освободился от чувства подавленности, которое мучило его уже несколько дней.

Он повернул из темной аллейки на освещенную улицу – никто его не преследовал – и вышел наконец к небольшому проезду у Пикадилли, к Боттл-стрит.

Синий фонарь над полицейским участком светил не слишком приветливо, но приоткрытая дверь номера семнадцатого оказалась совсем рядом. Вэл осторожно ее толкнул.

Совершенно измученный, он не думал об осторожности. Утешаясь мыслью, что хуже, чем есть, не станет, он с трудом поднимался по деревянным ступеням. Начиная со второго этажа лестница была освещена и покрыта ковром. Гирт остановился перед красивой дубовой дверью. На ней висела медная табличка со скромной надписью:

Мистер Альберт Кэмпион

Отдел поставок

Ниже красовалась львиная голова с медным кольцом в пасти, однако постучать Гирт не успел, потому что дверь открыли. На пороге стоял весьма неожиданный персонаж. Высокий худощавый молодой человек с добродушным бледным лицом смотрел на гостя сквозь очки в толстенной роговой оправе и улыбался с подкупающим дружелюбием. На нем был хороший, если не сказать изысканный, вечерний костюм. Однако безупречность облика слегка портила веревочка в его руке, веревочка, на коей болтался воздушный шарик ядовитейшего розового цвета.

Молодой человек и сам понимал неуместность этого аксессуара: при виде Вэла он безуспешно попытался спрятать шарик за спину. Затем протянул гостю руку:

– Доктор Ливингстон, я полагаю? – Он говорил как человек образованный, но до смешного высоким голосом.

Растерянному Гирту ничего не оставалось, как ответить на рукопожатие.

– Не знаю, кто вы, – пробормотал он, – а я – Вэл Гирт и ищу человека по имени Альберт Кэмпион.

– Ну и хорошо, – с явным облегчением произнес хозяин, отпуская шарик, который тут же взлетел к потолку. – Как говорится, остерегайтесь подделок. Это я, моя дверь и мой шарик. Входите, пожалуйста, и выпейте чего-нибудь. Вы припозднились, и я уж боялся, что вы не приедете.

Он проводил гостя через узкую прихожую в небольшую, но чрезвычайно уютную гостиную, оригинально отделанную и обставленную. На стенах висели необычные сувениры, а над камином между гравюрой Розенберга и страницей из оригинала «Плясок смерти» располагалась особенно интересная композиция: кастет и портрет некой весьма известной личности из коллекции Скотленд-Ярда с любезным автографом модели, а довершал этот «натюрморт» ключ диковинной формы.

Вэл опустился в предложенное хозяином мягкое кресло. Такое необычное завершение ночных приключений, которые и сами по себе выбивали из колеи, совершенно его ошеломило.

Бледнолицый хозяин сунул ему в руку стакан бренди с содовой, и Вэл покорно принялся пить.

Только теперь мистер Кэмпион заметил, что у гостя на лбу рана. Он мгновенно этим озаботился:

– Значит, в пути пришлось нелегко? Надеюсь, они вели себя не слишком грубо?

Вэл поставил бокал и подался вперед, внимательно глядя на хозяина.

– Послушайте, – начал он, – я понятия не имею, кто вы такой, а сегодняшние события похожи на какую-то фантастичную историю. Посреди Эбери-сквера я нахожу вскрытый конверт с моим именем и из чистого любопытства решаю проверить адрес. В Кларкенуэлле, в закусочной «У Кемпа», меня ждет письмо от вас: два фунта и странное приглашение. Я сажусь в такси, чтобы приехать к вам, а водитель пытается меня похитить. Я кое-как спасаюсь – даже не сильно поранившись, в отличие от таксиста, – и в конце концов добираюсь сюда, а вы, оказывается, в курсе всех моих дел и играетесь с шариком. Не знаю, может, я сошел с ума…

– Простите за шарик, – расстроенно откликнулся мистер Кэмпион. – Я как раз вернулся с концерта в Атенеуме, а тут звонит Лагг и сообщает, что вы едете. А поскольку он не дома, мне самому пришлось вам открывать. Не стоит обижаться. Насчет такси – да, дело скверное. Вы поэтому так поздно?

– Ничего страшного, – вместо ответа произнес Вэл все еще недовольно. – Но теперь я жду объяснений, и вы обязаны мне их дать.

Тут мистер Кэмпион отступил чуть в сторону, так чтобы свет настольной лампы падал на лицо гостя. Затем, прокашлявшись, он заговорил очень взвешенно, совсем не так, как раньше:

– Вижу, вы выбрали длинный путь, мистер Гирт.

Вэл удивленно поднял глаза. Сегодня уже второй раз он слышал эту простую фразу, и опять в ней ощущался какой-то подтекст. Он непонимающе смотрел на хозяина, но на бледном лице Кэмпиона не отражалось ничего, а глаза его были скрыты за стеклами очков. Он стоял неподвижно и явно ждал ответной реакции, и тут гость понял: этот омут слишком глубок, чтобы в него нырять.

Глава 3
Сказочная история

Вэл поднялся.

– Человек в закусочной говорил то же самое, – заметил он. – Не знаю, о чем речь, хотя, конечно, смысл в этих словах должен быть. Какого ответа вы ждете от меня?

Мистера Кэмпиона словно подменили.

– Садитесь-садитесь, – засуетился он, прямо-таки излучая любезность и обаяние. – Я должен извиниться. Понимаете, вами интересуюсь не только я. И мне следует объяснить вам свой интерес. Но если бы конкурирующая фирма добралась до вас раньше…

– Да?

– Вы бы поняли насчет «длинного пути». Впрочем, теперь мы можем поговорить, и я, допустим, вам все расскажу… Или лучше сначала обработаем рану?

Вэл заколебался, и хозяин взял его за руку.

– Немножко теплой воды и корпии из моей аптечки сотрудника Красного креста – и все будет в порядке. Человек не в состоянии оценить интересную историю, если ему мешает запекшаяся кровь. Идемте.

Через десять минут первая помощь была оказана, и они вернулись в комнату. Мистер Кэмпион вновь наполнил стакан гостя.

– Прежде всего, – сказал он, – вам следует ознакомиться с этой страницей из «Светской хроники» за прошлую неделю. Она отчасти касается вас.

Он пересек комнату, выдвинул ящик старинного бюро и тут же вернулся с экземпляром известного еженедельника. Пролистав страницы, открыл ту, где была большая фотография дамы лет за пятьдесят с глуповатым лицом, одетой в платье псевдосредневекового фасона. В руке она держала чашу весьма примечательного вида. Искусному фотографу удалось сфокусировать все внимание на этом чудесном произведении искусства и отвлечь зрителя от несовершенства модели.

Чаша была массивная, высотой примерно восемнадцать дюймов, верхняя часть – из золота, а основание украшено драгоценными камнями. Под фотографией помещалось несколько строк текста.

«Прекрасная жрица» – гласил заголовок, а далее шло:

Леди Петвик, до своего брака с сэром Лайонелом Петвиком носившая имя Диана Гирт, – сестра полковника сэра Персиваля Гирта, баронета, владельца исторического поместья Башня в деревне Сэнктуэри графства Саффолк и хранителя Чаши Гиртов. На снимке: леди Петвик с бесценной реликвией, которая, как принято считать, относится к донорманнскому периоду. Леди Петвик с гордостью носит почетное звание «служительница Чаши». Гирты считают хранение этой реликвии своим священным долгом. Ранее чашу не фотографировали. Возможно, наши читатели помнят, что известная легенда о Потайной комнате связана именно с поместьем Башня.

Вэл взял газету со сдержанным любопытством, но, едва разглядел фотографию, вскочил и застыл на месте. Лицо его побагровело, ярко-голубые глаза превратились в щелочки. Вэл попытался прочесть текст, но у него так страшно тряслись руки, что пришлось положить газету на стол. Закончив читать, он выпрямился и посмотрел на хозяина. В облике Гирта, несмотря на потрепанную одежду и неухоженный вид, вдруг появилось достоинство.

– Ну конечно, – сказал он. – Я отлично понял. Вы для моего отца стараетесь. Мне пора вернуться домой.

Мистер Кэмпион взирал на гостя с легким удивлением:

– Рад, что вы так думаете, но я не работаю на вашего отца и понятия не имею, почему вас обуревают такие чувства при виде этого безвкусного произведения.

– Безвкусного? – Вэл фыркнул. – Вы человек посторонний, и мне трудно вам объяснить, насколько наша семья… – Он помедлил. – Как мы относимся к Чаше. – Последнее слово Вэл произнес тихо.

Мистер Кэмпион закашлялся.

– Если вы будете ко мне снисходительней, – проговорил он наконец, – думаю, я смогу вас сильно заинтересовать. Сядьте уже, ради бога, проявите понимание.

Вэл улыбнулся – на миг стало видно, какой он молодой, – и сел.

– Извините, – сказал он. – Я ведь вас совсем не знаю. Простите, что это повторяю, но мне сейчас нелегко… Дома мы никогда о Чаше не говорим. Есть такие страшно важные вещи, о которых лучше молчать. Фотография меня убила. Отец, должно быть, сошел с ума или… – Вэл заволновался. – Он в порядке?

– Думаю, в полном, – кивнул мистер Кэмпион. – Очевидно, фотографию сделали и передали прессе без его ведома. Боюсь, из-за этого произошла неприятность.

– Не сомневаюсь, – жестко бросил Вэл. – Вам трудно понять, но это настоящее кощунство. – Он покраснел, и мистер Кэмпион понял, что его гостю стыдно.

Вэл сидел съежившись, развернутая газета лежала у него на коленях. Мистер Кэмпион присел на краешек стола и повел речь:

– Я намерен прочесть вам лекцию по экономике, а потом поведать сказочную историю. Вас же прошу только слушать. Поверьте, оно того стоит.

Вэл кивнул:

– Не знаю, кто вы, но согласен.

Кэмпион ухмыльнулся:

– Выслушайте меня, а после могу показать вам даже мое свидетельство о рождении. Усаживайтесь поудобней, я буду говорить долго.

Вэл послушно откинулся на спинку кресла, а мистер Кэмпион подался вперед и принял сосредоточенный вид.

– Не знаю, относитесь ли вы к тем коммерсантам, которые изучают психологию, экономику и вообще все подряд, – начал он, – но если да, то должны были заметить: у достаточно богатого человека непременно наступает момент, когда для него ничто не имеет значения, кроме сиюминутных желаний. Он становится выше таких пустяков, как закон и совесть или, к примеру, кто выиграет гребные гонки.

Кэмпион замолчал, но, поскольку Вэл взирал на него с пониманием, продолжил:

– Так вот, лет пятьдесят назад полдюжины богатейших людей мира – два британца, американец, два испанца и француз – пришли именно к такому выводу относительно коллекционирования objets d’art[177]177
  Предметы искусства (фр.). – Здесь и далее примеч. перев.


[Закрыть]. У них были разные увлечения, но одержимость одинаковая…

Кэмпион вновь сделал паузу и затем повел повествование дальше:

– Тут лекции конец, и начинается сказочная история. Однажды эти шесть господ обнаружили, что для своих любимых коллекций они в состоянии купить любой желаемый предмет. Один из них, довольно загребущий типчик, захотел получить вещи, которые не продаются, из тех, что известные филантропы дарят музеям. А также государственные реликвии огромной исторической ценности. Улавливаете?

– Не понимаю, к чему вы клоните, но я вас слушаю.

– Тогда упомянутый человек – назовем его, скажем, Этель, поскольку это точно не его имя, – сказал себе: «Мне хочется иметь портрет Марии-Антуанетты, хранящийся в Лувре, но он не продается, а если я попробую его купить, может запросто начаться война, и я стану не так богат, как теперь. Значит, есть только один способ заполучить эту прекрасную картину». Он посовещался со своим помощником Джорджем, который был гений, но человек, к сожалению, так себе. Джордж полагал, что картину вполне можно украсть, если не пожалеть денег. И он знал человека, имеющего репутацию весьма ловкого вора. И вот так, – мистер Кэмпион в волнении повысил голос, – все и началось.

Вэл выпрямился:

– И я должен поверить?

– Вы слушайте! – резко оборвал его собеседник. – Другого от вас пока не требуется. Этель получил картину, и полиция четырех стран обыскала все, кроме его коллекции в загородном доме. Там они не искали, поскольку он был Очень Важной Персоной. К нему пришел его друг Ивлин, такой же богатый и к тому же большой любитель керамики, и Этель, не сумев устоять перед искушением, похвалился картиной. Ивлин был весьма и весьма впечатлен. «Как ты ее получил? Если ты смог добыть портрет Марии-Антуанетты, почему бы мне не разжиться вазой эпохи Мин из Британского музея, ведь я так же богат, как и ты». – «Ну, – ответил Этель, – поскольку ты мой друг и, будучи почтенным человеком, не станешь меня шантажировать, я познакомлю тебя со своим помощником Джорджем, и он все тебе устроит». Так и сделали. И Джордж устроил, только на этот раз привлек другого специалиста, занимавшегося именно похищением ваз. Ивлин пришел в такой восторг, что не удержался и рассказал своему другу Сесилу, который был немножко королем, а в основном – коллекционером драгоценных камней. Разумеется, они в конце концов отправились к Джорджу, и тот опять все устроил.

– За пятьдесят лет многие богатые люди воспользовались услугами Джорджа и его преемников, – медленно произнес Кэмпион далее. – И в результате сейчас имеется немалое количество таких вот Этелей, Ивлинов и Сесилов. На целое общество их не наберется, но имеется, скажем так, круг очень влиятельных и самых богатых людей в мире. Преступниками в общепринятом смысле их не назовешь, ведь не они, а Джордж и его друзья берут на себя самое неприятное, и деньги получают они же. Их не интересуют предметы, которые можно купить официально. Они неприкасаемые, эти Сесилы, Ивлины, потому что: а) они весьма важные люди и б) только Джордж и его преемники знают, кому достается сокровище. Вот в чем загвоздка. Понимаете?

Кэмпион умолк, и в небольшой комнате воцарилось гнетущее молчание. Рассказ его звучал легко, но тем не менее вполне передавал реальность описываемых событий.

Гирт уставился на собеседника.

– Значит, это правда… – пробормотал он. – Удивительно. Почти так же удивительно, как мои сегодняшние приключения. Только при чем здесь я?

– Сейчас и до вас дойдем, – откликнулся Кэмпион. – Однако в первую очередь вам нужно усвоить, что в моей сказочной истории лишь одно может сгладить ее абсурдность: она совершенно правдива. Разве «Мона Лиза» не пропала однажды и не вернулась вскоре при самых загадочных обстоятельствах? Если вспомнить, то и другие бесценные и непродажные предметы в свое время исчезали, причем, обратите внимание, рыночной цены они не имеют, поскольку слишком хорошо известны.

– Наверное, некоторые из первых членов этого круга уже умерли? – поинтересовался Вэл, поневоле увлеченный удивительной историей.

– И к этому я тоже подхожу. За последние полсотни лет число миллионеров значительно выросло. И маленький кружок богатых коллекционеров тоже увеличился. Сразу после войны в нем насчитывалось около двадцати человек разных национальностей и цветов кожи, и система, которая вполне успешно работала для небольшого количества клиентов, оказалась заметно перегружена.

Именно тогда один из ее членов, настоящий организационный гений, человек, хорошо известный на трех континентах, взялся за дело всерьез и разработал ключевые принципы. Он все скоординировал, поставил на деловую основу. И теперь это общество без названия в своей сфере практически не имеет конкурентов.

Кэмпион сделал паузу, чтобы его слова дошли до собеседника, встал и начал медленно прохаживаться по комнате.

– Имена многих членов мне неизвестны, – снова заговорил он. – А те, которые я знаю, назвать вам не могу. Но если я скажу, что ни Скотленд-Ярд, ни Сюрте Женераль упорно не видят совершаемого прямо у них под носом, вы поймете: Этель и его друзья очень важные люди. Ведь если все предать огласке, то будет скандал, от которого пострадает парочка-другая монархий и попадут под удар правительства четырех или пяти держав.

Гирт поставил бокал на маленький столик сбоку от кресла.

– История и вправду чертовски сказочная. Но я вам верю, – сказал он.

Бледнолицый Кэмпион послал ему благодарную улыбку:

– Я рад. Значит, мы можем продолжить беседу.

Вэл нахмурился. Последнее замечание Кэмпиона он пропустил мимо ушей.

– Только я не понимаю, как они ухитрялись все обделывать. Этот самый Джордж в вашей истории, почему он за такое взялся?

Кэмпион пожал плечами:

– Ну, тут ничего сложного. Совсем легко. Помощник Джордж оказался очень умным. Потому он и поставил дело так, как оно идет и сейчас. Он стал передаточным звеном: пускал куда следует слух, что готов платить неслыханные деньги за определенный предмет… Послушать, так прямо братство прерафаэлитов, – весело добавил Кэмпион. – Поверьте дяде Альберту: люди платили деньги и получали выбранный товар.

– Необычная история, – вздохнул Гирт. – Но при чем здесь я? Я не прославленный вор. – Он рассмеялся. – И не смогу ничего для вас украсть.

Кэмпион покачал головой:

– Вы неверно поняли. Я не вхожу в эту организацию. Вы не догадались, почему я вас пригласил?

Несколько мгновений Вэл тупо смотрел на собеседника, а потом глаза у него наполнились ужасом.

– Боже милостивый! Чаша!

– Да, – кивнул Кэмпион со всей серьезностью. – Именно Чаша.

– Невероятно! – Вэл на миг задумался и понял, что само такое предположение абсурдно. – Не буду даже обсуждать. Провалиться мне на месте. Вы человек посторонний и не понимаете, не можете понимать, насколько это смехотворно.

– Святая вы простота. Нельзя бороться с опасностью, если не признать ее существование. Последние две недели я разыскивал вас, потому что узнал: если ничего не предпринять, то не позднее чем через полгода сокровище Гиртов окажется в частной коллекции некоего очень знатного мусульманина.

Вэл на некоторое время потерял дар речи, а потом рассмеялся:

– Уважаемый сэр, вы сошли с ума!

– Думайте как хотите. – Мистер Кэмпион обиделся. – Только кто, интересно, пытался вас похитить, когда вы сели в такси? И зачем, по-вашему, за моим домом наблюдают как минимум четыре человека? Вы бы их заметили, будь вы повнимательней.

Гость все еще смотрел на него недоверчиво, но явно испуганно. Кэмпион утратил свой легкомысленный вид. Теперь он выглядел подтянутым, собранным и даже как будто поумнел.

Вэл покачал головой:

– Вы смеетесь.

– Послушайте, мистер Вэл Гирт. – Кэмпион снял очки и посмотрел ему в глаза. – Поверьте мне. Я гораздо лучше, чем вам кажется, понимаю, какое значение имеет Чаша для вашей семьи, да и для страны. Предупреждая вас об угрозе, я вхожу в противостояние с одной из самых сильных организаций мира. Предлагая вам помощь, я подвергаю опасности свою жизнь.

Здесь он сделал паузу, но тут же продолжил:

– Хотите, расскажу о связанном с Чашей ритуале? О том, что со времен Реставрации каждые десять лет вам наносит визит королевский камергер? И что в случае пропажи Чаши все имущество Гиртов будет конфисковано в пользу короны? Я могу и многое другое рассказать. По обычаю вашей семьи вы достигаете совершеннолетия в свой двадцать пятый день рождения, и тогда в восточном крыле поместья Башня проводится некий обряд. И потому вам скоро придется ехать в Сэнктуэри.

Вэл глубоко вздохнул. Рухнул последний оплот его недоверия. Неожиданно серьезный тон хозяина тоже впечатлял.

Мистер Кэмпион, вышагивая взад-вперед по комнате, повернулся к Вэлу:

– Что бы вы ни думали, и вас, и вашу семью ждут серьезные испытания. Потому я вас и искал. Этель и его приятели охотятся за Чашей. И если мы ничего не предпримем, они ее получат.

Какое-то время Гирт молчал, сурово глядя на собеседника. Он раскраснелся, на небритых щеках заходили желваки.

– Негодяи! – бросил он. – Конечно, если такое случится, нам всем конец. Коль скоро вы так много знаете, то вам ясно, что мы существуем именно за счет Чаши. Гирты – одна из самых старинных английских семей. Мы не занимаемся политикой, и вообще ничем, и полностью посвятили себя ее сохранению. – Вэл вдруг замер и подозрительно посмотрел на Кэмпиона. – А почему, собственно, вас интересует это дело?

Кэмпион помедлил.

– Трудно объяснить, – наконец ответил он. – Я считаюсь, или, точнее, считался эдаким всеобщим дядюшкой, другом полиции и вообще специалистом широкого профиля. Кончилось тем, что за умеренную плату я стал решать чужие проблемы. Если пожелаете, могу предъявить рекомендацию от Скотленд-Ярда, неофициальную конечно. Или от почти любого другого государственного учреждения. В прошлом году скончался мой дражайший дядюшка, его преосвященство епископ Девайзеса, единственный из моей родни, кто принимал меня всерьез; он оставил мне свои епископские сбережения. Поскольку я теперь капиталист, мне не очень удобно заниматься грошовым бизнесом. Вот и приходится искать дела, где хотя бы отчасти можно найти применение моим уму и красоте. Это – во-первых. Во-вторых, у меня в этом деле некоторый личный интерес. Моя семья меня, по сути, вычеркнула. Многие из них вообще думают, что я лет десять как отплыл в колонии.

Гирт его перебил:

– Когда вы сняли очки, вы напомнили мне…

Бледный мистер Кэмпион вспыхнул:

– Давайте оставим эту тему.

На лице Гирта выразилось понимание. Он налил себе еще выпить.

– Не возражаете? Вы обрушили на меня кучу жутких фактов и разверзли бездну у меня под ногами. Нелегко такое осмыслить, особенно учитывая, каким способом вы меня сюда заманили. И как вам только удалось?

– Ворожбой, – просто и мрачно ответил Кэмпион. – Это делается с помощью двух зеркал. А вообще, – он опять стал серьезен, – я разыскивал вас целых две недели. А когда нашел, то не мог подойти, потому что приятели Джорджа вами уже заинтересовались и мне не хотелось соваться в осиное гнездо. Они меня знают лучше, чем я их.

– За мной следили? – удивился Вэл. – Какого черта?

– Хотели прибрать вас к рукам, как и я. Если бы мой человек хлопнул вас по плечу и позвал выпить, компания Джорджа последовала бы за вами. Нет, нужно было, чтобы вы сами ко мне пришли. И потому мои люди разбрасывали у вас под носом конверты, пока вы наконец не заглотили приманку. Эти две недели Лагг каждый вечер ждал вас «У Кемпа». Он, кстати, тоже на меня работает. Понимаете, – виновато добавил Кэмпион, – я хотел убедиться, что они на вас еще не вышли, потому и зазвал вас в Кларкенуэлл. Видимо, чтобы сделать свое предложение, они хотели прихватить вас в самых трудных обстоятельствах… Вы следите за моей мыслью?

– Пытаюсь, – бодро ответил Гирт. – Мне только непонятно, зачем я им сдался. У меня нет ни гроша, пользы от меня никакой, я даже работу найти не могу.

– Именно здесь мы подходим к трудным личным обстоятельствам, – серьезно проговорил Кэмпион. – Вы ведь с отцом в ссоре?

Упрямая морщинка у Вэла возле рта стала глубже.

– Да, – признался он.

Мистер Кэмпион поправил дрова в камине.

– Уважаемый сэр, как я вам уже сообщил, задача этих коллекционеров – найти самого подходящего исполнителя. Тем, кто с вами знаком, понятно, что шансов нанять вас столько же, сколько, скажем, нанять меня для украшения зданий лепниной, но неизвестная личность, которая ищет исполнителя, таких вещей, видимо, не понимает. По мнению многих, голодающий на все готов.

Вэл подскочил от возмущения.

Кэмпион дождался, пока он успокоится, и заговорил мягче:

– Вот именно. Это и объяснение, верно?

Вэл кивнул.

– А «длинный путь»? – спросил он.

– Так приятели Джорджа друг друга приветствуют.

– Невероятно. – Вэл вздохнул. – Отдаюсь на вашу волю. Что нам делать? Идти в полицию?

Кэмпион уселся в кресло.

– Нет смысла. Тут есть свои трудности. Если мы обратимся к ним сейчас, пока у нас ничего не украли, они не отнесутся к делу серьезно и не захотят заниматься им неведомо сколько. А когда сокровище украдут, оно моментально окажется в руках неприкасаемых. Полицейских мы только подставим. В свое время я работал на Скотленд-Ярд. Один из моих ближайших друзей – не последний там человек. Он постарается нам помочь, но дело, как вы сами видите, трудное.

– И что делать? – Вэл провел рукой по забинтованному лбу.

Кэмпион призадумался.

– Вам нужно наладить отношения с отцом, – тактично заметил он. – Вы согласны?

Его собеседник слабо улыбнулся:

– Смешно, как одна простая новость все меняет: то, ради чего я был готов голодать, теперь кажется пустяком. В июле мне так и так пришлось бы отправиться в Сэнктуэри. Второго числа мне исполнится двадцать пять. Но я хотел потом уехать. Даже не знаю, как рассказать отцу. К тому же… – Лицо у него вдруг утратило всякое выражение. – Если все это правда, что мы вообще можем? Мы не в состоянии долго сопротивляться таким людям. Они слишком влиятельны.

– Именно здесь вся проблема и сводится к вопросу: как нам действовать? Один шанс у нас есть, в противном случае нам не стоило и встречаться. Правил у этой ненасытной компании немного, но они очень строгие. Если вкратце, то вот они: любые сделанные заказы – а заказываются только вещи, которые не продаются, – одинаково важны; для работы отыскивается лучший специалист, и гонорар может быть сколь угодно высок; с приобретением объекта все обязательства Джорджа и Этеля заканчиваются.

Кэмпион замолчал и пристально посмотрел на молодого человека.

– Есть, правда, одна лазейка, – продолжил он. – Если нанятый специалист погибает при исполнении заказа, скажем, владелец, отстаивая свое сокровище, его убивает, то они бросают дело и начинают подыскивать другой объект.

– А если его поймают? – неуверенно спросил Вэл.

Мистер Кэмпион пожал плечами:

– Понесет наказание. Кто ему поверит, если он и захочет выдать нанимателя? В таком случае компания оставляет его отбывать наказание и находит кого-нибудь другого. И неудивительно. Мелкие грабители, воришки, мошенники – те пусть мрут как мухи, Этеля и Джорджа это никак не касается. А вот если прикончат нанятого ими специалиста, они пасуют – и всему делу конец.

– А кого наняли добывать Чашу? – резко спросил Гирт.

– В том-то и проблема… Не знаю. – Светлые глаза Кэмпиона за большими очками смотрели озабоченно. – Сами видите, в какой мы передряге.

Гирт поднялся и в ужасе взглянул на Кэмпиона:

– То есть, выходит, если мы хотим защитить единственный предмет, который по-настоящему дорог мне и моей семье, предмет, который для меня всегда на первом месте, нам нужно найти этого человека и убить?

Мистер Кэмпион смотрел на Вэла с полнейшей серьезностью.

– Скажем лучше – устранить, – тактично поправил он.