Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 161 (всего у книги 341 страниц)

Глава 23

Кровь Эбби растекалась лужами, лилась с камней и сломанных кустов. Хлестала из дыр в теле, где треснувшие кости пронзали мышцы, разрывая плоть. Шея вывернулась под неестественным углом, и из-за положения головы мертвые глаза смотрели на сестру. Лори ответила пустым взглядом.

Солнечный свет померк, собрались облака, пепельные и по-зимнему холодные. Ледяной ветер пронизывал деревья, и листья, побурев, падали на землю. Трава под ногами хрустела от инея. Мир вновь омертвел. Лори вернулась в настоящее, в реальность, из которой пришла.

Она пошла на спуск, оставив рюкзаки и костыли сестры позади.

Спускаться было куда легче, чем подниматься, и без балласта в лице Эбби Лори добралась до берега за пару часов. Все это время она думала только об Эдмунде. После стольких приложенных усилий она преодолела-таки препятствие. По идее, ей сейчас полагалось чувствовать счастье или хотя бы облегчение, но нет, Лори была опустошена. Опустошена и ошеломлена. Но счастье обязательно придет. Должно прийти. Надо просто воссоединиться с Эдмундом, и тогда счастье наполнит ее сердце. Она верила в это. Их любовь очистит ее душу от всего того, что она так старается забыть.

Выйдя из леса, Лори заметила белую березу, к которой они привязали лодку. На берегу лежало тело. Она вздохнула, решив было, что тело Эбби принесло течением, но труп был слишком громадным. Раздутый живот словно тянулся к небу.

В нагромождении камней и упавших веток застрял Базз. Он лежал на спине, ноги свисали с каменного выступа. Из культи в воду лилась кровь, а на расколотом черепе копошились насекомые. Вода больше не была красной, она приобрела естественный цвет – не считая того кармана, в котором лежал труп. Лори перешагнула через раздувшееся тело и направилась к лодке, толкнув ее так, что она закачалась на воде. Забравшись внутрь, отвязала веревку и потянула за шнур мотора. Он капризничал. Плечо ныло от усталости, и лишь с четвертого рывка лодка затрещала и ожила.

* * *

Уже почти стемнело, когда Лори добралась туда, откуда они отплывали втроем. По крайней мере, она думала, что приплыла именно туда. Спустя несколько часов ходу по реке лес превратился в однообразное расплывчатое пятно. Она повернула лодку носом к берегу, уже не заботясь о безопасности и цельности конструкции. Лодка с глухим стуком врезалась в песок, затрещало дерево. Лори встала, перелезла через нос и ступила на берег, радуясь, что снова на суше. Будь ее воля, до конца дней не видела бы реку. Но если ад существует, эта чертова река наверняка будет ждать ее там.

Лори стала подниматься по тропе. До машины еще далеко. Не факт, что дойдет к рассвету, она ведь и так измотана. Может, переночевать в хижине Базза, а утром двинуться в путь с новыми силами? А впустит ли ее эта здоровенная псина или попытается закусать? Она наверняка голодна, особенно если ее заперли в хижине. С другой стороны, пес достаточно большой, чтобы выломать дверь и поохотиться на кроликов, если совсем припечет.

Лори вздохнула. Она замерзла, устала и проголодалась, но ей все-таки надо было двигаться дальше. Она выбралась из реки. Теперь надо выбраться из долины Бийц. Чем быстрее она вернется домой, тем скорее сможет посетить тюрьму Варден. Лори была так близка к тому, чтобы оставить позади десятилетия страданий. За этой проклятой горной грядой ее ждала радость, чистая, глубокая и бескомпромиссная. Она заслужила ее, правда же? После всего, через что прошла, разве она не заслужила величайшее сокровище из тех, что предлагает жизнь? Любовь там, сразу за лесом. Лори снова сможет по-настоящему ощутить себя дома. Она доказала свою преданность. Она номер один. Нико ей больше не преграда, а всех остальных распутных сук, желающих вмешаться, Лори превзошла. Теперь Эдмунд принадлежит ей полностью, телом и душой. И ждет ее.

Я всегда буду любить и почитать тебя, всегда буду повиноваться тебе.

Пошел дождь.

Она поднажала.

* * *

В темноте раздался шепот. Лори слышала его даже сквозь шум дождя. Она знала эти голоса, но не слышала уже много лет. Но за шепотом и бормотанием не получалось разобрать слов. Мать плакала. Папа слишком тараторил: он всегда тараторил, когда волновался.

– Заткнитесь, – прошипела им Лори. – Вы уже не можете стоять на пути моего счастья. Теперь все по-другому.

Но единственное, что заглушало их голоса, – редкие раскаты грома. Молния освещала Бийц, и Лори была благодарна за эти краткие перерывы. Пальцы на ногах онемели от ледяного дождя, но гроза хотя бы немного разгоняла мрак этого места. Призраки не смогут последовать за ней отсюда, из пристанища смерти.

Она то и дело поскальзывалась в грязи, но шла и шла по их собственным следам. Даже когда дождь перестал, а грозовые тучи закрыли луну, оставив Лори в непроглядной тьме, она продолжала идти, двигаясь на ощупь. Спина и ноги болели, она проголодалась, вымоталась, замерзла. Через дыру в одном ботинке просачивалась вода, организм молил о возможности поспать. Но она заставляла себя идти через силу, пока горизонта не коснулся первый лучик восходящего солнца.

Когда Лори увидела его, еще не рассвело окончательно – ее последний день в долине Бийц начался с уныло-серого пейзажа. Дождь утих. А мужчина, поднимаясь по тропе, с виду становился выше с каждым шагом. Его руки, похожие на обезьяньи, болтались по бокам. Черный костюм помялся, но был сухим, не то что у Лори. Зато висел он на старике мешком – размера на два больше нужного.

Взглянув на нее, он приподнял шляпу в знак приветствия.

Лори не сбавила шага. Теперь от дьякона некого было прятать. Когда они сравнялись, он остановился. Она, сама не зная почему, тоже остановилась. Чувствовала, что должна что-то сказать или доказать, но не знала, что именно.

Старик сверкнул далеко не белоснежной улыбкой.

– Похоже, твое путешествие подошло к концу, дитя.

Лори кивнула, но не нашлась, что сказать.

Желтушные глаза мужчины расширились, когда он заговорил:

– Только теперь ты путешествуешь одна. Но, как я уже говорил, по этой реке никто не путешествует в одиночку, правда?

Слова посыпались с ее губ как песок:

– Нет. Не в одиночку.

– Должно быть, ты сходила удачно. – Лори кивнула. – Думаю, ты получила то, что хотела. По глазам вижу. Однажды, когда я крестил своих детей, у меня были такие же глаза. Я видел свое отражение в реке. Видел на своем лице то, что вижу на твоем, дитя. – Его гримаса сменилась широкой улыбкой. – Ты молодец. Ты все сделала правильно.

Дьякон наклонился, словно обнюхивая ее. Когда его руки легли на плечи Лори, она не дрогнула и не отстранилась. Взгляд остался твердым.

– Я рад, что у тебя был такой приятный визит, дитя.

Они помолчали. Наконец Лори заговорила:

– Мои дела здесь закончены. Вряд ли я увижу вас снова.

– Нет, пожалуй, нет. Но я уверен, что обязательно еще тебя увижу. В газетах или еще где-нибудь.

Лори не ответила. Она посмотрела вдаль, заметив блеск хрома. Слава богу, машина все еще стоит там, где она ее припарковала.

Она почти выбралась.

– Иди с миром, – сказал старик. – Пора получить ту реальность, которую ты заслужила.

Рассмеявшись, он зашаркал дальше, и деревья, растущие по обе стороны от тропы, как будто бы наклонились, словно навеки укутывая его здесь, в долине Бийц. Старик склонил голову к ветвям и запел:

– Да, мы встретимся у реки! У прекрасной, прелестной реки! С Речником встретимся у реки. Она красна от нашей крови.

Лори прошла мимо знака «Добро пожаловать». Прошлое осталось в прошлом. Оно больше не могло причинить ей боль. Лори открыла машину и забралась внутрь, включив печку еще до того, как завела двигатель. Громко заиграло радио, прерываемое помехами. Разве она не выключила его, прежде чем они доехали? Из динамиков доносились блюзовые гитарные переборы, а над всем этим, как дым, плыл предсмертный стон. Лори вывернула громкость с такой силой, что пластиковая накладка отвалилась. Музыка поутихла, но продолжала играть до тех пор, пока она не выехала из Бийца. Затем наступила тишина. Лес в зеркале заднего вида становился все темнее, все меньше, пока не исчез совсем.

Лори вздрогнула, услышав голос. По радио тихо, еле пробиваясь сквозь помехи, вещала женщина-репортер:

– Полиция штата оцепила район…

Какой район? Лори не улыбалось добираться домой по пробкам. Она потянулась к тому, что осталось от регулятора громкости, и как-то умудрилась сделать громче.

– Источники подтвердили, что большинство беглецов были пойманы, но во время вчерашних беспорядков в тюрьме Варден одному заключенному удалось бежать, его разыскивают до сих пор… – Лори задохнулась. Костяшки пальцев, сжимавших руль, побелели.

– Имя этого человека пока не разглашается…

Но Лори уже знала. Сердцем и чреслами чувствовала – тепло и новую надежду.

– …утверждается, что он крайне опасен и, скорее всего, вооружен, так как бунтовщикам удалось одолеть многих охранников и лишить их оружия. Это происшествие называют одним из самых жестких тюремных бунтов за последние десятилетия, погибло семнадцать человек, десятки получили ранения.

На глаза Лори навернулись слезы радости. От избытка чувств она рассмеялась. Речник не терял времени даром. Ее долгое, изнурительное путешествие стоило всех ужасов и страданий. Она не напрасно принесла эти жертвы. Лори доказала, что достойна Эдмунда Кокса, и теперь он спешил в ее распростертые объятия. Она чуяла это каждой клеточкой своего тела. Эдмунд слишком умен, чтобы попасться теперь, вырвавшись на свободу. Наверное, бунт поднял именно он. Отвлек внимание, чтобы легче было бежать. Наверняка предварительно разработал план. Точно так же, как Лори прошла через насилие и тьму ради Эдмунда, он теперь отправлялся в путешествие ради нее. Сила их любви была единственным компасом, который им требовался, маяком в темноте, в которой они жили друг без друга. Теперь эта тьма почти рассеялась. Лори чувствовала, как это происходит.

Она просияла, глядя на свое отражение в зеркале.

Так вот какое оно – счастье.

Глава 24

Лори успешно избежала патрульных офицеров и кордонов. Она хотела было поискать Эдмунда сама, но решила, что лучше отправиться домой. У Эдмунда есть ее адрес, она ведь указывала его в каждом письме. Он приедет к ней целый и невредимый. Полиция не сможет их остановить, не сможет найти. Благодаря Лори их любовь непобедима. Препятствий больше нет. Эбби мертва, стены тюрьмы рухнули. Теперь они могут сбежать в Монреаль, в Кабо-Сан-Лукас, куда угодно.

Лори поднялась по лестнице на свой этаж. Шаги эхом отдавались в пустом холле. Здесь было холодно, но скоро она согреется. Эдмунд позаботится об этом. Он заключит ее в объятия, уложит и войдет в нее. При одной мысли об этом Лори бросило в жар. Хотелось надеяться, что у нее еще будет время привести себя в порядок. Она хотела принять ванну, побриться и только потом предстать перед своим королем. Немного косметики, парфюм, белье. Первое впечатление важно.

Подойдя к двери, Лори поняла, что времени у нее не будет, но не разочаровалась: слишком сильно было волнение. Дверь была приоткрыта. На коврике и дверной ручке, все еще мокрых, виднелись маленькие красные точки. Лори надеялась, что это не его кровь. Она не хотела, чтобы милый Эдмунд хоть как-то пострадал. Щеки вспыхнули румянцем, она распахнула дверь и вошла в кухню. Там было пусто, но на полу и столешнице красных капель было больше. Лори быстро закрыла за собой дверь.

– Эдмунд? – позвала она. Могла говорить только шепотом – похоже, от волнения.

Она вошла в гостиную. Тут явно что-то случилось. Кофейный столик был перевернут, на нем виднелась кровь – куда больше крови, чем где-либо. Половина диванных подушек валялась на полу, одна занавеска свисала на последней петле, остальные были сорваны. На полу – разбитая бутылка из-под водки.

– Эдмунд? – позвала она, на этот раз громче.

Лори потряхивало, когда она шла по кровавым следам на ковре. Некоторые были крупными, похожими на мужские. Другие – поменьше. Чем ближе к коридору, тем сильнее была размазана кровь, будто того, второго, волокли. В коридоре запекшейся кровью был заляпан весь ковер. По квартире словно текла река, алая река плотской грязи, и Лори следовала по ее руслу, зная, каково это, зная, что ее место здесь, что она никогда по-настоящему не покинет его.

Дверь в спальню была слегка приоткрыта. Сквозь щель проникал бледный свет и доносился запах, к которому Лори уже привыкла, но все еще ненавидела. Пахло как в погребе, где она нашла мертвую женщину. Как в хижине Речника, стены которой были обклеены человеческой плотью. Когда за дверью шевельнулась тень, Лори вдруг снова почувствовала холод, но не смогла объяснить почему. Она знала, кто там, но почему-то это не принесло ей радости, как то же известие о побеге. Почему он не вышел, когда она позвала его? Почему не заключил ее в объятия при первой возможности?

– Эдмунд?

Его голос напоминал шорох наждачной бумаги.

– Заходи. – В груди снова потеплело. – Я ждал тебя.

Лори облизала губы в ожидании поцелуя, о котором так долго мечтала, и распахнула дверь, словно девочка-подросток, приветствующая своего кавалера на выпускном вечере. Но у нее мгновенно пересохло во рту, едва она увидела Эдмунда. Лори остановилась в дверях соляным столпом – безучастная, помертвевшая внутри. Ожидая почувствовать ужас, она, однако, не почувствовала ничего. Впечатлений было слишком много, и она не могла осознать их все сразу.

Эдмунд сидел на краю кровати. Обнаженный, не считая густого слоя крови, пропитавшего волосы на груди и покрывшего руки на манер длинных перчаток. На коленях у него лежала отрубленная голова Нико. Ее язык, фиолетовый и распухший, свисал наружу. Многие зубы были сломаны. Эдмунд одной рукой обхватил череп, а другой погладил длинные черные волосы, будто котенка. Улыбнулся Лори.

– Не ревнуй, пожалуйста. Я слишком долго сидел в тюрьме. У мужчины есть потребности.

Лори поняла, что не дышит.

– Ты… ты привел ее сюда?

– Нет, дорогая. Я позвонил ей и попросил приехать. Видишь ли, я приехал сюда, как только вырвался на свободу. Надеялся, что ты будешь здесь, но тут было пусто.

– Я была… на реке.

– Я так и понял. Чтобы увидеть Речника, требуется время. Но, должно быть, ты все сделала правильно, раз уж мы здесь.

Лори все силилась заглянуть ему в глаза – потерянная, неуверенная.

– Зачем ты попросил Нико сюда приехать?

– Я уже говорил, не ревнуй. Мне нужна была хоть какая-то поддержка. Женщина. Плоть.

Эдмунд встал, позволив голове скатиться на пол. Лори проследила за его взглядом и впервые заметила в углу голое обезглавленное тело – кучку человеческих останков. Руки и ноги выгнулись и переломались, напоминая об Эбби и о том, чего Лори не должна была вспоминать.

Эдмунд подошел ближе.

– Я уже слишком давно никого не трахал и не убивал.

Лори пыталась сдержать рыдания. У нее ничего не вышло. Она задрожала. Но, несмотря на правду, все более ей открывающуюся, не пыталась убежать. Она любила Эдмунда. И это был последний якорь, за который она должна была держаться, чего бы это ни стоило.

– Ты моя любимая, и ты это знаешь, – сказал он. – Нико была согласна, пока мы не приступили к собственно делу. Потом испугалась, закричала. Черт, она должна была знать, на что идет. Должна была знать, кто я такой. Она разочаровала меня, как и все прочие. Но не ты, Лори. Ты зашла слишком далеко. Я знаю, ты меня не подведешь. Ты готова. Действительно готова сделать все, что нужно. Вот почему я знаю, что ты та самая.

Эдмунд вытер ее слезы, и Лори заглянула ему в глаза. Она увидела там нежность, какой раньше не видела никогда. И тогда поняла, что Эдмунд действительно любит ее. В том, что он собирался сделать, не было ненависти. То, что большинство назвало бы жестокостью, на самом деле было проявлением глубочайшей привязанности. Его любовным признанием было насилие. Его душой была смерть.

Человек может обрести покой лишь в двух местах: в лесу и в могиле.

Она по-настоящему завоевала его сердце. Первое ее настоящее завоевание в жизни. Единственное, что имело значение теперь, когда жизнь подошла к концу.

Лори начала раздеваться, и Эдмунд потянулся за лежащим на комоде мясницким ножом. Специально для нее он выбрал чистый нож. Как только она разделась полностью, он подошел, и их обнаженные тела наконец соприкоснулись на один прекрасный роковой миг.

– Будет больно, милый? – спросила она.

Эдмунд провел по лезвию пальцем.

– Любовь – это всегда больно.

Благодарности

Спасибо Норману Прентиссу за усердную работу над книгой, Линн Хансен за великолепную обложку и всей команде Cemetery Dance. Речник вами доволен.

Спасибо Джону Уэйну Комунэйлу, Брайану Смиту, Танджи Сильве, Райану Хардингу, Джошу Доэрти, Рофу Джеймсу Уайту, Эдварду Ли, Кристин Морган, Андреа Доун, Бернарду Дебенедиктису, Чаду Струпу, Греггу Кирби, Николь Амбурджи, Джону Бодену, Джону Макни и Джеку Кетчаму (RIP).

Огромное спасибо следующим звездным парам: Брайану Кину и Мэри Сан-Джованни, С. В. Ханту и Андерсену Пранти, Уэсли Саузарду и Кэти Саузард, а также Бобу Форду и Келли Оуэн.

Огромное спасибо Bear.

Огромное спасибо Джуниору Кимбро, Р. Л. Бернсайду, Лиду Белли, Роберту Джонсону, Хаулину Вулфу и Бадди Гаю, чья музыка вдохновила меня на написание этого романа и стала его саундтреком.

Огромная благодарность Нику Дрейку за его мрачную песню River Man, которая послужила толчком к созданию этого космического хоррора.

И особая благодарность Тому Мумме – как и всегда.

В этой речке из плотской грязи

Светлой памяти моего отца

Кристофер Триана пишет шикарные ужасы, кошмарные сказки и опьяняющий хоррор. И какими бы ущербными и извращенными ни были его герои, вы хорошо их узнаете… хотите вы того или нет.

Тим Леббон, автор книги «Последний шторм»

Мастерский, захватывающий стиль повествования Трианы не оставляет меня равнодушным… Я в восторге от того, как может писать Триана, и прочту почти любое произведение, которое он напишет.

Журнал Scream

Кристофер Триана, без сомнения, один из лучших представителей нового поколения авторов ужасов.

Брайан Смит, автор цикла «Порочный»

Творчество Кристофера Трианы – это гремучая смесь внутреннего нуара и волнующей игры страстей, которая захватывает душу читателя и обнажает ее трепещущие нервы. Его проза беззастенчива и абсолютно безжалостна. Это невозможно отрицать. Триана – мастер экстремального хоррора!

Рональд Келли, автор книг «Страх», «Сага о Мертвом глазе» и «Южанин, прожаренный и напуганный»

В каком бы стиле или в какой бы манере Триана ни писал, внутренний голос неизменно подстраивается.

Журнал Cemetery Dance

Один из самых захватывающих и тревожащих голосов в жанре экстремального хоррора за последнее время. Его произведения до боли хороши.

Брайан Кин, автор книги «Восстание»

Кристофер Триана пишет самые жестокие, порочные рассказы с мастерством поэта, воспевающего закат. Разве что этот закат выпотрошен, расчленен и вопит.

Рэт Джеймс Уайт, автор книги «Воскреситель»

Краткое содержание предыдущей книги

Лори хочет лишь одного: сблизиться с Эдмундом Коксом, серийным убийцей, отбывающим срок.

Взяв с собой скорбную разумом сестру Эбби, она отправляется в путешествие вверх по реке в поисках таинственного Речника. Эдмунд хочет, чтобы Лори передала Речнику ключ, который он хранит в старой хижине. Она находит ключ в груди последней жертвы Эдмунда – в трупе молодой девушки. Далее они встречают в лесу отшельника Базза, и он помогает им преодолеть часть пути.

В поисках Речника Лори сталкивается со своими внутренними демонами. Когда река становится кровавой, Базз настаивает, что надо возвращаться. Завязывается драка. Эбби бьет Базза по голове костылем и убивает его. Затем Лори с сестрой сбрасывают старика в реку, его тело разбивается об острые камни.

Наконец добравшись до мрачной лачуги на краю обрыва, Лори встречает Речника, и он советует ей закончить начатое, чтобы она могла начать новую жизнь с Эдмундом. В подростковом возрасте Лори из зависти не стала помогать сестре, падающей с обрыва. Она заканчивает эту историю, сталкивая Эбби с такого же обрыва.

Лори возвращается домой и обнаруживает, что Эдмунд сбежал из тюрьмы и ждет ее в своей квартире. Он убил другую свою поклонницу, Нико, и расчленил ее тело. Когда Лори приходит к Эдмунду, он говорит, что пришло время пожинать плоды поисков и получить то, чего она заслуживает.

– Будет больно, милый? – спрашивает она.

Эдмунд проводит по лезвию пальцем.

– Любовь – это всегда больно.