Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 246 (всего у книги 341 страниц)

Женский голос, раздавшийся из трубки, несколько смутил мистера Кэмпиона. Где-то он уже слышал этот голос, но не мог вспомнить, где именно. Пришлось действовать наобум и с крайней осторожностью.

– Боюсь, вы сочтете мой звонок весьма странным и, может, даже пугающим, – начал он. – Возможно, я перехожу границы допустимого, но позвольте мне встретиться с вами. Дело очень важное. И потом, я отниму у вас не более десяти минут.

– Адрес знаете? – шепотом спросила женщина. – Нет? Записывайте: студия «Дороти», тридцать два, Денбай-роуд, Килберн. Откроете садовые ворота и спуститесь по ступенькам.

– Отлично. Я сейчас приеду, – в полном изумлении пообещал он. – Кстати, моя фамилия Кэмпион.

– Да, я знаю. Я вас ждала. Меня зовут Тедди Делл.

Мистер Кэмпион медленно повесил трубку. Он был в полной уверенности, что прежде никогда не слышал ни этого имени, ни такого адреса.

Глава 12
Он мертв

Ее жилище мистер Кэмпион увидел сразу, как только миновал большой многоквартирный дом с желтовато-белесыми стенами и толкнул калитку в глухой стене, оказавшись на верхней площадке железной лестницы, что нависала над неухоженным садом, раскинувшимся внизу.

Дом, который она называла студией, стоял прямо перед ним среди травы, пытаясь выглядеть как загородный коттедж, но больше похожий на домик в зеленых лондонских пригородах. Все четыре высоких окна с ромбовидными стеклами выходили на юг и, следовательно, глядели в стену многоквартирного соседа. Крыша имела витражное остекление.

Сам домик хоть и был опрятным, но из-за преобладания ярких цветов смотрелся почти по-детски. Зеленые стены, голубые занавески, охристо-красные оконные козырьки и ступеньки крыльца. Возле входной двери примостилась смешная собачья будочка, тоже зеленая. В тусклом, грязноватом Килберне все это выглядело даже оригинально, а дурновкусия здесь присутствовало не больше, чем в раскрашенном Ноевом ковчеге, на который было похоже жилище.

Часы показывали шесть вечера. Солнце успело скрыться, однако сумерки еще не наступили, и во всем пейзаже ощущалась тихая вечерняя меланхолия.

Мистер Кэмпион медленно спустился по металлической лестнице, прошел по траве, поднялся на низкое крыльцо и взялся за ручку дверного молотка с изображением собора, отдаленно напоминавшего собор в Вустере.

Изнутри донеслось оживленное тявканье, затем послышался женский голос, велевший собаке замолчать. Дверь открылась.

– Входите, – пригласила Тедди Делл.

Едва взглянув на нее, мистер Кэмпион сразу узнал женщину, что приходила к нему домой на Боттл-стрит в тот вечер, когда он вернулся с судебного заседания вместе с Джиной и мисс Керли. В домашней одежде она выглядела крупнее и старше. Ее светлые волосы были гладко зачесаны, но лоб закрывала жидкая завитая челка, что уже вышло из моды. И одежду для своего крепкого, сильного тела она выбрала также далеко не модную: прямую синюю юбку и блузку с обилием оборок.

Лицо женщины тоже говорило о силе: квадратная челюсть, кожа цвета густых сливок, прекрасные зубы и широко посаженные серо-голубые глаза.

– Рада, что вы приехали, – вымолвила она. – Была даже мысль вам позвонить. Проходите, располагайтесь. Угощу вас сигаретой.

Кэмпиона вновь поразила невероятная тщательность, с какой она произносила каждое слово. Чувствовалось, Тедди Делл потрясающе умела владеть собой, и это происходило у нее на подсознательном уровне.

Пес бурно радовался появлению гостя и шумно прыгал вокруг Кэмпиона, не обращая внимания на хозяйские одергивания. Что касается породы, это была некрупная желтая гладкошерстная дворняжка с тощими лапами, жилистая и непоседливая. Стоило Кэмпиону протянуть руку, как пес немедленно подал лапу. Кэмпион ее пожал и улыбнулся.

– Джордж, хватит дурачиться. Ложись. У меня просто несносный пес.

Она говорила со смехом, однако Кэмпион заметил, что глаза у нее полны слез. Тедди повернулась к каминной полке за сигаретами и спичками, передала пачку Кэмпиону, глядя на гостя без малейшего смущения. Обычно так ведут себя сиделки и официантки чайных заведений.

Он замешкался с пачкой, собираясь предложить сигарету и хозяйке, а она уже поднесла зажженную спичку к его сигарете.

Гостиная, в которой они находились, продолжала внешнее своеобразие дома. Пол был расписан на манер красных и серых плиток и сверкал, будто корабельная палуба. Мебель из темного дуба не претендовала на оригинальность. Под окнами стояла софа, а перед камином – диван в стиле «честерфилд» с двумя обитыми ситцем креслами по бокам.

Гостю же Тедди Делл пододвинула другое кресло, самое большое и удобное из всех, что у нее были.

– Прошу садиться, – пригласила она, и он послушно сел.

У мистера Кэмпиона – самого непритязательного из мужчин – даже на мгновение не возникло иллюзии, будто забота Тедди о его комфорте и ее молчаливая готовность придать этой заботе первостепенную важность хоть как-то связаны с его личным обаянием. Он понял: Тедди Делл всегда так себя вела и всегда будет так себя вести, ибо она принадлежала к той категории женщин, которые привыкли, что о них вытирают ноги. Все эти матери, жены, любовницы искренне верили в превосходство мужчин, и сама принадлежность кого-то к мужскому полу воспринималась ими как нечто великолепное и достойное служения.

– Мне на вас указали в зале суда. Я слышала, что вы интересуетесь этим делом, – сказала она, садясь напротив и рукой заслоняя лицо от каминного жара. – В полицию я идти не захотела по вполне понятным причинам. Ему бы это не понравилось, а его жена – еще совсем девочка, которую окружают порядочные люди, не понимающие подобных отношений. И я решила отправиться к вам домой, но, когда увидела там ее, поспешила удалиться. Поймите, она никогда обо мне не слышала.

Мистер Кэмпион кивнул, мысленно пытаясь понять, кого Тедди Делл подразумевала под «порядочными людьми».

– Но я об этом думала, – продолжила она. – В четверг он с работы поехал ко мне. Полиция об этом не знает. Вот я и хотела с кем-нибудь посоветоваться насчет того, стоит ли рассказывать. Он четырнадцать лет утаивал меня от своей родни, и я не видела смысла объявляться теперь. Только если это чем-то поможет.

– Четырнадцать лет?! – невольно вырвалось у мистера Кэмпиона.

Тедди посмотрела на него, но тут же отвела взгляд.

– Мы встретились во Франции во время войны, – пояснила она. – В этом доме я живу с двадцать третьего года.

Взгляд женщины блуждал по желтым стенам гостиной. Кэмпион попытался разгадать выражение ее глаз, но не смог.

– Я и представить не могла, что он женится, – снова заговорила мисс Делл. – Но он оказался прав: в наших отношениях ничего не изменилось. Потому-то мне и было жаль эту девочку, Джину. Не стоило ей выходить за Пола. Думаю, она вскоре это поняла, но было уже поздно. Вот она и закрутила с его молодым двоюродным братом. Дразнила его, подначивала, пока тот не слетел с катушек. Хотя я не знаю, почему суд и полиция считают виновным Майка. У моего незабвенного Пола врагов хватало. С его-то характером!

Кажется, она хотела сказать что-то еще, но резко замолчала. В глазах появилась пустота, губы плотно сжались.

Мистер Кэмпион взглянул на Джорджа. Пес лежал на каминном коврике, уткнувшись головой в передние лапы и навострив уши. Внимание гостя переключилось на интерьер гостиной. Он заметил на комоде маленький серебряный кубок, какие вручают победителям состязаний по гольфу, а также старые, посеревшие шлепанцы, которые хозяйка давно не носила, но почему-то не выкинула, а засунула за угольный ящик, одновременно служащий каминной скамейкой.

– В тот четверг мистер Бранд долго пробыл у вас? – осторожно спросил Кэмпион, и Делл сразу повернулась к нему.

– Нет, ему было некогда. Такое часто случалось. Он ведь столько дел тащил на себе. Думаю, им очень недостает его в их конторе. На нем вся работа держалась.

В ее словах было столько тоски, и на мгновение мистер Кэмпион увидел порывистого, легковозбудимого и немного смешного Пола так, как тот видел и подавал себя сам.

Тедди продолжала говорить.

– В тот четверг я ждала его к ужину, а потом ему надо было читать. Пол часто читал у меня. С тех пор как он стал известным, мы почти никуда не ходили вместе. Я и не настаивала, не глупенькая. Однако Пол приехал около четырех и сказал, что остаться не сможет. Я быстро сделала ему чай, и он ушел. В воскресенье недоумевала, почему не звонит, а в понедельник увидела газеты и узнала причину. – На последнем слове ее голос дрогнул, но Тедди тут же совладала с собой.

Мистер Кэмпион чувствовал, что делает она это из уважения к нему как к гостю.

– Вам известно, куда он отправился после вас? – спросил Кэмпион.

– Знаю. Он мне рассказал. Врать ему не было смысла. И он никогда мне не врал. Мы слишком хорошо друг друга знали. Он сказал: «Прости, Тед, но остаться никак не могу. Мне надо смотаться в Камден-Таун за ключом, а оттуда – спешно в Британский музей, чтобы успеть до закрытия». Я спросила, может, тогда он появится вечером, попозже. На это он ответил: «Никак не получится. Вечером я буду очень занят. Позвоню тебе в воскресенье».

Тедди замолчала и слегка сдвинулась, отчего ее лицо оказалось в тени. Мистер Кэмпион чувствовал, что не вправе продолжать расспросы.

– Я вам очень признателен за встречу, – неуверенно начал он. – Если сочту, что ваше присутствие необходимо, обязательно сообщу, но весьма вероятно, что вашего участия не понадобится, если… если только сами не захотите.

Тедди тяжело поднялась с дивана, словно ее кости успели наполниться свинцом.

– А зачем? Это ведь не больного проведать. Он мертв.

Пес встал, зевнул, потянулся и снова лег, спрятав нос между лапами. В гостиной становилось все темнее. Отсветы камина играли на блестящем полу и на медных накладках комода. Но в этом уюте присутствовало совершенно невыносимое чувство ожидания. Мистеру Кэмпиону захотелось поскорее уйти.

Тедди Делл проводила его до двери.

– Я буду держать вас в курсе, – пообещал он и стал подбирать слова, чтобы продолжить. Пол умер отнюдь не нищим, а Кэмпиона отличало обостренное чувство справедливости. – Заранее простите меня за возможную бестактность, но у вас все в порядке с деньгами?

Женщина улыбнулась. Из множества эмоций, отразившихся на ее лице, он понял лишь, что она благодарна ему за заботу.

– Пусть лучше достанется ей, – сказала Тедди. – Там не так уж и много. Пол тратил как сумасшедший. Так будет справедливее. А у меня нет никаких прав.

Она замолчала, и Кэмпион вдруг отчетливо увидел одинокие будни этой коренастой волевой женщины в ее расписном домике в обществе дворняжки, тычущейся носом ей в подол.

– Мы любили друг друга, – сказала она, и в ее голосе, полном гордости и отчаяния, было что-то от высокой трагедии.

Мистер Кэмпион удалился.

Глава 13
Умелец из Камден-Тауна

– А не соблаговолите ли вы, Лагг, ненадолго забыть о респектабельности, к которой еще не успели привыкнуть, и погрузиться в прошлое? – осторожно спросил мистер Кэмпион.

Как раз в этот момент мистер Лагг занимался тем, что снимал свой прицепной воротничок, поскольку посторонних в квартире не было. Он стоял к хозяину спиной и готовился поместить данный атрибут респектабельности в ящик комода. Белая складка жира на загривке даже не колыхнулась. Мистер Лагг сделал вид, что не слышал вопроса.

– Что, если я ненадолго отвлеку вас от ваших ритуалов, – язвительно продолжил мистер Кэмпион.

– Не понимаю, о чем вы там. – Мистер Лагг повернулся и бесхитростными черными глазками посмотрел на хозяина. – Некоторые из моих друзей по клубу носят воротник-бабочку, а другие предпочитают прямые, – благодушно изрек он, переводя разговор в свое русло. – Я вот еще не решил. Бабочки позволяют свободно вертеть шеей, но у них неопрятный вид.

Мистер Кэмпион не собирался поддерживать разговор о достоинстве пристяжных воротничков и задал новый вопрос:

– Скажите, Лагг, если человек, которому есть что скрывать, отправился в Камден-Таун делать ключ, к кому бы он обратился?

Вопрос застал мистера Лагга врасплох.

– Ну вы даете, хозяин! Ясное дело к кому. К старому Уорди Сэмсону! Правда, он должен был отойти от дел. Ему, поди, за сотню перевалило. Помню, еще мой отец был жив… – Он тут же оборвал семейные воспоминания, наверняка вспомнив о чопорном обществе своего «клуба», собирающегося в бывшей конюшне. – Очень низкий человек, – поспешил добавить мистер Лагг. – И бесчестный.

– Так вы его знаете?

Лагг смущенно переминался с ноги на ногу.

– Мальчишкой как-то заходил к нему вместе с отцом, – наконец признался он. – Только вряд ли человек, про которого вы упомянули, сунулся бы к Уорди.

– Снимайте свой жуткий смокинг и спускайтесь вниз. Машина у дверей, – объявил мистер Кэмпион. – Нанесем этому Уорди визит вежливости.

– Только не я, – заерепенился мистер Лагг. – Адрес, если желаете, дам, но с вами не поеду. Это недопустимо для моей репутации. Жизнь – она непредсказуемая. Глядишь, годика через два-три ваш достопочтенный родственник может отправиться в путь, куда уходит вся родня. Вы займете его место, а значит, и мое положение изменится. И каково мне будет, если какая-нибудь горничная, а то и джентльмен, вышедший в люди, вдруг спросит: «А не вас ли, мистер Лагг, я однажды видел в Камден-Тауне?» И что я отвечу?

– Даже если я стану герцогом, ваши шансы сделаться респектабельным человеком невелики, – резко ответил ему мистер Кэмпион. – Во всяком случае, я бы не обольщался. Собирайтесь – и едем.

Властность хозяйского тона заставила мистера Лагга сменить тактику.

– Какой тогда мне смысл стремиться вверх, если вы самолично тащите меня вниз? – с пафосом вопросил он. – Я оставил прежнюю жизнь позади. Забыл о ней. Понятно?

– А сейчас я прошу ненадолго кое-что вспомнить, – безжалостно потребовал мистер Кэмпион. – И не вздумайте испортить мне дело. Когда будете говорить со старым дружком, боже вас упаси пускать ему пыль в глаза своими клубными манерами. Ну же, пошевеливайтесь!

– Это уже чересчур! – взвился мистер Лагг. – Вы сейчас уничтожаете мои амбиции – вот чем вы занимаетесь. Втаптываете в грязь мою страдающую душу… Ладно, я поеду с вами.

Некоторое время они ехали молча, но, когда богатые районы города остались позади и машина влилась в шумный поток разношерстного транспорта, движущегося по обтрепанной Хэмпстед-роуд, угрюмость мистера Лагга начала развеиваться.

– Значит, как в старые времена? – спросил он.

– Нам предстоит одно весьма деликатное дельце, – приняв оливковую ветвь мира, откликнулся Кэмпион. – Как полагаете, ваш друг Уорди согласится выдать заказчика, если тот уже мертв?

– Уорди не из болтливых, – ответил Лагг, явно вспоминая прошлые времена. – За так ничего не делает и в кредит тоже. Даже слова такого не знает. Но мы попробуем к нему подобраться. Только учтите, я его лет десять не видел.

– С тех пор, когда были шустрым парнишкой, – сухо заметил мистер Кэмпион.

– Одним из шустрых парнишек, – уточнил мистер Лагг, все более оживляясь от воспоминаний. – Старина Уорди свое дело знал. Принесешь ему оттиск, и через некоторое время от него записочка: дескать, готово. Идешь и забираешь ключик, который лучше оригинала. Он и именные таблички на дверь делал, но для другой публики. Один лишь недостаток у него был – медлительность. Боже мой, ну так медленно работал! Постоянно делал фальшивые монеты, отчего времени на честную работу не хватало. Лучше всего ему удавались монеты в полкроны. Варганил их из крышек от сифонов с содовой. Там металл нужного веса.

– Попадался? – вежливо поинтересовался мистер Кэмпион.

– Уорди? Да ни в жисть! Слишком осторожным был. Сам их не сбывал и родственникам не позволял. Обычно продавал оптом кому-нибудь из ребят в «Канаве». Как говорят, мастер на все руки. Удивлен, что он до сих пор продолжает работать, да еще на пришлых… Ну вот, хозяин, почти приехали. Машину лучше поставить в гараж. На улице – не советую. Незачем являться к Уорди так, будто мы миллионеры какие. Мало ли чего он может заподозрить.

Мистер Кэмпион не стал спорить. Остаток пути они проделали пешком. Как бы мистер Лагг ни клялся, что оставил в прошлом мир своей юности, сейчас он с удивительной точностью находил дорогу среди лабиринта похожих улочек.

– Вот и пришли, – объявил мистер Лагг. – Советую выглядеть попроще, но не конченым придурком. А то чего доброго Уорди подумает, что я притащил к нему черт-те кого.

Мистер Кэмпион, который за годы знакомства с Лаггом убедился, что оправдывать ожидания последнего – задача невыполнимая, не стал ничего изображать. Они прошли по узкой пыльной улочке, заваленной бумажными пакетами и кухонными отбросами. Лагг устроил целую пантомиму, вертя головой по сторонам и пытаясь вспомнить, где же находится логово Уорди. Наконец место было узнано.

– Ну, вот и апартаменты мистера Сэмсона! – с театральным изумлением воскликнул он. – Только не знаю, жив ли старик. Заглянем внутрь.

Жилище Уорди Сэмсона поначалу не произвело на Кэмпиона никакого впечатления: узенькая дверь, невзрачное окно… И то и другое невероятно грязные. Но если за дверью, как выяснилось позже, находилось еще более грязное помещение, окно служило витриной, в которой красовался старый железный хлам – от гвоздей до кроватных скоб. Здесь же притулилось объявление о продаже сапожной кожи, с которым соседствовало несколько дешевеньких бритвенных лезвий. Помимо этого, мистер Кэмпион заметил моток проволоки, два больших мотка бечевки и свернутую в тугое кольцо очень толстую резинку. К ней крепилась бумажка с надписью: «Для рогаток». Последнее слово было слегка зачеркнуто, и поверх него шла вихляющая карандашная надпись: «моделей самолетов».

С невозмутимостью бродяги, заметившего полицейского, мистер Лагг качнул плечом, подавая мистеру Кэмпиону знак следовать за ним, после чего толкнул дверь и вошел.

Глаза не сразу привыкли к темноте. Еще какое-то время понадобилось носам, чтобы освоиться с «упоительной» смесью запахов ржавчины, кожи и ирландского рагу. Кэмпион чувствовал, что его ноги утопают в пыли и железных опилках.

В глубине что-то зашевелилось, послышалось сопение, и к ним неспешной походкой вышел вертлявый молодой человек с бледным недоумевающим лицом и неопрятными светлыми волосами.

– Никак заведение сменило хозяина? – выказал удивление мистер Лагг. – Я пришел проведать моего старого друга мистера Сэмсона.

Молодой человек окинул Лагга взглядом от носков ботинок до верхушки шляпы.

– Из старой бригады будете? – нагловатым тоном осведомился он, оценивающе буравя посетителя прищуренными голубыми глазами.

Вопрос на какое-то время вышиб мистера Лагга из равновесия.

– Эй, ты на что намекаешь?! – Он угрожающе шагнул к парню. – Когда мне понадобится мнение сопливого губошлепа, я об этом скажу.

При всем стремлении соответствовать мягким манерам, принятым в высшем обществе, мистер Лагг по-прежнему оставался сильным противником. К тому же он был не один.

Молодой человек пошел на попятную.

– Дед у себя, – сказал он. – Если скажете, как вас зовут, я схожу и спрошу, помнит ли он вас.

– Дед? – переспросил мистер Лагг, и на его крупном белом лице появилась тошнотворно-сентиментальная улыбка. – Никак ты – малыш Элфи? Неужели тот самый Элфи, который скакал у меня на коленях?

– Чарли, – равнодушно поправил парень.

– Чарли? Вот оно что! Сынуля Роузи. Малышки Роузи. Как поживает твоя мамочка?

– Не видел ее с тех пор, как она сбежала с полицейским, – беспечно ответил Чарли, и эта наплевательская манера задевала еще сильнее, чем возмущение и упреки. – Пойду к деду. Так как вас звать-то?

– Просто скажи, что Маггерс пришел.

Мистер Кэмпион уж и не помнил, когда в последний раз видел своего слугу таким довольным собой.

– Мне пойти с тобой? – спросил Лагг.

– Нет. Обождите здесь, – бросил Чарли, к которому вернулась прежняя вертлявость, после чего исчез.

– Помню, когда он родился, – по-отцовски, с неизъяснимой гордостью сообщил мистер Лагг. – Слышали, как он меня назвал? «Старой бригадой»! Сразу смекнул, что я за ключом пришел. Его-то дружки уже газовыми резаками орудуют. Опасная штукенция. Когда эти диковинки появились в продаже, я понял, что мое время кончилось.

– Он вас ждет. Проходите, – послышался из темноты голос Чарли.

Сам он не появился, и им пришлось почти ощупью двигаться на его голос. Они миновали гостиную, где тоже ощущалось присутствие опилок, скопившихся за многие годы, и где, скорее всего, и готовилось ирландское рагу, и вышли на неожиданно яркий дневной свет. Дальнейший путь лежал через неописуемо грязный крохотный дворик, оканчивающийся навесом, крышу которого украшали старые велосипедные шины.

Под навесом, на скамейке у верстака, сидел крупный старик с непроницаемым лицом, совершенно лысый, одетый в необычайно просторную рубашку и на удивление тесные брюки, о первоначальном цвете которых можно было только догадываться. Его круглое лицо одновременно выражало кротость, хитрость и безмятежность уровня Будды.

– Уорди! – воскликнул восхищенный мистер Лагг и невпопад добавил: – Я уж думал, что ты помер.

Старик загадочно улыбнулся и протянул руку. Мистеру Кэмпиону подумалось, что он глухой.

– Добрый день, джентльмены, – поздоровался Уорди хриплым голосом.

Покинув Кэмпиона, Лагг обошел верстак и сел рядом с Уорди.

– Уорди, я – Маггерс, – сказал он, приобнимая старика за плечи. – Ты же меня помнишь? Я – тот парень, что ухаживал за твоей второй дочкой. За той, что умерла. Вот пришел тебя проведать.

– Лагг, – вдруг проговорил старик. – Молодой Лагг.

Они снова пожали друг другу руки: торжественно и с большим чувством.

– Ты меня слышишь? – спросил мистер Лагг, крича старику прямо в его большое ухо.

– Само собой, – ответил Уорди. – С первой минуты. Только не знал, кто пришел. А это дружок твой будет?

– Да. Парень у меня на подхвате, – не моргнув глазом, ляпнул мистер Лагг. – Ты же меня знаешь, Уорди: я кого попало к тебе не приведу. Нам с моим парнишкой нужна твоя помощь.

Он с важным видом посмотрел на мистера Кэмпиона:

– Берт, расскажи ему сам.

Мистер Кэмпион постарался максимально сжато и понятно изложить суть дела.

– Это касается одного ключа, – сказал он. – Мы с Лаггом подумали: может, вы нам что-то расскажете. Это было в четверг, двадцать восьмого января. К вам приходил человек за ключом. Конечно, это было давно. Но вдруг вы помните? Такой хорошо одетый мужчина, лет около пятидесяти, волосы темные и речь правильная.

Уорди Сэмсон покачал большой круглой головой.

– Ничего про ключи не знаю, – заявил он. – Мы ими не торгуем.

Лагг неестественно расхохотался:

– Ты, поди, Берта за сыщика принял! В яблочко попал! Старина Берт этим и промышляет! Парням потом расскажу, как ты его вычислил!

Воспаленные, слезящиеся глаза Уорди беспокойно забегали.

– Ничего не могу сказать про ключ. Знать не знаю.

Мистер Кэмпион пошел на риск.

– Мне нужны сведения, так сказать, в частном порядке, – заверил он. – Я охотно за них заплачу и дам любые угодные вам гарантии, что больше никто и никогда вас об этом спрашивать не станет. Я детектив, но не из полиции. Мне совершенно нет дела до того, чем вы тут занимаетесь. Я всего-навсего хочу, чтобы вы рассказали, как выглядел ключ, который заказывал упомянутый человек. А еще лучше увидеть оттиск ключа. Это все, что мне нужно. Когда я уйду из вашей мастерской, можете клясться чем угодно, что в глаза меня не видели. И Лагг будет отрицать, что вообще был у вас.

Пока Кэмпион говорил, Уорди внимательно за ним наблюдал. Похоже, слова «Берта» подействовали на старика нужным образом.

– Какое число ты назвал, милок? Двадцать восьмое января? Помню, в газетках писали про одного джентльмена. Окочурился он аккурат в тот день. Не им ли интересуешься?

– Ну прямо в точку попал! – обрадовался мистер Лагг. – Теперь ты понимаешь, что к чему. Мы кто? Просто двое ребят, что заглянули к старому другу за помощью. А что касается того джентльмена, больше он у тебя ничего не закажет, поскольку теперь в ящике лежит. Догадываешься в каком?

Похоже, мистер Сэмсон решил, что с его гостями можно иметь дело, однако сохранял привычную осторожность.

– Я ему письмецо послал. Сообщил, что заказ готов. Он мигом прискакал. Сказал, что письмо сжег, чтоб хвостов не оставалось.

Старик вопросительно посмотрел на Кэмпиона, и тот утвердительно кивнул:

– Так оно и было. О том, что он появлялся у вас, мы узнали случайно. Оттиск, надо понимать, вы уничтожили?

Уорди кивнул и некоторое время решал, как поступить. Потом, с почти отеческой симпатией взглянув на Лагга, выдвинул ящичек под верстаком и, порывшись внутри, достал большой, старомодного вида ключ, который выложил на верстак перед Кэмпионом. Затем старик снова запустил руку в ящичек и извлек грязный конверт, прочитав почти по складам:

– «Пол Бранд. Хорсколлар-Ярд, двадцать три, Холборн, Западный центральный почтовый округ, первая часть».

Мистер Кэмпион взял ключ, и довольный Лагг тут же спровадил хозяина из-под навеса:

– Во дворе обожди. Мы с Уорди меж собой все обсудим.

Мистер Кэмпион довольно долго прождал на грязном дворике. Наконец появился Лагг.

– Три фунта десять шиллингов. Знаю, что Уорди заломил изрядно, но за такие удовольствия надо платить.

Мистер Кэмпион безропотно отсчитал деньги, затем они с Лаггом и ключом, надежно убранным в карман, вернулись в гараж, где оставили машину. Когда «лагонда» вывернула на Хэмпстед-роуд, Кэмпион получил тычок локтем в бок.

– Возвращаю вам тридцать пять шиллингов, – сказал Лагг. – Поторговался с Уорди. Даже цапнулись напоследок. Каким он был, таким и остался: честности ни на грош. Всегда любил навариться на других.