Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 250 (всего у книги 341 страниц)

Глава 17
Мистер Кэмпион выстраивает версию защиты

Ричи стоял в громадном вестибюле Олд-Бейли, отделанном разноцветным мрамором. Здесь пахло как в публичной библиотеке. Вестибюль был полон. Сбившись в кучки, люди возбужденно переговаривались, проявляя то особое беспокойство, какое почти всегда приберегается для обсуждения чужих бед. Мистера Кэмпиона он заметил, лишь когда тот взял его за рукав и отвел в сторону.

Ричи был явно ошеломлен и подавлен утренним заседанием, и усталому, невыспавшемуся Кэмпиону понадобилось какое-то время, прежде чем он сумел завладеть вниманием собеседника.

– Сегодня здесь больше не будет ничего интересного, – медленно, с упором на каждом слове, повторил Кэмпион. – Я прошу вас отправиться со мной. Мне нужна ваша помощь. Это важно.

– Вы предлагаете мне покинуть зал суда? – удивленно заморгал Ричи.

– Да, если вы соблаговолите мне помочь, – с ангельским терпением ответил мистер Кэмпион. – Я переговорил с сэром Александром. О Джине позаботится мисс Керли. Так вы согласны?

Свежий воздух Ньюгейт-стрит, а может, сладостная свобода, обитавшая за стенами суда, вновь сделали Ричи разговорчивым.

– Кэмпион, это просто ужасно! – выкрикивал Ричи, шагая к стоянке машин. – Отвратительно! Какой-то непотребный маскарад. Сиденья похожи на ящики. Вся эта судейская публика в разноцветных одеждах, и полицейские для острастки. Какое-то безудержное шутовство, только мне не до смеха. Майк поседел. Представляете? Поседел! А двое джентльменов в красивых мантиях вершат его судьбу. Как в игре… правила… места для фигур. Я еле на ногах держусь. Тошнит. Боялся, что меня вывернет на это мраморное великолепие. Кэмпион, мне страшно.

Молодой человек в роговых очках молчал. То, что он задумал, имело весьма деликатное свойство и требовало посторонней помощи. И сейчас он понимал: лучше всего позволить Ричи выговориться и самостоятельно восстановить изрядно поколебавшееся умственное равновесие.

Они сели в машину, дожидаясь просвета в вялом потоке уличного движения. Ричи вздохнул и содрогнулся всем телом.

– Будто сон, – пробормотал он. – И абсурдно, как сон. Кэмпион, они его повесят. Этот сладкоголосый тип умнее кузена Александра. Он все повернет в сторону обвинения.

Поездка благотворно действовала на Ричи, и к моменту, когда они свернули на Ладгейт-Хилл, он более или менее пришел в себя. Теперь можно было рассказать ему о замысле.

– Вы ведь хорошо знаете миссис Пил? – спросил Кэмпион.

– Экономку Джона? Знаю ее уйму лет. Милая старушенция. А почему вы спрашиваете?

– Возможно, она и милая старушенция, но я ей не понравился, – горестно признался Кэмпион. – Оставить меня в хозяйской квартире она не решилась. Боится, что я украду часы из позолоченной бронзы с фарфоровым циферблатом. Потому я поехал в Олд-Бейли за вами. – Кэмпион умолк и сосредоточился на управлении автомобилем, раздумывая, как Ричи отнесется к предложению и не заподозрит ли подвоха.

Похоже, Ричи сейчас вообще было не до подозрений. Он молча согласился. За остаток пути никто из них больше не произнес ни слова. Утро сменилось теплым, солнечным днем. Хорсколлар-Ярд выглядела пустынной. Таким же был и дом № 21. В соседнем, несмотря на рабочий день, жизнь еле теплилась. Вывеска с изображением золотого колчана грустно покачивалась на легком ветерке.

Мистер Кэмпион выскочил из машины и помог выбраться Ричи, которому было не совладать с ручкой дверцы.

– Миссис Пил не доверяет мне по двум диаметрально противоположным причинам, – возобновил разговор Кэмпион. – По первой она считает меня вором, а по второй – полицейским в штатском. Я прошу вас пойти со мной и развеять ее заблуждения. Справитесь?

– Она милая, разумная женщина, – сказал Ричи, не давая прямого ответа. – Добрая. Мне она всегда нравилась.

Через несколько минут они уже стояли перед экономкой в мрачной прихожей квартиры Джона. Она смотрела на них сердитыми черными глазками, чем-то похожая на старого жука, которого неожиданно потревожили в его дупле.

– Вернуться изволили? – резким, неприятным голосом спросила экономка у мистера Кэмпиона, и он невольно ощутил стыд, который эта женщина намеревалась в нем пробудить.

Минуту или две Ричи беспомощно смотрел на миссис Пил, затем либо случайно, либо умышленно применил ловкий трюк.

– Пили, нам бы перекусить. Ничего существенного… что найдется… хлеб с маслом… Все, что подадите, – пробормотал он. – Мы с Кэмпионом устали, проголодались и хотим немного посидеть.

Ворча себе под нос, миссис Пил повела их в столовую. Ее платье из коричневой саржи приподнималось при ходьбе, обнажая непривлекательного вида лодыжки, но ее редкие волосы были расчесаны и уложены с аккуратностью, предполагавшей, что каждая прядь знает свою задачу и в случае необходимости постарается компенсировать скудность соседних.

Гости расположились за массивным столом красного дерева. Хотя комната и именовалась столовой, вдоль стен тянулись стеллажи с книгами. Из-за плотных штор и полуопущенных жалюзи, здесь было довольно сумрачно. Пока дожидались угощения, мистер Барнабас произнес весьма любопытные фразы:

– Кэмпион, прошу заранее извинить за еду. Знаю ваши чувства. Но это неистребимый предрассудок. С ним ничего не поделаешь.

Мистер Кэмпион удивленно вскинул брови. Привычное отсутствующее выражение на его лице сменилось пристальным взглядом, брошенным в сторону Ричи. Но тот больше ничего не сказал, а молча встал со стула и открыл окно, которое вернувшаяся миссис Пил тут же закрыла. Экономка принесла им хлеб, масло, сыр горгонзола и по чашке жиденького невкусного какао.

– Уму непостижимо, чтобы двое взрослых мужчин, у которых в кармане водятся деньги, в таком большом городе не нашли себе места, где можно поесть, – сердито заметила она, но при этом смотрела только на Ричи.

Мистер Кэмпион с облегчением подумал, что принят в этом доме, хотя и без радушия.

Он даже съел отвратительное угощение. Миссис Пил относилась к нему как к шестилетнему мальчишке и сама намазывала хлеб маслом и нареза́ла мелкими кусочками пахучий сыр.

– Мы были на суде, – пробубнил Ричи, глотая водянистое какао.

Миссис Пил издала негодующий звук, похожий на гудок французского паровоза.

– Откуда они взяли убийство! Отродясь не слыхала большей глупости. Это был несчастный случай. Мистер Джон сам мне все рассказал.

– Значит, вечером, когда это произошло, вы находились здесь? – рискнул спросить мистер Кэмпион.

Женщина повернулась и уставилась на него.

– Ну и вопросы вы задаете! – возмутилась она. – Разумеется, здесь. А вы на что намекаете? Что я ходила в контору открывать там газ? Нет, я весь день пробыла в квартире. В четыре часа начала готовить мистеру Джону одежду. В половине шестого он пришел. Я ушла к себе в комнату, но дверь не закрывала, чтобы услышать, когда позовет.

– И он вас позвал? – спросил мистер Кэмпион, лицо которого выражало вежливый интерес.

– Ясное дело, позвал, – раздраженно ответила экономка. – Если бы мистер Джон вдруг оделся сам, я бы подумала, что он заболел. Он велел мне наполнить ванну, а когда она наполнилась, я ему об этом сказала и снова ушла к себе.

Кэмпион тщательно обдумывал новый вопрос, как вдруг миссис Пил заговорила сама.

– Убийство было не единственным происшествием в тот вечер, – сказала она тоном человека, явившегося сообщить о реальной беде тем, кто горячо обсуждал беды воображаемые. – Я постучалась в дверь спальни мистера Джона и сказала, что ванна готова, но он меня не услышал. Я подумала: «Наверное, уже залез в воду». А оказалось – он из комнаты не выходил. Задремал, видать. Потом, где-то без четверти семь, слышу, как он вышел из ванной весь сердитый. Оказывается, пошел проверить воду, а та остыла. Пришлось наполнять заново. Часов в семь мистер Джон наконец залез в ванну. Спокойно, без спешки. Наверное, случись в доме пожар, он и тогда бы не спешил. Без четверти восемь он поехал на свой обед: одетый, как полагается, но небритый. Видно, не успел. Я позже зашла в ванную. Помазок был сухой. Вот вам наглядный пример того, как случаются разные происшествия.

– Да, – с неуместной торжественностью произнес мистер Кэмпион. – Именно так они и случаются.

– Вот-вот, – кивнула миссис Пил и принялась шумно собирать посуду.

Мистер Кэмпион встал.

– А где у вас ванная? – спросил он.

Экономка устремила на гостя негодующий взгляд. Брови на морщинистом лице изогнулись под острым углом, а само лицо, вслед за шеей, начало наливаться краской.

– Ну и дела! – наконец процедила она. – Немыслимо… Ладно, раз уж вам приспичило… вторая дверь по коридору. Там есть чистое полотенце.

Через несколько минут, когда Ричи заглянул в старомодную ванную комнату с большой медной газовой колонкой и огромной старинной ванной, он застал мистера Кэмпиона высунувшимся из окна. Услышав шаги, Кэмпион отошел и выпрямился. Ричи занял его место.

По стене элегантного старого дома тянулась убогая пожарная лестница, железная площадка которой, выкрашенная в зеленый цвет, находилась двумя футами ниже оконного козырька. Ричи осмотрел лестницу, затем отошел от окна. Они с мистером Кэмпионом переглянулись.

– Надо поговорить, – тихо, но настойчиво произнес Ричи. – Идемте вниз.

Миссис Пил не скрывала, что рада окончанию их визита, если это действительно конец, в чем она очень сомневалась. Экономка не преминула поделиться с ними своим жизненным опытом, назвав стремление угоститься на халяву весьма распространенным явлением. Но мистеру Ричи, как родственнику мистера Джона, она не смела отказать в чашке какао. Пожелав им очень удачного дня, миссис Пил облегченно захлопнула дверь.

Ричи повел Кэмпиона на первый этаж и открыл квартиру Майка.

– Майк дал мне ключ, – пояснил он, заметив недоумение Кэмпиона. – Надо же было передать ему одежду, когда его арестовали. Он не станет возражать, если мы немного посидим в его жилище. Хороший он парень, Майк. Но надо же, поседел, бедняга.

В гостиной Ричи усадил Кэмпиона в пыльное кресло, хорошо знакомое обоим, а сам уселся на край стола, свесив длинные руки и настороженно запрокинув лохматую голову.

– Уже знаете? – беспокойным тоном спросил он, и Кэмпиона в который раз удивило его по-собачьи пытливое выражение лица. – Выяснили?

– Думаю, что да, – со вздохом ответил мистер Кэмпион.

– Значит, рукопись «Жуира» – всего лишь копия?

Хотя фраза и звучала вопросом, Ричи почти не сомневался в ответе. Кэмпион недоумевал, каким непостижимым образом проницательность уживается в этом человеке с детским простодушием.

– По мнению экспертов, содержание рукописи вполне может быть подлинным, но сама она отнюдь не оригинал. Вероятно, эту копию сделали во второй половине прошлого века.

– Дядюшка Джекоби, – с легкой иронией заметил Ричи. – У всех ханжески благочестивых людей Викторианской эпохи обязательно найдется какая-нибудь грязная тайна. Наверное, заказал себе копию для приватного, так сказать, чтения. Очень-очень на него похоже. Странный был старик. Так что же произошло с Полом?

Мистер Кэмпион откинулся на спинку стула. Вид у него был усталый, но глаза оставались ясными и цепкими.

– Пол был слишком напористым, – сказал он и извиняющимся тоном добавил: – Вам придется меня простить за длинный рассказ, но я узнавал эту историю, так сказать, шиворот-навыворот.

– Хорошо. Тогда рассказывайте с самого конца.

– В том-то и беда, что конца я не знаю, – отозвался мистер Кэмпион.

Ричи сидел молча, ожидая, когда тот продолжит рассказ.

– Пол стал головной болью фирмы с тех пор, как четыре года назад вернулся из Америки, – начал Кэмпион. – В то время он, похоже, действовал на нервы большинству людей в издательском мире. Потом у него появилась идея фикс показать рукопись «Жуира» на выставке редких манускриптов. Имелись вполне убедительные причины, почему рукопись нельзя показывать там, где излишне любопытные люди могут задавать неудобные вопросы о возрасте бумаги, качестве чернил, не говоря уже о подлинности почерка. Его замысел не удался, однако Пол не успокоился. Любопытства и упрямства ему было не занимать. У него зародилась мысль, что с этой драгоценной рукописью не все так гладко, как повествует семейная легенда. Он решил проверить это сам. Пол обратился в банк с просьбой выдать рукопись, но вторично потерпел неудачу. Не дав ему даже мельком взглянуть на «Жуира», рукопись заперли в сейф. Не знаю, было ли это сделано со злым умыслом. Однако я склонен так думать. Ключ от сейфа достаточно долго находился в его досягаемости, и Пол сумел сделать оттиск. С того момента за всеми его действиями установилось негласное наблюдение, и особа, следящая за ним, получала небольшое вознаграждение за свои хлопоты.

Мистер Кэмпион сделал паузу. Ричи понимающе кивнул.

– И вот настал день, когда доносчица сообщила о получении Полом некоего письма, приведшего его в возбуждение. Это было письмо от Уорди Сэмсона, которое в равной степени ждали сам Пол и его соглядатаи. Письмо стало сигналом к действию.

Теперь о том, что произошло с Полом. Он вернулся в здание фирмы в начале седьмого, зная, что оно уже закрыто. Войдя туда, он направился к столу мисс Керли за ключом от стальной комнаты. Затем он спустился в подвал и открыл хранилище. Ключ, изготовленный Уорди, прекрасно подошел к сейфу, однако все эти манипуляции с поворотами ключа вперед-назад утомили его. Пол нервничал и был возбужден. Он все-таки сумел открыть дверцу сейфа и в этот момент услышал со стороны двора чьи-то шаги. Я представляю, что идущий намеренно кашлянул. Пол узнал кашель, и ему очень не хотелось, чтобы идущий застал его в стальной комнате. Думаю, Пол вел себя вполне нормально, так, как убийца и предвидел. В отличие от истеричного маньяка Питера Риггета, мистер Бранд не потерял голову и не пошел вразнос.

Внешне казалось, что Ричи слушает с интересом, однако по его виду было трудно понять, улавливает ли он нить этого сложного воссоздания событий.

– Пол заперся изнутри и выключил свет, – продолжал Кэмпион. – Он знал – или думал, будто знает, – что другого ключа от стальной комнаты не существует, и потому считал себя в безопасности. Раз дверь заперта и изнутри не выбивается ни полоски света, никому и в голову не придет, что в стальной комнате кто-то есть.

Пол в темноте отошел от двери и стал ждать, когда тот человек уйдет. Человек зашел в гараж и завел мотор машины. Пол при всем желании не мог выбраться. Я склонен думать, что он решил дождаться ухода того человека. Возможно, Полу казалось, что нежелательный визитер явился вместе с Майком. Какими бы ни были его мысли, он не знал главного: он не догадывался о вентиляционной решетке в противоположной стене, куда через резиновый шланг поступал угарный газ.

Разумеется, он почуял запах выхлопных газов, но поскольку слышал звук работающего мотора, то, скорее всего, подумал, что один из кирпичей в сопредельной стене имеет вентиляционные отверстия, откуда и проникает запах. Особого значения он этому не придал.

Через пять минут Пол почувствовал сонливость и, как мне думается, уселся рядом с сейфом. Еще через пять минут он потерял сознание. А через три четверти часа, когда убийца вернулся и выключил мотор, Пол был мертв.

– Убийца вернулся?

– Да, – подняв глаза на Ричи, ответил мистер Кэмпион. – В промежутке он отправился домой тем же путем, каким пришел к гаражу, обнаружил, что вода в ванне остыла, отчитал экономку, заставил ее снова наполнить ванну, после чего полез мыться. Вымывшись, надел нижнее белье и брюки, скрыв все это под халатом, затем снова вылез из окна ванной на пожарную лестницу, спустился вниз, прошел через дверь в садовой стене, достиг гаража, заглушил мотор и выдернул шланг, который бросил у задней двери подвала. Дома он неспешно оделся и поехал на обед. Вот только времени на бритье ему, к сожалению, не хватило.

Готов держать пари, что он действовал в перчатках, но причиной этого были не отпечатки пальцев, а нежелание запачкать или обжечь руки.

Последовало долгое молчание. Ричи медленно раскачивался взад-вперед.

– Значит, он не дремал у себя в комнате, а торчал у окна, дожидаясь, когда Пол войдет в соседний дом, – наконец проговорил Ричи. – Двор одним концом выходит на улицу, но оттуда никто не разглядел бы, как он лезет по пожарной лестнице. Густой туман держался всю неделю. И все равно, Кэмпион, это рискованно.

– Еще как рискованно! – воскликнул мистер Кэмпион, ожидавший ответа собеседника. – Настолько рискованно, что додуматься до такого мог лишь считающий себя местным богом, а тем более – попытаться это осуществить. Ведь Майк мог вернуться домой раньше, хотя убийца думал, что Майк отправился на ту самую вечеринку. Однако в гараж мог войти кто угодно и проверить, почему там стоит пустая машина с работающим двигателем. В конце концов, мог и дежурный полицейский наведаться… И потом, события могли повернуться по-иному. Пол мог в самом начале выбраться из стальной комнаты и поинтересоваться, что за чертовщина происходит.

– Это не играло для него никакой роли, – вздохнул Ричи, имея в виду убийцу. – Он бы все равно выиграл. Сказал бы Полу: «Не лезь не в свое дело». И Пол ушел бы. Сильная личность… строгий, сами знаете… властный.

Мистер Кэмпион оставался задумчивым.

– Думаю, в воскресенье, отправив Майка в стальную комнату, убийца с нетерпением ожидал, когда тот вернется, – тихо продолжил он. – Он послал Майка за папкой в расчете, что Майк обнаружит дверь запертой, а ключ – отсутствующим на обычном месте. Поднимется шум, который приведет к находке тела. Если бы Майк обнаружил мертвого Пола, это был бы, как говорят в шахматах, слабый ход. Однако дальнейшее развитие событий существенно все осложнило. Майк трупа не увидел и как ни в чем не бывало вернулся обратно. Представляю, как тогда задергался убийца! Пришлось ему, где-то поздней ночью, самому спускаться в стальную комнату, перетаскивать тело поближе к двери и укладывать рядом шляпу. Словом, готовить сцену, какую застала мисс Марчант утром понедельника. Убийца не мог оставить ключ изнутри и потому вернул на место, повесив на крючок под столом мисс Керли.

Это преступление – из категории безумных; настолько безумное, что оно удалось. Но удалось из-за умственного склада преступника. Все убийцы немного сумасшедшие. Те, кому сходят с рук самые немыслимые злодеяния, никогда не оглядываются по сторонам, а идут напролом к своей цели, словно зашоренные лошади. Примерно так же ведет себя пьяный, вылезший из окна на стенной карниз. Ему нужно попасть в соседнее окно, он нашел кратчайший путь туда и на пропасть глубиною в десять этажей не обращает никакого внимания.

– Джон… – сказал Ричи. – Вполне очевидно.

– Очевидно? – переспросил мистер Кэмпион, в котором пробудилась профессиональная гордость.

– С самого начала, – простодушно ответил Ричи, – Джон всем твердил: «Я знаю, что это несчастный случай». Джон ведь не дурак. У него логический ум. Способен здраво рассуждать, а вот если дело касается его непогрешимости, здесь у него словно мозги отшибает. Если он знал, что это несчастный случай, тогда получается, сам все и устроил. Остальные считали это убийством. Странный тип… сам себе закон. Для Майка это ужасно.

– Не слишком хорошо для Пола, – сухо заметил мистер Кэмпион. – Но сейчас не это главное. Вся беда в том, что я не могу доказать правдивость версии, которую вам изложил. Тут слишком многое зависит от вашей доброй приятельницы миссис Пил. Но даже если уговорить ее подтвердить то же самое под присягой, что нам дадут ее показания? Обвинения против Джона почти столь же серьезны, как обвинения против Майка. Но Майк уже на скамье подсудимых. Полиция не станет рассматривать мою версию. С какой стати им заниматься дополнительной работой?

Ричи долго молчал, а когда посмотрел на собеседника, его кроткие синие глаза потемнели от душевной боли.

– Для Майка это ужасно, – повторил он. – Арестовали, продержали в тюрьме, а теперь казнят.

– Нет, – торопливо возразил Кэмпион. – Его оправдают. Я в этом уверен. Если бы сомневался – я бы находился не здесь, а в Скотленд-Ярде и делал все, что в моих силах, не боясь выставить себя дураком. Ставлю на оправдательный приговор. В любом случае существует и такой ход, как апелляция. Но я не об этом. К сожалению, в нашем несовершенном мире оправдание не означает, что человек признан невиновным и может смело смотреть в глаза тем, с кем ему жить дальше.

– И что нам делать?

Ричи был готов выполнять его распоряжения, и мистер Кэмпион принял решение. Встав, он подошел к письменному столу Майка.

– Для начала мы оставим послание.

Достав из ящика конверт, Кэмпион адресовал его Джону, сделав короткую приписку: «С поздравлениями от мистера Кэмпиона».

Внутрь он поместил сложенный пополам лист из копии «Жуира» и ключ от сейфа, изъятый у мистера Риггета. Вместе с Ричи они снова поднялись на второй этаж и вручили конверт миссис Пил с просьбой передать хозяину.