Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 317 (всего у книги 341 страниц)

Глава 5

Молодому человеку, маячившему на пороге дома Миллера, было на вид лет двадцать пять – плюс-минус ровесник Финн. Парень был крупным, хотя жира в нем было больше, чем мышц, и, похоже, эта тяжесть давила на него не только физически. В целом безобидный тип, решил Миллер, – из тех, кто в школе водились с хулиганами, при этом не будучи хулиганами сами по себе.

– Я Энди, – представился он, протягивая руку. – Бэгнолл. – Сильный ланкаширский акцент.

Глядя на нервную улыбку, расплывшуюся по мягкому круглому лицу парня, Миллер понял, что ошибся: скорее всего, его гость сам был жертвой травли. Миллер хорошо знал, как это выглядит. В школьную пору его лучший друг Имран частенько становился мишенью для задир. По сей день Миллер жалел, что недостаточно рьяно его защищал.

– Ясно. – Миллер пожал парню руку. – Ну заходи.

Если парень и правда был напуган, как говорила Финн, то уж внешне он всяко не стремился затеряться среди толпы. Бейсболка едва прикрывала выбеленный хвост, а в обтягивающих джинсах и ковбойских сапогах вообще особо не затеряешься. Рубашка на нем была не просто кричащая, а оглушительная, а на джинсовом жилете – Миллер приметил, когда парень проходил мимо него в дом, – красовался огромный вышитый орел в цветах американского флага.

Видно его, наверное, было аж из Хаддерсфилда.

Осмыслив прикид парня, Миллер не мог не заметить и черный портфель, который тот судорожно сжимал в руке. Вспомнив историю, рассказанную Эйкерс несколько часов назад, он начал понимать, отчего Энди Бэгнолл так нервничает. Миллер наблюдал, как тот осторожно поставил портфель на ковер, усевшись на краешек дивана и глубоко вздохнув.

– Чаю хочешь?

– Нет, спасибо. – Парень уставился на вольер, занимавший почти половину гостиной Миллера. Фред стояла на задних лапках, просунув нос между прутьями, а Джинджер носилась в колесе. – Крысы, – прокомментировал Энди. – Классные…

Миллер сел напротив.

– Согласен. Правда, не все так считают.

– Помните старую песню Майкла Джексона “Бен”? Она ведь про крысу, вы знали? Кажется, из какого-то фильма. Это когда он еще был нормальным, до всей этой пластики.

– И до истории с детьми.

– Так вы это… отчим Финн или как?

– Или как, – ответил Миллер. Он посмотрел на портфель, затем проследил направленный туда же взгляд Энди. Очевидно, парень пришел поговорить именно о нем, но Миллер чувствовал, что к этому разговору надо подходить постепенно. – Финн, верно, рассказала тебе, какой я первоклассный детектив…

– Ну, она просто сказала, что вы детектив.

– Значит, ты не удивишься, если я скажу, что у меня сложилось четкое впечатление – ты фанат всего американского. Бейсбол, пончики и все такое.

– Да, обожаю. Ну, то есть, не всё, конечно.

– Это верно, – сказал Миллер. – Бекон у них никудышный, и сыр тоже. И шоколад делать не умеют, как и ириски, кстати. Так что тебе там больше всего нравится?

Энди слегка смутился.

– Если честно, я там никогда не был. Хочу, конечно… вот накоплю денег…

Он бросил взгляд на портфель, который, как догадался Миллер, был последней в длинной череде неудачных попыток собрать деньги на билет за океан.

– Ну ладно, давай поговорим о…

– Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго… – Энди подался вперед, загораясь энтузиазмом и загибая пальцы, перечисляя места, которые хотел посетить. – Детройт, Майами, Сан-Франциско, конечно – там же Сэм Спейд работает. Все места, которые я в кино видел или о которых в книжках читал.

– А что читаешь?

– Про преступления и копов, ну знаете… триллеры! – Энди уже как следует разошелся. – Серийные убийцы, гангстеры, шпионы – что угодно. Мне без разницы, лишь бы действие происходило в Америке – со всеми этими американскими машинами, оружием, едой и прочим. Только уютные детективы не очень люблю.

– Уютные – это с пирожками и тапочками?

– С кошками, библиотеками, викариями и все такое. Мне больше по душе убийства и хаос.

– Ясно…

– А вы читаете?

– Ну, не то чтобы. – Миллер счел, что упоминать “Зачем ходить, если можно танцевать квикстеп? Дневник практики бальных и латиноамериканских танцев” упоминать не стоит. – Хотя мне понравилась та книга про девушку в поезде. Как ее?..

– “Девушка в поезде”.

– Точно. Вообще-то ее жена читала, но звучало неплохо… но ты ведь пришел не на создание книжного клуба меня подбивать, так что давай поговорим о портфеле. – Миллер кивнул на кейс. – Это из-за него ты так напуган, верно?

Энди откинулся назад и прикрыл глаза. Казалось, его энтузиазм по поводу книжных преступлений ненадолго отвлек его от неприятных последствий реальных. Он тяжело сглотнул, и, хотя Миллер видел, что тот пытался не подавать виду, живое воображение парня явно рисовало возможные последствия.

– Ну да… немного нервничаю, это точно.

– Приятель твой знает, что ты здесь?

Энди шмыгнул носом.

– Какой приятель?

Миллер вздохнул.

– Да ладно, парень. Я знаю, что вас двое было на станции, так что не будем терять время. Как его зовут?

Энди подумал, потом покачал головой.

– Я все-таки не хочу его сдавать. Ну, если можно. В смысле, какая разница?

Не зная, с чем имеет дело, Миллер не мог ответить на этот вопрос, но решил пока эту тему оставить. Он снова посмотрел на портфель, заметил вмятину в углу, которая, как он знал, соответствовала вмятине на голове Уэйна Катлера.

– Из-за этого ты так переживаешь? Из-за того типа, которому ты проломил голову на станции? – Миллер не хотел пугать парня еще больше, поэтому не стал упоминать имя пострадавшего. Или предупреждать о неприятностях, которые обычно случались с теми, кто переходил ему дорогу.

– Дело не в этом, – сказал Энди. – К тому же, это не я ударил того парня по голове, это был Джи…

Парень успел вовремя одернуть себя, но почти выдал имя своего приятеля. Всего один слог. Значит, скорее всего, его напарника звали Джимми. Джеймс…

– Дело не в портфеле, а в том, что внутри. – Энди снова сглотнул и сморщился. Вжался в диван. – Лучше посмотрите сами.

Миллер потянулся за портфелем и сел обратно, положив его на колени.

– Должен предупредить, – сказал Энди. – Там довольно мерзко. Так что, это… вы лучше приготовьтесь.

Миллер покачал головой, нащупывая замки.

– Слушай, я полицейский – не хочу показаться высокомерным, но я видал такое, что твои любимые кровавые триллеры по сравнению с этим – детский лепет… – Он открыл портфель. – Твою мать!

– Я же говорил, – сказал Энди.

Миллер изучал содержимое портфеля около минуты, прежде чем осторожно закрыть крышку и поставить его у ног.

– Так…

– И что нам теперь делать?

– Ну, можно дать объявление в раздел находок местной газеты. Знаешь, типа: “Если вам сложно махать друзьям или хлопать в ладоши, у нас может быть пара вещей, которые вам принадлежат”, но я сомневаюсь, что человек, которому это когда-то принадлежало, объявится в ближайшее время.

– Потому что он… мертв?

– Похоже на то, – сказал Миллер.

– Черт возьми…

– А вот тебе нужно отнести этот портфель прямо в полицейский участок. Пойдем, я подброшу.

Энди Бэгнолл вскочил и замотал головой, срываясь на крик:

– Нет, не могу я его отнести! Меня же за что-нибудь посадят, да?

– Просто скажи, что нашел его. Скажи, что твоя собака нашла. У тебя есть собака?

– Мне ни за что не поверят. – Энди метался туда-сюда, уверенно зарабатывая себе гипервентиляцию легких. – Уверен, там найдут, за что меня прижать.

Миллер подумал, что парень, вероятно, прав. На железнодорожной станции есть камеры видеонаблюдения, так что проблем с опознанием не будет, а будет как минимум обвинение в краже. Даже если владелец портфеля исчез и вряд ли выдвинет обвинения.

– Ладно, – сказал он наконец. – Тогда тебе лучше исчезнуть.

Энди остановился и уставился на него. Его руки были сложены, будто в молитве.

– Серьезно?

– Тебя здесь не было, понял?

– Меня здесь не было, ясно. – Энди задумался. – А где я тогда был?

Миллер подтолкнул его к двери.

– Неважно. Просто исчезни. Ах да… Тебя когда-нибудь арестовывали?

– Ну, бывало, по мелочи брали…

– Я говорю о нормальном аресте, – сказал Миллер. – У тебя брали отпечатки пальцев? У тебя весь портфель в них – если совпадут с твоими из базы, я мало чем смогу помочь.

Энди покачал головой.

– Только фотографировали. Но и то понарошку, на “Плеже-бич”. Я ее в бумажник положил. Думал, на девчонок будет производить впечатление.

– И как, производит?

– Не особо, – признался Энди.

Миллер смотрел, как Энди Бэгнолл быстро уходит прочь, остановившись лишь раз, чтобы обернуться и показать большой палец. Миллер вернулся в дом, еще раз взглянул на содержимое портфеля, а затем позвонил Саре Сю.

Голос у той был какой-то рассеянный, и Миллер примерно представлял, что – или кто – ее отвлекает. Сю перекрикивала звуки, похожие на рев трех или четырех реактивных двигателей. Она попросила подождать, пока найдет место потише, каковым, по мнению Миллера, могло быть практически любое другое место. Через минуту он понял, что она, видимо, вышла на улицу. Ему все равно приходилось повышать голос, перекрикивая приглушенный, но монотонный грохот, который теперь периодически прорезал поистине ошеломляющий звук, напоминающий рык агонизирующей овчарки с ларингитом.

Миллер подумал, что это было бы хорошим названием для хэви-метал группы. “Доброго вечера, Блэкпул! Мы – «Ларингитная овчарка». Раз, два, три, четыре…”

Совет Сю в ответ на рассказ Миллера о содержимом портфеля был однозначным и предсказуемым. Она велела ему как можно скорее отправиться в участок и передать портфель в отдел особо тяжких. И удивилась, зачем он вообще спрашивает.

Миллер поблагодарил ее. Она была права, конечно, как обычно.

Он закрыл портфель, поиграл немного с крысами, а потом пошел спать.

Глава 6

Он был рад, что дома никого не оказалось. Так даже лучше. Есть время подумать, спланировать следующий шаг. К тому же, ему вполне нравилось собственное общество. Только он и бутылка “Джека”.

Что может быть лучше?

Всучить портфель копу было умным ходом, но когда бывало иначе? Теперь это проблема копа. Механик свободен как птица. Ну да, возможно, придется уладить кое-что с напарником, но это ерунда. Пора двигаться дальше и ждать следующего дела. Следующей цели. В любом случае, в одиночку работается лучше.

Только он.

И эта… бутылка…

У Бэгнолла зазвонил телефон.

– Твою мать.

Энди отставил бутылку пепси и взглянул на экран. Звонил Кит, что неудивительно, – он названивал, не переставая, еще со вчерашнего вечера. Видимо, с того самого момента, как вернулся и обнаружил пропажу портфеля. Энди догадывался, что Кит сразу примчится за портфелем, поэтому последние сутки практически не заходил домой.

Пока не встретил Финн, которая сказала, что может помочь.

Он дал телефону прозвонить и снова прослушал сообщение, которое Кит оставил несколько часов назад.

“Привет, дружище, это снова Кит. Слушай, я не злюсь из-за того, что ты взял портфель, клянусь, и я понимаю, что ты немного на взводе от всего этого… только не делай глупостей, ладно? Просто успокойся – давай встретимся, выпьем пива или еще чего и все обсудим. Понятно, что нам нужно избавиться от содержимого портфеля, но не от всего, так? Только представь, сколько должны стоить эти кольца. Чертову кучу денег, приятель. Уверен, мы найдем, кому их сбыть, и, естественно, поделим бабки пополам, потому что так будет честно. Верно? Готов поспорить, тебе этого хватит, чтобы добраться до Нью-Йорка или куда ты там хочешь. Даже бизнес-классом, скорее всего. Так что… успокойся, как я и сказал, придержи портфель, пока мы не увидимся, и перезвони мне. Ладно? Позвони, Энди… бога ради…”

Энди положил телефон и откинулся на диван. Ладно, от портфеля он избавился и был почти уверен, что копу можно доверять, раз Финн так сказала, но это не значило, что все резко стало зашибись.

Главное – держаться подальше от Кита. Он ни на секунду не верил, что Кит не злится. Он свистнул портфель, пока Кит ходил за чипсами, так что знал – тот должен был быть в бешенстве. К тому же Энди знал о его вспыльчивости. Он видел, как тот однажды воткнул циркуль в задницу какому-то пацану только за комментарий о том, что Кита будто подстригли в беcплатной парикмахерской, а Киту тогда было всего гребаных двенадцать лет.

Энди не хотел получить циркулем в задницу.

Да и в любое другое место, если на то пошло.

Он встал и принялся расхаживать по комнате, как недавно в гостиной того копа. Меньше всего ему сейчас нужен был еще один приступ паники, поэтому он схватил со стола пустой пакет из-под чипсов и начал в него дышать. За что тут же получил полный рот крошек со вкусом соли и уксуса, так что бросил это дело и просто встал, тяжело дыша и пытаясь сообразить, что делать дальше.

Кит, конечно, знал, где он живет – он достаточно часто тут бывал в отсутствие Натали, – так что разумнее всего было убраться отсюда к чертям. Подумав об этом, он вдруг сообразил, что Кит уже может быть снаружи, поэтому бросился к окну проверить.

Убедившись, что на горизонте чисто, он побежал в спальню и начал закидывать в сумку трусы и носки. Несколько любимых книг. Может, получится перекантоваться пару ночей у Финн, хотя, наверное, лучше вообще свалить из Блэкпула. Правда, он не знал куда – дальше Престона он никогда не выезжал.

Да и денег на дальнюю поездку все равно не хватит…

Он остановился и на мгновение подумал о кольцах в том портфеле и о деньгах, которые, по словам Кита, они могли бы за них выручить, и представил, как самолет приземляется в аэропорту Кеннеди. Вообразил, как он прогуливается по Пятой авеню в солнечный день. Уплетает хот-дог с чили в Центральном парке или показывает свое поддельное полицейское фото какой-нибудь восторженной девчонке, сидя в кабинке слабо освещенного бара с неоновыми вывесками и джазом.

Потом вспомнил восковые мертвые пальцы, на которых эти кольца покоились, и начал кидать вещи в сумку еще быстрее.

Снова остановился, подумав о Натали. Она будет волноваться, когда придет домой и не найдет его. Она всегда о нем беспокоится. Он позвонит ей, как только устроится, даст знать, что с ним все в порядке, но нужно сейчас же сообщить ей, что причин для паники нет. Он побежал обратно в гостиную за ручкой и меню из доставки еды.

Энди закончил собирать сумку и поставил ее у входной двери. Побросал в пластиковый пакет закуски и напитки. Потом сел, перевернул меню и начал торопливо писать записку.

Глава 7

Миллер снял шлем, отцепил эластичные тросы, которыми крепил портфель к мопеду, и неторопливо вошел в участок. Дежурный сержант, заметив, что у Миллера в руках, кивнул, когда тот проходил мимо стойки.

– Кто-то пошел в гору. У тебя бутеры там, что ли, Дек?

– Всего лишь пара отрезанных рук, – сказал Миллер.

Офицер покачал головой, посмеиваясь – экий Миллер шутник.

Реакция Сю, увидевшей ношу Миллера через пару минут, была уже совсем другой. Она вскочила из-за стола, прошла резким шагом через дежурку и вытащила Миллера в коридор.

– Это то, о чем я думаю?

– Зависит от того, о чем ты думаешь, – сказал Миллер. – Тебя иногда сложно понять.

Сю была явно не настроена на шутки.

– Серьезно? Ты обещал принести это вчера вечером.

– Было поздно, – сказал Миллер.

– Было девять.

– Верно, а я обычно к этому времени уже лежу в постели с чашкой теплого молока. У меня даже пижамка была приготовлена. – Он попытался пройти мимо Сю, но та преградила ему путь. – Да ладно, несколько часов ничего не изменят.

Сю, явно считавшая, что еще как изменят, выглядела так, будто готова была вырвать у него портфель и сдать его сама. От неприглядной потасовки их спасло только появление в коридоре инспектора Тима Салливана.

– Отлично, – сказал Салливан. – Вы вместе.

– О, уже сплетни пошли? – ответил Миллер.

– У нас тело в квартире за парком Кингскоут.

– Мертвое? – Он встретил уничижительный взгляд инспектора. – Не надо так злобно смотреть, Тим, я просто уточняю факты.

– Отправляйтесь туда.

– Сию минуту.

Салливан уже тыкал в свой айпад.

– Брифинг проведу после обеда.

– Секундочку! – Миллер поднял портфель. – Только занесу это к себе.

Салливан не заметил гримасы Сю.

– Только быстрее, Миллер.

– Так точно! – Миллер подмигнул Салливану, проходя мимо, и погладил портфель, словно его содержимое было драгоценным. – Сыр с помидорами и черносмородиновый сок, видишь ли.

Небольшая квартира с двумя спальнями на верхнем этаже дома на Нетуэй-роуд. Из окна гостиной открывался вид на весь парк, но те, кто уже работал внутри – полицейский фотограф, группа криминалистов и дежурный патологоанатом – наблюдали куда менее приятную картину. Надевая в коридоре защитные костюмы и готовясь к мрачному зрелищу, Миллер и Сю получали информацию от патрульных, первыми прибывших на место.

– Тело обнаружила его сестра, – сказал один из них. – Она медсестра, работает в ночную в “Вике”. Нашла тело брата, вернувшись с работы утром.

– Естественно, в абсолютно разобранном состоянии, – сказал второй офицер.

– Что… расчлененка? – Миллер изобразил ужас.

– Нет, я про сестру…

Офицер осекся, поняв, что Миллер его разыгрывает, и растерянно посмотрел на напарника. Первый офицер – женщина, уже работавшая с Миллером, – просто вздохнула и покачала головой, прежде чем они отошли.

– С ним в первый раз всегда тяжело, – сказала она. – Потом привыкаешь…

Миллер застегнул молнию и последовал за Сю в квартиру.

Возможно, конечно, что жертва с сестрой были не самыми аккуратными жильцами, но Миллер сомневался, что такой бардак был результатом редкой уборки. Все помещения были полностью разгромлены. Матрасы перевернуты и распороты, ящики опустошены, безделушки разбросаны по полу. Миллер и Сю вернулись в гостиную, где Приша Ачарья, патологоанатом, осматривала тело.

– Ужас, – сказала она.

– В плане тело?

– В плане вообще все.

Жертва лежала на полу перед заваленным на бок диваном, грудь и ноги были усыпаны белым пухом из выпотрошенных диванных подушек. Прозрачный пластиковый пакет был обмотан вокруг головы и затянут ремнем на шее.

– Вероятно, асфиксия, – сказала Ачарья. – Хотя синяков много, так что, похоже, бедняге здорово досталось, прежде чем убийца натянул пакет.

Сю встала рядом с Миллером, глядя на тело. Они едва обменялись словом с момента выхода из участка, но внезапно говорить стало как-то не о чем.

Миллер наклонился, чтобы рассмотреть поближе. Лицо под пластиком уже опухло, но Миллеру не нужно было всматриваться. Он покачал головой:

– Черт возьми…

Сю последовала за ним в коридор и стала смотреть, как он яростно срывает с себя защитный костюм, словно пытаясь разорвать его.

– Думаешь, спугнул грабителя?

Миллер обернулся и уставился на нее.

– О, так ты все-таки со мной разговариваешь? – Заметив, как Сю шокирована, он быстро поднял руку и покачал головой. Он не хотел с ней так резко. – Прости…

– Ничего. – Сю покраснела, пожала плечами и начала снимать свой костюм. – Что…

– Это был не грабитель, – сказал Миллер. – Было бы чертовски проще, будь это так, но это кто-то куда опаснее. Кто-то убил парня просто потому, что захотел, а потом перевернул все вверх дном в поисках чего-то. Чего-то, что он точно не нашел, потому что у парня этого чего-то уже не было.

– Чего не было?

Миллер детским жестом пнул смятый пластиковый костюм у своих ног, но никакая злость и агрессия не могли стереть увиденного из его головы. Это мягкое круглое лицо, эту нервную улыбку.

– “Мне больше по душе убийства и хаос”.

– Жертву зовут Энди Бэгнолл, – сказал Миллер. – Это он вчера принес мне портфель.

Глава 8

Обратно в участок ехали на машине Сю. Она выругалась на водителя фургона с таким же пылом, как один из братьев Гуди, потом спокойно повернулась к Миллеру.

– Так почему ты не сдал портфель вчера вечером? Нет, ну правда…

Она ждала.

Миллер смотрел в окно, жалея, что у него нет ответа, глупого, смешного – любого. Возможно, прошлой ночью у него была какая-то полусырая (и, слава богу, недолговечная) идея использовать портфель как рычаг давления на Уэйна Катлера. Он мог бы явиться к койке Катлера и выжать из него признание, а потом с триумфом прийти в отдел особо тяжких и в одиночку спасти их проваленную операцию. Или мог бы тихонько намекнуть Катлеру, что портфель может “исчезнуть”, если только Катлер прольет свет (хоть какой-нибудь) на то, кто был в ответе за убийство Алекс.

Слава богу, недолговечная…

– Это из-за отдела особо тяжких? Бывшего отдела Алекс?

– Нет, – сказал Миллер. – Какое это имеет отношение к делу?

– Значит, из-за Катлера. Потому что портфель связан с Катлером, а ты все еще веришь, что он причастен к смерти Алекс.

Миллер неопределенно хмыкнул. Нет, Сю, конечно, почти не смеялась над его шутками или не смеялась вовсе, а история с хэви-металом и сексом была откровенно странной, но Миллер должен был признать – она была хороша.

– У тебя ведь уже есть опыт, да?

– В смысле, в качестве первоклассного ловца воров? – Миллер кивнул. – Грозы местного криминала. Как нестандартного, но крайне уважаемого детектива, готового на все ради результата?

Сю бросила на него взгляд.

– Опыт сокрытия улик.

– А, ты об этом… Это только потому, что я должен передавать их “элитному” подразделению, которое якобы расследует убийство Алекс, а они не особо компетентны. Или намеренно некомпетентны, в зависимости от моего настроения.

Когда дело касалось старшего инспектора Линдси Форджем и ее команды бездарей, Миллер метался между едва сдерживаемой яростью и непреодолимым желанием подложить в ящик стола Форджем что-нибудь непотребное.

– Уже больше пяти месяцев прошло, – сказал он. – А у них все еще ни черта нет.

– Тем больше причин передать потенциально полезные улики, казалось бы.

– Да что ты говоришь?

– То и говорю.

– Никто не любит умников, – сказал Миллер.

Миллер рассказал Сю о фотографиях, которые ему прислал человек по имени Гэри Поуп и которые он все еще держал у себя. Поуп – известный всем, кроме матери, как Шахматист – вскоре после этого был убит, застрелен из того же оружия, из которого убили жену Миллера. Но Миллер не рассказал Сю о видео, которое получил несколько дней спустя.

Пока не рассказал, но собирался.

Сама Алекс уже какое-то время настаивала на том, чтобы он это сделал. Бесило при этом то, что Алекс не могла или не хотела отвечать на действительно важные вопросы, вроде того, кем был тот человек на видео или что он, как казалось, передавал ей, но зато ей всегда было что сказать по поводу сокрытия улик, имеющих отношение к расследованию убийства.

Если уж на то пошло, смерть сделала ее еще разговорчивее.

– Ты ведь ей доверяешь? – Алекс тогда стояла у окна гостиной, глядя на море, которое всегда любила (запах, звук, очарование) и в которое Миллер не рискнул бы опустить даже палец ноги (морские гады, риск утонуть, плавающее дерьмо). – Сю?

– Конечно, доверяю.

– И мне доверяешь, верно?..

Сю свернула на набережную, и Миллер уставился на проходящую мимо компанию молодых женщин, шатающихся на каблуках в розовых комбинезонах. Одна была с фатой, а несколько ее сообщниц, петляющих туда-сюда через трамвайные пути, несли надувных овец. То ли девичник, то ли сумасшедшие. Возможно, и то, и другое.

Почему овцы? Невеста за фермера, что ли, выходит? Или за пастуха?

Прежде чем его мысли успели окончательно сойти с рельсов, его отвлекло сообщение на телефоне.

– Но теперь-то ты сдашь портфель, да?

Стремясь ускорить это дело, Сю нажала на клаксон, и одна из женщин позади услужливо помахала овцой.

Миллер прочитал сообщение.

– Потому что, что бы ты ни думал вчера вечером, теперь это связано с расследованием убийства. Это фактически причина убийства, так что…

– Сначала нужно кое-куда заехать, – сказал Миллер.

– Что?

– Нас вызывает Ральф Месси.

– Ну, уж он точно может подождать.

– Вообще-то, думаю, это может быть полезно.

– Каким, на хрен, образом?.. – Сю резко затормозила, когда светофор впереди переключился на красный.

Теперь выругался уже Миллер (весьма изобретательным сочетанием трех разных ругательств), упершись руками в приборную панель. Рассеянно обдумывая перспективу иска в связи с хлыстовой травмой, он передал телефон Сю, чтобы та прочла сообщение от Ральфа Месси.

Был бы крайне признателен, если бы вы заглянули поболтать. Сто лет вас не видел, и уверен, вам это будет выгодно. Знаю, вы должно быть заняты, вам всякие раПОРТы писать, но я как раз купил новую ваФЕЛЬницу.

Ральф х