Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 153 (всего у книги 341 страниц)

Глава 5

Пит приложил ко лбу ладонь, защищая глаза от слепящего августовского солнца. Сегодня было жарко – слишком жарко для игр на улице, – но он был слишком взбудоражен, чтобы сетовать на такую мелочь. Старшие сестры редко принимали его в свою компанию. Лори уже исполнилось двенадцать, она почти стала подростком. Эбби было четырнадцать с половиной – она всегда подчеркивала, что именно «с половиной». Питу было всего десять, и его держали за несмышленыша, причем не только сестры, но и родители. Пойти в лес и поиграть с Лори и Эбби без надзора взрослых ему разрешили только этим летом. Ему казалось, что сестры постоянно пропадают в лесу, пускаясь в разные приключения, пока он торчит дома и играет один в крепости в «Солдата Джо». И теперь Питу наконец разрешили пойти с ними. От этого он чувствовал себя не только старше, но и круче, словно теперь входит в какой-то клуб для «старших детей» и попал туда только потому, что за него поручились сестры. Единственное, о чем он пожалел, – что не надел обувь и отправился босиком. По лесным тропам было не так легко ступать, как по лужайке.

Журчание воды Пит услышал раньше, чем увидел ручей. Сперва он принял шум за проезжающие мимо машины, но дорога была далеко, они ведь забрались глубоко в лес. Он шел за сестрами не оглядываясь – а теперь, когда обернулся, по телу пробежали мурашки, порождая первые уколы страха.

– Идем, Пит.

Он вынырнул из своих мыслей и понял, что остановился. Эбби звала его, стоя дальше по тропинке. За последний год она сильно вытянулась, и долговязая фигура смотрелась почти карикатурно, когда сестра раскидывала руки в стороны, балансируя на камнях. Она улыбнулась, и на солнце блеснули брекеты, а подол короткой рубашки распахнулся, обнажая мягкую белую плоть живота. Пит улыбнулся в ответ, видя, как заметался сестрин конский хвост, когда она покачала головой.

– Шевели задницей, – сказала Эбби. – Мы почти на месте.

Пит не знал, что значит «на месте» и что их там ждет, но точно знал, что ему не терпится туда попасть. Сестры столько рассказывали ему о лесе. Для него это было место безграничных возможностей, словно в сказке. Теперь, услышав журчание ручья, он понял, что любопытство взяло верх над страхом, а сердце забилось быстрее.

– Иду! – ответил Пит, ускоряя шаг.

Эбби спрыгнула с камней и побежала по траве, догоняя сестру. Лори шла себе и шла, никого не дожидаясь. Порой с ней такое бывало. Эбби нравилась Питу больше, в том числе и поэтому. Лори почти все время была нормальной, но порой ее перемыкало, и она без всякой причины становилась холодна с Питом. К тому же она была далеко не такой веселой и популярной, как Эбби. У Эбби было много друзей, и она всегда находилась в центре внимания. Лори же, кажется, напротив, сторонилась толпы. Она не была изгоем, у нее имелись свои друзья, но Лори, похоже, ценила их меньше. Как и они ее.

Друзья Пита значили для него все. Он хотел нравиться всем. Он хотел быть популярным. И Лори он все-таки любил, но к Эбби испытывал нечто большее: он хотел быть таким же, как она. Она была самой крутой из всех, кого Пит знал, и он почитал за счастье родиться ее братом. И теперь он знакомился с другими уголками ее невероятного мира.

Пит последовал за ней по тропе, отмахиваясь от комаров и слизывая с верхней губы пот. Эбби перелезла через преграждавшее тропу поваленное дерево, Пит же предпочел проползти под ним. Вот он и догнал ее. Хихикая, Эбби припустила трусцой, и Пит не мог не обратить внимание, как подпрыгивает ее маленькая, но уже формирующаяся грудь.

– Ну давайте уже! – позвала Лори из ниоткуда.

Она ушла уже так далеко, что Пит не мог ее видеть. Вот зачем она так рванула вперед? Почему не могла подождать? Его подмывало пожаловаться маме с папой, но он быстро отказался от этой мысли. Так поступил бы только несмышленыш.

Журчание ручья стало громче. Пит почувствовал запах свежести, как зимой на льду. Пройдя через последние кусты, он наконец увидел сестер, стоящих на краю обрыва над ручьем. Последние несколько недель шли проливные дожди, бушевали в достатке летние грозы, и ручей, ставший бурным, почти живым, разбивал свои воды о черные скалы. Лори стояла ближе всех к краю, держа в руках деревяшку, обмотанную зеленой от плесени веревкой. Вся эта конструкция была привязана к ветке красного клена, нависшей над обрывом. Пит медленно подошел к краю и посмотрел вниз. Голова закружилась. Вода казалась такой далекой, словно он смотрел из окна десятиэтажного здания. Он сглотнул и посмотрел на Лори.

– Это тарзанка? – спросил он.

– Ага. – Лори ухмыльнулась. – Что еще это может быть?

– Но она же висит над ручьем!

– Спасибо, кэп.

Лори стояла на деревяшке, зажав веревку между бедер и сжав в кулаках. Пит не глядя теребил пальцы. Хотел крикнуть, чтобы она этого не делала, но в то же время хотел сам все увидеть. Было страшно, но при этом казалось забавным, как русские горки.

– Я следующая, – сказала Эбби.

Она сбросила футболку, под которой неожиданно для Пита оказался топ от бикини. Лори до сих пор была в шортах и футболке с надписью «Новые дети на районе». У нее тоже уже купальник? У Пита под джинсовыми шортами были только белые обтягивающие трусы. Но он купаться не собирался. Как они вообще доберутся до воды?

И тут его осенило.

Они хотят спрыгнуть с тарзанки.

Затея оказалась еще безумнее, чем Пит думал. Он-то предполагал, что они просто перемахнут через ручей, как герои, перепрыгивающие на байке через горящие машины. Ему не хотелось показаться занудой и ломать сестрам кайф, ведь тогда они больше не позовут его с собой в лес.

Но сейчас страх взял верх. Питу часто снились кошмары, и больше всех его пугали те, где он куда-то падал. Он так метался во сне, что частенько сваливался с кровати. И почитал это за благо, ведь, шлепаясь на пол, просыпался. Все лучше, чем увязнуть в дурном сне, где он падает и падает…

– Девчонки, вы спятили, что ли? – спросил он. – Вы же себе ноги переломаете!

Эбби закатила глаза.

– Пити, мы это проворачивали уже, наверное, миллион раз.

– Да, – сказала Лори. – Это весело. Мы сейчас над «чистым» местом, камней внизу нет. Это не опасно, пока идут постоянные дожди и ручей полноводный.

Она отступила, натягивая веревку и готовясь к спуску. Сердце Пита заколотилось. Он шагнул вперед.

– Стой!

Он был уверен, что Лори его проигнорирует. Частенько так и бывало. Но, к его удивлению, сестра остановилась и посмотрела ему в глаза. Улыбнулась даже.

– Все хорошо, Пит. Я серьезно.

Но он попросту отказывался в это верить. Пусть они прыгали в ручей или через ручей раньше – Пит был уверен, что в этот раз беды не миновать. Он подошел к Лори и, взяв ее за руку, стащил с тарзанки. Отвел от обрыва.

– Пит…

– Ты же пострадаешь!

Мимо прошла раздраженная Эбби:

– Пит, ради бога, не будь соплей.

Пит, не привыкший к резкостям от старшей сестры, почувствовал, как в груди что-то давит. Меньше всего на свете он хотел, чтобы его считали малодушной соплей. Это даже хуже, чем клеймо несмышленыша.

Эбби взобралась на тарзанку, не дав ему ни секунды, чтобы ее остановить, и качнулась над шумящей внизу водой. У Пита перехватило дыхание, когда он увидел, как она кружится в небе. Затем Эбби отпустила веревку. Казалось, с секунду она парила в воздухе. А потом рухнула на землю.

Пит и Лори подбежали к краю обрыва. Эбби падала ногами вперед, с криком, но без страха. Когда она ударилась о воду, Пит ахнул. Лори возликовала. Мгновение спустя из ручья показалась голова Эбби. Она смеялась.

– Видишь? – крикнула она. Голос эхом отразился от горных сводов. – Это весело, Пит! Ну, давай же! Ты следующий!

Пит отступил от края. С Эбби все было в порядке, но он по-прежнему тревожился. Тарзанка все еще качалась взад-вперед, словно зловещий маятник.

– Хочешь попробовать? – спросила Лори. – Я подскажу, как прыгнуть с наименьшим риском. Ты должен разжать руки, когда тарзанка дойдет до конца: так ты камни даже не заденешь.

Пит взглянул на сестру. Она смотрела понимающе, участливо – такое бывало редко. Она вдруг напомнила ему мать.

– Ну не знаю…

Снизу раздался голос Эбби:

– Пит! Хватит уже нудеть!

Он шепнул:

– Не думаю, что смогу.

– Хорошо. – Лори положила руку ему на плечо. – Ты не обязан.

У Пита гора с плеч свалилась. Он думал, что девчонки начнут заставлять его вдвоем. Он вспомнил слова отца: «А если бы твои друзья со скалы прыгнули, ты бы тоже прыгнул?» Отец часто это повторял, когда Пит подражал своим одноклассникам, не желая выделяться.

– Пит! Ну хватит! – закричала снизу Эбби.

– Нет! – завопил он. – Не буду я этого делать!

– Лори! Дай ему в зубы тарзанку и столкни вниз!

По спине Пита вновь пробежал холодок. Он посмотрел на Лори, но та явно не собиралась слушать Эбби. Она прикрыла брату рот ладонями.

– Да оставь ты его в покое, Эбби!

– Серьезно? – откликнулась та. – Пора бы ему уже стать мужчиной, не находишь?

– Он все сделает, когда будет готов. Я не собираюсь на него давить!

– Хорошо! Я поднимусь и сама его подтолкну!

– Ты этого не сделаешь!

Эбби не ответила. Услышав, как она выходит из воды, Пит скрестил руки на груди, как бы обнимая сам себя.

– Не переживай, – сказала Лори.

То, что она была на его стороне, придало Питу чуть уверенности. Было странно вот так, хотя бы в этот момент, испытать к Лори больше любви, чем к Эбби. Он был благодарен сестре за поддержку и сделал мысленную пометку: в следующий раз, когда она будет вести себя как тупица, сделать на это скидку.

Эбби поднялась на обрыв быстрее, чем он ожидал.

– Какая же ты сопля! – насмехалась она.

– Оставь его в покое, – сказала Лори. – Не хулигань.

– Эй! Я не хулиганю.

– Тогда не надо себя так вести. Кончай на него давить.

Эбби всплеснула руками:

– Да пожалуйста. Проехали.

По пути домой они не разговаривали.

Глава 6

Мосту не хватало досок, вместо перил – веревки. Но от земли было невысоко. Лори решила, что Эбби справится, но все равно собиралась идти медленно и держаться поближе к ней. Под ними журчал неглубокий ручей, текущий между скал. Он напоминал Лори о том, что она предпочла бы не вспоминать. Ей стало интересно: помнит ли об этом Эбби или ее повредившийся разум милосердно стер неприятные воспоминания?

Гроза закончилась, моросил легкий дождь. В некоторых местах тропинка была широкой, а в некоторых почти заросла. За пятки то и дело цеплялась последняя осенняя поросль. Большей частью тропа шла по ровной местности, и до того им встречались только не слишком крутые холмы. Но впереди тропа вилась в гору. Лори надеялась, что они без труда найдут хижину Эдмунда, иначе Эбби может не справиться.

– Сестрен, мост шаткий.

– Просто держись за веревки и смотри под ноги. Обращай внимание на дыры между досками.

Эбби одной рукой держалась за веревку, а другой – за рюкзак Лори. От журчащего внизу ручья веяло свежестью. Вдохнув аромат мокрых опавших листьев, Лори чуть расслабилась и стала мечтать, как пойдет собирать яблоки. Они с Мэттом любили так делать по осени. Ей стало любопытно, нравится ли такое Эдмунду, но она поняла, что эти мысли ее раздражают, и затрясла головой, отгоняя их. Какая, к черту, разница, любит ли Эдмунд собирать фрукты? Лори хотела знать о нем совсем не это. Кроме того, он был приговорен к пожизненному заключению. Развлечения по осени ему не светят.

Мост под ними затрясся. Сестра захихикала.

– Эбби, хватит подпрыгивать.

Эбби продолжала хихикать, но мост качать перестала. Когда они прошли его, Лори взяла Эбби за руку и помогла ей сойти на землю.

– Мы пришли? – спросила Эбби.

– Пока нет. Хочешь передохнуть?

Глядя себе под ноги, Эбби кивнула. Рот ее был приоткрыт.

– Тогда ладно.

Лори подвела ее к поваленной канадской тсуге[168]168
  Тсуга канадская, она же тсуга восточная – вечнозеленое хвойное дерево семейства сосновых.


[Закрыть], вырвавшей за собой нехилый кусок земли. Голые корни напоминали щупальца кальмара, тянущиеся во все стороны, а вывороченная земля – вход в пещеру. Сестры скинули рюкзаки и уселись на поваленное дерево.

– Хочешь перекусить? – спросила Лори.

– Нет. Лучше дождусь, когда придем в крепость. Там и перекусим. – Эбби открыла поясную сумку и достала кроличью лапку. Потерла ее, внимательно следя, как пальцы скользят по некогда белому меху, который ныне пошел серыми пятнами.

– Почему твой парень к нам не приходит?

Лори удивленно повернулась к сестре, не зная, что ответить.

– Сложно объяснить.

Эбби нахмурилась. Она терпеть не могла сложности.

– Он не хочет со мной знакомиться? – спросила она.

– Нет-нет. – Лори погладила Эбби по спине. – Дело вовсе не в этом.

Эбби взглянула на нее печальными темными глазами.

– Ты не хочешь, чтобы я с ним знакомилась?

– Эбби…

– Ты боишься, что я ему не понравлюсь, а значит, перестанешь нравиться и ты?

– Эбби, ну прекрати уже. Ты ведешь себя глупо. Эдмунд просто сейчас не может уйти оттуда, где находится, такие дела. Понятно?

Эбби по-лягушачьи поджала губы.

– Он в больнице или вроде того?

Лори пожала плечами.

– Вроде того.

– Я не люблю больницы.

– Я знаю.

Эбби провела много месяцев в отделении интенсивной терапии, заново учась ходить или хотя бы с трудом шаркать. Лори никогда не забудет, как сестра терпела неудачу за неудачей, пытаясь вновь научиться двигаться самостоятельно. В кабинете физиотерапии пол был устлан матами, но Эбби кричала так, словно ее убивали. Такого страху натерпелась вместе с родителями. Страха, гнева и горя. Лори боялась, что они уже никогда не станут семьей, как прежде. Со временем опасения подтвердились. Семья дала трещину с той же легкостью, что и кости Эбби.

– Можно мне познакомиться с ним, когда мы вернемся? – спросила Эбби. – Я не люблю больницы, но хочу его увидеть.

Лори эта идея не понравилась.

– Я подумаю, как это организовать.

– Однажды Сестрена выйдет за него. А я буду его подружкой.

Лори хихикнула.

– Подружкой невесты, глупышка. Невесты.

– Это как?

Лори притянула сестру к себе и обняла за плечи.

– Какая же ты дурашка.

Эбби рассмеялась, легко и звонко, как молодая девчушка, бегущая летом по цветущему полю. Она прыгает, парит в воздухе, взмывает в небо, словно развеянный пепел, и навсегда отдает этому моменту свою молодость.

* * *

У Эбби болели ноги. Она старалась идти так, чтобы не напрягать колени, но тогда боль просто уходила в лодыжки. Но она не хотела расстраивать или сердить Сестрену. Она жила в постоянном страхе стать еще худшей сестрой, чем сейчас. Эбби не могла этого сказать или даже понять, но ее не покидало дурное предчувствие, будто бы темно-синий омут сомнений, в который она часто погружалась. А в последнее время этот омут поглощал ее сильнее, чем когда-либо.

У Сестрены новый парень. Это обеспокоило Эбби. Она не могла вспомнить почему, но что-то в наличии у Сестрены парня выворачивало нутро наизнанку. Даже потирая счастливую кроличью лапку, Эбби не могла избавиться от этого ощущения. Парни – это всегда неприятности. Так вот почему Сестрена постоянно твердит, что он ей вовсе не парень? Она просто хочет подбодрить Эбби? Не хочет, чтобы Эбби что-то знала? Да, именно это чувство преследовало ее. Секреты. Дурные секреты. Для Эбби с Сестреной парни не сулили ничего хорошего! Мысли о них заставляли Эбби нервничать, и она безотчетно грызла ногти. Порой Сестрена вынимала пальцы из ее рта и мазала чем-нибудь противным, чтобы Эбби прекратила. Но она все равно грызла ногти. Она была не в силах остановиться.

Раньше возможность побыть подружкой невесты радовала ее, теперь же Эбби вовсе не хотела никакой свадьбы. Если Сестрена выйдет замуж, останется ли у нее любовь и для Эбби? Не захочет ли Сестрена оставить ее и сбежать с парнем? Хотелось порадоваться за Сестрену, ведь любовь – это огромное счастье. Но сейчас они находились в лесу, довольно жутком лесу. Он нашептывал ужасы о Сестрене и парне. Эбби задрожала от холода. Теперь она не знала, где ее дом и есть ли у нее дом вообще хоть где-нибудь. Она очень огорчилась. Потом разозлилась.

Эбби скучала по маме и папе. Скучала по Пити. Она не хотела так же скучать по Сестрене.

Сестрена должна была остаться с Эбби. Остаться навсегда.

* * *

Почти пробило четыре. Лори стал подводить желудок, он громогласно заурчал. Эбби хихикнула и сказала, что это поет монстр в ее животе. Они шли уже несколько часов, местность стала труднее для подъема. Пошли торчащие из земли корни и крутые склоны. Сестры все ближе подходили к реке, благо тропа вела к ней прямо. Зеленые воды плескались о берег, словно языки рептилий, облака над головой бурлили. Лори уже подустала и понимала, что Эбби, должно быть, очень тяжело. Тем не менее сестра не жаловалась.

– Давай устроим привал и перекусим, – предложила Лори.

– А как же крепость? – Лицо Эбби исказилось от обиды.

– Эбби, я умираю с голоду. Тебе час назад надо было принять лекарство. Ты же знаешь, что его нельзя принимать на голодный желудок.

– Сестрен, ты обещала, что мы отправимся в крепость!

– Мы туда и направляемся. Но нам нужно перекусить, чтобы восстановить силы.

Эбби надулась. Дыхание стало частым, неглубоким.

– Ты… обещала…

– Успокойся…

– …крепость…

– Эбби, тебе надо выдохнуть.

Лори обвила плечи Эбби руками, но сестра стряхнула их. Лори так поразилась, что чуть не грохнулась на спину, едва удержавшись на ногах, заскользивших по грязи. Эбби, казалось, вот-вот задохнется. Ее лицо порозовело. Вспотевшие волосы прилипли ко лбу и бровям, брекеты сверкали как грозовые молнии.

– Эбби, послушай меня. Ты должна успокоиться.

Сестра зарычала. Лори не видела ее такой уже несколько десятков лет. После несчастного случая она частенько злилась, но никогда не выплескивала гнев на Лори. А теперь вот обиженно поджала губы. Щеки надулись, глаза стали похожи на мертвые луны.

– Лори, иди на хер.

Та аж задохнулась от изумления. Она не могла вспомнить, когда в последний раз слышала, чтобы Эбби ругалась. Обычно сестра не говорила ничего грубее «дерьма». И кстати, вместо своего обычного «Сестрен» она назвала Лори по имени. Это прозвучало как-то слишком холодно.

– Что на тебя нашло? – спросила Лори.

Сестра скрестила руки на груди и отвернулась.

– Эбби? С тобой все в порядке? Ты никогда так не разговаривала.

– Ну…

Она замолчала, уставившись на скалистый берег внизу. Лори подошла к ней. На этот раз Эбби не отстранилась.

– Послушай, – начала Лори, – прости меня, ладно? Я не думала, что для тебя так много значит обед именно в крепости. По карте, которую он нарисовал, выходит, что мы недалеко. Этот путь кажется бесконечным, но, надеюсь, мы увидим хижину уже за следующим холмом. Можем пообедать уже там, если хочешь. Но съешь хотя бы протеиновый батончик и прими таблетки, ладно?

Эбби отвела взгляд от реки.

– Ладно.

Лори глубоко вздохнула, увидев перед собой прежнюю сестру. Она так и не поняла, как быть с нетипичной для Эбби вспышкой, но, если они хотят поесть, им нужно двигаться дальше. Может, все это можно списать на пропущенный прием лекарства. Так проще, чем всерьез задумываться. Все потом.

Эбби откусила крошечный кусочек протеинового батончика, запила таблетки водой и снова сосредоточилась на тропе. Лори шла впереди, надеясь, что они до сих пор не сбились с пути. Тропа не разветвлялась, и они с нее не сворачивали. По крайней мере, Лори так казалось. И все же она чувствовала себя потерянной. Рюкзак, казалось, весил на тридцать фунтов[169]169
  1 фунт равен 0,45 кг.


[Закрыть] больше, чем в начале пути, лямки немилосердно давили на плечи. Лори постоянно поправляла их, но при каждом движении они снова врезались в натертые места. У нее возникло искушение перекусить батончиком, не трогая сэндвичи, но она не хотела рисковать и получить от Эбби еще одну истерику. Резкое «иди на хер» от сестры очень ранило Лори. Она знала, что это потрясение надолго застрянет в ее мыслях грязным пятном. Она прикусила губу и двинулась дальше. Воздух становился все жарче, небо – все серее.

Лори попыталась сфокусировать мысли на Эдмунде и его истории, на том, что она выиграет от этой поездки. Но мозг против ее воли менял пластинку и начинал мусолить мрачные, безнадежные мысли. Не только Эдмунд больше не соберет по осени ни одного яблока. Если Лори и будет что-то такое делать, то или одна, или со своей сестрой. Никаких больше любовников, она стала старой девой. Она никогда больше не будет собирать яблоки с мужчиной, никогда не будет заниматься любовью под звездами или целоваться на колесе обозрения. Единственным мужчиной в ее жизни стал маньяк, убийца-социопат.

Раньше Лори удавалось игнорировать подобные мысли. Когда на задворки сознания закрадывались сомнения и чувство опустошенности, ей помогала справиться с депрессией страсть к образу мысли убийц, а также любительские психологические исследования. Но сейчас угас даже интерес к Эдмунду, и именно это терзало сильнее всего. Она хотела быть с ним, изучать его, копаться в его мозгу, сердце и душе. Вместо этого она блуждала по лесу с пославшей ее на хер сестрой.

Почему жизнь так жестока и несправедлива? За спиной такой долгий путь, полный страданий, а теперь раскинувшаяся перед ней дорога, вся в выбоинах, сулит еще больше горя. Лори обрекала себя на несчастье, прекрасно все понимая и, по сути, разбивая собственное сердце. Какой же глупой она была, что связалась с этим убийцей и намекала на возможность чего-то большего. Как дурочка, по уши влюбившаяся в рок-звезду и ездящая за ним на все гастроли или раздвигающая ноги для кинозвезд, зная, что это всего на одну ночь. Женщины обладают секретным оружием, способным сблизить их с волшебниками искусства, и они этим оружием пользуются, пусть даже всего одну ночь. Некоторые дуреют от желания, видя мужчину, который обошел все свое поколение на крутом повороте.

Но обошел ли свое поколение Эдмунд? Он превосходил других только в брутальности и жестокости. Музыканты и художники творили чудеса, а он… если его дела и можно было назвать магией, то только черной, как могила.

Хватит!

Лори вздрогнула от собственных мыслей.

Все совершают ошибки. Ты сама совершила несколько ужасных ошибок, тупая сучка. Так кто ты такая, чтобы судить его?

Некоторые из голов, срубленных мачете и топорами (наверняка она найдет в его хижине эти орудия), – это мрачные напоминания о том, кто Эдмунд на самом деле. Лори перевела взгляд на Эбби, надеясь отвлечься от своих мыслей. Сестра не отставала, но теперь ее ноги подгибались еще сильнее. Она наклонилась, тяжело дыша ртом.

– Как твои дела?

– Какие дела?

Лори хмыкнула.

– Я имею в виду, ты в норме?

Эбби кивнула, не поднимая глаз. Похоже, она не хотела разговаривать. Она явно сосредоточилась на дороге, твердо решив добраться до хижины. Лори начала сомневаться, что они доберутся туда до заката, а при мысли о том, что придется бродить по лесу ночью, до боли щемило в горле. Даже с фонариками ночью будет сложнее. Они, скорее всего, споткнутся, а для Эбби это может закончиться ужасно. Если она неудачно упадет, обратный путь превратится в кошмар. К тому же фонарики могут привлечь внимание. Их с сестрой будет легче заметить. Вспомнив жуткого старика, с которым они столкнулись, Лори мысленно пропела его дурацкую песенку. А если он ночью придет? А если еще кто-нибудь?

Цивилизация осталась страшно далеко. Бийц и так был сельской местностью, но теперь они углубились в самую дремучую глушь. Они не слышали даже отдаленного шума самолета, не говоря уже о машинах или голосах. На реке не было даже моторных лодок. Ни одного рыбака или плывущего каноэ. Даже животные теперь попадались редко и по одному.

Лори уставилась под ноги и, дрожа, шагала, шагала, когда по долине пронесся ветер с реки. Они были одни. Беззащитны. И, возможно, заблудились.

– Вот она, – прозвучал ровный голос Эбби.