Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 327 (всего у книги 341 страниц)

Глава 38

Последним танцем вечера был энергичный групповой номер.

Мэри подготовила короткую и динамичную программу на основе базового свинга, добавив несколько собственных замысловатых движений, которые, по ее мнению, должны были “подтянуть некоторых участников группы”. Тех, кому (говоря об этом, она изо всех сил старалась не смотреть на Нейтана и Рэнсфорда) требовалась “небольшая встряска”. Миллер подозревал, что сновавшая между парами, раздавая указания и выкрикивавшая слова поддержки Мэри просто хотела впечатлить новенькую своими хореографическими талантами. И хотя он не думал, что ценители бальных танцев пришли бы в восторг, нельзя было не признать, что справилась она неплохо.

Возможно, даже Крейг Ревел Хорвуд улыбнулся бы.

Поскольку колено все еще побаливало, а переговоры с Аланом из местного хора были “в процессе”, Миллер снова с удовольствием взял на себя музыкальное сопровождение вечера. Выбирая подходящую свинговую композицию, он остановился на “Got to Get You Into My Life” – самостоятельно подпевая себе, весело изображая духовую секцию и игнорируя неодобрительные взгляды хореографа.

Миллер решил не сообщать ей, что эта песня также известна как “признание” Пола Маккартни в любви к марихуане.

Он обернулся к залу, наблюдая за танцующими, наслаждаясь восторгом на лице Рэнсфорда, кружащего Глорию, застывшей гримасой сосредоточенности Нейтана, старающегося не сбить с ног Веронику, и блаженной улыбкой Мэри, отсчитывающей такты и командующей своими войсками. Конечно, радость Миллера была не без толики горечи – ее омрачало осознание того, как сильно это все понравилось бы Алекс.

Как блестяще она исполнила бы постановку Мэри.

Через несколько минут все переодевались и, как обычно, решили отправиться в паб. Вероника только объявила, что присоединится к ним – если никто не возражает – и что первый раунд будет за ее счет, когда дверь в глубине зала со скрипом отворилась, и все вместе с Миллером обернулись и увидели знакомую фигуру, помахавшую им рукой.

– Кто это? – спросил Нейтан.

– Не бери в голову, – ответил Говард.

Они с Мэри прекрасно знали, кто этот человек в алых брюках и мягкой кожаной куртке. Ральф Месси как раз начинал создавать себе имя в их последние годы службы.

Пока Миллер держался в стороне, остальная компания потянулась к выходу. У двери Говард смерил Месси тяжелым взглядом, крикнув Миллеру, что в пабе его будет ждать пинта пенного.

Месси улыбнулся и поклонился.

– Отрадно видеть вас вновь с вашей маленькой труппой, – сказал Месси, когда они с Миллером остались одни. Он изобразил печальное лицо. – Хотя теперь все уже не так, верно? После того, как…

– Стоп, – оборвал его Миллер, надеясь, что резкость в его голосе окажется достаточно очевидной.

Месси пожал плечами и прошел в зал. Он прогулялся по помещению, цокая языком при виде потертого паркета и облупившейся краски, и поморщился, проведя пальцем по пыли на подоконниках.

– Знаете, я бы с удовольствием организовал для вас всех место в “Мажестик”. Там намного чище, да и оборудование получше, чем в этой дыре. – Он улыбнулся. – Со скидкой для друзей, разумеется.

– Чего вы хотите? – спросил Миллер.

– Ну, как предприниматель, для которого танцы являются, мягко говоря, основой бизнеса, я люблю быть в курсе того, что происходит в сообществе. Какие, так сказать, движения совершаются. Отрадно видеть столько искреннего энтузиазма среди любителей.

Миллер повторил свой вопрос.

– Я просто решил поинтересоваться, как продвигаются дела, – сказал Месси. – Ваше расследование. Мне, понятное дело, очень хочется знать, добились ли вы с коллегами какого-нибудь прогресса. Я имею в виду, конечно, ваши похвальные усилия по избавлению нашего города от того единственного человека, чья преступная деятельность постоянно тянет его на дно.

– Единственного?

Месси улыбнулся и сел за пианино. Он начал медленно наигрывать какую-то мелодию, которая, вероятно, должна была что-то означать в контексте разговора, но Миллер ее не узнал. Он ждал, борясь с искушением захлопнуть крышку пианино прямо на безупречно ухоженные пальцы Месси.

Тот закончил играть и поднял взгляд.

– Ну так что? Уэйн Катлер получит по заслугам в ближайшее время?

– С каких это пор я или кто-либо из моих коллег обязаны перед вами отчитываться?

– Ни с каких, разумеется.

– Рад, что вы это понимаете.

– Позвольте выразиться иначе. – Месси выдержал паузу. – Насколько мы приблизились к тем теоретическим обстоятельствам, которые обсуждали в прошлый раз?

Для бывшего дрэг-квин, ставшего гангстером, чьи литературные интересы ограничивались подпиской на “OK!”, привычка Месси изъясняться так, будто он намного образованнее и утонченнее, чем был на самом деле, оставалась такой же раздражающей, как и всегда, но Миллер прекрасно его понял.

Упрячьте Катлера за решетку, и я расскажу, что знаю об убийстве вашей жены.

Мысль о том, чтобы как-то поспособствовать извращенным амбициям Ральфа Месси, была крайне неприятной, но Миллер понимал, что выбор у него небогатый.

– Надеюсь… что да, – произнес он.

– Надежда – это хорошо, – просиял Месси. – Надежда меня радует.

– Безумно счастлив это слышать, – сказал Миллер. – А теперь меня ждут друзья. – Он сделал несколько шагов к двери, потом остановился и обернулся. – Но прежде, чем я уйду… Длительный тюремный срок для Уэйна Катлера – это, несомненно, хорошая новость для… ну, всего человечества. Но каковы гарантии, что моя жизнь станет легче, когда единственным злодеем, о котором придется беспокоиться, станете вы?

Месси рассмеялся.

– О, я куда приятнее Уэйна Катлера, – сказал он с притворным возмущением. – И даже если бы это было не так… – Он раскинул руки в сторону Миллера и изобразил что-то из джаза. – По крайней мере, я умею танцевать!

Направляясь к двери, Миллер услышал, как Месси наигрывает за его спиной другую мелодию, и на сей раз послание было достаточно ясным.

Тема из “Танцев со звездами”.

Рингтон Алекс.

В пабе Миллер был молчалив, но никто его не расспрашивал о разговоре с Месси. Он догадывался, что Мэри и Говард специально попросили об этом остальных, за что был им крайне признателен; он был доволен тем, что просто слушал, как остальные обсуждают променады, базовые проходки и тройные шаги, пока сам сидел, пил и размышлял над словами Месси.

И над теми теоретическими обстоятельствами.

Возможно, он был наивен или просто вел себя как дурак, но в отличие от старшего инспектора Линдси Форджем, Миллер предпочитал верить, что Месси действительно владеет информацией о том, что случилось с Алекс, и что, если ему и впрямь удастся упрятать Уэйна Катлера за решетку, владелец зала “Мажестик” выполнит свою часть уговора.

Какие еще варианты у него оставались?

Единственной ложкой дегтя в этой и так не самой приятной бочке меда было то, что его лучший шанс посадить Катлера заключался в поимке Денниса Дрейпера, а к этому они были не ближе, чем когда они с Месси впервые обсудили ситуацию. Дрейпер оставался призраком. Призраком с дурной прической и склонностью отрубать людям руки, но все же призраком.

Сейчас все надежды Миллера были на то, что какой-нибудь недалекий хозяин гестхауса взглянет наконец на фотографию Дрейпера и признает в нем одного из своих постояльцев. Или что Крейг Пикеринг пересмотрит свою железную приверженность дворовым принципам.

Так себе соломинка для утопающего.

– Мне очень понравилась песня, которую вы играли, – вдруг сказала Вероника.

– Да, прямо круто, – сказал Нейтан.

– Она ведь на самом деле про… травку, да? Или я ошибаюсь?

Миллер повернулся к ней.

– Любите “Битлз”?

– А кто же не любит? – сказала Вероника.

– Ну, тогда точно можете остаться в нашей компании.

Мэри выглядела потрясенной.

– Это же неправда, да, Деклан? Серьезно? Песня была про наркотики?

Миллер кивнул.

– Так говорит сам Пол Маккартни.

Она печально вздохнула, качая головой по поводу плачевного состояния мира, и когда она посмотрела на Говарда, тот поспешно сделал то же самое.

– Только не говори, что “Yesterday” на самом деле про героин.

– Не говори ерунды, Мэри, – сказал Миллер. – Но вот насчет “Day Tripper” я бы не был так уверен…

Глава 39

На следующий день наконец наступила та собачья погода, которую Миллер предвидел. Финн вынуждена была спешно отправиться в “Барнардо” за флисовой курткой, а Имрану, когда тропинки в парке заблестели от инея, пришлось вытащить из сарая с инвентарем прицепную сеялку для соли, но внезапное падение температуры также ознаменовало перемену в везении Миллера.

До определенной степени.

Он приехал на работу почти одновременно с Сарой Сю. Она припарковала рядом свой мотоцикл, на фоне которого мопед Миллера всегда выглядел немного нелепо, хотя он давно перестал реагировать на ее комментарии по типу “навороченная инвалидная коляска” или “фен на колесах”. Однажды она поразила его совершенно нехарактерной для нее шуткой о том, что его мопед похож на Курта Кобейна или Эми Уайнхаус, потому что тоже чуть-чуть не дотягивает до тридцати, но он тогда решил не удостаивать ее ответом.

Хотя позже все же подложил ей на стол очень реалистичную резиновую крысу.

Они вместе вошли в участок.

– Хорошо провела вечер? – спросил Миллер.

– Да, нормально…

То, как она избегала его взгляда, отвечая, подсказало Миллеру, что его напарница, скорее всего, провела очередной вечер в комнате над пабом “Королевский герб”, а ночь – с очередным приглянувшимся ей металхедом. Он старался не осуждать Сю за то, что можно было бы назвать безрассудным подходом к личной жизни, но его всерьез беспокоил вред, который она наносила своим барабанным перепонкам.

– А ты?

– В танцевальной группе, – сказал Миллер.

– Здорово.

Они вместе вошли в комнату происшествий, кивнули коллегам, уже сидевшим за столами.

– Хотя вечер слегка подпортило появление Ральфа Месси.

– Месси записался в вашу танцевальную группу?

– Напомни – ты точно детектив?

– Извини, я просто подумала…

– Он пришел поинтересоваться, как продвигается наша работа по окончательному разоблачению Уэйна Катлера. Будто мы его личная полиция. – Миллер бросил рюкзак возле стула и положил шлем. – Мне очень хотелось стукнуть его танцевальной туфлей.

Сю оставила свои вещи у своего стола и сразу вернулась к Миллеру.

– Он все еще дает обещания насчет дела твоей жены?

Миллер кивнул.

– Он их не сдержит. Ты ведь это понимаешь, да?

– Возможно, ты и права, но если мне приходится выбирать между тем, что может знать Месси, и тем, чего точно не знает команда Форджем, то на данный момент я ставлю на бывшую Мисс Коко Попз.

Сю пожала плечами, словно не желая спорить об этом.

– Что ж, тогда надо поскорее поймать Дрейпера, верно?

– Точно – чтобы Дрейпер выложил все о Катлере.

– А Месси потом тебя кинул.

Миллер поднял руку. Он уже прикидывал, где бы достать еще одну резиновую крысу.

– Я твою позицию понял. Просто пообещай, что не скажешь потом: “Я же говорила”.

Сю задумалась.

– Скажу, но только один раз.

– Идет, – согласился Миллер.

Когда Сю отошла, у Миллера зазвонил телефон. Как только он узнал голос на другом конце, он махнул ей, призывая вернуться, чтобы она могла слышать разговор.

– Вы серьезно говорили? – спросил Крейг Пикеринг. – Насчет поисков тела Гордона?

– У нас вот прямо тут наготове лежат лопаты, Крейг. – Миллер осекся, опасаясь, что сказал бестактность. – Ну, то есть лопаты, конечно, могут и не понадобиться. В зависимости от того, как пойдет дело и где он на самом деле находится, можем задействовать и вертолет с тепловизором или, знаете… водолазные команды, но что бы ни потребовалось для его поисков, нужное оборудование будет наготове.

Сю слушала и выглядела взволнованной. Миллер рассказал ей о своем разговоре с Крейгом Пикерингом, когда вернулся из Престона накануне днем. О сделке, которую он ему предложил.

– Это много значило бы для мамы, – сказал Пикеринг. – Если бы получилось найти Гордона.

– Конечно, – сказал Миллер. – И я думаю, в итоге мы и руки его сможем вернуть. Возможно, их придется немного попридержать… если будет суд и все такое, но потом – обязательно.

– Да, было бы здорово.

– Так, ну расскажите же мне о Деннисе Дрейпере…

Десять минут спустя Миллер стоял вместе с Сю и другими членами команды перед столом Тима Салливана.

– Так, вы готовы к реально шокирующим новостям? Настоящее имя Денниса Дрейпера – барабанная дробь… Дадли Дрисколл.

Салливан уставился на него.

– Дадли?

– Оказывается, это название его родного города, и отсутствие воображения у его родителей явно передалось по наследству, потому что мистер Дрисколл всегда использует псевдонимы с теми же инициалами – ДД.

– Два Д. – Клаф ухмыльнулся и приложил руки к груди, изображая грудь соответствующего внушительного размера. – Довольно иронично, учитывая, что он… ну, знаете… не по женщинам.

Сю и Фуллер одарили его самыми презрительными взглядами, на какие были способны.

– Всегда эти две буквы? – спросил Салливан.

– Именно так, сэр, – сказала Сю. – Даже когда он притворяется неангличанином. По словам Крейга Пикеринга, он был Дунканом Данбаром из Глазго и однажды притворялся валлийцем по имени Дафидд Дафис.

Салливан потянулся за ручкой.

– Как пишется?

– Не уверен, что это важно, – сказал Миллер. – Но наш парень – явно злой гений.

– Дональд Дак, – сказала Фуллер ни с того ни с сего.

– Дэнни Дайер, – подхватила Сю.

– Дерек Дик! – воскликнул Клаф.

Салливан опасно сверкнул глазами.

– Кончайте паясничать, детектив Клаф.

– Но это же настоящее имя вокалиста группы “Мариллион”, сэр, – сказал Клаф немного обиженно. – Фиш или как его там зовут.

– Никогда бы не подумал, что ты фанат прог-рока, – ответил Миллер.

Клаф пожал плечами, слегка покрасневший, но явно довольный тем, что умудрился хоть чем-то впечатлить Миллера.

– Про это был вопрос на викторине в пабе.

– Так… – Салливан встал, готовый взять на себя инициативу. – Лед тронулся, так что давайте вернемся к звонкам, быстро. Это должно немного сузить круг поиска…

Глава 40

Миллер и Сю наскоро перекусывали в “Смертоносной утке”, и на этот раз Сю весьма мудро решила избегать рыбных котлет. Пока Миллер уплетал тарелку картошки фри и пирог со свининой, который, к счастью, не был продуктом местной кухни, она с удовольствием наслаждалась сырным рулетом, который даже шеф-повар с ограниченными способностями мужа Дженет вряд ли смог бы испортить.

– Хороший выбор, – сказал Миллер. – Лучше держаться простоты.

Сю кивнула, жуя.

– На самом деле очень вкусно.

Миллер взглянул через барную стойку и увидел, что Дженет смотрит на них. Та улыбалась, наблюдая за редким зрелищем – клиентом, наслаждающимся обедом, – но быстро скорчила гримасу, заметив взгляд Миллера.

Миллер улыбнулся – настроение у него было отменное, как и все последние несколько дней. Дженет показала ему два средних пальца сразу.

Все в жизни наконец вставало на свои места.

– Я знаю, что встаю на достаточно тонкий лед, – сказал Миллер, – но я не совсем уверен, что некоторые другие из твоих… поступков в иных областях столь же разумны.

Сю отложила рулет и стала ждать. По выражению ее лица было понятно, что она знает, что сейчас произойдет и что Миллер сильно ошибся с оценкой своего уровня допуска в их с ним отношениях. Было очевидно, что, если он продолжит, ее может начать нездорово трясти.

Удержаться он не смог.

– Я просто к тому, что… слушай, не мне осуждать чью-либо личную жизнь, тем более твою…

– Так не делай этого, – сказала Сю. – Остановись.

– Ладно, понял. – Миллер откинулся назад и потянулся за картошкой. Он было собрался положить ее в рот, но снова наклонился вперед. – Я просто думаю, что есть более разумные способы… найти кого-то, понимаешь? Вот и все. – Он вновь попытался съесть картошину, но передумал и вместо этого помахал ею для подчеркивания своих слов. – Нет, ну кто же выбирает сексуального партнера по качеству игры на воображаемой гитаре?

Сю смогла натянуть быструю тонкую улыбку, явно стараясь не разозлиться еще больше. Она стряхнула крошки с рубашки и спокойно сказала:

– Это действительно не твое дело, Миллер.

– Ты права, Подливка. Я знаю, что не мое. – Он наконец съел картошину и откинулся назад, качая головой. – Слушай, возможно, это просто потому, что у меня самого личной жизни больше нет, и в результате я проявляю явно нездоровый интерес к твоей. Извини, но я не могу не волноваться. Не говоря уже о металюгах – некоторые из них вообще выглядят как настоящие психи.

– Тебе-то откуда знать?

Миллер пожал плечами и посмотрел на свою тарелку с картошкой.

– Допустим, я заглянул однажды вечером пару недель назад. Просто так, посмотреть. – Он вздохнул, словно не до конца веря в увиденное тогда – так же, как Мэри прошлой ночью в пабе. – Я все еще не могу подобрать правильные слова, чтобы описать это… это было как ад, только вместо серы воняло тестостероном и пивом, а все демоны были с татуировками “Айрон мейден”.

– Это просто хэви-метал, Миллер. Точнее, дэт-метал, если тебе интересно…

– Мне страшно было до чертиков.

Выражение лица Сю немного смягчилось.

– Слушай, не переживай за меня, ладно? Я могу о себе позаботиться, к тому же меня не смущает запах разлитого пива, я, в конце концов, сама этих из чокнутых.

– Ладно, все, – сказал Миллер. – Я заткнулся.

Они ели молча с полминуты, потом Сю осторожно наклонилась к нему.

– Знаешь, не всем в отношениях везет так, как тебе.

– Прости, это мне-то везет?

– Ну, я о том, что у тебя было с Алекс. Раньше. Если честно, большинство людей только и мечтает о таком, но это редкость, понимаешь?

Миллер кивнул. Он не знал, что сказать, хотя мог представить, что сама Алекс найдет, что добавить к этому при их следующем разговоре.

Редкость? Хочешь поговорить о “редкости”? Давай поговорим о том, как часто ты выносил гребаный мусор…

– И потом, это же не навсегда, да?

– Что не навсегда?

– То, что у тебя нет личной жизни. – Сю осеклась. – Так ведь?

Миллер открыл рот, но смог издать лишь какой-то беспомощный писк.

– Я не имею в виду прямо сейчас, – сказала она. – Или на следующей неделе… Но, может быть, однажды ты встретишь кого-то другого. Ну, знаешь, когда меньше всего будешь этого ожидать. Я не говорю, что ты не будешь всегда безумно любить свою жену или что когда-нибудь забудешь ее – конечно нет, но жизнь ведь продолжается, правда? – Сю слегка покраснела и начала тараторить, явно уже жалея, что разговор свернул к этой скользкой теме не меньше самого Миллера несколько минут назад. – Нет, конечно, я никогда не была на твоем месте. Я никогда не теряла близких, а значит, на самом деле не знаю, о чем говорю… так что, наверное, теперь уже мне пора заткнуться. – Она, тяжело дыша, откинулась на спинку стула. – Все, заткнулась.

И на этот раз Миллеру уже действительно было нечего сказать.

Не то чтобы вариант, о котором говорила Сю, никогда не приходил ему в голову. Несколько раз за прошедшие после гибели Алекс месяцы он видел на улице девушек – и однажды даже в этом самом пабе, – которых, как любила выражаться сама Алекс, он бы “не выгнал из постели за крошки от чипсов”, но эти мысли всегда были мимолетными. Они казались ужасно неправильными и быстро испарялись, стоило Миллеру представить, что сказала бы об этом Алекс.

В то же время он понимал, что Сю желает ему только добра, и был благодарен ей за это. Он предполагал, что в целом она права и что может наступить день, когда такие мысли уже не будут казаться ему грязными или предательскими, но это время представлялось еще очень далеким.

– Послушай, Сара… – Он замолчал, увидев, что Сю показывает на что-то и беззвучно шевелит губами. Он даже не заметил, что звонит его телефон.

Голос у Андреа Фуллер был взволнованный, отчего Миллер тут же выпрямился. Когда Сю придвинула свой стул, он положил телефон на стол между ними и включил громкую связь.

– Кажется, мы его нашли, – сказала Фуллер. – Гестхаус “Прибрежный” на Фреклтон-стрит. Инициалы совпадают, и хозяйка, увидев фотографию, считает, что это он.

– Считает?

– Ну, сейчас он, похоже, щеголяет с хвостиком, но она вроде бы уверена.

– Сойдет.

– Ах да… Он испанец.

Миллер запихнул в рот остаток мясного пирога и потянулся за курткой.

– Ну конечно. – Он помахал двадцатифунтовой купюрой, показал ее Дженет и засунул под стакан.

– Будем там через пять минут, – сказала Сю.

– Чинко минутос, – блеснул испанским Миллер, поднимаясь с места.

По пути к выходу они наперебой предлагали возможные псевдонимы Дадли Дрисколла.

– Ставлю на Доминго, – сказал Миллер. – Это вроде испанское.

– А как насчет Донателло? – предложила Сю. – Так, нет, это черепашка-ниндзя…

Как только они ушли, Дженет вышла из-за стойки. Услышав разговор Сю и Миллера по дороге к выходу, она пробормотала себе под нос, наклоняясь убрать грязные тарелки:

– Вообще-то, на хрен, скульптор…