Текст книги "Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Стюарт Макбрайд,Арнольд Беннет,Шахназ Сайн,Стив Кавана,Эми Шаумберг,Марк Биллингхэм,Рейми Джеймс,Кристофер Триана,Колсон Уайтхед,Лиз Ньюджент
сообщить о нарушении

Текущая страница: 158 (всего у книги 341 страниц)

Глава 17

Река менялась.

Вода из зеленой превратилась в грязно-пурпурную. Сейчас она приобретала неестественный бордовый оттенок. Выглянув за борт, Лори увидела муть, больше похожую не на воду, а на нефть. Галька и веточки, беспорядочно раскиданные в иле, напоминали картину гибели галактики. Лори оглянулась на Базза. Тот сделал очередной глоток из фляжки. Последние несколько часов он прихлебывал постоянно, и она едва ли могла его винить. С момента, как они тронулись, ничего не происходило, а теперь они еще и замедлились, чтобы не напороться на выступы. Река здесь становилась у́же, деревья смыкались, заслоняя ветками небо и погружая все вокруг во мрак. Стало по-зимнему холодно, в воздухе повисла нагоняющая тоску пелена тумана.

Эбби свернулась калачиком, положив голову на колени Лори. Ее глаза были закрыты, но Лори не была уверена, что сестра спит. Базз еще не напился окончательно, но говорил уже немного невнятно.

– Впереди опаснее. Там не только камни, но и пороги. На этой старой лодке их ни за что не преодолеть.

Лори кивнула, но смолчала. Им пришлось поднажать, но она уже и сама видела то, о чем говорил Базз. Камней стало больше, порогов впереди – тоже. К тому же вода все еще менялась.

– Почему она так выглядит? – спросила Лори.

– Что?

– Река. Она покраснела.

– Покраснела?

– Да, стала темно-красной. – Она указала туда, где струился малинового цвета поток. – Вы что, не видите?

Базз сощурился.

– Черт. Глаза-то уже не те. Немного путаю цвета, знаете ли.

Из-за деревьев по левую руку послышался шорох. Лори обернулась, и ее обдало сыростью и холодом. Температура упала на нее невидимым туманом, Лори вздрогнула. Склонившись в сторону шороха, она увидела, как сквозь чащу пробирается что-то бледное и гибкое. Прячась, оно метнулось за кусты ежевики, те затрещали. Лори сперва решила, что это, наверное, дикое животное, но потом заметила у существа человеческие ноги.

– Эй? – позвала она.

Существо исчезло, вокруг с шелестом падали листья. Кто бы это ни был, он бежал.

– Эй! Эй?

– Вы что творите? – спросил Базз. – Там никого нет.

– Я кого-то видела. Видела его ноги.

Базз вздохнул.

– Вы ничего и никого не видели. Просто я сказал, что плыть дальше нельзя, вот вы и пытаетесь найти причину…

Из леса донесся легкий, дребезжащий музыкальный смех – смех маленького мальчика. Лори напряглась всем телом. Базз за спиной замолчал.

Эбби зашевелилась.

– Пити?

У Лори сжалось сердце. Она никогда не страдала от морской болезни, но сейчас почувствовала ужасный приступ тошноты. Высвободившись из-под Эбби, она изо всех сил пыталась ухватиться за борт, чтобы перегнуться. Крепко зажмурилась, борясь с дурнотой, но поняла, что это бессмысленно. Снова открыла глаза и уставилась на реку внизу, на воды цвета крови.

Лори замерла, увидев свое отражение. Ее лицо напоминало красную посмертную маску, искаженную болезнью, состарившуюся под гнетом выматывающего страха. Она чувствовала себя так, словно вот-вот начнет блевать внутренними органами, резко выплюнет нутро. Но когда рвотные позывы наконец пришли, они оказались сухими. Еще хуже. Тело содрогалось, проступали вены, но ничего не происходило.

Эхо детского смеха блуждало между гор, напоминая пение птиц, и этот смех звучал так невыносимо невинно. Лори закрыла глаза, будто так могла игнорировать радость в голосе брата. Измученная, она оперлась на борт и свесила руку, ее окатила маленькая волна.

Вода была теплой.

Лори отдернула руку и увидела, что по предплечью течет кровь, словно она порезала запястье. Базз, пристально глядя на Лори, склонился к ней.

– Вблизи я различаю цвета лучше.

Наклонившись, он пробежался по воде пальцами. Вытащил. Цвет был яркий, что красные чернила.

– Вы чувствуете запах? – спросила Лори. – Похоже на… медь.

Базз кивнул.

– Думаю, пора возвращаться.

– Базз…

Лицо старика посерело, как могильная плита. Его взгляд метался из стороны в сторону, словно к нему что-то подкрадывалось.

Эбби распахнула глаза.

– Сестрен…

– Базз, мы не можем повернуть назад сейчас. Прошу, мы должны…

– Смотрите, – сказал он, протягивая мокрую руку. – Это не запах меди. Это кровь.

Лори не могла отрицать схожесть, но и верить отказывалась.

– Может, мы во что-то врезались.

Базз покачал головой, берясь за весло.

– Это не что-то в реке. Это сама река!

– Может, тот маленький мальчик что-то бросил в воду.

Но Базз не слушал. Он беззвучно бормотал молитвы, разворачивая лодку.

– О, Хэтти. Присмотри за мной, дорогая. Я никогда в это не верил.

– Во что не верили?

– В реку из плоти, – ответил он, тараща глаза. – Говорят, Речник живет там, где река становится плотью. Но я ведь раньше тут плавал! Вода здесь никогда не выглядела так!

Он вытер руку о брюки, пачкая их.

– У вас кровь, – сказала Эбби.

Базз уставился на Эбби, словно дивясь, что она может говорить.

– Это не моя кровь, милая.

– Но у вас пойдет кровь.

Базз отвернулся.

– Не стоит говорить такие вещи. Не сейчас.

– Старики так легко истекают кровью.

Он стал грести – на взгляд Лори, невероятно быстро для своего возраста. Она перегнулась через Эбби и схватилась за весло, но Базз не останавливался.

– Река не может стать кровавой на самом деле, – сказала она. – Это, должно быть, коралл, или ил, или что-то в этом роде.

– Река плоти… мне говорили…

– Ну, если и говорили, это, должно быть, просто для пущей выразительности. Мол, река становится красной там, где живет Речник. А значит, мы близко. Речник, должно быть, живет здесь, да?

Базз покачал головой, словно вытряхивая из нее какие-то мысли.

– Мы зашли слишком далеко, – сказала Лори. – Теперь нельзя поворачивать назад.

– Дальше мы не поплывем. – Базз упрямо греб.

Лори схватила весло обеими руками.

– Остановитесь.

Базз стряхнул ее руки.

– Черт возьми, дамочка! Неужели вы не видите, что мы лезем куда не надо?

Лори вновь схватилась за весло, упершись плечом в грудь Базза. Поддатый, он потерял равновесие и выронил весло. Лодка закачалась, и кровавые воды хлынули через борт.

– Сестрен, лодка истекает кровью, – хихикнула Эбби. Лори поскользнулась на скользкой красной жидкости.

На крови.

Она глянула вверх по течению. Извилистый поток запекшейся крови просачивался сквозь каменные расщелины и катился под упавшими ветками, неся с собой огненные опавшие листья. Они пролетели мимо лодки и затрепетали в воздухе, словно горящие угольки. Лори увидела, как листья взмывают в небо. За завесой грозовых облаков быстро мелькнула розовая вспышка молнии. Эбби рассмеялась и захлопала в ладоши. Лори повернулась к ней, чувствуя, как по телу бежит холодок. Глаза Эбби потемнели так, что белки были практически не видны. Она поджала губы, волосы облепили череп. Сестра выглядела больной, невменяемой, одержимой.

– Мы пришли в гости к Речнику, – сказала она. – И он нас ждет.

Базз снова вскочил.

– Надо убираться отсюда к чертовой матери!

Но они были уже слишком близко. Лори это почувствовала. Это ощущалось во внезапном порыве холодного воздуха, в температуре воды, в запекшейся крови, которой стали воды реки. У этого места была какая-то аура, зловещая и жестокая, такая же насыщенная, как у мужчины, влечение к которому стало теперь для Лори несомненным. Эдмунд Кокс преодолевал время и пространство словно в пузыре темной энергии. Его деяния притягивали всех, кто находился рядом, с силой газового гиганта. И здесь, в этой реке плоти, она чувствовала ту же тьму, насыщенную и живую, пульсирующую, как сердце новорожденного.

Она была так близко. Очень близко.

Базз снова потянулся за веслом. Лори ударила его.

– Мы не поплывем назад! – крикнула она и бросилась на старика. Лодка затряслась. Эбби юркнула за спины дерущихся, наблюдая огромными глазами, как у опоссума. Лори врезала Баззу по губе, а он толкнул ее так сильно, что она чуть не свалилась, едва успев ухватиться за сиденье. Старик схватил весло, оскалив зубы, его лицо исказилось от злости. Он встал на колени и высоко поднял весло, словно собрался месить тесто.

– Я не хочу этого делать, но…

Молния расколола небо. Когда вспышка угасла, мир окрасился в красный и небо стало отражением реки. Теперь осталось только два оттенка: багрянец и мрак. Базз посмотрел вверх. Лори тоже замерла, завороженная. Лес напомнил ей темную комнату, в которой она однажды проявляла фильм – еще до того, как бросила фотографию. Красный цвет был глубоким и непреклонным, не позволял проникать другим цветам. Бушующая гроза казалась потусторонней.

Но Базз по-прежнему сжимал весло.

– Черт, – пробормотал он. Взглянул Лори в глаза, и его лицо вновь исказилось. Та попыталась вспомнить, в каком кармане лежит перцовый баллончик. Судя по блеску в глазах, старик понял, что она сейчас достанет оружие. Поднял весло.

– Дамочка, не заставляйте меня…

Бряк!

Раздался громкий треск, словно на пол грохнулось яйцо.

Базз замер. Его глаза закатились, а челюсть отвисла. Из макушки по переносице потекла струйка крови, а затем хлынул сплошной поток.

– О, Хэтти…

Он упал на Лори, и она увидела, что за спиной старика присела на корточки Эбби. Сестра сжимала в руках окровавленный костыль. Базз обмяк, весло упало в реку.

Лори вскрикнула:

– Нет!

Базз оказался слишком массивным, она не успела оттолкнуть его и схватиться за весло. Оно унеслось прочь по бурлящей воде, исчезая навсегда, как и осенние листья. Лори высвободилась из-под мертвого тела. Теперь она могла только надеяться, что Базз еще жив, а у мотора хватит сил доставить их к цели и обратно. Она взяла голову старика в руки и приподняла:

– Базз?

Он совершенно обмяк. Его глаза были полузакрыты, а веки, когда Лори его встряхнула, не дрогнули. Повернув старика к себе лицом, она увидела, каким сильным оказался удар Эбби. Череп раскололся посередине, ткани то тут, то там слезли, обнажая вмятину на кости. Лори с трудом могла поверить, что ее слабая, увечная сестра могла нанести такой сокрушительный удар.

– Я говорила ему, – сказала Эбби.

– Что?

– Я говорила, что у него пойдет кровь.

Лори с трудом сглотнула.

– Эбби? Что на тебя нашло?

Но она уже знала. Все дело в этих лесах, в этой реке. Такой оказалась сама природа их путешествия. Лори чувствовала здесь злую энергетику. Должно быть, ее почувствовала и Эбби, только вот отреагировала по-своему. Мысли у нее выстраивались не как надо. Постоянно путались и порой блуждали подолгу.

– Он мертв? – с вялым любопытством, без единой нотки беспокойства спросила Эбби.

Лори приложила кончики пальцев к горлу Базза. Пульса не было. Она взяла его за запястье, уже зная, какой будет результат. Когда отстранялась, ее руки дрожали.

– Ох, Эбби… – только и смогла вымолвить она.

* * *

Эбби остановила старика. Спасла Сестрену. Однако это не принесло ей радости. Сейчас она почти ничего не чувствовала. Ее охватили ступор, серость и тоска. Это было непохоже на страх, который она испытала сегодня при мысли, что Сестрена ее оставит. Непохоже и на невесть откуда пришедшую ярость, когда Эбби говорила Сестрене всякие плохие ругательные слова, особенно про трах. Она находила этот эпизод забавным, но отчасти и некрасивым, и злым.

Но Сестрена ведь хотела именно этого. Трахнуть своего нового парня. Эбби тоже помнила, как трахалась. Когда-то в ней был парень. Теперь она даже смогла вспомнить его имя – Дэвид. Мальчик из далекого прошлого, до перемен. То, что она вспомнила, показалось ей классным. Она не знала, почему Дэвид ушел. Эбби подозревала, что он разозлил Сестрену, только вот непонятно чем. Но она знала, что права. И вспомнила, что когда-то была куда лучше Сестрены. Ей напомнила об этом река.

И вообще о многом напомнила.

* * *

Разобраться с мотором оказалось несложно. Он сопротивлялся, но Лори все же завела его и направила лодку к пологому склону у берега. Когда они подплыли, она заглушила лодку. Они медленно, словно корабль-призрак, плыли сквозь красный ад, которым стал Бийц.

Лори до сих пор пыталась осознать происходящее. Легче было размышлять о том, что ее сестра совершила убийство, чем пытаться понять, что происходит в этом лесу. Как ни странно, убийство заставило ее вернуться к реальности.

Надо избавиться от тела. Она подумала, что Базза лучше бы похоронить, но тогда придется тащить тело в лес. Это опасная, тяжелая авантюра. Здесь слишком суровая местность. Но мысль о том, что он будет плавать с ними дальше, была невыносима. Лори не хотела, чтобы тело оставалось в лодке хоть одну лишнюю секунду.

К тому же она не понимала, как относится к спокойствию Эбби. В каком-то смысле хорошо, что она не впала в истерику: справиться легче. Но паника – хотя бы нормальная реакция (по крайней мере, для Эбби). А теперь она вела себя непривычно, и единственное, что осталось прежним, – сестра гладила кроличью лапку. Ну, хотя бы глаза снова стали как у людей. Все еще темные, но уже далеко не такие жуткие, как тогда, когда река стала кровавой. Лори пыталась убедить себя, что это всего лишь игра света, иллюзия, вызванная тем, что вода стала красной, но даже это покраснение было каким-то потусторонним. Она все с большим трудом верила собственным глазам.

Впереди лежал берег, покрытый черной грязью, – достаточно большой, чтобы причалить. Но Лори не хотела приближаться к нему. Хватило бы одного незамеченного камня, чтобы пробить днище, и тогда они навек застрянут в этих лесах, живя в кошмарном мире, который сами и создали. Если они смогут вывести лодку на мелководье, не придется беспокоиться, что их унесет течением. Даже если лодка опрокинется, когда они будут избавляться от тела Базза. Они пошли вдоль берега, за очередным изгибом вода стала спокойной. Лодка плавно поплыла по течению.

Лори посмотрела на сестру.

– Тебе надо будет мне помочь.

– Я пыталась.

– О чем ты говоришь?

– Я пыталась помочь, Сестрена. Но ты не захотела, чтобы я тебе помогала.

Лори вздохнула. Она была слишком уж на взводе, чтобы терпеть глупости Эбби.

– Эбби, просто помоги перекинуть Базза…

– Мы могли вместе пойти к маме и папе. Я предлагала именно это, помнишь?

По телу Лори пробежала болезненная дрожь.

– Эбби…

– Ты хочешь спихнуть Базза в воду.

Лори не нашлась с ответом. А когда открыла рот, смогла выдавить лишь невнятный лепет.

– Сестрене нравится сталкивать людей в воду. Она заставляет воду краснеть.

На глаза Лори навернулись слезы, а вот лицо Эбби оставалось непроницаемым. Она говорила все это без эмоций, словно диктовала адрес или номер телефона.

Много ли она помнит?

Даже если Эбби была не в состоянии собрать кусочки пазла и восстановить память, какое-то смутное представление у нее все-таки имелось. Она словно видела прошлое в маленькое окошко, открывшееся в сознании. После того падения она несколько дней пролежала в коме, а очнувшись, с трудом смогла назвать свое имя. Эбби ничего не помнила о падении, и Лори придумала историю про оборвавшуюся тарзанку. Она даже залезла на дерево, сорвала заплесневелую веревку (задача оказалась не из легких) и сбросила тарзанку туда, куда упала сестра. От ее крови водоем стал красным, как раскрывающаяся роза. Никто ни разу не усомнился в этой истории, и Эбби так и не вспомнила, как все было на самом деле.

Лори так и не смогла захоронить эти ужасы достаточно глубоко – они все равно всплывали в памяти, – но была уверена, что правду помнит только она. Пит умер, а Эбби после падения повредилась в уме, и никто не знал, какой ужас творила Лори. Это был ее личный ад, которым она делилась только в личных письмах и только с любимым мужчиной. И только чтобы показать ему, что он не злой, а просто поддался зову тьмы, как и она. Лори ведь его не обманывала. В глубине души она вожделела его, сама для себя объясняя растущую любовь простым желанием завоевать доверие Эдмунда. Но их новая крепкая связь была такой же реальной, как некогда проявленная жестокость.

Все в чем-то виноваты. Вопрос лишь в том, в какой степени.

– Эбби… мы должны вытащить его из лодки.

Сестра кивнула.

– Ему не нужно в гости к Речнику. Уже не нужно.

Лори обхватила туловище Базза, таща тело к краю. Эбби схватила за ноги.

– Сестрен, а какая тут счастливая?

– Что?

– Лапа. Ну, нога. Какая счастливая?

Лори хмыкнула, таща тяжелый труп. Эбби положила одну ногу Базза на нос лодки и развязала шнурки на его ботинке. Изношенная обувь соскользнула с ноги мертвеца.

– Вот эта, – сказала Эбби. – Эта счастливая, прямо как моя кроличья.

– Тащи!

– Можно мне ее взять?

– Что взять?

– Хочу взять с собой его лапку. На удачу.

Крепко зажмурившись, Лори поднажала изо всех сил. Сейчас ей было не до болтовни. Напряжение зашкаливало. Она повернулась спиной, приподнялась, толкнулась бедрами… и лодка чуть не перевернулась. Лори закричала от отчаяния. Снова открыв глаза, она увидела, что Эбби смотрит на нее, склонив голову набок, как прислушивающаяся собака.

– Ну хорошо, – сказала Эбби. Толкнула ногу, перекинула через борт и стала поднимать другую. Вдвоем они выбросили тело за борт. Труп Базза поднял красные брызги, закачался на неподвижной воде и поплыл назад, навстречу течению. «Может, надо было утяжелить его камнями, чтобы пошел ко дну», – подумала Лори. Но было слишком поздно; много для чего слишком поздно. Наблюдая, как тело погружается в воду, Лори поняла, что снова боится.

Неужели я потерпела неудачу?

Ощущение накатило внезапно и было всепоглощающим. Неудача – ее старый, привычный враг.

Единственный мужчина, способный ее понять, – убийца. Лори пришла сюда, чтобы доказать ему, что она такая, какая есть. А теперь смотрела на уплывающий труп и понимала, что убила-то не она. Убила-то Эбби.

Эбби.

Всегда и везде Эбби. Даже теперь, повредившись в уме, она все равно была лучше Лори. Эбби убила Базза не чтобы спасти сестру, а чтобы лишить ее чего-то. Убийство сделало Эбби ближе к Эдмунду, чем Лори. Они оба испытали то, чего никогда не испытает большинство людей, а эта маленькая сучка даже сказала, что может увести Эдмунда, как увела Дэвида. Сбылась ли эта угроза? Если бы Базза убила Лори, она бы укрепила, углубила связь с любимым мужчиной. Она могла бы сказать, что сделала это, чтобы быть ближе к нему. И если бы подумала об этом раньше, так бы и было. Лори думала, что жестоких поступков в прошлом достаточно, чтобы доказать Эдмунду, что их внутренняя тьма – одна на двоих. Она позволила сестре упасть со скалы. Она пользовалась своим младшим братом. Это разрушило ее семью. Может, в сравнении с Эдмундом, который разрывал на куски невинных людей, это была ерунда, но Лори заглянула в самые темные уголки своей души. Ее деяния в подростковом возрасте отравили взрослую жизнь. Деяния Эдмунда тоже лишили его будущего. Она верила, что это придает им особое единство. Теперь же поняла, что этого попросту недостаточно.

Что, если Нико уже убила ради него?

Азиатская внешность и так дала этой сучке фору. Не перешла ли она на новый уровень? Лори едва знала эту женщину, но почему-то сомневалась, что Нико способна на убийство. И все-таки такая вероятность пугала.

С другой стороны, Лори и себя не считала способной на убийство. Она никогда не была склонна к насилию. Да, она позволила Эбби упасть со скалы, поддавшись приступу зависти, но тогда была всего лишь тупым подростком. Она не думала о последствиях, когда сестра летела на острые выступы, когда скатывалась с них, переломав кости. Все, чего Лори тогда хотела, – это отомстить и заставить Эбби держать рот на замке. Она почти сразу об этом пожалела и терзалась чувством вины всю жизнь. Лори никогда не решилась бы на убийство. У нее просто не было этого в крови.

Глава 18

Лори!

В детстве моим лучшим другом был дядя Зик. Именно он научил меня многим важным вещам. Научил обращатся с ружьем и свежевать оленя. Рассказал аб инструментах, а самагонном аппарате, а женщинах.

Ты спрашевала, почему азиатки. Это все из-за Зика.

Он был во Вьетнаме. Мама всегда говорила, что после этого он уже небыл прежним. Он много рассказывал а том, как жил там. Говорил, поначалу было страшно, но он научился получать удовольствие, убевая гуков. Говорил, это все равно как трахатся. Убил одного, и уже не можеш не убивать. Ха-ха.

Он показывал фотографии, которые наснемал сам. Там они с мужиками-салдатами насиловали баб-гуков, в том числе дитей. Эт было первое в моей жизни порно, и он атдал фотки мне. Еще паказал, что они с корешем сделали с этими суками после траха. Тощих сук калоли нажами и пытали, зажево отрезая сиськи. Вырезали письки. Зик на этих фотографиях ухмылялса, прям как ребенок в Диснейленде. Я в жизни не видел его таким щасливым, как на этих фото.

Были и кадры, где дохлых гуков стаскивали в кучу и сжегали к хренам на костре. Сжегали целые деревни. Рубили головы, сажали их на кол, а куски тел раскидовали повсюду. На паре фоток Зик даже трахал некоторые отрубленные головы. Их я тоже взял.

Порножурналов у меня тогда небыло. Зик сказал, что это все хрень. Что его фотки круче, что в «Плейбое» ничо хорошего не увидиш. Когда я повзрослел и все-таки увидел порножурнал, я понял, насколько он был прав. Это скушно. Так ВНУТРЬ женщины не заглянеш. А на фотографиях дяди Зика было все, чего душа пажелает.

Так что голых женщин вдетстве я видел только таких. Гребаных гуков, которых трахали и убевали все кому не лень. Врачи говорят, это стало фетишем. Меня не волнуют ни блондинки, ни рыжие. Только ускоглазые миниатюрные брюнетки. И я хочу сделать их такими, как на фото дяди Зика.

В один прекрасный день Зик угодил в психушку, когда стрильнул своей девушке в голову с дробаша. Ей снесло поллица. Я знаю это, я сам все видел. Мы были в его домике у реки, каптили мясо на заднем дворе и балтали а пустяках. Непомню уже а каких. Пох, неважно. Важно вот что: когда Зик в нее выстрелил, я кончил в штаны, даже не касаясь себя. Это было так сексуально, так прикрасно. Когда он это делал, я радовался, как будто меня пригласили поучаствовать в рок-шоу. Страха не было совсем. Я знал, что мне дядя Зик не навредит. Он любил меня, как мелкого братца. И я тоже его любил, хоть он и был мужиком.

В психушке мне не разрешили его увидеть. И так и не выпустили его. Он там умер. В покое, во сне. Может, видел сладкие сны, как трахал и убевал на войне ускоглазых шлюх. Как настоящий мужик. Надеюсь, теперь он смотрит на меня с небес. Надеюсь, он гордится моими делами.

Эдмунд