Текст книги ""Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Виктор Зайцев

Соавторы: Анастасия Анфимова,Дмитрий Султанов,Александр Алефиренко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 345 страниц)

Развешивая шкурки на просушку, девушка окончательно пришла к выводу, что жилище Отшельника всё же нуждается в некотором улучшении.

У аратачек хотя бы свой угол в вигваме есть, а в этой каменной клетушке не отгородишься. Осталось придумать, как это лучше сделать, а главное, под каким предлогом преподнести это всё хозяину дома.

Подкрепившись кусочком вареной рыбы, Фрея продолжила "сборку" штанов. Но глаза неудержимо слипались после бессонной ночи, а шило просто вываливалось из рук. Решив не издеваться над собой, девушка направилась в хижину. Сложно сказать, что заставило её подойти к входной двери. Скорее всего, захотелось лишний раз проверить засов.

Убедившись, что тот задвинут, Фрея взглянула в щель между брусками и удивлённо вскинула брови, заметив на тропинке тёмно-коричневого зверька. Ей доводилось встречать такого во время путешествия с Отшельником. Старик назвал его "цинук". Ловко лазает по деревьям, охотится на белок и птиц, не брезгует падалью. Но что он тут ищет, опустив к земле симпатичную острую мордочку? Меж тем, зверёк, сделав небольшой круг, поднялся на задние лапки и стал принюхиваться, глядя, казалось, прямо на неё.

– Пошёл! – раздражённо крикнула девушка, стукнув по двери ладонью, цинук молнией исчез в кустах. – Ходят тут всякие…

Усмехнувшись, Фрея широко зевнула да так и застыла с открытым ртом, сообразив, что маленький любитель падали топтался там, где она чуть не упала, выронив сырые шкурки.

– Ой, дура!!! – взвыла девушка, обхватив руками глупую голову. – Ну и дура! Он же на кровь приходил! Да как я вообще до сих пор живу! Без мозгов!

Теперь стало понятно неадекватное поведение ночного гостя. Поднявшийся ветер, залетая на двор, где она так неосмотрительно развесила кое-как застиранные вещички, донёс запах свежей крови, на который этот мохнатый моральный урод и припёрся. Наверное, почувствовал, что кроме неё здесь никого нет, вот и решил закусить, не опасаясь последствий.

– Вот батман! – выругалась Фрея. – Ну и как быть? До аптеки пробежаться за Олвейсом? Так их ещё тыщу лет не откроют!

– Но есть же какой-то выход, – бормотала она, взад-вперёд расхаживая по двору. – Или опять костёр всю ночь жечь?

Вспоминая свою жизнь в стойбище Палевых Рысей, девушка вспомнила, как в её "запретные дни" Расторопная Белка окуривала вигвам какой-то травкой.

– Перебьём один запах другим, – усмехнулась довольная Фрея. – Например, дымом. Да повонючее!

К сожалению, она не знала, какую именно траву используют аратачи. Придётся брать ту, что есть.

Идти далеко девушка не собиралась, но даже выйти со двора оказалось не просто. Фрее пришлось приложить усилия, чтобы заставить себя отодвинуть засов. Торопливо вырывая с корнем зеленевшую возле стены траву, она то и дело пугливо вздрагивала от малейшего подозрительного шороха. А когда где-то в лесу шумно взлетела птица, девушка, подхватив корзину, стрелой метнулась во двор. И долго после этого наблюдала сквозь узкую щель. Не мелькнёт ли среди деревьев бурая туша.

Она выходила ещё два раза, обзаведясь в результате этих вылазок двумя охапками разнообразной травы.

Оставалось дождаться ночи и проверить, насколько эффективным окажется новое средство. Кроме запаса пахучего материала Фрея предприняла ещё кое-какие меры предосторожности, перевесив шкурки за очаг.

Ближе к вечеру она развела костёр, и творчески используя опыт Колдуна, разложила свежую траву на ярко горевших углях. Двор заполнился едким, вонючим дымом. Вытирая слезящиеся глаза, Фрея ушла в хижину, где не так воняло и, не раздеваясь, легла на полу.

Само собой, что выспаться по-настоящему в таких условиях не получилось. Пришлось то и дело просыпаться, чтобы подновить "пугательный" костёр. Она страшно устала, пропахла дымом. Зато из леса к ней никто не приходил.

Тем не менее, ужас той ночи навсегда врезался ей в память. Ещё два раза девушка ходила с факелами к ручью. А когда кончилась еда, полдня уговаривала саму себя пойти к озеру, от души жалея, что вместе с ней сюда не забросило какое-нибудь огнестрельное оружие. Пулемёт, например, или танк. Вот в него гарантированно ни один медведь не смог бы забраться.

Увы, в её распоряжении нет даже велосипеда. Поэтому пришлось в который раз пересиливать свой страх. Хорошо ещё путешествие оказалось не напрасным. Фрея не только запаслась рыбой, но и искупалась, смывая с себя запах дыма.

Бегать вокруг озера, как велел Отшельник, она ещё не решалась, но и без дела не сидела. Наконец-то изготовила себе штаны, которые оказались немного великоваты. Так что пришлось сделать сразу и пояс. Без сожаления расставшись с платьем, девушка взяла себе рубаху, которую нашла в одной из корзин, решив, что хозяин возражать не станет. Кроме того, ещё раз попробовала стрелять из лука. Причём на это раз не без успеха.

Фрея всё чаще вспоминала о старом заморце, уверенная, что с ним она бы ни за что не попала в "медвежий" переплёт. Опытный лесной житель, он не дал бы ей сделать глупость, приманив хищника.

Интересно, что скажет Отшельник, увидев следы зубов и когтей на новенькой двери? Уж, наверное, не "спасибо". Или вновь начнёт смеяться и бухтеть что-нибудь вроде: "Какой же из тебя охотник, если после первой же встречи со зверем из дома носа не кажешь?" А как тут "казать", если страшно до икоты? Если только и думается о том, как этот бурый гад где-то прячется, облизываясь и пуская слюну? Тут пока за водой или за едой сходишь, семь раз описаешься.

И всё-таки, несмотря на страх, на притаившуюся за каждым углом опасность, возвращаться в стойбище к аратачам Фрее не хотелось.

Значит, нужно опять пересилить себя. Но чтобы сделать этот процесс не таким болезненным, девушка решила "возвращаться" в лес постепенно.

Для начала перенесла за ограду тренировки по стрельбе из лука. Разожгла крошечный костерок, положила рядом пучок сухой травы, пару веток и стала стрелять в две сложенные крышки от корзины, прислонённые к дереву.

В первый день она то и дело поглядывала на приоткрытую дверь, готовая при малейшей опасности нырнуть во двор. А на другой, когда вытаскивала из сосны стрелу, заметила на тропинке Отшельника. Да не одного, а с Глухим Громом.

– Принесла его нелёгкая! – буркнула Фрея, раздумывая: Стоит ли убирать лук, чтобы лишний раз не раздражать охотника, или пусть видит?

Решила не прятаться. После разъярённого медведя аратач уже не казался таким страшным.

– Я тебя сразу и не узнал! – раздался довольный голос старика. – Думал, какой-то охотник в гости пришёл.

– Ты одета как "рысёнок", – недовольно фыркнул Глухой Гром, подходя ближе. – И что с твоими волосами?

Девушка недоуменно потрогала заделанный на затылке хвостик.

– Ты похожа… на парня, – продолжал ворчать охотник. – Это неправильно. Женщина не должна так одеваться.

"Что мне нравится, то и буду носить! – мысленно огрызнулась Фрея, убирая стрелу в футляр. – Хоть бы поздоровался для начала, женишок!"

– Разве ты не видишь, храбрый Глухой Гром, что эта одежда похожа на ту, которую она носила раньше? – поспешно пояснил заморец.

Окинув девушку пристальным взглядом с ног до головы, охотник хмыкнул:

– Та была хотя бы немного красивая. А это…

Аратач хмыкнул.

– Никакая…

Щёки у Фреи вспыхнули от ярости: "Сам бы попробовал сшить что-нибудь такими нитками, да ещё из кожи!"

А Глухой Гром продолжал портить ей настроение:

– Ты стреляешь из лука?

– Разве ты забыл, что рассказывал Прыжок Льва? – вновь вступил в разговор Отшельник. – Она чуть не убила стрелой Одинокого Ореха.

– Ну-ка, покажи, что умеешь? – полупрезрительно усмехнулся молодой человек.

Понимая, что отказ вызовет только новые насмешки, девушка взяла лук и выпустила стрелу в дерево, отстоящее от них шагах в сорока.

– Теперь дай мне! – потребовал в Глухой Гром.

Фрея даже моргнуть не успела, как рядом с её стрелой торчало ещё три.

Снисходительно улыбаясь, аратач вернул пристыженной девушке оружие. Затем выхватил топорик и, почти не глядя, швырнул куда-то вверх. Под ноги им упала ветка с тремя шишками.

– Ты стрелял, тебе и стрелы вытаскивать, – дёрнула плечиком девушка и, вздёрнув носик, направилась к ограде.

Качая головой и улыбаясь, Отшельник пошёл за ней. Однако при виде покрытой глубокими бороздами двери, всё его веселье тут же улетучилось.

– Медведь приходил?

– Да, – кивнула Фрея. – Насилу отогнала.

– Я всегда говорил, что ты очень храбрая, – сказал Глухой Гром, возвращая ей берестяной футляр со стрелами, но, увидев царапины, посуровел. – Зверь сильно злился.

– Да, – согласилась девушка. – Если бы это был вигвам, медведь бы меня съел.

– Нет, – покачал головой молодой охотник. – Я бы его убил. Хозяйку моего жилища никто не посмеет тронуть. Ни зверь, ни человек.

"Кроме тебя", – неприязненно подумала Фрея, всё же удержавшись от комментария на последние слова зазнайки.

Войдя во двор, истосковавшийся по дому, Отшельник широко улыбнулся. Несмотря на мрачное настроение, девушка тоже не смогла удержаться от улыбки, наблюдая искреннюю радость старика.

– Жаль только, угостить вас с дороги нечем, – проговорила она, виновато разводя руками.

– Приносить мясо в вигвам – забота мужчины! – наставительно сказал Глухой Гром, стаскивая с плеч корзину. – Вчера я добыл молодого оленя.

Аратач достал завёрнутые в шкуры куски.

– Возьми и свари в котле. Не у всех молодые зубы.

– Тут много, – покачала головой Фрея. – Всё не уберётся.

– Это ещё не всё, – гордо усмехнулся удачливый охотник. – Часть пришлось положить к Отшельнику.

– Я его закопчу, – проговорил тот, тоже освобождаясь от ноши.

Его речь заставила девушку насторожиться.

– А вечером ты сваришь мяса нам в дорогу, – продолжал Глухой Гром, усаживаясь на землю.

– Я никуда идти не собираюсь, – медленно покачала она головой и поинтересовалась у заморца. – Ты меня выгоняешь?

– Нет, – тут же ответил старик.

– Ты должна вернуться в стойбище, – строго проговорил аратач. – Дети Рыси уходят из этих мест. Теперь, когда все знают, кто убил Упрямую Веточку, ты можешь вернуться. Мутный Глаз опять примет тебя в свой вигвам.

– Передай ему, что я останусь здесь, – твёрдо заявила Фрея. – Если, конечно, хозяин разрешит.

– Живи, сколько хочешь, – пожал плечами внимательно следивший за их разговором Отшельник.

– Мутный Глаз – твой названный отец, – нахмурился охотник. – Ты должна его слушаться!

– Мутный Глаз от меня отказался! – отрезала девушка. – Он считал меня убийцей. Я к нему не вернусь!

Не ожидавший такого ответа, молодой человек на миг растерялся, но тут же принял свой обычный, самодовольный вид.

– Во всём виноват тот, кто раньше был учеником Колдуна, – снисходительно усмехнулся аратач. – Теперь-то все знают, что ты не убивала Упрямую Веточку, и никто не скажет тебе ничего плохого.

– Даже вождь хочет, чтобы ты вернулась, – продолжал он. – Ты отказываешься выполнить его приказ?

– А разве Белое Перо приказал? – насторожилась Фрея, взглянув на Отшельника, который как раз доставал из корзины под навесом две волчьи шкуры.

– Он сказал, что если захочешь, то можешь вернуться в стойбище, – ответил тот, пряча глаза.

– Ну, тогда я не хочу! – с облегчением отказалась девушка и, не желая ничего слушать, занялась мясом.

Раздражённый молодой охотник собрался ещё что-то сказать, но заморец остановил его, легонько положив руку на плечо, и, что-то шепнув, кивнул на хмурую Фрею.

Раздражённо фыркнув, аратач отвернулся, пристально разглядывая хижину.

– Колдун просил передать, что он понял, для чего тебя прислал Владыка вод, – нарушил напряжённое молчание Отшельник.

Не переставая резать мясо, девушка подняла глаза от стола.

– С твоей помощью Великой дух помешал плохому человеку стать новым Колдуном Детей Рыси, – слегка пародируя толстяка, объяснил заморец.

– Значит, всё, что от меня требовалось, я уже сделала? – усмехнулась она.

– Не знаю, – пожал плечами слегка озадаченный собеседник. – Об этом надо Колдуна спрашивать.

– Ты ещё должна стать моей женой! – смеясь, влез в разговор Глухой Гром.

– А что стало с его учеником? – проигнорировала слова аратача девушка.

– Колдун ищет нового, – хмурясь, ответил старик. – Прежнего убили. Вспороли живот и связанного бросили в муравейник.

Фрею передёрнуло. Заметив это, Отшельник ещё более посуровел.

– Он это заслужил. Мало того, что убил дочь вождя, так ещё попытался использовать магию Гневной Матери. Совет Старейшин поступил ещё милосердно.

– Ты его жалеешь? – удивился охотник.

– Нет, конечно, – покачала головой девушка. – Но зачем так мучить перед смертью?

– А как же иначе? – удивился заморец. – Вина определяет наказание. За убийство Упрямой Веточки вождь просто перерезал бы ему горло. Но дрянной мальчишка поставил под угрозу жизнь всего племени. Расскажи ей, Глухой Гром, что случилось, когда ваши далёкие предки потеряли один Глаз Гневной Матери.

Молодой человек пожал плечами, потом заговорил лениво, словно нехотя:

– Когда-то давным-давно наши предки жили далеко за Костяным Хребтом. Там мало леса, но обширные, заросшие густой травой равнины, где бродили огромные стада животных. Там аратачи ели только одно мясо, от которого охотники были сильны и могучи, а женщины красивы и плодовиты. Но однажды они как-то умудрились потерять один Глаз Гневной Матери. Узнав, что его жена окривела, Великий дух страшно разозлился, и на людей обрушились многочисленные бедствия. Перестали идти дожди, высохла трава, ушли звери, пришли голод и болезни. Долго люди молили Великого духа о прощении, просили Праматерь Рысь заступиться за своих неразумных детей, пока он не смилостивился и не указал дорогу в эти леса. Но до здешних мест добралась лишь малая часть племени.

– Теперь ясно, почему для нас так важен единственный Глаз Гневной Матери? – строго закончил Глухой Гром.

У девушки появилась масса вопросов, но она предпочла понимающе кивнуть и поспешно побросала в котёл нарезанное мясо.

Мужчины заговорили о том, как проходил Совет Старейшин, но Фрея их почти не слушала, поглощённая готовкой и рассказом аратача. Теперь понятно трепетное отношение Детей Рыси к блестящему камешку. Потеряв один такой, они были вынуждены покинуть родные места. Но кто же такая Гневная Мать? И на кого она разозлилась?

Потом девушка отыскала в одной из корзин красивый плетёный поднос и, выложив на него исходящее ароматным парком мясо, отнесла Отшельнику. Вооружившись ножом, старик произнёс подобающие такому случаю слова:

– О Великий дух, Праматерь Рысь и добрые предки! Разделите с вашими детьми радость встречи и не оставьте их в час испытания!

И откусив от куска, протянул его гостю.

Передавая мясо Фрее, Глухой Гром попробовал чуть сжать ей ладонь своими твёрдыми пальцами.

"Он, что думает, мне это нравится? – мысленно фыркнула девушка, выдёргивая руку. – Ага, вот-вот из штанов выпрыгну!"

Однако долго обед не продлился. Кое-как перекусив, заморец вдруг заявил, что просто горит желанием вот сейчас, немедленно искупаться в "холодном кипятке".

– Я с тобой! – заикнулась было Фрея, которой совсем не "улыбалось" оставаться наедине с довольно скалящимся Глухим Громом.

Но Отшельник только пренебрежительно махнул рукой.

– Оставайся здесь. Я надолго. Чего ты там просто так сидеть будешь?

– А здесь, что мне делать? – обиженно буркнула девушка.

– Мясо полосками порежь, – продолжал старый хитрец. – Вот так.

С этими словами он, кряхтя, поднялся, взял нож и, выбрав кусок, отрезал вдоль волокон узкую полоску.

– Поняла?

– Поняла! – мрачно буркнула Фрея.

Удовлетворённо кивнув, заморец, прихватив копьё, вышел провожаемый тоскливым взглядом девушки.

– Почему ты всё ещё боишься меня? – с нескрываемой горечью проговори Глухой Гром. – Разве я сделал тебе хоть что-то плохое?

– Нет, – пришлось признаться девушке и, понимая, что рано или поздно придётся это сказать, выпалила. – Просто я не хочу быть твоей женой!

– Почему? – аратач, казалось, нисколько не обиделся, но сильно удивился. – Я молод, силён, лучший охотник в роду Палевых Рысей. Ты думаешь, что сможешь найти лучшего мужа?

Фрея тяжело вздохнула. Ну как объяснить, что он ей нисколько не нравится? То есть не просто НЕ нравится. А очень-очень НЕ НРАВИТСЯ!

– Ты очень хороший человек, Глухой Гром, – заговорила она, тщательно подбирая слова. Злить собеседника – никак не входило в её планы. – И лучшего охотника, наверное, нет во всём племени.

Молодой мужчина гордо расправил плечи, сверкнув орлиным взглядом из-под густых, чётко очерченных бровей.

– Но я не хочу быть хозяйкой в твоём вигваме, – мягко закончила девушка. – Если ты на самом деле хорошо ко мне относишься, то не заставляй становиться твоей женой.

– Ты говоришь странные вещи, Бледная Лягушка, – хмыкнув, сказал собеседник, зачем-то теребя ожерелье из клыков и когтей, знак своей охотничьей доблести. – Неужели ты на самом деле так глупа, как говорит моя мать и другие женщины?

– Ну и зачем тебе такая дрянная жена? – зло усмехнулась Фрея, неприязненно реагируя на своё аратачское имя.

– Потому что я так хочу, – спокойно объяснил мужчина. – Если ты сама ничего не понимаешь в жизни, должен же кто-то о тебе позаботиться?

Слегка ошарашенная подобной логикой, девушка даже опустила нож, которым нарезала полоски мяса. Глухой Гром весьма довольный тем, что сумел её озадачить, продолжал:

– Я добуду мясо, и ты не будешь голодать, шкуры, и ты сошьёшь одежду, чтобы не замёрзнуть. Со мной никто не посмеет тебя обидеть. Ты родишь нам сыновей, которые станут кормить нас в старости и проводят к предкам, когда придёт наше время.

Заметив, что его внимательно слушают, молодой человек снисходительно улыбнулся.

– Я умный и буду думать за нас обоих.

Не зная, что возразить на столь весомые аргументы, Фрея вновь принялась кромсать мясо, едва не порезавшись.

На лице аратача появилась самодовольная улыбка, и тогда, не заботясь о том, как глупо прозвучат её слова, девушка выдавила сквозь стиснутые зубы:

– Я не стану твоей женой, очень умный Глухой Гром.

– Станешь, – с пугающей убеждённостью возразил тот. – Ты женщина, значит, тебе нужен охотник, чтобы не умереть от голода и холода, жилище, чтобы было, где растить детей. Ты уже не так молода. Никто кроме меня не возьмёт тебя хозяйкой в свой вигвам, разве что второй женой.

– Ты считаешь меня глупой, никчёмной и ни на что не способной? – с клокочущим в груди бешенством спросила она. – Думаешь, я без тебя не проживу?

– Ты красивая, – убеждённо проговорил молодой человек. – Храбрая и немножко глупая.

Он сдвинул грязные пальцы.

– Совсем чуть-чуть. Поэтому и не понимаешь, что одна ты умрёшь. Кто принесёт тебе мясо? Кто защитит от зверей и врагов? Только я.

Весьма довольный тем, что последнее слово осталось за ним, охотник снисходительно посматривал на неё, чуть кривя губы в покровительственной усмешке.

– А если я сама попробую себя защищать? – вдруг сказала Фрея, ужасно раздражённая, как самодовольством собеседника, так и тем, что ей никак не удаётся найти достойный ответ, который смог бы хоть немного сбить спесь с наглеца. – И добывать себе мясо?

Тот звонко, раскатисто рассмеялся, откинувшись назад всем телом.

– Я живу здесь уже одиннадцать дней! – выкрикнула оскорблённая девушка, крепко вцепившись в успевшую покрыться жиром рукоятку ножа. – Я не умерла с голоду! Я прогнала медведя! Я убила Одинокого Ореха! Я одна…

– Это потому, что кругом камень! – рявкнул Глухой Гром, прерывая её. – Если бы не стена, которую зачем-то сделал Отшельник, Одинокий Орех с Прыжком Льва легко свернули бы тебе шею. А медведь, скорее всего, завалил бы твоё белое тело землёй и ветками. Чтобы протухло. Они любят гнилое мясо!

Губы девушка дрогнули, а глаза защипало от слёз.

– Все эти дни ты ела одну рыбу, – аратач, продолжавший её отчитывать, презрительно сплюнул. – Которую добывала ловушкой Отшельника!

Внезапно он усмехнулся, продолжив совсем другим, мягким, снисходительным тоном, словно взрослый, умудрённый жизнью человек с малым ребёнком:

– Из рыбьей шкуры одежду не сошьёшь.

Опустив глаза, Фрея вновь принялась резать мясо. А довольный молодой человек грациозно, словно сытый хищник, переменил позу, вытянув ноги и опираясь локтем в землю.

– Можешь не сомневаться, храбрый Глухой Гром, – с лёгкой издёвкой проговорила девушка, не выдержав насмешливого взгляда. – Я научусь стрелять из лука, метать дротики и драться копьём. Я буду добывать зверей, которые дадут мне мясо и тёплые шкуры.

Покачав головой, собеседник посмотрел на неё, словно на тихую сумасшедшую.

– Оказывается, ты глупее, чем я думал.

И прежде чем она успела что-то сказать, быстро продолжил:

– Знаешь, почему женщинам нельзя брать в руки оружие?

Фрея раздражённо пожала плечами.

– Потому, что они могут разрушить мужскую магию. Незримую связь между духами предков, охотником и его оружием. А без этого…

Глухой Гром пренебрежительно махнул рукой.

– Твои стрелы и дротики полетят мимо, копьё сломается в самый неподходящий момент, а звери станут обходить ловушки. Ты ничего не добудешь, кроме глупых лупоглазых рыб. Ну и ещё, может, лягушек!

Молодой человек в который раз звонко рассмеялся, тряхнув гривой чёрных, блестящих волос.

А девушка вновь почувствовала, как давит на неё непробиваемое чувство превосходства, сквозившее в каждом слове, взгляде и даже в позе аратача.

Срезав мясо, она бросила кость в котёл, чтобы вечером сварить вкусный бульон. А собеседник продолжал её разглядывать с мягкой улыбкой.

– Когда станешь хозяйкой в моём вигваме, – тихо проговорил он. – Я прогоню все твои глупые мысли. Будешь варить мясо, шить одежду и ждать меня с охоты, как и полагается женщине.

– Я не собираюсь ей становиться! – вдруг выпалила Фрея.

– Что? – вскинул брови Глухой Гром.

– У лучшего охотника рода Палевых Рысей уши заложило? – победно усмехнулась она, донельзя довольная тем, что ей всё-таки удалось его задеть. – Я уже пять раз сказала, что не буду твоей женой!

– Но ты обещала! – с неприкрытой угрозой в голосе напомнил молодой человек, поднимаясь на ноги.

– Я передумала! – гордо вздёрнула нос девушка.

– Не шути со мной так! – аратач двумя стремительными шагами пересёк разделявшее их расстояние, легко, словно играючи отбил её вытянутую руку с зажатым ножом и сграбастал в крепкие объятия.

– Я тебе не сопливый "рысёнок"!

Фрея дёрнулась, пытаясь вырваться, но Глухой Гром вдруг приблизил своё лицо так, что она кожей ощутила его далеко не свежее дыхание.

– Чувствуешь, как ты мне нравишься?

Девушку затошнило. Ей вдруг вспомнилась распалённая желанием рожа Одинокого Ореха и другие, расплывавшиеся в тумане памяти полузвериные морды. Брезгливость уступила место ярости.

– Пусти, – тихо прошептала она, ворохнув плечами и кладя ему руки на талию.

Чуть ослабив хватку, молодой человек стал целовать её в шею, мягкими губами щекоча мочку уха.

Фрею передёрнуло.

"До чего же вы все… предсказуемые!" – зло подумала она, чуть развернувшись и с наслаждением ударив увлёкшегося кавалера коленом между ног.

Взвыв ничем не хуже того медведя, охотник с силой отшвырнул от себя девушку. Та ловко перекатилась через голову, вскочила, собираясь укрыться в хижине, но мощный удар в спину бросил её вперёд, сбивая с ног.

С визгом Фрея упала, царапая о землю вытянутые вперёд ладони. Ослеплённая болью, она едва успела повернуться, как на неё обрушился разъярённый Глухой Гром.

– Вот тебе, дрянная девчонка, вот тебе! – кричал он, работая кулаками.

От беспощадных ударов голова дёргалась из стороны в сторону, перемешивая мысли. Один из них разбил бровь, вызвав новую вспышку боли и залив кровью левый глаз.

– Гад, сволочь! – кричала девушка, отчаянно пытаясь вырваться. Но её руки оказались накрепко прижаты к земле коленями аратача, уютно усевшегося на грудь, а сбросить его, сил не хватало.

Разжав кулаки, тот наотмашь хлестанул Фрею по щеке и откинулся назад, переводя дух. В её памяти молнией мелькнул кадр из какого-то фильма. Выгнувшись, она схватила противника ногами за шею. Явно не ожидавший такого приёма, Глухой Гром, ещё сильнее подавшись назад, вцепился ей в щиколотки.

Повозившись, девушке удалось высвободить правую руку. Зло щеря окровавленный рот, она вцепилась сквозь тонкую, хорошо выделанную кожу в то место, куда совсем недавно так удачно попала коленом. На голову Фреи обрушился мощный удар, так что лязгнули зубы, и всё поплыло перед глазами. Но и это не заставило девушку выпустить добычу. Более того, для полноты впечатления она ещё и повертела рукой.

Не выдержав подобных ласк, Глухой Гром кузнечиком соскочил с неё, легко освободившись из неумелого захвата.

Громко шипя, он застыл, согнувшись в двух шагах, левой рукой потирая пострадавшее место, а правой сжимая хорошо знакомый Фрее топорик.

Та, с трудом приподнявшись, сумела встать на четвереньки.

– Я убью тебя, Бледная Лягушка! – морщась от боли, вскричал молодой человек.

– Давай! – огрызнулась она, с трудом поднимаясь на ноги и вытирая залитый кровью глаз. – Лучше сразу умереть, чем жить с тобой!

Борясь с головокружением, девушка доплелась до навеса и села на помост, крепко держась за столбик.

– Теперь ты веришь, что я не стану твоей женой?

Выпятив нижнюю челюсть, аратач шагнул к ней. Сама не понимая, откуда силы взялись, Фрея одним прыжком оказалась у корзины и, сорвав крышку, выхватила топор с широким лезвием.

– Он слишком велик для тебя, – презрительно скривил губы охотник. – Ты выглядишь ребёнком, которому отец дал подержать своё оружие.

– Только ты что-то не смеёшься! – ухмыльнулась девушка.

– Рысь!!! – издал боевой клич Глухой Гром.

Ветер смерти опалил ей щеку, когда мимо лица, рассекая воздух, пронёсся посланный твёрдой рукой топорик. От сильного удара столб, поддерживавший крышу, качнулся, и на голову Фреи посыпались куски бересты. Инстинктивно вскинув руки, она шагнула в сторону, но не удержалась и звонко шлёпнулась на задницу, вызвав довольный смех молодого человека.

Лишний раз продемонстрировав собственное превосходство над противником, он гордо вернулся на расстеленную шкуру и, осторожно усевшись, стал презрительно поглядывать на обсыпанную белой пылью девушку.

– Рыбы не летают, Бледная Лягушка, а женщины не охотятся.

– Летают, – внезапно возразила она, поднимаясь на ноги. – Выпрыгивают из воды, расправляют плавники, как крылья, и… летят.

– Ты опять говоришь глупости, – с сожалением вздохнул аратач, и видимо не желая терять времени на бесполезные споры, сменил тему разговора:

– Тебе надо кровь остановить.

– Само пройдёт, – буркнула Фрея. Возбуждение схлынуло, и она начинала чувствовать боль во всём теле.

– Нет, – покачал головой Глухой Гром. – Бровь начнёт гнить, придётся прижигать огнём.

Он усмехнулся.

– Тебе же не ужен такой шрам на лице, Бледная Лягушка?

Не желая отвечать, девушка демонстративно стала отряхивать пыль с колен.

Вновь оставив за собой последнее слово, молодой человек направился к двери. И тут Фрея со злорадным удовольствием отметила, что он как-то чересчур широко расставляет ноги, очевидно оберегая пострадавшие органы.

На миг возник соблазн закрыть за ним дверь на засов. Пусть посидит снаружи, дожидаясь Отшельника. Но потом девушка решила, что не станет лишний раз показывать напыщенному сурку, как она его боится.

Очень скоро вернувшись, охотник протянул ей пучок каких-то листьев.

– Разжуй и приложи к ране.

Стоя, на всякий случай, так, чтобы между ними оставался стол, Фрея взяла один из них и отправила в рот. Сразу же свело скулы и язык.

Аратач усмехнулся.

– Выпьешь воды, и всё пройдёт. Жуй, это очень хорошее средство.

Удовлетворённо кивнув, он направился к своей корзине и принёс кожаный ремень, которым девушка обвязала голову, чтобы удержать целебную кашицу на брови, одновременно не давая едкому соку попасть в глаз.

Возможно, Отшельник очень сильно соскучился по любимой ванне или решил дать возможность молодым людям подольше побыть наедине. Но явился он только на закате. Широкая, сиявшая сквозь густую бороду улыбка тут же померкла, стоило ему, как следует, рассмотреть двор и тех, кто там находился. Хотя, на первый взгляд картина казалась вполне мирной. Фрея помешивала кипящую в котле похлёбку из костей и желудёвой муки, а молодой охотник спокойно сидел по другую строну костра. Вот только лицо девушки опухло от побоев, а лоб закрывала широкая кожаная повязка. Да и Глухой Гром сидел, как-то слишком широко расставив ноги. В довершение всего, кто-то опять сломал навес.

Поскольку в данный момент никто никого не бил и ничего не ломал, умудрённый жизнью старик не задал гостям ни одного вопроса, хотя и следил за каждым их словом и движением.

Лишь оказавшись после ужина вдвоём с девушкой в хижине, где они развешивали в печной трубе нарезанное полосками мясо, Отшельник негромко поинтересовался:

– Из-за чего он тебя избил?

– Я сказала, что не стану его женой, – так же тихо ответила Фрея. – Совсем и никогда.

– Но ты уже дала обещание, – неодобрительно хмыкнул заморец, принимая у неё очередной кусок.

– Я передумала! – огрызнулась девушка. – Ты же знаешь, они с Мутным Глазом меня заставили. Я с самого начала не хотела…

– Аратачам не нравится, когда нарушают данное слово, – осуждающе проворчал Отшельник. – Так нельзя…

– А мне не нравится Глухой Гром! – не полезла за словом в карман Фрея. – И вообще, они же насильно девушек замуж не выдают!

– Я попробую с ним поговорить, – проворчал старик.

– О чём? – встрепенулась она.

– О тебе, конечно, – усмехнулся собеседник. – И о нём. Но сначала закончим с мясом.

Повозившись с огненными палочками, заморец добыл огонь и поджёг в печи сложенные прямоугольником дрова, пересыпанные какими-то листочками и щепками.

– А ты оставайся здесь и ложись спать, – буркнул хозяин дома, внушительно закрыв за собой входную дверь.

Само собой, она и не подумала так делать. Скорчив рожу вслед вредному старикану, Фрея, подкравшись к окну, стала внимательно слушать.

– Все знают о твоей мудрости, Отшельник, – сказал Глухой Гром, когда тот уселся радом с ним возле чуть тлевшего костра. – Но сейчас ты поступаешь неправильно.

– Что же, по-твоему, я делаю не так? – сильно понизив голос, поинтересовался заморец.

Видимо аратач его понял и почти шёпотом разъяснил суть своих претензий.

– Духам может не понравиться, что ты разрешил Бледной Лягушке пользоваться оружием. Охота и война – дело мужчин.

– Я Отшельник, – усмехнулся старик. – И мои поступки никак не повлияют на отношения духов к другим Детям Рыси.

– Но всё же ты один из нас, – напомнил молодой человек. – И не должен нарушать наши обычаи. Оружие женщинам можно давать только тогда, когда напали враги. А просто так…

Он красноречиво замолчал.

Его собеседник, бесшумно поднявшись, подошёл к хижине. Девушка тут же упала на расстеленные шкуры и, свернувшись клубком, мерно засопела, набросив одеяло.