Текст книги ""Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Виктор Зайцев

Соавторы: Анастасия Анфимова,Дмитрий Султанов,Александр Алефиренко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 255 (всего у книги 345 страниц)

– Завязывай.

Опустившись на колени, отпущенница, повозившись, закрепила ножны на лодыжке.

Торопливо шагая по плотно утоптанной тропинке, Ника, оглядываясь по сторонам, заметила примерно в километре на винограднике Септиса группу рабов с надсмотрщиками. С такого расстояния она не смогла только разобрать, чем те там занимаются, но не сомневалась, что невольники и охранники тоже её видят, а значит, господин Бест скоро узнает об очередном визите племянницы покровителя в священную рощу.

Несложно представить, какие именно мысли могут прийти в голову умному, битому жизнью, но довольно приземлённому отпущеннику, особенно с учётом того, что она сама рассказала ему о "случайной" встрече с неким мужчиной у алтаря Фелои.

"Плевать! – мысленно отмахнулась девушка. – Всё равно надо выбираться в город. Завтра же, нет сегодня напишу дядюшке и попрошу разрешения вернуться. Только причину надо придумать поубедительнее. Но это всё потом. Сейчас главное – узнать, что же там получилось у Ина Валия?"

Волнуясь, она, сама того не замечая, всё ускоряла шаг до тех пор, пока уже почти бежавшая Риата Лация не взмолилась:

– Ой, да не торопитесь вы так, госпожа. Дождётся он вас, никуда не денется.

Опомнившись, Ника, выругавшись про себя, поправила сбившуюся накидку, после чего уже не спеша направилась к небольшой группе деревьев и кустарников, носивших громкое название "Священной рощи нимфы Фелои".

Глаза машинально отыскали в зарослях знакомого чёрного ослика, на сей раз запряжённого в небольшую двухколёсную повозку.

Остановившись, покровительница повернулась к служанке.

– Ты со мной не ходи. Ни к чему Ину Валию твоё лицо видеть.

– Да, госпожа, – понимающе кивнула отпущенница, на всякий случай плотнее закутавшись в покрывало, носить которое теперь имела полное право, как свободная женщина.

Уже у первых деревьев девушку окликнули:

– Госпожа Юлиса!

Как и при прошлой их встрече, племянник Авария прятался за обелиском. Однако внешний вид его разительно изменился. На юноше красовался явно новый, тёмно-коричневый плащ с серыми от пыли полами, а талию перехватывал плетёный кожаный пояс, на котором висел короткий нож в украшенных ярко начищенными бляшками ножнах.

– Здравствуйте, господин Валий, – подойдя ближе, поприветствовала его Ника. – Что случилось? Зачем вам так срочно понадобилось меня видеть?

– Чтобы ещё раз полюбоваться вами, госпожа Юлиса! – пылко вскричал молодой человек.

"Вот батман! – попаданка едва не взвыла от злости и разочарования. – Я что, бежала сюда эту чушь слушать?!"

Она уже собралась высказать собеседнику всё, что думает о его крайне невеликих умственных способностях, но невольно отшатнулась, сунув руку за спину.

Лицо племянника главного смотрителя имперских дорог раскраснелось, глаза горели каким-то нездоровым азартом, а остро торчавший кадык то и дело дёргался на тощей, грязной шее.

– Я же предупреждала, господин Валий, – процедила сквозь зубы девушка. – Что не даю авансом, и пока Аварий не откажется от свадьбы, вам ко мне лучше не подходить!

Пальцы её сжали рукоятку кинжала, и она уже наметила целью удара левое плечо настырного приставалы. Убить не убьёт, но в чувство приведёт точно.

Но тот неожиданно отпрянул, поспешно опустив взгляд.

– Мне удалось поговорить с Птахубисом, – криво усмехнулся молодой человек. – За тысячу империалов он готов составить нужный вам гороскоп. Но требует всё и сразу.

– Дорого же он ценит свою ложь, – чуть расслабившись, хмыкнула Ника и спросила. – А пятьсот империалов астролога не устроят?

– Нет! – решительно отрезал собеседник.

– За такой пустяк сумма немалая, – задумчиво покачала головой девушка. – И прежде чем расстаться с ней, мне необходимо лично встретиться с господином Птахубисом и уточнить кое-какие детали.

– Он не согласится, – сейчас же возразил молодой человек.

– Тогда не получит своё золото, – небрежно пожала плечами Ника, подумав, что ушлый парнишка, кажется, пытается элементарно "развести её на бабки". – А нам придётся подыскать иной способ убедить вашего дядюшку прожить недолгий остаток жизни холостым.

Ин Валий открыл рот, собираясь что-то возразить, но тут воздух прорезал оглушительный резко оборвавшийся крик.

– Госпожа!!!

Лишь пара секунд понадобились девушке, чтобы опомниться и выхватить из-за спины клинок. Однако прыткий радланин, преодолев разделявшее их расстояние, сумел обоими руками вцепиться ей в запястье.

Подавшись вперёд, Ника попыталась достать наглеца, но тот, пятясь на подгибавшихся ногах, всё же сумел удержать хищно поблёскивавшее остриё кинжала в каких-то десяти сантиметрах от своего перекошенного лица.

Меняя тактику, она рванулась в сторону, намереваясь стряхнуть упрямого противника. Довольно субтильный племянник главного смотрителя имперских дорог не смог устоять на ногах, но руку её так и не выпустил.

Потеряв терпение, девушка ткнула ему в глаза растопыренными пальцами. Заверещав, Валий отскочил, закрывая лицо ладонями. Переменив хват отработанным движением, Ника замахнулась, намереваясь ткнуть его в бок, но тут услышала за спиной какой-то шум, к сожалению не успев обернуться.

Голова как будто лопнула, разорвавшись на тысячи мельчайших кусков, погружая разум в вязкую темноту.

Возвращался окружающий мир медленно, словно по частям. Сначала тихо, будто сквозь толстый слой ваты, начали просачиваться звуки грубых мужских голосов, с каждой секундой становясь всё явственнее и чётче.

– Я же говорил, что велел ей молчать, – явно оправдывался кто-то, отчаянно шепелявя. – А она орать взялась. Пришлось там же и кончить.

"Кого?" – машинально подумала девушка, пытаясь, игнорируя боль, собрать в кучу разбегавшиеся мысли. Стоило значительных усилий сообразить, что она лежит с кляпом во рту на кое-как прикрытых соломой досках, а в окружающем мраке то тут, то там мелькают крошечные светлые пятнышки.

– Кого это вы продавать собрались? – недовольно вскричал Валий. – Мы же сразу договорились прибить служанку. Она мне не нужна.

"Риата! – обжигающей молнией вспыхнуло в сознании Ники. – Они её убили!"

Вонючая, шершавая тряпка, засунутая, кажется, до самого желудка, погасила вырвавшийся из груди вопль. Осознание случившейся беды немного прочистило затуманенный мозг.

Через несколько секунд она уже знала, что со связанными за спиной руками находится в той самой повозке, которая стояла в священной роще, а от солнечных лучей и любопытных взглядов её надёжно прикрывает плетёная из стеблей какого-то растения циновка.

– Тогда чего вы так расшумелись, господин? – лениво отозвался третий голос, скорее всего тоже принадлежащий достаточно молодому человеку. – Вам не надо, а мы бы Труфану продали. Всё равно на шахте долго не живут.

– Я так щедро плачу затем, чтобы вы не своевольничали! – прикрикнул Валий. – А выполняли мои приказы!

– Ну мы так и делаем, – насмешливо хмыкнул собеседник. – Сказали девку не трогать – мы и не тронули. Руки связали и везём куда скажете.

– А хороша кобылка! – похабно хохотнул шепелявый. – Что сзади, что спереди. Жаль, не объезженная. Вам, господин, с ней не помочь? Так мы согласны и можем даже бесплатно.

В ответ на непритязательную шутку раздалось довольное ржание приятеля.

– Без вас как-нибудь обойдусь! – громко, но как-то не очень грозно рявкнул родственник главного смотрителя имперских дорог.

– Да если бы не я, она бы вас на куски порезала, господин, – наставительно проговорил молодой людокрад.

– Это точно, – авторитетно подтвердил шепелявый. – Клянусь Нанатосом, девчонка с ножом управляться умеет. И силой её Артеда не обидела. В одиночку вам с ней нипочём не справиться.

Похоже, похитители не очень-то уважали своего нанимателя.

– И нож по-хитрому спрятала, – продолжал разглагольствовать молодой людокрад.

– С накидкой так сразу и не поймёшь, что у неё на спине. – охотно поддержал его приятель.

"Нож! – почему-то только сейчас вспомнила Ника. – Нож на ноге!"

Пленница осторожно пошевелилась, с облегчением почувствовав закреплённые на голени ножны.

– Она жива там? – внезапно забеспокоился Валий.

– Не переживайте, господин, – со снисходительным превосходством успокоил его молодой похититель. – Я своё дело знаю, как надо – так и успокою. Ещё час в себя не придёт.

Стараясь двигаться очень медленно и плавно, пленница смогла согнуть ногу в колене. Поскольку лежала она на правой стороне, имелись все шансы проделать это достаточно незаметно.

– Вы, господин, так и не сказали, куда её везти? – продолжал лениво болтать людокрад.

– Выедем на дорогу, там узнаете, – буркнул племянник Авария.

– Темните вы что-то, господин, – прошепелявил второй бандит. – Смотрите, возьмём и продадим девку кому-нибудь другому. На такой гладкий товар покупатели всегда найдутся.

Он звонко причмокнул губами.

– Больше меня вам всё равно никто не заплатит! – уверенно заявил молодой человек.

После этих слов Ника окончательно убедилась в том, что подонок не сам организовал её похищение, а действует по поручению собственного дядюшки или какого-то другого богача, но последнее кажется чересчур маловероятным.

"Вот сука! – беззвучно взвыла попаданка, и только отчаянно сушившая рот тряпка помешала ей скрипнуть зубами. – Продал, гад! Небось, рассказал всё Аварию, а тот эту комедию и придумал. В первый раз специально хватать не стали, чтобы я им сама все свои планы рассказала. Вот батман! И Риату убили. А ещё кинжал у неё забрала!"

– Сейчас направо, – распорядился родственник её жениха.

– Так мы не возвращается в Радл? – деловито осведомился молодой похититель. – Вы, господин, вроде говорили, что ехать недалеко?

Но Валий предпочёл сохранить интригу, небрежно бросив:

– Я всё скажу. Ты давай осла погоняй.

Внезапно дорога круто пошла вверх.

– Шагай живей, тупая скотина! – крикнул шепелявый, шлёпая палкой обиженно заревевшее животное.

Запрыгав на ухабах, тележка резко накренилась. Девушка замерла, опасаясь, как бы прикрывавший её полог не соскользнул при таком наклоне. Но тот остался на месте, очевидно, похитители заранее позаботились и каким-то образом закрепили циновку.

Воспользовавшись тряской, Ника, изогнувшись, смогла-таки нашарить пальцами связанных рук закреплённые на лодыжке ножны.

Повозка вернулась в горизонтальное положение, но продолжила подпрыгивать и дребезжать. В щель между досок девушка увидела плотно уложенные камни имперской дороги. По ней и так-то не очень приятно ездить, что уж говорить о том, как себя чувствовала пленница со связанными руками и кляпом во рту. Зато подобное покрытие прекрасно маскировало усилия по освобождению оружия от прикрывавшего его платья, очень неудачно прижатое ногой к настилу.

Пот заливал глаза, сердце бешено колотилось, ноздри с жадностью втягивали пропитанный пылью и сенной трухой воздух, которого всё равно отчаянно не хватало.

Наконец, когда колеса в очередной раз подпрыгнули, попав в ложбину между камнями, ей удалось-таки выдернуть подол, и отогнув его в сторону, нащупать вожделенные ножны.

– Она там не очнулась от такой тряски? – неожиданно поинтересовался Валий, положив ладонь на прикрытое циновкой плечо Ники.

Девушка постаралась полностью расслабиться, только средний палец правой руки аккуратно зацепился за колечко на конце рукоятки кинжала.

– Да ну и что? – пренебрежительно фыркнул молодой людокрад. – Куда она денется? Руки-то мы ей скрутили.

– Надо было ещё и ноги связать, – озабоченно проговорил племянник Авария.

– Я предлагал, – подал голос шепелявый. – Так вы сами, господин, стали нас торопить.

Едва дождавшись нового сотрясения тележки, пленница, выпрямив ногу, всё-таки сумела извлечь короткий клинок.

– Да пастушонок там болтался, – раздражённо проворчал Валий. – Как будто чего вынюхивал.

"Спасибо тебе, Козий Катышек! – мысленно обратилась Ника к малолетнему нахалу. – Если выберусь, можешь смотреть на мои ноги сколько хочешь!"

– Больно ему надо! – презрительно фыркнул шепелявый. – Небось, какого-нибудь заплутавшего козлёнка искал.

– Всё равно, – упрямо вскричал племянник главного смотрителя имперских дорог. – Мог заметить что-нибудь и разболтать по всей округе.

Они ещё долго препирались, но пленница уже не обращала на них внимания, отчаянно стараясь перерезать спутывавшие ей руки верёвки.

Нержавеющая сталь плохо поддаётся заточке в местных кустарных условиях, зато прекрасно сохраняет остроту. А поскольку девушка практически не пользовалась маленьким кинжалом, его лезвие с одинаковой лёгкостью резало растительные волокна и ладони своей хозяйки, оставляя на них глубокие, болезненные раны, от чего рукоятка скоро стала скользкой и одновременно липкой от крови.

Пользуясь тряской, Ника время от времени пыталась разорвать путы и едва не застонала от облегчения, почувствовав, как резко ослабели искромсанные верёвки.

Перехватив кинжал поудобнее, она перестала чувствовать себя беззащитной. Отнимавший так много сил давящий страх исчез, уступая место уже привычной отчаянной решимости, а мозг, словно окончательно протрезвев, стал более объективно оценивать окружающую обстановку.

Просто так выскочить из-под тяжёлой циновки скорее всего не получится. Та либо привязана, либо ещё как-то прикреплена к тележке по углам. Следовательно, её должны отвязать сами похитители, для чего необходимо как-то привлечь их внимание. Вот только подслушанный разговор однозначно давал понять, что церемониться с ней они не будут, сразу начнут бить и, возможно, не только руками, но и той штукой, которая один раз уже отправила девушку в нирвану.

Данный вариант Нику не устраивал категорически. Оставалось воспользоваться единственной слабостью этих негодяев. Деньги они получат только за живую, но, видимо, не обязательно здоровую пленницу.

Глубоко вздохнув, девушка застонала настолько громко насколько позволял заткнутый кляпом рот.

– Ну вот и очнулась, господин, – довольно рассмеялся молодой людокрад. – Я же сказал, что ничего с ней не случится.

– Ты говорил, что она час в себя не придёт, – поспешил напомнить Валий. – А тут и четверти не прошло.

– Так, может, у неё башка из камня, господин, – схохмил собеседник, добавив. – Вы нас сразу предупредили, что её ни в коем случае нельзя убивать. Вот я и осторожничал.

– Просто ты взялся за дело, в котором ничего не понимаешь! – повысил голос родич Авария.

– Да куда она денется, господин, – примирительно заговорил шепелявый. – А будет трепыхаться – ещё вдарим.

– Это точно, – подтвердил приятель.

Дёрнувшись всем телом, Ника резко распрямила ноги, потом перевернулась на один бок, затем также быстро на другой.

– А ну тихо, меретта! – шепелявя больше обычного, рявкнул похититель, ткнув её кулаком куда-то в область головы. Плотная циновка смягчила удар, а пленница продолжила ворочаться с боку на бок, конвульсивно дёргаясь и суча ногами. Одновременно ей удалось подтянуть руки к груди и вырвать изо рта опостылевшую тряпку.

– Да посмотрите же, что там с ней, пока на дороге никого нет! – испуганно вскричал Валий. – Вдруг она там задохнулась или ещё чего-нибудь?

Повозка встала, но девушка и не думала прекращать свои беспорядочные движения, стараясь при этом хоть что-нибудь рассмотреть сквозь щели между волокнами.

Чтобы ещё больше впечатлить зрителей, она выгнулась дугой, натянув животом укрывавший её полог и рухнула, задёргав ногами.

– Во имя задницы Питра, да что там с этой дурой?! – заверещал племянник главного смотрителя имперских дорог. – Он меня убьёт, если я её живой не привезу!

– Чего копаешься? – прикрикнул молодой людокрад, видимо, тоже не на шутку встревоженный странным поведением пленницы. – Живее отвязывай!

– Да сейчас, сейчас, – испуганно отозвался шепелявый. – Сам узлов навязал…

Пробивавшиеся сквозь циновку солнечные лучики внезапно погасли, и Ника смогла хотя бы приблизительно угадать, где именно находится похититель.

Едва тот откинул полог, как девушка, зажмурив глаза, дабы уберечь их от яркого света, сделала стремительный выпад, с кровожадным удовлетворением чувствуя, как выставленное горизонтально лезвие с лёгким сопротивлением вошло в плоть, чуть скользнув по рёбрам.

Когда-то Наставник учил её бить как можно чаще, и она заработала со скоростью швейной машинки.

После третьего удара противник, вскрикнув, противно заперхал и стал заваливаться на взбунтовавшую пленницу, обильно орошая её хлынувшей кровью.

Рванувшись в сторону от рухнувшего тела, Ника умудрилась вцепиться левой рукой в грязную тунику на груди какого-то мужика с короткой всклокоченной бородой и приоткрытым, беззубым ртом.

Под циновкой царила всё же не непроглядная тьма, поэтому её глаза быстро приспособились к дневному свету и направили заляпанный кровью клинок точно в морщинистую, загорелую до кирпичной красноты шею.

Шепелявый хрипло забулькал, а по ушам его убийцы ударил пронзительный визг. Тележка качнулась. Девушка развернулась, полосуя воздух острой сталью. Однако племянник главного смотрителя имперских дорог, а по совместительству её неудавшийся любовник уже мчался, размахивая руками, по заросшему озимой пшеницей полю.

Лежавший рядом бандит, захрипев, дёрнулся в последний раз. В воздухе разлилось удушающее зловоние. Морщась, Ника, подобравшись к краю повозки, тяжело спрыгнула на камни. Встревоженный острыми, неприятными запахами бойни ослик фыркнул, и тряхнув головой, переступил с ноги на ногу.

Девушка машинально вытерла тыльной стороной ладони покрытый испариной лоб, потом посмотрела на сжимавшую кинжал руку, до предплечья покрытую чужой, уже начинавшей запекаться кровью.

Внезапно мир поплыл перед глазами. Нику замутило, с металлическим звоном упал из ослабевших пальцев нож, и чтобы не упасть, пришлось ухватиться за тележку. Там лежали далеко не первые её жертвы. Попаданке уже приходилось убивать людей. Вот только привыкнуть к этому она всё ещё не могла, да и не собиралась.

Шумно вздохнув, девушка заставила себя оглядеться по сторонам. Далеко впереди переваливал через холм хвост какого-то обоза, а позади дорога оставалась пустынной вообще на протяжении не менее пяти километров. Она подняла клинок, бессознательно вытерла его пучком соломы с тележки и вернула на место. Затем так же "на автомате" с абсолютно пустой головой осмотрела повозку, без труда обнаружив свой завёрнутый в накидку длинный кинжал, лежавший возле одного из бандитов.

Прямо перед глазами пролетела большая зелёная муха. Множество её сестёр и приятельниц уже сновали по неподвижным телам незадачливых людокрадов, деловито заползая во рты, носы, уши.

"Сколько же времени прошло? – встрепенулась Ника, отступая от смердевшей кровью и смертью телеги. – Сматываться надо… Только куда?".

Ещё раз оглядевшись по сторонам, она с удивлением обнаружила вполне знакомый пейзаж, который приходилось видеть всякий раз при путешествии из Радла в имение Септисов и обратно.

"Поеду назад в имение, – после недолгого колебания определилась девушка. – Всё равно больше некуда. А Бесту скажу, что людокрады напали. По сути так оно и есть. Ах Риата, Риата…"

И Ника, никого не стесняясь, в голос заревела, размазывая по лицу кровь и слёзы, не замечая, как соль от них разъедает порезы на ладонях. В душе опять воцарилась, казалось бы, уже давно забытая звенящая пустота. Как и два года назад, она вновь оказалась совершенно одна в чужом, равнодушно-враждебном мире. Только теперь вокруг расстилались не дикие леса Некуима, а Великая равнина Радланской империи, цивилизованной и от того гораздо более опасной.

"Её обязательно надо найти, – отчаянно пытаясь успокоиться, думала девушка. – И похоронить со всеми здешними обрядами, а не просто закопать как рабыню. Памятник поставить, чтобы было куда прийти…"

В очередной раз вытерев слезы и оглядевшись, она поняла, что поворот к усадьбе Септисов находится впереди, а не сзади. Очевидно, дорога, ведущая к святилищу Фелои, расположена ближе к Радлу, чем поместье регистора Трениума.

Внезапно и до этого уже нервничавший ослик, видимо, испугавшись её плача, рванулся вперёд, явно намереваясь оказаться как можно дальше от этого нехорошего места.

– Куда?! – рявкнула моментально пришедшая в себя Ника, хватаясь за свисавший до земли повод. – А ну стой!

Тут она сообразила, что свой рассказ о похищении стоит чем-то подкрепить, а то здесь не очень-то верят на слово. Вот пусть тела этих мерзавцев и послужат бесспорным доказательством её правоты. Значит, их надо захватить с собой, вот только демонстрировать этот страшный груз тем, кто ненароком встретится ей по дроге, не стоит.

Забравшись на повозку, девушка отвязала верёвку, крепившую другой край циновки, и откинув его на сторону, уложила убитых людокрадов, предварительно подобрав свой кошелёк, выпавший из-за пазухи молодого, затем вернула полог на место.

– Не хватай чужого, урод, – пробурчала она, беря под уздцы всё ещё фыркавшего ослика и разворачивая телегу. – Давай, давай, шевели копытами.

Хорошо, что в Империи делают широкие дороги, иначе Ника в её теперешнем состоянии наверняка свалила бы своё средство передвижения куда-нибудь под откос.

– Ну уж вот вам батман! – зло ощерившись, шипела бывшая пленница, шлёпая подошвами сандалий по камням и буквально волоча за собой не горевшего желанием хотя бы немного поторопиться ишака. – Всё равно выживу! И замуж за этого старого урода не пойду! Не вышло с Птахубисом, придётся самой предсказания выдумывать. Мне теперь такой сон приснится, что у родичей уши в трубку свернутся. Будет вам "Кошмар на улице Вязов"! А если и это не проймёт – сбегу и дождусь, пока Аварий ласты склеит! Только одной тяжело будет…

Мысли вновь вернулись к постигшей её потере. Девушка почувствовала, как сердце сжал холодный, каменный кулак. К горлу подкатил ком, а глаза защипало от слёз, готовых вновь хлынуть на перепачканные щёки. За то время, что она прожила рядом с Риатой, эта женщина стала для неё единственным близким человеком, настоящим другом. И пусть попаданка не доверяла бывшей рабыне всех своих секретов, да и любвеобильность отпущенницы порой изрядно доставало, Ника чувствовала, что с со смертью служанки умерла часть её самой.

Впереди из-за холма появилась большая, запряжённая медлительными волами повозка. Спохватившись, девушка тоже забралась на телегу, плотнее закуталась в накидку и на всякий случай поправила заткнутый за пояс кинжал.

Как она сама убедилась, одинокие путешественницы не так уж часто встречаются на дорогах Империи, поэтому оставалось только молить богов о том, чтобы водители встречного гужевого транспорта не обратили на неё внимание.

В противном случае, если они разглядят перепачканную физиономию, подозрительные пятна на одежде и порезы на руках, отвязаться от них будет трудновато. Тем более, когда выясниться, что за груз у неё в тележке.

С равным успехом возчики могут оказать помощь жертве людокрадов либо схватить её, как предполагаемую убийцу, для дальнейшей передачи властям, либо связать как следует и опять спрятать в повозку, чтобы продать владельцу какого-нибудь борделя для извращенцев или тому же Труфану, о котором рассказывали покойные похитители.

Вдруг, обгоняя встречный караван, из-за него выскочили трое всадников, поблёскивавших металлом одежд, и припадая к гривам коней, стремительно понеслись по дороге.

Ясно, что пожилые, солидные мужчины вряд ли устроят подобного рода скачки, тем более на имперский дороге. Выходит, это представители местной "золотой молодёжи", ибо лошади в Радле стоят дорого. А с мажорами бывшей пленнице хотелось встречаться ещё меньше, чем с возчиками.

Если обременённые заботами о семьях мужики могут поостеречься связываться с перемазанной в крови отмороженной девицей, то богатенькие молокососы, привыкшие получать от жизни всё по первому требованию, так просто не отстанут. Да и спросят за них в случае чего гораздо строже, чем за каких-то простолюдинов.

Перед глазами попаданки стремительным, пугающим калейдоскопом пронеслись размытые картинки той страшной ночи, после которой Виктория Седова потеряла способность ходить.

Появилось жуткое желание куда-нибудь убежать, спрятаться, затаиться где-нибудь поглубже.

Очевидно, кровавая схватка с похитителями крепко ударила по её нервам. Она лихорадочно огляделась в поисках возможного убежища. Но вокруг расстилались только весело зеленевшие поля, а ближайшие более-менее солидные кусты, способные скрыть человека от нескромных взглядов, росли только метрах в двухстах от дороги или даже дальше.

Попытка до них добежать почти наверняка привлечёт внимание верховых, и те вполне могут затеять с ней весёлую игру в догонялки, где у Ники нет никаких шансов стать победительницей.

Оставалось надеяться, что эти любители быстрой езды не просто так мучают благородных животных, а участвуют в соревнованиях, тогда вряд ли кто из них остановится.

Поначалу она уже решила, что всё так и будет. Казалось, всадники всецело поглощены скачкой и совершенно ничего вокруг не замечают.

И тут девушка к немалому удивлению поняла, вырвавшегося вперёд коня она уже явно где-то видела. Услужливая память не заставила долго ждать. Очень похожий на этого зверь бурой масти едва не сшиб её с ног после аварии у того самого моста, где племянница регистора Трениума впервые встретилась с членами императорской фамилии.

В который раз за день с губ Ники сорвалось привычное ругательство, едва она сообразила, что прямо на неё мчится сам Вилит Тарквин Нар.

"Нет, ну такого просто не может быть, потому что не может быть никогда", – в панике подумала она, плотнее прикрывая лицо накидкой.

Скакун принца вихрем промчался мимо, обдав её острым запахом конского пота. Спустя секунды за ним промчались и Налий Герон Рисус с Тарберием Сцинием Дубом.

"Ну да, отпрысков императора лучше не обгонять", – с иронией подумала девушка, переводя дух. Общаться с этой компанией не было никакого желания. Она уж как-нибудь сама справится со своими проблемами.

Внезапно удалявшийся цокот копыт за спиной резко стих. Глянув через плечо, Ника едва не застонала от разочарования. Остановив коня, Вилит пристально смотрел ей вслед, что-то говоря своим спутникам.

"Ну не мог он разглядеть моё лицо! – с ужасом думала девушка. – Никак не мог! Он же пролетел, как метеор!"

– Эй ты там, на повозке! – повелительно крикнул Герон. – А ну стой! Стой, я приказываю!

Скрипнув зубами, Ника дёрнула поводья. Как же ей захотелось сейчас провалиться сквозь землю, телепортироваться, испариться, да хоть куда-нибудь исчезнуть с этой проклятой дороги!

Всадники неторопливо приближались, переговариваясь.

– Я ничего не заметил, ваше высочество.

– Вам показалось. Откуда здесь взяться вашей знакомой?

– И всё-таки давайте проверим, – раздражённо ворчал принц. – И коням пора дать отдохнуть.

– Ты кто такая? – ну очень невежливо рявкнул Сциний. – Лицо покажи.

Покачав головой, девушка чуть сдвинула покрывало на затылок.

– О боги! – вытаращил глаза молодой человек. – Госпожа Юлиса?!

– Что вы здесь делаете? – вскричал не менее ошарашенный Вилит. – Что это за телега? Почему вы в таком виде?

– Ого! – только и смог выдавить из себя Герон.

– Людокрады, ваше высочество, – со вздохом пробормотала она, пряча глаза.

За те короткие минуты, которые благородные всадники потратили на дорогу к ней, попаданка уже решила, какой версии своего похищения будет придерживаться. Вроде как некие нехорошие личности подло подкараулили её в священной роще и пытались выкрасть с целью дальнейшей продажи в рабство. Подобные случаи не являлись особой редкостью даже для центральных районов Империи. У собеседников наверняка возникнет куча вопросов, но она рассчитывала отбрехаться, особенно учитывая то, что врать почти не придётся, а единственным человеком, способным уличить её во лжи является Ин Валий Дрок. Но вряд ли господин Аварий захочет афишировать участие своего племянника в столь неприглядной истории. Уж очень не любят в Радле похитителей людей.

– Какие ещё людокрады, госпожа Юлиса?! – рявкнул принц. Лицо его перекосилось от гнева, а костяшки пальцев, крепко обхвативших рукоятку короткого меча в простых кожаных ножнах, побелели от напряжения. – О чём вы вообще говорите?

Только сейчас Ника обратила внимание на то, что всадники облачены в неброские панцири с анатомическим рисунком, а у сопровождающих сына императора к сёдлам приторочены футляры, из которых торчат оперённые стрелы и изогнутые рога луков.

– О них, ваше высочество, – криво усмехнувшись, бывшая пленница резко откинула край циновки, вызвав недовольное жужжание множества мух. – Они напали на нас в священной роще нимфы Фелои. Служанку убили, а меня связали и спрятали на этой повозке.

– О боги! – вскричал Герон. Его конь, почувствовав запах смерти, фыркнул и заплясал на месте, норовя отодвинуться подальше от повозки. – Кто их убил? Вы? Чем? Как?

– Я, – лаконично ответила вымотавшаяся до предела девушка. – Кинжалом.

– Этим? – недоверчиво хмыкнув, Сциний кивнул на заткнутый за пояс длинный, узкий клинок.

– Нет, – покачав головой, собеседница, чуть приподняв край платья, продемонстрировала закреплённые на ноге ножны. – Хвала небожителям, мерзавцы так спешили, что не заметили его. Мне удалось дотянуться, перерезать верёвки, привлечь их внимание…

Рассказчица замялась, чувствуя себя неуютно под пристальными взглядами трёх молодых, красивых мужчин.

– Ну…, и как-то так получилось, – криво усмехнувшись, она растерянно пожала плечами.

– Да вы ранены, госпожа Юлиса! – подавшись вперёд, вскричал Вилит, видимо, только сейчас разглядев пятна на её одежде.

– Это не моя кровь, ваше высочество, – попыталась отстраниться Ника, но принц, спрыгнув с коня, уже подошёл вплотную и довольно бесцеремонно взял её за плечи.

– Я же говорю, со мной ничего не случилось! – раздражённо повторила девушка, слезая с тележки, и отстранив его руку, перебросила край накидки через плечо.

Но настырный императорский отпрыск и не думал прекращать. Перехватив запястье собеседницы, он не без усилия развернул всё ещё продолжавшую немного кровоточить ладонь.

– А это что?

– Немного поранилась, когда резала верёвки, – Ника попыталась вырваться, но молодой человек держал крепко.

– Господин Сциний, – обернулся он к спутникам, которые, очевидно, следуя его примеру, тоже покинули сёдла, и стоя на дороге, разглядывали старую знакомую так, словно видели в первый раз. – Я знаю, вы взяли с собой След Ноны и ткань для перевязок.

– Да, ваше высочество, – подтвердил юноша. – Хоть вы и сказали, что мы едем ненадолго, я всё же захватил мазь. И вот видите, пригодилась.

– Ни к чему это, ваше высочество, – сама не понимая почему, взялась отнекиваться девушка.

Пока Сциний доставал из седельной сумки рулончик белой материи и плотно заткнутую деревянной пробкой шкатулку, Вилит приказал властным, не терпящим возражения тоном: