Текст книги ""Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Виктор Зайцев

Соавторы: Анастасия Анфимова,Дмитрий Султанов,Александр Алефиренко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 78 (всего у книги 345 страниц)

– Мне всё равно, – коротко бросил мужчина. – Пусть решает её отец.

Даже нежное мясо молодой свинки, сваренное с корешками, травками и свежей ореховой мукой, не вернули ему хорошего настроения.

Давно уже в роду Палевых Рысей не происходило ничего более глупого и несуразного. Конечно, случалось, что девчонки ссорились из-за парней, даже ругались. Но чтобы резать одежду или устроить драку на виду у всех?! Такого вождь припомнить не мог. Хотя её то как раз затеяла Фрея. Белое Перо вновь почувствовал к ней что-то вроде уважения. Девка не стала молча сносить обиду, а бросилась в бой. Хотя и знала, чья дочь Упрямая Веточка. Не испугалась ни его гнева, ни Лёгкого Облака с Медовым Цветком. А они обе старше и сильнее. Поступок храбрый, достойный охотника, хотя и не очень умный. Но это можно оправдать молодостью Фреи. В её годы он совершал ещё большие глупости.

Дочь вернулась мрачно подавленная. Не глядя на вождя, уселась возле матери, которая тут же вручила ей большой кусок мяса.

Потихоньку люди стали стягиваться к священному столбу. «Рысята» развели большой костёр. Стали слышаться шутки и смех. Над огнём повесили поросёнка, которого съедят всем родом. Отвечая на вопросы, Белое Перо шарил глазами вокруг, отыскивая Фрею. Но не видел ни Мутного Глаза, ни Расторопной Белки, ни Лепестка Ромашки. Может, подойдут позже? Зато заметил помощника Колдуна. Тот что-то говорил Дневной Сове, бросая голодные взгляды на поджаривавшегося поросёнка. «Надо послать мяска Колдуну», – решил вождь, махнув Медовому Цветку. Выслушав мужа, та понимающе кивнула.

Вдруг его кто-то окликнул. Обернувшись, Белое Перо увидел переминавшегося с ноги на ногу Одинокого Ореха.

– Чего тебе? – нахмурился мужчина, втайне радуясь, что парень, которого он собирался искать, обратился к нему сам.

– Отпусти меня на большую охоту, вождь? – дрогнувшим голосом сказал молодой человек.

Юноши, не прошедшие посвящения, не могут надолго покидать стойбище без разрешения главы рода или кого-то из старших, уважаемых охотников. Так что в этой просьбе нет ничего необычного. За исключением того, что «большая охота» означает не только долгое отсутствие Одинокого Ореха, но и крупного зверя, добывать которого в одиночку «рысятам» не полагалось.

Не обратив внимания на тревожный взгляд супруги, Белое Перо поднялся, сделав знак парню следовать за ним.

Едва не вляпавшись в вонючую кучку, он поморщился, и резко развернувшись, раздражённо спросил:

– После посвящения ты собираешься взять Фрею в свой вигвам?

Взрослые охотники редко задают подобные вопросы молодым, если дело не касается их близких. Поэтому Одинокий Орех немного растерялся.

– Да, вождь, – кивнул он, чуть помедлив.

– Почему? – опасаясь, что их могут услышать, понизил голос Белое Перо.

«Рысёнок» смущённо отвёл глаза.

– Скажешь правду, отпущу на большую охоту, – продолжал наседать вождь. – Соврёшь, останешься в стойбище. Зачем она тебе? Такая бледная, худая, волосы, как сухой мох, да и те короткие. Без памяти. Ничего не умеет.

Парень молчал.

– Тогда иди к костру и ешь мясо, – раздражённо буркнул Белое Перо. – Сегодня его на всех хватит.

– Но она всё-таки лучше, чем Быстрая Тетёрка, вождь, – выдавил из себя Одинокий Орех.

Вспомнив вечно хмурое лицо, грубый голос, визгливый смех и склочный характер этой девицы, мужчина мысленно с ним согласился.

– Хорошо, иди.

– Спасибо, вождь! – расплывшись в счастливой улыбке, парень не смог удержаться и похвалился. – Мутный Глаз готов отдать её мне сразу после посвящения.

«Старый дикобраз уже распоряжается судьбой той, кого послал сам Владыка вод! – вспыхнул было Белое Перо, но тут же успокоился. – А как же иначе? Ведь Фрея живёт в его вигваме и кормится у его очага».

– А ты у неё спрашивал? – спросил вождь уже в спину удалявшегося «рысёнка».

– Нет ещё! – беспечно махнул рукой тот. – Уговорю, куда она денется?

– Попробуй, – в сильном сомнении буркнул Белое Перо, хорошо зная, что у аратачей не принято силой заставлять девушек выходить замуж.

Вернувшись к костру, вождь заметил, что Мутный Глаз с супругой всё же присоединились к родичам, а вот их дочь и Фрея так и не появились.

«Уж не переусердствовали ли мои жёны? – с лёгким беспокойством думал Белое Перо, краем уха слушая рассказ одного из своих спутников об охоте на кабанов. – Как бы Владыка вод не обиделся за такое обхождение с его девицей?»

Утром он первым делом отправился к Мутному Глазу. Пока тот гордо демонстрировал новые корзины, вождь искоса оглядывался, отыскивая Фрею. Но едва та вышла из вигвама, по-прежнему одетая в старое платье, поспешно отвёл взгляд.

Левая половина лица представляла собой сплошной синяк, один глаз заплыл, зато второй злобно сверкнул, глядя на гостя.

Возившаяся у костра Расторопная Белка недовольно всплеснула руками.

– Куда ты? Чуть на ногах стоишь!

Фрея что-то прошептала, с трудом разлепив разбитые губы. Старуха понимающе кивнула и, подхватив её под руку, повела за вигвам.

– Нехорошо получилось, вождь, – проворчал Мутный Глаз, скорбно качая головой. – Вчетвером на одну девчонку. Если бы не Гудящий Шмель, насмерть могли забить или покалечить.

– Она начала первая! – чуть резче, чем хотелось, сказал Белое Перо. – Моей дочери тоже досталось!

– Это так, – вздохнув, согласился старик. – Да ведь это была единственная одежда Фреи.

По-прежнему не глядя на мужчин, девушка уже без посторонней помощи вернулась в жилище. Вождю показалось, что она в ней вообще не нуждается, а Расторопная Белка проявила заботу лишь для того, чтобы его упрекнуть лишний раз. Мелкая женская месть, которая не произвела на Белое Перо особого впечатления. Вдруг, вспомнив заплатанное платье Фреи, он спросил:

– Разве к вам вчера не приходила Упрямая Веточка?

– Приходила, – ответил старик, пожевав сухими губами. – Только она с ней разговаривать не захотела. Видишь, как лицо изуродовано? Какая же девчонка такое быстро забудет?

– Зарастёт, – пренебрежительно махнул рукой вождь, и внутренне морщась, спросил. – Говорят, к вам уже женихи с подарками ходят?

Он понимал, что подобные разговоры больше похожи на женскую болтовню, но это происшествие может вызвать гнев Владыки вод. Это глупые девчонки могут не бояться, а Белое Перо прожил достаточно, чтобы убедиться, насколько непредсказуемы и коварны могут быть духи. Как жестоко они могут мстить. Что если это ждёт и обидчиц Фреи?

А всему виной глупый Колдун! Так и не смог узнать, для чего она здесь? Может, действительно, стоило послать к Детям Кабана? «Нет, – признался сам себе вождь. – Только самые могучие Колдуны могли вникнуть в замыслы Великого Духа, творца всего сущего. Таких уже давно нет. Толстяк же сделал всё, что мог». Детям Рыси остаётся только ждать, надеясь со временем постичь волю Владыки вод.

Вот только деятельная натура Белого Пера не позволяла ему уподобляться камню на склоне оврага. Он должен сделать всё, чтобы уберечь племя, а значит, попытаться предугадать, как отнесётся пославший Фрею дух к её замужеству.

Именно поэтому вождь расспрашивал Мутного Глаза о том, чем ещё вчера и не подумал бы интересоваться.

Не скрывая удивления, старик степенно кивнул.

– Одинокий Орех заходит. Я не против, пусть уговаривает и ставит свой вигвам. Жених так себе, но охотник вроде не плохой. Да хороший на неё и не позарится.

Мутный Глаз доверительно понизил голос:

– И красотой не блещет, да и старовата уже. Не знаю, сколько ей лет, но уж точно не тринадцать.

Белое Перо понимающе закивал, всем видом выражая заинтересованное внимание.

– Пусть уж лучше за Одиноким Орехом будет, хоть он и сирота. Чем второй женой к кому-то идти.

После этих слов вождь сразу разгадал нехитрый замысел Мутного Глаза. Сил у стариков всё меньше, обихаживать свой вигвам всё труднее. Сыновей у них нет, у Лепестка Ромашки свекровь живёт. Для Мутного Глаза с Расторопной Белкой места точно не будет. А у Одинокого Ореха – ни отца, ни матери. «Умён старик, – уважительно подумал Белое Перо. – Наперёд смотрит».

И словно что-то вспомнив, поинтересовался:

– И больше никто?

Собеседник нахмурился, машинально поправив перья в волосах.

– Не должен Глухой Гром на Фрее жениться.

– Почему? – не на шутку удивился вождь. – Он храбр и силён. Умелый охотник.

– Так ведь они же брат с сестрой! – проговорил Мутный Глаз с видом полного превосходства.

Белое Перо на миг вытаращил глаза, но тут же понимающе хмыкнул.

– Я взял Фрею в свой вигвам, – стал объяснять старик. – Теперь она мне как дочь и тоже принадлежит к роду Палевых Рысей, а значит, не может стать женой Глухого Грома.

– Ты рассудил мудро, – одобрительно кивнул Белое Перо.

«Ну что же, Одинокий Орех вполне подходящая пара для той, которую прислал Владыка вод, – думал он, успокоившись. – Этот никогда не сможет стать ни главой рода, ни вождём. Надо только проследить, чтобы он, наконец, прошёл испытание, и отправить в стойбище Рыжих Рысей. Пусть Твёрдый Зуб с ней сам возится!»

Два дня жизнь шла своим чередом. Вождь с удовлетворением убедился, что девушка поправляется от полученной трёпки, хотя по-прежнему предпочитает ходить в старом платье Расторопной Белки. Да и у дочери синяки тоже спали, и стали заживать заботливо смазываемые целебной мазью царапины.

А вот на третий день, когда он, устав на охоте и при делёжке здорового лося, вздумал спокойно отдохнуть возле костра, рядом присела Лёгкое Облако, чьё озабоченное лицо Белому Перу очень не понравилось.

– Приходила Кудрявая Лиса, – вполголоса сказала супруга. – Плакала, жаловалась на сына.

– Глухой Гром плохо заботится о своей матери? – изумился Белое Перо.

– Нет, – поморщилась Лёгкое Облако. – Он хочет взять Бледную Лягушку. Вчера принёс ей красивых ракушек и перья цапли.

– Она взяла? – изумился вождь, обычно не интересовавшийся подобными вещами.

– Взяла Расторопная Белка, – отмахнулась женщина и тут же вскричала. – Да пусть берёт! Лишь бы Бледная Лягушка не стала его женой. Кудрявой Лисе такая невестка не нужна.

– Фрея вошла в наш род, как он может на ней жениться? – нахмурился мужчина.

– Мать ему то же самое говорила, – зло поморщилась Лёгкое Облако. – А тот одно твердит, что кровного родства нет. Свою бабку вспомнил. Она из Детей Кабана была, замуж у Чёрных Рысей вышла. А Бледная Лягушка вообще из непонятно каких земель.

Вот тут вождь уже не смог скрыть недовольную гримасу. Ну, конечно, как он мог поверить этому старому облезлому дикобразу и забыть о невестах, взятых Детьми Рыси из других племён.

– Ты должен запретить Глухому Грому жениться на Бледной Лягушке! – бубном рокотала супруга. – Пусть её Одинокий Орех забирает.

– Ты в своём уме, женщина?! – вытаращил глаза вконец обозлённый супруг. – Глухой Гром не мальчишка-«рысёнок», а взрослый охотник! Как я могу указывать ему, кого вести в свой вигвам?! Я вождь, а не отец.

– Ты вождь, значит, можешь приказать любому! – стояла на своём Лёгкое Облако.

– Глухой Гром просто откажется, – попытался успокоиться Белое Перо. – И будет прав, а я стану посмешищем. Так знай, этому не бывать!

– И ты знай, – жена наклонилась вперёд, вытянув жирную шею. – Мы не дадим Бледной Лягушке жить в нашем роду.

– Кто это? – вскинул брови мужчина.

– Ваши жёны и матери, вождь! – с вызовом и издёвкой объяснила Лёгкое Облако.

По-хорошему надо бы заставить её замолчать, но Белому Перу вдруг стало любопытно.

– Даже Расторопная Белка?

– Кто будет слушать выживших из ума старух, – пренебрежительно отмахнулась супруга.

– Я ничего не скажу Глухому Грому! – резко оборвал её вождь. – Не стану позорить ни его, ни себя. Пусть берёт в жёны, кого захочет. Если не будет против Мутный Глаз и согласится Фрея, значит так тому и быть. Понравится им Одинокий Орех, пусть уходит в род Рыжих Рысей. Значит, такова воля Владыки вод.

– Останется она здесь, хуже будет! – вскричала Лёгкое Облако, щеря в оскале ряды жёлтых зубов. – Пусть уходит!

– Заткнись! – тихо рявкнул супруг, толкнув женщину. Вроде бы и не сильно, но та отлетела к лежанке, тяжело грохнувшись на кипу шкур.

Белое Перо покинул вигвам в сильнейшем раздражении. Упрямая Веточка с Медовым Цветком сидели возле костра и беседовали, подчёркнуто не глядя в его сторону.

«Подслушивали, – усмехнулся он про себя, присаживаясь на разложенной у огня волчьей шкуре. – Тем лучше, не будут переспрашивать».

В бронзовом котелке над огнём кипела вода, распространяя вокруг аппетитный аромат мяса и трав. В последнее время Белое Перо предпочитал есть его варёным. Зубов поубавилось, а те, что остались, часто болели.

Рот начал наполняться слюной, когда до его ушей долетел какой-то шум. К соседнему вигваму подбежал мальчишка, вопя на ходу: «Рысёнок» лесного быка убил! Воробей, бежим, посмотрим!"

Мужчина приподнялся. Звуки доносились со стороны жилища Мутного Глаза. Медовый Цветок ловко поймала парнишку, когда тот летел назад с кучей приятелей. Тот попробовал вырваться, но, узнав жену вождя, притих.

– Что случилось? – с любопытством спросила она.

– "Рысёнок" Одинокий Орех принёс Бледной Лягушке шкуру лесного быка! И много, – мальчишка широко развёл руками. – Много мяса!

Отпустив его, женщина растерянно посмотрела на мужа.

"Так вот для кого он охотился!" – раздражённо думал вождь, шагая вместе с женой и дочерью туда, куда торопливо собирались люди со всего стойбища. У жилища Мутного Глаза уже колыхалась целая толпа. Не задерживаясь, Белое Перо стал пробираться вперёд.

У костра, выпрямившись, словно туго натянутая струна, стояла Фрея, прижав к груди сжатые кулачки. Чуть в стороне сидел надувшийся от важности старик с явно недовольной женой и улыбавшейся Лепестком Ромашки.

Осунувшийся Одинокий Орех, в залитой кровью рубахе и разорванных териках, мялся по другую сторону огня, а возле его ног лежала свёрнутая шкура.

– Это молодой бык-сеголеток, – дрожащим от волнения голосом говорил "рысёнок". Ещё бы! Главное не только вручить подарок, но и подобрать нужные, правильные слова, которые понравятся девушке и её родителям. А это очень трудно. Особенно при таком числе свидетелей.

– У него мягкая, но уже прочная шкура. Ты сможешь сшить из неё себе одежду.

Юноша сглотнул.

– Такую, какая тебе нравится.

В лице Фреи с уже начавшей спадать опухолью что-то дрогнуло.

Очевидно, это заметил и Одинокий Орех, заметно приободрившийся по ходу своей речи.

– Возьми и это мясо, которое я добыл для тебя. Ешь много, тогда твои ноги станут быстрыми и неутомимыми, руки ловкими и сильными, а лоно подарит жизнь сильным сыновьям и красивым дочкам.

По толпе пробежал восхищённый шепоток. Парень перевёл дух, расплываясь в довольной улыбке. Даже вождь одобрительно хмыкнул, удивляясь, как этот глуповатый "рысёнок" сумел найти такие красивые, приятные для любой девушки слова. Не иначе кто-то подсказал.

Между тем ноздри прямого носа Фреи гневно раздулись, а губы сжались так плотно, что лопнула тонкая затянувшая рану корочка, и по подбородку поползла крошечная тёмно-красная капля. Но Одинокий Орех с воодушевлением продолжал.

– Если ты войдёшь хозяйкой в мой вигвам, то никогда не будешь голодать, и дети наши всегда будут сыты.

Он умолк, напряжённо ожидая ответа вместе с затаившими дыхание аратачами.

"Ох, не то сказал! – с внезапным удивлением понял Белое Перо, заметив, как глаза девушки подёргиваются презрительным холодком. – Забыл, глупец, кто она, и по чьей воле здесь оказалась".

К Фрее подошла Лепесток Ромашки, и осторожно взяв за рукав, что-то зашептала на ухо. Кое-кто невольно вытягивал шею, пытаясь разобрать слова женщины. Девушка дёрнулась, но дочь Мутного Глаза не отпустила, почти силой заставив выслушать себя.

– Спасибо за подарок, храбрый Одинокий Орех, – зло процедила сквозь стиснутые зубы Фрея, слизнув кровь с нижней губы. – Хорошо будет той девушке, которая станет твоей женой.

– Я тебя хочу, – растерянно пробормотал разочарованный, никак не ожидавший такого ответа "рысёнок". Не всякий охотник способен в одиночку добыть молодого лесного быка, и не каждая девушка получает такой подарок. Да ещё на виду у всего племени.

Обернувшись, Фрея обменялась парой слов с Лепестком Ромашки, после чего обратилась к Одинокому Ореху.

– Сначала стань охотником, потом замуж зови!

Кто-то, кажется, Глухой Гром громко рассмеялся. Его поддержали несколько голосов.

Хотя в предложении "рысёнка" не было ничего необычного. Живя в чужом стойбище, они не только готовились к жизни взрослых охотников, но и подыскивали себе невест. Ухаживали за девушками, договаривались с их родителями. Случалось, что молодые люди жили как супруги ещё до того, как жених получал право поставить свой вигвам и создать семью. Поэтому не удивительно, что после таких слов Фреи послышались недовольные возгласы мужчин и громкое, презрительное фырканье женщин.

Видимо, почувствовав, что события выходят из-под контроля, Мутный Глаз приказал убрать шкуру и разделать мясо.

– Дрянная девчонка! – громко сказал кто-то. – Зачем парня обидела?

– Вот и целуй теперь свою Бледную Лягушку! – визгливо крикнула Быстрая Тетёрка и залилась громким, злорадным смехом.

Но Фрея даже не обернулась на этот глумливый хохот, словно тот совсем её не задевал. Люди начали расходиться, оживлённо обсуждая случившееся. К Белому Перу подошёл расстроенный "рысёнок". Перехватив жалостливые взгляды, которые бросали на молодого человека жёны и Упрямая Веточка, мужчина приказал им идти домой.

– Остальное мясо я спрятал в расщелине у Раздвоенной скалы, вождь, – пробубнил паренёк, пряча глаза. – Вход камнями заложил, внутрь головешку бросил, чтобы медведей отпугнуть.

– Ты будешь великим охотником, Одинокий Орех! – когда предводитель Детей Рыси находил нужным, он не скупился на похвалы. А сейчас нужно ещё и поддержать обиженного надменной девицей парня. – Даже я не смог бы сделать лучше. Завтра мы пойдём туда и принесём всё в стойбище.

Хотелось ещё чем-то утешить молодого человека, но он передумал. Мужчина переживает свои неудачи в одиночестве.

– Эй, сопляк, Фрея сказала, что тебе ещё рано дарить подарки девушкам! – насмешливо крикнул Глухой Гром в спину Одинокому Ореху, удалявшемуся в сопровождении трёх "рысят".

Белое Перо резко обернулся на голос. Молодой охотник стоял в десяти шагах, гордо расправив плечи и выпятив грудь.

– Зато тебе уже поздно! – отозвался кто-то из мальчишек.

– Фрее нужен настоящий мужчина, а не прыщавый юнец! – продолжал насмехаться Глухой Гром.

– Ты их сам до сих пор давишь! – крикнул тот же парнишка. – Вся рожа в пятнах!

Ну, это была уже полная клевета! Гладкости кожи молодого охотника завидовали даже многие девушки.

– Ах ты, шакалий выползок! – рявкнул Глухой Гром, бросаясь к насмешнику. Но тот, смеясь, удрал, продолжая выкрикивать обидные дразнилки.

– А ты что не бежишь? – усмехнулся молодой мужчина, подходя к Одинокому Ореху.

– От тебя, что ли? – презрительно фыркнул тот.

Через секунду они, сцепившись, катались по траве. Вождь не вмешивался, давая возможность им самим разобраться. Но, на всякий случай, остался и стал наблюдать за дракой. Вскоре к нему присоединилось ещё несколько мужчин. Несмотря на молодость, Одинокий Орех оказался серьёзным противником. Он сумел разбить Глухому Грому нос. Но всё же проиграл. Соперник едва не сломал ему руку. Несколько раз ударив "рысёнка ногой под рёбра, молодой охотник вытер кровь и со значением сказал:

– Фрею ты не получишь! Владыка вод прислал её мне. Понял?

От этих слов Белое Перо, вздрогнув, едва не выругался. Теперь стал понятен столь странный и неожиданный выбор Глухого Грома. Ему нужна не бледная, некрасивая девчонка с неприлично короткими волосами. Этот молодой бычок хочет потешить своё тщеславие, прославиться тем, что приведёт в свой вигвам посланницу Владыки вод.

Гордо выпрямившись, Глухой Гром тряхнул рассыпавшимися по плечам волосами. Одинокий Орех с трудом сел, вытирая разбитое лицо.

– Посмотрим, кого она выберет.

– Женщины любят сильных! – презрительно фыркнул молодой охотник, уже доказавший своё превосходство.

К "рысёнку" подбежал приятель и, помогая подняться, что-то бормотал, злобно сверкая глазами на Глухого Грома. А тот, снисходительно посмеиваясь, принимал поздравления зрителей.

Озабоченный вождь какое-то время рассеянно слушал рассуждения взрослых, умудрённых жизнью охотников о том, что в годы их молодости дрались отчаяннее. Да и девушки были гораздо красивее, чем страшненькая Бледная Лягушка, которую, конечно же, никто из уважающих себя мужчин не привёл бы в свой вигвам.

Однако поддакивавший Белое Перо почувствовал в их словах зависть. И это ему очень не понравилось. Женитьба на девушке, посланной самим Владыкой вод, сделает Глухого Грома ещё более известным среди молодёжи племени. Правда, женщины настроены против Фреи. Но все знают, как они непостоянны. Сегодня не нравится, а завтра будут души не чаять.

В этом случае Глухой Гром, ловкий охотник, храбрец и красавец может стать реальным соперником Поющего Орла в борьбе за место главы рода, а то и вождя. Белое Перо не мог позволить такому случиться. Нужно не допустить свадьбы Глухого Грома и Фреи. Но как это сделать, не привлекая внимание к себе, вождь не знал, поскольку впервые столкнулся с подобной проблемой. Колдун тут не советчик. Старик всегда был себе на уме. Жёны? Нет, эти тут же разболтают по всему стойбищу. А он должен остаться ни при чём.

Уже подходя к вигваму, вождь вспомнил о тётке по матери из рода Белых Рысей. Несмотря на возраст, Вечерняя Стрекоза не утратила остроту ума, пользовалась уважением своих родичей, а главное – умела молчать. Качество чрезвычайно редкое среди женщин. Вот к ней и надо сходить, посоветоваться, не открывая истинных причин беспокойства.

Если бы Фрея владела магией, и все её пожелания сбывались, то у Одинокого Ореха уже давно бы отсутствовали руки, ноги, голова и кое-что ещё. А если бы сбывались народные приметы, «рысёнок», как называли проходивших обучение в чужих родах мальчиков-подростков, икал бы днём и ночью с очень коротким перерывом на сон. Потому что, даже засыпая, девушка обращала к нему самые злые и обидные слова. К сожалению, местный язык для этого подходил плохо, и Фрея пользовалась русским. Хотя так до конца и не представляла значение многих выражений. Но уж очень хорошо они звучали, согревая сердце, когда приходилось на голых коленках ползать по бычьей шкуре, очищая её от плёнок и жира. А потом ещё и мочу по знакомым собирать. Для такого большого «подарка» того количества, что нацедили обитатели вигвама Мутного Глаза, просто не хватило.

И надо же такому случиться, что как только они с Лепестком Ромашки собрались пройтись по соседям в поисках нужного продукта, по закону всемирного свинства заявился Чисан-Глухой Гром. Второй претендент на её руку, сердце и прочие органы.

Узнав, куда те собрались, и, передав Маеме-Расторопной Белке здоровенного зайца, молодой мужчина высказал горячее желание помочь своей будущей невесте в столь трудном деле, сообщив, что уже давно не опорожнял мочевой пузырь. Попривыкшая к простоте здешних нравов, Фрея поставила в двух шагах от незваного гостя вонючий горшок, и отойдя подальше, демонстративно отвернулась.

Уже потом, когда они заворачивали в шкуру остро пахнущий мох, Лепесток Ромашки доверительно сообщила, что с тех пор, как она последний раз видела его голым во время купания на Маракане, тот очень сильно возмужал во всех смыслах.

Но поскольку девушка не проявила никакого интереса к словам своей старшей подруги, или уж скорее названной сестры, та разъяснила всё более детально, в первый раз за последние дни заставив её покраснеть.

– Или тебе больше нравится сопливый мальчишка, Одинокий Орех? – презрительно фыркнула женщина, увидев реакцию собеседницы. – Этот трус специально заболел, чтобы не проходить посвящение! С тем быком ему просто повезло. Он раньше ничего крупнее лисицы не добывал! У него даже вигвама своего нет. А у Глухого Грома много шкур, бронзовый котёл, ножи и всякие красивые штучки, которые он наменял у заморцев.

– Мне никто из них не нравится! – огрызнулась Фрея, вытирая руки пучком травы, брякнув в сердцах. – Я вообще не хочу замуж!

– Да ты что?! – вытаращила глаза Лепесток Ромашки. – А как же дети?

– Не знаю, – она отвела глаза, уже жалея о своей несдержанной откровенности. Тут кстати в памяти всплыли чьи-то слова: "Не всякую мысль следует повторять вслух". – Я ещё не решила.

– Что же тут решать? – удивлённо пожала плечами собеседница. – Ты женщина, значит должна рожать детей. А твой мужчина будет добывать мясо, чтобы вы не голодали, и шкуры, чтобы не замёрзли. Ты знаешь, как у нас бывает холодно?

– Нет, – покачала головой девушка. Она ничего не имела против детей. Вот сам процесс почему-то вызывал у неё стойкое отвращение. Фрея понимала всю ненормальность этого, но ничего не могла с собой поделать, уже смирившись с этой патологией.

– Вода в реке замерзает! – со значением сказала Лепесток Ромашки. – А с неба падает снег! Без тёплых шкур и вигвама можно замёрзнуть.

Девушка собиралась признаться, что знакома со снегом и морозом, но вместо этого не могла удержаться от вопроса.

– Разве ты не сможешь поставить вигвам сама?

Ей данное сооружение показалось довольно простым. Жерди, кора, сучья. Вроде ничего сложного. Разве что каркас внутри? Но и его при известной ловкости можно научиться собирать в одиночку.

– Смогу, конечно, – подумав, ответила женщина. – Только без семьи это просто куча веток. Внутри должен жить мужчина, чтобы охотиться и приносить добычу женщине, которую любит, чтобы она готовила мясо, выделывала шкуры, и их дети. Которые, когда вырастут, будут кормить своих родителей, пока те не уйдут к предкам. Так заведено.

Она вдруг лукаво усмехнулась:

– Или тебе приглянулся кто-то ещё? Признайся, а я расскажу, какой он охотник. Я-то их лучше знаю.

Поскольку Фрее не хотелось отвечать на её вопросы, она задала свой:

– Что же без мужчины с голоду умирать? Разве женщина не может прокормить себя сама? Есть же орехи, ягоды. Да и охотиться можно научиться. Хотя бы на зайцев или оленей каких-нибудь. Дело не хитрое.

Лепесток Ромашки залилась звонким смехом, вытирая тыльной стороной ладони выступившие на глазах слёзы.

– Женщины не охотятся!

– Но почему? – настаивала девушка, радуясь, что ей удалось сменить тему разговора.

– А почему дождь падает с неба? Почему приходит зима, а за ней весна? – продолжая улыбаться, пожала плечами аратачка. – Так заведено Великим Духом. Или у вас по-другому? Женщины выслеживают дичь, а мужчины смотрят за детьми и выделывают шкуры?

Она захохотала, махая руками.

– Только не говори, что они ещё и рожают!

– Я не помню! – зло буркнула Фрея, смахнув со щеки вонючую каплю, сорвавшуюся с пальцев собеседницы.

Они отнесли корзину со шкурой в вигвам.

– Теперь ей надо дня три помокнуть, – всё ещё улыбаясь, сказала женщина.

– Чего это вы там так смеялись? – добродушно проворчала Маема-Расторопная Белка, кромсая ножом холодное вареное мясо.

– Фрея хочет научиться охотиться, – прыснула в кулак дочь.

Вопреки ожиданию девушки старуха не стала ругаться и даже не засмеялась.

– Если человек теряет память, он не знает того, что известно всем!

Она протянула Лепестку Ромашки мосол с остатками хряща.

– Для нас, женщин, всё просто. После первой крови мать с бабушкой заплетают волосы девочки в три косы, и она становится невестой. Мы с тобой это обязательно сделаем, когда твои космы хоть немножко отрастут.

Фрея криво улыбнулась, принимая от Расторопной Белки полоску мяса.

– После того, как невеста входит хозяйкой в вигвам жениха, одну косу расплетают, – продолжила старуха, посасывая кусочек сала. – И делают две.

Она причмокнула губами.

– У охотников по-другому. Они же проводят много времени в лесу, вдали от стойбища, среди зверей и духов. Мало родиться мужчиной, чтобы стать охотником. Много лет живёт мальчик в чужих родах, учится делать оружие, стойко переносить боль от ударов, укусов муравьёв и сороконожек, голод и жажду. Узнаёт, как выслеживать зверя и ещё много тайных вещей, прежде чем получает право пройти испытание.

– Какое? – заинтересовалась Фрея.

– Их много, – протянула Расторопная Белка. – Молодые парни показывают, чему научились в "рысятах". Стрелять из лука, метать дротики, терпеть боль. Надо не шелохнувшись выдержать, пока уголь из священного костра не погаснет на плече. Если он упадёт на землю, или мальчишка вдруг задрожит, то ещё на год останется "рысёнком" и станет посмешищем всего племени.

– Это больно, – покачала головой девушка.

– Ещё бы! – хмыкнула Лепесток Ромашки, а её мать продолжила, облизав сальные губы.

– Те, кого старейшины посчитают достойными, отправляются на охоту. Они должны сами, без старших охотников, принести добычу на праздник по случаю своего посвящения. Только после этого при свете звёзд и под огненным оком Гневной Матери Колдун объявляет имена новых охотников племени Детей Рыси.

– Какой, какой матери? – удивлённо переспросила Фрея.

Расторопная Белка открыла рот, чтобы ответить, но вдруг, подслеповато щурясь, стала смотреть куда-то в сторону.

– Глянь, дочка, это не Белое Перо?

Женщина обернулась. По направлению к их вигваму неторопливо шествовал вождь племени.

– Эй, Мутный Глаз! – громко окликнула старуха супруга. – Кажется, к нам гости?

Оторвавшись от очередной корзины, мужчина взглянул в ту сторону. Сомнений не оставалось, Белое Перо направлялся именно к ним. В душе Фреи шевельнулось нехорошее предчувствие. "По мою душу", – подумала девушка, собираясь уйти. Но потом передумала, решив остаться и выяснить, чего ему надо.

Коротко осведомившись у хозяина о количестве готовых корзин, глава племени заявил:

– Я хочу показать Фрею Вечерней Стрекозе. Она самая старая в племени, и в женских делах побольше Колдуна понимает. Может, разглядит, что он не заметил, и скажет, зачем её прислал Владыка вод?

Старик от неожиданности крякнул. Девушка мысленно взвыла от огорчения. Тащиться куда-то с этим мужчиной ей совсем не хотелось. Между тем Белое Перо продолжал:

– Мы с женой выходим на рассвете.

– Путь не близкий, – наконец, высказался Мутный Глаз. – Втроём пойдёте?

– Возьму пару "рысят" из Белых Рысей, – ответил собеседник. – Пусть родичей навестят.

– Вечерняя Стрекоза – мудрая женщина, – величественно кивнул старик. – Я не возражаю.

– А что я со шкурой делать буду? – внезапно встряла в разговор Расторопная Белка. – Она же испортится, пока вы гулять будете.

Хмуро посмотрев на неё, вождь объяснил:

– Задерживаться мы не будем. За три дня туда – назад обернём. Ничего с ней не случится. Легче чистить будет.

– Ну, если так, – пробормотала старуха, отводя глаза.

– Я тоже с вами пойду, – напросилась Лепесток Ромашки. – Нам почти по дороге. А то я здесь загостилась.