Текст книги ""Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Виктор Зайцев

Соавторы: Анастасия Анфимова,Дмитрий Султанов,Александр Алефиренко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 107 (всего у книги 345 страниц)

– Только пора тебе девчонку хозяйкой вигвама назвать.

Вздрогнув, старик вытаращил глаза на собеседника.

– Всем хорошо будет, – невозмутимо продолжал тот, и заметив, как заметались глаза заморца, веско добавил. – Не хочешь возвращаться в стойбище, оставайтесь здесь. Так даже лучше.

"Вряд ли ты сумеешь детьми разжиться, – с иронией подумал предводитель Детей Рыси. – Во всяком случае, без чужой помощи".

– Но, Глухой Гром, – пробормотал Отшельник. – Я обещал…

– Глухой Гром не мальчишка, – нахмурился вождь. – Должен понимать, что наши обычаи запрещают заставлять женщину жить с тем, кого она не хочет.

Видя, что заморец всё ещё колеблется, собеседник со значением добавил:

– А если он забыл, найдутся те, кто ему напомнит об этом.

Отойдя на несколько шагов от ошарашенного старика, Белое Перо обернулся и сказал, не заботясь, услышит его ещё кто-то или нет:

– Надеюсь, когда вернёмся, она заплетёт волосы в две косы, как полагается хозяйке вигвама.

– Всё, дальше не ходи, – вздохнула Снежный Ландыш, останавливаясь.

Мимо них прошла её соседка, с пыхтением поднимаясь вверх по склону.

– Тебе ещё возвращаться, а солнце уже высоко.

– Тогда прощай, – охотно согласилась девушка, передавая ей жердь. Но женщина знаком велела опустить груз.

Фрея с недоумением положила на землю ствол тонкой берёзки.

Аратачка открыла крышку корзины и достала большой моток верёвки.

– Вот, возьми, я себе ещё сплету.

– Зачем? – удивилась девушка.

– Накорми моего отца вареной рыбой. Он её любит. А твой плавучий помост "рысята" растащили. Лучше сделать новый, чем лезть в такую холодную воду.

– Я так и сделаю, – пообещала Фрея, хотя насчёт плота у неё уже появились совсем другие планы.

– Сытый муж всегда добрее голодного, – стала наставлять подругу опытная в семейной жизни Снежный Ландыш. – Это мы, женщины, можем долго голодать, а мужчина без еды быстро чахнет, болеет. Становится злым и раздражительным. Для них брюхо набить – самое главное, а уж потом всё остальное.

Она легонько хлопнула себя по низу живота.

Слушательница понимающе кивнула.

Потянувшись к ней и понизив голос, аратачка прошептала:

– Отец, вроде бы, согласился объявить тебя своей женой.

– Это он тебе сказал? – встрепенулась собеседница.

– Мы вчера с ним разговаривали, – так же тихо подтвердила женщина и похвалилась. – А ещё я попросила Медовый Цветок замолвить за вас словечко перед мужем.

– Жену вождя? – удивилась девушка.

– Мы с ней когда-то дружили, – пояснила аратачка. – Может, он ещё с отцом поговорит?

– Я видела их вместе, – вспомнила Фрея. – Палевые Рыси уже прошли, а они всё ещё о чём-то болтали.

– Вот хорошо! – расплылась в улыбке Снежный Ландыш. – Быть тебе хозяйкой в каменном вигваме Отшельника.

– Надеюсь, – пробормотала девушка, отступая в сторону.

Женщина наклонилась вперёд и, улыбаясь, потащила тяжело нагруженную волокушу за соплеменницами.

Попрощавшись с ней долгим взглядом, Фрея заторопилась обратно, на ходу желая счастливого пути тем, кто с ней здоровался, и подчёркнуто не замечая редких насмешек.

Не успела она дойти до хвоста, растянувшегося в длинную колонну племени, как её окликнул знакомый ненавистный голос. Поначалу девушка решила не обращать внимания и даже немного прибавила шаг. Но аратачи тут же закидали её насмешками.

– Куда бежишь, зачем спешишь? Оглохла, не слышишь, тебя зовут! Постой, иначе Глухой Гром до самой священной долины бежать будет!

Пришлось остановиться. На лице молодого человека появилась насмешливая улыбка.

– А я обрадовался, думал, с нами пойдёшь.

– Нет, – покачала головой Фрея, с явным намёком добавив. – Мне в другую сторону.

– Жаль, – усмехнулся охотник. – Но ничего, я скоро вернусь.

– Не скажу, что буду рада, – стараясь придать лицу каменное выражение, сказала девушка.

– Говорят, разлука помогает понять чувства, – сухо проговорил Глухой Гром. – Если передумаешь, мой вигвам тебя ждёт. Но это не будет длиться вечно.

– Поищи себе другую хозяйку, – от чистого сердца посоветовала Фрея. – Я в твоё жилище не войду.

– Дура! – выкрикнул ей в спину аратач. – Дрянная девчонка! Ты ещё пожалеешь!

"Может быть, – подумала девушка, стараясь ступать так же неторопливо. – И, возможно, очень скоро, но не сейчас".

Поднявшись на гребень гряды, она невольно усмехнулась. Почти два месяца назад, если считать привычными для неё мерками, Фрее казался странным вид долины, тесно заставленной вигвамами. А сейчас, когда люди ушли, вновь стало как будто чего-то не хватать.

Отбросив несвоевременные мысли, девушка осмотрела моток верёвки. Кажется, эта та самая, которую она уже как-то брала у Снежного Ландыша. Если так, то её хватит связать приличный плот. Вспомнив, что от старого осталось только два бревна, Фрея стала внимательно оглядываться по сторонам в поисках подходящих жердей. Большинство из тех, что срубили аратачи, они унесли с собой в качестве топлива для костра, чтобы не тратить время на сбор хвороста. Но всё же кое-где валялись брошенные хозяевами лесины, либо слишком сырые, или же не понравившиеся по каким-то другим причинам. Так что выбор имелся, хотя и не очень богатый.

Отыскав подходящую жердь, девушка потащила её к озеру, мельком подумав, что провозится долго, а надо бы уже обед готовить для себя и Отшельника.

"Да пошёл он!" – с неожиданной злостью подумала Фрея. У неё за пазухой лежит кусок копчёной оленины, а старик пусть сам о себе позаботится. Не малое дитя.

Многие, из найденных брёвнышек, торчали в стороны кое-как обрубленными сучками. Тут бы не помешало поработать топориком. Но она и не подумала идти за инструментом в жилище Отшельника, предпочитая потратить время на поиски подходящей жерди.

Подобрав ещё пять штук к имевшимся двум, усталая, но довольная девушка села отдохнуть и подкрепиться. Спина болела от усталости, да и ноги тоже, а ведь придётся ещё плот вязать. Стараясь растянуть перерыв, Фрея жевала медленно, прикидывая, как незаметно вынести со двора припасённые для похода вещи. К сожалению, кусок мяса оказался слишком маленьким, но браться за работу по-прежнему ужасно не хотелось. Достав нож и проверив заточку, она взялась срезать отросшие, покрытые траурной каймой ногти. До находки кресла их приходилось отгрызать зубами или ломать. То ещё удовольствие! Вздохнув, девушка с завистью вспомнила маникюрный набор, который подарила ей мама. Да сейчас она бы и от обычных ножниц не отказалась! Странно, но эти воспоминания словно прибавили сил.

Присев на корточки, Фрея стала протискивать верёвку между брёвен, хорошо помня, как они дёргались и ходили из стороны в сторону, норовя прищемить ногу. На этот раз девушка решила связывать каждое из них отдельно. Крепко упираясь коленом, она изо всех сил затягивала узлы, которых оказалось неожиданно много.

– Фрея! – резкий окрик заставил вздрогнуть. Обернувшись, девушка увидела торопливо приближавшегося Отшельника с длинным копьём и корзиной за плечами. – Где ты пропадала? Чего ты тут делаешь?

– Плот, – невозмутимо ответила она. – Снежный Ландыш верёвку длинную дала. Вот я и не удержалась. Рыбки свежей хочется. Да и ты от неё не откажешься. Так ведь?

– Вот глупая девчонка! – в сердцах плюнув, покачал головой наставник. – Я уж решил тебя искать. Утром ушла, и до сих пор нет. Хоть бы пришла и предупредила.

– Зачем? – удивилась ученица, затягивая узел. – Я же буду охотником. Значит, должна привыкать к самостоятельности. Не вечно же ты со мной возиться будешь? Скоро в вигвам "рысят" идти, а там придётся рассчитывать только на себя.

Она пододвинула новое бревно. Смутившийся старик крякнул, упёр тупой конец копья в землю и погладил бороду чуть дрогнувшей рукой.

Почувствовав его волнение, Фрея отвела глаза.

– Если со мной что-то случится, тебе же легче. Не надо никого учить, со старейшинами договариваться. И перед Глухим Громом просто оправдаться. Прости, мол, храбрый охотник, так получилось.

Послышался странный, булькающий звук. Она подняла голову. Уж не случилось ли чего с её драгоценным наставником? Побледнев, как снег, тот стоял, беспомощно разевая рот и хлопая глазами.

– Ах ты… дрянная девчонка! – рявкнул он, шагнув к ней с копьём наперевес.

Вскочив на ноги, Фрея отпрыгнула в сторону.

– Чего шумишь? Сам говорил, что правду не убьёшь!

Заморец поднял оружие и перевёл дух.

– Ты на самом деле так думаешь?

– Как ты меня учил, – усмехнулась девушка. – Ничего другого в голову не приходит.

Густые брови сошлись к переносице, глаза вспыхнули опасным огнём, под седой щетиной на лице заходили желваки.

– Убить меня хочешь? – стараясь сохранить спокойствие, спросила она. – Или прогнать?

– Надо бы, – глухо пророкотал Отшельник. – Но не стану. Живи… дурой!

С этими словами старик, развернувшись, зашагал прочь, а девушка, сев на недоделанный плот, перевела дух. – Думала, прибьёт.

И усмехнулась.

– Нет, не догнал бы!

Кроме всего прочего жизнь здесь отучила её переживать по поводу того, что могло случиться. Завязав последний узел, отрезала оставшийся кусок верёвки. Пригодится. Взглянула на солнышко, уже коснувшееся верхушек нижним краем. Кажется, есть возможность кое-что вынести из дома заранее. Несмотря на усталость, Фрея припустила бегом, остановившись только у ограды. Дверь оказалась заперта.

– Эй, Отшельник! – крикнула она, уперев руки в бока. – Открывай!

"А в ответ – тишина", – неожиданно всплыло в памяти.

Девушка заколотила по брусьям кулаками.

– Хочешь оставить меня в лесу? Эй, хоть копьё дай! Неужели так, без оружия и припасов бросишь?!

Вновь никакого ответа. Она наклонилась, собираясь расшнуровать кроссовки и лезть на стену, когда из-за стены донеслись шаркающие шаги.

– Открой! – вскричала Фрея, стараясь разглядеть заморца в щель.

Дверь рывком распахнулась. Не глядя на ученицу, Отшельник зашагал к хижине, бросив через плечо:

– Не мешай мне!

"Это я удачно зашла!" – хмыкнула про себя девушка, провожая наставника долгим взглядом.

Было бы непростительной глупостью не воспользоваться таким подарком судьбы. Первым делом метнулась в кладовую. У неё имелся небольшой запас продуктов, но прихватить ещё не помешает. Быстро срезала два куска жирной кабанятины без костей. Нечего лишний груз таскать. Глухой Гром перед охотничьим походом принёс ей в подарок задний окорок молодой свинки. Так же взяла копчёной рыбы, завернула всё в старый плащ заморца, который вчера вывесила просохнуть на солнышко.

Обеспечив себя едой, отыскала в одной из корзин четыре стальных полосы, оставшиеся от колёс кресла. Всё остальное старик хранил в сундуке, ключ от которого всегда носил на шее. А жаль, прутки из нержавейки, железные трубки и прочие мелочи могли бы пригодиться на новом месте. Хотя бы в качестве "обменного фонда". Не ударься Отшельник в самоизоляцию, Фрее оставалось бы только вздыхать с завистливым сожалением. Теперь же девушка решила, раз наставник оставляет себе что-то, принадлежащее ей, ученица имеет полное право взять что-то его.

– Справедливо, – пожала плечами она, оглядывая двор.

К сожалению, корзина с металлическим инструментом стояла под навесом как раз напротив единственного окна. Стоит старику бросить случайный взгляд, и сразу могут возникнуть весьма неудобные вопросы.

Прижимаясь спиной к холодным камням хижины, Фрея подобралась к окну. Изнутри доносилось еле слышное бормотание. Прислушавшись, она догадалась, что это Отшельник говорит на радланском. Часто, отчитывая её за какой-нибудь поступок или читая очередную нотацию, заморец, очевидно для полноты впечатления, приводил мудрые изречения своего народа, предварительно произнося их на родном языке.

Немного погодя, девушка с лёгким удивлением поняла, что старик раз за разом произносит одни и те же слова. "Мается, – подумала она, отступая, но тут же поправила себя. – Вернее, молится. Просит помощи у своих богов".

Убедившись, что Отшельник очень занят, Фрея поспешила к навесу. Каким бы не оказалось новое племя, вряд ли там умеют плавить металл, а значит, оценят прочность и удобство этих инструментов. Чтобы пропажа не сразу бросилась в глаза, взяла топор, которым рубила дрова, и какие-то тёсла, стамески, короткую пилу и сверло. Однако жадность тут же столкнулась со здравым смыслом. Все эти штуковины довольно тяжёлые, а тащить их придётся на собственном горбу. Даже волокушу не сделать, неизвестно, по каким местам придётся пробираться.

– Вот батман! – выругалась она, терзаемая мукой выбора.

Подумав, решила оставить только топор, как самую универсальную вещь и одну не то стамеску, не то долото. Не важно, главное, из железа.

Уложив инструменты во всё тот же плащ, который также собралась взять с собой, девушка тихонько вынесла свёрток со двора. А вернувшись, стала нарочито громко вытаскивать из-под навеса ловушки для рыбы.

– Я скоро вернусь! – крикнула она и, подождав, добавила. – Дверь сама закрою.

Отшельник отмолчался.

Пожав плечами, Фрея ушла, захватив пустой кувшин. Неподалёку от озера девушка давно приглядела подходящее дупло. Пошарив там сухой веточкой, она проверила, не появился ли там новый жилец. Затем спрятала внутри вещички, заткнув дырку пучком колючего кустарника.

Набрав воды из озера, забросила с берега ловушки и поспешила домой. Солнце уже почти скрылось за лесом, так что пришлось поторопиться.

Отшельник по-прежнему сидел в хижине. Уже в полумраке девушка развела большой костёр, повесив над ним котёл. Желудок, устав жаловаться неблагодарной хозяйке, высказывал своё неудовольствие тупой сосущей болью.

Накрошить копчёного мяса дело минутное. Пока оно закипало, несложно растереть на камне два десятка заранее сваренных жёлудей. Открылась дверь. Занятая девушка бросила мимолётный взгляд на наставника.

– Скоро сварится. Прости, что заставила ждать. Очень хотелось поскорее плот закончить.

Заморец вяло отмахнулся и огладил бороду.

– Я сегодня говорил с вождём…

– Постой! – прервала его Фрея. – Если хочешь сказать мне что-то серьёзное, подожди до завтра.

– Почему? – вскинул мохнатые брови собеседник.

– Я так устала и так хочу есть, что совсем ничего не понимаю, – она виновато развела руками и повторила одно из его высказываний. – Любые известия, плохие или хорошие, надо встречать с ясной головой.

Девушка уже догадалась, чем хочет её обрадовать бравый старикан. Вот только изображать по этому поводу бурный восторг и торопиться выполнить супружеские обязанности совсем не хотелось.

Фрея ссыпала желудёвую муку в кипящее варево.

– Давай завтра, а? На свежую голову, с новыми силами. Ну, сам понимаешь…

Усмехнувшись, Отшельник кивнул.

Больше за весь вечер они почти не разговаривали.

Девушка чувствовала себя такой взвинченной, что даже не надеялась уснуть. Всё-таки это её последняя ночь в относительно комфортабельных условиях. Неизвестно, что ещё ждёт впереди?

Вместе с опасением вернулись сомнения. Может, всё же остаться? От добра добра не ищут. Теперь уже ясно, что старейшины разрешили им с Отшельником жить в этом уютном, по сравнению с вигвамами, доме. Так чего уходить? Как ещё встретят её морские люди, если она до них, конечно, вообще доберётся? Вдруг на их фоне даже аратачи покажутся образцом вежливости и дружелюбия? Дети Рыси, по крайней мере, считают её посланницей Владыки вод.

Неизвестный страх забирался в душу, шустро перебирая суставчатыми, мохнатыми лапками. За последнее время девушка уже не раз пугалась голода, холода, хищных зверей, изнурительных упражнений, дурацких выходок заморца, похоти Глухого Грома и равнодушия аратачей. Но сейчас Фреей овладел страх неизвестности, торопливо привязывавший её липкой паутиной к месту и человеку. "Что ещё желать? – шептал он на ухо, лишая воли. – Дом, хозяйство, даже удобная ванна под боком. А там, куда идёшь? Подумай, сколько ещё протянет этот старик? После ты останешься здесь полновластной хозяйкой. Вспомни хотя бы, как мечтала здесь всё переделать?"

– Вот батман! – одними губами прошелестела девушка, чувствуя, что почти готова согласиться с этим противным, вкрадчивым голоском. – Неужели я такая трусиха?

И со стыдом призналась самой себе, что так оно и есть. Или нет?

Сделав несколько глубоких вздохов, она веско и чётко произнесла по-русски:

– Я уйду. Я всё равно уйду. Я должна, я должна…

Хотя кому и что, Фрея и сама не смогла бы объяснить. Помогло. Постепенно страх отступил. Но не исчез, словно затаившись перед новой атакой.

Действительно, что её здесь держит? Каменный дом, пещера с целебным источником. И всё! Ей же всего восемнадцать или девятнадцать? Не важно, впереди вся жизнь. И что же? Каждый день видеть одни и те же деревья, скалы, озёра? Когда есть возможность узнать новый мир. Это познание завершится после встречи с первым же голодным медведем или с ядовитой змеёй, или после перелома ноги на горной круче, когда придётся умирать с голоду, или…

– Хватит! – выдохнула девушка, прерывая страшное перечисление. Со всем этим можно столкнуться и здесь, прямо за каменным забором! Решение принято. К Владыке вод всякие сомнения с колебаниями. Она должна…

Навалившийся сон оказался цветным и ярким. Очевидно, память вновь приоткрыла ей кусочек прошлого. Двери тесного лифта, дребезжа, разъехались в стороны, открыв коридорчик с железными дверями квартир и идущей вниз лестницей. На миг показалось странным неестественная высота помещения. Но потом сообразила, что она сидит в кресле. Опираясь в большие кольца, укреплённые по ободу колеса, с трудом выкатилась на площадку. А впереди ещё полтора десятка шагов до лестницы с новым, ещё не успевшим облезть пандусом, появившимся у их подъезда два месяца назад. Забота властей об инвалидах-колясочниках пришлась как нельзя кстати. Неловко перебирая руками по окрашенной в коричневый цвет трубе, Фрея стала медленно спускаться вниз. Изо всех сил стараясь не потерять равновесие и не опрокинуться, она твёрдо знала, что обязана сделать нечто очень важное. Возможно, важнейшее в жизни. Что-то такое, из-за чего стоило покидать унылую, опостылевшую квартиру, не дожидаясь матери. Той даже не стоило об этом знать. Всё предстояло сделать тайно, никому ничего не говоря.

Передние колёсики коляски, перемахнув через цементную заплату, встали на потрескавшийся асфальт. Развернувшись, девушка целеустремлённо покатила к выходу со двора. Вот только в чём её цель? Увы, но как только она подумала об этом, как тут же проснулась, обведя тревожным взглядом хижину.

Уф-ф-ф! До рассвета, кажется, ещё далеко. Хотя серый квадрат окна уже выделялся на чёрном фоне стены. Тлевшие в печи угли мерцали тревожным тёмно-багровым отсветом. Поёживаясь, быстро натянула штаны и рубаху, то и дело косясь на мирно похрапывавшего Отшельника. Обувшись, свернула одеяло из шкур росомахи и, прижав его к груди, быстро выскользнула во двор. Вздрогнув от стука двери, прислушалась. Старик шумно перевернулся на бок, что-то бормоча во сне.

Под навесом отыскала корзину, в которую уже припрятала нужные в походе вещи: палочки для добывания огня, запасную рубаху, портянки, новенькие мокасины, меховой жилет и связку заячьих шкурок. Неизвестно, сколько времени придётся шататься по лесам? Надо быть готовой ко всему. Уложила сверху одеяло, прикрыла крышкой. После чего выбрала лучшее из двух собственноручно сделанных копий, вынесла его со двора и прислонила снаружи к стене. Неплохо бы ещё прихватить лук со стрелами. Но тот хранился в хижине, привязанный к балке как раз над лежанкой. Пожав плечами, вошла внутрь.

– Ты чего? – спросил сонным голосом старик, когда Фрея стала развязывать ремешки.

"Всё-таки проснулся", – с досадой подумала она, равнодушно бросив:

– Давно не стреляла, хочу потренироваться.

– Я хотел сказать…, – начал было заморец.

– Потом! – досадливо оборвала его ученица. – Сейчас сбегаю к озеру, принесу рыбы, и всё расскажешь!

Нахмурившись, наставник буквально вцепился взглядом в девушку. А та, словно ничего не замечая, натягивала тетиву. Когда-то у неё едва хватало сил на это. Сейчас же всё вышло быстро и естественно. Одним движением.

– Ты собралась бегать в куртке? – с мрачной подозрительностью поинтересовался старик, завязывая пояс для териков.

– Да, – кивнула она, беря в руки футляр для стрел. – Сегодня прохладно.

Казалось, только теперь Отшельник почувствовал дувший из окна ветерок и стал торопливо натягивать рубаху. Перекинув лук через плечо, девушка быстро вышла, однако не успела дойти до ограды, как сзади скрипнула дверь.

Фрея обернулась, и старательно делая вид, будто корзина пустая, помахала рукой озадаченному старику.

– Я скоро.

Выскочив из ограды, быстро припёрла входную дверь палкой, подхватила копьё и затрусила по тропинке к озеру. Вряд ли заморец бросится в погоню из-за желания вернуть беспутную ученицу. Разве что обидится, когда поймёт, что его обворовали. Тогда остаётся надеяться, что ей удастся запутать следы.

Когда жильё Отшельника скрылось за деревьями, девушка сошла с тропинки и направилась к тайнику.

Вытащив из лаза успевшую слегка пожелтеть ёлку, забралась в крошечную пещерку, где с трудом отвалила тяжёлый плоский камень. За ним лежало завёрнутое в старую кожу копчёное мясо, нож, два шила и связка дротиков с копьеметалкой.

Следующую остановку Фрея сделала у дупла, в которое, судя по следам маленьких коготков на коре, кто-то пытался забраться. Часть колючих веток валялась на земле. Торопливо вытащив свёрток, выругалась:

– Вот батман!

Неизвестный зверёк всё же забрался в её захоронку, проделав небольшую дырку в кожаном плаще. Хорошо ещё, что ни мясо, ни рыба не пострадали. То ли не понравилось расхитителю дупло, то ли его кто-то спугнул.

Сложив все вещи в корзину, девушка невольно крякнула. Тяжеловато, хоть и взяла только самое необходимое. Посмотрела на солнце. Время ещё есть. По всем расчётам получалось, что беспокоиться по поводу её отсутствия Отшельник начнёт, самое ранее, через полчаса.

Вот и озеро. Аккуратно поставив ношу на плот, Фрея, морщась, повела плечами. Мда, жадность до добра не доведёт, а ведь прошла всего ничего. Может, оставить что-нибудь ненужное? Вот только его она с собой и не захватила. Со вздохом оттолкнувшись шестом, девушка повела плот вдоль поросшего камышом берега.

Несмотря на то, что здешние зимы не шли ни в какое сравнение с теми, которые случались в её мире, растаявшего снега хватило, чтобы поднять уровень озера и превратить вытекавший из него ручеёк в быстрый поток. В который Фрея направила своё неуклюжее судно, тут же сильно пожалев об этом. Кое-как связанные брёвна ходили под ногами как клавиши пианино. Корзина покачивалась, норовя рухнуть в мутную воду, которая тащила и толкала плот, всё увеличивая скорость.

Со страхом понимая, что ещё немного, и она рискует очень не вовремя начать купальный сезон, девушка направила грозившее вот-вот развалиться плавсредство к берегу. От удара незадачливую путешественницу резко бросило вперёд. Рухнув на мокрые, скользкие брёвна, Фрея едва успела перехватить за кожаный ремень корзину одной рукой, второй крепко вцепилась в застрявший в дне шест. Плетёная крышка с лёгким плеском скользнула в поток.

– Дура! – взвыла девушка, встав на четвереньки и подтягивая к себе корзину, которая всё-таки упала, но к счастью на плот, вползший крайними брёвнами на берег и застрявший в кустах. – Куда тебя понесло, сёрфингистка недоделанная!

Бормоча ещё какую-то чушь, она выволокла её на покрытый серой прошлогодней травой берег. И тут же бросилась спасать остальное имущество. Копьё, соскользнув в воду, тоже застряло в ветках тальника. Пучок дротиков зацепился за верёвку. Даже футляр со стрелами не пропал, хотя и лежал на самом краю.

Возможно, будь путешественница поумнее, она бы восприняла это происшествие, как серьёзное предупреждение судьбы, и хорошенько подумала, прежде чем идти дальше. Однако лишний раз заниматься самокопанием девушка не стала. Вместо этого, с трудом вытащив застрявший шест, она вытолкнула плот на стремнину.

– Прощай, больше нам не по пути, – пробормотала Фрея.

Отдышавшись и сообразив, где находится, мерно зашагала вперёд, отыскивая знакомые приметы. За полгода девушка сумела хорошо изучить всю местность вокруг.

"Отшельник меня, наверное, хватился", – со странным сожалением думала она, щурясь от яркого солнечного света. Денёк обещал быть хорошим, однако снимать меховую куртку пока ещё рановато.

Скоро Фрея вышла на широкую тропу, покрытую множеством шагов и бесконечно длинными бороздами от волокуш. Прежде чем ступить на неё, девушка переобулась в мокасины, повесив кроссовки через плечо. Ощущение от новой обуви оказалось непривычным. Чего-то не хватало. Несмотря на портянки и ещё один слой кожи, нога чувствовала землю, мелкие комья, камешки, ветки. Тем не менее, она неутомимо шла тем путём, которым только вчера ушли аратачи.

Примерно через километр девушка свернула на еле заметную тропинку, которая привела на полянку, покрытую ямками и расплывшимися от дождя кучками земли. Здесь женщины племени копали съедобные корешки. Рядом протекал вздувшийся ручей, вода которого, однако, так и не смогла залить цепочку из трёх камней, протянувшихся поперёк русла.

Опираясь на копьё, Фрея перебралась по ним на противоположный берег. Ну, следы, кажется, более-менее заметены. Теперь можно идти к морю.

Сразу сделалось легко и свободно, хотя девушка, как ей казалось, прекрасно понимала всю опасность предстоящего пути.

"Авантюра чистой воды, – думала она, шагая среди раскидистых сосен. – Куда иду? Зачем?"

Но даже эти здравые мысли уже не вызывали желания вернуться в такое удобное жилище, спрятанное среди высоких скал.

"Интересно, что подумает Глухой Гром? – усмехнулась она про себя. – А другие? Вождь, Колдун, Снежный Ландыш? Ну, Лёгкое Облако точно обрадуется. А дочь Отшельника, быть может, пожалеет о непутёвой девчонке?"

Примерно в полдень Фрея устроила первый привал. Отдохнув, ещё раз переложила вещи, а перед тем как идти дальше, всё же сняла куртку, оставшись в одной кожаной рубахе.

Нежась под лучами солнышка, девушка шагала по лесу, перебиралась через поваленные деревья, спускаясь в овраги, перескакивая через ручьи. Состояние восторженности уходило, наступала усталость. Она ещё раз остановилась отдохнуть, потом ещё. А затем, справедливо рассудив, что торопиться ей особенно некуда, а значит, нечего и бежать сломя голову, стала подыскивать место для ночлега.

Увы, ничего подходящего упорно не попадалось. Скалы стали встречаться реже, а в тех, что попадались, не имелось ни пещер, ни расщелин. Озабоченная таким обстоятельством, Фрея уже стала подумывать расположиться где-нибудь на открытом месте, как, выйдя на поляну, увидела почти в центре дерево, чем-то напоминавшее то, где ей довелось спасаться от волчьей стаи. Только у него сучья начинались ещё выше. Решив, что оно подходит как нельзя лучше, вернулась к ручью, где, отыскав прозрачную заводь, напилась до тяжести в желудке, заодно наполнив водой бычий желудок, служивший вместо фляги. Мимоходом подумала, что год назад от такой водички у неё почти наверняка случилась бы ангина или бронхит.

Развела огонь у дерева и подогрела копчёное мясо. Всё-таки тёплая еда для желудка полезнее. Кажется, так говорила мама?

Оставив костёр догорать, попыталась влезть наверх. Только со второй попытки удалось перебросить верёвку через нижний сучок, после чего девушка вскарабкалась и втащила корзину. Отыскав в кроне местечко поудобнее, накинула поверх куртки плащ, не забыв привязать себя за руку к ветке. Поднялся ветерок, стало прохладно. Фрея долго ворочалась, устраиваясь поудобнее, пряча начавшие зябнуть ноги. Пригревшись, задремала, не обращая внимания на лёгкий стук веток над головой и скрип старого дерева.

Резкий рывок, вызвавший острую боль в руке, вырвал девушку из нервного, тяжёлого сна. Заорав, она отчаянно задёргалась всем телом, не понимая, почему мир вдруг встал вверх ногами. Что-то большое рухнуло вниз, распластавшись на прошлогодних листьях коричневым пятном. Только тогда Фрея сообразила, где находится, и что случилось. Запястье, за которое она привязала себя к дереву, посинело, кожа под глубоко въевшейся верёвкой горела огнём. Другая верёвка безвольно повисла вместе с левой ногой. Правая каким-то чудом зацепилась за сук носком мокасина. Подтянувшись, девушка вскарабкалась на развилку, с которой так неожиданно свалилась. Пальцами и зубами развязала узел, огорчённо присвистнув, глядя на багровую полосу от грубой верёвки. Тело ломило, мышцы затекли, а кости, казалось, успели сломаться и срастись не по одному разу. Морщась и ругаясь вполголоса, добралась до корзины. Которая, в отличие от хозяйки, переночевала прекрасно.

Спустив груз на землю, Фрея спрыгнула сама и, не удержавшись на ногах, свалилась на бок.

– Вот батман, никогда больше не буду спать на дереве, – проворчала она, опираясь руками в поясницу и выгибаясь. – Не вышло из меня мартышки.

Сворачивая верёвку, девушка обернулась к дереву, чтобы тотчас застыть с полуоткрытым ртом. Чуть выше её глаз серо-коричневую кору с жёлтыми пятнами лишайников пересекали царапины от когтей. Фрея машинально провела пальцем по бороздкам. Вчера их тут не было. Значит, ночью какой-то зверь пытался до неё добраться. Присев на корточки, попробовала отыскать следы. Ага, вот какая-то вытянутая ямка, немного похожая на отпечаток человеческой ноги, только с чёрточками когтей. Медведь, хотя и не очень крупный.

– Для тебя хватит, – раздражённо буркнула начинающая следопытка.

Нервно сглотнув, сунула верёвку в корзину. Тревожно озираясь, скомкала и убрала плащ, и только схватившись за копьё, немного успокоилась.

"Не лучше ли вернуться? – вдруг подумала она, нервно облизав губы. – Пока далеко не ушла".

Повертев в голове эту мысль, она накинула корзину на плечи и, бросив взгляд на солнце, пробивавшееся из-за дальнего леса, неторопливо зашагала на восток. Но то приподнято-весёлое настроение пропало, уступив место тревожной настороженности. Теперь девушка старалась ещё более внимательно вслушиваться в шум леса, следя за каждым своим шагом, стараясь избегать валявшихся вокруг в изобилии сухих веток.

"И как только у аратачей получается так тихо ходить?" – с тоскливой завистью вздыхала Фрея, в очередной раз слыша под ногой сухой треск.

Внезапно уши перехватили подозрительно знакомый звук. Застыв изваянием, огляделась по сторонам, стараясь пробить взглядом плотно росшие деревья. Вновь послышался то ли стук, то ли клёкот. Определив направление, она двинулась в ту сторону, пригибаясь и вытянув шею.

"Это же глухарь! – едва не выкрикнула от облегчения Фрея, узнав голос. – Ну, точно!"

На самом краю крошечной полянки росла невзрачная ёлка, а на её верхушке чернела большая птица с распущенным хвостом и вздёрнутой, бородатой головкой.