Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

– Полюби тебя Драгор, Сыч! Ну что ты за мазила! – в сердцах воскликнула Полночь, скрипя зубами.

Так, ладно, хватит сокрушаться! Время ещё есть! Равно как и два специальных снаряда в запасе. Нельзя показывать братьям своих переживаний. Нужно действовать твёрдо и решительно. Как Наставник…

– Уголь, скорей лети к Сычу! И нас извести о результате выстрела сразу же! – скомандовала Исла.

– Понял! – коротко кивнул Безликий, и «Катапульта» подкинула его на полтора десятка саженей вперёд и вверх.

Милария гран Мерадон до рези в глазах всматривалась в колокольню, чей силуэт вырисовывался вдали. Весь её мир сжался до маленькой области, в которую попадал шпиль здания и кусочек неба. Всё остальное перестало существовать.

– Ну же, Уголь, где ты застрял⁈ – бормотала себе под нос Исла, нетерпеливо переминаясь.

– Госпожа Полночь, там… – заикнулся было оставшийся с ней Безликий.

– Помолчи, Град, не сейчас! – грубо отмахнулась озарённая. – Я же сказала ему, сразу известить о результате выстрела! Чего он там копается⁈

Когда с далёкой пожарной колокольни в небо всё-таки полетела крохотная зелёная искорка, Исла чуть не расплакалась от облегчения. О, боги и Многоокий Создатель! Они сделали это! Отныне на счет братства Безликих можно записать ещё трёх кардиналов Капитулата! Ха-а! Да кто вообще в этом мире способен похвастаться подобным⁈ Да они же…

Милария гран Мерадон оторвала взгляд от колокольни и едва не поперхнулась. Пожри их Абиссалия, это что за новости⁈ Откуда в воздухе взялось ещё два снопа золотых искр⁈

– Я хотел вам сказать, госпожа, – начал зудеть Град. – Пока вы ждали сигнала от Угля, с северной стороны оповестили о появлении ещё двух кардиналов.

– Вот же говно свиное! – выругалась Исла. – Быстрее, туда!

– Но у нас же остался всего один выстрел, госпожа! Что мы будем делать со вторым алавийцем?

– На месте разберёмся! А теперь довольно болтовни! Не смей от меня отстать!

Плетение «Катапульты» упало в половине шага от озарённой. Не колеблясь ни мгновения, милария гран Мерадон наступила на него, и встречный ветер ударил в лицо упругой волной. Перепрыгивая с крыши на крышу, они с Градом помчались туда, где объявились новые кардиналы. Или всё те же, просто выжившие? А, неважно! Главное не опоздать…

– Я умру, но не подведу вас, Наставник! – прокричала Исла, срывая голосовые связки. – Если понадобится, то я лично спущусь и остановлю проклятое алавийское колдовство!

Глава 19

Две тёмные фигуры скакали по элдримским крышам, покуда не прибыли к месту назначения. Благо, что оба сигнала о появлении алавийских кардиналов находились не так уж и далеко друг от друга. Однако то, что прибывшие Безликие увидели, их не очень-то обрадовало.

Оба магических купола не просто находились слишком далеко от крепостных стен, так ещё и были окружены многочисленной охраной. До них ни чарами не получалось достать, ни с боем пробиться. И если один барьер можно проломить последним снарядом, созданным Наставником из кровавого алмаза, то что делать с оставшимся?

Пока Исла напряжённо соображала и ломала голову, как разрешить возникшую перед ней задачу, Град готовился к выстрелу. Отщёлкнув затвор карабина, он бережно, словно любимое дитя, уложил его перед собой. Затем немного смущённо приподнял вуаль и выплюнул в ладонь кровавый алмаз, идеально подогнанный по размеру дульного гнезда.

– Если б ты ненароком проглотил кристалл, клянусь Анрисом, я бы вытащила его у тебя через задницу, – осуждающе покачала головой милария гран Мерадон.

– Спокойно, госпожа Полночь, ваши инсинуации звучат оскорбительно, – отозвался Град, не прекращая своих манипуляций.

Вообще-то, он действительно зарекомендовал себя умелым озарённым и отличным стрелком. Таких Наставник обычно называл снайперами. В противном случае, никто бы ему карабин и не доверил. Безликий всё делал правильно. Никакие сомнения или волнение не могли отразиться на его доведённых до совершенства движениях. Но Исла всё равно до дрожи стискивала кулаки, сдерживая непрошенный порыв выхватить у Града карабин.

– Готово! – отчитался магистр, подсадив на снаряд «Поцелуй Абиссалии».

Ох, что это было за плетение! Воистину, экселенс Ризант настоящий гений, если смог сотворить его. Миларии гран Мерадон по сию пору изредка снились кровавые ошмётки, в которые превратились милитарии Капитулата после её выстрела во время штурма Перстов Элдрима. Теперь главное, чтобы брат не промахнулся…

Заперев затвор фокусной каморы, Град осторожно поднял изобретённое Наставником оружие и уставился в прицельный окуляр. Один из его перстней ещё раз мигнул, формируя заклинание «Орлиного взора», после чего Безликий замер, словно превратившись в статую.

– Давай, Град, не оплошай, брат… – беззвучно шептала Исла, не сводя глаз с ближайшей защитной полусферы, выделяющейся в бушующем море алавийского войска.

Карабин дёрнулся в руках милитария, и практически в тот же миг на стенке магического купола взбухла яркая вспышка.

– Есть попадание! – азартно выкрикнул Град, и сразу же выпустил в небо зелёный сигнал.

Вражеское защитное плетение не исчезло, но сквозь его полупрозрачную плёнку благодаря «Орлиному взору» прекрасно удалось рассмотреть кровавый смерч, поднятый взрывной волной «Поцелуя Абиссалии». Сомневаться не приходилось – все, кто скрывался под куполом, погибли.

– Молодец, брат! – возликовала Полночь, однако быстро сникла, вспомнив об оставшемся кардинале.

– Это было несложно, – спокойно отозвался Град. – Но что делать со вторым? Нужно разыскать Великого Наставника и сообщить ему!

– Хорошо, займись этим сам, – кивнула Исла.

– А как же вы, госпожа?

– Попробую ещё кое-что… Дай-ка сюда!

Милария гран Мерадон забрала у Безликого карабин и сформировала плетение «Катапульты».

– Постойте! У вас же больше нет особых снаря…

Продолжение реплики магистра утонуло в шуме ветра. Озарённая, понимая, что время на исходе, не решилась тратить его на размышления и обсуждение планов. Она просто действовала. Ещё в полёте Исла оценила расстояние от крепостной стены Элдрима до последнего защитного купола алавийцев. До него, как назло, было не меньше трёх сотен шагов. Солидное расстояние, которое не поможет перепрыгнуть даже под завязку накачанная энергией «Катапульта». Нет, в теории, конечно, это реально. Но нужно иметь в виду, что хрупкое человеческое тело не выдержит такой нагрузки. До цели только мешок с переломанными костями и долетит.

И как бы Исла не старалась отыскать выход, получалось, что выстрел из карабина – это единственный разумный шанс остановить последнего кардинала. Но легко сказать…

– Катись оно всё в Абиссалию! – прошипела озарённая, злясь и на себя, и на трусливых альвэ, которые не рисковали приближаться на дистанцию магической атаки.

Надо сделать хоть что-нибудь! Иначе многолетние усилия пойдут прахом! И нельзя постоянно ждать, что экселенс Ризант появится и спасёт ситуацию. Он рассчитывает на свою помощницу, и она должна оправдать возложенное на неё доверие. Даже если ради этого придётся навсегда остаться на страницах Арии Вечности.

Злая решимость завладела Безликой. А вместе с ней, кажется, в голову пришла и спасительная идея…

Приземлившись после очередного использования «Катапульты», Исла привлекла внимание суетящихся поблизости защитников. Сейчас она находилась практически у самых стен, и потому здесь было весьма многолюдно. Солдаты таскали бочки со стрелами, вёдра с какой-то субстанцией, дрова для костров, булыжники, да и боги ещё ведают что.

Не обращая внимания на суету и переполох, царивший вокруг, милария гран Мерадон сплела чары «Праха» и швырнула прямо себе под ноги.

– Эй, ты чего делаешь⁈ – крикнул кто-то, заметив, как под действием заклинания участок мостовой постепенно превращается в пыль.

Озарённая на этот оклик даже не отреагировала. Она дождалась, когда «Прах» разрушит булыжники, а затем создала воздушную волну.

– Кха-кха-кха! Тьфу! Кха! Где твой… апчхи! О, боги, где твой разум⁈ Что ты творишь⁈ – завопили на Безликую защитники.

Но она вновь проигнорировала все претензии. Время уходит, не до разговоров!

Опустившись на колени, Исла сдёрнула с пояса мешочек, в котором носила пригоршню отлитых пуль. Самых обычных – свинцовых, но со стальным сердечником. Так, по словам экселенса Ризанта, они разили гораздо эффективней.

Следом после этого озарённая дёрнула цепочку на своей шее и извлекла из-под одежд кольцо, подаренное Наставником ещё перед путешествием в Абиссалийские Пустоши. Взяв одну из пуль, Исла вдавила её в землю, сделав подобие формы. На самое дно дрожащими пальцами аккуратно уложила грубо выковырянный из оправы перстня кровавый алмаз. Потом, обжигаясь до волдырей и рыча под нос ругательства, Безликая принялась плавить пулю чарами «Горелки». Стальной сердечник, который с лёгкостью выдержал испытание пламенем, пришлось выбросить.

Процесс занял у аристократки совсем немного времени. Свинец был очень податливым металлом и плавился легко. Но ей показалось, что прошла целая вечность. В конце концов, Исла, поплевав на обожжённые пальцы, извлекла ещё горячую, но уже застывшую пулю. Наставник всегда заострял внимание на том, что снаряды для его необычного оружия должны иметь идеальную форму. Иначе это повлияет на точность выстрела. Интересно, получилось ли?

Ещё одна «Катапульта», и милария гран Мерадон взлетает на крепостную стену. На сей раз ей немного не повезло, и она приземлилась прямо на голову одному из защитников. Тот с перепугу едва не рубанул Ислу топором, но озарённая вовремя успела закрыться куполом «Коры».

Не слушая, что там ей орёт разгневанный солдат, аристократка припустила к парапету и спряталась за него, дабы не поймать ненароком пущенную с земли стрелу.

Ну вот и всё. Момент истины настал. Либо Исла докажет всем, включая себя, что она небесполезна. Либо же слова её отца, которые милария гран Мерадон слышала с самого детства, окажутся пророческими.

«Твоё единственное предназначение – рожать детей и греть постель супруга! О большем тебе нечего и мечтать!» – словно наяву услышала женщина наставления родителя, которыми тот сызмальства обрубал любые «неправильные» по его мнению стремления дочери.

– Спасибо тебе, папенька, за мою несгибаемую веру в собственную ничтожность, – иронично усмехнулась своим мыслям озарённая. – Но сейчас прочь из моей головы! Не мешай, старый ты пенёк!

Предельно старательно сформировав конструкт «Поцелуя Абиссалии», Исла пересадила его на кусочек кровавого алмаза, проглядывающий из объятий серого свинца. Теперь осталось осторожно уложить пулю в дульное гнездо. Создать активирующий конструкт, запереть фокусную камору и упереть приклад в плечо.

– Спасибо, проклятые альвэ, что лишили меня одного глаза. Теперь мне будет проще в вас целиться, – зло прошипела себе под нос Исла.

Совершив полный выдох и освободив лёгкие от воздуха, как учил Наставник, озарённая заглянула в окуляр карабина. С «Орлиным взором» вражеский купол казался таким огромным, что промазать по нему было очень трудно. По крайней мере, в это хотелось верить…

Исла уже готовилась выстрелить, но тут её толкнул кто-то из защитников, сбив концентрацию.

– Да чтоб вас всех! – зарычала озарённая, и выставила у себя за спиной колдовской барьер.

Теперь-то ей точно никто не помешает…

Вновь те же самые приготовления. Полный выдох. Тщательное прицеливание через окуляр. Раз. Два… ТРИ! Палец аристократки плавно нажал на спусковой штифт, и приклад ударил в плечо с такой силой, что рука отнялась и повисла безжизненной плетью. Кажется, Исла от переживаний влила слишком много энергии в активационный конструкт. Но, слава всем богам, обошлось без инцидентов. А то во время испытаний бывали случаи, когда фокусные каморы нового оружия взрывались, не выдерживая мощи помещённых в них заклинаний.

Несколько секунд понадобилось миларии гран Мерадон, чтобы оценить результат своего выстрела. Для этого она едва ли не свесилась между крепостных зубцов, чуть не получив в лицо с десяток арбалетных болтов. Но какая ж это была мелочь…

Она попала! Точно в чужой купол! Пускай на метр ниже и левее, нежели целилась, но всё же. Огненный вихрь вперемешку с багровыми обрывками взметнулся под колпаком магического щита и вскоре улёгся, оставив после себя кровавый хаос.

– Ох, Анрис, свирепый покровитель войны, спасибо, что направил мою руку, – со слезами на единственном глазу прошептала Исла.

Сил не оставалось даже на то, чтобы порадоваться. Но аристократка всё же заставила себя пустить в небо зелёный сигнал. Наставник должен знать, что его верная помощница справилась. Она не подвела его…

Глава 20

Появление ещё двух вражеских милитариев, владеющих Ариканией, признаться, заставило меня понервничать. Я внимательно следил за сигналами снайперов и понял, что как минимум одного кардинала они поразить не смогут. Элементарно нечем будет. Ведь алмазных пуль я успел изготовить всего пять штук. Больно уж трудоёмкий это процесс.

Опасаясь, как бы оборона Элдрима не рухнула на одном из участков, я стал экстренно собирать ударный отряд из Безликих. В планах было возглавить вылазку лично, лишить кардинала защиты, ликвидировать его своими силами в упор или же с помощью карабинов издалека, а затем рвать когти. А массированная атака из ворот города должна увеличить наши шансы на выживание и отвлечь противника.

Однако стоило только мне отдать все нужные приказы, как с северной стороны в небо выстрелил зелёный сигнал. Вот тут я озадачился не на шутку. Ошибка? Или кому-то действительно удалось снять врага? Но как, если все пять спецснарядов были уже израсходованы?

– Тарин, бегом туда, – распорядился я, оттягивая соратника от бойницы за рукав. – Мне нужно знать точно, что там произошло. Ставки слишком высоки, и я не могу рисковать! Если угрозы больше нет, стреляй голубым сигналом. Всё понял?

– Как скажете, Наставник! Сделаю! – выкрикнул Безликий, после чего кузнечиком упорхнул ввысь, применив «Катапульту».

Минут пять от него не было никаких вестей, а потом где-то в той стороне ярко-синяя искра взмыла к облакам. А помимо подтверждения от Тарина, забуксовало ещё и алавийское наступление. Их солдаты недоумённо оглядывались назад, явно не понимая, куда делась магическая поддержка. И грех было не воспользоваться смятением в их рядах…

Воздев обе руки к небесам, я сформировал десять насыщенно-алых огней и выстрелил ими вверх. Тотчас же с разных участков крепостной стены мне ответили множеством разноцветных вспышек. Безликие братья докладывали о своём состоянии: «Невредим, но устал», «Полон сил и могу сражаться», «Ранен, но в строю».

На оценку боеготовности моих людей я потратил примерно половину минуты. А затем мои губы помимо воли растянулись в зловещей ухмылке. По телу прокатилась волна адреналина, вызывая лёгкое покалывание по коже. Пальцы начали подрагивать от нервного предвкушения. Дыхание стало отрывистым и неглубоким.

Ну что ж, мы выдержали это испытание с куда меньшими потерями, нежели я предполагал. Настала очередь и нам отвесить Капитулату затрещину, чтобы к абиссалийским дьяволам выбить ему все зубы. Тем более что солнце уже практически опустилось за горизонт и ночь вот-вот заявит свои права на эту часть света.

Не опуская рук, я сформировал между ладонями гигантский конструкт «Снаряда», добавив в него несколько дополнительных тактов. Вскоре он достиг размера лошадиной головы, сорвался и устремился в небо. Пока он поднимался вверх, то на поле боя наступило кратковременное затишье. И штурмующие, и защитники города провожали моё заклинание взглядами, задирая головы. А потом плетение оглушительно взорвалось почище любого фейерверка, озарив окрестности кровавым цветом.

И тогда без малого полторы сотни безликих фигур взметнулись со стены, подброшенные колдовством. Враги глупо провожали нас взорами, наблюдая, как мы воспарили и стремительно пикируем прямо на них. И это промедление стоило им очень дорого…

Сотни «Объятий ифрита» полетели на землю огненным дождём, превращая всё под нами в разверзшиеся врата ада. Я тоже участвовал во всеобщем веселье, но только осыпал противника «Матрёшками», дабы расчистить путь для нашей пехоты. За время короткого полёта мне удалось выпустить не меньше пятидесяти конструктов, выкосив внизу под тысячу легионеров. И как только возле ворот не осталось никого из алавийских солдат, створки открылись…

Целая орава Ронхемйских палачей, ревя словно раненные медведи и размахивая двуручниками, бесстрашно помчалась на врага. Я как раз успел приземлиться, тормозные блоки «Катапульты» отработали штатно, и мне ничто не мешало заняться истреблением неприятеля. Но вид раскрасневшихся оскаленных рож северян немного испугал даже меня. Эти берсерки рвались вперёд с таким неистовством, что мне пришлось на полном серьёзе напоминать себе, что мы с ними воюем на одной стороне. А уж на алавийскую армию эта атака произвела вообще ошеломляющее впечатление.

Никогда не думал, что вымуштрованные в тренировочных лагерях молдегары способны остолбенеть при виде противника. Но, кажется, именно это сейчас и произошло. Ронхеймские палачи наступали, словно морской прилив. Они взбирались на вырытые брустверы и прыгали в траншеи прямо на головы солдатам Капитулата. После скальвирцев в живых не оставалось никого. Северяне не привыкли брать пленных, потому что твари из пустошей, с которым они бились веками, не имели ничего человеческого. А когда ты сражаешься с чудовищами, то и сам невольно становишься таким же.

Чернодоспешные легионеры как могли противостояли напору скальвирцев. Но будучи зажатыми меж земляных стен, они лишались главного своего преимущества – возможности сомкнуть щиты в несокрушимую линию и встретить врага монолитным строем. Именно этим и были сильны молдегары. Ронхеймские палачи же умели биться не только в строю, но ещё крайне эффективно взаимодействовали друг с другом в малых группах. И в этом не было ничего удивительного. Ведь чтобы без потерь зарубить какого-нибудь двухсоткилограммового асшатари, требовалось не меньше пяти опытных воинов, которые работали как единый механизм.

Ох, недаром скальвирцы внушали опаску всем своим соседям, ох, недаром…

Пока Ронхеймские палачи остервенело рубились, заливая траншеи чужой и своей кровью, мы с братьями организовали непроницаемый заслон для солдат Капитулата. Мы заваливали боевыми чарами любого, кто совался к нам, достигая невиданной скорострельности за счёт простоты наших заклинаний.

Вот ко мне устремился отряд молдегаров числом чуть больше дюжины. Но не успели они сократить дистанцию, как я разметал их в кровавые клочья «Колесницей». Другие легионеры под командованием нескольких Дев войны, попытались обойти меня с двух сторон по каналам вырытых траншей и подстрелить из пехотных арбалетов. Но я укрылся «Корой», а затем методично изрешетил каждого «Шильями». Невидимые глазу магические воплощения пронзали солдат Капитулата навылет вместе со щитами и воронёнными кирасами. А сами широкоплечие воины грузно падали на землю, обливаясь кровью.

Какая-то хитрая темноликая бестия решила застать меня врасплох. Пока я отвлекался на уничтожение молдегаров, она вскочила и пустила арбалетный болт, целясь в грудь. Однако я вовремя заметил угрозу и швырнул навстречу заклинание «Серпа». Воздушная волна отклонила снаряд, а заодно и отсекла алавийке руку вместе с плечом и половиной головы. Воительница простояла ещё около секунды, сверля меня единственным уцелевшим глазом, после чего опрокинулась навзничь, теряя содержимое черепной коробки.

Вскоре меня атаковала пара милитариев. Они явно собирались продавить мои барьеры, оставив беззащитным против чернодоспешных легионеров. Но они не учли, с кем имеют дело…

Все пущенные конструкты я рассёк «Паутинкой», а молдегаров нашпиговал «Зонтиками». Ушло у меня на это ровно столько же времени, сколько требуется на совершение вдоха. Когда вражеские солдаты расплескали свои кишки, то настал черёд и магов.

Алавийские bloedweler, потеряв уверенность в собственных силах, спрятались за «Покровами» и стали пятиться назад. Но я их отпускать не собирался. Сначала четыре «Зарницы», раскололи чужие энергетические барьеры. А потом «Молот» с отвратительным хрустом вбил обоих озарённых в землю, превратив в кровавые лепёшки.

Так, с этими разобрались. Кто следующий?

Пока я изничтожал всё живое в зоне досягаемости, справа и слева лютовали безликие братья. Не обладая моей скоростью творения волшбы, они не гнушались применять и тяжёлую артиллерию. Прямо сейчас в паре сотен метров от меня угрожающе ревели сразу два огненных «Зарева», а ещё дальше часто громыхали «Смеси», выжигая солдат, засевших в траншеях.

Капитулат, поняв своё отчаянное положение, решил ввести в бой свежие резервы. Не буду скрывать, я и не подозревал, что темноликие приведут с собой столько милитариев. Конечно же, по алавийским меркам их было невероятно много. Но нас всё равно больше.

Да, противник иной раз опасно атаковал, заваливая нас каверзными многоуровневыми плетениями. И наверняка десятки моих братьев не переживут этой битвы. Много портретов появится на страницах фолианта Арии Вечности. Но такова цена независимости. И мы все готовы её платить.

От частых магических вспышек рябило в глазах. Из-за этого я чуть не упустил сияющий сгусток, летящий мне в лицо. Слава богу, фехтовальные уроки Иерии нор Гремон не прошли даром, и я плавным движением ушёл в сторону. Чары взорвались позади, только россыпь мелких камушков хлестанула по кирасе.

Вычленив в толпе легионеров алавийца, который меня чуть не отоварил, я взмахнул рукой, засылая полдюжины «Пуль» разом. Они срезали почти десяток молдегаров, но сам bloedweler уцелел. Каким-то чудом он успел возвести «Покров». Но спасло ли это его? Отнюдь. Три «Стрелы», как раз и предназначенные для вскрытия энергетических щитов, снесли барьер, а рой «Северных ос», брошенный моей меткой рукой, изрешетили гадёныша.

Следующая атака противника оказалась достаточно предсказуемой. Группа Дев войны, укрывшись за бруствером, дала дружный залп. Я уже собрался укрыться за «Корой», но тут откуда-то сбоку прилетела воздушная волна, которая отклонила практически все болты.

– Я прикрою, Наставник! – расслышал я крик Гимрана.

Вот оно что. Мои братья даже в такой мясорубке рискуют жизнями, чтобы защитить меня. Ну что за упрямцы! За собой бы лучше следили!

Как бы там ни было, но дарованную моим помощником возможность я упускать не стал. Сперва накачанный энергией «Снаряд» разметал земляную насыпь, за которую нырнули воительницы. А затем «Брызги» оросили дно траншеи, где они прятались. Капли зеленоватой жидкости падали алавийкам на сапоги и доспехи, разъедая кожу, металл и плоть. Раздался нестройный многоголосый вопль, перекрывающий даже безумство схватки. А затем у края окопа приземлился Гимран, явно воспользовавшийся «Катапультой». Он быстро добил вражеских бойцов, после чего накрылся магическим щитом, пережидая ответный залп.

– Куда ты лезешь, смертник сумасшедший! – рявкнул я, не надеясь, что помощник меня расслышит, и сам уже поспешил ему на выручку.

Экселенс нор Лангранс, чтоб ему, болвану, до скончания жизни икалось, влип основательно. Из-за своего необдуманного рывка вперёд, он угодил под перекрёстный огонь сразу двух отрядов. В него полетели не только арбалетные болты, но и боевые конструкты. И в одиночку Шёпот из этой передряги точно не выбрался бы.

Я подоспел очень вовремя, потому что стоило мне поставить два заслона из сегментов «Чешуи», как щит Гимрана лопнул.

– Сдурел⁈ Ещё раз выкинешь подобное, и я сам тебя закопаю! – наорал я на него.

– Простите, Наставник, не рассчитал! – смущённо повинился соратник.

– Ух, как двинул бы тебе! Будь внимательней! Бери на себя тех, что справа!

– Есть! – кивнул нор Лангранс.

По сигналу я развоплотил «Чешую», и мы с помощником атаковали одновременно. Гимран взял на себя арбалетчиков и молдегаров, прикрывающих их ростовыми щитами. Причём, мелочиться магистр не стал, а сразу зарядил в толпу солдат «Смесью». Тех, кого не разорвал объёмный взрыв заклинания, сильно оглушило. Я же предпочёл завалить противников, среди которых затесался bloedweler, а то ещё и не один, ворохом конструктов.

Я создавал простейшие «Объятия ифрита», по целому десятку в секунду. Такой скорострельности, в своё время, ничего не смог противопоставить целый кардинал. Куда уж обычным полковым милитариям? Так и получилось. Они продержались совсем недолго. Хватило половины минуты, чтобы бушующее пламя поглотило весь отряд алавийцев. И из этогояростного пекла не выбрался уже никто.

Вдвоём с Гимраном мы довольно быстро зачистили с пару дюжин квадратных метров, испепелив всех, кто ещё мог шевелиться. А затем к нам присоединилось ещё двое Безликих. С ними удерживать натиск алавийцев стало значительно проще.

Вскоре нас нагнали и Ронхеймские палачи. Защищая их от магических атак и помогая гасить очаги вражеского сопротивления, мы неспешно двинулись вперёд. Получив небольшую передышку, я быстро оглянулся. Из ворот Элдрима всё ещё несся плотный поток северян. Но где-то позади них уже маячили флаги Равнинного Княжества и Южной Патриархии. Сыновья копья вместе с кавалерией организованно выходили из города и строились, готовясь нанести удар.

Что ж, мы с Палачами свою задачу выполнили и отбросили врага от стен. Осталось закрепить успех и рассеять их армию на множество мелких отрядов. Однако Капитулат сдаваться явно не собирался. У них ещё сохранилось столько пехоты, что хватило бы покорить половину Старого континента. Как же хорошо, что без достаточного количества боевых магов, вся эта прорва народа годится лишь на удобрение почвы.

Поняв, что штурм захлебнулся и контратака защитников угрожает всей армии, темноликие принялись стягивать все силы в осадный лагерь. У них было достаточно времени, чтобы превратить его в полноценную полевую крепость. И взять её с наскока вряд ли удастся. А тут ещё и противник выставил перед своими укреплениями целый легионов молдегаров, дабы выиграть фору.

Ну ничего… скоро уже ночь. А там и посмотрим, кто кого…

Маховик кровавой мясорубки набирал обороты. А Ронхеймские палачи, казалось, только разогрелись. Увидав перед собой ровные порядки врага, они с присущей скальвирцам прямолинейностью ломанулись в бой. Откуда-то с деревянных башен, прикрытых бревенчатыми стенами, по северянам ударили магические плетения. Однако это был единственный залп, который успели сделать милитарии Капитулата. А всё потому, что где-то позади нас вооружённые карабинами Безликие с безопасного расстояния отстреливали каждого, чей цвет кожи был хоть на половину тона темнее привычного. А уж взобравшись на башню, алавийцы становились прекрасной мишенью.

Полагаю, нападающие уже десять раз успели пожалеть о том, что пришли к стенам Элдрима. Но самое интересное ещё даже не начиналось…

На ратном поле северяне бесстрашно кидались на непробиваемый строй молдегаров. Вернее, непробиваемым он мне казался со стороны. Но вот скальвирцы явно имели на этот счёт собственное мнение. Они, размахивая двуручными мечами, безрассудно прыгали прямо на чёрные ростовые щиты. Многие гибли, но всё же пробивали брешь для соратников, идущих следом. А уж те, врываясь в ряды легионеров, показывали, чего стоят воины северной земли.

Уверен, эта схватка войдёт в историю. Как минимум потому, что молдегары впервые столкнулись с противником, который не уступал им в звериной мощи, и точно так же презрел смерть. Северяне, выросшие в нечеловечески жёстких условиях и закалённые в битвах с самой Абиссалией, задавали чернодоспешным жару. Хотя, на мой взгляд, без нашей поддержки Ронхеймские палачи кончились бы раньше, чем рассекли вражеский строй. Но это ничуть не умаляло их героизма и мужества. Слепая отвага скальвирцев, помноженная на магический талант моих братьев, породила могучий союз, которому алавийцы ничего не могли противопоставить.

Не отставая от рослых северян, я из-за их спин метал в солдат Капитулата простейшие плетения. Вот моё «Шило» пронзило навылет сразу двоих молдегаров. Вот «Объятья ифрита» превратили в живые факелы дюжину противников. Где-то меж чёрных доспехов промелькнули серебристые латы Дев войны. И я, не разбираясь, кто и где, закинул туда «Матрёшку». Заклинание раскрывшись, выкосило во вражеском строю целую просеку.

Эх, сюда бы сейчас добавить чем помощнее, да боязно зацепить союзников…

Внезапно я вспомнил свою первую битву. Когда ещё не нюхав крови и выпавших кишок, прорывался сквозь легион алавийской пехоты в составе Сарьенского полка. Да, мы тогда потерпели сокрушительное поражение. Однако теперь всё будет иначе. Ведь с той поры я стал гораздо, гораздо сильнее. К тому же, у меня появились братья, каждый из которых в бою стоил нескольких темноликих милитариев. А наш враг остался всё тем же. Он не успевал адаптироваться к новым реалиям войны. И потому был обречён.

В неудержимой бойне время летело стремительно. Солнечный диск уже почти скрылся за горизонтом. Плотные сумерки вынуждали напрягать глаза, чтобы вычленять фигуры наиболее опасных врагов. Но это не помешало нам прорвать оборону молдегаров, а потом ещё и разметать «Колесницами» и «Снарядами» укрепления осадного лагеря.

Командование алавийской армии, похоже, решило сражаться до последнего солдата. Ибо я не видел, что может их спасти. В лоб напирали Безликие и скальвирцы. С фланга давили Сыновья копья. А кавалерия с гильдейцами, пользуясь преимуществом в скорости, обошла их с тыла и терпеливо ждала, когда Капитулат начнёт трубить отступление. Однако, как показали дальнейшие события, темноликие припрятали в рукаве последний козырь.

Сияние чертовски сложного конструкта, который по объёму был ничуть не меньше моей жутковатой «Элегии войны», я заметил практически случайно. Привыкнув, что вражеские кардиналы не любят рисковать и выходят на поле боя исключительно под непробиваемым куполом «Чешуи», я едва не проморгал применение высшей магии. Но тут будто бы сам Ваэрис повернул мою голову в нужном направлении, и я узрел, как скрытый тенями силуэт плетёт опаснейшие чары. Я уже дважды видел, на что способна Арикания, и мне не хотелось вновь становиться свидетелем этого…

Чертыхнувшись сквозь зубы, я кинулся плести «Мантию». Вообще, заклинание, дарующее невидимость, было одним из самых охраняемых секретов братства Безликих. А потому на людях мы его зареклись применять. Но сейчас иного выхода не было. Быстро добраться до кардинала другим способом я не мог. Приходилось уповать на то, что в толпе простых солдат не найдётся излишне наблюдательных бойцов, которые заметят, как я испаряюсь в воздухе.