Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Глава 16

Господин Орвандел оказался именно тем человеком, которого я искал. Он подходил мне по всем параметрам. Идейный, амбициозный, не очень довольный своим текущим положением и считающий, что ему по плечу гораздо большее. Но на данном этапе мы с ним всё равно пока не смогли наладить полноформатное сотрудничество. Потенциальный помощник еще был связан обязательствами со своим нынешним главарем. И так просто его никто не отпустит. В этом мире не слышали о трудовом кодексе. Особенно в преступной среде. Здесь из дела выйти можно было только ногами вперед.

Тем не менее, мой гость согласился работать с Эрмином. Сообща они должны вывести денежные активы Дядюшки Лиса, чтоб ими можно было в дальнейшем беспрепятственно пользоваться. И уже сформировав стартовый капитал, мы бы вышли на подпольный рынок Ясности, как новый самостоятельный игрок. Но до тех пор я пообещал Орванделу решить вопрос с его нынешним боссом, головорезом по кличке Чегень. Как – неважно. Главное, чтобы моему будущему помощнику ничто не угрожало. Думаю, я попросту выкуплю его. У меня найдется, что предложить за одного единственного работника.

«Создатель Многоокий, сколько ж мне всего предстоит сделать!» – размышлял я, накидывая плащ. – «Больше года прошло, как я подрядился на задание Ваэриса. А ощущение такое, будто не только не приблизился к намеченным целям, а стал от них даже дальше. Успею я для себя пожить или нет?»

Ночной Клесден встретил меня привычной прохладой, полупустыми улицами и неистребимой вонью нечистот. Хотя по сравнению с инкубаторием кьерров, тут пахло всё равно что на цветочном лугу. Сложно вспомнить, как часто Ризант бродил здесь полуживой от влитого в себя алкоголя. Но последний десяток лун уличного отребья стало настолько много, что редкий смельчак решался соваться наружу. Сам я, достаточно уверенно овладев азами чародейства, обитателей темных подворотен не боялся. Да и они старались держаться подальше от моей закутанной фигуры. Я ж говорю, чутье у них прямо-таки животное.

Сегодня мне предстояло посетить Гесперию. Но поскольку с наличием лесов в округе наблюдались серьезные проблемы, я направлялся к городской аллее, прозванной вековой. Если не удастся через эту растительность связаться с дриадой, то придется мне ехать в более подходящее место. А это с учетом обратной дороги займет минимум полдня. Впрочем, не смертельно, ведь. Чего я ворчу? Как-то испортился мой характер после кьеррского плена…

Вековая аллея встретила меня тишиной и темнотой. Похоже, экономическая обстановка в Патриархии была совсем уж далека от нормальной. И тут даже не стали возжигать фонари на ночь. Хотя раньше, если верить воспоминаниям молодого Адамастро, городские власти всегда освещали основные улицы. Но да мне же лучше. Мрак для моих затей хороший союзник.

– Гесперия, ты слышишь меня? – негромко позвал я, касаясь старого древесного ствола.

Тишина. Никакой реакции.

– Гесперия, ты снова нужна мне! – чуть повысил я голос.

И опять ничего. Нет, похоже, не выгорела затея. Значит, поеду я завтра спозаранку к далеким рощам. Потому что мне очень на…

– Ох, мат-тушку твою! – выругался я, когда повернулся, собираясь уходить, и чуть не накололся глазом на острую ветвь от древесной короны, растущей на голове дриады. Она оказалась так близко ко мне, что я аж невольно напрягся.

– Ты сдержал слово, Александр. Ты пришел ко мне, – прошелестела листва.

– Здравствуй! Ну конечно же. Как ты тут поживаешь? Что нового? – участливо поинтересовался я.

– Я дух, который помнит древних ящеров, ходивших по этим землям. Для меня «новое» понятие слишком размытое.

– Ох, ну простите, буду знать, – фыркнул я.

– Александр? – колыхнулись кроны деревьев.

– Что?

– А ты принес свой чудно́й инструмент? – спросил у меня сам ветер.

– Разумеется. Ты хочешь, чтобы сыграл?

– Да…

– Тогда садись поудобней, потому что я написал для тебя новую мелодию.

Мы с Гесперией расположились на толстых ветвях, касаясь плечами. И я, пристроив калимбу на коленях, тронул серебряные язычки. С первыми нотами, словно по команде, в воздух взлетели мириады разноцветных светлячков. Они плясали и кружились, создавая поистине волшебные узоры в темноте ночного леса. Это было столь притягательное и уютное зрелище, что последнюю репризу я сыграл четыре раза, вместо двух. Настолько мне не хотелось вырываться из плена этой сказочной атмосферы. Но завершать произведение все же пришлось. И вместе с моим финальным аккордом постепенно потухли и озорные насекомые.

– Это лучший твой подарок, Александр, – положила Гесперия подбородок на мое плечо.

– Я рад, что тебе понравилось.

В разговоре повисла неловкая пауза, во время которой я думал, как бы мне обозначить причину моего визита. Я ж не просто так пришел, а по делу…

– Что тебя гнетёт? – первой уловила моё напряжение дриада.

– Хочу попросить у тебя Ясности, но не знаю как, – признался я.

– Пф…

Нимфа усмехнулась, а затем, как заправский фокусник крутанула ладонью, в которой материализовался мясистый лист, перевязанный сверху стебельком на манер кошеля.

– Если нужно будет еще, ты только скажи, – добавила она.

– Спасибо.

– Уже собрался уходить? – безошибочно прочла мое намерение дух.

– Я не хочу, но должен. В твоем царстве всегда так комфортно и спокойно, не то что в мире людей…

– Тогда иди, – печально выдохнула Гесперия.

Я уже поднялся на ноги, но почти сразу же уселся обратно, отчего толстая ветка опасно качнулась. Ай, да катись оно всё к чертям! Пару минут погоды не сделают!

– Хочу напоследок еще что-нибудь для тебя исполнить, – пояснил в ответ на недоуменный взгляд хозяйки лесов.

Дриада тепло мне улыбнулась и вновь примостилась на моем плече. Эх, а ведь идея никогда не покидать этих гостеприимных владений и вправду не кажется мне такой уж плохой…

* * *

Дабы не рисковать лишний раз и не светиться слишком часто в одних и тех же местах, я снял комнату в респектабельном гостиничном дворе. Здесь я сытно отужинал и теперь с сомнением вертел в пальцах мешочек, полученный от Гесперии. Стоит ли оно того? Если верить экспертному мнению Ризанта, Ясность достаточно коварное зелье, и с ним нужно быть осторожным. Как минимум, строго соблюдать график использования, чтобы не вывихнуть себе мозг. Причем, в самом буквальном смысле этого выражения. Ведь это ментальный стимулятор, частить которым крайне не рекомендуется. Каждое употребление – крохотный шажок за пределы возможностей человеческого мозга. И чем дальше ты заходишь, тем сложнее потом возвращаться. Но должен же я понимать, из-за чего весь сыр-бор? Развязав тесёмки растительного кисета, я осторожно понюхал содержимое. Вроде вполне приятный аромат. Нечто среднее между цветочным и древесным. Ну-с, попробуем…

Подцепив немного коричневого порошка, я пальцами другой руки оттянул веко и закинул щепотку Ясности прямо под глазное яблоко. Практически моментально в том месте разгорелся настоящий пожар. Нестерпимо захотелось почесаться, но память Риза предостерегла от необдуманных действий. Покуда слезы не размочат зелье, можно травмироваться вплоть до частичной потери зрения. Вот так снадобье! Лучше бы в воде развёл…

Не успел я толком поворчать на самого себя, как в голове неожиданно прояснилось. Мысли стали быстрыми, легкими и… разветвленными? Я даже не знаю, как описать это ощущение! Будто мой разум научился заглядывать гораздо дальше, нежели привык ранее. И теперь у каждой моей идеи рождалось одновременно несколько вариаций. Я словно бы всю жизнь провёл, уткнувшись носом в землю, а тут вдруг встал, расправил плечи и окинул взглядом окружающий меня мир. В этом состоянии мною подмечались возможности, которые я упустил на своем пути. И не только, когда стал Ризантом нор Адамастро, но и будучи еще Александром Горюновым.

Память обострилась настолько, что я без труда мог поминутно восстановить ход событий пятилетней давности, а то и еще более старых! Я вспомнил содержимое страниц дневника Одиона, которые видел лишь мельком, подробности операции, проведённой надо мной верховным отцом улья, и даже движения алавийских магов, уничтоживших Сарьенский полк…

Испытав колоссальный прилив энергии и воодушевления, я одной рукой схватил чернильницу, а другой придвинул калимбу. Комнату заполнили скрип пера, перемежающийся с переливами металлических пластинок. Мозг заработал на повышенных оборотах и казалось, что из ушей скоро дым повалит. Но мне было безразлично. Я сейчас препарировал виденные мной сложные заклинания темноликих, разделяя их на такты. Восстанавливал весь ритмический рисунок. Там, где сомневался, подбирал нужные энергетические ступени с помощью музыкального инструмента. И всё тщательно конспектировал.

Ночь пролетела незаметно. К тому моменту, когда в незанавешенные окна стеснительно сунулся первый солнечный лучик, я исписал уже больше двух десятков пергаментных листов. Мелкий почерк с частыми вкраплениями музыкальных нотаций покрывали каждый их сантиметр. Теперь мне нужно было проверить верность своих выводов на практике. Но глаза почему-то внезапно начали слипаться.

Краем взбудораженного сознания понимая, что у меня осталось не больше пары минут, чтобы добраться до кровати, я кое-как заставил себя прерваться. Ну всё, действие Ясности закончилось. А теперь наступает час расплаты. Умственное и эмоциональное истощение будут преследовать меня весь следующий день. Но я ни о чем не жалею. Ибо я не только ударно потрудился над магической теорией, но еще и обдумал некоторые свои перспективы. Жаль, что не всё успел перенести на бумагу. А то как бы не забыть…

Это была последняя моя внятная мысль, после чего мрак колючим облаком сомкнулся надо мной.

* * *

Проснулся я только под вечер. Глянул за окно и чертыхнулся. Пора было бежать обновлять действие «Божественного перста» бывшим приспешникам Лиса, пока их не убил «Холодок». Там уже, наверное, знатный переполох из-за моего отсутствия поднялся.

Встав с кровати и хватая плащ, я протяжно охнул. Но не потому, что мне стало плохо. Нет, голова не раскалывалась, как после вина, и тело не ломило. Мне просто было как-то… тускло? Словно все мои эмоции выцвели и посерели. Очень странное ощущение, при котором совершенно ничего не хочется делать. Близкое к апатии. Шла б эта Ясность к дьяволу… не стоит она таких отходняков.

Бредя по вечерним улицам, я блуждал безразличным взглядом по приземистым домишкам и прохожим. М-да, ну и дыра. Хотя я вроде бы уже привык. Но сегодня мне городишко кажется особенно грязным и запущенным.

Добравшись до игорного дома Дядюшки Лиса, который мной использовался как место для собраний, я извлек из-под плаща украшенную маску и натянул на голову. О безопасности забывать не следовало, а то мне еще и из Клесдена бежать придется. И вот в таком виде я постучался в двери запасного хода «Счастливого шанса».

Открыли мне быстро, даже не спросили кто пожаловал. Будь я в другом расположении духа, устроил бы нерадивым сторожам разнос за такое. Но я решил отложить его до той поры, когда мой мозг отдохнет от колдовского снадобья и вернет себе способность адекватно мыслить. Ну а пока я проследовал через пышную приемную и поднялся по изящной лестнице, не замечая вокруг себя ничего.

И только лишь войдя в кабинет Лиса я заподозрил, что происходит что-то не то. Уж больно многолюдно тут было…

– Так, значит, это ты Маэстро? – полунасмешливо осведомился какой-то незнакомец, дерзко занявший уже моё кресло.

Стараясь не вертеть головой, я быстро окинул помещение взглядом. Так-так-так, семь человек вижу. Шестеро с оружием и один… ох, кот-наоборот! Это же Орвандел! Сидит, зажавшись в углу, и придерживает явно отбитые сапогами потроха. А у самого физиономия опухла, будто на ней чечётку отплясывали.

Невзирая на не совсем вменяемое состояние, ситуацию я прочитал быстро. Мой помощник не только сам подставился, но еще и меня за собой потащил. А этот верзила, надо полагать, его нынешний главарь. Как же его там называют… а, точно! Чегень. Если верить слухам, знатный ублюдок, который неуемной жестокостью и буйным нравом буквально выгрыз для себя и своей банды нагретое местечко в преступном мире.

– Что-то не припомню, чтобы звал вас сюда, – без труда изобразил я недовольство.

– А я не припомню, чтоб позволял всяким наглым выскочкам вербовать моих людей! – стукнул могучим кулаком по столешнице незваный гость. Его пятеро прихлебателей поддержали вожака возмущенным гулом.

– Орвандел не твоя собственность, и сам может решить, на кого работать, – не уступил я.

– Ты так думаешь, Маэстро? – зло осклабился бандит. – Не знаю, из какой задницы ты вылез, но здесь так не принято. У нас жизни и за меньшее лишают.

– Ты мне угрожаешь, Чегень? – в лоб осведомился я, нисколько не тушуясь перед кучкой головорезов.

– Мне нет смысла угрожать, потому что я и так могу сделать с тобой всё, что захочу, – расплылся в садистской улыбочке главарь. – И на твоем месте, сосунок, я бы придержал язык.

– А иначе что? – задал я провокационный вопрос.

Собеседник хмыкнул и по-хозяйски залез в верхний ящик стола. Оттуда он извлек пять колдовских перстней и взвесил их в ладони.

– Думаешь, Орвандел способен от меня хоть что-нибудь утаить? – фыркнул Чегень, рассматривая драгоценные камни. – Нет, я сразу же вызнал у него, что ты озарённый. Поэтому не думай, что я позволю тебе выкинуть какой-нибудь фокус.

«Ох, ну слава богам! Этот головорез делает ту же самую ошибку, что и остальные», – пронеслось в моем сознании. А это значило, что фактор неожиданности всё еще на моей стороне.

– Знаешь, что странно, Маэстро? – продолжал рассуждать Чегень. – Я никогда не встречал милитариев, которые снимают свои цацки. Ведь без них они никто.

– Неужели ты не слышал про магистров полной руки? – поддел я собеседника.

– Ты смеёшься надо мной, сопляк⁈ Этих дряхлых стариков на всём континенте наберется не больше, чем у меня есть пальцев!

– Ладно, опустим эту тему. От меня-то тебе что надо? – невозмутимо продолжил я диалог.

– Поквитаться! – загорелись мстительным огнем глаза вожака. – Ты заплатишь за то, что дерзнул сунуть нос в мои дела! Вы на пару с вонючим предателем будете жрать собственные кишки и молить меня о быстрой смерти!

– Гляжу, ты настроен решительно, – ничуть не испугался я. – А по-доброму отпустить Орвандела ты не желаешь?

– Ты что, совсем идиот? – склонил голову Чегень, и пятеро его приспешников раскатисто заржали, потешаясь надо мной.

– Ладно, твоя позиция мне ясна, – кивнул я, как ни в чем не бывало. – Орвандел, ты не мог бы спрятаться куда-нибудь?

– А? – зашуганно поднял избитое лицо мой потенциальный помощник.

– Я говорю, скройся! – глухо приказал я.

– Мне надоел этот ряженый олух! Взять его, парни! – рявкнул главарь, окончательно разозлившись.

Двое головорезов двинулись ко мне, извлекая на ходу короткие мечи. А троица их товарищей вдруг вытащила из-под плащей заряженные арбалеты. Миниатюрные, с металлическими плечами не более локтя длинной. Однако на то, чтобы пронзить бездоспешного, их вполне хватит. Одно неверное движение, и я труп. Если только…

Взмахнув рукой, я за долю секунды поставил между собой и нападающими магический барьер, виденный у алавийских колдунов во время сражения с молдегарами. Воспроизвел я плетение с первого раза и довольно точно. Передо мной возникло нечто вроде изгибающегося голубоватого стекла, которое слегка искажало предметы.

«Дзынь-д! Бдзынь!» – три болта тотчас же звонко ударились об магическую преграду, не причинив мне ни малейшего вреда. А Чегень, увидав, что я сотворил чары без колец, ошарашено приподнялся в кресле. На его лице застыло изумленное выражение, от которого он не избавился даже после смерти.

Не рискуя проверять, сможет ли пара мордоворотов с мечами проломить тонкую стенку защитного купола, я снял его. Но лишь на долю секунды, необходимую для того, чтобы швырнуть вверх плетение «Снаряда». Стоило только голубоватому шару сорваться с моей ладони, как я вновь скрылся за энергетическим барьером. И сделал это весьма вовремя, потому что заклинание взорвалось лишь мгновением позже.

Жахнуло так, что потолок в кабинете частично обвалился. Вышибло дверь и высадило окно. Правая стена вроде устояла, а левая опасно покосилась, грозя рухнуть в любую минуту и похоронить здесь всех. Вокруг меня взвилось целое торнадо из пыли и мелкого сора, сквозь которое невозможно было разглядеть ничего дальше полуметра. Но всё же я не пострадал. Даже не поцарапало. Кажись, повезло на этот раз…

А вот незваным гостям фортуна улыбаться не захотела. Когда видимость чуть улучшилась, я смог рассмотреть их перекрученные тела. Тех, кто шел на меня ближним боем, просто размазало по полу. Двух стрелков, стоящих подальше, изрешетило обломками и осколками. Третьего придавило куском потолочной балки. Ну а самого Чегеня скрутило будто тряпку и зашвырнуло в дальнюю часть комнаты.

Убедившись, что мне никто больше не угрожает, я снял барьер и осторожно двинулся в угол, где сидел Орвандел. Боюсь, что он не выжил в таком хаосе. А жаль. Из него получился бы подходящий помощник…

Поворошив неопрятную груду, в которую превратились роскошные дорогие стулья, я с удивлением услышал откуда-то из глубин обломков тихий стон. Не веря в свою удачу, я быстро разгреб раскуроченную мебель и добрался-таки до бледного как мел Орвандела. Ох, ну нет, наверное, всё же конец ему. Длинная щепка, толщиной в три пальца, проткнула несчастному солнечное сплетение. Вряд ли бедолаге осталось долго. А впрочем, может, не так уж всё и плохо? Ясность помогла мне многое вспомнить из заклятий, которые плел верховный отец улья кьерров. И мой арсенал магии тела немного разросся. Хуже-то уже я всё равно не сделаю.

Приняв решение, я поддержал затухающую искорку жизни Орвандела «Божественным перстом», а затем отволок его в коридор. Туда, где не так много пыли и потолок на голову не грозит обрушиться. Там я выдернул из мужчины засевший обломок и принялся перебирать различные конструкты, отслеживая, как они на него действуют.

Не скажу, что сотворил чудо, но щеки у моего будущего помощника через четверть часа уже порозовели. А еще через несколько минут он и сам открыл глаза.

– М… Маэстро? – сипло выдохнул раненный, словно не верил в то, что видел.

– Угу, – коротко кивнул я.

– Я… я так виноват перед тобой… меня пытали… я не смог молчать… – бросился исповедоваться Орвадел. – Меня пасли… Чегень подозревал, что я захочу соскочить, и поэтому он…

– Это уже не имеет значения, – перебил я пострадавшего. – Потому что твоего главаря больше нет.

– Ты… убил его? – вытаращил глаза мой собеседник.

– И не только его, – самодовольно хмыкнул я под маской.

– Но… как⁈ Разрази меня Многоокий, я ничего не помню… – болезненно поморщился мужчина. – Ты приказал прятаться, а потом… потом пустота… Я ничего не понимаю!

– Вот и твой босс не понял. Но ты упускаешь из виду главное, Орвандел. Теперь мы можем открыто с тобой работать, не опасаясь ничьего гнева. И у меня уже есть для тебя первое задание.

– К… какое?

Моя ладонь скользнула под плащ и извлекла мешочек с Ясностью. Я вложил его прямо в исцарапанную и покрытую пылью руку помощника, а затем произнес:

– Я помогу тебе быстрее поправиться, ведь нас с тобой ждёт очень много дел…

Глава 17

Я стоял перед полированным зеркалом и придирчиво осматривал свой новый наряд. Дорогие ткани, модный покрой, изящное серебряное шитье на отворотах. Да в таком не то что перед Патриархом, а в самом алавийском капитулате незазорно предстать!

В дверь тихонько поскреблись, отвлекая от созерцания себя любимого, и я сразу же догадался, кто меня беспокоит.

– Входи, Эрмин.

Низкорослый мужчина юркнул внутрь и тут же согнулся в поклоне, демонстрируя полнейшее подчинение.

– Карета подана, мой экселенс, – пробормотал он.

Эх, сколько раз ему говорил, что наедине можно вести себя попроще. Так нет же. Ноль эффекта. Бывший приспешник Лиса боялся меня больше, чем лесного пожара. А уж после того, как я прикончил еще и одного из самых отъявленных и жестоких душегубов Клесдена, вообще дыхание рядом со мной задерживал.

Кстати, два таких громких убийства принесли свои репутационные плоды. Никто в городе не знал, Маэстро в лицо, но его уже заочно опасались. Правда, заодно новой фигурой преступного мира заинтересовался и Пятый Орден. Это что-то вроде местного следственного комитета с весьма широкими полномочиями. Законники, иными словами. И попасться в их руки для меня будет наихудшим вариантом. Эти даже на мое происхождение не посмотрят. Так уж вышло, что практически все человеческие государства пытаются тем или иным способом монополизировать распространение Ясности. По закону Патриархии, к примеру, сырье для снадобья, если вдруг удалось его вырастить или найти, надлежит сдавать властям за вознаграждение. Нужно ли упоминать, что платят за это чисто символические суммы, а пичкают зельем исключительно лояльных престолу милитариев высших ступеней? Поэтому-то черный рынок необычного средства цветет и пахнет. Никого не останавливает то, что продажа или просто хранение готового порошка строго запрещены и считаются тягчайшими преступлениями. За их совершение скидку не сделают даже аристократу. Какой-нибудь гран Иземдор может еще бы и откупился. А вот заштатный нор вроде меня – вряд ли. Поэтому надо держать ухо востро.

Уже подходя к арендованной карете, я обратил внимание, что Эрмин как-то странно мнется и не решается заговорить. Пришлось немного его простимулировать и задать вопрос прямо.

– Ты чего такой беспокойный? Что-нибудь случилось?

– Хм… нет, экселенс, меня просто кое-что волнует, – промямлил он, нервозно потирая плечо, в котором сидел «Холодок». – Вы уезжаете в столицу, а путь туда неблизкий… может вы тогда снимите с меня это проклятие, как и с остальных, кто работал на Лиса?

– Исключено, – решительно дернул я подбородком.

– Но я же… я же тогда погибну к сегодняшнему вечеру! – в панике воскликнул низкорослый.

– Расслабься, ничего с тобой не случится, – обнадеживающе похлопал я Эрмина по спине, и тот выгнулся, будто я его раскалённой кочергой ткнул.

– Как? Но вы же говорили…

– Ты поедешь со мной в качестве эконома, – огорошил я собеседника. – Будешь отвечать за дорожную кассу, покупки, проживание, оплату наемным рабочим и прочее.

– Но… но… а как же… – потеряно забормотал он.

– Не волнуйся, у Орвандела всё схвачено. Я ему оставил достаточно товара на реализацию. Пару недель без твоей помощи потерпит как-нибудь. Заканчивай препираться и запрыгивай.

Бессильно опустив руки, Эрмин полез в карету и уселся там, забившись в угол. На меня он старался не смотреть. Да и в целом выглядел так, будто его заперли в клетке с диким тигром. А вот я, напротив, чувствовал себя раскованно, и на своего невольного помощника пялился не таясь. Вот уже которую седмицу я старался найти ответ на свой вопрос. Как так вышло, что тайну Маэстро знает всего один человек в Клесдене, да и тот уголовник средней руки? Почему я вообще до сих пор не прикончил его? С помощью магии отнять жизнь слишком легко. И эта простота развращает. Для меня убийство давно перестало быть строгим табу, а превратилось в инструмент, которым я пользуюсь не задумываясь. Так что же мне мешает устранить единственного посвященного и закрыть уже эту тему?

– Считаешь, что я обхожусь с тобой несправедливо? – спросил я на полном серьезе, не сводя глаз с Эрмина.

– А? Что? Нет-нет, экселенс, даже не смел и помыслить… – замахал руками тот.

– Не юли. Говори прямо, – построжел мой голос. Ты думаешь, с другими бывшими работниками Дядюшки Лиса я более мягок? Может, полагаешь, что я тебе мщу за наши прошлые встречи?

– Не знаю… но с них вы, по крайней мере, сняли проклятие перед своим отъездом в столицу… – тихо выдавил мой визави.

– Конечно. Во-первых, потому что они мне больше не нужны. Орвандел выжал из игорного бизнеса грана Иземдора всё, что можно. А тратить силы и средства на его поддержание и развитие не отвечает моим интересам. Ну и во-вторых…

Я выдержал паузу, от длительности которой щуплый бандит принялся тревожно ёрзать.

– Во-вторых, Эрмин, ты знаешь, кто скрывается под маской Маэстро, – угрожающе низко проговорил я. – И за одно только это я должен тебя убить.

От моих слов мужчина сжался, будто уже представлял, как магический снаряд разрывает его плоть. Но я не хотел запугивать собеседника. Мне требовалось, чтобы он задумался.

– А теперь посмотри еще раз на всю нашу ситуацию. Я понимаю, что насилием невозможно добиться верности. Но у меня нет другого выхода. Ты мой враг. Ты преследовал меня, ты угрожал мне. Поэтому я должен себя обезопасить. До тех пор, пока ты не докажешь свою лояльность, наши жизни будут связаны. Случись что, и пережить ты меня сможешь максимум на один день.

– Да, вы правы, экселенс, – неожиданно смело поднял на меня взгляд Эрмин. – Мы были врагами, иначе и не скажешь. Но я действовал не по своему желанию, а по приказу Лиса. Я служил ему больше двенадцати лет, честно исполняя все поручения. Разве это не доказательство того, что я умею быть преданным? Однако теперь моего босса нет в живых. И передо мной встал невеликий выбор. Либо я буду служить новому господину, либо меня выбросит на самое дно городских улиц, где мне придется грабить пьяниц.

– Есть еще третий путь. Ты можешь слепо жаждать отомстить мне, невзирая на последствия, – усмехнулся я собеседнику в лицо.

– Месть не накормит меня и не обогреет, – философски подметил мужчина. – Я не настолько глуп, чтобы идти против того, кто собственноручно прикончил лучшего бретёра Клесдена, а потом и обезглавил шайку Чегеня в одиночку.

– Мне радостно это осознавать, Эрмин, – благосклонно кивнул я. – Однако, как говаривал мой покойный отец, да сберегут его душу боги: «Такое доказывается поступками, а не словами».

Помощник, не вставая с мягкого сиденья, низко поклонился. Он показал, что принимает правила моей игры, и будет им следовать. Что ж, посмотрим, насколько ему можно доверять…

* * *

Столица Южной Патриархии встречала меня пасмурным небом, висящим так низко, что казалось его можно потрогать со шпиля какой-нибудь башни. Но ни единой капли дождя не проливалось на страждущую пыльную землю вот уже больше седмицы.

Арнфальд был очень древним городом. Считалось, что люди в эпоху первой экспансии отбили его у темноликих, когда те властвовали на всём континенте. Однако те события разворачивались в такие незапамятные времена, что никаких свидетельств не сохранилось. Даже в архитектуре не осталось характерных алавийских черт, поскольку столица уже перестраивалась полдюжины раз.

И, тем не менее, здесь мне сразу же понравилось гораздо больше, чем в Клесдене. Тут улицы мостили серым камнем, а не досками. Выгребные ямы не воняли на каждом углу. Да и «последних прибежищ» с наваленными трупами я пока еще не заметил. В отличие от родного города Ризанта, особняки аристократии в Арнфальде не соседствовали с лачугами крестьян и бараками приезжих рабочих. А судя по отсутствию смрада, который неизбежно должен появляться в средневековых населенных пунктах крупнее поселка, тут существовало подобие канализации. Ну сказка же? Надо будет обсудить с Орванделом процесс перевода наших активов и сетей распространителей Ясности в столицу. После увиденного, я уже не хочу возвращаться домой. Да и золота здесь побольше крутится.

– Ты запомнил, Эрмин, как должен вести себя слуга? – оторвался я от созерцания чужих добротных поместий.

– Конечно, мой экселенс, – кисло кивнул он.

Хех, ну да, куда ж он денется с подводной лодки? Всю дорогу от Клесдена я измывался над ним, впихивая в мозг закоренелого бандита базовые принципы этикета. Заодно и свою память освежил. И, должен признать, для уличного прохиндея мой помощник себя показал неплохо. Не скажу, что за четверо суток сделал из него образцового лакея. Но всё же могу теперь быть уверенным, что он меня не опозорит в высшем обществе, в случае чего. Хм… а ведь это, по сути, для Ризанта тоже первый самостоятельный выход в свет. Но я почему-то не волнуюсь. Наверное, потому что успел повидать вещи похуже чьих-либо издёвок и косых взглядов.

– Езжай и сними комнату где-нибудь в приличном месте, – распорядился я. – Потом сразу дуй ко дворцу и ожидай моего возвращения.

– Понял, экселенс!

Распахнув дверь, я с достоинством шагнул на подножку кареты и молодцевато спрыгнул прямо под взорами привратников, стерегущих резиденцию патриарха. Тело после четырехдневной поездки задеревенело, и я уж подумал, что заявляться с корабля на бал было плохой затеей. Но лучше уж так, чем ненароком пересечься с хитрой Илисией и дать ей время на размышления. Мне почему-то кажется, что с этой подколодной змеи станется и убийц подослать.

Парочка «Божественных перстов» значительно улучшила моё самочувствие и без следа смыла усталость. Я гордо прошествовал мимо стражей патриарха, которые пропустили меня без каких-либо вопросов, признав во мне высокородного. А сразу за воротами я обнаружил целый строй из вышколенных лакеев, откуда тотчас же отделилась одна весьма обворожительная молодая особа.

– Доброго дня вам, почтенный экселенс! Разрешите поинтересоваться, как мне позволено вас величать?

– Ризант нор Адамастро первый, – с долженствующим случаю высокомерием ответил я.

– Для меня большая честь, экселенс, стать вашей сопровождающей, – низко поклонилась девица, демонстрируя содержимое глубокого декольте. – Вы не возражаете, если я укажу вам путь до общей залы?

Получив моё величайшее дозволение, прислужница исполнила замысловатый книксен, одновременно указывая мне направление движения. Сама она тактично пристроилась чуть позади меня, давая упредительные советы: «Сейчас налево, сиятельный экселенс», «А теперь на один уровень вверх по малой лестнице, господин», «До конца галереи, пожалуйста…»

От её приторной обходительности мне даже как-то не по себе стало. Бедняжка была выдрессирована до такой степени, что за нагромождением манер я не мог разглядеть живого человека. Со мной будто бы какой-то бездушный голем шел рядом. Странное ощущение.

По дороге нам попадались слуги, фланирующие дворяне и, как ни удивительно, алавийцы. Причем, последних шарилось по самому сердцу нашего государства как-то уж чрезвычайно много. По две-три морды на каждые сто метров коридора. Дурной звоночек, показывающий, насколько плохи позиции человечества в этой видовой войне. Ведь что Патриархия, что Королевство Медес долгие годы оставались главным источником пропитания для всех остальных людских княжеств. Южная житница, где климат и плодородная почва способствуют развитию земледелия. Если желтоглазые наложат лапу на здешние сельскохозяйственные угодья, то оставшиеся на континенте державы сами приползут к ним на коленях, умоляя о миске пустой похлебки. Не понадобится даже с ними воевать. Ох, Ваэрис, на что ты меня подписал? Ладно, об этом потом. Пока решаем мои насущные проблемы. А затем уже и о всеобщем благе подумаем.