Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Глава 5

Хитроумная настольная клепсидра, показывающая течение времени, не успела наполнить и трети малого отрезка с той поры, как за Ризантом захлопнулась дверь. А в кабинете главы рода уже возник новый посетитель. Вернее будет сказать: «посетительница». Это была немолодая, но весьма привлекательная женщина, которая за минувшие годы сохранила не только гладкость своей алебастровой кожи, но и сберегла неукротимый пленительный огонь в глазах.

– Ты поговорил со своим сыном, мой экселенс? – нежно проворковала она, вплывая в помещение.

– Да, Илисия, мы уже побеседовали, – сухо ответил Одион, откладывая в сторону пергамент, который изучал.

– Отчего ж тогда ты не весел, моя любовь? – узкая дамская ладошка ласково погладила мужчину по плечу. – Разве не ты сам говорил, что в своем недостойном поведении Ризант перешел все допустимые границы?

– Да, я не отрицаю, но…

– О нет, мой экселенс, прошу, не произноси этого! Если этот пьяница и распутник вновь сыграл на твоей благосклонности и мягком сердце, то я…

– Не перебивай, когда я говорю, Илисия! – пристукнул по столу глава Адамастро и его супруга тотчас же покорно склонилась.

– Молю, не сердись, моя любовь, – произнесла она, – просто моё сердце плачет, когда я вижу, как бастард снова и снова обманывает твое доверие.

– Ризант… не… бастард! – глухо прорычал Одион, и камни на его перстнях угрожающе заискрились.

– Мой экселенс, я не желала тебя задеть своими словами! – не вняла весьма прозрачному предостережению аристократка. – Пусть он твой первенец и ты признал его сыном, однако это не меняет сути. Мы оба прекрасно знаем, кем была его мать. Презренная алавийка. Неблагодарная тварь, сбежавшая из твоего дома. Она точно так же пользовалась твоей милостью, как это делает сейчас порожденный ей полукровка! А едва ты станешь ему…

Рука главы семейства взвилась в воздух со скоростью атакующего коршуна, и меж стен кабинета заметалось эхо звучного шлепка. Женщина, которая не была озарённой, даже не успела осознать, что произошло. Только лишь когда щеку обожгло словно пламенем, она вскрикнула и испуганно отшатнулась от мужа, прижимая руки к лицу.

– Ты забываешься, женщина! – свирепо пророкотал Одион Адамастро. – Врываешься ко мне, отвлекаешь от дел, задаешь вопросы, но не желаешь слушать ответов! А вдобавок еще и поносишь плоть от моей плоти! Тебе напомнить, кто хозяин этого дома⁈

– Нижайше прошу прощения, мой экселенс, – безропотно приняла Илисия эту оплеуху от супруга. – Мне стыдно, что я себя так повела. Пожалуйста, расскажи мне, как прошла встреча с Ризантом?

– Я понимаю твои сомнения и совсем недавно полностью бы их разделил, – смягчился супруг, откидываясь в кресле. – Однако мне показалось, что где-то во взгляде Риза я рассмотрел нечто такое, ранее ему несвойственное. Даже когда я объявил, что он пойдет на службу, сын не стал молить о прощении, как я ожидал. Он лишь спросил, будет ли у него время на подготовку…

– Любовь моя, ты же осознаешь, что это может быть очередной уловкой и хитростью? – куда более тактично и осторожно изрекла аристократка. – Сколько первенец тебя уже обманывал?

– Я ничего не забыл! Но сегодня всё было иначе. Риз поклялся, что не притронется ни к какому зелью…

– Как и сотню раз до этого… – скептически фыркнула женщина.

– Нет, ты не понимаешь! Передо мной словно бы предстал другой человек. Такое ощущение, что людское начало стало брать верх над своенравной и непокорной алавийской породой! Моя кровь наконец-то вырвала победу у дурной материнской наследственности Ризанта! Я не отказываюсь от своего намерения. Но хочу понаблюдать за сыном еще немного…

– Сердце моё, неужели после всей той лжи, ты сохраняешь…

– Довольно, Илисия! – жестко пресёк все возражения Одион. – Не вынуждай меня снова обходиться с тобой сурово. Ступай! Ты мешаешь мне сосредоточиться…

Жена почтительно поклонилась и вышла из кабинета. На её всё еще пылающем от пощечины лице не дрогнуло ни единого мускула. Однако на душе у аристократки бушевал настоящий ураган. Желтоокий паршивец вновь провёл её недалёкого муженька? Ну ничего… Илисия приложит все усилия, чтобы показать доверчивому главе Адамастро, что мерзкий полукровка не способен измениться!

* * *

После непростого разговора с отцом Ризанта меня одолела такая лютейшая сонливость, что я еле успел доковылять обратно до комнаты. Там я рухнул на постель, не снимая одежды. И моё сознание погрузилось во мрак раньше, чем голова коснулась мягкого валика, заменяющего тут подушку. Однако раствориться в беспамятстве не получилось. Неведомая сила вышвырнула меня из темноты будто пробку от шампанского. И уже через миг я открыл глаза, оказавшись… твою рать! В банкетном зале «Мятного ликёра» с недопитой бутылкой водки перед лицом! Неужто я вырубился и мне вся эта чепуха с аристократами и магией просто почудилась? Нет, не верю! Я совершенно точно был там! Слишком уж логичное и подробное видение…

– Ну как успехи, Александр? – отвлек меня от размышлений мужской голос. – Как прошло первое знакомство с новым миром?

Я поднял лицо и увидел перед собой Эриса Ваара, который сменил безупречный черный костюм на причудливый старинный наряд.

– Ты… вы… что за… – только и смог пробормотать я, не в силах подобрать слова для начала диалога.

– Да, понимаю, тебе нелегко поверить в произошедшее. Но я верю, что твой разум достаточно гибок, чтобы принять новую реальность. Тем не менее, я осознаю, каким потрясением для смертного человека может стать существование других материальных планов. И потому я снова здесь, чтобы обсудить возможные проблемы.

– Вы в самом деле божество торговли и обмана? – в лоб спросил я.

– Ну это звучит слишком грубо, – поморщился Ваэрис, – но в целом, если тебе так удобно считать, я не возражаю. Хотя гораздо важнее то, что я единственный из пантеона защищаю интересы людей во множестве измерений.

– Даже так? – удивился я.

– Именно. И когда я говорил, что хочу, чтобы твой талант послужил на благо человечества, это не была фигура речи. Теперь, когда ты видел всё собственными глазами, давай я тебе кое-что объясню…

Эрис сделал сложный пас руками, а затем принялся водить ими по воздуху. Там, где проходили его пальцы, оставались висеть сияющие линии, постепенно складывающиеся в подобие карты.

– Это мир, в котором людская популяция поставлена на грань вымирания. По моим прикидкам, твоих соплеменников окончательно истребят в течение семи или восьми поколений. А мне бы очень не хотелось допускать этого…

– И кто их уничтожает? – нахмурился я, ожидая услышать про каких-нибудь монстров или демонов.

– Другие разумные расы, конечно же. Вы не единственный прямоходящий вид, обладающий самосознанием.

Ваар обвел участок на сияющей проекции. Довольно большой, но не имеющий выходов ни к одному из морей или океанов.

– На этом клочке суши ныне обитают все человеческие независимые государства. Их туда согнали после поражения в большой войне, отгремевшей пару сотен лет назад. Однако это не самый плодородный и богатый край. И поэтому тамошнему населению не хватает многих ресурсов. Ситуацию усугубляет давление соседей – альвэ и кьерров. И если первые душат больше экономически, то вторые не гнушаются физических методов. Они похищают целые села и деревни, чтобы самым противоестественным способом надругаться над телами жителей и сотворить из кусков их плоти покорных слуг.

– Звучит крайне мерзко, но всё еще не особо понятно… – вынужден был признать я. – Кто такие эти создания? Что из себя представляют, как выглядят, чего добиваются?

– К сожалению, я тоже не могу открыть всего, Александр. Значительную часть информации тебе придется добывать самостоятельно, – скорбно развел руками Эрис.

– Это почему еще⁈ – возмутился я.

– Потому что другие боги тоже играют со мной в эту игру, и у неё есть свои правила, – без обиняков заявил наниматель. – А что происходит с теми, кто жульничает за карточным столом тебе и самому хорошо известно.

– Да уж, пожалуй… – угрюмо подтвердил я, припоминая мордоворотов Бати.

– Вот поэтому мне запрещено напрямую вмешиваться в ход событий и вещей. Но у тебя подобных ограничений нет, Александр. Ты мой козырь. Моя карта, которую я извлек из рукава. И я очень заинтересован в том, чтобы у тебя всё получилось. Люди нужны мне. И чем их больше, тем сильнее я.

– Но что от меня требуется? Спасти человечество⁈ Не слишком ли жирную задачу ты… кхм… вы ставите⁈ Как мне это провернуть в одиночку⁈

– Я не такой честолюбивый, как остальные высшие создания, поэтому можешь обращаться ко мне на ты, – благодушно разрешил Ваар. – Что же касается твоего вопроса… время еще есть. Для начала, познакомься с новым миром. Узнай пределы своих возможностей. Уверяю, они тебя впечатлят. Твой выдающийся музыкальный талант станет величайшим подспорьем в освоении магического искусства.

– Да ладно? А как чародейство связано с музыкой? – затаил я дыхание, предвкушая получить божественное откровение.

– Правила, Александр. Меня сдерживают правила, – напомнил собеседник. – Так что найди ответы сам.

– Тьфу ты… А то что я вообще оказался в этом мире ничего не нарушает, а? – рассержено проворчал я.

– Как сказать… забери я нечто принадлежащее другому божеству, то это наверняка бы заметили. Ну а поскольку я воспользовался бесхозным, то никто и не обратил внимания на мою маленькую проделку.

Покровитель мошенников и воров таинственно улыбнулся. А у меня от всех этих его загадок заломило в висках.

– Я вообще ни хрена не понял… – честно признался я.

– Ну же, Александр, подумай! Ты ведь уже видел свою новую внешность?

– Ну да, – кивнул я, еще не понимая, куда клонит Эрис.

– Ты – полукровка, рожденный от союза человеческого мужчины и алавийской женщины. Конкретно тебе от матери достались необычные глаза, более темный оттенок кожи, утонченное телосложение и несвойственное людям долголетие. Появление на свет таких метисов событие отнюдь не уникальное. В захваченных темноликими колониях их предостаточно. Правда, им доля алавийской крови достается преимущественно от отцов. Таких детей, как правило, отвергают и презирают с самого рождения. От них отворачиваются даже собственные родители или боги. Их не привечают ни высшие хранители народа альвэ, с которыми, надеюсь, тебе не доведется встречаться, ни покровители людей. Поэтому я никому не перешел дорогу, когда прибрал сей невостребованный актив и спрятал в свою колоду. Всё просто.

– И вот об этом я должен был сам догадаться? – саркастично хмыкнул я.

– Почему бы и нет, – как ни в чем не бывало пожал плечами Ваар. – Ты обладатель очень гибкого разума. Не следует себя недооценивать.

– Черт! Я не понимаю, как должен на это всё реагировать… – в сердцах стукнул я по столу. – Боги, магия, другие миры, какие-то кьерры и альвы…

– Альвэ, – поправил меня покровитель плутов.

– Да хоть эльфы! – отмахнулся я. – Сути это не меняет!

– И всё же, посмотри на себя, – вкрадчиво начал собеседник. – Нет ли ощущения, что этот мир не желает принимать тебя? Что ты бестолково бьешься в установленные рамки и не знаешь, как их пробить? Что сам воздух душит тебя здесь? Вспомни свой жизненный путь, Александр. Сколько раз судьба отшвыривала тебя назад, едва ты добивался чего-то мало-мальски значимого? Согласившись на моё предложение, ты теряешь не так уж и много. А вот приобрети можешь всё, что захочешь…

Слова Эриса падали на иссохшую почву моей души подобно прохладной росе. Да-да-да, задери тебя боги все вместе взятые! Именно это я всегда и чувствовал, но не мог столь точно сформулировать!

– Я ставлю перед тобой нетривиальную задачу, – продолжал искушать меня бог обмана. – Но тебя выбрал не слепой случай, а я сам! Ты обладаешь всем необходимым, чтобы справиться с моим поручением и вписать своё имя в века, как спасителя человечества. А заодно скинуть давящие оковы старой судьбы и обрести свободу. Да, в том, что у твоего нового тела не будет высшего покровителя – это минус. Но, с другой стороны, это же означает, что твоими поступками не будет руководить воля небесных сил. А только лишь ты сам…

– А что насчет тебя, Ваэрис? Разве ты не являешься представителем этих небесных сил? – всё еще сомневаясь глянул я на собеседника.

– Правила не позволят мне влиять на тебя напрямую. Однако же совсем без присмотра я тебя не брошу. Как бы там ни было, а окончательное решение остается за тобой. Я не могу тебя принуждать. И поэтому, когда ты побывал уже на той стороне, я спрошу тебя снова, Александр: готов ли ты работать на меня?

Ваар, словно бы предлагая чокнуться, поднял на уровень глаз рюмку с кристально прозрачной жидкостью. Я опустил взор и увидел перед собой точно такую же. Тоже наполненную до самых краёв.

Колебался я совсем недолго. Секунды три или четыре. А потом всё-таки схватил стопку с водкой. Ну всё, назад пути нет. Как бы ни печально было признавать, но жизнь Александра Горюнова я бездарнейшим образом запорол. Так может юному Ризанту нор Адамастро повезет больше? Пока не знаю, но верить хотелось в лучшее…

Стоило мне опрокинуть рюмку, как привычный мир рассыпался миллионом осколков. Меня рывком вернуло в новую реальность. И лишь застрявший в горле обжигающий спиртовой вкус подсказывал, что эта встреча с Ваэрисом не была сном.

– Тебе всё еще нездоровится, Риз? – проворковал над самым ухом уже знакомый нежный голос. – Вот, я принесла немного вина. От него должно стать лучше. Только не налегай сильно…

Я приоткрыл глаза и обнаружил присевшую на край моего ложа Веду. А на прикроватном столике стоял и принесенный ей серебряный кувшин в компании кубка на высокой ножке.

– Благодарю, но я обещал отцу, что больше не прикоснусь ни к чему пьянящему, – мягко отказался я.

– И ты всерьёз готов сдержать слово⁈ – подивилась девушка. – Если так, братец, то я искренне рада! Я сейчас же унесу это, дабы не искушать тебя…

Сестра действительно поспешно подхватила кувшин и направилась к выходу. Вот только в дверях едва не столкнулась с самим Одионом нор Адамастро…

– Что это⁈ – требовательно рыкнул глава рода, выхватывая у дочери ношу. – Вино⁈ Я так и знал, Ризант, что слова твои ничего не стоят! Пожри меня Абиссала, а ведь я почти поверил тебе…

– Я же говорила, любовь моя, что тебя ждет лишь одно разочарование!

Следом за аристократом в помещение вошла чертовски привлекательная дамочка и замерла чуть позади. Я, признаться, сперва невольно залюбовался её статью и строгой красотой. Но уничижительный взгляд, которым она меня наградила, быстро испортил первоначальное впечатление.

Так-так-так… кто это у нас? Илисия нор Адамастро! Законная супруга Одиона и по совместительству мать двоих его детей. Веды и Велайда. Если Ризант ни в чем не ошибался, то эта женщина пылала к нему искренней и неподдельной ненавистью. Хотя теперь уже можно сказать, что ко мне. И основная причина крылась вовсе не в том, что первенец главы вел аморальный и распутный образ жизни, отравляя существование остальным домочадцам. А в том, что он носил приставку к имени в виде числительного «первый». То есть был старшим сыном Одиона со всеми вытекающими наследственными претензиями. А Илисия мечтала, чтобы род возглавил именно её отпрыск. Веда на эту роль не могла претендовать, поскольку была девочкой. И потому оставался только младшенький – Велайд нор Адамастро третий. Пятнадцатилетний упырь, страдающий от чрезмерного самообожания.

Почему сразу упырь? Да потому что в памяти Ризанта всплыло множество моментов, как брат устраивал ему подлянки. Всячески пакостил, клеветал и подставлял. А когда стал постарше и занялся фехтованием, то и вовсе принялся увлеченно унижать и поколачивать Риза. Н-да уж, неудивительно, что прошлый обладатель этого тела пристрастился ко всяким зельям. Обстановочка-то у него дома далека от здоровой.

– Мой экселенс, но я не выпил ни капли из этого кувшина, – состроил я оскорблённую мину. – Взгляни сам, он полон.

– Это истинная правда, отец, – внезапно заступилась за меня Веда. – Я принесла вино Ризу по просьбе матушки. Однако я не знала о вашем уговоре. Но Ризант мне всё объяснил. Он даже не притронулся к кубку. Клянусь, что так оно и было.

Оп-па! По просьбе матушки, говоришь? Кажется, я уже понял, что тут происходит! Ну и подлая же змеюка эта дамочка! А судя по тому, как на жену покосился и Одион, то он тоже быстро вник в ситуацию. Хе-хе-хе, что-то сейчас грянет…

– Как это понимать, милария Илисия⁈ – полуофициозно обратился к супружнице глава рода. – Ты всё подстроила специально? Ты поэтому потащила меня сюда?

– Клянусь, моё сердце, всё не так! Я действительно предложила Веде отнести твоему сыну вина. Но это было до того, как я узнала о его обещании!

Женщина невинно захлопала глазками, изображая из себя святую простоту. Но не похоже, что эта актерская игра убедила Одиона.

– Пойдем со мной, – непререкаемо припечатал он. – Кажется, под этой крышей не один лишь Ризант нуждается в моём твердом наставлении!

Мужчина грубо схватил супругу под локоть, и вытолкал из комнаты, как какую-то бесправную служанку. Веда наблюдала за развернувшейся сценой с непритворным ужасом. Кажется, она только сейчас поняла, как подставила родительницу своим признанием. Но лезть под горячую руку папане не рискнула.

Хех, сестрица, и в кого ты такая наивная выросла в этом столь милом семействе?

– Прости Риз, но мне тоже надо идти. Может я смогу убедить отца не наказывать маму. Отдыхай! – выкрикнула Веда, подхватывая пышный подол. Не успел я ничего ответить, как моя обитель уже опустела.

А суровые у них здесь нравы… патриархальные! Ну ладно, я тут вроде как не при делах. Илисия рыла мне яму, но угодила в нее сама. Разве виноват я, что она так топорно плетет свои интриги? Пусть с ней муж разбирается теперь.

Рухнув обратно на кровать, я решил основательно покопаться в памяти Ризанта. Мне предстоит очень многое узнать о новом мире, магии, окружающих меня людях и остальных разумных расах. А для этого нужны тишина и покой…

Однако планам моим не суждено было сбыться. Не прошло, наверное, и получаса, как дверь моей комнаты с грохотом распахнулась, и на пороге показался мой младший братец Велайд.

– Ах ты, подлое исчадие! Как посмел ты оболгать мою мать⁈ – заорал он, обличительно тыча пальцем. А затем, без всякого перехода, выхватил висящую на поясе шпагу и кинулся на меня.

Да чтоб тебя разорвало! Что не так с этой сумасшедшей семейкой⁈

Глава 6

Узкая шпага, со свистом рассекая воздух, устремилась ко мне. Единственное, что я успел рассмотреть, так это то, что Велайд собирался огреть меня плашмя, а не острием клинка. Ну хоть на том спасибо! Впрочем, чтобы раскроить мне черепушку и этого бы с лихвой хватило.

Даже не пытаясь вступить в диалог, я перекатился в сторону, падая на пол. Средневековое оружие с гулким хлопком опустилось туда, где мгновением ранее находилась моя голова. В воздух взвилось целое облако пыли, как из старого и давно не чищенного ковра. Вот же засранцы какие тут живут! А еще аристократы. Хотя это сейчас не основная моя проблема…

С грохотом упав на доски и сшибив по пути небольшой столик у кровати, я не глядя ударил пяткой. Целил туда, где должен был стоять психованный братец. И, к счастью, попал ему куда-то в голень. Велайд зашипел от боли, но на ногах всё-таки устоял. Он вновь замахнулся на меня, собираясь огреть сталью. Но я, всё так же из положения лежа, лягнул его ступнями в живот. И опять повезло! Агрессивный юноша сдавленно охнул и отступил на полтора шага назад. И пока он кряхтел, держась за брюхо, я пластично вскочил на ноги, удивляясь тому, как легко двигается моё новое тело.

Нет, серьезно, если Ризант даже при таком образе жизни сохранил звериную грацию и завидное проворство, то чего бы он достиг, если б тренировался? Всё-таки, алавийская кровь не водица. Её вином так просто не разбавишь…

Не дожидаясь, когда Велайд переведёт дух и снова попытается меня атаковать, я подхватил опрокинутый столик и подивился его тяжести. Ух! Цельнодеревянный массив! Таким и зашибить можно. Но на меня тут с настоящим мечом нападают, на минуточку. Так что сейчас все средства будут хороши.

Держа тумбу за ножки, я размахнулся и широким движением отогнал младшего брата еще дальше от себя. И пусть по координации отчетливо видно, что в боевых искусствах Велайд не зеленый новичок, однако он явно привык к другой обстановке. Ему комфортней было размахивать своей железкой на просторном внутреннем дворе, вымеряя дистанцию до противника и подбирая траекторию удара. Но я ему подыгрывать не намеревался, а потому перевел этот внезапный поединок в удобную для себя плоскость. Юнец попросту не знал, как действовать против моего орудия. А вот я уже придумал сотню способов осадить вспыльчивого братишку…

Ох, наверное, даже сам бог не упомнит, в скольких драках на вписках я успел поучаствовать во времена бурной молодости. Когда в тесной и захламленной блатхате начинается потасовка, то в ход идёт всё, что подворачивается под руку. Столешницы, стулья, табуретки, полочки шкафов, кухонная утварь и даже бутылки. А поскольку я дожил до своих лет и умудрился сохранить зубы в целости, это значило, что из таких заварушек я чаще выходил если не победителем, то и не проигравшим уж точно. И тактики я придерживался самой простой: стой в сторонке, в гущу замеса не лезь. Если кто-то подходит в зону досягаемости, лупи по башке тем, что потяжелее. Разбираться будешь уже после.

Собственно, с одним противником было даже проще. Я неотрывно следил за ним, ни на что не отвлекаясь, и примерно представлял себе его намерения. Поэтому, когда Велайд в очередной раз замахнулся шпагой, что-то истерично вереща, я просто крутанул корпусом и запустил ему тумбочку прямиком в физиономию.

Обалдевший от такого поворота событий аристократ ничего не успел сделать. Нет, он, конечно, инстинктивно выставил свою длинную зубочистку. Но этим даже траекторию моего снаряда не изменил. Деревянный предмет мебели с глухим стуком состыковался с черепом юного Адамастро. Тот, к сожалению, не вырубился, но заметно поплыл. Ну а дальше дело оставалось за малым.

Мои молодые ноги поразительно легко несут меня вперед. На бегу я прихватываю бронзовый канделябр, весом килограмма в полтора. Велайд, невзирая на отшибленную башку, успевает вскинуть шпагу, надеясь меня отогнать. Но я не пугаюсь и не отступаю, а со всего маху бью ему по запястью. Пятнадцатилетний аристократ вскрикивает и роняет свое орудие. Прижав к себе отбитую руку, он смотрит на меня испуганным взглядом. Происходящее явно выбило его из колеи. Раньше-то тюфяк Риз никогда не смел дать ему отпора. А тут такое…

Я же, предпочитая ковать железо, пока оно горячо, пинком отбросил выпавшую шпагу к стене. В рукопашной я ощущал себя как рыба в воде. Тесное помещение, в котором много мелких и не очень предметов. Здесь побеждает тот, кто быстрее соображает. Тут любое подавляющее превосходство противника в силе, умении и габаритах может быть нивелировано своевременным броском табуретки в рожу. Ну или тумбой, как в моем случае.

Без долгих раздумий я добавил Велайду зажатым в кулаке подсвечником по мордасам. А потом еще раз. И еще. Малолетний нахал натурально завизжал, стараясь заслониться от моего натиска. Но я бил, метя по наиболее болезненным точкам. Хребет, локоть, предплечье, ребра. Аристократ заметался, ища пятый угол. В стрессовой ситуации он резко позабыл всю военную науку, которую в него вбивали наставники. А я всё наступал и наступал, окучивая тяжелым канделябром. По лицу братишки уже вовсю бежала кровь. Багровые ручьи из рассеченного лба заливали ему глаза, а правая рука повисла безвольной плетью. Юный Адамастро откровенно запаниковал, а я всё никак не останавливался.

Наш спонтанный поединок закончился тем, что дерзкий пацан забился между монументальным платяным шкафом и стенкой. Побитый и скулящий, как бродячая псина. И именно в этот момент нас застал отец.

– Что за грохот⁈ Чем вы оба тут заняты⁈ Немедленно прекратить! Ризант, чего ты творишь⁈ – оглушительно завопил Одион, и я побоялся, что он сейчас пульнёт в меня чем-нибудь магическим для усмирения.

– Сам не понимаю! Велайд ворвался в мою комнату и напал с обнаженным клинком! – сразу же заложил я братишку, предусмотрительно отшвыривая от себя подсвечник.

Для пущей убедительности я кивнул в сторону валяющейся шпаги. Ну и отошел от охреневшего аристократишки на пару шагов. А то мало ли… вдруг папка младшенького любит больше, и решит, что его нужно срочно спасать? Ловить какой-нибудь фаербол от магистра второй ступени мне не очень-то улыбалось.

– Я… я всего л-лишь… х-хотел… – начал оправдываться Велайд, но я жестко перебил его.

– Ты набросился на меня, пока я лежал, размахивая боевым оружием! Твоему поступку не может быть оправдания! И только посмей сказать, что я вру! Факты говорят не в твою пользу. Ты находишься в моей комнате, – принялся я загибать пальцы, – твоя шпага вынута из ножен, а на постели всё еще виднеется отпечаток, оставленный её лезвием!

Мне показалось, что от моего яростного напора обалдели оба родственника. Причем, братец выглядел даже более ошеломленным, чем в процессе выгребания канделябром. Ну да, Ризант так бы вряд ли смог за себя постоять. Но вот Александр Горюнов за словом в карман не лез.

– Я всего лишь хотел тебя проучить! – младший Адамастро с появлением папаши заметно осмелел и выбрался из-за шкафа. – Я бы не нанёс тебе увечий! А ты… ты…

– Ты слишком много берешь на себя, брат! Не забывай, что я старше тебя на четыре года! Не дорос ты еще, чтоб меня чему-либо учить! – уничижительно фыркнул я.

– Да как ты смеешь… – задохнулся от возмущения юный аристократ.

– Это ты как смеешь поднимать на меня оружие⁈

– Молчать. Оба.

Одион произнес это почти спокойно, но мы с братом поспешили благоразумно заткнуться. Что ни говори, а экселенс Адамастро умел добиваться послушания.

Глава рода с потаенным разочарованием осмотрел своего младшего сына. А меня наградил куда более долгим изучающим взглядом. Столь резкие перемены в Ризанте сбивали его с толку.

– Ваше поведение недостойно дворян! – вынес он вердикт.

– Но отец, я же всего лишь защищался! – вякнул я, но тут же прикусил язык, стоило магистру грозно сверкнуть глазами.

– Когда я говорю, все должны молчать! Это понятно⁈ – сквозь зубы процедил Одион.

– Да, отец, – покорно склонился я, не став, впрочем, извиняться.

– Так вот… когда между двумя высокородными возникает конфликт, то они не бегут решать его кулаками, уподобляясь грязноногой черни! Если один почтенный экселенс нанес оскорбление другому, то следует незамедлительно и открыто бросить вызов. И кровное родство в данном случае не препятствует этому. Вы всё усвоили?

Я покосился на Велайда и по его хитрому прищуру понял, что этот стервец замыслил взять реванш. Только уже на привычном для себя поле. И оказался совершенно прав в своих догадках…

– Мы поняли, отец! – напыщенно продекламировал пятнадцатилетний аристократ, а потом развернулся ко мне: – Я призываю тебя, Ризант Адамастро, ответить за нанесенное оскорбление и мою попранную честь! Требую, чтобы ты принес мне извинения собственной кровью!

– У тебя нет такого права, ибо ты первым напал на меня обнажив клинок, – пришлось мне напомнить брату об истинной причине и вытекающем из неё следствии. – Если уж кто и должен бросать вызов, так это я.

– Но ты этого не сделаешь? – полуутвердительно осведомился юнец.

– Мне кажется, что ты уже получил по заслугам, – криво ухмыльнулся я, выразительно посмотрев на окровавленную физиономию аристократа.

Велайд мой намёк уловил четко. Он грозно насупился и стиснул челюсти, испепеляя меня взглядом. Но потом отчего-то внезапно повеселел, заулыбался и двинулся ко мне. В более спокойной обстановке я отметил, что невзирая на разницу в возрасте, он заметно превосходит Ризанта габаритами. Ниже на полголовы, зато значительно шире в плечах. Всё же Риз хоть и был полукровкой, от Одиона взял куда меньше, нежели от предков по линии альвэ. В его случае кошачья ловкость уравновешивалась общей субтильностью и хилостью. К примеру, ходили слухи, что не всякий взрослый алавиец сумеет одолеть в состязании голой силы даже человеческого подростка. И сейчас, сравнивая себя с братом, я склонен был этим домыслам поверить…

Велайд, приблизившись вплотную, подчеркнуто неспешно взялся за одну из пуговиц на моем камзоле. Гадко осклабившись, он выдрал её, резко рванув вниз. А затем с наглым видом замер, ожидая, как я отвечу. Это было так называемое «оскорбление действием». Провокационный жест, вроде броска перчатки в лицо, распространенный среди дворян в моем прошлом мире. Спустить подобное – означало заклеймить себя трусом без капли чести и достоинства. Что в присутствии главы дома втройне унизительно и позорно. И этим ходом Велайд фактически загнал меня в угол. В открытом противостоянии я ему без вариантов проиграю. Но и стерпеть такой плевок не могу. Иначе в глазах местного общества я стану не просто посмешищем, а ничтожеством, которому приличные люди даже руки не подадут. А уж о том, чтобы о моем посрамлении узнало как можно больше народу, милария Илисия и её сынок точно позаботятся. И если сравнивать последствия, то для Ризанта получить пару лишних проколов в шкуре и проиграть дуэль было более предпочтительным, нежели вовсе от неё отказаться. Дерьмо! Как же у этих аристократов всё сложно…

Все эти выводы я спешно обкатал в голове буквально за пяток секунд. А затем принял решение. Под удивленными взглядами отца и брата я неспешно примерился к самой красивой декоративной пряжке на костюме молодого Адамастро. Ухватился за неё и тоже дёрнул со всей дури. По комнате разнесся треск рвущейся ткани, а у меня в ладони осталась вычурная застёжка вместе с куском материала. Будем считать, что я таким образом удовлетворил его ходатайство. Хотя мог бы и не портить одежду оппоненту. Хватило бы и словесного заявления. Но тут сложно было удержаться. Уж больно мерзко лыбился братишка Ризанта.

– Что ж, поединок состоится немедленно! – подытожил глава рода. – Я выступлю вашим секундантом. Ступайте и облачайтесь.

– Подожди, мой экселенс, – мягко остановил я Одиона. – Мне раньше не доводилось участвовать в такого рода схватках. Но верно ли я понимаю, что в соответствии с дуэльным кодексом Патриархии я, как оскорблённая сторона, имею право на определение условий, по которым будет разрешаться грядущий спор?

– Традиционно бои между дворянами проходят на шпагах и без магии, если не оговорено иного, – поделился мужчина. – Однако формально тебя ничто не ограничивает в выборе другого оружия.

– Что ж, прекрасно! Тогда биться будем на ножах, – моментально решил я.