Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Соавторы: Анна Гурова,Алексей Вязовский,Станислав Кемпф,Михаил Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 50 (всего у книги 356 страниц)

А потом остальные корабли ксеносов, словно сойдя с ума, начали беспорядочно кружить, сталкиваясь и сокрушая друг друга, и это безумие, словно волна, прокатилось по чудовищной армаде, превращая организованную блокаду в полнейший и беспросветный хаос.

– Королева! – заорал Люциус. – Маршал, ты завалил их королеву! Молоток!

Конечно, на самом деле это была не настоящая королева, иначе борьба с ксеносами сводилась бы к задаче «уничтожь вражеское командование». Нет, тут был аналог сети ковена, и без него ксеносы на порядок теряли в своей эффективности. И это нужно было использовать.

– Бей их! Убьём их всех! – поддержал я. – Не дайте им опомниться!

Мой призыв всколыхнул оцепеневших было от неожиданности участников сражения, и мы устремились в бой. Вовремя – потому что очень скоро ксеносы пришли в себя и с утроенной яростью набросились на наш флот и на нас.

Наши корабли держали коридор в этом хаосе, по которому один за другим уходили из окружения «Ковчеги». Мы защищали их, не подпуская к ним «москитов» ксеносов, а по более крупным кораблям вели огонь сами крейсера.

Все три копии Маршала, продолжая отчаянно флиртовать со своими ведомыми, то и дело уходили в прорыв, чтобы достать цель покрупнее, как только она приближалась на опасное расстояние. Оригинальный Кас в одиночку держался при нашем «кулаке», и несколько раз спасал то Лизу и тройняшек, державшихся уже из последних сил, то Камала, которому очень не хватало его свиты – но мобильным пехотным доспехам нечего делать там, где не предвидится ни абордажа, ни контр-абордажа, ни высадки десанта.

– «Ковчеги» под ударом! – раздался выкрик Снежки. – Озимандий, Ведьмак, Маршалы! Прикройте!

Два уцелевших титана, укрывшиеся за валом мелких кораблей, подошли опасно близко к «Ковчегам», которые только начинали выходить на позицию для разгона по коридору.

– Идём, – ответил я.

– Идём, – подтвердил Люциус.

Это было верное самоубийство – втроём на титан, но я уже завалил такую цель в одиночку, а теперь со мной были два лучших пилота Академии. И «Доминатор» в бою мало чем уступал моему «Палачу».

Мы разделились: я с двумя Маршалами атаковал ближнего титана, спустя полминуты в бой вступил Люциус под прикрытием двух копий Каса. Уклоняясь от вражеского огня, мы пробились к самой середине зловещего «цветка», чтобы там, с дистанции верного поражения, бить и бить ракетами в одну точку, пока не сдастся броня…

Титаны подошли слишком близко к «Ковчегам», когда их реакторы взорвались. Три «Ковчега» и несколько крейсеров погибли, отняв у нас несколько процентов результативности. Но когда пламя вспышки опало, я прочитал на висящей перед глазами табличке:

«Миссия завершена. Задача завершена. Общий результат – 94%».

Глава 20

В преподавательской царил мягкий полумрак, светились только мониторы наблюдения. Но все они до единого показывали одно и то же – опустевшие коридоры и лекционные залы Академии. Нигде ни единого признака движения.

В центре кабинета за т-образным столом сидел весь преподавательский состав. Судя по витающим в воздухе парам дорогого алкоголя и расслабленным позам – сидел давно.

– Какое умиротворяющее зрелище, – послышался чей-то вздох.

– Когда они спят, они такие милые, и я их почти люблю, – поддержал кто-то.

– Сегодня они заслужили нашу любовь, – возразили с другого конца стола. – Такой результат, сначала от сестёр Салем, теперь от всей Академии…

– Даааа, – протянул один из преподавателей, – чего угодно ожидал, но такого… Ведь герои, настоящие герои. С такими разногласиями, можно сказать – неприязнью между факультетами – и ведь справились!

– И не просто справились, – поддакнул его сосед. – Это лучший результат даже среди взрослых пилотов. 93% – максимум, который кто-либо набирал. А достигли этого наши дети, наши воспитанники… Наши ученики. Оправдали всё, что мы в них вкладывали.

– Теперь надо не упустить момент, – поддержал разговор кто-то ещё. – Нужно ввести совместные тренировки для разных факультетов. И новый топ. Может быть, даже не один.

– Что вы предлагаете, коллега? – заинтересовались остальные.

– Например, соревнования команд. Ни для кого не секрет, что у большинства пилотов мехов есть свита из нескольких пехотинцев. Иногда из нескольких десятков, как у Камала Мехры. Мы сегодня видели, как Юлий Марс организовал работу мехов и МПД в миссии на Луне. В итоге – невероятный результат. Я уверен, что именно его призовые баллы помогли достичь такого успеха. Что, если ввести новый курс для совместных команд – пехотинцы и пилоты мехов вместе против такой же смешанной команды? Новый вид дуэлей – не один на один, а двое-трое против такого же по численности отряда, с поддержкой тяжёлой пехоты. И чтобы состав менялся, запретить одним и тем же пилотам работать вместе чаще раза в месяц, например.

– Вы хотите, чтобы они учились взаимодействовать с разными участниками, – подытожил кто-то. – Это интересная идея, достойная отдельного вида топа. Нужно будет подумать над ней… когда мы все будем немного более трезвыми. В этом состоянии хорошо продуцировать идеи, но рассматривать их следует на трезвую голову.

– Да ладно, мы всего-то ничего выпили… – пробормотал автор свежей мысли.

Но батарея опустошённых бутылок явно и красноречиво ему противоречила.

– Не то, чтобы я был с вами не согласен, коллега, но сегодня у нас отличный повод отпраздновать выдающееся событие, – пару раз заикнувшись, выдал его сосед.

– Кажется, в баре ещё что-то осталось, – на столе появилась ещё пара бутылок. – Ну что, коллеги, на посошок – и присоединимся к нашим ученикам?

– Наливайте, коллега.

Спустя полчаса, когда затихли неровные заплетающиеся шаги, охи и вздохи, и сдавленные проклятия в адрес троящихся считывателей, в которые никак не попасть ключ-картой, Академия погрузилась в глубокий сон.

Только один человек не поддался общему настроению. Он боролся со сном и усталостью, чтобы подготовить для студентов небольшой сюрприз, который они обнаружат, когда проснутся. Победу следовало отметить чем-то действительно запоминающимся.

Просто чтобы не расслаблялись.

Завершив работу и убедившись, что всё выполнено идеально, он довольно улыбнулся и наконец-то тоже лёг спать, заснув раньше, чем успел оказаться в постели.

Выдохшиеся и вымотанные, студенты Академии начали просыпаться только поздним утром. За всё время своей учёбы они ещё ни разу так не уставали. Измученные тела требовали отдыха, пока чувство голода не пересилило желание поспать ещё немного. Торопливый ужин перед сном давно переварился, и пробуждение проходило под бодрое урчание в пустых животах.

Некоторые предпочли завтрак в постель, доставленный дроидом прямо к порогу комнаты – чтобы поесть и снова завалиться спать. Среди них были Винсент и сёстры Салем. Они не устали, но не захотели появляться среди возбуждённой толпы, опьянённой событием, в котором им места не нашлось по их собственному выбору.

Но большинство собралось в столовой – слишком многое нужно было обсудить, поделиться впечатлениями, расспросить об успехах друзей, которые проходили другие миссии и не попались на глаза. В бою было не до того, чтобы следить за остальными, но сохранить записи собственных сражений успели многие – и теперь активно обменивались записями.

Кто-то уже подсуетился и создал отдельный чат для видео из задачи Коба Яши Мару, мгновенно заполнившийся сотнями коротких роликов с самыми острыми моментами. Одним из самых часто просматриваемых оказался ролик Камала со взрывом титана ксеносов, подорванного моими ракетами изнутри.

Собственно, именно после его вопля, что он записал этот взрыв, все и кинулись сохранять свои прохождения, чтобы потом было чем поделиться с остальными – и это стало началом весьма любопытной видеохроники. По крайней мере, я нашёл для себя массу интересного для последующего анализа действий каждого из участников событий.

В столовой уже с четверть часа стоял звон столовых приборов и ровный гул голосов, как вдруг все эти звуки разом затихли, и все присутствующие полезли смотреть, что за массовая рассылка пришла на их планшеты. В прошлый раз это была новость про Винсента и его объявление неприкасаемым. Что на этот раз? Пара минут напряжённой, настороженной тишины – и первый взрыв смеха, который прервал молчание.

За одним столиком со мной сидели Снежка, Люциус и моя дорогая сестричка – и мы не стали исключением, увлечённо вчитываясь в короткие заметки, посвящённые пройдённой задаче Коба Яши Мару и полные искромётного юмора и подколок.

Я догадывался, кто автор этого шедевра, и украдкой подмигнул Люциусу, но раскрывать его авторство не стал. Во-первых, не был до конца уверен, что это именно он, а во-вторых – зачем? Но подбросить ему мысль сделать такие выпуски еженедельными или хотя бы ежемесячными, пожалуй, будет неплохой идеей.

Судя по реакции окружающих на его творчество, студентам оно пришлось по вкусу.

– «Давай, сестра, попрыгаем»⁈ – возмущённым голоском прочитала Лиза. – Новое слово в тактике и стратегии ведения боевых действий… Кто это написал⁈

– Ну, справедливости ради – прыгали мы много, – я улыбнулся, пробегая взглядом возмутившую её заметку про нашу миссию на Луне. – И бегали тоже. И до нас никто таким способом эту миссию не проходил, а вот заваливались на ней многие. А мы даже справились без потерь и получили массу бонусных баллов. По-моему, отличная заметка.

– Да, но посмотри, что этот журналист недоделанный пишет! – и Лиза продекламировала: – «Особо отличился горячий поклонник Елизаветы Романовой, Камал Мехра».

– Ну, холодным его точно не назвать, – начал было я, и мне тут же наступили под столом на обе ноги одновременно – и сестра, и невеста. – Ай. Что сразу драться-то? Вся Академия в курсе, что Камал от тебя без ума.

– Похоже, ему нравится, когда его колотят… Ай! – на этот раз досталось Люциусу. – Злые вы, уйду я от вас. К Екатерине Орловой. Где она, кстати? А, вон сидит…

И глава студсовета удалился под негодующий возглас Снежаны:

– А ну стой! Я с тобой ещё не закончила!

Заметка «Длинноногое трио» была посвящена тройняшкам Рейга и их внезапно открывшимся талантам. Поодиночке они сражались явно хуже, чем все втроём, и подавалась идея командных дуэлей, как нового вида сражений, которые позволят студентам проявить себя с новой стороны. Тройняшки пунцовели от смущения и удовольствия и принимали многочисленные знаки внимания.

Кто-то хохотал над заметкой «Принц за бортом», выставлявшей Винсента в роли неприкасаемого, оставленного скучать в одиночестве всей Академией, в то время как все остальные студенты совершали подвиги на благо общего дела.

Досталось и ведьмам. «Три сестрицы под окном», мастерская переделка бессмертного творения древнего поэта, заставила даже меня пару раз рассмеяться.

За соседним столиком тем временем разворачивалась настоящая драма. Звено Каса добралось до заметки, посвящённой его двойникам, которые на протяжении суток обещали девушкам всё мыслимое и немыслимое. Они разом вспомнилио всё обещанное – и теперь призывали своего лидера к ответу за их слова.

– В любви как на войне, четыре свидания, – читала Нима. – Кассиан Комаров назначил свидания всем своим ведомым: завидовать или соболезновать? Получится ли у гениального пилота расчетвериться и стать гениальным любовником?.. Кааааас?

– Кстаааати, – подхватили две сестрички Рейвен. – Как насчёт обещанного? У нас всё записано!

Комаров вздохнул и потребовал записи переговоров. Их тут же охотно предоставили – как немедленно выяснилось, девушки записали всё, что им успели наобещать. И даже умудрились найти время выкинуть всякие пустяки вроде команд, оставив только подборку горяченького.

Очень горяченького…

По крайней мере, у Лизы и Снежки покраснели даже уши, и они уткнулись в тарелки, делая вид, что им совсем не интересно, что там происходит за соседним столиком. Но то, как старательно они избегали брякать вилками по тарелкам, сводило на нет все их усилия – любому было очевидно, насколько они заинтересованы.

Более того, они привлекли внимание окружающих к столику Каса и его звена.

К середине первой записи прислушивались уже все соседние столики, ко второй начали подтягиваться все, кому было вообще хоть что-то слышно, а к концу третьей вокруг столпилась вся столовая. Деление на группы и кланы было забыто, всех объединил общий интерес к личной жизни попавшего в переплёт боевого товарища.

– Ну, Комарик, ты даёшь! – таков был общий вердикт, озвученный хором тройняшками Рейга, когда запись подошла к концу.

Кас поднял бровь и обвёл своих ведомых вопросительным взглядом. Звено выжидательно смотрело на него. Студенты затаили дыхание, чтобы не пропустить ни слова.

– И вы всерьёз поверили, – заговорил он наконец, – что я способен первым предложить чтение романа «50 оттенков Эммануэль» и отработку отдельных сцен по ролям с тобой, Нима? Что я вызову Лорда на дуэль за руку обеих его дочерей ради тебя, Мара? И дам отпуск своему заместителю с полным взятием на себя твоих обязанностей, Лита?

Обиженный и опечаленный несостоявшийся гарем нахохлился. Массовка негодующе загудела – их симпатии явно были на стороне совершенно несчастных девушек.

– Ладно, в качестве поощрения за выдающуюся работу – я согласен, – вздохнул Комаров и поднял руку, останавливая одновременно воодушевлённо привставших девушек, возгласы: «Мужик! Молоток!» и гром аплодисментов. – Но осетра придётся урезать.

– Но мне действительно нужен отпуск! – вспылила Лита. – Хотя бы на месяц! Чтобы можно было наконец-то выкроить время и на себя! Ты знаешь, когда я в последний раз была в салоне красоты⁈

Кас снова приподнял бровь.

– Перед поступлением в Академию! – обиженно выдала Ведьма. – Ты думаешь, легко выдерживать конкуренцию с такими красотками без профессионального ухода⁈

Я мысленно присвистнул. Одной фразой Лита Рейвен умудрилась польстить всем присутствующим девушкам, которые разом расцвели – ведь их назвала красотками такая красавица! – и привлечь внимание мужской половины студенчества.

«Это у неё своя красота такая⁈» – так и читалось в оценивающих взглядах парней.

– И как прикажешь урезать дуэль с Лордом? – поддержала сестру Мара. – Ты думаешь. что не сможешь победить⁈ Даже если так – важен сам жест, символ, можно сказать, чтобы отец серьезно отнесся к твоим намерениям!

– В смысле урезать⁈ – взвилась Нима. – Между прочим, это не я заговорила про роман! И вообще – вся суть в финальных главах, без них будет не то! И почему вообще дуэль за благословение Лорда только для двоих⁈ Я требую, чтобы и меня включили в список! Ну и что, если я ему не дочь, то меня можно в сторону отодвинуть, что ли⁈

На прекрасные глаза Нимы навернулись совершенно неподдельные слёзы.

– Ах, – вздохнула одна из тройняшек, – какая любовь!

На неё зашикали, чтобы не мешала слушать, но в общем были с ней согласны.

– Я вас услышал, – весомо проговорил Комаров. – А теперь послушайте вы меня. Или вы действительно решите, как будете урезать свои требования, потому что свадьба-оргия-захват власти, неважно в каком порядке – это чересчур…

Девушки снова надулись и запротестовали.

– Или я сам решу вопрос с наградой, – договорил Кас, не обращая внимания на протесты. – Например так: мы будем спать.

– А… – начала было обрадовавшаяся Нима, вообразившая себе секс-оргии вчетвером.

– Только спать, – отрезал Кас.

– А… – подала голос Мара, которой представились романтика и сон в обнимку с лидером.

– Всем вместе, – осадил её Комаров.

– А… – подхватила Лита, решившая, что комэск наконец-то наладит режим.

– Пока не выспимся, – договорил Кас, обломав всё своё звено по всем фронтам.

– Да ну тебя! Как ты можешь⁈ С тобой невозможно разговаривать! – с этими выкриками девушки пробились сквозь окружившую их столик толпу и разбежались кто куда. Студенты начали расходиться по своим местам, оживлённо обсуждая сцену, свидетелями которой они стали.

– Зря ты так, – вздохнул Люциус, плюхаясь на освободившееся место. – Девушек надо любить…

– Кстати о девушках и любви, – Снежка заблокировала его сзади, лишая главу студсовета возможности сбежать. – Что там было про Катю?

– Ты что, ревнуешь? – Магнус похлопал по стулу рядом с собой. – Юлий, пошли к нам. Я своё обещание выполнил. Но ты мне тоже кое-что обещал…

– Я⁈ Тебя⁈ – взвилась Снежана.

Я понял, что Люциуса надо спасать.

– Обещал и выполню, так что далеко не разбегайтесь, – я улыбнулся повернувшейся ко мне невесте. – Но ты не единственный, кто мне кое-что обещал, так что я сначала схожу за обещанным, а потом расскажу то, что ты хочешь знать. Да и не ты один, пожалуй.

Я поднялся из-за столика, взял опустевший поднос и направился к выходу.

– О чём это он⁈ – долетел до меня недоумённый возглас Снежки.

Сверившись с подаренной Альфом программкой, я выяснил, где сейчас находятся ведьмы, и отправился прямиком к ним.

Они задолжали мне желание.

* * *

Я не сомневался в своей победе, когда предлагал сёстрам Салем рискованное пари. Да, способности Ковена делали их невероятно эффективными бойцами, но у них не было фамильяров, которые могли бы усилить каждое направление.

Сейчас они, должно быть, гадали, не потребую ли я, чтобы они убирались вон из Академии, чтобы закрепить свою победу. Но ни тогда, ни сейчас я не мыслил категориями победы или поражения.

Потому что при всей разнице между индивидуализмом отдельного человека и роевым сознанием ведьм, при всей нечеловечности Ковена сёстры Салем не были моими врагами. Да, они выбрали фамильяров, псевдослуг-спутников, как способ ограниченного контакта, чтобы не перегружать сеть контроля.

Ковен вполне способен вести полномасштабное сражение на тысячи юнитов, но полный контроль для них был возможен только с фамильярами. Свободных людей они могли только воодушевить и подтолкнуть к нужными действиям, что тоже очень немало – но вызывало у них недоверие из-за отсутствия стопроцентного контроля.

А на грядущей войне мы будем нужны все – и Ковен, и Департамент, и Лорд с его ЧВК… И просто люди, самые обыкновенные, не отмеченные сверхчеловеческими возможностями. И подлинной целью этого пари было сломать стену отчуждения между носителями симбионтов и человечеством.

Как там говорил старый учитель?

«Вместе вы нечто большее, чем сумма единиц»…

Глава 21

Злая и обиженная, Лита Рейвен совершенно не обращала внимания на то, куда несут её ноги. Внутри всё булькало и клокотало от гнева на лидера, который наобещал с три короба вяленых арестантов, а потом слился, да ещё сделал это при всех, и она сама не знала, на что больше зла: на то, что он отказался от всех обещаний, или на то, что его теперь, возможно, перестанут уважать.

«О каком уважении со стороны элиты вообще может идти речь⁈ – с детства влюблённая в своего лидера девушка была готова бегать по стенам и потолку от беспокойства за него, как бы ни было ей обидно из-за его отказа. – Для пилотов мобильных доспехов он просто „Комарик“, „москит“, мелочь. И если после прохождения задачи Коба Яши Мару ещё могло что-то измениться, то что будет теперь⁈»

«А что теперь? – ответила самой себе другая часть её личности, спокойная, уверенная в себе, невозмутимая Лита – заместитель командира. – У него есть „Старскрим“, полноценный мех, пусть и виртуальный. Он им ровня, если не по происхождению, то по технической оснащённости точно».

«Принц Гарсия отказался от своего слова – и как к нему теперь относятся? Он сидит в своей комнате, никуда не выходит, чтобы не слышать, как над ним смеются!..»

От одной мысли, что так же будут относиться к её любимому командиру, кулаки сжимались, и глаза застилала пелена бешенства.

«Винс был должен Мориарти, а Мориарти – это величина. Винс его кинул и поплатился. А в нашем случае – все видели, что Касов было четверо, все слышали запись разговоров, и это действительно было совсем на него не похоже. Так что максимум – позавидуют, что у нас такие страсти начались. И в конце концов, вся Академия от него в любом случае не отвернётся. Винса не любит никто. Но для наших Кас – лидер, они за ним в огонь и в воду».

За отношение пилотов истребителей Лита не волновалась – они свои, они всё поймут, хотя, возможно, посочувствуют ей. Но как быть с остальными?

«Ты же не можешь вызвать на дуэль всю Академию, чтобы защитить честь своего лидера…»

«Или могу?»

«А нуждается ли Кассиан в том, чтобы ты его защищала? Он вполне может и сам постоять за себя, раздербаненный топ говорит об этом более чем красноречиво…»

Но оставаться в стороне и молчать – это будет выше её сил…

Внутренний диалог не слишком помог утихомирить душевный раздрай. Куча романтической чепухи, несбывшихся надежд на обещания с одной стороны – и беспокойство из-за собственного прошлого, неспособность решить, где же её настоящая семья, у ведьм или у Лорда – всё это выбивало из колеи и приводило в полный беспорядок нервы, мысли и чувства.

За этими терзаниями Ведьма свернула за очередную развилку коридора – и едва успела остановиться, чуть не врезавшись в идущих навстречу людей.

– Наша потерянная сестра, – пропела Эмеральд.

– Куда ты так спешишь? – подхватила Джейд.

– Кто так расстроил тебя? – спросила Эмбер.

– Хочешь, мы заставим твоего обидчика просить прощения? – предложила Джейд.

– Он будет стоять перед тобой на коленях, – добавила Эмеральд.

– Эээ… – растерянно протянула Лита. – Зачем⁈

Мысль, что Каса кто-то сможет поставить перед ней на колени, не просто не укладывалась в голове – вызывала внутренний протест, как если бы это её саму хотели унизить. Как бы он ни был виноват – подобного её командир не заслуживал. И уж точно не от ведьм!

– Твоё расстроенное личико разбивает нам сердце, – объяснила Джейд.

– Мы хотим, чтобы ты улыбалась…

– Твоя улыбка напоминает нам твою мать…

– Мы скучаем по ней…

Мелодичные голоса, искреннее участие, тепло и забота в интонациях кружили голову. С Литой никто так не разговаривал. Никогда. Даже сами ведьмы в их последнюю встречу. Убеждали, уговаривали, немного сердились на её несговорчивость – да. Но такое?

Им достаточно оказалось увидеть её с разбитым сердцем, чтобы действительно отнестись как к любимой сестре, которую кто-то обидел, и теперь она нуждается в защите и утешении? Они даже готовы вступиться и наказать обидчика?

Но они упомянули её мать… Которую Лита никогда не знала. Но сёстры Салем – знали…

– Какая она? – вдруг спросила девушка.

Она не уточнила, о ком спрашивает, но её поняли – и запели наперебой:

– Она потрясающая!

– Она заботится о нас всех.

– Она самая умная, добрая и красивая!

Но в её жизни не нашлось даже минутки времени, чтобы связаться с родной дочерью… Чтобы позаботиться о ней.

– Хочешь увидеть её? – спросила вдруг Эмеральд, и её сёстры подхватили:

– Хочешь поговорить с ней?

– Она будет рада наконец узнать тебя.

– А когда ты вместе с нами прилетишь к ней, ты поймёшь, как сильно она тебя любит!

– Она ни разу не попыталась связаться со мной! – резко ответила Лита, отстраняясь от них. – Какая же это любовь⁈

– Но это было условие твоего отца, – возразила Эмеральд. – Матриарх Бэрил очень хотела бы видеться и говорить с тобой, но Один Борнсон Рейвен запретил ей.

Это была новость.

Отец запретил? Почему?

Видимо, Лита спросила об этом вслух, или вопрос слишком явственно читался на её лице, потому что ей ответили.

– Он хотел, чтобы ты выросла, ничего не зная о Ковене и тех возможностях, которые открываются для каждого, кто к нему принадлежит, – с сочувствием пропел Эмбер.

– Ты могла бы быть сейчас одной из нас, и ты никогда не была бы одинока, – добавила Джейд.

– И мальчик, который так нравится тебе, счёл бы за счастье служить тебе, – улыбнулась Эмеральд. – Так что, хочешь поговорить со своей настоящей матерью? У вас обеих украли так много, так почему не начать восполнять утраченное?

Лита почти готова была согласиться: отец велел ей жить своим умом. А как принимать решения, не зная, с кем имеешь дело?

Но позади раздалось спокойное:

– Я сейчас вам лапы поотрываю, паучихи недоделанные. Наплели паутин.

Я текучим движением встал между ними.

– Стоило задаче завершиться, как вы тут же за старое… Так что, мне вас отшлёпать? – взгляд на одну Ведьму.

Эмбер поморщилась.

– Выкроить время, чтобы выразить своё неудовольствие Матриарху? – взгляд на вторую.

Джейд отвела глаза.

– Или сообщить Департаменту, что Ковен забыл о нашей главной цели? – взгляд на третью.

Воздух вокруг нас почти искрил – столько эмоций читалось в пылающих взглядах зеленоглазых ведьм.

– Или вы всё-таки признаете, что проиграли, и мы перейдём к делу? – поинтересовался я.

– Ты сам разрешил нам охотиться на «Волков», – возразила Эмеральд. – Почему ты вмешиваешься?

– В смысле охотиться⁈ – вырвалось у Литы. – А я-то вам поверила…

Стремительно развернувшись, она исчезла в коридоре.

– Грязно играешь, Ведьмак, – покачала головой Эмеральд.

– Она уже была рядом, – надумал губки Джейд.

– Почти попалась, – вздохнула Эмбер.

– Ничего не знаю, – отбрил я их. – Я как раз вас искал, чтобы вы выполнили желание.

– В какую позу вставать? – съехидничала Джейд.

– Меня не тянет на кукол, – отрезал я. – Всё, чего я от вас хочу, это ещё одно прохождение задачи Коба Яши Мару. Но на этот раз вместе с нами всеми.

Мне удалось их по-настоящему удивить.

– Но какой прок от нашего присоединения к вашей толпе? – спросила Эмеральд. – Мы не сможем существенно повлиять на прохождение задачи.

– В роли подчинённых – да, не сможете, – согласился я. – Но я предлагаю не это. Я хочу, чтобы вы взяли на себя командование на всех направлениях.

Соображали они всё-таки очень быстро.

– Но результат будет всё равно хуже, чем с фамильярами, – возразила Эмбер. – Мы не сможем вас контролировать. Попроси что-то другое.

– И всё же я настаиваю на своём желании, – отозвался я. – В конце концов, вы ничего не теряете. А мы, возможно, сумеем вас удивить.

Ведьмы переглянулись и синхронно пожали плечиками.

– Ну, если ты настаиваешь… – начала Эмеральд.

– Мы примем участие, – подхватила Джейд.

– Только как ты сможешь снова собрать такую большую команду, если Магнус не будет командовать? – спросила Эмбер.

Чертовски хороший вопрос. И своевременный. Потому что ответа у меня на него не было. Это Люциус, у которого в запасе были тонны компромата на всех и каждого – возможно, включая меня, мог давить на студентов, не мытьём так катаньем вынуждая их согласиться. Но у меня такого рычага давления не было.

– Я что-нибудь придумаю, – пообещал я, откланялся и ушёл обратно в столовую.

Где меня терпеливо дожидались Люциус, Снежка и Кас. Чёрт, я же действительно сказал им не разбегаться…

– Итак, – начал Магнус, – что ты хотел нам сообщить?

Я вздохнул.

– Ты сильно расстроишься, если я попрошу отложить этот разговор на несколько дней?

Он задумался. Потом уголки его губ дёрнулись кверху в хищной улыбке.

– Ладно, я подожду, – согласился он. – Но тогда за мной будет право на три дополнительных вопроса. И без отмазок.

– А что случилось? – хором спросили меня друг и невеста.

– Я затеял одну авантюру, – ответил я. – И мне потребуется твоя помощь, Люциус, чтобы её осуществить.

– Я весь внимание, – ответил глава студсовета.

Слушали меня все трое очень внимательно. Ни разу не перебили. Но стоило мне замолчать, Кас спросил:

– Почему ты думаешь, что с сёстрами Салем у нас получится лучше?

– У них есть свои секреты, – уклонился я от ответа, – но, если даже я ошибаюсь, что мы потеряем?

Он понял мой уклончивый ответ, взглянул на Снежку и Люциуса, которые пока ничего не знали о симбионтах, и согласно кивнул:

– Я в деле. За москитный флот ручаюсь, они поддержат.

– Стратегов я постараюсь склонить к участию, – пообещала Снежка. – В крайнем случае опять пригрожу отцом.

– Но пилотов мехов тебе придётся убеждать самому, – подытожил Магнус. – Хотя есть у меня одна идея…

Занятия в этот день начались только после обеда, и были в основном посвящены разбору особо острых и переломных моментов прохождения задачи Коба Яши Мару. Преподаватели, выглядевшие довольно помято, несмотря на все чудеса современной медицины, поздравили нас с исторической победой, поставившей Академию во главу топа всей Системы, и приступили к анализу наших действий.

Их очень удивил сбой, приведший к появлению копий Комарова, но все тесты показали полную исправность его капсулы, так что преподавателям оставалось списать случившееся на необъяснимое своеволие электроники, и высказать надежду, что сбой не повторится. Иначе наш результат могут забраковать, если докопаются.

Я перестал слушать уже на середине занятия. Во-первых, ничего принципиально нового и интересного для себя я не слышал. Во-вторых, меня отвлекли, и сделали это самым приятным образом.

«Нас сегодня ждут в „Морской Звезде“, – написала мне Микаэла. – Просят быть в парадной форме, будут чествовать нашу победу в задаче Коба Яши Мару. Ты как, придёшь?»

Конечно же, я пообещал быть. А кто бы на моём месте отказался?

Благо парадную форму обеспечивала пара тыков по кнопкам в смарте, умная ткань делала всё самостоятельно. А вот что Михалыч имела в виду под парадной формой для самой себя?

Я узнал это спустя пару часов.

Нас распустили с лекций, потому что ни о чём, кроме задачи Коба Яши Мару, студенты не могли ни говорить, ни думать, а у преподавателей, судя по всему, отчаянно болели головы. Я уточнил, где сейчас находится Микаэла, сообщил ей, что буду через несколько минут, и действительно спустя шесть минут тридцать секунд стоял перед дверью её комнаты.

Дверь открылась, и из неё вышло ослепительное видение.

Сегодня Михалыч оделась в длинное платье, обтягивающее точёную фигурку, словно перчатка кисть руки. Единственная широкая бретель, из-под которой выглядывала ключица с ямочкой, терялась в водопаде тёмных блестящих волос. Глубокий бирюзовый цвет ткани при каждом движении переливался узорами, всякий раз новыми, неповторимыми, как морская волна. Только ниже колен подол становился свободным, вскипая пеной оборки, и открывая изящные узкие ступни, обутые в такие же изящные узкие туфли-лодочки точно в тон ткани.

Яркий вечерний макияж в бирюзовых и золотых тонах необыкновенно ей шёл, оттеняя броскую красоту латины, крупные украшения под золото гармонировали и с нарядом, и с макияжем, завершая ансамбль, и я сам бы не узнал её, пожалуй, если бы встретил где-то в коридоре, а не в дверях её комнаты.

Каждый шаг Микаэлы наводил на мысли о набегающих на пляж волнах, и даже в ушах стоял шорох прибоя… Или шумела кровь?

Мне даже говорить ничего не пришлось: выражение моего лица было красноречивее самых пылких признаний.

– Тебе правда нравится? – улыбнулась Микаэла, подхватывая меня под руку.

– Я сражён, – искренне ответил я. – Ты ослепительна и затмишь любую красотку на этой станции. А мне все будут завидовать и гадать, где я нашёл такое сокровище.