Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Соавторы: Анна Гурова,Алексей Вязовский,Станислав Кемпф,Михаил Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 176 (всего у книги 356 страниц)

Глава 32. Худший из шаманов

Нойда готовился к полету. Усыпанное звездами небо дышало осенним холодом, под ним шумели беспредельные леса, полные духов и чудищ.

И людей, которые порой хуже и тех, и других…

«Долго еще будешь собираться?» – насмешливо подал голос равк.

«Вархо, сгинь, – мысленно приказал нойда. – Сиди тихо, чтобы я тебя не слышал и не видел».

«А, к Кавраю собрался? Удачи…»

Нойда для надежности отложил колотушку подальше. Воздел на голову пернатую шаманскую шапку, почтительно коснулся висящей на груди железной птицы. С внутренним холодком подумал о кошеле на поясе.

Пустом вместилище, где больше не было огненного духа…

Сейчас он очень хорошо понимал Лишнего, который готов был утопиться с перепугу!

«О Луот… Я и сам предпочел бы кинуться в реку, чем признаваться Кавраю, как обошелся с доверенным мне сокровищем… Что я скажу Отцу шаманов? Что потерял кошель и его тут же кто-то раскупорил? Что душа, вверенная мне, по ошибке вселилась в тело любопытного недотепы?»

Нойда тяжело вздохнул. Хватит тянуть время!

Он достал словенский варган, прижал к зубам и заиграл, песней открывая путь в чертоги богов…

И вот подернулся рябью мир, начал терять привычные очертания… Звезды погасли, пространство затянуло белесым туманом, будто нойда поднялся в небеса и оказался среди быстро бегущих облаков…

«Странно, – мельком подумал он, – меня словно бы кто-то сбивает с пути… Что это за призраки? Какие назойливые… Чего им от меня надо? Пошли прочь!»

Нойда перестал играть и взмахнул рукой, разгоняя бледные тени. Обычно голодные духи разлетались от нойды, как от огня. Но эти, диво, не отставали. Наоборот, он начал слышать их голоса.

Они звали его по имени…

Нойда не сразу разобрал это имя, но потом у него шевельнулись волосы.

«Олешек! Услышь нас, Олешек!»

– Кто смеет называть меня детским именем? – низким голосом спросил нойда, впиваясь взглядом в обступившие тени. – Кто вы такие?

«Не узнаешь, старший брат? Уже забыл Сельгу?»

– Сестра?!

Все новые души возникали из тумана. Нойда узнавал их одну за другой. Сестра… тетка… дед… и другие, кого он даже не помнил. За время его изгнанничества успели вырасти дети. И не просто вырасти, но и уйти к предкам.

В глазах нойды вспыхнул давний гнев.

– Племя Лахтака? Неужто вы сами пришли ко мне? Зачем? Разве вы не изгнали меня? Разве не сказали: «Ты нам больше не родич»?!

«Мы давно пожалели об этом, старший брат… Мы заплатили жизнью за давнюю трусость…»

– Вот как, – пробормотал нойда. Злость и жалость мешались в его душе. – Значит, мое изгнание было неугодно богам. И что же теперь хочет от меня племя Лахтака?

«Прости нас… Прости наше малодушие…»

– Где мои отец с матерью? Где младшие сестры? Где брат?

«Все они остались кто где… Кто на санях среди незнакомой тундры… Кто в трясине, кто на дне морском…»

Нойда медленно перевел дыхание. Сердце неистово колотилось, но голос оставался спокойным.

– Зачем вы пришли?

«Помоги, старший брат! Отвергнутые богами, мы долгие годы блуждали в чужих землях, пока не оказались в Похъёле. Мы искали духовного водительства, а угодили в рабство. Нашим нойдой стал тун-кровопийца, владыка превращений… Он отдал наши жизни ради мести своим бывшим сородичам. И теперь мы – голодные духи, обреченные витать между мирами и мчаться на зов колдуна, задумавшего очередную неправду…»

– Подходящее посмертие для малодушных, – жестко усмехнулся нойда. – Где его искать, этого туна?

«Мы не знаем… Сейд Кумма утопил его в озере. Но кровопийца вернулся, сделавшись только сильнее…»

Нойда принял решение.

– Покажите мне место своей гибели! – крикнул он в белый туман.

Убрав варган, он коснулся птицы на груди, пробуждая ее. За спиной шамана раскинулись, наливаясь светом, огромные огненные крылья. Голодные духи шарахнулись от сияния, словно клочки пара, и стаей устремились прочь. Нойда неспешно полетел вслед за ними.

«Стало быть, Похъёла, – думал он, глядя, как леса внизу теряют четкость очертаний и превращаются в водные просторы. – Куда отправляются после смерти туны? Их врата в Нижний мир – черная прорубь в вечных льдах… Значит, там, у врат Хорна, я его и найду… Надо же, чародей-тун! С такими я еще не сталкивался…»

Взгляд нойды скользил по поверхности волн. Где же льды? Где промоина, за которой плещет Нижнее море? Где белая косатка, охраняющая врата?

«Я снова сбился с пути, – с удивлением понял нойда. – Или птица ведет меня куда-то по своему разумению? Ладно, поглядим…»

Решив довериться проводнику, он раскинул крылья и перестал противиться ветру.

Вскоре внизу показался берег. Подобные места нойда видал в первые дни своего изгнанничества и предпочел бы никогда не возвращаться туда. Бесконечно унылая тундра – ни сопки, ни деревца, лишь кочковатое болото до самого края небес…

«Да это же Долина Отчаяния! Но почему… Ах, вот оно что…»

Совиным взором птицы нойда разглядел среди тундры остроконечную вежу, стадо оленей и их пастуха.

«И впрямь тун. Старик с Вечного Льда… Он, похоже, на кого-то охотится… Та-ак, ясно! Заманил неопытного шамана и собрался им пообедать…»

Глупый юнец как раз вышел из вежи, огляделся… Он явно не понимал, куда его занесло.

«Да это девка! – ужаснулся нойда. – Куда лезет? Сама не видит, что с туном ей не сладить?»

Юная шаманка выглядела сущим ребенком. Никакой защиты, сайво совсем слабые… Зато на белобрысой голове – великий венец, съехавший на один глаз. Будто что-то почуяв, девка подняла голову и взглянула в небо…

– Сирри?!

Нойда яростно взмахнул крыльями, сам едва не ослепнув от их сияния, и хищной птицей ринулся на старого туна…

* * *

Когда нойда открыл глаза, над мещёрскими лесами вставало солнце. Он лежал на росистой траве и сам вымок насквозь, но на душе было спокойно и радостно.

Он победил колдуна, загубившего остатки рода Лахтака.

Он помог своему бывшему племени и примирился с ним.

Он спас девчонку…

…В первый миг ему в самом деле померещились синие очи погибшей невесты. Саами тотчас понял, что обознался. Это блеснули – и сразу погасли, будто спрятались, – синие камушки на великой короне.

А жертвой чародея-туна оказалась незнакомая девка-сихиртя. Дурочка так смешно сердилась на него за спасение! Что-то орала про душу, которую ей непременно надо было вернуть… Не понимала: еще чуть, и сама лишилась бы души, к тому же ввергшись в очень скверное посмертие…

Нойда улыбнулся, вытягиваясь на траве. Забавный несмышленыш… Сердитый птенец…

Самонадеянная ученица какой-нибудь гейды, напялившая чужую корону, в которой даже и духа-то нет! Вот бестолковая. Зачем полезла в Нижний мир? И кто только надоумил?

«Она даже не поняла, что я ее спас, – думал нойда. – Чуть вежу не разнесла. Сейчас небось кроет меня на все корки…»

Он усмехнулся, вспомнив пастуха Мороку и его чудесную дудку.

«Пытаешься помочь, а в отплату получаешь проклятия. Да еще убить норовят…»

Нойда зевнул и сел, оглядываясь. Надо идти в деревню. Наверняка Лишний уже проснулся. А то и не спал, а где-нибудь сторожит старшего брата тут поблизости – с него станется.

Нежата, к удивлению Безымянного, позвал обоих названых братьев с собой в Новый город. Нойда подумывал принять приглашение. Ему хотелось кое-что проверить. Уж очень диковинно начал меняться Лишний после того, как в него вселился огненный дух. Но прежде надо все-таки воззвать к Кавраю…

Что-то не давало покоя нойде. Белобрысая девка-сихиртя не выходила из памяти. Почему?

Тот первый взгляд, когда нойда в сиянии огненных крыльев только появился над тундрой. Восторженный, доверчивый взгляд…

Где-то он уже видел подобный взгляд…

И тут нойда вспомнил где. Его перекосило. Лицо застыло, сердце сковало льдом.

Сирри, точно так же глядевшая на ученика шамана тем вечером, когда он вернулся домой. А он, готовый пройти обряд, сидел на почетном месте, раздуваясь от важности, греясь в лучах всеобщего любования. Такой же дурак, как маленькая сихиртя, спасенная от алчности мертвого колдуна!

Его самого в тот далекий день спасти было некому.

Сирри… Небесная дева, духовная жена, путеводный огонь в тумане, что вел его через годы одиночества…

«А на самом деле – просто девочка, не в добрый час вышедшая на берег… Попалась морской твари и погибла – так же, как погибла бы и эта юная гейда…»

Горестные мысли одолевали шамана.

«А может, и нет никакой небесной Сирри? Жены-призрака, которую я ищу столько лет? Может, я ее просто выдумал, чтобы жизнь не казалась такой пустой и безнадежной?»

Нойда поймал себя на том, что злится из-за этих мыслей на девчонку-гейду, и грустно усмехнулся.

Злиться следовало только на себя.

* * *

Много дней спустя Кайя, вялая и равнодушная ко всему, лежала в одиночестве под медвежьей шкурой в жилище Ютси.

После того как туны сообщили Кайе о смерти Анки, ею овладело полное безразличие. Будто все ее силы были истрачены на отчаянную попытку возвращения его души. А теперь и тело его отправилось в последний полет, и душа неведомо где…

«Мы похоронили его над морем, – тихим голосом рассказывала Тиниль. – У рода Кивутар есть волшебная сеть, некогда сплетенная самой праматерью Лоухи. Если тун не может сам отправиться в последний полет на север, мы кладем его в эту сеть. В когти даем горшок с путевой пищей, поднимаем сеть и летим к морю. Все выше, все дальше, не оглядываясь… В какой-то миг мы чувствуем, что сеть стала легкой… Тогда мы возвращаемся домой…»

И вот теперь снаружи выли зимние вьюги, и снегу навалило столько, что в нем надо было копать ходы… А Кайя все лежала под шкурой и молчала. И думала.

Кто виноват в смерти Анки?

«Конечно, прежде всего я, – думала Кайя. – Затем Яннэ: стоило ей предостеречь меня, и я бы ни за что не обняла Анку тогда, возле материнской пещеры… А остальные туны? Они ведь тоже знали про его обет и молчали… И проклятое племя, устроившее ловушку… И мертвый сейд, выпустивший огненную стрелу…»

Однако мертвый сейд уже заплатил за свое преступление – и жизнью, и посмертной участью.

Проклятое племя тоже мертво.

И она сама, и Яннэ, и туны тоже наказаны худшей карой – потерей любимого…

Лишь один виновный в гибели ее мужа ушел безнаказанным. Неизвестный нойда, не давший ей забрать душу Анки из сумки уже поверженного врага!

«Если бы не он, Анка остался бы жив!» – думала Кайя, стискивая зубы.

Кто это был? Зачем вмешался?

Облик неизвестного нойды накрепко врезался в память. Шаманское облачение не помешало ей многое рассмотреть и запомнить.

«Он – саами. Говорит на наречии, близком языку проклятых. Глаза – светлые, слишком светлые… Ликом молод и пригож, но говорит и смотрит, будто старик… И косы седые…»

Две узкие седые косы, лежащие на груди, одна чуть короче другой…

Кайя вдруг подскочила, натянула одежду и вынырнула наружу. В лицо сразу ударила колючая снежная крошка.

– Ты куда, Кайя? – спросила Ютси, чистившая рыбу неподалеку от вежи.

– Я так, по нужде…

Но сама, обойдя кругом вежу карелки, шмыгнула в жилище Куммы. Ей немедля надо было кое-что проверить.

Короб с короной лежал, где всегда. Бесполезной, слепой короной, в которой больше не было могучего морского духа. Это подтвердил и Кумма. К нему давно вернулось зрение, но и духовными очами он не смог увидеть в великом венце былой силы.

И вот сейчас Кайя открыла короб, вытащила корону, отложила ее в сторону, как пустой горшок, и засунула в короб руку по плечо, до самого дна.

– Ага! – прошептала она, когда пальцы нашарили искомое.

Это был клок седых волос, что когда-то принесла с собой Кэрр из полета на птичьих крыльях.

Кайя разгладила волосы на ладони, задумчиво рассматривая их. Потом резко сжала кулак.

– Это был ты, – выдохнула она. – Ты!

Она вернулась в вежу Ютси и бросила клок в огонь, от души надеясь, что их бывший хозяин сейчас так же корчится от боли, как его волосы в пламени.

Той же ночью Кайе приснился сон. Знакомый голос вкрадчиво произнес:

«Слышишь меня, юная гейда?»

Кайя распахнула глаза. Взгляд невольно обежал темное душное пространство зимней вежи. Хотя она знала, что великой короны тут нет, но ей отчетливо почудился взгляд синих глаз.

– А, вернулась, трусиха?! – прошипела она. – Ты едва не погубила меня в Нижнем мире! Из-за тебя погиб мой муж, и я не прощу тебе этого!

«Не из-за меня…» – прошелестел далекий голос.

– А из-за кого?!

«Мне пришлось бежать, чтобы спасти себя… Далеко, в самые темные бездны Донной страны, к самым корням земли, куда не может добраться ни один шаман, пока он жив… Даже такой…»

– Какой?

«Знаешь ли, кто был твой противник? Тот самый шаман, что однажды уже убил меня».

– Я так и думала, – глухим голосом сказала Кайя, садясь в постели.

Безымянный нойда! Поди позабудь!

«Есть лишь один шаман сильнее меня… – всплыли в памяти слова отца. – Изгнанник без имени и рода… Ходят слухи, что он вызывал на битву богов…»

«Худший из шаманов Змеева моря, – так говорила Кэрр Зимняя Буря. – Убийца Бабушки! Он ненавидит всех женщин, особенно шаманок…»

Сгусток страшной силы, не знающий жалости, губящий всех, кого коснется…

– Да, это был он, – проговорила Кайя. – Он не дал мне забрать сумку с душой Анки! Из-за него я теперь вдова! Скажи, Сила Моря, зачем он явился? Почему встрял?

«Он давно на меня охотится. Вот и пришел с полночи по моему следу… Я едва успела покинуть железо… К счастью, он был занят пернатым дураком и не заметил меня…»

– Мы найдем его, – пообещала Кайя. – Пусть попытается еще раз до тебя добраться… и уж мы отомстим.

* * *

С того дня Кайя пошла на поправку. Она начала охотно есть, ее уже не требовалось уговаривать. Она выходила из вежи, вдыхала колючий мороз и провожала глазами бледный отсвет зимнего солнца.

– К ней вернулась воля к жизни! – радовались саами из рода Куммы.

Сам Кумма смотрел настороженно. Он видел, как сильно изменилась его правнучка после возвращения из Нижнего мира, и боялся за нее куда сильнее, чем желал показать. Казалось, она оставила в мире мертвых часть своей души…

А еще ее глаза начали понемногу менять цвет. Кумма такое уже видал и в другое время порадовался бы за юную гейду, – но сейчас синеватый блеск в ее глазах пугал его.

Кумма был по рождению куда ближе к богам, чем к людям, но в такие дни жалел, что он не шаман. Ибо возвращать души – дело шаманов.

Однажды в стойбище прилетели туны во главе с Яннэ – проведать Кайю. Они собрались кружком вокруг нее, сидящей на нартах возле вежи, и принялись вести тихие разговоры с Куммой.

Кайя равнодушно слушала, как Кумма с ее слов пересказывает гостям историю неудачного полета в Нижний мир за душой мужа.

– Не верь! – резко бросила Яннэ, выслушав повесть о том, как мертвый сейд оказался туном. – Никто его на льдине не бросал! Белые туны – проклятый род Этэлетар с Вечного Льда, это коварные хищники, вечные враги матери Лоухи…

– Мне все равно, – безразлично сказала Кайя.

Яннэ печально поглядела на нее, но ничего не сказала.

Когда туны покинули стойбище, Кумма вернулся к правнучке и сказал:

– За одно я буду вечно благодарить богов, дитя. Нойда, который явился и спас тебя! Поистине его послала сама судьба! Ты ведь понимаешь, что это единственная причина, по которой ты жива? Он вытащил тебя прямо из пасти смерти…

– Из-за него погиб Анка, – проговорила Кайя.

– Не говори так! Анку привела к гибели его собственная судьба. А твоя судьба иная… Хотел бы я, однако, поглядеть на этого нойду! Могущественный, безжалостный и сострадательный… Я когда-то знавал такого. Не удивлюсь, если это именно он…

Кайя стиснула челюсти. Когда она слышала о Безымянном нойде, у нее мутилось в глазах от ненависти.

«Из-за него погибла Кэрр, а теперь он и мужа моего погубил! Ничего, я еще найду тебя… Мы найдем тебя»…

И Кайя вспоминала договор, который заключила с короной.

«Сила Моря, помоги отомстить Безымянному нойде! Я на все согласна! Сделаю все, что захочешь!»

«Отлично… Тогда, как поправишься, первым делом ступай к проклятым. Остатки племени, не ходившие в набег, все еще живут на берегу, где и прежде. Накажи их…»

«О, я накажу! Эти черви тоже виновны! Они заманили…»

«А потом подчини их себе. Им ведь все равно, кому подчиняться. Тебе нужно свое племя – иначе кем ты будешь кормить мстящих духов?»

«А потом что, Сила Моря?»

«Потом ты поведешь это племя на юг. Есть такое место – оно называется Соляные острова. Там ты встретишь того, чей клинок я отточила для мести…»

Словарик

Аклут – в мифологии северных народов сверхъестественная косатка, которая может принимать вид гигантского волка и охотиться на суше

Акка – почтительное обращение к пожилой женщине

Альдейга – древний город и крепость Ладога на Ладожском озере

Арбуй – мерянский жрец

Бонд – свободный земледелец в древней Скандинавии

Бьярмия – известная в скандинавских сагах полумифическая страна на севере Европы. Ее соотносят с территорией современной Архангельской области

Вагуда – (арх.) музыкальный инструмент

Василевс – титул императора Византии

Вежа – конусообразное жилище северных народов, крытое березовой корой, землей и мхом

Велес (Лесной Батюшка, Хозяин Зверей, в темных обличьях – Хозяин Зимы и Ящер) – один из двух верховных богов у славян. Покровитель зверей, бог поэзии и колдовства

Венья – финно-угорское название народа словен

Вересковая Спина (лингбак) – морское чудовище из исландских саг, рыба-остров

Винья – одно из архаичных названий Северной Двины

Висшор (Вишера) – река в Новгородской области

Волозь-Шкай (Огненный Змей) – один из верховных богов у мерян, аналогичный славянскому Велесу

Волха (Ильха, Ратха) – реально существовавшие у разных народов названия реки Волги

Всеотец, Громовержец и Небесный Воин – соответственно, скандинавские боги Один, Тор и Тюр

Гардарики – древнескандинавское название Руси. Отсюда ее жители – гардцы

Гейда – шаманка у саамов

Гусиная дорога – Млечный путь

Даритель Душ, Отец Душ – эпитет Радиэна, одного из главных богов у саамов

Драуг – в скандинавской мифологии – восставший мертвец, обладающий магической силой

Древо Душ – мистическое мировое дерево в шаманизме, на котором созревают нерожденные души, прежде чем воплотиться на земле

Дышащее, или Полуночное море – Северный Ледовитый океан. Дышащим его называли из-за больших приливов и отливов

Дренг – младший дружинник в древней Скандинавии

Едун – (арх.) темный колдун

Заветерь – бухта

Змеево море – Белое море. Скандинавы называли его Гандвик – залив Чудовищ

Изоряне – ижора, древний малочисленный народ, проживающий в Ленинградской области

Ильмере – озеро Ильмень. Кстати, всякое большое озеро на древней Руси звалось морем

Индрик – сказочный зверь у славян. Якобы живет под землей, роет ходы, а если покажется на солнце, то каменеет. Кости мамонтов часто считали окаменевшими останками индрика

Йоль – праздник середины зимы у германцев и скандинавов, приуроченный к зимнему солнцестоянию. Длится двенадцать дней

Йомсвикинги (йомсы) – вольное братство викингов с базой в городе Йомсборг, реально существовавшее в раннем средневековье. Йомсвикинги имели репутацию морских разбойников, также их использовали как наемников

Йотун – в скандинавской мифологии великан, обитатель Йотунхейма

Каврай (Отец Колдовства, Отец Шаманов, Отец Чар) – бог колдовства и покровитель шаманов у саамов

Каньги – саамская низкая остроносая обувь

Кеннинг – разновидность метафоры в скальдической поэзии

Керёжа – саамские санки без полозьев в форме лодки. В книге это слово означает именно лодку

Конунг – верховный правитель в древней Скандинавии

Кугыз – старейшина у мещёр

Медвежий Угор – по преданию, название Медвежий Угол носило место, на котором позднее появился город Ярославль. В книге оно является крупнейшим святилищем Велеса, каким, по многим данным, и в самом деле было

Меря, меряне – ныне ассимилированный финно-угорский народ, проживавший на северо-западе Руси

Мещёры – упоминаемое в летописях, ныне исчезнувшее финно-угорское племя, соседи мерян

Морской ярл – знатный человек в древней Скандинавии, у которого имеется корабль и хирд, но, в отличие от настоящего ярла, не владеющий землей

Моховая Матушка – под этим именем в книге выведена саамская богиня Маддер-Акка

Мутная (совр. Волхов) – река на северо-западе России. Ее течение иногда само собой поворачивается в обратную сторону

Науз – (арх.) артефакт, магический предмет

Небесный град – в скандинавской мифологии Асгард, обиталище асов (богов)

Нево – старинное название Ладожского озера

Неименуемый – хазарин Кофа подразумевает бога Яхве. Что не мешает ему верить в дэвов.

Ненасыть (арх). – хищник, живоглот

Неро – на озере Неро и ныне находится город Ростов Великий. В дохристианские времена эти земли были населены мерянами

Ноатун (Корабельный Двор) – подводный дворец морского бога Ньорда

Новый город, новогородцы, Новогородская земля – изначально именно так назывался Новгород Великий, один из самых древних и важных славянских городов на Северо-Западе Руси.

Нойда – «добрый помощник», шаман у саамов

Нордлинги – «северяне», одно из названий древних скандинавов

Ньорд – у скандинавов бог, происходящий из ванов, владыка моря, ветра и плодородия

Ньярга – саамское название мыса Норд-Кап, самой северной точки Европы

Оржавень – мертвое болото с ржавыми пятнами от железной руды на поверхности

Перун (Громовик, Молниерукий, Золотые Рога) – верховный бог у славян, бог грозы, покровитель воинов

Печоры – еще одно название чуди белоглазой, или сихиртя – полумифического малого народа, обитавшего в холмах

Полуночник, зорянка – различные виды морского ветра у поморов

Похъёла – суровая северная страна, упоминаемая в карело-финской мифологии

Первородный Змей (Предвечный Змей, Великий Змей) – хтоническое божество, мировой змей – повелитель моря и отец хаоса

Равк – у саамов вампир-чародей, перерожденный темный колдун

Ран (Госпожа Бури, Разрушительница, Мать Волн и т. д.) – у скандинавов богиня моря, насылающая бурю. Изображается с сетью, которой ловит души утопленников. Погибшие в море воины после смерти идут к ней в гребцы

Сайво – дух-помощник у саамского шамана

Саххко – саамская настольная игра

Сейд – у саамов – волшебный «летучий» камень, обиталище духа. Существует также понятие «сейд» как практика колдовства, близкая к шаманской

Сихиртя – полулегендарное племя, отождествляемое с чудью белоглазой из северных легенд. Сихиртя жили в землянках, отличались малым ростом, очень светлыми глазами. Считались очень умелыми литейщиками и колдунами

Скальд – певец, часто заклинатель, у скандинавов

Следь – призрак-двойник в облике человеческой тени. Является людям в миг серьезной опасности, как последнее предупреждение. Возможно, славянский аналог скандинавской фюльгьи

Суряне – северный народ, вымышленные предки коми-зырян

Тинг – древнескандинавское народное собрание, состоящее из свободных мужчин области или страны

Трэль – раб у древних скандинавов

Туны – вымышленный народ людей-птиц. Лоухи – богиня и верховная правительница тунов, – один из главных персонажей «Калевалы»

Укко – «старец», почтительное обращение к старшему

Ушкуйники – участники новгородских военных походов в раннем средневековье, пираты и первопроходцы

Финнмарк – скандинавское название северной части Норвегии

Фюльгья – скандинавской мифологии дух-хранитель, незримо сопровождающий человека на протяжении жизни и провожающий его душу на тот свет. В момент серьезной опасности фюльгья становится видимой

Харпа – собирательное название для струнных инструментов в древней Скандинавии

Хельхейм – царство мертвых, где правит богиня Хель

Херг – каменный жертвенник в древней Скандинавии

Хёвдинг – вождь в древней Скандинавии

Хирд – дружина у древних скандинавов

Хольмгард – древнескандинавское название Новгорода

Чакли – зловредные подземные карлики в саамской мифологии

Чудь – а) обиходное общее название финно-угорских народов б) сказочное племя, ушедшее под землю или живущее под землей. Часто отождествляется с полулегендарным народом сихиртя

Эгир – в скандинавской мифологии йотун – олицетворение щедрого моря

Ябме-акка – богиня смерти у саамов