Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Соавторы: Анна Гурова,Алексей Вязовский,Станислав Кемпф,Михаил Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 58 (всего у книги 356 страниц)

Ещё четыре боя Винс продержался на чистом упрямстве. не желая первым выходить из цепочки сражений и прерывать линию побед. Пока на двадцать пятом поединке «Старскрим» не перестал вдруг сопротивляться. Измолотив его как следует, Винсент дождался подтверждения победы, пошатываясь, вылез из капсулы – и обнаружил, что помещение заполнено «волками», которые аккуратно вытаскивали из капсулы обмякшее тело Кассиана.

Не могло быть и речи о том, чтобы осуществить свою месть – Винсент устал настолько, что его сейчас можно было сбить с ног, просто ткнув пальцем, не говоря уж о том, чтобы драться со всей «стаей».

Оставалось тешить себя надеждой, что этот боевой марафон обошёлся наглецу ещё дороже, и ему придётся хотя бы поваляться в медблоке. Но надеждам Винсента не было суждено осуществиться: сквозь негромкие голоса уносящих своего лидера «волков» донёсся отчётливый всхрап.

Мерзавец просто спал!

Микаэла сверилась с инженерным планшетом, что-то туда записала и подытожила:

– Пожалуй, этого хватит.

Глава 8

За поединками мы с Люциусом следили из его кабинета, попивая весьма недурственное вино и закусывая его попкорном. И, конечно, обсуждая девушек.

– Вау… – хрустнул лакомством Магнус, разглядывая разгромленный мобильный доспех Елизаветы Романовой. – Это было… брутально.

– Я предупреждал, – скучающе протянул я. – Это было ожидаемо.

Как и первое поражение Комарова. И второе, третье…

– Хм… кажется он увлёкся, – заметил я, когда счёт перевалил за десяток.

– А он не забыл, что у нас встреча? – спросил Люциус.

– Теперь забыл, – вздохнул я, наблюдая, как Кассиан прибегнул к запретному допингу. – Поставь на запись.

Я написал краткое сообщение Лите, что жду их позже, когда «москит» очнётся и будет в более вменяемом состоянии.

– Давно хотел спросить, но всё как-то не было случая, – начал я. – Слушай, а всё-таки – почему Екатерина Орлова? Почему не Снежана Медведева? Ты же легко мог раскатать Винсента в блинчик с короной и освободить от него подругу детства?

По губам Люциуса скользнула лёгкая улыбка.

– Вот именно что подругу детства, – отозвался он. – Ты Снежку знаешь всего ничего, и какой она раньше была, не видел. А я с ней вырос, считай.

– Такая большая разница? – я приподнял бровь.

– Если бы она и сейчас была такой, как в детстве, её позывным был бы «Электрон», – хмыкнул Магнус. – Она минуты спокойно не могла сидеть, ей вечно надо было что-то затевать, носиться, придумывать всякие сложные игры… Меня это несколько утомляло. Так что я лучше сдружился с куда более спокойной Екатериной.

Я кивнул. Сложно было представить мою ледяную принцессу непоседой со штопором в аккуратной попке.

– Это она после смерти матери так изменилась? – задал я пришедший в голову вопрос.

Теперь кивнул Люциус.

– Она замкнулась в себе и никого не подпускала на расстояние вытянутой руки. Тоже не способствует душевному сближению… Ты вообще первый, кого она не пытается заморозить насмерть на месте.

Он качнул бокалом и сменил тему.

– А теперь поговорим о делах насущных. Интересный был состав собрания. Получается, что «Звёздные Волки» из той же занимательной компашки, что ты и Ведьмы? Осколки «Ковчега», что решили вернуться?

Люциус Магнус наглядно демонстрировал, что не просто так заслужил своё положение в Академии.

– Не все, – внёс я поправку. – Кассиан и Лита новое поколение, но они отличаются от меня и Салем.

– Ясно, что ничего не ясно. А что насчёт твоего гарема? – полюбопытствовал Люциус.

– Им более чем достаточно новости, кто я такой, – отозвался я.

– Но не что ты такое, – возразил он.

Я молча поднял бокал. Туше.

– Итак… – намекнул Люциус, что ожидает ответа.

– Только имей в виду, что произошедшее тогда для меня тоже имеет формат пересказа Одина и остальных выживших, – предупредил я. – Ковчег не просто упал в район южного полюса Марса. Да, мы спрятались там, но уже совсем недавно, когда совершили обратный прыжок.

И если подытожить факты, то время варп-прыжка мы столкнулись с кораблём пришельцев. Столкнулись в прямом смысле, хотя в отношении варпа стандартная физика нервно курит в сторонке.

– Но разве вероятность подобного не крайне мала? – нахмурился Магнус.

– Вот, – протянул я с довольной усмешкой. – Подозрительно, верно? Но обо всем по порядку. Корабли и их содержимое… перемешало. Сотни колонистов погибли сразу, превратившись в фарш. Ещё сотни превратились в… нечто.

Перед глазами вставало мрачное лицо Лорда, который принимал участие в зачистке. Убивать бывших друзей, коллег, товарищей, в которых не осталось ничего человеческого, было тем ещё испытанием. К счастью или сожалению, людьми мы уже не были.

– Пришельцы представляют собой симбиотическую форму жизни, – продолжил я свой рассказ. – Есть некоторые теории, что они существуют аж на уровне квантов. Жидкий квази-кристалл, несущий определённую форму-функцию, и выполняющий её исключительно хорошо. И вместе они образуют нужный для выживания механизм. Условно говоря, кто-то принимает форму корабля, кто-то берёт на себя функции орудий, кто-то становится истребителем или мехом – и все действуют согласованно, как одно целое.

– То есть в задаче… – начал Люциус, но замолчал, поражённый собственной догадкой.

– Да, разработчики попытались имитировать содержимое корабля, чтобы дать человечеству хоть каплю понимания, с чем им придётся столкнуться.

– А после столкновения симбионты «столкнулись» с совершенно новым для них видом, – кивнул Магнус.

– И немедленно попытались соединиться с его представителями, – подтвердил я. – Ожившие компьютеры, сходящие с ума оружейные системы и механизмы. И люди… можно было бы назвать их зомби или мутантами… я предпочитаю термин «одержимый». Будто тело человека занимает что-то чужое, но столь же эволюционно сложное, как людской разум.

– Миленько, – блондин аж весь передёрнулся, представив картину, которая творилась в первые часы после столкновения «Ковчега». – А где во всем этом вы?

– Были десятки выживших, кому «повезло» получить себе уже кусочки пришельцев. Пришелец не захватывал контроль над телом, но в стремлении выжить, принести «пользу» в рамках выполнения своей функции сплетался с человеческим телом в нечто новое. Симбионт давал возможности, которые можно считать сверхъестественными.

Я вскинул руку и пальцы окутала паутинка молний.

– Так началась долгая и почти безнадёжная борьба выживших остатков экипажа Ковчегов с одержимыми за контроль над кораблём.

– Судя по тому, что вы здесь, они победили, – сделал логичный вывод Люциус.

– Верно. Это было первое поколение. Один «Лорд», Бэрил – матриарх ведьм, и ещё несколько фамилий. Но оставались ещё сотни людей в криокапсулах. Они были заражены частицами пришельцев, но оставались в виртуальном пространстве «Ковчега».

Я не упомянул это при девушках, но с внедрением симбионтов в сеть это место превратилось в натуральный ад. Многие просто сходили с ума.

– Мне же… «повезло» познакомиться с бортовым компьютером в почти целой форме. Он «изучал» меня, я изучал его. В теле Юлия Рюрика должен был остаться только один.

Я не стал упоминать чего мне это стоило. И скольким другим не «повезло» пережить эту встречу.

– Меня разморозили одним из последних. Уже тогда было понятно, что этот корабль только первая ласточка грядущего вторжения. Кроме этого, изучив данные, которые поступали из Солнечной системы, как человечество слабеет, раздираемое корпоративными интригами, а ещё другие странности, – я сделал паузу, как бы намекая умному студенту продолжить ответ.

– Координаты столкновения.

– Да. Нас должны были захватить. А это значит, что на Земле уже действуют другие одержимые. И вот я здесь, расследую одну из версий, указывающих, что один из одержимых расположился в Академии и живёт в своё удовольствие, попутно распространяя своё влияние среди детей влиятельных фамилий.

Люциус залпом допил содержимое бокала и поморщился.

– Нет, я конечно догадывался, когда увидел преображение твоего «Палача», что меня ждут те ещё сюрпризы… но вторжение пришельцев? К такому жизнь меня не готовила.

– Ну, по расчётам Департамента у человечества есть шансы, – я решил приободрить его. – Если встретим удар одним крепким кулаком. И во главе этой формации будут стоять мы.

– Типа тебя и Ведьм? Так что вы можете-то, кроме ярких фокусов с электричеством?

– Что ты чувствовал во время второй задачи? – спросил я.

Люциус прикрыл глаза, вспоминая.

– Что мне вообще всё по плечу. Что я самый умный, самый сильный, самый смелый, и все остальные такие же. Что я точно знаю, что мне нужно делать… и чувствую, что остальные знают тоже.

– Это одна из способностей симбионта управленческого типа – соединять всех в единую сеть. Как ты сам понял, с ней нам море по колено, – я улыбнулся.

– И надо понимать, что у пришельцев все тоже самое, только целое, – заметил Магнус.

– Умный мальчик, возьми с полки пирожок, – улыбка стала усмешкой.

– Тоже мне, дедушка нашёлся. А в Академии сёстры Салем что забыли?

– Им нужны подчинённые – фамильяры, как они их называют. Свои плюсы у фамильяров есть, но один минус перевешивает все блага – фамильяр теряет собственную личность. За него думает ведьма, и единственный смысл существования фамильяра – служить своей хозяйке.

Я с сожалением отставил пустой бокал, который вертел в пальцах.

– Так что моё первое предупреждение – не соглашайся. Я, конечно, запретил к тебе приставать, и на прямую конфронтацию они не пойдут, но сделать предложение обязательно попробуют. Ты гораздо важнее с собственной головой на плечах.

– Как приятно знать, что тебя ценят, – фыркнул Магнус. – Ладно, этих любительниц жрать чужие мозги ждёт облом. А что насчёт твоей собственной роли в Академии? Если бы тебе была нужна только охота на пришельца, ты бы только ею и занимался. Но как мы недавно видели, ты весьма активен и плодотворен. Отнял у Винса невесту и никому не отдаёшь. У папеньки Винса отжал серьёзный пакет акций. Подгребаешь под себя всё, что плохо лежит. Что хорошо лежит – кладёшь плохо и тоже подгребаешь. Значит, у тебя есть и какие-то другие цели?

– Возьми с полки два пирожка, – вздохнул я. – Да, поимка одержимого – не конечная цель. Он же не исчезнет просто так, он уже распространил в Академии свою власть и влияние, за ним придётся подчищать…

– И ты не единственный агент с симбионтом в пределах Солнечной системы, – покивал Люциус. – Речь шла о десятках и сотнях. И все действуют примерно одинаково, насколько я понимаю. Какова ваша конечная цель?

– Спасение человечества, разумеется, – я развёл руками. – Мы все объединены в одну организацию, назовём её, скажем, Департамент. Мы знаем, что впереди нас ждёт вторжение ксеносов. Люди не готовы к нему, они слишком разобщены, слишком поглощены борьбой за ресурсы и место повыше…

– И задача Департамента… – намекнул Магнус.

– Задача Департамента, как и века назад, в том, чтобы объединить человечество в один кулак, о который вторжение разобьётся. И если нам повезёт, больше никогда не повторится.

– А что потом? – спросил Люциус. – Когда вторжение будет отбито, что будет делать Департамент? Он же не отдаст полученную власть просто так. И нас будет ждать жизнь под властью пришельцев, объединённых с участниками Департамента.

Я хотел было ответить, но Люциус сделал жест, останавливающий возражения – он ещё не закончил.

– Почему ты вообще думаешь, что Департамент сможет отбить атаку ксеносов? Вы же одно целое с пришельцами. Откуда тебе знать, что ваши вторые половинки в самый ответственный момент не примут сторону своих и не вынудят вас обратиться против человечества?

Это был очень серьёзный вопрос. Два очень серьёзных вопроса.

– Я начну со второго вопроса, – я потянулся к пустому бокалу, подставил его Люциусу. – Налей ещё что ли… Если бы наши симбионты были на стороне «своих», они бы не позволили нам участвовать в уничтожении одержимых ещё там, на руинах «Ковчега». И моя миссия здесь не имела бы смысла – если бы мой симбионт был против охоты на одержимого, я бы здесь попросту не появился.

– Допустим, – в бокал потекла розовая струя дорогого вина. – А первый вопрос?

– В тебе говорит ксенофобия, – поставил я диагноз своему собеседнику. – Что лучше – какое-то время пребывать под управлением симбионтов, которые не посягают на свободу личности и в целом никак не мешают людям жить, или проиграть войну и гарантированно превратиться в мясные скафандры, которые пришельцы будут надевать, чтобы вкусить радостей жизни по полной и совершенно не интересуясь, что по этому поводу думают люди?

– В смысле – скафандры? – не понял Люциус.

– В прямом, – я отсалютовал ему бокалом. – Вот представь, что в тебя вселился некто, кому ты ничего не можешь противопоставить. И начал убивать, насиловать, упарываться наркотиками, творить любую дичь, которая даст яркие переживания и эмоции… А когда твоя тушка поизносилась в процессе – выкинул на свалку и надел новую, свеженькую.

– Бррррр… – блондин передёрнул плечами. – А третьего варианта, я так понимаю, нет…

– Как ты понимаешь, всё это я рассказываю не просто так, – заметил я. – Уже предупредил и ещё раз повторю: держись подальше от Винсента. Он недавно получил симбионта. С новыми возможностями он импульсивен и опасен. Не оставайся с ним наедине.

– Это и есть предупреждение? – навострил уши Люциус.

– Не совсем, – я покачал головой. – Теперь насчёт предполагаемой личности его «родителя». План такой…

* * *

Хвостики сердито сопели, но лезли в кокпит «Палача» Юлия, как Лиза теперь знала, Рюрика.

– Братик? – окликнула она, когда фонарь кокпита закрылся за ней.

– Привет, Лиза. Что случилось? – спросил АЛ.

– Я проиграла, – Лиза хлюпнула носом.

– Я знаю, – деликатно пояснил АЛ.

– Конечно, ты знаешь… ты ведь такой удивительный… – девушка вздохнула.

– Так зачем ты здесь, Лиза? – спросил виртуальный помощник.

– Ну… когда у меня были неудачи в школе, я всегда пряталась в капсуле виртуального тренажера, – начала она.

Голограмма мобильного доспеха выжидательно молчала.

– И выпускала пар в симуляторе, – шёпотом призналась Лиза. – Ну, после того как поплакала. Просто… родители – они меня, конечно, поддерживали, но они не могли всегда быть рядом. Работа и всё такое…

– Хочешь, я запущу симулятор, Титания? – спросил АЛ.

Лиза задумалась.

– Раньше – хотела бы, – вздохнула она. – А сейчас… не знаю. И плакать не хочется… я же теперь взрослая девочка… Юлий, конечно, предупреждал, Принц стал силён… но это как будто всё равно нечестно.

– Честных боев никогда не будет, – напомнил АЛ.

– Звучит не очень утешительно, – девушка насупилась.

– Хочешь, поглажу тебя по голове? – предложил АЛ.

Лиза представила себе это зрелище и прыснула:

– Боюсь, если мне погладит голову «Палач», меня раздавит.

– Я аккуратно, – пообещал АЛ.

Голограмма резко выросла в размерах и полупрозрачная рука меха провела ладонью по макушке. Лиза невольно ойкнула от будоражащих прикосновений – ей будто бы массировали голову паутинкой. И вместе с тем это было так нежно и ласково, словно Лизу гладила мама.

– Лучше? – в голосе виртуального помощника слышалась улыбка.

– Как ты это сделал? – не могла не задать вопрос Лиза, когда смогла кое-как соображать.

– Настоящий волшебник никогда не раскрывает своих секретов, – с той же улыбкой ответил АЛ.

Воцарилось недолгое, но такое уютное молчание, что его не хотелось прерывать. И всё же Лиза спросила:

– Братик… ты ведь не обычный виртуальный помощник? Ты мне скажешь, кто ты?

– Смотря зачем ты спрашиваешь, – АЛ уклонился от ответа.

– Я хочу победить Принца, – пояснила девушка. – А для этого мне надо тренироваться. Я подумала… если ты способен воссоздать тот старый симулятор, может быть, сможешь и Принца скопировать? Комаров вон сколько с ним матчей провёл, проанализировать записи – и должна получиться пристойная модель.

– Это очень хорошая идея, Титания, – признал АЛ.

Панели управления мобильного доспеха внезапно ожили, запуская виртуальную реальность.

– Что, уже сейчас? – удивилась Лиза, тем не менее хватаясь за джойстики управления.

Но представший перед ней мобильный доспех был не «Монархом».

– Это хорошая идея, но я позволил себе немного её улучшить, – продолжал тем временем АЛ. – Я нашёл более подходящего спарринг-партнёра. Одолеешь его – и Принц тебе не соперник.

– Кого? Кого я должна одолеть? – спросила Лиза, во все глаза глядя на открывшееся её взгляду зрелище.

Голограмма АЛа вытекла из кабины меха, оставаясь обращённой лицом к девушке, пролетела спиной вперёд и слилась с другим «Палачом», который стремительно покрывали блестящие чёрные потёки. Несколько мгновений – и Лиза увидела полностью чёрный «Палач».

– Меня.

Глава 9

Глубокой ночью, когда все дела были завершены, я сделал звонок по закрытому каналу в переговорной комнате. Лорд ответил не сразу, видимо, спал, но не высказал недовольства тем, что его подняли среди ночи. Знал, что я не стану беспокоить его по пустякам.

– Что-то случилось, мой князь? – спросил он, пытливо всматриваясь в моё лицо.

– Ещё нет, но скоро может произойти, – ответил я. – Моя охота почти завершена. Но мне нужна твоя помощь.

– Всё, что будет в моих силах, – Один тут же подобрался, готовый действовать. – Что от меня требуется?

– Твоё наследие, – этой фразой я отослал его к нашему разговору на станции «Розовый Дворец».

Лорд нахмурился.

– Но я пока не планировал отправлять его Кассиану, – сказал он с явным оттенком недоумения в голосе. – Он ещё не готов. Только когда он упрётся в потолок своих человеческих возможностей, усовершенствование будет иметь смысл.

– А это и не для него, – безмятежно отозвался я.

Он слегка наклонил голову по-птичьи, выражая одновременно удивление и внимание.

– Для Литы, – пояснил я.

– Но «Старскрим» только один, и Лита для него не подходит, – недоумённо сказал Лорд.

– И тем не менее ей тоже будет нужен один экземпляр. И чем быстрее, тем лучше.

– Я предполагал, что она останется простым человеком с обычными человеческими радостями, – возразил Один.

– Ковен вышел на неё и просто так не отстанет, – я вздохнул. – Это способ купировать его интерес к ней, иначе мы все можем однажды потерять её раз и навсегда. Что бы они ни использовали – естественный интерес ребёнка к родной матери, чувство ответственности за человечество, стремление подростка к героизму – рано или поздно они добьются своего. Если мы не вмешаемся и не предотвратим необратимые последствия.

– Но гарантии, что это поможет, нет, – Лорд пытливо смотрел на меня.

– Скажем так, – я слегка улыбнулся, – у меня есть основания считать, что ведьмы потерпят неудачу.

– Почему ты не используешь то, чем располагаешь сам? – спросил Один. – Если дело настолько неотложное, ты мог бы не ждать.

– Командир может быть только один, – напомнил я.

У Одина вырвался слабый вздох.

– Я доверяю вам, князь, – сказал он наконец. – Я сделаю то, что вы хотите. Курьерский шаттл отправится немедленно. Но окончательное решение должно остаться за Литой.

Я пожелал ему спокойной ночи и отправился к себе.

Отсыпаться.

* * *

Кассиан Комаров отоспался только к утру следующего дня, так что разговаривать с ним мне пришлось за завтраком.

– Я вчера немного увлёкся и забыл, что нам надо поговорить, – начал Кас.

– Я заметил, – хмыкнул я. – Но поговорить нам действительно надо. Есть одно неотложное дело.

Кассиан и Лита выжидательно уставились на меня. Даже жевать перестали.

Я поставил поднос на стол «москитов» и выразительно посмотрел на Ниму с Марой.

– Дамы, не оставите нас на минутку?

Девушки даже ухом не повели, вот что значит дисциплина и верность командиру.

– Лорд моего лорда не мой Лорд, – глубокомысленно заявила Нима.

– Что это за тема? – уточнил Кассиан.

– Ведьмовской шабаш.

Лита скорчила лицо, словно сожрала целый лимон, Кас вздохнул и посмотрел на пару, которой не стоило слушать неприятное.

– Нима, Мара, принесите десерт. Минут через… пять?

Я кивнул – времени хватит на краткий разговор.

– Ну… – закапризничала рыжая.

– С меня благодарность и поцелуй в щечку.

Девушек тут же смыло.

– Это касается тебя, Лита, – сообщил я, нацелившись вилкой на аппетитный кусочек. – Что ты думаешь о предложении сестёр Салем примкнуть к ним?

– Что никому не позволю использовать меня втёмную, – буркнула Ведьма. – Что за торги вокруг меня вы с ними устроили?

Я вздохнул. Просто не будет – но мне никто и не обещал лёгкой победы. Особенно после того, как сам же предупреждал держаться от сестричек Салем подальше.

– Никаких торгов. Я запретил им приближаться к моим друзьям. Они очень этим недовольны и пытаются обойти запрет.

Прожевав и проглотив мясо, я продолжил:

– Тем не менее в одном они правы. Полностью раскрыть свой потенциал ты сможешь только с ними.

– Почему это? – насупились оба.

Лите была неприятна мысль, что она не использует все свои возможности, хотя способна на что-то ещё, о чём не имеет представления. Кассиану не нравилась перспектива потерять своего заместителя.

– Потому что твоя мать – Матриарх Ковена, одна из самых сильных женщин в Солнечной системе. И то, как ведьмы вцепились в тебя, позволяет мне думать, что ты унаследовала от своей матери многие её качества. Они это чувствуют. Ты же помнишь, как ты себя чувствовала во время второго прохождения задачи Коба Яши Мару?

У Литы даже плечи расправились от одного только воспоминания. И глаза заблестели.

– Вот это – естественное для ведьмы состояние. Объединив сознания, они способны на такие вещи, о которых простым смертным приходится только мечтать.

– Они вдохновляют? – сообразила Лита, возвращаясь к прерванному завтраку.

– Не только. Они предвидят, что сделает противник. Могут усилить своих фамильяров, сделать быстрее, сильнее, умнее…

– А недостатки? – спросил Комаров.

– Ведьма теряет свою индивидуальность, – честно ответил я. – Она соединяется с сетью Ковена, роевым сознанием, очень похожим на сознание пчелиного роя или муравейника. Но навсегда перестаёт быть собой.

– И смысл тогда во всех этих преимуществах, если цена – потеря себя? – возразил Кас.

– А в чем смысл героического самопожертвования? Теряешь себя, но даёшь жить другим. Спроси любого генерала – пожертвует ли он одним солдатом, чтобы усилить тысячи? Сам мне скажи, Комаров – пожертвуешь ли ты собой, чтобы спасти ведомого?

Да, это была больная тема для «москитов», и я сознательно надавил на неё. Как второй лидер «Звёздных Волков» и комэск, Кас должен принимать тяжёлые решения.

– У нас есть план, как выбрать третий путь. Проект «Старскрим», – напомнил он.

– Так и у меня одна идея, как избежать этого ненужного самопожертвования, – испортить мне аппетит у него не получилось. – Сегодня я разговаривал с вашим отцом.

Лита застыла с недонесённой до рта вилкой.

– И что сказал Лорд? – вырвалось у них хором.

– Он согласился с моим планом. Скоро на станцию курьером прибудут два симбионта – по одному на каждого из вас. Это отпрыски симбионта Лорда, его наследие для избранных…

Взгляд Ведьмы стал очень внимательным. И холодным.

– Ты пытаешься подсластить пилюлю, Рю… Юлий. Для чего мне соглашаться на это?

Я положил вилку и начал загибать пальцы.

– Во-первых, симбионт отца не лишает своего носителя индивидуальности. Во-вторых, ты сможешь получить способности, присущие твоему отцу, и стать сильнее, чем ты есть сейчас. В-третьих, если ты решишь принять предложение ведьм и войти в сеть Ковена, это уже не сможет подавить твою индивидуальность – симбионт Лорда этому помешает. В-четвёртых, он заточен на работу с кластером, и симбионт Ковена займёт подчинённое положение, в то время как ты получишь все связанные с ним преимущества. В-пятых, ты усилишь Ковен и тем внесёшь куда более весомый вклад в грядущую борьбу за будущее человечества.

Я продемонстрировал ей получившийся кулак.

– Ты совершенно в этом уверен? – спросил Кас.

– В чём именно? – уточнил я.

– В том, что симбионт отца поможет ей сохранить себя.

– Уверен, – спокойно ответил я. – Вы все ощутили на себе, как действует Ковен на простых людей. Но как они действуют на носителей симбионтов? Мой собственный опыт говорит, что всё получится. Ксеносы не меняют свои функции, не теряют их, когда их объединяет сеть Ковена. То же самое относится и к носителям симбионтов. Если ты, Лита, примешь симбионт воина, ты останешься воином, даже войдя в Ковен… Кроме того, они не отстанут, пока не добьются своего. У Ковена много приманок, рано или поздно хоть одна да сработает так, как им нужно. И лучше, чтобы у тебя была защита на этот случай.

– Они говорили о том, что мать любит меня, – с неожиданной обидой произнесла Лита. – Но даже теперь, когда я знаю о ней, она не связалась со мной. Выходит, вне Ковена я ей не нужна? Только в его составе?

Я задумался. Как объяснить простому человеку, что один представитель Ковена – это весь Ковен?

– Но она связалась с тобой, – мягко ответил я. – Сёстры Салем говорят от её имени. Матриарх Бэрил – Ковен. Наши ведьмы – Ковен. И когда одна из них говорит с тобой – это всё равно что твоя мать.

– Для меня – не всё равно, – отрезала Лита.

– Тогда скажи им об этом, – предложил я. – Но сначала я на твоём месте всё-таки принял бы наследие твоего отца… Решение за тобой, – я вернулся к еде. – Ты имеешь полное право отказаться и от моего плана, и от предложения ведьм. Или согласиться на то и другое. Или на что-то одно.

– Мне нужно подумать, – ответила Лита. – Очень серьёзно подумать.

Она сделала знак Маре и Ниме вернуться за столик, те мигом оказались в нашей компании.

– Всё, вы уже насекретничались? – прощебетала Нима. – О чём был разговор? Ну, рассказывайте, не томите, мы никому не проболтаемся! Или дайте я сама угадаю… Юлий, ты влюбился в Литу? Да? И просил её руки у Каса?

Поперхнулись сразу все.

– Ты бы ещё Винсента ей сосватала, – укоризненно проговорил Кас.

– Кстати, – встряла Мара, – а где Винс? Его что-то нигде не видно со вчерашнего вечера…

Действительно…

«АЛ?»

Винсент от усталости едва дотащил ноги до своих новых апартаментов. Координаты ему скинул секретарь. Сквозь усталость пробивалось чувство гордости: три десятка боёв! И все окончены победой, трудной, выстраданной, но несомненной! Это была самая длинная серия побед в боях мобильных доспехов! Торжество омрачалось только одним фактом: все эти победы были достигнуты боями в виртуальной реальности. Они никак не влияли на положение в рейтинге.

И ни на шаг не приближали его к Юлию, который занимал его, Винсента, законное место!

С этой мыслью Винс заснул – и с ней проснулся, разбуженный звонком от Феликса.

– Отдохнул, чемпион? – послышался в динамике возмутительно бодрый голос лидера тяжёлой пехоты. – Ловко ты раскатал этого выскочку-«москита»! Предлагаю отметить твою победу.

«Но у меня же занятия», – хотел было ответить Винсент, однако изнутри поднималась, перебивая раздражение, волна нетерпеливого предвкушения: ему хотелось новых впечатлений, развлечений, удовольствий. И кто мог запретить ему прогулять один день? А может, и не один…

– На том же месте? – спросил он, отбрасывая одеяло и поднимаясь на ноги.

– На том же месте, – ответил Феликс и сбросил вызов.

Тело отозвалось лёгкой ломотой – усталость ещё не отпустила, но кровь уже быстрее побежала по жилам: Винсента ожидал праздник жизни, какого он не мог позволить себе, пока отец был жив. Он должен был соответствовать своему положению наследника, постоянно доказывать, что достоин этого звания, и всё равно не мог угодить покойному королю с его требованиями. Зато теперь никто не мог указывать Винсенту, что ему делать. Что бы он ни сделал – это будет воля короля, а она священна.

Вот только верхушка топа пока не осознала, что воле короля нельзя перечить…

– Нет, ты представляешь, – кипятился Винсент, сжимая высокий бокал с дорогим вином, – ни одна сволочь не согласилась! Как они не понимают, что я король⁈ Я занимал это место с самого поступления в Академию! Оно моё по праву! Они обязаны принять мой вызов и пропустить меня в первую десятку, чтобы я мог бросить вызов Юлию!

– Они не хотят терять свои нагретые места в десятке, – Феликс подлил вина в бокал, выжал в него янтарную капсулу, взятую из небольшой коробочки.

– Так они и не потеряют… Эй, что это такое? – насторожился Винс.

Феликс взял вторую капсулу, повторил процедуру со своим напитком.

– Попробуй, – подмигнул он королю, – тебе понравится. Рассчитано на аристо, простая дурь нас не берёт, ты же знаешь…

И первым отхлебнул глоток. Поколебавшись, Винсент присоединился к нему.

Волну лёгкого головокружения он едва ощутил, и это чувство тут же схлынуло, уступая место необыкновенной ясности ума, силе и остроте восприятия, словно до этого мгновения Винс видел весь мир сквозь мутное стекло, а теперь эту преграду убрали.

По звонку Феликса в номере появились полуобнажённые девушки, готовые служить знатным господам, и Винсент с готовностью допил вино с наркотиком, чтобы предаться новому удовольствию. Он не пожалел – ещё ни разу близость не доставляла ему такого наслаждения…

Час спустя красотки покинули номер. Утомлённый, но словно рождённый заново, король Гарсия обнаружил, что взахлёб рассказывает своему собеседнику, как он поступит с теми, кто не желает пропускать его к вершинам рейтинга:

– … я просто отловлю их по одному. Мне достаточно будет только пальцами щёлкнуть, чтобы упрямец отправился на тот свет. Место освободится, и тогда я повторю вызовы. Не согласятся – прикончу ещё одного. И так будет, пока я не получу своё. Никто не смеет мешать мне! Я король!

– Боюсь, эпидемия смертей в верхушке топа привлечёт к тебе ненужное внимание, – заметил Феликс. – Твоё возмущение понятно, но нужно действовать осмотрительнее.

– Осмотрительность для трусов! – горячился Винсент. – К тому же, никто ничего не сможет доказать! Не заподозрил же никто, какую роль я сыграл в смене власти…

– Я рад, что у тебя хватило решимости развязать себе руки, – Феликс отсалютовал бокалом. – Но твои враги не они. Твой враг – Юлий Марс. Именно его тебе следует отловить и решить эту проблему раз и навсегда.

– Я так и сделаю. Хоть прямо сейчас… – Винсент сел на кровати, потянулся за сброшенной одеждой, но был остановлен Феликсом:

– Подожди… У меня есть план…

Прибытие прототипов новых МД и МПД в Академию стало целым событием. Новость о том, что прямо сейчас в ангаре разгружают модули с новинками, облетела все факультеты, и занятия оказались сорваны. Пилоты мобильных доспехов и тяжёлая штурмовая пехота, затаив дыхание, наблюдали, как под бдительным присмотром Михалыча драгоценный груз выкатывается из трюма, распределяется по электрокарам и катится в эллинги. За транспортировщиками увязались целые процессии – все хотели видеть новые боевые модели, тем более что они были созданы студенткой Академии. Преподавателям оставалось смириться и присоединиться к своим взбудораженным ученикам.