Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Соавторы: Анна Гурова,Алексей Вязовский,Станислав Кемпф,Михаил Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 271 (всего у книги 356 страниц)

Глава 21

– Ризант, как же приятно наконец-таки встретиться с тобой лично! Ты уж прости за мой будничный внешний вид, но я полагал, что нам предстоит по-семейному неформальная встреча.

Тучный господин в просторной рубашке, которой вполне можно было бы накрыть целый диван, и расшитой безрукавке добродушно развел руки в стороны, предлагая обняться.

– Взаимно, экселенс Бердал! Признаться, мне немного стыдно, что знакомство с дражайшими свёкрами Веды произошло только сейчас. Я и помыслить не мог, что управление родом отнимает столько времени!

Глава семьи Эсим по-свойски сжал меня в медвежьих объятиях и гулко расхохотался:

– Ох-хо-хо, мальчик мой, то ли еще будет! Но я верю, что ты справишься! Слышал, ты весьма хватко взялся решать финансовые проблемы своего дома? О твоем необычном магазинчике гуляет очень много пересудов в высшем свете. Прибыльное дельце?

– О, да, экселенс. Более чем.

– Ой, брось ты эти церемонии, терпеть их не могу! Зови меня просто Бердал! – громогласно объявил толстяк. – В общем, если возникнут какие проблемы, то всегда можешь обращаться к нам!

– Я приму к сведению, – вежливо кивнул я.

– Что ж, ты проходи-проходи, слуги уже накрыли стол. Вся семья с нетерпением ожидает твоего прибытия!

Мужчина сопроводил меня в просторный и светлый зал, где за длинным столом собралось никак не меньше двух десятков человек. Но я не запомнил их лиц, потому что взгляд мой зацепился за миловидную мордашку Веды, да так и сдвинулся больше. Как же долго мы с ней не виделись…

– Ри-и-и-из! Ты все-таки пришел! – ультразвуком резанул по ушам девичий визг.

А уже через секунду на меня словно хищник из засады бросилась сестрица. Она обхватила мою шею и прижалась, не прекращая радостно верещать. А я обнял девушку за талию и закружился вместе с ней, всецело поддерживая веселье.

– Боги, как же я рада тебя видеть, братец! Я знала! Знала, что ты не погиб!

– Я давно пытался навестить тебя, но никак не получалось застать в городе, – прошептал я Веде на ухо.

– Я знаю, читала в твоих письмах. Ой, на нас же все смотрят…

Опомнившись, барышня отпустила меня, но тут же взяла под локоть. На лицах ее новой семьи, наблюдавшей эту сцену, показались легкие чуть смущенные улыбки. Однако с виду никто нас вроде не осудил за такое яркое проявление чувств, недостойное дворян.

– Ризант, позволь тебе представить почтенный род нор Эсим. Это наш уважаемый и всеми любимый глава Бердал нор Эсим. Это его старший сын и мой супруг Гаэнар нор Эсим. Это наша добрая матушка Оттеда нор Эсим…

Девица провела меня вдоль накрытого стола, представляя каждого человека. Я степенно кивал и улыбался, а мне улыбались в ответ. Потом меня усадили на почетное место по правую руку от отца семейства, подвинув наследника со свекровью. А сама Веда расположилась напротив, рядом с чьей-то там двоюродной сестрой, имя которой я даже не запомнил.

– Ну что, почтенный шурин, не соблаговолишь ли ты со мной выпить крепкого равнинного вина, а? – тут же взял меня в оборот муж сестрицы.

– Я бы с превеликим удовольствием, но меня сегодня ждут еще важные дела, – будто бы досадливо отказался я.

– И всё же парочку бокальчиков не помешает? – подмигнул он.

– Сожалею, но мне понадобится кристально чистое сознание.

– Гаэнар, ты видишь господина Ризанта впервые, а уже пытаешься напоить! Что экселенс нор Адамастро подумает о нашей семье⁈ – пришла мне на помощь мадам Оттеда.

– Мам, ну что ты так сразу! Я же всего лишь хотел скрепить знакомство, – виновато потупился парень.

– Лучше бы ты смотрел на нашего гостя и учился у него серьезности! Он младше тебя, но крайне успешно взялся за преумножение славы своего рода. Когда-нибудь это и тебе предстоит. Не трать свое время понапрасну.

– О, сынок, радуйся, что твоя прекрасная Веда не похожа на мою жену! – басом прогромыхал пузатый Бердал. – Представь себе, что я эти нравоучения слушаю вот уже тридцать лет, ха-ха-ха!

Гаэнар рассмеялся в ответ и звучно чокнулся с родителем кубками. После чего они до комичности одинаковым движением влили в себя их содержимое залпом.

– Яблочко от яблони, – осуждающе покачала головой Оттеда, наблюдая за ними. – Не обращайте на них внимания, экселенс, иногда они бывают и серьезными.

– Кстати, Ризант, а как там Илисия? Уж не припомню, когда видел её в последний раз! Надеюсь, она не захворала? – вновь переключил на себя внимания глава Эсим.

– Боюсь, что у неё никак не получается побороть тоску по ушедшему супругу, – скорбно покачал я головой. – Какое-то время моя мачеха еще держалась. Но потом, когда Велайд отправился на войну, она сломалась окончательно.

– Ох, Многоокий, как же грустно слышать…

Естественно, я тактично не стал упоминать, что это я по праву фамильного старшинства заслал братца послужить на благо Патриархии. Но что-то мне подсказывает, об этом нюансе все и так прекрасно знают. Тем не менее, представители рода Эсим в полном составе сочувственно покачали головами. Но особенно сильно огорчилась Веда. Все-таки она любила и мать, и отца, и обоих братьев. И её, пожалуй, больше всех тяготили напасти, свалившиеся на Адамастро.

Девушка стала осторожно вызнавать у меня, как ей можно увидеться с Илисией. Но я отвечал уклончиво, избегая давать прямых обещаний. Поэтому этот вопрос вскоре окончательно утух, и застольные разговоры перешли к более нейтральным темам. Обсудили мистическое исчезновение алавийцев из Медеса и последовавший сразу за этим обвал цен на пшеницу. Вспомнили о таинственном Маэстро и его жертвах. Подняли кубки за мои подвиги в рядах Сарьенского полка. И, должен заметить, что в обществе этих людей я не чувствовал стеснения или скованности. Сверх этого, я словно бы ощутил себя членом большой семьи, которой у меня никогда не было.

Род Эсим принял меня благожелательно и приветливо. Но исключительно положительное впечатление я произвел на мадам Оттеду. Свекровь Веды ухаживала за мной почище, чем за собственным первенцем. Лично подкладывала в тарелку лучшие кусочки, не доверяя столь ответственное дело слугам, следила за уровнем жидкости в моем бокале, постоянно интересовалась, не хочется ли мне чего-нибудь еще. Меня так тепло даже в самых дорогих ресторанах обеих миров не привечали. И мне казалось, что такие знаки внимания могут настроить Гаэнара против меня. Но зятёк наоборот воспринимал всё крайне благосклонно.

– В кои-то веки матушка нашла того, кто полностью отвечает её высоким запросам и отстала от меня, – шепнул он мне по секрету, а потом заговорщицки подмигнул и наполнил кубок крепким вином, покуда не видела милария Оттеда.

– Кстати, экселенс нор Адамастро, а как так вышло, что мы ничего не слышали о вашей невесте? – огорошила меня внезапным вопросом юная особа, возрастом едва ли старше Веды.

Аристократы сразу же навострили уши. Даже беседы на дальней половине стола стихли. Всех вдруг очень заинтересовало, что я отвечу.

– Скорее всего потому, что у меня её нет, – не стал я делать тайны из этого обстоятельства.

– Ка-а-ак⁈ – прижала руки к груди супруга главы. – Наше общество определённо сошло с ума! Если даже такой мужчина не может найти себе избранницу, то что говорить об остальных? Нам точно грозит вырождение и вымирание!

– О, не нужно так остро реагировать милария, Оттеда, – ласково улыбнулся я, – ведь проблема кроется во мне. У меня слишком высокие запросы к будущей невесте.

Почему-то в разуме непрошено возник образ обворожительной Вайолы гран Иземдор. Чем-то меня она зацепила. Да так, что не отпускала и по сей день. А ведь мы с ней виделись лишь единожды…

– Ризант, мальчик мой, я понимаю, что дела рода первостепенны, но ты, как глава, не должен забывать и о важности вопроса наследования, – посерьезнела дама. – Если у тебя нет времени, то я могла бы заняться поиском выгодной партии. Всё-таки у меня весьма обширные связи в высшем свете. Я знаю больше дюжины влиятельных семей, имеющих девиц на выданье…

– Ха-ха-ха! Сочувствую тебе Риз! – прогрохотал со своего места экселенс нор Эсим. – Если моя супружница решила тебя женить, то ты уже обречен! Оттеда терпеть не может холостяков!

– Не говори глупостей, Бердал, – одернула его мадам. – Ризант очень ответственный и умный молодой человек. В отличие от вас, он не так беспечен и понимает, что важнейшее предназначение мужчины – это дать продолжение своему роду. Ведь так, мой мальчик?

– Разумеется, милария, – изобразил я вежливый полупоклон.

– Вот! Берите пример с нашего дорогого гостя! Между прочим, это относится ко многим присутствующим за столом. Я ведь права?

– Не печалься, шурин, я тебя выручу, – прошептал Гаэнар, пихая меня локтем. – Уж мне ли не знать, какой матушка бывает настойчивой! К твоему счастью, я мастерски научился её отвлекать!

Преувеличенно громко прочистив горло, зять вдруг всплеснул руками и воззрился на сестру Ризанта:

– Ох, Веда, радость моя, а тебе не пора ли кормить малыша Одиона?

От неожиданности я чуть не поперхнулся. Кого-кого кормить⁈

– И правда, дорогой, наш карапуз уже должен проснуться! – подскочила девушка. – Риз, не хочешь подержать на руках своего племянника?

– Моего… племянника? – глупо переспросил я.

– Мы решили не освещать рождение внука, а представить его в высшем свете только когда ему исполнится год, – любезно пояснила мне милария Оттеда.

Широко распахнутыми глазами я уставился на Веду. Многоокий создатель, а ведь правда, как я не заметил ее округлившиеся формы? Хоть пышные юбки и тугой корсет скрывали изменения в стройной фигуре сестрицы, но вот щечки у неё точно выросли! Да и лиф платья выглядел тесноватым. А я-то думал, она просто питаться хорошо стала…

– С превеликим удовольствием присоединюсь к вам, – немного невпопад пробормотал я.

Веда с мужем и свекровью тотчас же отправились куда-то на второй этаж, прихватив с собой меня. Вскоре мы пришли в небольшую комнату с деревянной колыбелью, над которой хлопотала пожилая служанка.

– А вот и твоя мамочка, экселенс Одион, – проворковала женщина и подчеркнуто аккуратно передала шевелящийся сверток из пеленок моей сестре.

Та бережно взяла трепыхающегося сына и поднесла ко мне.

– Посмотри, мой хороший, это твой дядя. Дядя Ризант. Ты же не будешь его пугаться?

Я обмер, рассматривая пухлую детскую мордашку, которая при моем виде расплылась в беззубой улыбке.

– Алугу-гу? – пробалякал что-то на понятном одному ему языке малыш.

– Ну же, Риз, возьми его, – подтолкнул меня Гаэнар.

– Мне… э-э-э… я не умею обращаться с детьми. Боюсь ему навредить, – попробовал я отказаться от такой чести.

– Ой, да брось! – фыркнула Веда. – Здесь нет ничего сложного. Берешь вот так… ладонь под затылочек. Ага… расслабься, не напрягайся так сильно. Ну вот. Правда, он милашка?

– Ага… – сдавленно выдохнул я, держа маленькую жизнь на сгибе локтя.

– Я так хотела назвать его в честь нашего папы, но боялась обидеть миларию и экселенса Эсим. Однако Гаэнар поддержал меня, – поделилась девушка.

– Да, я всегда восхищался стойкостью и силой господина нор Адамастро, да упокоят боги его дух. И мне бы хотелось, чтобы вместе с именем мой сын унаследовал эти качества, – подтвердил супруг.

– Ой, смотрите, как он сердито супит бровки! – умилилась мадам Оттеда. – И в самом деле, вылитый Одион!

– Гу-га-кхя! – проворчал ребенок.

– Это поразительно… Веда, Гаэнар, я поздравляю вас от всего сердца! – запоздало спохватился я.

– Спасибо, Риз, твои слова действительно многое значат для меня, – смахнула одинокую слезинку сестра.

Боясь лишний раз дышать, я осторожно переложил Одиона на руки его мамы. Она посмотрела на своего малыша с такой нежностью и любовью, что заныла моя израненная душа. Подумалось, что человек с такой черной совестью как у меня, вообще не должен касаться этих светлых и чистых созданий. Ведь кровь, которой я обагрен с ног до головы, пятнает всякого, кто меня окружает…

– Расти большим и сильным, Одион нор Эсим, – вполголоса проговорил я. – Будь опорой и гордостью своего рода.

Гаэнар одобрительно хмыкнул и похлопал меня по плечу. А затем подошел к супруге. Он трепетно обнял Веду, вместе с ней склоняясь над младенцем. И я невольно залюбовался этой идиллической картиной.

– Теперь-то ты понимаешь, Ризант, насколько важны наследники? – не упустила случая поделиться капелькой своей мудрости Оттеда. – Они не только являются продолжением нас самих, но и скрепляют наши узы. Дети – это наше всё. Наше будущее. Гордость. Надежда. Наш смысл пребывания на этом свете…

И я, не сводя взгляда со счастливых супругов, тихо ей ответил:

– Вы совершенно правы, милария…

* * *

С наступлением темноты в «Белом Фениксе» заметно прибавилось посетителей. В среде высокородных это заведение пользовалось большой популярностью. А потому и цены здесь были соответствующие. Я сначала подумал, что Эрмин в своей записке перепутал названия. Но нет. Подсев ко мне за занавешенный шелковой шторой столик, он объявил:

– Доброй ночи, экселенс. Я всё узнал. Вашу служанку убил тип по имени Рафайн нор Аурлейн.

– Аристократ? – удивился я.

– Именно. Мы с Орванделом потому так долго и не могли его найти, поскольку тщательно просеивали городское дно, когда следовало задирать голову повыше.

– И что же вы откопали? – сдержанно осведомился я.

– Продавец на углу Торговой и Кожевенной улиц поведал, что его лавку навещала девица, похожая по описанию на Ульку. Он хорошо запомнил её, потому что выглядела она как простолюдинка, но расплатилась полновесным солнечником за все покупки. В это же время там присутствовали двое нобилей, один из которых Аурлейн. По-видимому, он увидел деньги служанки и решил их отнять…

– «По-видимому?» – скептически задрал я бровь. – То есть конкретных доказательств у тебя нет?

– Вроде того, экселенс, – не стал отпираться Эрмин. – Но мы подослали к нему продажную девку с наказом вести себя более вызывающе. Тогда во хмелю Рафайн пригрозил ей, что уже убивал шлюх, и не прочь повторить это снова. Кроме того, у работников кухни «Белого Феникса» я выудил, что приблизительно в тот вечер, когда умерла Улька, Аурлейн со своей компанией праздновал что-то на очень широкую ногу. Тогда они прогуляли здесь больше пяти золотых. Да и после этого события неоднократно сорили деньгами в других заведениях, что для молодых представителей тех родов нехарактерно. Но примерно через луну всё вернулось на круги своя. И больше столь импульсивных расходов ими не совершалось.

– Что можешь сказать мне про семейство Аурлейн?

– Ничем не примечательный род, – пожал плечами помощник. – В основном, мелкие чиновники на патриаршей службе. Но есть в их рядах и три милитария. Сам Рафайн приходится главе внучатым племянником, и какого-либо веса или ближайших перспектив не имеет.

– Где его можно отыскать?

– Прямо здесь, экселенс. Обычно он приходит первым, заказывает кувшин самого дешевого в «Фениксе» вина и ждет друзей. Их облюбованное место – на втором этаже, сразу возле лестницы.

– Отлично. Он уже пришел?

– Да, я видел его спину, когда он поднимался наверх, – покивал Эрмин.

– Опиши его.

– Высокий, носит кожаный дублет, волосы цвета соломы, собраны в конский хвост, под правым глазом неприметный шрам. По слухам, получен в дуэли больше двух лет назад, – принялся дотошно перечислять помощник.

– Понял. Что ж, тогда закажи мне лучшего вина, пойду с ним знакомиться. Твоей задачей будет не пустить сюда друзей Аурлейна, ежели они заявятся. Желательно, чтобы с ними случилось что-нибудь неприятное еще по дороге сюда, но без посягательства на их жизни.

– Всё исполню, экселенс, – поклонился собеседник. – Но что вы задумали? Подойти и заговорить с Рафайном?

– Если упростить, то да. Я должен убедиться, что ты нашел именно того, кто мне нужен.

Игнорируя бандита, который в ответ на мои сомнения оскорбленно поджал губы, я поднялся с кресла, отряхнул наряд и внес пару штрихов, придающих моему облику легкую небрежность.

– Ну шт-то, Эрмн, я пхож на того, кто сдня изрядно набрлся? – изобразил я пьяную речь.

– Оч… очень похожи! – вытянулась от изумления физиономия у бывшего приспешника Лиса. – Я и не думал, что у вас такой талант к лицедейству!

– Это ты еще не видел, как мы армян разводили на вокзалах, – самодовольно хмыкнул я.

– Что? – не понял меня помощник.

– Ничего. Вино, говорю, заказывай быстрей!

– Ох, да, простите, экселенс! Я сейчас!

Эрмин убежал, оставляя меня в одиночестве. А я пока готовился к очередной авантюре имени Александра Горюнова. Сегодня на кону будет стоять жизнь. Но, слава Многоокому, вовсе не моя…

Глава 22

– Оп! А вот и я… ик! Прстите, что так длго, мня немнго здержали в… Э-э-э? А ты кто?

Я ввалился за ширму с парой кувшинов вина, старательно изображая из себя хорошенько поддатого. На меня с удивлением уставился молодой аристократ, у которого еще даже усы толком расти не начали. Эрмин хоть и описал его внешность исчерпывающе точно, но я не ожидал, что Аурлейн окажется настолько юн.

По пренебрежительному прищуру белобрысого Рафайна я понял, что его прямо-таки распирает от желания грубо вытолкать меня отсюда. Однако вид моих дорогих одежд, за стоимость которых можно купить неплохую кирасу, ему непрозрачно намекнул, что мое положение в обществе Клесдена значительно выше, чем его. Завистливый взгляд дворянина прошелся по моему костюму, но особенно долго задержался на кувшинах, запечатанных золотистым воском. Кажется, этот малыш понял, что дерзость в мой адрес доставит ему неисчислимое количество проблем. А потому заговорил он весьма сдержано и вежливо:

– Боюсь, почтенный экселенс, вы ошиблись столиком.

– Да-а? Вот же отрыжка Абиссалии! – пьяно нахмурился я. – Неужели я снова… ик! Перпутал… эти… как их там…

– Скорее всего, так и есть, экселенс, – не дослушал меня Рафайн.

– Хм-м-м… но если так, то не же… жло… жило… тьфу! Не желаешь ли тогда ты вкусить со мной этого чудесного блейвендского вина? А то я слишкм сильно хочу выпить, чтобы искть своих приятлей.

– Я-то не откажусь, но скоро должны подойти и мои товарищи… – осторожно намекнул на расширение компании Аурлейн.

– Не беда! Этого славного нап… ик!…питка хватит на всех! – опасно махнул я рукой, едва не жахнув кувшинами друг об друга.

– В таком случае, буду рад стать вашим визави, экселенс! Позвольте представиться, я – Рафайн нор Аурлейн.

– Ризант нор Адамастро, к вашим услугам! – изобразил я кривоватый поклон.

– Так это вы⁈ – опешил парень. – Боги, я столько слышал о ваших подвигах! Вы же единственный выживший из Сарьенского полка, ведь так?

– К сожалению, юноша, так, – показательно помрачнел я. – И именно поэтому я сегдня ищу забы… ик!…тья…

Молодой аристократ нахмурился из-за моего снисходительного обращения к нему, но быстро совладал со своей мимикой. Я же сделал вид, что ничего не заметил, сломал печать на одном из кувшинов и наполнил бокалы.

– Первый тост за павших! – провозгласил я, после чего залпом влил в себя вино.

Рафайн повторил за мной, и я сразу же наполнил наши емкости вновь.

– А что с вашей рукой, экселенс? – полюбопытствовал Аурлейн. – Зачем вы носите перчатку?

– Ты действительно хочешь знать? Ну смотри…

Рывком сдернув предмет гардероба, я продемонстрировал сплошь покрытую шрамами кисть. После магической пытки я лишился двух ногтей на пальцах. И это тоже не добавляло красоты моей конечности.

– Ох, боги… – скривился собеседник, но быстро прогнал брезгливое выражение со своей физиономии. – Это война сделала с вами? Сочувствую, экселенс.

– Ты еще остальное мое тело не видел, – ухмыльнулся я. – Веришь, нет, но у меня выше колена в ноге чужая кость.

– Немыслимо… как же так получилось?

Я принялся фонтанировать наполовину выдуманными историями, в каждой второй превознося себя. Между ними я будто бы невзначай поддевал Рафайна на тему того, что он крови не нюхал. И чем больше вина вливалось в глотку молодого аристократа, тем сильнее супились его брови.

В процессе разговора я старательно забалтывал Аурлейна и подбавлял ему в чашу дорогого вина. И к концу первого кувшина дворянин уже заметно так набрался. Взгляд его подернулся пьяной дымкой, а уголки глаз сползли вниз, как у сильно уставшего человека. А мои уколы, тем временем, становились все более неприкрытыми.

– Эх… молод ты еще слишком, мой друг! – снисходительно вещал я. – Тебе не понять меня.

– Почему вы так думаете, Ризант? – оскорбленно поджал губы аристократ.

– А что, я разве не прав? О чем говорить с человеком, который не знает, каково это, отнять чужую жизнь? Когда сталь медленно погружается в плоть, и горячая кровь брызжет на руки… Это поворотный момент, который меняет тебя навсегда.

– Вы, конечно, верно заметили, что мне не доводилось принимать участие в сражении, но с чего вы взяли, что я никогда не убивал? – по-детски обиженно надул губы Рафайн.

– Серьезно? – недоверчиво хмыкнул я. – Ну расскажи, как это было?

– Не считаю это уместным, – открестился дворянин.

– Ну, дело твоё…

Подошла очередь второго кувшина. И Аурлейн совсем уж расслабился. Он растекся по креслу, словно его скелет размягчился. Про своих друзей, которые должны были присоединиться к нему, парень окончательно забыл. Сейчас я целиком занимал его интерес, прочно удерживая фокус внимания. Постепенно между нами установился совсем уж доверительный диалог. И когда вино закончилось, я предпринял новую попытку разговорить соседа по столику.

– Не желаешь еще вина, Рафайн?

– Не отк… не откажусь, – пьяно отозвался тот.

– Отлично! Тогда я схожу… Ах, пожри их Абиссалия! Кажется, я на мели! – пробормотал я, хлопая себя по карманам. – У тебя не найдется пары монет?

– Боюсь, что нет, эк… эк… экселенс, – с трудом произнес тот.

– Дерьмо… что ж делать? О, идея! Видел когда-нибудь такое?

Моя ладонь нырнула в подкладку камзола и выложила на стол крохотный бумажный конверт, размером не превышающий спичечный коробок. Сверху его запечатывала капелька темного сургуча с оттиском замысловатой буквы «М». Именно в таком виде я отпускал свою Ясность на черном рынке Клесдена.

– Это… то о чем я думаю? – от удивления Аурлейн аж слегка протрезвел.

– Да. Самое чистое зелье на всем континенте. Доводилось пробовать?

– Кхм… нет, экселенс. Только слышал, – жадно сглотнул слюну парень.

– О-о-о, завидую тебе! Первый раз он самый необычный! – мечтательно закатил я глаза. – Ты будто бы переосмысливаешь все свои прожитые годы. Находишь ответы на давно позабытые вопросы, вспоминаешь то, что уже и не чаял. Но самое главное – тебе открывается будущее. В переносном смысле, конечно же. Эта штуковина не зря называется «Ясностью». С ней твои мысли станут такими кристально чистыми, что можно спрогнозировать, что с тобой случится через год!

Я подался вперед, понижая голос до шепота:

– Я знаю одного экселенса, который под действием зелья предсказал падение цен на пшеницу. Представляешь, сколько он смог на этом заработать?

– Вы рассказываете очень крас… крас… красноречиво, Ризант… – загорелись глаза Аурлейна. – А я мог бы попробовать эту… это чудесное снадобье? Я полагал, что ст… ик! стоит оно невероятно дорого…

– Всё так, но оно окупает каждый потраченный солнечник. Ты мой добрый друг, Рафайн, а я для своих друзей не жалею ничего! Есть только одна загвоздка, которую я вынужден выяснить. Помнится, ты утверждал, что отнимал чужую жизнь? Ты не шутил?

– Нет, экселенс, я сказал пр… правду, – настоял на своем собеседник.

– Что ж, не обессудь, но ты должен мне рассказать, как это было. А я уже решу, сколько Ясности тебе можно будет засыпать за веко. Ведь если неправильно подобрать количество порошка, то ты снова переживешь тот кошмар как наяву.

На лице Аурлейна отразились сомнения. Все-таки, если он действительно сгубил Ульку, то это не тот поступок, которым захочет похвастаться высокородный. Но награда за откровенность была слишком соблазнительна. Кроме того, на протяжении всего разговора я проталкивал единственный тезис – убивать незазорно. Это почетно, невзирая на то, кто находится на острие твоего клинка.

– Не бойся от меня порицания, Рафайн, – подтолкнул я колеблющегося аристократа. – Я совершал невероятно ужасные вещи, чтобы быть кому-то судьей. Кроме того, ручаюсь, что наутро я даже не вспомню о нашем разговоре. Слишком уж много выпил…

– Это была какая-то молодая просто… людинка, – выпалил дворянин, убежденный моими аргументами. – Я даже не знал её имени.

– Но ты запомнил, как она выглядела? Я вот свою первую жертву никак не могу забыть.

– Да… она была весьма мила собой, но ничего особенного. Каштановые волосы, серые глаза. А, еще родинка вот тут, над щекой…

Я слушал исповедь ублюдка и понимал, что он описывает Ульку. Всё-таки не промахнулся Эрмин…

– Что ты испытал при этом? – глухо осведомился я, сдерживая клокочущий в сознании гнев.

– Хм… странно об этом говорить, но мне понравилось. Я держал девку за шею, а мой кинжал раз за разом вонзался в её тело. Она сначала трепыхалась, пыталась вырваться. Но с каждым движением постепенно затихала…

Рассказывая об этом, Аурлейн явно испытывал удовольствие. Кривая улыбка тронула его губы, взор приобрел осмысленность и даже хмельная речь стала более связной.

– За что ж ты её так? – спросил я.

– Да так… были причины, – внезапно прекратил поток откровений Рафайн.

– Хех, ну ладно, я услышал всё, что мне надо. Думаю, Ясность не вызовет у тебя проблем, – подытожил я. – Досчитай до ста, встретимся за «Белым Фениксом».

– А? Что? Почему? Разве нельзя прямо здесь? – захлопал ресницами парень.

– С ума сошел? Да за этим порошком сейчас идет настоящая охота! Я не хочу проблем, приятель! Давай же, не упрямствуй. Иначе потом всю жизнь будешь жалеть, что отказался. Жду тебя, дружище, не подведи!

Я откинул штору и поспешно вышел, потому что иначе рисковал сорваться. На улице я встретился с Лиасом, укутанным по самые глаза в черный плащ, и принялся ждать Аурлейна. С экс-Ведаром мы не обменялись ни словом. Я просто кивнул ему, и он поделился со мной магической энергией. На моих пальцах возникла проекция «Мантии», после чего я накрыл изгнанника невидимым куполом.

Высокородный убийца появился здесь же спустя минуту. Он заметно пошатывался и в темноте не сразу различил мой притаившийся силуэт. Рафайн замер, напряженно вглядываясь во мрак, и мне пришлось призывно помахать ему, чтобы подозвать.

– Давай руку, – приказал я, когда аристократ приблизился.

Тот безропотно протянул ладонь, а я резко схватился за неё и сформировал плетение «Морфея». Пьяный мозг дворянина под действием чар отключился мгновенно. Глаза закатились, и Аурлейн рухнул как подкошенный, распластавшись в грязном переулке.

– Ты знаешь, куда его доставить, Лиас, – распорядился я. – Только потрудитесь, чтобы вас никто не видел.

Тьма рядом со мной треснула, и иллюзия распалась, обнажая фигуру изгнанника.

– Сделаю, экселенс, – ответил он. – Я уже всё подготовил.

* * *

Сознание возвращалось к Рафайну неспешно. Сначала пришел холод. За ним боль и жажда. Голова у парня раскалывалась и пульсировала, словно ему череп набили ветошью. А рот пересох до состояния пустыни. Потом появились звуки, которые доносились будто бы сквозь вату. Кажется, это были чьи-то приглушенные разговоры и металлический лязг. Аристократу стоило огромных усилий заставить себя разлепить веки.

– О-о-ох… что за… у-у-у… – хрипло простонал Аурлейн, пытаясь потрогать гудящий затылок.

Но что-то помешало ему. Рывок, еще один. Безрезультатно. Черно небо Абиссалии, да его руки связаны! И ноги тоже! Какого…

– Как тебе спалось, друг мой? – раздался над ухом молодого человека голос.

Парень дернулся от неожиданности, резко повернул голову и узрел янтарно-желтые глаза, взирающие на него с плохо скрытой ненавистью.

– Р… Ризант? – пробормотал Рафайн, с трудом ворочая сухим распухшим языком. – Что всё это значит⁈ Где я⁈ Почему в таком виде⁈

– Её звали Улька, – произнес полукровка.

– А? Ты о ком? Я не понимаю…

– Девушку, которую ты зарезал. Её имя Улька. А монеты, находившиеся при ней, были дарованы из моих рук.

Аурлейн закрутил головой, оценивая антураж глухого помещения и набор инструментов на стенах. Страх ледяной когтистой лапой так стиснул сердце, что молодому аристократу стало тяжело дышать.

– Нет-нет, всё не так! Я никого не убивал! Я это выдумал ради бахвальства! – затараторил узник.

– Врёшь, Рафайн, – покачал головой нор Адамастро. – Лучше расскажи, ты действовал один или с подельниками? Назови мне имена.

– Да говорю же, ничего такого не было! П… п… просто я неудачно пошут-т-тил…

Дворянин подумал, что желтоглазый сейчас его ударит, но тот вместо этого отошел куда-то за спину. Аурлейн принялся выворачивать шею, пытаясь рассмотреть, что происходит сзади. Но ничего толком так и не увидел.

– Эй… Ризант, подожди, давай обо всем забудем! Похищение высокородного суровое преступление, но я клянусь, что никто и ничего не узнает! Я согласен, что у нас возникло недопонимание по моей вине!

– Улька была доброй и наивной, – проигнорировал мольбы пленника Адамастро. – Она мечтала жить в домике у океана…

– Эй, ты разве не слышишь, что я говорю⁈

– Я вознаградил её за помощь, которую она мне оказала. А ты не только отобрал у неё все деньги, но и лишил жизни, – продолжил монотонно бубнить Ризант. – Зачем? Неужто тебе, отпрыску знатной фамилии, они были так необходимы?

– Да я ничего не…

– И ведь тебя сподвигла на убийство не какая-то острая нужда. В этом случае я б хоть как-то понял твой поступок. Не простил бы, но принял. Однако ты незатейливо спустил все монеты со своими друзьями-повесами.

– Риз… Ризант, прошу, поверь мне! Я не понимаю, о каком золоте ты ведешь речь! Если бы ты позволил…

Рафайн по-женски взвизгнул, когда затянутая в перчатку пятерня прилетела откуда-то из-за спины и звучно ударила его по уху. Узник жалко скукожился, рефлекторно пытаясь заслониться и подтянуть колени к груди. Но путы держали крепко…

– А откуда ты тогда знаешь, что я наградил её именно золотом, мразь? – прошипел Адамастро.

– Так… ты же… сам… – промямлил Аурлейн.

– Нет, получше напряги память, недоносок. Про желтый металл я и словом не обмолвился. Поэтому ты сам себя выдал.

Поняв, что действительно допустил фатальную оплошность, Рафайн решил сменить тактику:

– Э-э-э-э… ладно! Хорошо! Я всё компенсирую! Мой дед глава рода, он занимает высокий пост в патриаршей канцелярии! Я могу вернуть деньги!

Желтоглазый аристократ усмехнулся, но ничего не ответил. Он вновь встал перед молодым дворянином, и тот узрел в руках у полукровки обычную деревянную кадку, которой простолюдины черпают воду из колодца. Ризант приладил её под ноги пленнику, а затем посмотрел куда-то ему за спину.

– Лиас, будь добр…

То, что произошло потом, ввергло Рафайна в настоящий шок. Адамастро сделал несколько пасов пальцами, после чего в его ладонях возникло какое-то явно магическое воплощение! Но что поразительно, он сотворил его без использования колец! Да как такое возможно?!! Этот парень слишком молод, чтобы быть столь искусным магистром!