Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Соавторы: Анна Гурова,Алексей Вязовский,Станислав Кемпф,Михаил Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 89 (всего у книги 356 страниц)

Что он ей кричал, Синтия не могла разобрать из-за рёва механизма, да и не очень старалась разобрать. Все, кого она встретила до сих пор, только пытались её запугать и не отвечали на вопросы, вряд ли этот был исключением. Что она действительно старалась сделать, так это не попасть на зубья пилы, встречавшей её всякий раз, как она пыталась достать её обладателя плазменным клинком. Череда поединков с местными монстрами утомила её, сказывалась усталость, и Синтия поневоле осторожничала и отступала.

Пока наконец не упёрлась спиной в стену коридора там, где секунду назад не было никакой стены. Торжествующе взревев так, что перекрыл звук работающей пилы, маньяк бросился к девушке. Синтия стремительно присела, пропустив над собой пилу, и с двух рук ударила плазменными клинками, перерубая врагу руки. Пила упала на пол и заглохла. Маньяк попятился, и в этот момент позади него появилось то самое мерцание и рябь воздуха. Ещё один шаг назад – и маньяк замер, не в силах двинуться ни в какую сторону, и даже кровь из перерубленных рук не падала на пол, а собиралась вокруг культей кровавыми облачками.

Оставив его, обездвиженного и уже безопасного, Синтия побрела дальше, бдительно следя, чтобы не вляпаться в такую же ловушку. Даже если она действует не слишком продолжительное время, застрять в ней на радость всем окрестным тварям – удовольствие намного ниже среднего.

Новый монстр нашёл её довольно скоро после маньяка с пилой. И если до этого все встреченные чудовища были подборкой из фильмов ужасов, то этот явно сбежал из какого-то восточного рисованного фильма – клыкастая голова со множеством щупалец, выплывшая ей навстречу и тут же устремившаяся в атаку. Синтия активировала клинки, но быстро убедилась, что эта тварь ничем ей не уступает, а может, даже превосходит в плане боевых качеств. Ей не удалось отрубить монстру ни одного щупальца, в то время как он то и дело брал её в захваты, из которых она могла вывернуться только чудом – но чудеса не могут длиться бесконечно.

И тогда Синтия решилась бежать. Это стало ошибкой. Тварь оказалась очень быстрой, не успела девушка пробежать нескольких шагов, как щупальца оплели её, нашли замок шлема и открыли его. Шлем покатился по полу, а тварь рванула клыками собственное щупальце и прижала окровавленную плоть к губам девушки. Синтия замотала головой, но её тут же зафиксировали, раненое щупальце перекрыло ей ноздри, и спустя пару минут бесполезной борьбы ей пришлось открыть рот, чтобы сделать вдох – и с ним глоток крови, содрогаясь от омерзения…

– Ну наконец-то, – сказал монстр голосом Тени.

Синтии показалось, что она ослышалась.

– Что? Тень? Но ты же монстр…

– Я дал тебе кусочек моего симбионта, – пояснил монстр. – На время, пока не выберемся отсюда. Рад, что получилось, хотя ты заставила меня попотеть… А теперь давай вытащим тебя отсюда…

Щупальца оплели её с новой силой, поднимая на ноги, и Синтия не удержалась от возгласа:

– Ты куда щупальца свои тянешь⁈

У монстра округлились глаза, но щупальца всё ещё лапали её где не надо, и девушка пошутила:

– После такого приличные монстры обещают жениться… Что это вообще было?

Тень вздохнул и ответил:

– Вроде бы дело было так…

Глава 11

– Ну и куда пойдём? – спросил я, окидывая взглядом свою группу.

Вопрос представлялся простым, но вызвал неожиданно бурное обсуждение. Мнения разделились.

– Проще всего зачистить Серпентарий, – высказался доктор Килл. – Я в одиночку вполне справлюсь.

– Со змеюками и я бы справился, – возразил Локман.

– Меня-то со счетов не сбрасывайте, – напомнил я о себе.

– Втроём тем более зачистим без проблем, – решили док и Скорпион.

– Но есть риск завязнуть как АЛ, – напомнила Синтия. – Что, если их там слишком много даже для вас троих?

Я мысленно синхронизировался с мехом и обнаружил себя по колено в кроваво-слизистой каше, полной разорванных тел, ещё пытавшихся добраться, укусить, зацепить, порвать, хоть как-то навредить. Бой сводился к повторению одних и тех же действий: удар огромным «кулаком» «Палача», захват манипулятором, оторвать конечность, раздавить голову, ударить, захватить, оторвать… А вокруг толпились, мешая друг другу, десятки, если не сотни тел, жаждущих добраться до АЛа, и я решил не проверять, сколько выдержит моя, пусть и очень здоровая, психика.

Я встряхнул головой, отодвинул другое «я» в фоновый режим, и вернулся к обсуждению.

– Мы хотим взглянуть на Шабаш, – пропели сёстры Тайсон.

– Описание очень похоже на местную версию Ковена.

– Но есть занятная разница…

– Которую надо проверить.

– Вас только две, – с сомнением высказался док.

– Потянете противостояние с полноценным симбионтом? – поддержал Локман.

– Мы не одни, – жутковато улыбнулись сёстры Тайсон.

– Доктор Килл вообще один…

– А хочет сразиться с безумным ИИ…

– Что само по себе звучит как безумие…

– Но он здесь, и Департамент его кандидатуру одобрил…

– Значит, у него есть план и припрятаны козыри…

– Чем мы хуже?

– Хочу уточнить один момент. Все эти сторонние «квесты» звучат очень весело и интересно, – вмешался я. – Но не надо забывать, что у нас есть главный квест. Мы должны исследовать «Ковчег» и найти возможности для зачистки и захвата корабля. Что это значит? Правильно. По возможности избегаем стычек с толпами мобов, зачистить их можно и позднее.

– То есть Зонтик и Серпентарий исключаются, – разочарованно вздохнул Локман.

– В Зазеркалье мы имеем все шансы застрять надолго, поэтому по возможности не лезем в кроличью нору, – добавил я. – Шабаш…

Я взглянул на умильные мордочки ведьм. Они смотрели на меня щенячьими умоляющими глазами, но за этими милыми глазками проступали оскалы акул, почуявших кровь. Я задумался. Поглощение такого симбионта должно было по идее очень сильно прокачать моего Приму, так что куш был велик. Но имел ли я право рисковать всей группой ради собственной выгоды? Хотя, если задуматься, а такой ли высокий риск?

– Ковен за исследование Шабаша, так как высокая вероятность, что именно там расположен аналог Сети.

– Что является нашей целью, – кивнули сестры.

– Замечательно, еще больше мозгокрутов, – проворчал Скорпион.

– Но хочу заметить, что аналог Ведьм должен иметь аналогичный боевой потенциал в прямом столкновении, – высказался док.

– Это если у них нет толпы фамильяров.

– Что мы узнаем уже постфактум.

Наконец пришли к компромиссу – будем продвигаться вглубь корабля, а там как пойдёт.

Колониста Ника мы оставили в поселении сектантов – присматривать за укладкой буйных в криосон, а комментатора Джона взяли с собой – проводником. Джон поделился с нами полной картой прилегающих секторов, и довольно быстро мы обнаружили проблему: было похоже, что планировка «одержимых» зон специально сделана таким образом, чтобы служить естественными препятствиями – контрольными пунктами. Все другие двери и коридоры были запечатаны, завалены – так что нужно было или грубой силой пробивать стены, рискуя, что на шум сбегутся все вокруг, или тратить время на обходные пути. Мы могли использовать вентиляционные шахты, по примеру сектантов, но там не пролезет АЛ, и в случае чего группа останется без поддержки меха.

– Похоже, что нормальный путь идет только через Зазеркалье, – проворчал я.

Делать было нечего, пришлось идти где для этого была оставлена возможность. По дороге мы периодически слышали странные звуки присутствияя кого-то или чего-то – как будто открывались и закрывались двери, до нас доносилось отдалённое шипение, природу которого мы не могли определить…

– Раньше здесь такого не было, – нервно проговорил Джон. – Впервые такое слышу…

– Возможно, это перемены в связи с гибелью Примы, – предположил доктор Килл.

Других версий не было, так что приняли эту.

– Мы слишим пение… – сказали ведьмы. – Это зов…

– Это жжжжж неспроста, – напомнил я, – отходим…

Мы отошли, но неудачно – за очередной открывшейся дверью нам предстала плотно сомкнутая толпа одержимых, мутантов, ксеносов, которая покачивалась в одном ритме, словно тоже слышала некое пение или мелодию.

– Снова этот зов, он слишком громкий! – вполголоса пожаловались сёстры Тайсон.

Теперь все, включая меня, слышали отдалённое пение, сладкое, завораживающее, от него хотелось застыть на месте и покачиваться в такт, как толпа перед нами. И тут по мыслесвязи от ведьм пришли сбивающие с толку образы: их собственные обнажённые тела, ощущение, что мы сами обнажены, так что каждый дёрнулся прикрыться – даже док, который не столь давно шёл к арене полностью голым, и н естеснялся никого и ничего. Но это сработало, очарование отпустило нас, и я кивнул:

– Отходим. Спокойно, нас пока не видят.

И тут Джон с пустыми глазами, с бессмысленной улыбкой идиота вдруг сказал:

– Да, я слышу! – и шагнул в толпу. Задел одного одержимого, другого, протиснулся между ними и исчез из виду раньше, чем кто-либо успел его остановить.

– М-мать… – выдохнула группа.

Те, кого он задел, резко перестали покачиваться и замерли, уставившись на нас. Пение тоже начало смолкать, меняясь в тоне. Мы все без всяких объяснений ведьм поняли: нас заметили, нам конец.

Доктор Килл успел захлопнуть дверь перед носом у пробуждающейся толпы, и мы облегчённо выдохнули, но тут дверь заметно выгнулась от тяжёлого удара изнутри. Пение переросло в пронзительный, полный злобы и ненависти визг, ввинчивающийся в сознание и заставляющий нас терять всякое присутствие духа. Я впервые испытал на себе то, как ведьмы подавляют противника, и мне это не понравилось. Синтии, доку и Скорпиону пришлось ещё хуже, чем мне.

Не пострадал от давления на психику только Тень.

Сёстры Тайсон приложили к нам ладони, стало легче. Но дверь продолжала выгибаться наружу, и было очевидно, что долго она не продержится.

– У нас пара минут. Бежим.

Бегать, держась за руки, то ещё развлечение. Но мы бежали, пока из боковых коридоров на нас не вывалилось сразу несколько отрядов.

– Я прикрою! – крикнул я, отпуская руку Джулии.

Здесь, на некотором отдалении, вопли баньши были заметно менее ощутимы. Но я не хотел задерживаться там, куда они всё же доставали, даже лишней минуты. Так что с нахлынувшей на меня толпой был намерен расправиться как можно быстрее. И не стал сдерживаться.

Передние ряды набегающей массы я поджарил молниями, потом в дело вступили плазменные клинки. Со всех сторон ко мне тянулись руки, щупальца, когтистые лапы – я рубил их, не давая пощады никому. Сияющие лезвия вспарывали шеи, отрубали головы, пробивали сердца с одинаковой лёгкостью, и даже незамолкающий вой баньши, звучащий в моей голове, не мог помешать мне истреблять одержимых и ксеносов – и поглощать их, когда симбионты пытались проникнуть в моё тело.

К счастью, устойчивых к плазме здесь не было, и мои клинки быстро закончили работу. Я огляделся, чувствуя, что отяжелел и стал медлительнее. С поглощениями стоило быть поаккуратнее, ещё несколько таких стычек – и я стану похож на альтер эго доктора Килла.

Оставив недобитых умирать от потери крови, я побежал догонять свою группу.

Вскоре я нашёл следы боя – завал из тел, очень напоминающий тот, что оставил после себя. Следы молний, плазменных клинков… Это должен был быть Локман. Но его самого здесь не было. Либо ему достался отряд поменьше, либо он справился быстрее, чем я, и сейчас нагонял своих. Я прибавил ходу, стараясь не обращать внимания на визг и вопли в своей голове. Чем дальше, тем слабее они становились, но всё ещё было неприятно ощущать воздействие, которое несли эти крики баньши.

За одной из развилок я наткнулся на потрясающее зрелище: посреди горы растерзанных тел топтался преобразившийся доктор Килл в образе гиганта, а на плечах у него сидела Джулия. Селена топталась у стены коридора со скафандром дока в руках. Рядом с ней стоял Тень с ещё включенными плазменными клинками.

– Что это вы делаете? – удивлённо спросил я.

– Только в таком положении я смогла удержать контакт, – пояснила Джулия. – Иначе никак не заглушить этот вой.

– Хорошая идея, – я кивнул и оглянулся назад. Нас пока не догнали те одержимые, которые остались за дверью. Либо прорвались, не нашли и вернулись, либо дверь до сих пор держалась… – Надо догонять остальных.

– А некого догонять, – виновато сказала Селена. – Сначала Скорп остался прикрывать наш отход, потом напали на нас, и я не уследила за Синтией, она куда-то делась.

– Проверим по маячкам, – я вывел на внутреннюю поверхность шлема сигналы Локмана и Синтии.

Локман обнаружился где-то рядом с Серпентарием.

– С его МПД это не проблема, – пробормотал я.

А вот Синтия находилась где-то рядом с Зазеркальем.

– Это куда более хреново, – вздохнул я.

– Давай я схожу за ней, – вызвался Тень. – На мне и пение это почти не сказалось, там тоже не пропаду.

– Будь осторожен, – пожелал я ему удачи, и Тень растворился в сплетении коридоров. Я обвел взглядом оставшийся отряд задумчивым взглядом.

– Отправимся на подмогу к Локману?

– Мы подобрали ключ к проходу в Шабаш, – сказала Джулия.

Док помог Селене вскарабкаться к нему на второе плечо.

– Мы готовы устранить источник пения, – добавила Селена.

– Разделяться плохая идея, – я покачал головой.

– Но иначе высока вероятность снова получить по мозгам и потеряться окончательно, – заметил Док.

– Не сомневайся в Ковене, Ведьмак.

– Мы справимся и так.

– Экстренные меры требуют экстренных решений, – вздохнул я, соглашаясь с доводом. – Кого сожрут – домой не приходите. Ладно, я пошёл выручать Локмана.

Стоило мне войти на территорию Серпентария, как на меня сразу набросился людоящер.

Я был наготове, так что атака из засады провалилась в зародыше. Нырнув под атакующую руку, оснащённую впечатляющими когтями, я полоснул плазменным клинком по груди, оставшейся незащищённой, развернулся и нанёс добивающий в спину. Людоящер с хриплым рёвом упал мне под ноги, царапая когтями пол, и затих.

Но его рёв привлёк внимание, и не успел я отойти, как из тёмного коридора на меня выскочили сразу две подобных твари. Я встретил их разрядом молнии, два задёргавшихся в конвульсиях тела упали на пол, всё ещё пытаясь доползти до меня, и я прекратил их мучения двумя ударами плазменных клинков. Их симбионты выбрались наружу и попытались внедриться, но были поглощены.

Спустя несколько сотен метров коридора и около десятка тварей, уничтоженных почти без остановок, я услышал шипение:

– Уходи, носитель стангера Прима, мы признаём твою силу. Уходи, и мы не будем бить, мы не будем мстить…

Я усмехнулся, вспомнив цитату из очень древней книги:

– Работа ведьмака – убивать тварей.

– Ты выбрал, – прошипели мне в ответ.

За этим последовала атака, заставившая меня задержаться. Почти десяток разнокалиберных монстров набросился на меня с разных сторон. Там были и уже знакомые мне людоящеры, и огромная змея, клыки которой заставили меня напрячься, и пара подозрительно напоминающих динозавров существ…

Я уклонился от атаки змеи, которая попыталась протаранить меня ударом головы, а когда промахнулась – хлестнула хвостом, норовя сбить меня с ног. Я подпрыгнул, пропуская хвост под собой, и пара людоящеров, попавших под его удар, с жалобным рёвом покатилась по полу с переломанными ногами. Пока змея разворачивалась, я поджарил её молниями, поубавив ей прыти, и атаковал сам, загнав плазменные клинки глубоко в чешуйчатый хвост и рывком в стороны освободив их.

Почти перерубленный пополам хвост заметался, сбивая с ног тварей, один из динозавров, которому хвостом попало по боку и, судя по треску, переломало рёбра, взревел и вцепился в него зубами. Змея с шипением извернулась и погрузила клыки глубоко в его шею, и я убедился, что она ядовита – спустя несколько секунд динозавр зашатался, упал и вытянулся на полу, подёргивая ногами.

Я ещё раз ударил змею молниями, она забилась в судорогах и наконец издохла, оставив меня наедине с ещё живым динозавром и двумя парами людоящеров. Опустив бронированную голову, похожий на анкилозавра динозавр начал теснить меня на людоящеров. Плазменные клинки плохо брали его шкуру, а лоб, покрытый щитками брони, и вовсе не поддавался клинкам. Но он был неповоротлив, и мне ничего не стоило увернуться от прямолинейной атаки. Разогнавшийся динозавр врезался в четвёрку людоящеров, отскочивших в разные стороны, я успел полоснуть одного из них плазменными клинками и вогнать один из клинков между пластинами брони, покрывающими бока динозавра. Тот развернулся, норовя ударить меня хвостом, и я отскочил в сторону, оставив глубокую кровоточащую рану на его шкуре.

Так я с ними и сражался: динозавр пытался выгнать меня на людоящеров, я подпускал его близко и отпрыгивал в сторону, людоящеры разбегались, я убивал одного из них, и пока динозавр разворачивался для новой атаки, бил клинками между пластинами брони, следя за тем, чтобы шипастый хвост не пересчитал мне рёбра. Людоящеры кончились, а динозавр ещё держался на ногах, но его уже заметно пошатывало от ран и потери крови. И наконец он тоже упал, освободив мне дорогу дальше, туда, где горел маячок Скорпиона.

Я нашёл его среди гор трупов, окружённым целым полчищем монстров, и к нему мне пришлось пробиваться с боем.

– Надо же, очередная иллюзия, – приветствовал моё появление Локман, – и это не ещё одна красотка с сиськами, а чёртов Ведьмак!

Я не ответил – был очень занят, отрубая головы людоящерам, мешавшим мне добраться до него.

– Беру свои слова обратно, – отреагировал на мои усилия Локман. – Иллюзия не умеет неиллюзорно отрывать головы тварям!

– Всё верно, – отозвался я. – Я таки чёртов Ведьмак, и я пришёл вытащить отсюда твою задницу… Ладно драконы, ладно змеи – динозавры-то тут откуда⁈

– Добро пожаловать в парк юрского периода! – хохотнул Скорпион.

– Да? А добыча кто? – спросил я, загоняя клинок в глаз динозавра.

– Мы! – отозвался Локман.

– Ну, это они погорячились…

Я наконец прорубился к нему, и мы встали спина к спине, отражая атаки бесчисленных монстров.

– Откуда их тут столько… – проворчал Локман, отбрасывая атакующих молнией.

– Скорее всего, отдельная секция для выращивания био-солдат, – предположил я, полосуя плазменными клинками людоящера. – Не всем же быть носителями полноценной колонии…

– Но им же конца-краю не видно! – возмутился Скорпион. – А я скоро уставать начну.

– Давай выбираться отсюда, – предложил я, и Локман горячо поддержал это предложение:

– Очень своевременная идея…

Сказать это было проще, чем сделать. Выбираться пришлось через завалы из тел, которые нагромоздил Скорпион, при непрерывных атаках со всех сторон, и это оказалось той ещё задачкой. В одиночку нечего было и думать преодолеть барьер из трупов, но нас было двое. Ударив молниями, мы на мгновение отбросили атакующую толпу, вскарабкались на бруствер из убитых монстров, и уже оттуда, с господствующей высоты, продолжили планомерное истребление тварей. Молнии останавливали их ненадолго, давая нам возможность продвинуться вперёд на несколько шагов.

И всё это время чужие симбионты, пытавшиеся внедриться в моё тело, поглощались и поглощались мною, заставляя меня чувствовать себя всё более тяжёлым. У этого поглощения оказался и ещё один неожиданный эффект: в какой-то момент я начал замечать, что монстры перестают меня атаковать и только отвечают на мои атаки, как если бы я был одним из них.

– Что за херня? – Локман тоже это заметил. – Они все на меня кидаются, а с тобой закусываются, только если ты сам на них нападаешь!

И тут меня прострелило понимание, что я ощущаю их всех, не как часть себя – как часть своей иерархии, как некую сеть, где узловыми точками были змеи и динозавры-командиры, управляющие людоящерами, и все они теперь принадлежали мне.

«Стазис или смерть!» – мой мысленный посыл был чёток и резок. Атакующее нас войско качнулось, откатываясь назад, и застыло в неподвижности.

– Что за чертовщина? – спросил в недоумении Локман.

– Они больше не будут атаковать, – ответил я. – Уходим.

Пробравшись сквозь плотные ряды тварей к коридору, которым я сюда пришёл, Локман оглянулся назад.

– Теперь я должен тебе… клан Золотого Скорпиона признаёт долг перед Рюриком.

Глава 12

Ковен дал слово следовать за своим лидером. Колония стангеров ранга Администратор была малым подобием Примы и его правой и левой рукой, передавая его волю нижестоящим особям. Даже не сознавая того, ведьмы следовали инстинктам своих симбионтов, воспринимая Ведьмака-Приму как верховное божество, воля которого должна быть неукоснительно исполнена.

Сейчас эта воля состояла в том, чтобы расчистить путь через Шабаш.

– Действительно ли мы вдвоём попрёмся туда, откуда удирала вся группа? – своим жутким голосом спросил доктор Килл, шаг за шагом отмеряя коридор в ту сторону, откуда совсем недавно бежал вместе со всеми.

– Вдвоём? – хором пропели сёстры Тайсон.

– Ты, да я, да мы с тобой, – в тон отозвался Джек, намекая на то, что существо на его плечах едино в двух лицах.

– Уел, – согласились ведьмы, прислушиваясь к окружающему их пространству. – Но не бойся, мы справимся…

– Раз вы так уверены в себе, – пророкотал док, – зачем вам я?

– Нам трудно одновременно двигаться и держать маскировку…

– Так что вперёд, Плотва!

– Вы-то откуда это имя знаете? – удивился доктор Килл.

– Нам было интересно…

– Откуда Ведьмак взял свой новый позывной…

– Приехали, – проворчал, останавливаясь, доктор.

Дверь устояла, хотя была изрядно попорчена ударами изнутри. Доктор Килл сказал сёстрам, какую команду ввести, чтобы снять блокировку, и дверь открылась.

Визг прекратился, тревога улеглась, и снова слышалось умиротворяющее, чарующее пение. Сёстры Тайсон подхватили эту мелодию, присоединились к ней, и доктор Килл удивился, как легко у них это вышло.

– Лист прячут в лесу, – отозвались ему ведьмы.

– У нас было время…

– Чтобы проанализировать сигнал…

– И подстроиться под него…

– Замаскировавшись под систему опознания «свой-чужой».

– Ну, если так… – вздохнул доктор, вливаясь в колышущуюся толпу за дверью.

На него никак не отреагировали, даже когда он случайно отдавил пару ног. Сёстры Тайсон сняли скафандры и напевали в унисон доносящемуся до них пению. Раздвигая толпу, доктор Килл медленно продвигался сквозь плотные ряды, которые тут же смыкались за его спиной. Пение постепенно становилось всё громче, и доктор отметил это для себя.

– Да, мы приближаемся к источнику, – подтвердили ведьмы.

Источник располагался в помещении, стилизованном под капище. Светильники, расставленные на полу и направленные вверх, образовывали сложный рисунок лучами, разрезающими сумрак. Между ними стояли женщины, в унисон выводя чарующую мелодию.

Мыслеобразы в сознании доктора Килла, направленные ему сёстрами Тайсон, пояснили то, что он примерно уже представлял: Ковен представлял собой единый симбионт со множеством тел, выступающих узлами-ретрансляторами для телепатии и эмпатии. Мечтой и целью Ковена было знание, принадлежащее человечеству, объединённому в единую сеть. Но Ковену хватало понимания, какую угрозу несёт его хрупкой мечте новое вторжение: появился другая Сеть, над которой у Ковена не будет контроля.

Поэтому Ковен сражался за человечество, чтобы быть его единственным пастухом. Долгое время он изучал и осмысливал, какое оружие может быть эффективным против ксеносов. И аналогия с Интернетом и узлами связи подсказала решение – вирусы.

Обращённая в ведьму Герега не сидела без дела, и Ковен обнаружил в её клане схожие генетические билды, которые могли быть пригодны для обращения в ведьм. Одним из экспериментов Герега были «соблазнительницы» – девушки, которые могли выделять вместе с потом феромоны, афродизиаки, и даже яды и вирусы. Но проект свернули, так как с выделением всё было в порядке, а вот как девушка должна была хранить запасы своего оружия и контролируемо его использовать, учёные клана придумать не смогли.

В итоге получилась игрушка для богатых клиентов – красивые девушки-эскортницы, но поскольку в разработке был использован среди прочего генетический материал одной из ведьм, модель частично воспринималась Ковеном как своя.

Зато решить проблему смог Ковен, вот только пришлось попортить немало «товара», прежде чем нашлись тела, которые смогли принять симбионтов в полной мере. Так появились сёстры Тайсон, и они распылили частички Ковена по всей зоне Шабаша, обеспечивая проникновение «вируса» повсюду. А насколько Шабаш оказался уязвим к инфекции, они собирались проверить незамедлительно.

Доктор Килл вошёл в капище осторожно, стараясь не привлекать к себе внимания поющих. Но хор всё равно начал сбиваться – верный знак, что его заметили. Сёстры Тайсон соскользнули с его плеч на пол, обнялись и слились в страстном поцелуе.

– Ээээ… – протянул док. – Зрелище, конечно, красивое, но немного несвоевременное…

В этот момент Селена осела на пол, словно заснула, а Джулия довольно облизнулась. Доктор Килл понял, что сёстры зачем-то объединили двух симбионтов в одном теле. Только зачем?

В ожидании сигнала Ковен рассредоточил свои силы по всей Солнечной системе, от Земли до опасной близости к «Ковчегу». Были задействованы прототипы специальных усилителей, которые обеспечивали связь между узлами Сети. И сигнал пришёл. В мгновение ока цепочка усилителей передала его в штаб-квартиру Ковена, к Матриарху Бэрил, а вместе с ней – всему Ковену.

Ковен начал операцию.

Сбивающееся пение хора подхватила Джулия, повела чужие голоса за собой, увлекая, вынуждая следовать за её голосом, выдерживать её тональность. Ей даже почти удалось это – но хор быстро опомнился и вернулся к своей мелодии, и Джулия уступила на короткое время, чтобы исподволь снова навязать своё пение. Она усиливала натиск, отступала и снова начинала вести свою партию, и с каждым разом всё успешнее. Ведьма и Шабаш соревновались друг с другом в тональности «пения», общаясь, передавая данные и пытаясь заполучить друг над другом контроль.

Доктор Килл, наблюдавший за этим состязанием, подумал, что это очень похоже на работу вируса и антивируса: ведьма пыталась распространить свою волю на участников Шабаша, те этому противостояли и даже уничтожали поражённые участки…

Борьба шла с переменным успехом, а доктор с каждой минутой чувствовал себя всё более бесполезным. С Юлием у ведьмы было бы больше шансов…

– Я точно об этом пожалею…

С этими словами он шагнул в центр поющей группы и одним движением оторвал голову одной из певиц. Следующим движением – ещё одной.

От полного ярости визга, который обрушился на него, у дока подкосились ноги, а потом его погребло под толпой бросившихся на него резко пробудившихся одержимых и ксеносов. С этим он бы справился – здесь не было достойных противников, но чуждая воля начала забивать его сознание. Он бился, вырывался, но постепенно тонул, теряя себя…

И в этот момент визг превратился.

Ксенос оставался ксеносом, но у ведьмы был величайший компьютер, когда-либо созданный живой природой – человеческий мозг. В её распоряжении были все его ресурсы, и она виртуозно оперировала ими. Аналоги спама, ловушек, троянов, вирусов-бомб – всё это и многое другое использовалось в полной мере. А самое главное – с ней была вся мощь Ковена, дотянувшегося до «Ковчега» через цепочку усилителей.

Груда тел, заваливших доктора Килла, постепенно рассасывалась. Он поднялся на ноги, недоверчиво глядя на неподвижных существ, не мигая глядящих на него.

– Спасибо…

– Доктор…

– Мы победили…

– Благодаря твоему вмешательству…

– Отвлечение было решающим фактором…

– Как и оторванная голова ключевого узла обороны…

– Теперь нас стало…

– Много…

– Очень много…

– Ковен доволен…

– Человечество…

– Объединится…

– В единую сеть!

Всё это прозвучало хором из тысяч глоток, совершенно синхронно, и доктор Килл поёжился:

– Официально заявляю – вы жуткие. От вас обосраться можно…

Местом сбора выбрали захваченный ведьмами Шабаш. Пока разрозненная группа собиралась воедино, Джулия вернула Селене её симбионта, и та поднялась на ноги, как ни в чём не бывало. Тень привёл Синтию почти целой и невредимой, несколько незначительных ранений были не в счёт. Когда мы с Локманом добрались до Шабаша, она уже сняла скафандр, и доктор Килл обрабатывал её раны. Сам скафандр был уже цел – его ткань была способна к самовосстановлению. По словам дока, всё, в чём нуждалась Синтия, это отдых.

Локман тоже вымотался, но был цел и невредим, благодаря инженерному гению Михалыча. Однако небольшой профилактический ремонт его МПД не помешал бы. Так что мы решили остановиться там на небольшой отдых, благо сёстры Тайсон клялись, что без их ведома в этой зоне не проскочит даже блоха.

Из толпы вытолкнули Джона, и мы задумчиво уставились на пускающего слюни человека.

– И что с ним делать? – спросила Синтия.

– В Зазеркалье он будет бесполезен, – ответил доктор Килл. – Он говорил, что никогда туда не ходил.

– К тому же продемонстрировал высокую уязвимость к атакам разума, – пропели ведьмы.

– Пусть остаётся здесь, – решил я.

– С перехватом местной Сети наши возможности стали куда шире… – всей толпой Шабаша проговорили ведьмы.

Мы поморщились и попросили убавить громкость, а лучше всего говорить самим, без подчинённых одержимых. К нашему облегчению, сёстры Тайсон к просьбе прислушались, и дальше разговор протекал привычным способом.

– И одновременно неудобнее с вашей точки зрения, – проговорила Джулия.

– Это как? – уточнил я.

– Теперь Сеть напоминает поисковик, – пояснила Селена. – Чтобы что-то узнать, нужно сделать запрос, и только тогда конкретная ведьма узнает ответ.

– Но что знает одна ведьма – знает весь Ковен, – подхватила Джулия.

– Что такое вообще стангеры? – спросила Синтия.

Ответ пришёл незамедлительно – в форме мыслеобразов. Это было названием вида, но не самоназванием. Изначально колонии этих нано-организмов плавали в первичном океане, выступая симбионтами первых более крупных организмов. Всё изменилось, когда планету посетили гости – возник мыслеобраз ящеролюда.

– Так и знал, что тут не обошлось без жидомасонов, – пошутил Локман.

Гости оказались неосторожны, нарушили протоколы безопасности, один из стангеров попал в организм существа с развитым самосознанием – и осознал себя. Первый одержимый оказался той ещё тварью, смог захватить контроль над кораблём и остальным экипажем. Вернувшийся в метрополию корабль стал началом ксено-апокалипсиса. Колонии стангеров стремительно росли и эволюционировали, от тел разумных существ до скоплений размером с дом. Тогда же появилась первая специализация: возникли солдаты-Легионеры, чтобы эффективно сражаться и защищать, Сеть – чтобы общаться между собой, минуя слабые коммуникативные способности «мясных скафандров», и наконец появилась самая крупная колония-сверхразум – Прима.

Так началась экспансия стангеров по галактике – рассылка разведчиков, инфильтрация, подача сигнала и прибытие Примы. И человечество для них – лишь новая вкусная добыча и новый опыт. Но нам повезло – первый «Ковчег» был захвачен не сразу, его решили изучить, исследовать, увлеклись в процессе и погрязли в человеческих страстях и грехах. И лишь появление Примы навело порядок и «Ковчег» отправился к точке назначения.