Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

– Кто же ты… Ризант Адама… стро? – поразительно трезво произнёс Вох-Ууле. – Чья воля… движет… тобой?

– Этого ты никогда не узнаешь. Прощай.

Сорвавшийся с моих пальцев «Серп» отсёк голову алавийца. Не испытывая брезгливости, я взял её за нижнюю челюсть и подошел к вышибленному окну.

– ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДА! – проревел я, срывая голосовые связки и размахивая обгоревшим черепом поверженного врага.

Эйфория затопила разум, и я пустил в медленно светлеющее небо несколько плетений, которые оглушительно разорвались в вышине. Мой залп поддержали и другие Безликие. Хмурую громаду Гарды высветили десятки вспышек, вселяющие в людей надежду, а в нелюдей и их рабов страх.

Просыпайся, Клесден. Твой кошмар окончен. С сегодняшнего дня всё снова станет как прежде…

* * *

В глухом подвале цитадели, где стены покрыты вековым слоем чёрной плесени, весь пол был залит кровью. Не осталось ни единой незапятнанной пяди. Молдегары сопротивлялись яростно и остервенело. Они умирали с оружием в руках, до самого последнего вздоха отказываясь сдаваться. Мне даже стало немного жаль пускать в расход этих по-собачьи преданных алавийцам здоровяков. Такие отличные солдаты очень помогли бы нам в войне против Капитулата, если б выступили на нашей стороне. Но проще было потушить солнце, чем убедить Рождённых для битв перейти под стяги своих соплеменников.

По сути, эти мускулистые бойцы были кем-то вроде детей, запертых в телах тренированных убийц. У них начисто отсутствовала способность мыслить критически или анализировать ситуацию. Альвэ в процессе длительного отбора вытравили эти навыки, сделав ставку на грубую физическую силу и выносливость. Молдегарам с детства внушали, что темноликие – их истинные хозяева. А мы, то есть люди, просто скот, подлежащий уничтожению. И именно такими нас всех видели воины Капитулата. Оттого сохранять жизни противников не было никакого смысла. И поэтому десятки плетений неустанно срывались с моих рук и колец Безликих, методично и неотвратимо перемалывая гарнизон захватчиков.

Остатки алавийских солдат, возглавляемые уцелевшими Девами войны, предприняли попытку отсидеться в подвале. Но нашли там только свою смерть. Продавив редкое сопротивление немногочисленных милитариев темноликих, мы загнали врага в каменную ловушку, а затем оперативно прикончили. «Колесница» в замкнутом пространстве, скажу я, – это страшная вещь. После неё находиться в помещении было не очень-то приятно даже мне, повидавшему на своём веку всякого. Моих спутников и вовсе замутило от подобного зрелища. Но, как говорят на севере: «Не запачкав рук, горшок не слепишь».

Вскоре я и Безликие добрались до места, где держали узников. И тут словно сам Ваэрис потянул меня за руку. Я подошел к обитой ржавыми металлическими полосками двери и понял, что именно за ней найду брата. Но вот живого ли? Не соврал ли перед смертью Вох-Ууле? Сейчас и узнаю…

«Прах» быстро переварил стальные скобы вместе с массивным навесным замком, превратив их в ржавую труху. Противно скрипнули петли, и я, уже предчувствуя недоброе, вошел в глухой каменный мешок, который не имел даже малейшего намёка на окно. В моей ладони зажегся огонёк «Лучины», и ровный магический свет разогнал мрак в тесном узилище. Здесь царил затхлый дух застоялого пота и нечистот. А в углу лежала куча тряпья, которая даже не пошевелилась при моём появлении.

Надеясь, что ошибся, я двинулся туда. И совсем скоро сияние колдовского плетения осветило неподвижное тело.

– Велайд… – узнал я родственника.

Проклятые алавийцы поработали над бедным парнем основательно. Волевое и мужественное лицо младшего нор Адамастро сейчас походило на гротескную маску. Нос распух до синевы, губы раздулись, а глаза утонули в гематомах и засохших гнойных выделениях. Правая рука брата изгибалась в тех местах, в которых делать этого не должна. А на открытых участках тела виднелось множество порезов и ожогов, оставшихся после раскалённого железа.

– Клянусь, тебе, Велайд, эти твари ответят за всё… – прошипел я, сквозь сжатые челюсти.

Но тут вдруг узник шевельнулся и тихо-тихо застонал:

– Риз… это ты?

Осознав, что братец жив, я бросился к нему, создавая множество проекций «Божественного перста» и «Обезбола». Конструкты полыхнули короткими вспышками, и Велайд задышал ровнее и глубже.

– Ты… пришёл за… мной… – кое-как улыбнулся нор Адамастро разбитыми в мясо губами.

– Мы все пришли. Иначе не могло и быть. Безликие не бросают своих братьев, – шепотом ответил я.

В подтверждение моих слов, слева и справа от меня возникли фигуры в чёрных одеяниях. Они начали осторожно переворачивать Велайда, чтобы вынести из этого неприятного места.

– Спасибо… спасибо вам всем… И тебе Риз. Ты… ради меня… я даже не предполагал… Думал, что умру здесь…

Парень задохнулся и всхлипнул от избытка чувств. Сквозь его жутко выглядящие гематомы на глазах проступило несколько слезинок.

– Успокойся, брат, всё уже позади… – я осторожно приобнял Велайда, чтобы не сделать ему больно. Но он судорожно вцепился в меня уцелевшей рукой, словно боялся, что я растаю подобно последним мгновениям сна.

– Я ничего не сказал… никому… они терзали меня, но я сохранил тайну… – бормотал Велайд, уткнувшись мне в плечо. – Они постоянно… постоянно спрашивали о тебе, Риз… но я молчал…

– Знаю, Велайд. Ты молодец. Я горжусь тобой, – грустно улыбнулся я.

– Мы все гордимся своим братом, – раздался над моим ухом голос Ислы. – Вы явили смелость, достойную Безликих, экселенс!

– Я так ждал… так ждал тебя, Риз… спасибо, что не бросил… не оставил… – продолжал бредить младший нор Адамастро, будто бы не услышав нас с миларией гран Мерадон.

– Тс-с-с, тебе надо поспать. Всё уже позади…

С этими словами я сотворил плетение «Морфея», и братец обмяк. Но даже во сне он не разжал своей хватки, продолжая держаться за меня. Бедолаге неслабо досталось. Поначалу я даже принял его за мертвеца. Но в представлении алавийских псов это действительно не считалось серьёзной пыткой. Как темноликие умеют мучать, я уже успел познать на себе. Мне по сей день иногда снится экзекуция, устроенная Нес-Хеенсом. И я просыпаюсь оттого, что шрамы на руке нестерпимо горят, словно их жгут раздутые угли.

Тебе обязательно нужно стать сильнее, Велайд. Потому что ты не видел и толики того, на что способны альвэ…

* * *

– Этого ты никогда не узнаешь. Прощай… – донеслось из хрустальной шкатулки.

Затем послышались звуки какой-то возни, а после грянул преисполненный торжества вопль: «ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДА!» А члены Высшего Совета, внимательно выслушав шокирующее послание, недоверчиво переглянулись.

– Как это могло случиться? – ошеломлённо спросил кто-то из участников заседания.

Взоры десятков темноликих синхронно устремились на Рен-Хаана. Всё-таки, он был одним из основоположников идеи отправить армию вторжения на земли Южной Патриархии. Но тот внешне остался совершенно невозмутимым.

– Сейчас важнее понять, как нам действовать дальше, чтобы избежать новых потрясений, – спокойно изрёк кардинал. – Но прежде, давайте почтим память нашего доблестного брата. Вох-Ууле погиб, до последнего вздоха сохраняя преданность Капитулату. Благодаря ему мы получили сведения, ценность которых несоизмерима с принесённой жертвой. Уже сейчас можно с уверенностью заявить – с двуногим скотом на Старом континенте творится что-то неладное…

Рен-Хаан замолчал, а в его памяти непрошено всплыло лицо Первого Жреца, некогда пожаловавшего к нему со странной просьбой. «Возможно, мы стали невольными участниками игры, которую затеяли какие-то высшие сущности», – добавил кардинал мысленно. Но вслух высказывать подобные суждения он всё же не решился.

Глава 17

Смерть последнего алавийского кардинала, пришедшего на земли Патриархии, принесла в мою жизнь спокойствие и размеренность, которые я уже и не чаял больше испытать. Война отступила на второй план, хотя оставшиеся без главаря легионы альвэ всё еще продолжали быть костью в горле. Но их истребление виделось мне рутинной задачей, а не чем-то серьёзным.

Темноликие, лишившиеся командующего, организовали в Клесдене несколько анклавов, центрами которых стали цитадели Руна и Твердь. И чтобы проклятые захватчики в порыве отчаянья не устроили горожанам геноцид, поблизости всегда дежурили Безликие. Так нам удавалось соблюдать шаткое равновесие, насколько оно вообще возможно в подобных условиях. Однако скоро перед алавийцами в полный рост встанет продовольственная проблема. И тогда орду голодных молдегаров не сдержит и сам Драгор.

После победы над Вох-Ууле мой авторитет в братстве взлетел до самых звёзд. Многие из Безликих и раньше меня боготворили, а теперь и вовсе норовили мне в ноги упасть. Я всеми силами старался искоренить эту практику, но смог совладать только с Гимраном и Ислой. Их после учинённой мной бойни под Арнфальдом сложно было удивить ещё больше.

В семье Адамастро, в кои-то веки, тоже всё шло гладко. Стоило пасть вражеской блокаде, как от Веды пришел целый ворох писем. В одном из них милария Илисия по каким-то лишь ей ведомым признакам поняла, что сестрица носит под сердцем второго малыша. На моё справедливое замечание, дескать прямо об этом нигде не говорится, мачеха только сердито зыркнула и заявила, что я весь пошёл в отца. Это явно было высказано в форме упрёка, но я его таковым не воспринял.

Велайд, пострадавший в пыточных подвалах Гарды, стремительно шел на поправку, а Насшафа от него не отходила ни на час, контролируя процесс выздоровления. Их взаимоотношения, как мне показалось, шагнули на новый уровень. И теперь парня редко когда можно было встретить бодрствующим в светлое время суток, поскольку он перестроился на ночной режим. Мать, разумеется, открыто возмущалась его странному и извращенному, в её понимании, интересу. Женщину до глубины души шокировало известие, что любимый сыночек вдруг спутался с красноглазой нелюдью. И перспектива остаться без внуков сильно подпортила характер Илисии. В мой адрес по этому поводу недовольства лилось даже больше, чем в сторону Велайда. Во-первых, это я поселил Насшафу с нами, а во-вторых, отказывался отговаривать брата от общения с абиссалийкой.

Нет, ну а чего? Я что, должен с этим здоровым лбом нянчиться? Ага, бегу и прыгаю. Пусть сам разбирается со своей личной жизнью. Как бы легкомысленно и эгоистично это не звучало, но развитие их с Насшафой отношений стало для меня великим облегчением. Я хотя бы частично теперь могу переложить с себя ответственность за доверившуюся мне альбиноску. Причём, груз сей ответственности отнюдь не маленький. Абиссалийка – это не какой-то там потерявшийся лопоухий щенок. Она опасней любого хищника.

Иными словами, Илисия пусть сама воспитывает своего отпрыска. А мне надо продолжать заниматься магическими опытами, тренировками, зачисткой Клесдена от алавийской армии, восстановлением родового поместья и, самое ужасное – расставить с Вайолой все точки над «ё». На данный момент она представляла для меня угрозу, владея знанием о моей тайной личности. Однако я не верил, что после всех своих попыток спасти меня от почившего Инриана, она возьмёт и выдаст мой секрет кому-либо. Очень надеюсь, что я в ней не ошибся…

Так, ну что ещё произошло за эти дни? Следов семейства нор Эльдихсен в хаосе войны мне обнаружить не удалось. Вернее, они терялись где-то на северо-востоке, на границе с Равнинным Княжеством. Поэтому своё последнее прибежище старина Нест нашёл рядом с боевым товарищем Пеплом. Уверен, что Одион против такого соседства возражать бы не стал.

По части магической теории тоже не обошлось без положительных подвижек. Учитывая свой свежий боевой опыт, я значительно перекроил все учебные планы братства. Систематизировал старые плетения и дополнил рабочий арсенал новыми. Провёл оптимизацию колдовских схем у проверенных временем чар, типа «Матрёшки», «Зонтика» и «Покрова». Расширил списки обязательных боевых заклинаний более совершенными, но вместе с тем и простейшими формами, которые по своему минимализму не уступали «Объятиям ифрита». Таковыми стали «Шило», «Брызги», «Стрела» и дюжина других плетений, каждое из которых создавалось под определённую задачу. «Шило», к примеру, идеально подходило для поражения одиночного противника, экипированного даже полным латным доспехом. В силу его необычайно крохотных размеров, перехватить заклинание в полёте было непросто даже мне. А «Стрела», наоборот, плохо показала себя против железной и стальной брони. Но зато крошила магические щиты даже лучше, чем «Зарница». Что касалось «Брызг», то они предназначались для массового поражения противника на короткой дистанции, и были незаменимы при попадании в окружение.

Но особенно сильно я гордился своей разработкой, названной «Кора́». По сути, это упрощенный до невозможности алавийский «Покров», но с практически не изменившимся функционалом. Пусть «Кора» не так хорошо выдерживала физическое воздействие, но по части блокировки магических атак превосходила даже своего прародителя. А самое главное, что сотворить такой щит можно было практически мгновенно. Так что на отработку этого конструкта я планировал потратить очень много времени. Не успокоюсь, пока каждый Безликий не будет рефлекторно создавать вокруг себя барьер при любом громком звуке. Это сохранит нам множество жизней.

Для решения более широких тактических задач на поле боя я ввернул в программу подготовки Безликих и плетения посложнее. Те же «Молот» и «Колесница» зарекомендовали себя поистине отменно. Правда, требовали значительной сноровки и мастерства. И если мои нынешние соратники, прошедшие горнило битвы под Арнфальдом и еженощно выходящие на охоту за алавийцами этими заклинаниями уже овладели, то вот насчёт неофитов братства я имел сомнения. Ну да ничего. Дай срок, так у меня Безликие и «Мантию» творить научатся. Всему своё время…

Ах, да! Самое интересное забыл! Мне ведь ещё удалось воплотить в одном заклинании тот безумный трюк с рискованным прыжком, который я совершил, попав в окружение к Девам войны. Поначалу я хотел назвать плетение «Лифтом», но столкнувшись с полным непониманием данного термина Безликими, переименовал его в «Катапульту». Всё-таки у бойцов с обозначениями конструктов должны возникать самые простые и доходчивые ассоциации. Чтоб мозг отрабатывал полученный сигнал за долю секунды. Ибо на войне, как правило, именно ничтожное мгновение отделяет жизнь от смерти.

Исла и Гимран, кстати, как мои самые доверенные помощники и опытные милитарии, уже испытали его на себе. Первые эксперименты, к сожалению, без травм, не обошлись. Но повреждения магистры получали совсем пустячные. К пятому десятку прыжков оба уже вполне уверенно применяли чары, подбрасывая себя вверх на дюжину метров и приземляясь. Так что здесь всё тоже упиралось в наработку сноровки и оттачивание мастерства.

Естественно, такие обширные изменения в образовательной программе неофитов повлекли за собой и другие новшества. Для контроля за усвоением учебного курса потребовалось сформировать ещё и зачётную сетку. Её я составлял опираясь на способности всех Безликих, находящихся рядом со мной. По сути, она представляла из себя усреднённый временной лимит, в который нужно было уложиться при создании плетений, только и всего.

Дополнительно я подготовил ещё и комплекс упражнений для развития ловкости пальцев и мелкой моторики. Ведь для милитария точность движений его руки зачастую даже важнее самого умения обращаться к истинным слогам. Поэтому я собрал всё, до чего только сумел додуматься – монетки, медные шарики, плетённые кожаные шнурки для, как я её назвал, узелковой гимнастики. А также костяные кубики, фишки и деревянные колечки разных диаметров. Мои спутники уже полным ходом осваивали новые упражнения. Они крутили и перекатывали различные мелкие предметы целыми днями. А скоро очередь дойдет и до остальных членов братства. Вот привезу только свою инновацию в Арнфальд, и даже Лиаса заставлю этим заниматься.

В общем, мои последние дни прошли о-о-очень насыщенно. Вот и сейчас я не изменял себе, а увлечённо перестраивал на нотном стане очередной конструкт. И уже, кажется, достиг определённых успехов, но тут моё уединение нарушила целая делегация. Исла, Велайд и милария Илисия ворвались в мою обитель, заняв практически всё свободное пространство. Нет, всё-таки, надо быстрее кончать с алавийскими ублюдками и двигать в Арнфальд! Пока поместье Адамастро не восстановят, в Клесден ни ногой! Мне ж здесь даже поработать не дают…

– Мой экселенс, прибыли вести из столицы! – первой доложила госпожа гран Мерадон. – Наш Благовестивый Патриарх сумел убедить князя гран Ривнар оказать содействие в истреблении остатков войск темноликих!

– Неужели⁈ – в самом деле изумился я. – Равнинное Княжество отправит нам в подмогу Сыновей копья?

– Истинно так, мой экселенс! Семь тысяч отборных воинов! – гордо приосанилась Исла, будто бы самолично тренировала этих солдат.

– Хех, а князь, как я погляжу, весьма честолюбив. Даже несмотря на старые обиды между ним и Патриархом, экселенс гран Ривнар не смог удержаться от участия в славной рубке, – хмыкнул я. – Теперь, наверное, будет на каждом углу трубить о том, как спас незадачливого южного соседа. Но да ладно. Это поражение всегда остаётся сиротой, а к победе выстроится целая очередь отцов. Как бы там ни было, а Безликие с Сыновьями копья играючи сломают сопротивление оставшихся молдегаров. Это нам на пользу. Что-то ещё, Исла?

– Нет! То есть да. В смысле, не совсем… – аристократка смущённо потупилась, привычно скрывая чёлкой повязку на отсутствующем глазу.

– Ну так говори! – поторопил я её.

– Это касается Мышонка, – выпалила она, почему-то косясь на Велайда с Илисией.

– И что с ней? – недовольно нахмурился я.

Меня, признаться, уже утомила эта девчонка, а так же все связанные с ней неурядицы. Я изначально не хотел принимать опеку над сироткой, раз уж на то пошло.

– С вашего позволения, экселенс, я возьму её с собой в Арнфальд, – поклонилась озарённая.

– Пф… делай что хочешь, только чтоб она мне больше не попадалась на глаза, – фыркнул я.

– Конечно, мой господин! Как прикажете!

Явно обрадовавшись моему решению, девица умчалась. А я перевёл взор на родственников.

– Ну? А вы с чем пожаловали? – поинтересовался я.

– Вообще-то, Риз, ты сам просил меня зайти, – отозвался брат, не очень-то радующийся тому факту, что ему пришлось просыпаться до заката солнца.

– Ах, точно! – стукнул я себя по лбу. – Велайд, нужно перевезти все мои вещи в Арнфальд. Ты же сохранил их?

– Конечно! И твои музыкальные коробочки, и записи, и остальные причудливые устройства.

– Вот и отлично. Это всё мне очень-очень нужно. Можешь отправляться хоть сейчас.

– Я понял, брат, – скорчил кислую мину парень.

– Насшафу тоже возьми с собой, ей не помешает развеяться и посмотреть на мир, – добавил я.

– Спаси… кха! То есть, как скажешь, – отчётливо повеселел Велайд, но в присутствии матушки побоялся это демонстрировать.

Он покинул помещение, стыдливо опустив голову, чтобы Илисия не могла увидеть лёгкой улыбки, играющей на его устах.

– Ну а вы, милария, какими судьбами?

– Ты меня прям изумляешь, Ризант, – состроила вдова такую надменную мину, что я невольно вспомнил времена, когда мы с ней были на ножах.

– Да я вообще весь из себя удивительный, – ворчливо пробурчал я, не имея никакого желания играть в эти игры а-ля «Догадайся сам, чего мне надо». – Спасибо, что заглянули проведать, милария Илисия, но я, с вашего позволения, вернусь к делам.

– Вообще-то я хотела поинтересоваться твоими планами на конец четвёртой луны, – снизошла до пояснения мачеха.

– Ну, к тому сроку я надеюсь вернуться в Арнфальд. Там скопилось слишком много вопросов, требующих моего участия…

В моём разуме сразу бегущей строкой замельтешили пункты будущей повестки. Нужно ехать на север, чтобы налаживать отношения с тамошними князьями. Восстановить продовольственное соглашение с Медесом. Решить организационные вопросы моего братства, привести достойных претендентов к присяге на крови. Затем всё-таки надо будет отправляться на запад. Совершенно очевидно, что с текущими силами объединению людских государств не удастся захватить порт Элдрим. Да что там, они даже Персты Элдрима не могут преодолеть. Насколько я слышал, этот бастион считается неприступным. И об него наши армии не раз и не два ломали зубы. Но прежде, чем наступать туда, мне предстоит хорошенько изучить экономическую обстановку западных земель. Потому что никакие геройство и удаль не перевесят незыблемые законы войны. Всегда побеждает тот, кто лучше вооружен, качественней одет и сытнее накормлен. Тот, чья мошна потянет больше солдат. И как бы мне не хотелось обратного, а алавийские прибрежные колонии при поддержке Капитулата превосходят нас по всем этим пунктам. Поэтому придётся сперва приложить тонны дипломатических усилий, чтобы сделать из разрозненных княжеств нерушимый монолитный кулак. А ещё…

– Ризант? Ризант! Где ты витаешь? Ты что, совсем не слушаешь⁈ – выдернул меня из размышлений возмущенный возглас Илисии.

– Какие глупости, дорогая милария! Я просто тщательно обдумывал каждое ваше слово, и пришел к выводу, что вы во всём правы! – попытался я сделать вид, будто не выпадал из диалога.

– Да что вы, экселенс? Как же радостно слышать, что вы наконец осознали важность и этой стороны жизни дворянина, – обманчиво любезно проворковала мачеха.

– Э-э-э… ну да, конечно же… я всегда понимал, просто из-за нехватки времени у меня не получалось…

– Выходит, мы договорились? – многозначительно вскинула бровь Илисия.

– О чём именно? – сдался я и перестал изображать, будто понимаю контекст беседы.

– О твоём празднике, Риз, – осуждающе покачала головой женщина. – Через три луны тебе исполняется двадцать четыре года. Подготовку нужно начинать уже сейчас.

– Двадцать четыре? – глупо переспросил я.

И правда… целых пять лет я уже прожил под новыми звёздами. С одной стороны, они пролетели, как один день. А с другой, растянулись в вечность. Сколько всего я успел за этот срок совершить. Сколько всего обрёл и потерял. Как же сильно изменили меня минувшие годы. Перекроили и перековали характер, систему ценностей и даже образ мышления. Что осталось от истинного Александра Горюнова? Пожалуй, только память…

– И снова ты меня не слушаешь, – оскорблённо поджала губы Илисия.

– Нет, милария, на сей раз я здесь, – хмуро отреагировал я. – Просто… а, неважно. Могу я просить вас взять на себя хлопоты по организации торжества? Со своей стороны обещаю сделать всё, что скажете.

– Хорошо, Ризант, – степенно кивнула мачеха. – Я займусь этим. Но только с условием.

– Я внимательно слушаю.

– Семья Адамастро должна расти, но пока только усыхает. Веда вышла замуж, став нор Эсим. А Велайд… Велайд слишком увлечён этой красноглазой бестией, – Илисия поморщилась, но развивать дальше тему пристрастий своего сына не стала. – Сколько раз за последний год ты чуть не распрощался с жизнью?

– Ну-у… примерно… – задумался я.

– Это был риторический вопрос, – раздражённо фыркнула женщина. – Ты должен знать, что я не люблю заниматься сводничеством, как милария Оттеда. Но в данной ситуации я вынуждена оказать на тебя давление. Потому что ты единственный, Риз, кто может дать продолжение роду Одиона.

– Вообще-то, Веда уже… – начал было я, но Илисия меня перебила.

– Веда больше не принадлежит семье нор Адамастро! Она часть фамильного древа нор Эсим!

– От меня-то вы чего хотите, милария⁈ – раздражённо вскинулся я.

– Женитьбы, Ризант! Чтобы ты для начала хотя бы представил избранницу перед высшим светом! – без тактичных экивоков выдала мачеха.

– Угу… если бы у меня она ещё была, – закатил я глаза.

– Избавь меня от своей ложной скромности, Риз, – иронично сощурилась аристократка. – С твоей-то известностью в обществе, репутацией удалого фехтовальщика и славой удачливого воина, тебе нужно лишь выбрать претендентку из сонма молоденьких дев. А уж после того, как сам Леоран гран Блейсин приблизил тебя к престолу, не зазорно будет поискать подходящую партию и среди столичных миларий. Если хочешь, этим вопросом я тоже могу заняться. Не сомневайся в моём вкусе, я выберу для тебя самую красивую невесту…

– Ну уж нет! Если жениться, то только по любви! – категорично отмахнулся я.

Илисия возмущенно округлила глаза и уже явно собралась затеять яростные дебаты, чтобы переубедить меня. Но я остановил её, выставив раскрытые ладони.

– Послушайте, милария, дайте мне немного времени на обдумывание, – взмолился я. – Всё это слишком неожиданно и не совсем уместно! У нас война на носу…

– Именно потому я и толкаю вас на совершение такого шага, – непреклонно вскинула подбородок Илисия. – Вы можете отправляться хоть к абиссалийцам. Но сначала женитьба и наследники. Иначе от нашего рода не останется ничего.

– Давайте так, если к исходу четвертой луны я не найду ту, которая согласится со мной пойти под венец, тогда подбором невесты для меня займётесь вы. Идёт?

– Это приемлемый вариант, – расплылась в торжествующей улыбке женщина. – Вы удовлетворили все мои запросы, экселенс. Не смею больше вас отвлекать.

Довольная Илисия по-царски гордой походкой удалилась, оставив меня в одиночестве.

У-у-у, блин, милария нор Адамастро, чтоб её! Я уже и забыл, сколь невыносимой умеет быть мачеха. Не иначе как от удивления я сам загнал себя в такие узкие временные рамки. Ну почему до исхода четвертой луны? Надо было хотя бы выторговать срок до конца года!

Хм, а может и правда в пустоши кьерров податься? Там уж меня Илисия точно не достанет…