Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Глава 20

Утро началось с переполоха. Оказывается, что минувшей ночью альвэ устроили настоящий перформанс неподалёку от Арнфальда. Когда взошло солнце, то защитники у самой границы предместий, начинающихся на пределе дальнобойности наших милитариев, обнаружили примерно полсотни человек, насаженных на колья. Причем среди казнённых были и женщины, и старики, и даже дети. Но больше всего защитников шокировало то, что почти все из жертв темноликих оказались высокородными. Лишенные штанов, но сохранившие верхние части своих дорогих нарядов, дворяне выглядели унизительно и потешно.

– Как… они посмели? – скрипел зубами энгор гарнизона гран Эстар. – Зачем альвэ вообще это сделали?

– Разве не очевидно? – иронично отозвался я. – Это послание для всех нас. Алавийцы не будут брать пленных. Те, кто рассчитывает на снисхождение, получат только мучительную смерть.

– Но это же нелогично! – хмуро высказался какой-то незнакомый мне лирант. – Почему противник не попытается ослабить защитников, пообещав не убивать сдавшихся в плен?

– Потому что им плевать, сколько воинов погибнет во время осады, – ответил я. – Защищать и штурмовать Арнфальд будут преимущественно люди. А тысяча человеческих жизней для них не ценней стада коз.

– Вздор! – эмоционально всплеснул руками всё тот же офицер. – Темноликие тратят баснословные деньги на подготовку своих молдегаров! Если они не будут их беречь, то вскоре настанет момент, когда им самим придется лезть на стены очередной крепости!

– Однако Капитулат не участвовал в крупных сражениях более десятка лет, – возразил я неугомонному собеседнику. – На подступах к Элдриму с объединенными войсками Великой Унии человеческих земель бьются колонии алавийцев при их экономической поддержке. А сами темноликие последние наиболее ощутимые потери понесли только в Медесе. Да и то большой вопрос, а насколько болезненно для Капитулата исчезновение всего лишь трех легионов? Сколько их вообще у альвэ? Сорок? Сто? Тысяча? Хоть кто-нибудь представляет размеры загонов, в которых тренируют и закаляют Рожденных для битв? Думается мне, что за годы спокойной жизни поголовье двуногого скота, как называют нас алавийцы, превысило все разумные пределы. А теперь подумайте, лирант, зачем врагу при таких вводных беречь пехоту?

Офицер не нашелся с ответом, а только хмуро сжал челюсти. Кажется, люди и в самом деле позабыли истинные причины войны на Старом континенте. Они всё ещё думают, что с Высшим Капитулатом можно договориться на языке дипломатии. Выторговать какую-то отсрочку, разменять часть земель на свои жизни. Но нет. Альвэ настроены как никогда решительно. Ваэрис, помнится, называл срок в несколько поколений, отмеренный людям? Теперь кажется, что с моим появлением он значительно сократился. И следом за Южной Патриархией наступит черёд ослабленного Медеса. А за ним и Равнинного княжества. А там о северных союзниках Великой Унии вспомнят…

И как будто бы во всём этом есть и часть моей ответственности. Ведь не разрушь я планы темноликих, не убей их кардиналов, не смести с трона предателя своего народа, то жертв было б меньше. По крайней мере, сейчас.

Ну а вражеская армия, тем временем, приступила к осаде города. По всем, мать его, правилам современной инженерной науки. Где-то еще в прошлом мире я слышал изречение, что осада лишь на десять процентов состоит из сражений. Остальные девяносто – это бесконечное рытье траншей, логистика и тактический расчёт. Вот и молдегары сейчас, демонстрируя истинность этого умозаключения, остервенело зарывались в почву сразу с трех направлений. Потом они под различными углами соединяли окопы в сложные системы, насыпали валы, распихивали землю по мешкам, возводили временные защитные сооружения, разбирали под свои нужды домишки в предместьях.

Да, что ни говори, а инженерная мысль даже в разных мирах идет почти по одним и тем же тропам. Только в моём до подобной тактики люди дошли лишь в эпоху пороха и артиллерии. А здесь пушки целиком и полностью заменялись озарёнными.

Находясь за пределами досягаемости наших милитариев, противник не боялся получить какое-нибудь убойное плетение в самое скопление траншейных команд. А стрелы и баллисты особого вреда им не причиняли. Вот когда солдаты Капитулата приблизятся к стенам метров на сто, вот тогда станет поинтересней…

– Когда вы со своими людьми вступите в бой? – нервно отвлек меня от созерцания арнфальдский энгор.

– Явно не сейчас, – с показной ленцой отозвался я.

– Почему? – нахмурился тот.

– Вы мне предлагаете выйти за стены и гонять пехтуру по норам? – удивился я.

– Но а как же…

– Почему бы в таком случае вам не отправить с этим заданием своих милитариев, экселенс гран Эстар? – не стал я даже дослушивать собеседника.

– Они нужны на стенах! – порывисто возразил он. – А ваша функция, господин Маэстро, всё ещё остаётся неясной для меня. При всём уважении.

– Мы здесь, чтобы ликвидировать их! – ткнул я пальцем в сторону далёких изящных шатров, расположенных глубоко в тылу атакующей армии, за пределами предместий. – Знаете, кто там?

– Наверняка те самые кардиналы, о которых ходило столько слухов, – нехотя признал энгор, уже понимая, к чему я клоню.

– Вот именно. А теперь представьте ситуацию. Разгар битвы. Озарённые с обеих сторон осыпают друг друга чарами. Неустрашимые молдегары наседают как саранча, непрестанно создавая угрозу захвата того или иного участка стены. В защите задействованы все резервы. И тут вдруг вон на том пригорке появляется разодетый во всё чёрное алавиец. Он так смешно машет руками, но в реальности его действия не сулят столице ничего хорошего. Поскольку он творит чары из высшего раздела магии – Арикании. Вы когда-нибудь видели её в действии, господин энгор?

– Не доводилось, – кисло буркнул военный.

– Вы счастливчик. А вот я однажды попал в самый эпицентр подобного плетения. И уж поверьте мне, для заклинаний такого порядка превратить тридцать саженей крепостной стены в обломки не составит великого труда. Надо ли мне пояснять, кто именно пойдет противодействовать старейшинам?

Все офицеры, что находились рядом, задумчиво примолкли. Стушевался даже энгор арнфальдского гарнизона. Потому что описанная мной перспектива выглядела не только мрачно и безвыходно, но еще и весьма реалистично.

– Но как же вы пробьётесь сквозь предместья, кишащие бойцами вражеской армии? – упавшим голосом спросил кто-то из военных.

– А вот это уже забота моя. И моих людей. Надеюсь, вопросы о роли Безликих в этом сражении подниматься больше не будут.

Отвернувшись от офицеров, я показал, что разговор окончен. Ну а те даже не нашлись с возражениями.

Безрезультатные попытки стрелков помешать молдегарам прокапывать траншеи к стенам продолжались весь день. Но неутомимые пехотинцы врага работали с упорством экскаватора. Безо всякой магии и волшебства они с целеустремлённостью муравьёв тихой сапой продвигались все ближе. И вот настал тот момент, когда со стены Арнфальда полетело первое атакующее плетение…

Яркий пламенеющий шар, размером с переспелый арбуз, устремился прямо в скопление солдат противника. Не знаю, кто тот магистр, что запустил их, но опыта и меткости ему явно было не занимать. Но тут вдруг откуда-то из-за земляного вала навстречу вылетели чары, похожие на полупрозрачную сеть. Они рассекли заклинение, разбив на десяток более мелких огоньков. А те, в свою очередь, потеряв общую структуру, распались прямо в воздухе.

– Милитарии алавийцев сидят в траншее вместе с осадной командой! – озвучил очевидное лирант, с которым я беседовал на тему дипломатии с темноликими. – Что вы на это скажете, экселенс Маэстро? Всё ещё думаете, что они не берегут свои силы?

– Пока я вижу лишь решимость темноликих разобраться со столицей Патриархии как можно скорее, – хмыкнул я под толщей стальной маски. – О, а вот и дымы пошли…

И действительно, молдегары под защитой бруствера протащили десятки пузатых бочек и зажгли содержимое. От них повалили густые тёмно-серые клубы, которые стелились по земле, словно туман, скрывая порядки наступающих.

– Чёрное небо Абиссалии, мы не видим, куда они роют ходы! – зло ударил кулаком по парапету какой-то офицер.

– Ну уж нет, я им не позволю просто так подкапываться к нам! – недобро ухмыльнулся энгор. – Волчья башня, сигнал!!!

Командир гарнизона вскинул изумрудный платок. Вторя этому условному знаку, с расположенной справа от нас башни затрубили горнисты. Сначала с нашей позиции не было видно, что происходит, но спустя пару минут, из-за поворота крепостной стены, показалась мчащаяся во весь опор кавалерия. Хо-хо! Да это же сборный отряд из аристократических семей! Я насчитал как минимум восемь штандартов с родовыми гербами столичных фамилий! Интересно…

Из-за дымовой завесы, которую алавийцы сами же и устроили, пехота не сразу заметила приближение конной сотни. А потому всадники застали осадную команду врасплох. Где-то в дыму засверкали вспышки заклинаний. Кажется, среди кавалерии тоже нашлось несколько милитариев.

Что-то громыхнуло, и дыма стало еще больше. А вскоре из густого тёмного облака выметнулись наши всадники. Они пришпоривали коней, убираясь подальше от устроенной ими резни. У авангарда кожаные чехлы, предназначенные для хранения копий, были пусты. А у тех, кто отступал последними, ополовинены. Похоже, отряд ликвидировал всех, до кого только дотянулся. И при этом, насколько я мог судить по их численности, никого толком не потерял.

Когда дым немного рассеялся, то мне и офицерам открылась кровавая картина – десятки молдегаров, пришпиленных кавалерийскими пиками к земляным стенам траншеи. Навскидку, наши воины убили человек сорок, не меньше. Если они еще и алавийского милитария закололи, то это самая результативная атака с начала осады.

– Х-х-ха-а! Экселенс гран Эстар, это было потрясающе! – восхищенно завопил кто-то из столичных офицеров.

– Да, господин, вы провели прямо-таки образцовую вылазку! Строго в соответствии с военной наукой! – вторил ему другой.

– Я считаю, о таком нужно рассказывать в академиях, ставя в пример всем и каждому!

А вот я всеобщего восторга не разделял. Нисколько не умаляю заслуги энгора гарнизона. Но эту уловку можно применить лишь единожды. Она будто карта, которую больше одного раза не разыграешь. И, как по мне, то гран Эстар выбросил свой козырь слишком рано.

Утром стало ясно, что я оказался прав в своих выводах. Алавийцы восприняли подобный укол совершенно спокойно. И новая партия молдегаров копошилась в траншеях уже с первыми лучами солнца. А потом натиск на стены усилился кратно. Помимо самих Рожденных для битв, которые буром пёрли по вырытым в земле ходам, активизировались еще и маги. Пехота тащила лестницы, мостки, крюки на длинных древках, мотки веревки с металлическими кошками, осадные щиты и бог весть что еще. А вражеские озарённые весьма грамотно прикрывали свои войска, отражая пущенные со стен заклинания. Да и сами умело лавировали в траншеях, не находясь подолгу на одном месте.

– Господин энгор, противник подошел вплотную! Сейчас начнется приступ!

– Волчья башня, сигнал! – снова замахал платком командир гарнизона.

И опять затрубили горнисты, и кавалерия помчалась в бой. Вот только нового победоносного наскока не получилось. На сей раз дыма было значительно меньше, а потому всадников сначала встретил залп метательных копий, пущенный могучими руками молдегаров. А потом подключились уже и маги.

Конные воины честно пытались противопоставить врагу хоть что-то. Но они проигрывали Рожденным для битв во всём. Пехотинцы, окопавшиеся с длинными пиками в земле, да еще и под прикрытием озарённых, оказались не по зубам отряду контратакующих. Прямо на наших глазах кавалерия редела. Штандарт падал один за другим. И из этой схватки унести ноги смогла, дай боги, лишь половина из тех, кто вышел из ворот Арнфальда.

– Лунная башня! Сигнал!!! – снова скомандовал энгор, поднимая вверх уже другой платок.

До Лунной башни от нас было расстояние порядочное. Поэтому этот приказ пошел по цепочке бойцов. И потом на скрытой от моего взгляда площадке запел горн. Около минуты ничего не происходило, а затем в сторону осаждающих войск небольшие башенные требушеты запустили бочонки с горючей смесью. Они падали и разбивались, расплёскивая опасную едко пахнущую жидкость. А лучники сменили обычные стрелы на зажигательные.

Совсем скоро пространство между стенами и осаждающими превратилось в раскалённую геенну. Гудение пламени и поднимающийся жар ощущался мной даже сквозь стальную маску. А тут еще и маги подключились. Они создавали шквалистые порывы ветра, еще больше раздувая полыхающую смесь и загоняя жидкий огонь в траншеи и подпаливая предместья.

– Ха-ха! Великолепно, экселенс гран Эстар! – радостно воскликнул офицерский лизоблюд. – Уж это темнорожим точно не понравится!

Но альвэ снова проявили себя как грамотные тактики, умело отслеживающие любое изменение на поле боя. Где-то посередь полыхающих окопов притаился озарённый. Он создал «Пелену», которая толстым дымным одеялом упала на огонь. Оранжевые языки затрепетали, будто маленькая свеча на сквозняке, и потухли. Конечно, примерно сотню молдегаров столичные защитники вывели из строя. Кого не убили, того обожгли до такой степени, что продолжать сражаться уже не получится. Но на этом всё…

– Поразительно, господин, сколько же всякого вы припасли для иноземцев! – не унимался говорливый офицер. – Позвольте мне поделиться с вами кое-каким наблюдением…

Не знаю, что меня дёрнуло посмотреть на военных, ведь интереса их беседы во мне не будили. Но именно благодаря этому я успел заметить, как мужчина с браслетом лиранта на запястье подступается к энгору арнфальского гарнизона и… извлекает из-за спины узкий нож.

Остальная свита гран Эстара не ждала подлости, а потому не обратила никакого внимания на странное поведение соратника. А отточенный обоюдоострый клинок уже летел прямиком под нижнюю челюсть командиру…

Опасаясь задеть кого-нибудь из тесно стоящих людей, я бросился на предателя. Благодаря врождённой реакции и скорости, мне удалось схватиться за лезвие ножа прямо у самой крестовины. Вот только остановить чужую руку уже не сумел. Ну не могут алавийские полукровки тягаться в грубой силе с представителями человеческого племени!

Узкая полоска стали легко вошла энгору под нижнюю челюсть, словно в мягкое масло. Однако мой кулак послужил стопором, который не позволил оружию погрузиться в череп на всю длину. Судя по плеснувшей из носа высшего офицера крови, острие пробило нёбо, остановившись где-то в области пазух. Но до мозга так и не достало.

Дальнейшие события, пожалуй, уложились в одну секунду. Гран Эстар что-то нечленораздельно заорал, напавший на него изменник оскалился и зарычал. Остальные офицеры заголосили, не понимая, что происходит. Кто-то кинулся хватать меня, другие бросились к несостоявшемуся убийце, третьи и вовсе остолбенели.

Тот, кто еще совсем недавно осыпал похвалами анрфальдского энгора, дёрнул руку вниз, высвобождая клинок и легко распарывая мою кожаную перчатку. Он совершенно точно собрался нанести еще один удар, чтобы довершить начатое…

– Смерть врагам Капитулата! Это твоё возмездие! – даже голос у мужчины стал звучать по-другому, нежели когда он восхищался командиром.

Нож вновь устремился к шее гран Эстара. Но тут с моих пальцев сорвалось модифицированное плетение «Шока», и предателю резко стало не до реализации своей задумки.

– Ы-ы-ы-ы-а-а-а! – захрипел лирант, выгибаясь дугой и падая навзничь.

Корёжило этого ублюдка долго и основательно. Его ломало так яростно, что он успел и обгадиться, и обмочиться. Ну а я попытался заняться раной энгора…

– Што ато… тьфу! Ыл… аем… то… тьфу! – неразборчиво шамкал распоротым языком гран Эстар, непрестанно отплёвывая густую тёмную кровь.

Насилу отцепившись от болванов, которые кинулись крутить мне руки, я влил несколько «Божественных перстов» в командира. А затем немного пошаманил над пострадавшими тканями. Я, конечно, не бог весть какой лекарь. Но за месяцы практики над Нес-Хеенсом и ублюдком Аурлейном, весьма неплохо поднаторел в магии плоти. Чего уж скромничать, если моё творение до сих пор восседает на троне Патриархии никем не раскрытое? Уж парочку дырок я сумею залатать…

– Какого… Анрис грозный, как же болит рожа… – уже чуть более внятно простонал гран Эстар.

«Экселенс, как вы?», «Господин вам нужно…», «Вы в порядке?» – наперебой полезли к энгору подчиненные.

– Почему Токсан напал на меня? – зачем-то решил адресовать именно мне свой вопрос командир.

Я окинул взглядом валяющегося в луже мочи лиранта, который к настоящему моменту уже потерял сознание от болевого шока, и безразлично пожал плечами:

– Вероятно потому, что темноликие отлично умеют промывать мозги. Патриарх тому ярчайшее доказательство.

– Не может того быть… он… я знал его почти с пелёнок. С отцом Токсана мы…

– Экселенс гран Эстар, вы сейчас не о том думаете, – перебил я еще не отошедшего от ошеломления командира. – Войска нуждаются в вашем управлении.

– Я… да… действительно…

Поднявшись с моей помощью, офицер вернулся к исполнению своих обязанностей. На поле боя если что и изменилось, то лишь в худшую сторону. Молдегары успели прокопаться к самым стенам. А защитники лили им на головы кипяток и сыпали раскалённый в котлах и жаровнях песок. Рождённые для битв уже предприняли попытку взобраться к парапету. Слава Ваэрису, безуспешную. Пока…

– Экселенс Маэстро, я не успел поблагодарить вас, – подошел ко мне энгор в перерыве между накатами врага. – Вы спасли мою жизнь. А ваше лекарское искусство поражает! Но позвольте поинтересоваться, зачем вам это? Вы ведь могли просто наблюдать…

– Мог, – не стал я отрицать, – но решил вмешаться. Просто я отныне доверяю вам чуточку больше.

– Это еще почему? – округлил глаза командир гарнизона.

– Если уж альвэ намеревались вас прикончить, то вы явно им как кость в горле, – хмыкнул я под маской. – Стало быть, как минимум сегодня мы с вами находимся на одной стороне.

– Еще вчера я бы возмутился подобному недоверию, – покачал головой гран Эстар и болезненно поморщился, когда рана под челюстью дала о себе знать вспышкой боли. – Однако теперь, когда на меня кинулся старый товарищ, я понимаю, сколь глубоко алавийская скверна проникла в умы моих соотечественников. Раньше как-то не доводилось замечать…

– У вас будет много времени поразмыслить над этим, экселенс, если мы переживем сегодняшний день…

Глава 21

Арнфальд отчаянно сопротивлялся, не подпуская врага к стенам, еще половину дня и следующую ночь. Основную роль в этом сыграли милитарии. А именно неофиты-ингениумы. Они заваливали противника таким количеством простых, но эффективных плетений, что альвэ попросту не успевали их все перехватывать. Молдегары сотнями изжаривались в окопах. И к закату смрад горелой плоти витал по всем улицам столицы.

Однако ничто не может длиться вечно. И постепенно защитники выдыхались. У темноликих хватало людей, чтобы обеспечить непрерывное давление на всех направлениях. Озарённые просто не успевали отдыхать. И на утро стало ясно, что если продолжать сидеть в глухой обороне, то столица непременно падёт.

Согласно данным фамильного альманаха, в городе проживало больше сотни операриев. Не все из них имели боевой опыт, но если б их удалось мобилизовать и выставить на стены, то столица могла бы устоять и без моего вмешательства. Реальность, как это водится, сильно разошлась с чаяниями. Кто-то покинул Арнфальд еще при первых известиях о наступлении Капитулата. Другие решили защищать собственные дома. Третьи и вовсе симпатизировали темноликим. В общем, на оборону крепостных стен встало лишь двадцать шесть магов. Это с учетом озарённых, выделенных Пятым Орденом. И если б не поддержка моих Безликих, то молдегары уже бы вовсю штурмовали патриарший дворец.

Тем не менее, армия вторжения была слишком многочисленна. У нас попросту не хватало рук отбивать все накаты альвэ. Где-то они обязательно да просачивались. К полудню Рождённые для битв дважды прорывались на стены. И защитники платили высокую цену за то, чтобы не дать им закрепиться. А тут еще отряд Дев войны стал кружить у Волчьей башни. Если они заберутся наверх, то выбить их не удастся. Проще было обрушить стены, чем вытеснить с них элитных воительниц Капитулата, которые с клинком в руках провели больше времени, чем иные люди прожили.

Одним словом, настал момент, когда гарнизон Арнфальда задействовал абсолютно все свои резервы, чтобы не допустить прорыв обороны. А это означало, что в любой миг кардиналы могли сделать свой ход, дабы завершить всю партию. Пора было и нам озаботиться контрмерами…

– Нест, собирай наших, ждите меня в Привратной башне, – шепнул я нор Эльдихсену.

– Сию минуту, экселенс! – дисциплинированно отсалютовал магистр и умчался прочь.

Атмосфера на стенах сейчас царила такая напряжённая, что нашего исчезновения никто из офицеров даже не заметил. Единственное, что точно не укрылось бы от их внимания, так это пропажа вообще всех Безликих. Потому что иначе сдерживать врага стало некому. Поэтому мне пришлось оставить целых двадцать братьев. Практически половину от всей моей тайной организации. Но иного выхода не было. Неофиты-ингениумы без них станут бесполезны. А быстро выдыхающиеся столичные милитарии, которые из-за угрозы диссонатии вынуждены делать слишком уж частые паузы и перерывы, могли подвести в самый ответственный момент. Поэтому вместе со мной на вылазку отправлялось тридцать четыре магистра. Весьма немало, но и, к сожалению, немного, если учитывать количество нападающих.

Однако же, цели перебить всю армию темноликих перед ними и не стояло. Им нужно было всего лишь отвлечь противника. Обозначить угрозу, но ровно настолько, чтобы не посеять панику в стане алавийцев, после чего отступить. Только и всего.

– А вы что ещё здесь забыли? – неприветливо бросил я воинам Пятого Ордена, отряд которых обнаружил в башне вместе с Безликими.

– Исполняем долг перед родиной, – с вызовом ответил мне ближайший воин. – Впрочем, вам вряд ли удастся понять наши побуждения.

Хоть голос из-за забрала и звучал приглушенно, но я слишком много общался с Иерией нор Гремон, чтобы не узнать её. Этого ещё не хватало! Куда эта дурочка намылилась⁈ Она же не имеет понятия, во что ввязывается!

– Присутствие Пятого Ордена помешает моим людям на поле боя, – попробовал я достучаться до Серого Рыцаря.

– Глупости. Как может помешать кварта подготовленных магистров? – категорично отмахнулась она. – В то же время, перед вами стоит сейчас самая ответственная миссия. Если вы её провалите, то столица обречена. Мы должны добраться до кардиналов во что бы то ни стало!

– Просто добраться мало, нужно ещё и одолеть их, – проворчал я.

– Именно поэтому последователи Сагариса решили бросить на алтарь победы свои жизни, – патетично высказалась Иерия.

Я скрипнул под маской зубами от бессилия. Чёрное небо Абиссалии! Ведь она ни за что не послушается того, кто носит личину Маэстро. Долгое время я был химерой, за которой нор Гремон безрезультатно гонялась. Я – то самое ответственное задание, которое она не сумела выполнить. Несмываемое пятно на безупречной репутации госпожи Судии. Что бы я сейчас не сказал, Иерия воспримет это в штыки. Единственный человек, которого она послушает – это Лиас. Но он во дворце, как и положено играет роль правителя. А времени бежать к нему совсем нет. Кроме того, слишком назойливые попытки отговорить Пятый Орден от участия в моём плане, зародит ещё больше подозрений у квартеронки.

Но ещё я смутно догадывался, что милария нор Гремон кое-что умолчала о своих мотивах. Что бы она там не заливала мне про родину и долг, а истинная причина совсем в другом. Серый Рыцарь воочию желает увидеть, кто такие Безликие. И сбить её с намеченного курса может только чудо…

– Как хотите, – постарался я не выдать раздражения. – Главное, не мешайтесь под ногами.

Сделав вид, что потерял интерес к последователям Сагариса, я разыскал Неста.

– Присмотри за Иерией, – шепнул я ему. – Она мне более полезна живой, нежели мёртвой.

– Как скажете, экселенс, – серьёзно кивнул озарённый. – Сделаю всё, что в моих силах.

– Особо рьяно вперёд не рвитесь, – предостерёг я собеседника.

– Разумеется. Я прекрасно понимаю, зачем нужна эта вылазка.

– Ну тогда пусть Анрис поможет нам всем…

* * *

Нер-Риинса несла службу в стальном крыле Дев войны уже почти семьдесят лет. За этот срок она успела поучаствовать практически в каждой крупной битве на землях Старого континента. Воительница неоднократно осаждала человеческие города и, наоборот, сидела в обороне за стенами. А потому атака на Арнфальд не была для неё чем-то новым. По крайней мере, на первый взгляд…

Тем не менее, нынешняя схватка чем-то неуловимо отличалось от предыдущих. Интуиция и богатый боевой опыт твердили, что молдегары уже должны были захватить как минимум два участка крепостной стены. Но отчего-то двуногий скот не мог преодолеть сопротивление защитников. Поначалу Нер-Риинса искала причины в стане альвэ – в ошибках командования или тактических промашках пехоты, допущенных непосредственно во время штурмов. Однако, когда число провалов превысило десяток, темноликая решила поискать виновников по другую сторону меча.

Когда Дева войны с небольшим отрядом сестёр отправилась прямиком на передовую, её захлестнуло удивление. Всякий раз, когда молдегары вот-вот должны были продавить сопротивление врага, на стенах Арнфальда вдруг появлялись таинственные милитарии в чёрных одеяниях. Они буквально разносили атакующих, после чего бесследно исчезали.

Свои наблюдения Нер-Риинса тотчас же изложила в письменном виде и направила депешу командованию. Но вот что оно решит – оставалось большим вопросом. А до тех пор останавливать штурм никто не велел.

– Шевели ногами, грязь! – прокричала алавийка, понукая плечистых воинов. – Докажите Капитулату, что вы не такие же ничтожества, как и остальные представители вашего племени! Умрите с честью!

И покорные бойцы шли вперёд. Под град стрел, под льющийся кипяток, под разрывы заклинаний, в обжигающие объятия огня. Они закрывались щитами, передвигаясь по вырытым инженерным сооружениям. Карабкались на стены с помощью лестниц и шестов. Но и так же неизменно падали наземь, не добравшись до парапета.

Нечеловечески острое зрение Риинсы вычленило среди прочих фигур защитников тёмный силуэт. И она, прячась за бруствером, взвела тугой алавийский самострел – draakbalt, как их называли в армии. Идеальное оружие для дистанционного боя, многократно превосходящее по всем параметрам низкосортные людские поделки.

Басовито прогудела спущенная тетива, и заостренный болт сорвался с ложа. Черный силуэт моментально пропал из виду, сраженный пущенным снарядом, и неуклюжий двуногий скот всё-таки сумел пробиться на том участке стены. Почти десяток молдегаров успел вскарабкаться по лестницам и даже встать в подобие защитного построения. Но уже через мгновение их сдуло оттуда в виде кровавой взвеси вместе с кусками зубцов. Что-то больно много у людей милитариев. И они, почему-то, никак не желают выдыхаться…

Поняв, что основа обороны Арнфальда – это вот такие озарённые, Нер-Риинса отдала приказ своему подразделению вести охоту именно на них.

– Госпожа, я убила еще одного! – азартно выкрикнула соратница алавийки, сверкая белоснежной улыбкой и огненными глазами.

– Так держать, Шек-Орисаа! – похвалила старшая. – Еще немного, и пехотинцы поднимутся на стену!

Риинса спустила натянутые рога draakbalt, метя в очередную фигуру в темных одеяниях. Но на сей раз вражеский озарённый был к этому готов. Вокруг него появился полупрозрачный фантом колдовского щита, от которого снаряд бессильно отскочил. Кажется, проклятые грязнорожденные догадались, что на них открыли охоту…

Ответный залп едва не стоил Нер-Риинсе жизни. Человеческий озарённый как-то уж чересчур быстро запустил в них череду неизвестных плетений, которые огненными каплями орошали землю. На несчастную Шек-Орисуу попало сразу две таких. И она, исторгая из себя надсадный животный вопль, повалилась на дно траншеи, безуспешно пытаясь сбить пламя. Бедолага затихла далеко не сразу. Суровая магия успела прожечь её практически насквозь.

– Где bloedweler⁈ – прокричала Дева войны. – Почему нас не защищают⁈

– Он экономит силы, госпожа, – доложила другая воительница. – У грязнорожденных слишком много милитариев на этом участке. Наши озарённые выматываются…

– Blitsen gutten! – грязно выругалась Риинса. – Если он не поспешит, то нас отбросят назад! Беги и разыщи мага! От него сейчас требуется совсем немногое!

– Как прикажете!

Алавийка отсалютовала и, пригнувшись, ринулась исполнять указаиние.

Тем временем Риинса вновь заметила таинственных милитариев на стене. Сразу двоих. В один прыжок забросив себя на покатый склон бруствера, алавийка направила draakbalt в их сторону. Но тут она заметила, что пара озарённых взирает со стены точно на неё. И хоть вместо лиц у этих людей зияли просто черные невыразительные провалы, Дева войны поняла – на неё глядит сама смерть.

Ослепительная голубая молния преодолела расстояние от тёмных фигур до Риинсы за ничтожное мгновение. И всё тело алавийки пронзило миллионом игл. От невообразимого напряжения полопались глаза, а сведённые судорогой челюсти сломали зубы легко, словно хрупкий мел. Темноликая сползла по брустверу опалённой дымящейся тушей, но свою маленькую задачу она всё же выполнила. Ведь bloedweler тоже теперь заметил милитариев противника и атаковал их. Жертва Риинсы не была напрасной…

* * *

– Осторожней, брат, не подходи слишком близко! – предостерегающе прогудел Безликий, придерживая за рукав товарища.

– Нет, я хочу увидеть, что за тварь там притаилась! – зло сплюнул магистр. – Она ответит мне за гибель Ханеса!

– Ты, скорее, сам к нему присоединишься! Прячься за зубцами и не выглядывай лишний раз! – возразил соратник.

Шелковая ткань на лице горящего местью милитария натянулась, будто он улыбнулся.

– Смотри, Вегс, я же говорил, что это обычные темнорожие шлюхи! Нам нечего их опасаться!

Маг взмахнул рукой, и мощная «Зарница» выстрелила из его кольца. Заклинание безошибочно нашло цель, превратив одну притаившуюся Деву войны в груду почерневшей и полопавшейся плоти. А его приятель, державший наготове защитное плетение, осторожно выглянул из-за зубца.

– Хм… действительно, это простые стрелки́, – констатировал он. – Но и они могут доставить проблем. Пример Ханеса тому доказательство. Так что я бы не советовал тебе… Ох, Анрис неистовый!

Безликий поспешно прервался, раскрывая над головой купол «Покрова». И непонятно откуда вылетевшие чары лишь чудом не превратили обоих магистров в обугленные головешки. Защитное плетение, не выдержав контакта с атакующим, распалось практически сразу. А в них с земли уже летело новое…