Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Мария Семенова

Соавторы: Анна Гурова,Алексей Вязовский,Станислав Кемпф,Михаил Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 356 страниц)

Глава 2

Феликс усмехнулся, когда дверь за Винсентом закрылась.

Когда он получил это тело, то и предположить не мог, что приобретёт так много. Ему нравилось даже имя. Феликс – Счастливчик. О да, это было воистину счастье…

Человеческое тело оказалось неистощимым источником чувств и эмоций, которые стали для него настоящим наркотиком. Биохимия этого организма превосходила всякое воображение, позволяя всё глубже погружаться в восхитительные глубины новых и новых открытий.

Чего стоило одно только чувство вседозволенности…

Нет, он не стремился выделяться, ни к чему было обращать на себя ненужное внимание. Но само понимание, что ему доступно всё, что только мог позволить себе один из Тысячи – а это было много, так много…

Какое наслаждение было смотреть, как разгорается гнев в глазах этого человека, отпрыска короля, и знать, что рано или поздно он сделает то, что ему было сказано. Приползёт на коленях, униженный и сломленный, потому что он, Феликс, и его частица станут для него последней надеждой.

Невозможно победить ведьмака, если ты ему не ровня изначально. Когда Винсент получит частицу Феликса – они победят. С двумя одержимыми не совладает даже Юлий, и предвкушение этой победы пьянило не меньше, чем будет опьянять сама победа. А потом у него появится доступ к самому влиятельному аристократу этой системы…

Феликс поднялся с кушетки, гибко потянулся. Под ногами тускло блеснул кругляш жетона, стилизованный под древнюю золотую монету. Номинал означал количество оплаченных часов. Всего три – не так уж много, но и не мало. Достаточно, чтобы получить долю невероятных ощущений.

А если их окажется недостаточно – что ж, можно будет и продлить.

Он улыбнулся и потребовал в номер девушек. Для начала троих.

* * *

Далеко Винсент уйти не смог. Он явно надеялся, что на сегодня разговоры окончены, что хотя бы до завтрашнего дня он меня не увидит – это читалось на его лице так отчётливо, что даже транспарант с метровыми буквами «Ведьмак, свали нахрен!» не был бы более красноречив. Всего мгновение, но я этой вспышки эмоций не пропустил.

– Поговорим? – почти миролюбиво предложил я, отлипая от какой-то статуи фривольного вида и оказываясь у него на пути. Почти – потому что желание оторвать ему ноги и руки никуда не делось. Я только отложил его на некоторое время в сторону.

Принц сделал морду кирпичом и попытался пройти мимо, как если бы я был пустым местом. Что ж, придётся прибегнуть к урокам, полученным у Царя…

Едва заметно изменилась осанка, поза, стал другим взгляд, налились внутренней силой черты лица… Камера не засекла бы этих перемен – до техники, способной засекать изменения в человеческой ауре, в этом будущем ещё не додумались.

Моё преображение было неуловимым, мгновенным и очень убедительным. Только что взгляд Винса смотрел сквозь меня – и словно упёрся в каменную стену. Ему пришлось меня увидеть, потому что ничего иного ему не оставалось – весь мой вид явственно говорил о том, что мимо таких людей не проходят даже короли.

А справляться с такими инстинктами его никто не учил. Не нашёл король Родриго такого Царя для своего сына…

Теперь этот сын стоял перед представителем той старой нео-аристократии, с которой начинался взлёт человечества за орбиту Земли, и которой уже не было здесь. Люди-мечтатели со сталью во взгляде, с которыми не поговоришь свысока – только на равных – остались там, во временах Рюрика.

Пока не разбудили меня.

– Что тебе? – превозмогая себя, буркнул Винсент. Единственная демонстрация независимости, которую он смог из себя выжать. И это я ещё даже не начал на него давить…

– Перечислить? – я размял пальцы. – В приличном обществе за то, что ты сделал, принято бить по лицу.

– Ты не посмеешь! – он хотел бросить это гордо, но сбился на щенячий взвизг – я усилил давление.

– Ты посмел похитить мою сестру, – я говорил тихо, но слова ложились в его сознание как патроны в обойму – с тихими металлическими щелчками. – Ты угрожал моей девушке. Ваши «королевские», – я пальцами изобразил кавычки, – дома убивали за меньшее. Куда меньшее…

– У тебя нет доказательств! – Винс занервничал.

Ещё бы. Пример Пьера был достаточно весомым свидетельством, что я пустыми угрозами не разбрасываюсь.

– А я не суд присяжных, – я позволил холодной усмешке скользнуть по своим губам. – Право сильного, знаешь такой термин? Теперь, Винсент, если ты хочешь жить, у тебя два пути – ты примешь вассальный контракт, будешь милым и послушным, и начнёшь с публичных извинений…

– Но моя репу…

– Переживёшь, – припечатал я его, добавив силы в голос. – Может, станешь приличным человеком, а не заносчивой генетической мозаикой с комплексом превосходства и манией величия. И я не закончил ставить условия, на которых соглашусь видеть тебя живым после того, что ты устроил.

Он затравленно смотрел на меня.

– Ты примешь участие в решении задачи Коба Яши Мару, – продолжил я. – Во время выполнения задачи ты будешь беспрекословно и мгновенно выполнять приказы. И убедишь весь остальной класс присоединиться к решению на тех же условиях.

Во взгляде Винсента читалась паническая работа мысли. Он не хотел умирать. И очень хотел о чём-то меня спросить, но не решался.

– А если я откажусь? – наконец с тенью вызова спросил он.

– Значит, пойдём другим путём? Что ж… Отлично.

Пиликнул сигнал входящего сообщения. Я бросил взгляд на смарт, поднял бровь.

– Дай знать, когда тебе надоест падать всё ниже и ниже.

С этими словами я развернулся и направился к ангару. Ну АЛ, ну шутник…

* * *

– Да хватит уже ходить за мной хвостом!

Лиза стиснула кулачки и топнула ногой, растрёпанные хвостики подпрыгнули. «Волчицы» нахмурились. Приказ лидера был однозначным – глаз не спускать, но что делать, если охраняемый объект начинает требовать оставить его в покое?

– Всё-всё, – Лита выставила вперёд ладони, – мы отойдём. Не надо нервничать. Просто Ведьмак…

Про Ведьмака слушать Лиза не стала, развернулась и почти побежала прочь.

Девушки переглянулись.

– Ну, не спускать глаз можно и немного издали, – рассудила Мара. – Так даже лучше. И она не нервничает, и нам видно, кто на неё косо будет смотреть…

Этих рассуждений Романова уже не слышала. У неё без того было о чём подумать.

Академия, которая до поступления казалась ей волшебным местом, откуда открываются все пути к успеху, на поверку оказалась тем ещё змеиным кублом. Хуже, гораздо хуже, чем её школа. Попадись ей сейчас на дороге Луиза, её мучительница, Лиза повисла бы у неё на шее со слезами радости.

Там и близко не было таких людей, как принц Гарсия и его свора. Подумать только, он ей улыбался, разговаривал с ней, угощал фруктами с Земли, которые выросли в настоящем саду, не на гидропонной ферме… И всё это – только для того, чтобы она ему поверила, и чтобы потом ударить её побольнее!

А потом через неё дотянуться до Ведьмака. Спровоцировать его на дуэль и украсть её, Лизу, чтобы поставить перед выбором: или Лиза, или победа. Чудо, что Юлий справился.

Она испытала что-то вроде болезненной гордости за Ведьмака. Всё-таки брат, как ни крути, и он её спас, а попутно начистил блистер этому задаваке. Подружки Каса говорили, что «Монарха» проще переплавить, чем восстанавливать. Так ему и надо! Вот только…

Вот только её собственный «Кузнечик» лишился ноги. И всё из-за этого подонка!

Нужно его навестить…

«Кузнечика», разумеется. Принц Гарсия как-нибудь обойдётся.

Не замечая, что бормочет себе под нос, Лиза шла куда глаза глядят и ноги ведут. Ноги привели её в ангар для мехов. Вот и её ремонтный бокс для «Палача»…

Поднявшись на подъёмнике к кокпиту, девушка мазнула ладошкой по замку и скользнула внутрь, когда блистер открылся. Ещё когда «Палач» был только электронным кодом, загруженным в вирт-капсулу, Лиза успокаивалась, оказываясь в его кокпите. Насколько же сильнее действовала на неё настоящая кабина боевого робота! Всё можно было не только увидеть, но и потрогать…

Она ласково провела пальцами по панели управления и всхлипнула. Из-за её глупых нервов мех так сильно пострадал… Не так сильно, как «Монарх», но…

– Ничего, мой хороший, – Лиза сморгнула навернувшиеся слёзы, вытерла глаза рукавом. – Микаэла сказала, что тебя обязательно починят. Надо только немного подождать.

Панель моргнула зелёными огоньками, словно мех услышал её и ответил по-своему. Лиза снова всхлипнула – на этот раз от родившегося внутри тёплого чувства.

– Только ты меня и понимаешь…

В другое время она бы сама решила, что это довольно странное заявление – как минимум наивно ждать понимания от горы металла и электроники, но сейчас девушка была глубоко несчастна и не задумывалась о том, что говорит.

– Мне даже поговорить не с кем, – хлюпая носом, начала жаловаться Лиза. Роботу? Пофиг. Ей было нужно выговориться, пока переживания не разорвали её изнутри. И даже хорошо, что роботу. Он, по крайней мере, не расскажет никому, и над ней не будут смеяться из-за того, что она дала слабину.

– Столько всего навалилось, а я даже папе с мамой не могу об этом написать… Они скажут, чтобы я возвращалась, а как тогда быть со всеми моими планами? Хотя обычная школа для девочек уже не кажется таким уж плохим местом, и даже Луиза не такая грымза, как я думала. Тут всё намного, намного хуже…

– И что же такое у тебя случилось? Из-за чего такие переживания? – спросил участливый голос.

От неожиданности Лиза икнула и замолчала. Потом торопливо вытерла слёзы и нос. Она что, не заметила ремонтника в кокпите и всё это время плакалась при свидетеле⁈ Стыдобище-то какое!

Но в кокпите было место только для пилота, и она была в нём одна, если не считать…

Маленькая голограмма, в точности повторяющая «Палач», вежливо поклонилась ей с панели управления.

Ничего подобного прежде Лиза тут не видела. И в настройках не попадалось – хотя она же в основном движения и оружие перебирала, могла и пропустить… Почему же вдруг включился новый интерфейс? Из-за удара что-то перемкнуло, когда Винсент оторвал ему ногу?

Глаза снова наполнились слезами.

– Что значит – какие переживания⁈ Я же про… проиграааала!

– Всего лишь один бой за рейтинг, – возразил «Палач». – Это же не настоящий бой насмерть.

– Но я теперь ещё долго не смогу вызвать Юлия и отомстить ему! – возмутилась Лиза.

– За что отомстить? – голограмма вполне искренне удивилась.

– Э… – девушка зависла.

А как, действительно, объяснить, за что она собралась мстить?

– Ну, он же мой брат! – вряд ли поймёт. Потому что на самом деле это месть папе, у которого оказался сын чуть старше её самой, а папу она любит, и ей от этого ещё больнее, и…

– Кто тебе это сказал? – спросила голограмма.

– Александра… Александра Герега, – отозвалась девушка.

– И ты ей веришь?

– Но она же лучший генетик в Академии! – воскликнула Лиза.

– Но даже лучший генетик среди всех людей может ошибиться, – возразил «Палач». – Или соврать.

– Но зачем ей это делать⁈ – Лиза искренне не понимала, куда клонит её миниатюрный собеседник.

– А вот над этим стоит подумать, – начал «Палач», усаживаясь поудобнее. – Для чего Александре Герега может быть нужно, чтобы ты верила, будто Ведьмак твой брат?

Упоминание позывного нечаянного брата заставило слёзы буквально брызнуть из глаз.

Какое право он вообще имеет быть её братом⁈ Как ей ему мстить, если он настолько лучше неё⁈ Ей никогда его не догнать, не говоря уж о том, чтобы превзойти!

Всё это вперемежку с рыданиями вываливалось на электронную голову голограммы, не позволяя «Палачу» и слово вставить. Когда Лиза пошла на третий круг, он покачал этой самой головой и запустил среду виртуальной реальности. С тем самым симулятором, на котором тренировалась будущая студентка Звёздной Академии.

– А… – Лиза застыла, осознав, что происходящее в простой интерфейс уже никак не укладывается.

– Покажи мне, – мягко предложила голограмма.

– Ч-что п-показать? – непослушными губами спросила девушка.

– То, из-за чего ты так переживаешь. Я уже понял, что проблема в этой симуляции. Но я хочу посмотреть, как ты её проходишь.

– Т-ты кто такой⁈ – выпалила она наконец, не отводя взгляда от миниатюрной фигурки мобильного доспеха.

– Ты можешь называть меня АЛ, – с джентльменским поклоном ответил «Палач». – Ну же, Фея, я хочу увидеть, как ты работаешь.

Очень медленно до Лизы доходил масштаб случившейся катастрофы.

Она ошиблась мехом.

Она забралась в мобильный доспех Ведьмака!

Панические мысли вихрем закружились у неё в голове. Всё перемешалось: и выкрики Винсента о том, что «Палачом» Юлия управляет ИИ, и непонимание, почему он впустил её – у неё ведь не было доступа, и ужас при мысли о том, что теперь Ведьмак всё узнает, и что ещё хуже – увидит запись того, как она тут из-за него рыдала…

Попросить, чтобы АЛ ничего ему не говорил, не позволяла гордость – это бы означало признаться, насколько для неё важно мнение Юлия о себе.

– Ну же, – в который раз повторила голограмма. – Ты же можешь, я знаю.

И тут словно лопнул какой-то пузырёк внутри. Ужас и отчаяние сменились жаждой доказать, что она ничем не хуже. Узнает что-то? Да пусть знает!

Только руки ещё подрагивали, когда Лиза положила их на панель управления – и результат закономерно оказался сокрушительным.

Она проиграла, как зелёная соплячка.

– Бывает, – не давая ей опомниться, сказала голограмма, – ты просто перенервничала. Повторим?

Она повторила, постаравшись взять себя в руки и мысленно благодаря судьбу за то, что никто, кроме ИИ, не видит её позора. Окажись это всё в учебных логах вирт-капсулы, над ней бы уже сегодня ржала вся Академия. А так оставалась надежда, что Ведьмак не даст хода записи. Оставит для себя.

На этот раз она прошла дальше, но отвлеклась на мысли о Ведьмаке и снова проиграла.

– Ещё раз, – АЛ снова запустил хорошо знакомую ей миссию. – Не бойся. Я ему не скажу.

Лиза вздрогнула. Откуда ему знать, о чём она сейчас думает? Он что, мысли читает⁈ Девушка опасливо покосилась на голограмму, но странным образом у неё прибавилось уверенности в себе. Юлий не узнает о её позоре, можно было не беспокоиться об этом.

Ещё несколько провальных попыток – и она наконец овладела собой настолько, что смогла повторить свой лучший результат.

«9998».

Как всегда, на единицу меньше, чем у заветного результата.

– Я никогда его не превзойду, – тихо сказала девушка.

– Ещё раз, – ответил АЛ, вновь запуская симуляцию.

Лиза по-разному приходила к своему лучшему результату. С восторгом – в первый раз. С отчаянием, злостью, негодующими воплями – когда пыталась сравняться с Ведьмаком. Но равнодушно – впервые.

«9998».

АЛ высветил область, которая выпадала из прямой видимости.

– Один выстрел сюда. Навесом.

Лиза выполнила команду прежде, чем осознала, что делает. Ракета вырвалась из пускового устройства и устремилась к цели по крутой дуге. Последовала короткая вспышка. Цифры на табло мигнули и сменились.

«9999».

– ЧТО⁈ – вырвался у девушки непроизвольный возглас.

– Смотри.

Симуляция мигнула, и Лиза поняла, что видит запись. И это было не её прохождение.

– Здесь глюк.

АЛ отдал ей камеру, показывая, как проходит эту миссию Юлий.

– Юнит застрял в скале и не мог выбраться. Ведьмак начал накрывать с навеса всё подряд и вычислил эту область, но просто так найти застрявшего было невозможно.

– То есть я… – до Лизы всё ещё не доходил смысл произошедшего только что, но у неё изменился взгляд, распрямилась спина, расправились худенькие плечи, придавая ей королевскую осанку.

– То есть ты давно уже стоишь с ним рядом. Просыпайся от грёз, Фея… Нет, уже не Фея. Титания. Королева фей.

Глава 3

– Тук-тук, – я легонько стукнул костяшками пальцев о блистер. – Сим-сим, открой дверь.

Слова, которые поняли бы, пожалуй, только очень узкие специалисты по древней литературе не менее древнего Востока, отвлекли АЛа от его увлекательного занятия.

Кокпит начал открываться. Красная от смущения, с заплаканными, но блестящими от чего-то подозрительно напоминающего гордость глазами, с поникшими разлохмаченными хвостиками, моя предполагаемая сестричка выбралась оттуда на площадку подъёмника. У меня аж сердце защемило при виде её смущённого личика. Какая милота…

– Извини, я перепутала наших мехов… – неловко пролепетала она. – Ты не знаешь, куда делся мой Кузнечик?

– АЛ, ты зачем довёл Лизу до слёз? – невпопад спросил я.

Тот аж завис. Не то от негодования, не то от растерянности. Не то от того и другого сразу. Я мысленно нарисовал звёздочку – сбил. АЛ напыжился и пообещал, что отомстит, и мстя его будет ужасна. Ну-ну. Обмануть того, с кем ты одно целое… При всех его неисчислимых достоинствах АЛ не обладал таким простым человеческим качеством, как спонтанность.

Успехов.

– Это не он! – вступилась за несправедливо обиженного симбионта Лиза. – Это я сама…

Она покраснела ещё гуще. А теперь-то с чего?

– Это у тебя на «Палаче» ИИ стоит? – тихонько спросила девушка, пока я подбирал ответ, который не спровоцирует сомовозгорание Елизаветы Романовой и всего, что её окружало. – Я что-то такое слышала…

Это было ещё очень деликатно сформулировано. Да вся Академия слышала, как принц Гарсия голосил про искусственный интеллект, нарушенное табу Юдковского, и тем самым копал себе могилу поглубже.

– Нет, – я помотал головой с чистым сердцем. Ни капли лжи. АЛ совершенно точно не был ИИ. Интеллектом – безусловно. Но ни в коем случае не искусственным. – Это виртуальный помощник.

А вот это было не совсем правдой, но с определённой точки зрения правдой может быть вообще что угодно. Царь был тем ещё иезуитом. И нас такими же воспитал. Потрогать АЛа нельзя? Нельзя. Цифровой образ имеет? Имеет. Всё, вполне виртуальный. И помощник, кстати, превосходный.

– Я тоже такой хочу! – хвостики азартно подпрыгнули.

Я просто мысленно представил, каким грозным бойцом станет моя дорогая сестричка, если получит симбионта… и сумеет с ним совладать. Хотя в том, что сумеет, я не сомневался. Как и кое в чём ещё.

– А я хочу имя! – встрял в нашу беседу. АЛ. – Настоящее! Лиза свой мех назвала Кузнечиком. А я чем хуже⁈

Да у сестрички просто талант приручать больших и страшных волков… И волкодавов за компанию.

– Вот пусть Лиза тебе его и придумает, если АЛ тебя больше не устраивает, – выкрутился я. – У меня с этим плохо. Да, Кузнечика забрала Михалыч. Попробует приделать ему на место ногу, если не получится – придётся немного подождать, пока привезут нужные запчасти. Сама знаешь, это уже очень редкий мех.

Лизе, судя по тому, как она нетерпеливо переминалась на площадке, было немного не до того. В туалет что ли приспичило, а сказать стесняется? А я тут держу ребёнка…

– А… А ремонт дорого будет стоить? – выпалила она вдруг.

А, так вот что её беспокоило. Ну, это было как раз вполне объяснимо. Судя по тому, что я знал, с деньгами у неё не густо…

– Ремонт оплачивает или Академия, если мех предоставляет она, или спонсор, – успокоил я её. – Тебе привезли мех от спонсора, он и платит. И за работу ремонтников, и за покупку и доставку запчастей.

– А он потом не потребует… – неуверенно начала Лиза.

– Не потребует, – я улыбнулся и получил в ответ робкую улыбку, от которой у меня растаяло сердце. Да что за чёрт со мной творится, ну?

– А теперь…

Грызущее изнутри странное беспокойство за судьбу этого создания не отпускало, и я решился.

– Лиза, могу я тебя попросить об одной вещи?

Заплаканные глаза распахнулись с недоверчивым удивлением.

– Нууу… наверное… – это прозвучало ещё более неуверенно.

– Я не попрошу ни о чём, что может тебя обидеть или повредить тебе, – я догадался, что пришло ей голову. Что вместо спонсора награды потребую я. Стало даже немного обидно. Она же думает, что я её брат. Неужели считает таким извращенцем?

– Тогда да, – твёрдо ответила она.

А вот это было уже приятно.

– У нас тут завелись три новые студентки, – начал я. – Сёстры Салем, Эмеральд, Эмбер и Джейд.

– Я их видела, – кивнула Лиза и вздохнула. – Очень красивые…

Ну ещё бы… Ведьмы другими не бывают. И с внешностью их генетики работают так, что Герега и не снились подобные комбинации.

– Так вот, – продолжил я, – очень тебя прошу: держись от них как можно дальше. И не соглашайся ни на какие их предложения. Ну, кроме как полетать.

Похоже, мне удалось её очень удивить. Лиза даже не сразу нашлась, что мне ответить на такую неожиданную просьбу.

– Хорошо, – наконец проговорила она, – но… Почему?

– Они ведьмы, – просто ответил я. – Околдуют, и ты потеряешь себя. Перестанешь быть собой. Тебе будет всё равно, что с твоими друзьями, с твоими родными, значение будут иметь только твои новые сёстры и то, как бы им угодить.

Похоже было, что я нечаянно угадал и попал по самому чувствительному месту. Лиза нахмурила тоненькие светлые брови.

– Даже на маму с папой станет наплевать? – уточнила она.

Я кивнул. Значит, родители для неё на первом месте. Сюда и будем бить, чтобы наверняка. Главное – не пережать.

– Твоими папой и мамой, твоими друзьями и всем, что только может быть дорого, станут ведьмы. И расколдовать тебя не сможет уже никто. А потом они улетят и заберут тебя с собой, и ты уже никогда не вернёшься.

– Ты не шутишь? – она пытливо всматривалась в моё лицо. – Магия – это же сказки…

Но я был серьёзен как гроб.

– Магия – сказки, – подтвердил я. – А вот ведьмы и их возможности, к сожалению, нет. Просто помни, что я тебе сказал, и не позволяй им одурачить себя.

– Я запомню, – пообещала она, и у меня немного отлегло от сердца. Она очень талантлива. Мимо такой звёздочки сёстры Салем не пройдут… Но я буду настороже.

И тут я с пугающей ясностью понял, что нет, настороже я не буду. Я их просто убью, если они хотя бы попытаются сделать из Лизы своё подобие, приковать её к Ковену. И плевать, что будет потом. Пусть Департамент делает что хочет, но Лизу я им не отдам.

Попутно в голове родилась ещё одна мысль.

Что они могут ей предложить?

Финансовую независимость в первую очередь. Ковен не бедствует, мягко говоря, и его эмиссары практически не ограничены в средствах. А у Лизы родители явно не богаты, несмотря на фамилию.

Возможность тренироваться с очень сильными бойцами – связь между ведьмами делала их очень, очень сложным противником даже для меня. Я знал, насколько затягивает боевая практика с теми, кто тебя превосходит, пусть даже это временное превосходство.

Нужно было их опередить по всем фронтам, не оставив ни одной бреши, через которую сёстры Салем смогут подцепить мою золотую рыбку на крючок и утащить к себе.

– Я правильно понимаю, что у тебя не очень хорошо с деньгами? – в лоб спросил я.

У Лизы внезапно прорезалась поистине королевская осанка и изменился взгляд.

– Вот только не надо всё портить, – резко ответила она. – Я не возьму у тебя денег.

А у сестрички характер, однако… Тем лучше – точно так же она отреагирует на подобное предложение от Эмеральд и её спутниц.

– Я и не предлагаю, – миролюбиво ответил я. – Я бы и сам не взял на твоём месте.

Она заметно успокоилась, взгляд смягчился.

– Но видишь ли, – продолжил я, – мне скоро потребуется человек, которому я мог бы доверить очень важную для меня работу. Человек, в котором я буду уверен, что он меня не подведёт… И ты, получается, лучший кандидат на это место. Ты же знаешь, что нас считают братом и сестрой?

Она опять вспыхнула – на этот раз румянцем стыда. Чем-то это её очень задевало, а я не мог понять, чем. Я что, настолько плох в качестве брата?

– Я уверен, что это не так, – я покачал головой для убедительности. – У меня никогда не было и быть не могло никаких сестёр и братьев. Но если существует хоть один шанс из бесконечности, что Александра не ошиблась, и мы действительно родственники… Я был бы рад, если бы это было так.

– А я нет! – выпалила Лиза и осеклась. – Ой… Прости, я не хотела тебя обидеть…

– А ты и не обидела, – я впервые соврал ей. И она это, похоже, уловила – опустила глаза, в которых читалось смятение.

Я вздохнул.

Не то чтобы обидела, нет, но задела очень и очень неприятно – безусловно. Себе-то не соврёшь.

Себе врать – вообще занятие бессмысленное и вредное. Хотя подавляющее большинство людей предаётся этому занятию с большим энтузиазмом, а потом удивляется последствиям. Вот, например, принц Гарсия – врёт себе, что он пуп земли и центр вселенной. И очень возмущается, когда ему возражает какая-то чернь.

– Пойдём, – я нажал кнопку, и подъёмник повёз нас вниз. – Думаю, нам нужно поговорить об этом. Я хочу понять, в чём дело. Тут неподалёку есть небольшая столовая для ремонтников… Устроит?

Лизу вполне устроило. Я, признаться, опасался, что она нахваталась от Винсента снобистских замашек, но нет – такие вещи к моей сестричке просто не прилипали, отскакивали со щелчком.

Кормили в этой столовой вполне сносно. Выбрав себе и Лизе по комплексному обеду – «я угощаю», я занял столик в уголке, где нас было бы сложно подслушать, и привычно проверил место на скрытое наблюдение. Чисто.

– Я потом отдам… – начала было Лиза, но я просто пододвинул к ней поднос:

– Я же сказал, что угощаю. И тебя это совершенно ни к чему не обязывает.

Я же не Винсент, в конце концов, чтобы прикармливать ради каких-то гнусных целей.

– Если хочешь. Можешь потом угостить меня, – добавил я, глядя на упрямое личико Лизы.

Это её устроило – она принялась за еду.

– А теперь рассказывай, – предложил я, когда от порций осталось менее половины. Всё-таки аппетит у юной девушки и здоровенного ремонтника разный, здесь рассчитывали меню на очень голодных парней, которые весь день занимаются тяжёлым физическим трудом. – Почему тебя так корёжит от того, что я, возможно, твой брат? И я не обижусь, честное слово.

– Понимаешь, – Лиза вяло ковырялась в тарелке, – я очень люблю своих родителей… У них никого нет, кроме меня. Маме больше нельзя иметь детей, и у неё точно никого не было до меня, и если бы даже ты был её ребёнком, она бы никогда тебя не оставила. Она так меня любит… Она бы и тебя любила точно так же.

Девушка поймала мой взгляд, и я прочёл в её глазах опасение, что её слова причинят мне – детдомовцу – боль. Ну да, с её точки зрения, я никогда не знал, что такое материнская любовь и забота. Но я знал. И мог оценить глубину её души: ей хватало сочувствия и сострадания на тех, кто рядом, даже если они ей почему-то не нравились.

– Получается, что папа однажды ей изменил, – тихо сказала Лиза, и я видел, насколько трудно ей произносить эти чудовищные для неё слова. – Незадолго до того, как у них с мамой появилась я. Это единственный вариант, который может всё объяснить – и результаты анализов ДНК, которые сделала Александра, и нашу совсем небольшую разницу в возрасте. И мне от этого так… так больно…

На глазах у неё опять появились слёзы, она отвернулась и смахнула их.

Что ж, теперь, по крайней мере, было всё понятно. Я даже испытал облегчение – решить эту проблему было совсем не трудно. Я-то опасался совсем другого. Например, ей откуда-то стало известно, что я на самом деле из себя представляю. Для большинства людей такое отвратительно до полной непереносимости, и я не мог их за это осуждать.

– Лиза, – тихо заговорил я, – могу тебя утешить. Я точно не твой брат.

Она вскинула на меня взгляд, в котором было столько надежды и разочарования одновременно, что у меня защемило сердце.

– Видишь ли, я очень долго был в заморозке, – это была часть правды, но всю правду выдавать ей было пока рано. – Так долго, что даже твой дедушка ещё не родился, когда меня заморозили. Я никак не могу быть твоим братом. Твой папа не изменял твоей маме, не терзай себя этим.

По мере того, как я говорил, у Лизы менялся взгляд. От разочарования не осталось и следа. Только радость, чистая радость – и капелька сочувствия. Здоровенная такая каплища.

– Правда⁈ – выдохнула она. – А почему… ой… Ты чем-то заболел, да? И тогда ещё не умели это лечить? И разморозили, когда научились? А потом, понятное дело, в детский дом пришлось, у тебя же никого не осталось за это время…

Ну, вполне себе версия, почему бы и нет? Тем более, что у неё словно гора с плеч упала.

– Что-то вроде этого, – я не стал ни подтверждать, ни отрицать её предположение. – Когда-нибудь я тебе всё расскажу, но пока не могу, прости.

Она испуганно огляделась. Явно представила себе какой-нибудь страшный шпионский детектив.

– Но Александра всё-таки очень толковый генетик, – продолжал я. – Так что у меня есть одно объяснение тому, что она нашла.

– Какое⁈ – любопытство так и выплёскивалось на меня из голубых глаз.

– Мы на самом деле родственники. У нас общий предок. Может быть, у моих родителей после меня родился кто-то ещё, – очень вряд ли, но её это точно успокоит. – Или ты происходишь от кого-то из моих двоюродных братьев или сестёр. В любом случае – мы можем быть родственниками без всяких измен в твоей семье. А поскольку я не знаю никаких выживших родственников, кроме тебя, то, если ты позволишь…

Я выдержал небольшую паузу.

– Можно я и дальше буду считать, что ты моя сестра?

Лиза просияла.

– Конечно!

Я поздравил себя с победой. Минус одна зацепка для сестёр Салем. Насчёт работы я с ней позже поговорю, а пока…

– Спасибо. Я это очень ценю, правда, – я улыбнулся так же открыто и радостно. – Кстати, вспомнил… Я тут набираю команду для выполнения задачи Коба Яши Мару, хочешь с нами?

– Что за задача? – немедленно заинтересовалась девушка.

– Считается, что её невозможно решить, – я подмигнул. – Но у меня в этом есть серьёзные сомнения.

– Да ладно? – недоверчиво протянула Лиза. – Невозможно? Так не бывает. На невозможное просто надо немного больше времени!

Опачки.

Моя сестричка цитирует Царя?

– Это папа так говорит, – пояснила она, видя мой озадаченный взгляд.

Дважды опачки. Её отец – кто-то из уцелевших учеников Царя? Или его потомок…

Определённо нужно было присмотреться поближе к моим новоявленным родственничкам. И в ближайшее время наведаться к Арахне.

Остаток позднего ужина прошёл совсем в другой атмосфере. Теперь, когда на мне не горело клеймо предполагаемой постыдной измены, Лиза совершенно преобразилась. Мы весело и мило поболтали, я проводил её до комнаты, попрощался и взглянул на хронобраслет. С одной стороны, уже поздно. С другой – может, «волки» ещё не спят?

Мои надежды оправдались. Кафе, которое команда Каса сделала своей кают-компанией, ещё работало, и я увидел сквозь мигающую на оконных экранах рекламу, что он и его звено пока здесь.

Очень кстати…

– Приятного аппетита, – пожелал я им, присаживаясь на свободное место за столом.

Лита вопросительно посмотрела на меня, на меню, и я покачал головой:

– Только что поужинал. Кас, у меня тут для тебя кое-что есть… – я положил на стол чип и щелчком отправил его Кассиану. Тот накрыл флешку ладонью, не прекращая жевать, вставил в слот смарта, и я в полной мере насладился сменой выражений на его лице.