Текст книги ""Фантастика - 2026". Компиляция. Книги 1-46 (СИ)"

Автор книги: Елена Литвиненко

Соавторы: Катерина Цвик,Лия Новикова,Александр Фрост,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 309 страниц)

Была и еще одна проблема: как только Такиш станет Императором, леди хранительница знаний, должна будет ему поведать об этом месте. Однако, Император нас заверил, что леди Анна будет тянуть до последнего с открытием тайны этого места, но рассказать ей все же придется – это часть ее обязанностей, которыми она не может пренебречь. По этому, в запасе у нас было еще дня три, не больше. Весь бункер усиленно вел приготовления к переезду и паковал все, что нам может понадобиться на новом месте.

Весь этот месяц в обстановке строжайшей секретности, через подставных лиц и по поддельным документам строилось новое укрытие для нашего небольшого отряда.

Все это мой мозг отмечал мимоходом, даже не останавливаясь на этих мыслях, потому что все мое естество было обращено к совершенно другому: я должен был найти Алису и целой и невредимой доставить в безопасное место, где я смогу знать, что с ней и нашим ребенком ничего не случится. Где смогу дотронуться до нее, обнять, зарыться ей в волосы и не отпускать ни на минуту.

Первое время мне активно помогали в ее поисках, однако, убедившись, что все это тщетно, все опустили руки. Меня это страшно раздражало, приводило просто в исступление! И я разбивал о стену кулаки в кровь, чтобы хоть как-то дать выход душившим меня боли, злости и бессилию. Хотя, я бы с удовольствием набил морду каждому в этом бункере, ведь все они отказались от Алисы не только потому, что ее действительно практически невозможно найти, а потому, что это, по их выражению, не самое важное дело на данный момент!

Хоть как-то продолжали помогать в поисках только Марго, Серж и Габи, хотя и у них на это оставалась не так много времени. Им приходилось сканировать и анализировать слишком много информации, к тому же, сначала они помогали матери обживать это место, которое, в сущности, не предназначено для длительного пребывания людей, а потом паковать вещи для переезда.

Я, конечно, пробовал им всем помогать, только мои мысли были так далеко от всего этого, что я скорее приносил больше вреда, чем пользы. Поэтому, все очень быстро просили меня помочь кому-нибудь другому и в конечном итоге меня освободили от каких-либо работ.

Я же действительно не мог сосредоточиться ни на чем, кроме поисков Алисы, и целыми днями просиживал в аппаратной, куда стекалась вся информация о жизни Запретного города, стараясь уловить хоть какой-то след, ведущий к ней.

Когда становилось совсем плохо, я просто слонялся как приведение по коридорам. От собственного бессилия я готов был лезть на стену. Однажды я попытался напиться, только это не принесло никакого облегчения, а наоборот сделал боль более осязаемой, поэтому я бросил эту затею. Со мной пытали разговаривать и мама, и Марго, и Серж, и Габи, только это не приносило совершенно никакого результата, кроме того, что я еще больше замкнулся в себе.

– Габи, ты некоторое время изучала людов, скажи, они правда также сильно чувствуют? – Задал я ей как-то вопрос.

– Думаю да. Только все зависит от определенного люда. По большей части, они умеют легче переключаться на другие эмоции.

– Но если мы так похожи, почему я не могу справиться с этим? Почему не могу переключиться?

– Мне кажется, что тебе просто нужно время. Пойми, для каждого все индивидуально. Но я уверена, что ты это переживешь, и когда-нибудь обязательно ее отыщешь .

– А она? Как себя чувствует она? Ведь Алиса сейчас ожидает нашего ребенка, а я даже не могу поддержать ее, сказать, как сильно их люблю!

–Максим, женщины гораздо сильнее, чем ты думаешь. А Алиса боец по натуре, поверь, она справится.

Ее слова немного меня приободрили, но не надолго. Черные мысли налетали на меня все с тем же упорством.

Спать я практически не мог – сны были просто непереносимы: в них Алису убивали, истязали или она уходила от меня прочь, не оглядываясь, обвиняя в том, что я ее оставил, улетел из дворца без нее. Но хуже всего было, когда она наоборот, была рядом, улыбалась мне, обнимала, целовала, а проснувшись, я понимал, что это всего лишь сон, злая шутка сознания. Тогда в стороны летело все, что попадалось под руку. Боль просто раздирала меня изнутри, впивалась в мозг длинными окровавленными ногтями.

Сегодня утром я проснулся именно после такого сновидения. После того как я немного успокоился в дверь постучали.

– Сын, я могу войти?

– Отец? Конечно, заходи. Только осторожно, не поранься, здесь везде осколки. – Я сидел на краю узкой кровати полностью опустошенный. Преимуществом таких вспышек было в том, что некоторое время я ничего не чувствовал, ни боли, ни радости, вообще ничего. Такая заморозка длилась обычно не долго, но боль хоть на какое-то время отступала.

– Тебе нужно сходить в санчасть на перевязку.

Только сейчас я заметил сбитые в кровь костяшки пальцев и кровь стекающую по груди. Оказывается, осколок разбитой о стену кружки угодил мне в основание шеи. Порез был пустяковым, но кровь и не думала останавливаться. Тогда я протянул руку за своей майкой и приложил ее к ране.

– Ничего, само заживет, как на собаке.

– Не сомневаюсь. – Грустно и серьезно проговорил отец, после чего сел со мной рядом на кровать. – У меня к тебе есть предложение.

Я ожидал очередных внушений и задушевных разговоров, а не предложений, но в своем состоянии не смог даже удивиться. Поэтому просто промолчал.

– Я надеялся, что ты справишься с этой ситуацией, но вижу, что с каждым днем тебе становится только хуже. Я знаю, что со временем ты бы справился, но у нас нет на это времени. Ты мне нужен сейчас… Нужен как никогда! Поэтому я предлагаю тебе отключить свои чувства.

А вот сейчас я действительно удивился.

– Что значит отключить чувства?

– Ну, если быть точным, то нивелировать их до минимального уровня.

– Каким же образом? – Невесело и недоверчиво усмехнулся я.

– Таким же, с помощью которого ты поработал с неким ученым Вадимом Ивановым.

– Но…

– Прибор зафиксирует твой эмоциональный фон на данный момент и сохранит его в памяти, после чего снизит уровень твоей привязанности к Алисе, что поможет тебе стать самим собой, поможет избавиться от сжигающей тебя боли. А когда мы сможем найти Алису, прибор вернет твой эмоциональный фон на прежний уровень.

От того, что я услышал, у меня даже в горле пересохло. Снизить уровень привязанности – значит разлюбить Алису. Но ведь это предательство… или нет? Но тут я почувствовал, как боль, преследовавшая меня все это время, начинает возвращаться, вгрызаясь в меня изнутри. Еще несколько минут назад я бы отдал все, чтобы только избавиться от нее. А теперь понимаю, что не все. Я не готов избавиться от причины этой боли. Вырвать из своего сердца любовь, значит стать другим человеком, разом разрушить все то хорошее, чему меня научила любовь к этой женщине. Хотя, с другой стороны, я, наконец, смогу мыслить здраво, смогу избавиться от того, что не дает мне дышать, потому что каждый вдох царапает мои легкие. К тому же, я всегда буду помнить, что значит любить, а когда настанет время, смогу вернуть все, как было. Но смогу ли?

– Ты уверен, что я действительно смогу вернуть свои чувства, как только этого захочу?

– Это новая разработка, которую мы обнаружили здесь. Ты знаешь, что любые другие подобные установки не имеют обратного действия, но эта, похоже, сможет вторгнуться в тонкую сферу чувств, а потом вернуть все на свои места. Принц Георгий наткнулся на нее случайно, он знает о том горе, которое снедает тебя и решил помочь. Разумеется, он не стал бы предлагать подобный выход, если бы не был уверен в результате. Он заранее провел опыт с одним из солдат, который дал на это согласие… Все прошло более чем успешно.

– Отец, это ведь значит, что это буду уже не я.

– Нет, Максим, это будешь ты, но не слабый и раздавленный, а сильный и готовый сражаться за все то, что ты любишь кроме этой девушки!

– А разве стоит сражаться за мир, в котором нет ее?

– Стоит, сын, стоит! Потому что она есть и находится где-то в Запретном городе, и вернуть ты ее сможешь только, когда вернешь этой стране истинного Императора и сотрешь Такиша с лица Земли!

Моя голова раскалывалась от той дилеммы, которая стояла передо мной. Я обхватил ее руками и сидел некоторое время в задумчивости. Много, очень много мыслей и воспоминаний проносились у меня в голове. Наконец, я понял, что принял решение. Я встал, откинул окровавленную майку в сторону и подошел к небольшому зеркалу, висящему на стене. Я видел, как боль в моих собственных глазах как огромная ядовитая змея начала разворачивать свои кольца и обвивать все мои внутренности. Я так устал сражаться с этим, так устал! Но как я могу отказаться от того, что уже стало частью меня, что стало смыслом моей жизни? Однако, хватит сомневаться, я уже принял решение.

Глава 34 Разговоры.

За окном желтела листва, по небу бродили темные тучи, всякое движение воздуха остановилось, а по подоконнику начали стучать первые капли дождя. Все предвещало сильную грозу.

Несколько минут назад я выключила телевизор и сейчас стояла у окна и обдумывала то, что только что увидела. После целого месяца отсрочек и обдумываний, пресс-конференций и публичных дебатов (что, конечно, делалось с одной целью: убедить народ Запретного города в правильности будущего решения совета) имя Императора Запретного города было объявлено. Им стал лорд Ивар из рода Такишей. Хотя я в этом и не сомневалась.

Честно говоря, меня бы очень удивило, если бы в нашем мире вообще встал вопрос о выборе Императора с одобрения народа. Немного зная историю нашего мира, могу с уверенностью сказать, что, если бы у нас во время правления Императора нашлась сила, способная произвести переворот, то он совершился бы за одну ночь, а народ и не согласных убедили бы в легитимности данной власти посредством насилия и подкупа. Но Такиш объяснил мне, что подобный способ в Запретном городе не работает, прецеденты уже были. Поэтому после долгих раздумий, он пришел к выводу, что это единственный способ стать полноправным Императором и избежать кровопролития, которого он совсем не желал. Ну, по крайней мере, он пытался меня в этом убедить.

После того, как он пришел ко мне на третий день моего пребывания в этом доме, мы виделись с ним практически каждый день во время ужина. По началу, меня удивляло подобное желание непременно со мной пообщаться, но потом я привыкла. Мне даже стало интересно понять этого человека, узнать мотивы, которые им движут.

После угрозы, выволочь меня силой, если я не выйду к ужину сама, я не решилась искушать судьбу и просто спустилась в столовую, когда настало время. Сначала мне было жутко находиться рядом с этим страшным человеком, который сумел втереться в доверие к самому лорду Марку, лишь для того, чтобы в конечном итоге уничтожить и его и его семью. Мне было страшно даже просто с ним разговаривать. Однако, со временем я поняла, что у него нет цели причинить мне вред.

Ни смотря ни на что, я была настроена очень решительно и дала себе зарок не разговаривать с этим дьяволом, лишившим меня всего, что я любила в этом мире, лишившим меня того человека, который сам стал для меня целым миром.

– Здравствуй, Алиса. Рад, что ты проявила благоразумие. – Проговорил он, когда я впервые спустилась к ужину.

Но я удостоила его лишь холодным, полным ненависти взглядом, решив, что он не увидит в моих глазах страха.

– Понимаю. – ответил на это он. – Что ж, надеюсь со временем, ты изменишь свое отношение. Присаживайся.

Он отодвинул для меня стул, но я подошла к другому, сама его отодвинула и села. Такиш на это и бровью не повел.

– Я знаю, что ты очень волнуешься за своих друзей, за Максима…

После этих слов я пристально посмотрела ему в глаза. Что он хочет этим сказать, чего от меня добивается?

– О, поверь, я хочу лишь успокоить тебя. В твоем положении вредно волноваться. Они все исчезли в неизвестном направлении. Мои длинные руки до них не дотянулись. – Грустно усмехнулся он. – Так что можешь пока быть за них спокойна.

Когда я услышала о тех, о ком болело мое сердце, решение хранить молчание тут же дало трещину. Я сама не заметила, как с моих губ сорвался вопрос.

– Откуда я знаю, что вы говорите мне правду?

– А какой смысл мне тебе лгать?

– А зачем вам вообще держать меня здесь, разговаривать со мной, беспокоиться о моих волнениях?

Он пристально смотрел мне в глаза, взвешивая то, что собирался сказать.

– Алиса, я постараюсь быть с тобой честным… Ты еще много не знаешь… Я сам еще кое-чего не понимаю… Но то, что ты важна, я думаю ты и сама догадываешься. Здесь ты находишься по многим причинам. А беспокоюсь я о тебе по одной простой: ты беременна, а я не чудовище, которое своим поведением хочет уничтожить еще не родившееся дитя. Завтра к тебе зайдет лорд-целитель Альберт. С этого дня, он будет вести твою беременность вместо домашнего целителя лорда Гриффина. Думаю, вы с ним договоритесь о графике посещений и сможете обсудить все вопросы, касательно твоего здоровья и здоровья ребенка.

– Могу ли я попросить, чтобы моим целителем стал кто-то другой? – Я просто не могла представить, как снова увижу человека, который сделал все, чтобы загубить жизнь Тария 13.

– Нет.

Честно говоря, ничего другого я и не ожидала, поэтому лишь вздохнула и уставилась в свою тарелку. Вообще же, я была крайне удивлена подобным обращением и даже заботой, однако спасибо говорить не собиралась. Наоборот, мне хотелось кричать, топать ногами, бить посуду, но я понимала, что это ни к чему не приведет, поэтому продолжала сидеть за столом, не притронувшись к еде, которую мне предлагали. В течение всего ужина он больше не проронил ни слова. А когда ужин подошел к концу только сказал:

– Буду рад отужинать с тобой завтра, Алиса. Кстати, еда сегодня была очень вкусной, а в твоем положении крайне важно хорошо питаться. До свидания. – И ушел.

Я была совершенно сбита с толку его поведением, от переполнявших меня эмоций: бессилия, ненависти, одиночества, – мне хотелось просто разрыдаться. “Видимо, своим хорошим отношением, этот человек хочет чего-то от меня добиться, но я не доставлю ему такого удовольствия, я буду вдвойне осторожна и постараюсь сама выведать у него все, что смогу. И когда Максим меня освободит....” – Тут я все же не выдержала и разрыдалась.

С тех пор, мы ужинали вместе почти каждый день.

То, что Максим в скором времени меня освободит, не вызывало у меня никаких сомнений, иначе я бы давно упала в бездну отчаяния и не смогла бы не то что здраво мыслить, а просто пошевелиться. Разговор с леди Морой периодически всплывал в моем сознании и мне начало казаться, что она и в самом деле знала, о чем мне тогда говорила. И я очень надеялась, что спасение действительно придет. К тому же я не одна, а несу ответственность за того маленького человечка, который живет во мне, и поэтому просто не имею права опустить руки и сдаться.

Сидя в совей комнате или гуляя на улице, я завела привычку поглаживая живот разговаривать со своим ребеночком, делиться с ним своими сомнениями, опасениями, горестями, но в тоже время я его подбадривала, чтобы он не думал, что дела совсем уж плохи, делилась с ним своей любовью, простыми радостями, которые могли возникнуть на том клочке земли, где мы обитали. Конечно, я осознала, что он просто не в состоянии меня понять, но я точно знала, что он меня слышит и может различать мое настроение по тому, как звучат мой голос, нюансы интонаций. Честно говоря, разговаривая с ним, я подбадривала саму себя, не давала себе упасть духом, впасть в депрессию или прострацию. Как это ни странно, но в сложившейся ситуации моим главным утешением и опорой стал именно этот, еще не родившийся ребенок.

К моему сожалению, мне все же пришлось общаться с лордом Альбертом. Для меня жизнь моего ребенка была важнее той неприязни, которую я к нему испытывала.

– Что ж, судя по тому, Алиса, что ты мне рассказываешь о своем самочувствии, ты и твой ребенок совершенно здоровы. Я бы только посоветовал поменьше волноваться, а отдыха и свежего воздуха тебе должно здесь хватать.

– Да уж… я бы сказала с головой… Лорд Альберт, а вы можете сказать, каким будет пол моего ребенка? Я все ждала, когда мне об этом скажет целитель лорда Гриффина, но сама вопрос как-то не задала. – Этот вопрос волновал меня очень давно, поэтому я не выдержала и задала его.

От этих слов он страшно удивился.

– Как? А ты разве сама не знаешь?

– Откуда я могу это знать? – С недоумением спросила я.

– Ах да, ты же люд… Просто у нас пол ребенка определяет его мать. Если на момент зачатия она хочет мальчика, то будет мальчик, а если девочку – девочка.

Я была потрясена услышанным. Разве такое возможно представить?

– Если честно, то я до сих пор не знаю, кого хочу. В этом вопросе люды всегда полагаются на высшие силы.

– Как интересно…Ты обязательно должна мне рассказать как можно больше о процессе деторождения у людов!

– К сожалению, я сама не сильна в этом вопросе. Эта беременность у меня первая и, боюсь, что прежде я совершенно не интересовалась этим процессом. Однако, я очень надеюсь, что в остальном у нас эти моменты схожи. – Мне вдруг стало как-то страшно и не уютно от мысли, что на самом деле ни один врач не сможет ничего точно сказать о том, как протекает моя беременность, ведь люди и люды очень давно не имели общих детей. Утешало меня одно: несколько тысяч лет назад у них все получилось, думаю, получится и у меня сейчас.

– Не переживай, все будет хорошо. – Вторил моим мыслям целитель.

– Лорд Альберт, скажите, почему вы помогаете лорду Ивару? – Наконец решилась я задать волновавший меня вопрос. Я видела, что лорд Альберт по натуре очень добрый человек и не могла понять, почему он решился на такие страшные действия.

Целитель тяжело вздохнул и ответил.

– Потому, что он мой брат. С самого детства я признавал его первенство, хотя и был старше него. Он всегда заботился обо мне, порой мне, конечно, от него доставалось, – он задумчиво улыбнулся, – но он всегда был со мной честен, защищал от более сильных сверстников, ведь я в детстве был молчаливым задумчивым мальчиком, а это часто принимают за слабость. Именно он надоумил меня присоединить к своему имени род нашей матери, что в последствии очень сильно помогло мне в жизни. Так получилось, что я привык следовать за ним, верить его суждениям, поэтому, когда он посвятил меня в свои планы и попросил помощи я не смог ему отказать. Я знаю, то что я совершил, останется на моей совести. Но, Алиса, я вижу, что он действительно не просто так хочет занять этот трон, не только ради наживы и власти: он хочет изменить этот мир к лучшему, пусть даже сам себе в этом не признается.

– Лорд Альберт, вы слишком хорошо думаете о своем брате.

– Возможно… Но он все равно остается моим братом.

Несколько минут мы просто сидели в задумчивости.

– Ну что ж, Алиса, мне пора. В следующий раз я приду к тебе через несколько дней.

Беседуя с Такишем, я стала лучше его понимать.

– Добрый вечер, Алиса. Надеюсь, у тебя хорошо прошел день?

К чему этот вопрос? Как у меня может пройти день в четырех стенах, без возможности даже толком прогуляться и хоть с кем-то поговорить?

– Как обычно. – Сухо ответила я.

– А вот у меня замечательно! Сегодня у меня состоялся очень удачный разговор с общественностью. Да ты должно быть и сама его видела по телевизору?

– Нет, не видела. В последнее время я вообще не смотрю это устройство.

– Почему? – Удивился Ивар.

– А что нового я там могу увидеть? Как вы очередной раз показываете себя в выгодном свете и черните тех, у кого есть все права на трон?

Его явно расстроило подобное замечание, а хорошее настроение разом испарилось, что меня, признаться, даже порадовало. После некоторого молчания, он вдруг спросил:

– Алиса, а почему ты решила стать журналистом?

Я явно не ожидала подобного вопроса. С какой это стати он этим интересуется? Поэтому я ничего не ответила и просто изучающе смотрела на него.

– Алиса, пойми, я не просто так спрашиваю. Мне интересно как люды выбирают свое призвание? У нас все гораздо проще, ты уже с детства знаешь, чему будет посвящена твоя жизнь, а у вас…

– Да… У нас все гораздо сложнее… – Все же ответила я. – Многие всю жизнь не знают, чем действительно хотят заниматься и идут по совершенно чуждой им стезе, а у многих просто не получается заниматься любимым делом.

– Но как это возможно?

– А как возможно, что вы, выходец и рода военных, с самого детства знавший, что хочет заниматься военным делом, замахнулись на Императорский трон?

После некоторого молчания он, к моему удивлению ответил:

– Ты права, течение наших жизней не предсказуемо, и, видимо, у вас фактор непредсказуемости особенно активен. – Усмехнулся он. – А я действительно с самого детства мечтал лишь о военной карьере. Я мечтал прославить свой род, вывести его из нищеты и забытья. Я мечтал, чтобы мы с братом наконец смогли купить себе то, что нам хочется, а не то, на что хватает денег, чтобы мама наконец смогла купить себе лекарство, на которое у нас опять же не хватало денег, и чтобы мой отец перестал быть таким бесхарактерным, инертным, слабым, что и довело семью до такого состояния! – Конец фразы он закончил с неподдельной злостью и обидой в голосе, что очень меня удивило. Своего отца я всегда уважала и считала эталоном мужественности и самоотверженности, поэтому подобное отношение к родителю меня по-настоящему задело.

– А какое право вы имеете осуждать своего отца? За одно то, что он дал вам жизнь вы должны быть ему безмерно благодарны, хотя лично я вряд ли сказала бы ему за это спасибо!

– Даже так! А что бы ты сказала, если бы твой собственный отец не мог толком прокормить тебя и твою мать?

– И тем не менее вы и ваш брат сейчас не валяетесь в сточной канаве, а собираетесь сесть на Императорский трон! И я бы сказала, что, видимо, судьба уготовила вам именно такой путь, и именно ваши родители сделали вас тем, кто вы есть сейчас!

– Легко судить других, если сам не побыл в их шкуре. – Тихо проговорил он.

Однако, после этих слов он как-то странно на меня посмотрел и до конца ужина не проронил ни слова. Не знаю, но мне вдруг показалось, что он что-то для себя переосмысливает.

– Алиса, добрый вечер! – Потом он окинул меня оценивающим взглядом и добавил. – Сегодня ты особенно хорошо выглядишь!

– Добрый вечер.

Я ничего не ответила ему на это замечание и вновь проигнорировала отставленный для меня стул. И почему он делает это с таким упорством? Он же, как и прежде, совершенно не придал этому значения.

– Сегодня наша кухарка Элина приготовила мое любимое блюдо: поросенка под соусом из чернослива. Надеюсь, ты тоже оценишь его по достоинству.

– А под каким соусом вы прикажете подать близких мне людей, когда сумете их отыскать? –Я вовсе не хотела накалять атмосферу за столом, к тому же, я не представляла как может отреагировать Ивар на подобное замечание, но вопрос сам собой сорвался с моих губ.

– Под сливочным. – Мрачно ответил тот и некоторое время мы ели молча. Только я совсем не различала вкуса того, что ем.

Внезапно он спросил:

– Алиса, неужели ты и правда думаешь, что я такой монстр?

– Какой, такой?

– Неужели ты думаешь, что мне нравится издеваться над людьми, лгать?

– А разве это не так? – Я смотрела прямо ему в глаза, стараясь уличить его во лжи, однако, он очень спокойно выдержал мой взгляд и произнес:

– Нет, не так…

– Тогда у вас очень хорошо получается притворяться.

– Да, у меня были очень хорошие учителя. – Со злостью в голосе бросил он.

Больше этим вечером я не решилась с ним заговаривать. И старалась даже не смотреть в его сторону, однако, я все время ощущала его взгляд на себе, от чего мне становилось как-то не уютно. Почему-то мне казалось, что неприязни, которую я ожидала от него получить после нашего диалога, он ко мне не испытывает, даже наоборот, его взгляд скорее смущал, чем пугал.

– До завтра, Алиса.

Когда я, наконец, осмелилась на него взглянуть, то не увидела на его лице ничего, кроме вежливого внимания.

– До завтра, лорд Ивар.

Я сама не ожидала, что назову его по имени, видимо, он тоже. Потому что на его лице промелькнула тень удивления, смешанная с каким-то волнением. Я совершенно его не понимала, не понимала мотивов, которые им движут в определенных ситуациях, однако одно я все же заметила: ему не все равно, что я о нем думаю. И честно говоря, это открытие меня удивило и совсем не порадовало.

По прошествии нескольких дней, я решилась задать ему вопрос, который все это время вертелся у меня на языке.

– Скажите, вы и правду собираетесь уничтожить все, что вам дорого, если совет не изберет вас Императором?

– Я очень бы этого хотел этого избежать.

– И все же? Неужели у вас нет ни одного любимого человека, ради которого вы бы захотели оставить этот мир не тронутым?

После долго молчания он внезапно ответил, хотя я уже потеряла на это надежду.

– Алиса, на самом деле я очень одинокий человек. Лишь однажды симпатия затронула часть моего сердца, но… к сожалению, у нас ничего не вышло… – После некоторого раздумья он продолжил. – Да, у меня есть брат и я его по-своему люблю. Но мы с ним никогда не были по-настоящему близки. К тому же, он явно психически не здоров, а я не могу помочь ему, потому что он сам этого не хочет. В этом мире для меня слишком мало того, ради чего, как ты считаешь, его стоит сохранить. Но я вовсе не стремлюсь его уничтожить и стать причиной гибели миллионов людей. Для меня это лишь рычаг влияния, который я намерен использовать по максимуму.

– И как это проявляется? Я имею виду болезнь вашего брата. – Этот вопрос меня сразу же обеспокоилась, ведь он целитель, отвечающий за жизнь моего ребенка.

– Ты и сама должна была заметить внешние проявления его нестабильной психики. Альберт помешан на чистоте. Любое пятно грозит вывести его из равновесия, он готов сам часами тереть, казалось бы, совершенно чистые поверхности.

– Да, я помню, Марго рассказывала, что слуги с завидной регулярностью моют даже стены его дома.

– Да, это так. – Грустно заметил лорд Ивар.

– А вы не задумывались, что таким образом он хочет очистить свою совесть? – Он вопросительно на меня посмотрел. – Чем больше он совершает действий, которые противоречат его моральным принципам, тем больше пятен появляется на его совести и тем сильнее он хочет их оттереть если не изнутри себя, то, по крайней мере со всего, что его окружает.

– Если это так, то это значит, что именно я являюсь одним из тех, кто сводит его с ума?

Мы некоторое время просто смотрели друг на друга. Мне хотелось, чтобы он наконец понял, что он за чудовище.

– Да, и вам теперь с этим жить.

Остаток этого ужина прошел в молчании. На следующий день я ужинала одна. Мне даже показалось, что я, наконец, избавилась от его общества. Уж очень напряженными были для меня те минуты, когда он находился рядом.

Когда-то, когда мы только познакомились, он даже казался мне симпатичным, потом я видела перед собой лишь чудовище, лишившее жизни великого человека. А сейчас, я видела в нем человека, со своими достоинствами и недостатками, со своими душевными травмами и переживаниями и со своими бесами за спиной. Теперь мне все сложнее было его ненавидеть и это по-настоящему меня пугало.

Когда через день я застала его в столовой, то страшно расстроилась.

– Добрый вечер, Алиса.

– Это что, такая форма пытки?

– Не понял.

– Вам нравится надо мной издеваться?

– А разве я над тобой издеваюсь?

– Да разве вы не понимаете, что один ваш вид приводит меня в ярость. А после употребления пищи в вашем присутствии у меня случается несварение. Раз вы так беспокоитесь о моем здоровье, прошу избавить меня от вашего общества!

Мои глаза блестели от сдерживаемых эмоций, щеки пылали. Я с ужасом поняла, что сейчас разревусь. В следующее мгновение, я даже не сразу поняла, что произошло. Каким-то молниеносным движением он оказался рядом. Я подумала, что он сейчас меня убьет, однако, он обхватил меня руками и впился своими губами в мои. От неожиданности я даже растерялась, но когда до меня дошло, что происходит, я уперлось в его грудь руками, и со всей силы попыталась оттолкнуть. Только это не возымело никакого действия – он прижимал меня с такой силой, что самой высвободиться было бы невозможно, ведь он был гораздо больше и сильнее меня. На какое-то дикое мгновение у меня в голове мелькнула мысль поддаться этим настойчивым губам и сильным рукам, но потом я ощутила, как все мое существо восстает против этого. Тогда я изловчилась и укусила его за губу до крови. Он тут же отпрянул и посмотрел на меня дикими глазами. Меня всю трясло мелкой дрожью, но я готова была биться, лягаться, кусаться, все что угодно делать, лишь бы не подпустить его к себе. Я видела, как осмысленное выражение возвращается его глазам, потом там появились такие чувства, которые я не и не думала найти в этом человеке. Наконец, чтобы их скрыть он закрыл глаза и вышел прочь из комнаты. Только тут я ощутила, что мои ноги дрожат, поэтому я судорожно ухватилась за спинку стула и потихоньку на него присела. Кажется, этот человек только что понял, что я для него стала кем-то большим, чем просто пленница. Лорд Ивар учится чувствовать и сам этого пугается. Страх – именно это чувство кроме всего прочего я различила в его глазах перед тем, как он ушел.

Глава 35 Новый Император.

Небо хмурилось и грозило вылиться нешуточным до ждем на головы толпы, собравшейся перед замком по случаю объявления имени будущего Императора Запретного города. Однако, ни один человек не двинулся с места. Толпа гудела как растревоженный улей. Никто не смог бы с уверенностью назвать имя нового Императора и каждый желал услышать эту новость первым.

В отличие от них всех, Лорд Ивар из рода Такишей прекрасно знал это имя и просто ждал, когда его объявят. Он сам удивился, когда понял, что совершенно не волнуется в эти минуты. Все прежние волнения остались позади, а все новые появятся, как только объявят его имя. Сейчас же для него наступило время безвременья, когда его мысли бродили где им вздумается, оставляя на периферии сознания все, что происходило на площади в данный момент времени.

Этот месяц дался лорду Ивару из рода Такишей очень непросто. Слишком много вещей требовали его внимания, слишком много интриг приходилось держать под контролем, а в сутках было слишком мало часов. К тому же, он старался каждый вечер проводить в обществе Алисы, хотя поначалу и не совсем понимал, зачем это делает.

Сначала ему казалось, что все дело в той загадке, которую ему загадал своим поведением Император, но потом, к своему удивлению понял, что ему приятно каждый вечер проводить с этой девушкой, приятно видеть ее глубокие глаза, плавный изгиб шеи, приятно просто смотреть как она ест, и это несмотря на исходящую от нее волнами ненависть и неудобные вопросы, которые она совсем не страшилась задавать. Поначалу, это его раздражало, но потом он оценил ее смелость, прямоту суждений и, к своему вящему удивлению, начал не просто отвечать на ее вопросы, а захотел, чтобы она его поняла и нашла оправдание. Он видел, что она начала привыкать к нему. Сначала она начала с ним здороваться, потом задавать и отвечать на вопросы. Каждый день он отодвигал для нее стул и, наконец, она сдалась и стала принимать этот нехитрый знак внимания. Однажды она даже назвала его по имени, что, к его удивлению, вызвало в нем нешуточную бурю эмоций. Его радовали эти мелкие детали, хотя, он и не признавался себе в этом. В одном она пока упорно не уступала: почти каждый день он просил, чтобы она перешла на “ты”, но она упорно игнорировала эту просьбу.