Текст книги ""Фантастика - 2026". Компиляция. Книги 1-46 (СИ)"

Автор книги: Елена Литвиненко

Глава 3.3

* * *

– Что-то мне нехорошо… – пробормотал министр финансов и приложил руку ко лбу.

Я напряглась, пристально всматриваясь в мужчину и гадая, что стало причиной его изменившегося самочувствия: мой дар или просто возраст.

Его первым привел в комнату лично герцог и сейчас так же, как и я, вглядывался в лицо побледневшего мужчины. Но в отличие от эль Кременье я сидела в потайной комнате и наблюдала за происходящим из-за прозрачной стены. К ней вплотную поставили диван, на который и был усажен министр.

– Друг мой, что у тебя болит? – спросил его эль Кременье.

– О-о-ох, Ноэль, – министр финансов перевел полный ужаса взгляд на герцога, – ты не поверишь… Никто не поверит…

– Поверю, Жан. Еще как поверю, – похлопал его по плечу эль Кременье. – Не волнуйся. На тебя ментально воздействовали?

– Это нечто другое, Ноэль, – смотрел на него министр широко раскрытыми глазами. – Меня словно… Сложно объяснить. Подожди. – Он замер, сосредоточенно глядя в одну точку. Было видно, что мужчина пытается собраться с мыслями, проанализировать собственные ощущения и выдать как можно более конкретный результат. Ох, не зря он столько лет занимал свой пост. Наконец министр заговорил: – Меня словно посадили в стеклянный куб. Я мог наблюдать за своей жизнью, мог делать какие-то базовые вещи, общаться, даже работать, но… у меня будто поменяли жизненные установки и поставили иные цели. «Я» в стеклянном кубе мог только бессильно наблюдать за новообразованным «я», которое… – В его взгляде снова заплескался ужас. – Ноэль, я столько всего натворил… Я… Сколько денег отправил не по назначению. Сколько людей привлек к… – Он схватился за сердце.

Наверное, если бы у министра было больше времени прийти в себя, он бы придумал что-нибудь, чтобы не говорить правды и так не подставляться. Ведь, по сути, сейчас он подписывал себе смертный приговор. Конечно, это было не так, но он-то этого знать не мог.

– Тихо-тихо, Жан, – попытался поддержать министра герцог. – Ты был под воздействием. Мы со всем разберемся. Верь мне. – И позвонил в колокольчик.

В комнату тут же вошли два лекаря и начали кастовать какие-то заклинания. Министру сразу стало лучше, с лица ушла бледность, и появился легкий румянец.

– Пошли, нам нужно поговорить. Очень о многом поговорить, Жан.

– Куда? – снова стал бледнеть министр.

И до меня с запозданием дошло, что он вполне мог подумать о пыточных подвалах замка.

– В соседнюю комнату. Проверим, сможешь ли ты и там оставаться в здравом уме. Тот… – герцог на мгновение запнулся, – кто снимает с тебя влияние, не может работать на больших расстояниях. А без этого ты снова станешь марионеткой арахнидов.

Министра передернуло, он внезапно ухватил герцога за руку и требовательно посмотрел ему в глаза.

– Я готов на все, чтобы выйти из-под этого… влияния. На все! Ты не представляешь, что я видел и знаю.

– Все будет хорошо. Уже готовится антидот, который позволит снять его навсегда. Но пока только так. Пошли. – И эль Кременье подал министру руку, помогая встать с дивана.

И поскольку в соседнюю комнату лекарей так и не вызвали, я поняла, что мое влияние распространялось и туда.

Остаток ночи я в своей второй ипостаси просидела за стенкой, наблюдая, как люди герцога по одному и по двое будто бы поговорить о делах заводили в комнату важных аристократов и чиновников. Кому-то становилось плохо, и его под руку быстро выводили туда, где поджидали лекари со снотворным заклинанием. А кто-то ничего не чувствовал и через некоторое время просто возвращался на бал.

Проверить всех, чтобы не привлечь внимания, было невозможно. Потому выбирали самых значимых персон. И думаю, как только Ё-ё синтезирует антидот, их по очереди будут выводить из сна и допрашивать.

Хорошо, что в моей комнате установили кровать, а чуть позже даже принесли закуски. Мне точно не мешало немного поспать и собраться с силами. Утром меня, скорее всего, отпустят домой – передо мной стояли стратегические задачи, и их нужно было решать. Да и адепты уже должны будут прибыть.

Но под утро я поняла, что зря расслабилась, наблюдая, как просто получается выявлять тех, кто находился под влиянием арахнидов. Оказалось, что были и те, кто обо всем знал и шел на сотрудничество с ними осознанно…

Глава 4
О том, что магистры не плачут!

– Что с моим мужем⁈ – ввинтился в мой сон разъяренный женский визг.

– Не приближайся ко мне! – не менее визгливо с отчетливыми паническими нотками вторил ей мужской.

Я открыла глаза и увидела, как пара: моложавая красивая женщина и почти полностью лысый невысокий старичок застыли друг напротив друга, словно грокх и искатель-неудачник, который только что потерял свой меч. И грокхом в данном случае был вовсе не мужчина.

У другой стены у буфета с чашкой кофе с уставшим видом стоял один из тех, кто приводил в комнату людей для беседы, а рядом с ним находился аристократ средних лет с серо-седыми волосами. Оба испытывали некоторую растерянность, не понимая, что произошло и что стоит предпринять.

Я до этого дремала, растянувшись на кровати, поставленной у прозрачной стены, и сейчас голова казалось тяжелой, а сонная одурь никак не хотела отпускать уставший мозг. Приподнявшись на локте, я увидела, что старик не выдержал напряжения и с криком кинулся к двери.

– А-а-а!

Женщина же как-то резко выпрямилась, словно сбрасывала с себя ставшую уже ненужной шкурку. Выражение ее лица стало холодным, взгляд расчетливым. Она взмахнула рукой – и дверь, которую уже приоткрыл старик, захлопнулась, толкнув его обратно. Замок щелкнул.

И тут мужчина с кофе отмер, откинул от себя чашку и начал кастовать заклинание, нацелившись на женщину. Но серо-седой рядом с ним неожиданно двинул его локтем под дых и сам сотворил заклинание ловчей сети на него и старика. Оба тут же закричали, повалились на пол и свернулись в позе эмбрионов, стараясь прикрыть руками голову.

Вот только я все это видела, но не слышала.

Видимо, это заклинание сети причиняло своим пленникам сильную боль и одновременно блокировало звук. Хороший способ дезориентировать любого мага и лишить его возможности магичить.

Все происходило быстро и неожиданно, а еще в увиденное не верилось. Казалось, что я все еще сплю и досматриваю неудачный сон.

– Ларс, он вышел из-под моего контроля! Как⁈ – вопросила женщина у серо-седого. – Этого не должно было случиться!

– Марика, успокойся, – мужчина переступил через скрючившегося на полу человека герцога и подошел к женщине. – Всегда есть объяснение. Он ничего не пил и не ел в этой комнате. Значит, на него должны были повлиять как-то иначе.

И тут мне стало страшно… Очень. Марика, которую я не могла припомнить среди тех, кого сегодня видела на балу, на несколько секунд застыла, а потом медленно повернула голову в мою сторону и уставилась, казалось, прямо мне в глаза.

Сонную одурь как колючим ветром первого пояса Пустоши сдуло. Я вскочила с постели, собираясь бежать, но тут женщина вытянула вперед руку и скастовала заклинание, которое с грохотом разрушило тонкую стену между нами.

Я успела накинуть щит от физического воздействия и обломки стены мне не повредили. Но я инстинктивно прикрылась руками и теперь медленно их опускала, сквозь пыль глядя на криво ухмыляювшуюся Марику.

– Неужели это та самая Эйлин?

Я невольно дернулась, услышав как замок в двери щелкнул, закрывая мне путь к отступлению.

– Ты о чем? – Спросил серо-седой.

– Разве ты сам не видишь? Это та самая новорожденная феникс, о которой я тебе рассказывала.

Взгляд мужчины стал заинтересованным. А я осознала наконец, что передо мной стоит еще одна Мара, которую я не заметила на балу и о которой не проинформировала людей герцога. Вот ее сюда и привели с мужем и любовником. И, судя по тому, что мои эманации на последнего не действовали, он все знал и действовал осознанно.

– Старшая и Патриарх будут рады такому подарку, – теперь улыбка Марики стала широкой и злорадной. – Какое мило дитя, Ларс. Глазки большие, испуганные. Того и гляди слезки покажутся, – издевательски засюсюкала она. – Не бойся. Не надо. – Женщина довольно рассмеялась и добавила: – Дальше будет страшнее.

Мне и в самом деле было очень не по себе. Я впервые оказалась один на один с врагами. Вот только и я была уже не той Эйлин, которая толь-только получила диплом и приехала в академию, не зная, что делать и как будет жить дальше.

Я – магистр прикладной магии! А магистры не плачут при появлении врагов, они их побеждают! А еще я феникс и плевать что инициацию прошла совсем недавно!

Не знаю, что кастовали эти двое, но я кинула сеть Валентайна и, как когда-то в классе четверокурсников, перехватила все их заклинания. А потом и сама скастовала на них сети, подобные тем, что они накинули на корчившихся на полу бедолаг.

Но серо-седой перехватил обе, а вот Марика такой скоростью не отличалась и досадливо поморщилась. Видимо, нападать ей было привычнее в форме арахнидки, потому что она, сорвав с шеи амулет тут же перевоплотилась, заняв своей тушей почти четверть небольшого помещения.

– Аккуратно! Она нужна нам живой! – выкрикнула она, и на меня посыпался град заклинаний сразу от двоих нападавших.

Щиты у меня всегда выходили хорошо, с реакцией проблем тоже не было, и я успешно отбивалась от этих двоих, хотя уровень их владения магией впечатлял. Жаль только места здесь было мало, чтобы развернуться с ответными ударами. Но это было на руку и мне – никто не хотел быть погребен под грудой рухнувшего на головы камня. Вот и старались магичить осторожно.

– Она затягивает время! – нервно крикнула серо-седому Марика. – Скоро сюда сбежится полдворца. Сделай что-нибудь!

* * *

Видели новую обложечку на 3-ю часть?) Как вам?

Глава 4.2

Ага, счаз! Так я тебе и дала что-то сделать!

Но… предпринять ничего не успела. Боясь отвлечься хоть на мгновение, краем глаза заметила, что к моим ногам подкатилось что-то небольшое и колючее, а потом раздалось:

– Урою, членистоногие паршивые-пф! – и в нападавших полетело сразу по три иглы, которые проигнорировали все выставленные щиты.

– Ё-ё! – воскликнула я. – Как ты здесь оказался⁈

– Это что за недоразумение? – округлила глаза Марика переводя взгляд с маленькой иголки, которая воткнулась ей в открытую грудь, на ежа.

– Смерть твоя пришла на конце иглы. Что тут непонятного?

– На каком конце? – взгляд Марики поплыл и она ухватилась за голову.

– Иглы, – пояснил Ё-ё, гордо подбоченился и посмотрел на меня с укором. – Вот, я так и знал, что тебя нельзя оставлять одну-пф!

Первым, закатив глаза, упал серо-седой. Арахнидака еще немного продержалась, неуверенно переступая лапами, а потом тоже повалилась на пол.

– Ё-ё! – возмутилась я. – Этих двоих следовало допросить, а не убивать!

– Так я их и не убил, – посмотрел он на меня честными глазами.

– Но ты же сам только что сказал, что…

– Ой, Эйлин, ну чего ты к словам цепляешься-то? Мне что, нужно было кричать: Сон твой пришел на конце иглы? Или отключка пришла? Или отрубон, или…

– Не надо! Я поняла, – взяла друга на руки и прижала к себе. – Я очень рада тебя видеть. Но как ты здесь оказался, да еще так вовремя?

– Эйлин, ты забыла, что я твой фамильяр и умею тебя чувствовать? Кстати, ты почему сама с ними так долго возилась-то? Я ведь знаю, ты вполне могла применить что-нибудь убойное.

– Могла… – протянула я и поняла, что так оно и было, но… я была просто морально не готова к убийству.

Ё-ё все понял без слов и покачал головой:

– Эйлин, они тебя жалеть бы не стали. Ты и жива-то скорее всего только потому, что нужна была им живой-пф.

– Так и есть, – открыв дверь, у которой, скрючившись, лежал старик, в комнату вошел герцог и оглядел место побоища. – Н-да… Не думал я, что они обнаглели на столько, и в сам ом деле думали, будто подобное сойдет им с рук.

– Это вы уже сами разбирайтесь, что, кто там думал и почему древние и их приспешники так вольготно себя чувствуют во дворце. А вот почему вы оставили Эйлин без присмотра и подвергли ее жизнь опасности, я очень хочу услышать-пф! – раздухарился не на шутку Ё-ё и даже упер лапки в бока.

– Здесь и в самом деле вышла промашка, – герцог тяжело оперся на трость, и я поняла, что он очень устал, но старался этого не показать. А в комнате уже шныряли его люди. Ко мне подошел лекарь, без лишних слов быстрым диагностическим заклинанием проверил мое самочувствие и тут же отправился к лежавшим на полу. – У нас слишком мало времени, чтобы успеть все продумать и слишком мало доверенных людей. – Он тяжело вздохнул, глядя, как развеивают магические сети с несчастных, которые уже почти потеряли сознание от боли. – Пойдемте, мы только мешаем специалистам.

И мы с Ё-ё последовали за герцогом в его кабинет. Но даже толком присесть не успели, как в комнату влетела фаворитка короля:

– Ноэль, это правда⁈ – оглядела она всех и приложила руку к груди, словно пыталась удержать в ней выпрыгивающее сердце. И, не слушая никаких оправданий, продолжила: – А я говорила, что к девочке нужно приставить личную охрану! Мы не имеем права так рисовать ее жизнью!

– Рошэль, не начинай. Там был наш человек, но…

– Но он ничего не смог сделать! И он был один! ОДИН! – она всплеснула руками, потом резко выдохнула и, подойдя ко мне, обняла за плечи.

– Дорогая, ты как?

– Все хорошо, – улыбнулась я, ощутив, как потеплело на душе от чужой заботы. – Я и сама могу себя защитить.

Но мои слова почему-то заставили Рошэль снова вскипеть и посмотреть на герцога с еще большим укором.

– Ноэль, ты слышишь, что она говорит? Знаешь, что это значит? Нет? – и снова не давая бедному герцогу вставить и слово, продолжила: – А я скажу! Это значит, что мы не в состоянии о ней позаботиться! О внучке короля!!

– Рошэль, не утрируй. Они бы ничего ей не сделали. И выйти из той комнаты уже бы не смогли.

– А они думали иначе, Ноэль. А ведь это твоя служба пролюбила заговор такого масштаба. Арахниды во дворце уже чувствовали себя как дома, уповая на защиту главного мага и своры его последователей. – Герцогу на это даже сказать было не чего. Он нахмурился еще больше и, казалось, даже согнулся под тяжестью собственных мыслей. Поняла, что сейчас не время продолжать кидаться обвинениями Рошэль смягчилась. – Ноэль, я все понимаю. Сейчас и ты, и твои люди разрываетесь на части, пытаясь разобраться с происходящим. Как понимаю и то, что важно помнить: критикую – предлагай. И я предлагаю для защиты Эйлин подключить мое доверенное лицо, великолепного мага и ответственного человека.

– Только не говори, что ты хочешь предложить Рафаэля, – еще не услышав ответа, приложил руку ко лбу герцог.

– А почему нет⁈ – всплеснула руками Рошэль. Чем плох мой племянник?

– Наверное, тем, что Марсель его не переваривает, а Эйлин почти его жена?

– Ты бы еще что вспомнил! Они и общались-то последний раз, когда еще учились в академии.

– Вот именно! И это не потому, что у них было мало поводов для общения!

– То есть, из-за глупой размолвки адептов, которой уже сто лет в обед, ты будешь подвергать жизнь Эйлин опасности? – в голосе Рошэль послышались неприятные стальные нотки.

– Нет, конечно нет, – сдаваясь, выдохнул герцог. – Но согласится ли сам Рафаэль? Он, если мне не изменяет память, дослужился уже до полковника и вряд ли согласится побыть простым охранником.

– Он сейчас после ранения на границе поправляет здоровье в столице, и, уверена, будет не против нам помочь, особенно, если его временно признать официальным ухажером Эйлин. – И, глядя в наливающиеся кровью глаза герцога тут же надавила голосом: – Это ВРЕМЕННО! Слышишь? У нас слишком мало времени что-то изобретать! А Марсель все поймет! Это ведь все ради Эйлин! Сейчас мы никого лучше для ее защиты не найдем!

Герцог несколько томительных секунд боравил Рошэль взглядом.

– Ладно, – сказал, будто уронил наковальню тот. – Пусть будет так. Но если ты затеяла какую-то свою игру…

– Ноэль, да какая игра в такое время⁈ – перебила его фаворитка, но герцог будто ее и не услышал и продолжил фразу:

– … то пожалеешь. Драконы еще никогда никому свое не отдавали. Запомни это.

Рошэль осуждающе покачала головой.

– Пошли, Эйлин, нам пора домой. Нужно хоть немного отдохнуть. Совсем скоро к нам приедут твои адепты и нужно будет приниматься за работу.

– О-о-ох, чувствую, скучно никому не будет-пф, – непонятно к чему произнес Ё-ё и тоже засобирался. – Пойду я антидот, что ли, делать. Раньше сяду – раньше встану-пф. Уж извините, но я хочу поскорее вернуться к Эйлин. А то знаю я всяких там охранничков. А к Марселю я уже привык…

Я недоуменно посмотрела на друга, хмурого герцога и невозмутимую Рошэль и поняла, что… очень хочу спать. А свои недомолвки пусть оставят при себе!

Глава 5
О том, что многое является не тем, чем кажется…

Марсель эль Лавалье

Марсель нервно мерил пещеру шагами и поглядывал на переход, который связывал целую сеть пещер. События минувшего вечера не настраивали на оптимистический лад. Происходящее казалось дурным сном, и верить в него не хотелось. Вернее, он ждал ту, что развеет его сомнения или…

Марсель еще активнее принялся вышагивать взад-вперед. Его привели сюда несколько часов назад, и он кожей чувствовал, что время утекает без пользы. И это нервировало больше всего. Хотелось действовать, делать хоть что-то! А не прозябать в ожидании.

Марсель резко выдохнули и постарался взять себя в руки. Как там его Птичка? Небось, танцует на балу с очередным хлыщом. Руки Марселя невольно сжались в кулаки, но мысль о том, что она не просто развлекается, а ищет шпионов и предателей, отрезвила. Он доверял ей. Кому доверять, если не его Птичке? Но он знал, какими бывают мужчины, если вознамерятся добиться своей цели, и ревнивый дракон, так и не присвоивший свою истинную, ворочался в груди, не давая отпустить ситуацию.

Стараясь отрешиться от этих эмоций, Марсель стал думать о том, сколько древних Эйлин смогла обнаружить во дворце и как сильно королевство подточено укусами арахнидов. А главное – сумеют ли Эйлин защитить, пока он прохлаждается здесь?

Последняя мысль снова взвинтила градус тревожности.

Арахниды… Почему же он после увиденного ждет непонятно чего в этой пещере?

Его мысли невольно вернулись на несколько часов назад.

Марсель посмотрел на припекавшее солнце, сжал в ладони амулет портала, который Жозефина лично ему подарила, и в который раз огляделся. Ничего и никого.

Они вышли из крепости лишь недавно, но предчувствие опасности с каждым шагом становилось все сильнее.

– Еще немного отойдем и откроем портал, – пробормотал он себе под нос.

Марселю не давали покоя слова коменданта крепости о том, что твари Пустоши стали особенно опасны и нападают словно из ниоткуда. Это наводило на мысли об иллюзиях очень высокого ранга, которые можно разглядеть лишь вплотную.

Он бы уже давно активировал портал, но было нельзя, чтобы наблюдатели из крепости его увидели его.

Наконец ландшафт местности позволил скрыться из поля зрения крепости, и Марсель поднял руку, молчаливо приказывая сопровождающим остановиться.

– Здесь, – произнес он и собрался запитать амулет портала силой, как вдруг воздух неподалеку дрогнул и к нему вышла… Дизере.

Воины тут же выхватили мечи и ощерились заклинаниями, но фея словно ничего особенного не заметила, лишь пошла чуть медленнее.

– Подожди, Марсель. Дворец наместницы сейчас не самое безопасное для тебя место.

– Почему же? – нахмурился он. – И почему ты здесь?

– Одно вытекает из другого. Жозефина послала меня встретить тебя и сопроводить в безопасное место, где вы сможете поговорить. На нее вчера было совершено покушение. Дворец стоит на ушах, но наместница считает, что вычистила еще не всех предателей. А встреча с тобой слишком важна.

– Почему же она прислала тебя одну?

– Не одну… – Дизере отчего-то замялась и Марсель напрягся, обострившимся чутьем ощущая, что неподалеку находится довольно большой отряд. Вот только почему он не показался вместе с Дизере? – Видишь ли, нам очень не хватает существ… – наконец, произнесла она. – Преданных существ. К тому же мы не знали, когда точно ты прибудешь, а потому наместница согласилась на помощь тех, чье присутствие ты можешь расценить неправильно.

– Я могу расценить как-то не так только появление тварей и… арахнидов, – внезапно осенило Марселя, и он резким движением выхватил меч из ножен. – Дизере, ты спуталась с пауками⁈

Логический ряд сложился очень легко, а главное – многое становилось еще понятнее. Если Дизере предательница, то убийство родителей Эйлин и нежелание феи, чтобы Эйлин вернулась в Пустошь, представали в новом свете.

– Марсель, подожди, не горячись! – Дизере выставила вперед руки. – Если бы кто-то хотел на тебя напасть, то уже сделал бы это! Послушай, среди арахнидов тоже есть те, кто ненавидит Патриарха. Думаешь, как я узнала то, что рассказала? А кто мой свидетель? Никто, кроме арахнидов, не мог рассказать мне о комиссии по контролю дара и о том, как у Патриарха появляются новые дочери.

Марсель заколебался. В словах Дизере был смысл. Но… арахниды?

– Пойми, сейчас в Пустоши очень неспокойно, а здесь, в первых поясах, собирается армия монстров под предводительством пауков. Кто как не другие арахниды без труда смогли бы пройти через выставленные заслоны и, если понадобится, защитить тебя?

– Я и сам себя могу защитить, – огрызнулся Марсель, уже понимая, что в словах феи есть резон.

– Конечно, и тем самым оповестишь всех о том, что в Пустошь снова явился дракон.

Внезапно воздух неподалеку снова дрогнул, и к ним вышла арахнидка. Молоденькая, красивая и… неуловимо похожая на тех Мар, которых Марселю уже довелось видеть.

– Доброго дня, дракон. Я и есть тот самый свидетель, о котором говорила Дизере, и я искренне хочу, – ее миловидное лицо скривилось в гримасе неприкрытой лютой ненависти, – чтобы Патриарх подох самой страшной смертью, которую только можно представить!