Текст книги ""Фантастика - 2026". Компиляция. Книги 1-46 (СИ)"

Автор книги: Елена Литвиненко

Соавторы: Катерина Цвик,Лия Новикова,Александр Фрост,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 117 (всего у книги 309 страниц)

Пожалуй, стоит признать, что этими слезами я наконец прощалась со своим прошлым: с миром, с бабушкой, с той Лизой, душа которой была полна одиночества и нерастраченной любви. И, поплакав, поняла, что именно сейчас готова сказать девочке Лейле: "Здравствуй, я рада, что мы встретились и надеюсь, что твоя душа обретет истинное счастье в следующем воплощении. А еще, я сделаю все, чтобы твои родные были счастливы и никогда не поняли, какую утрату понесли."

Все это время Малика гладила меня по голове и, похоже тоже плакала. Только вот что выплакивала она? То, что не смогла меня не полюбить или то, что не смотря ни на что в сердце отца всегда будет второй, после моей матери? А может и какие другие свои женские горести? Не знаю...

Наплакавшись, мы некоторое время просто тихо сидели и прижимались друг к дружке, чувствуя опустошение и легкость. Потом Малика вздохнула и сказала:

– А что мы скажем твоему отцу? Если он узнает, что я могла тебя не уберечь...

– А ничего мы ему не скажем. – Также вздохнув, ответила я.

Еще немного помолчав Малика спросила:

– Что с кофю делать будем?

– А кофю, – исковеркала я слово, подражая маме, – я сейчас сварю и вместе со сливочным мармеладом принесу в комнату. А ты пока иди, умойся, да причешись, а то отец непонятно что подумать может.

– А если он спросит как мы догадались как нужно готовить этот кофю? – Немного пришибленно спросила она.

– Тогда мы ответим, что это дело не хитрое, было бы желание разобраться. – Ответила я вставая и осматриваясь в поисках ступки, чтобы размолоть зерна, все-таки кофемолки тут еще не было и в обозримом будущем не предвидится.

– Ну, да... ну, я тогда пойду? – Снова как-то пришибленно сказала она и направилась во двор.

Ступка нашлась на нижней полке и, размолов зерна, я решила, что для первого раза приготовлю классический вариант, то есть без добавления так любимой мной ванили или корицы. Турки конечно в хозяйстве не имелось, да и откуда ж ей было взяться? Поэтому найдя еще одну небольшую кастрюльку сварила кофе в ней, налила в отдельную кружку молоко, чтобы наливали по вкусу и поставила на поднос сахар. Свою же порцию, не удержавшись, выпила сразу, заедая уже застывшим сливочным мармеладом политым карамелью. Кайф! Я была в восторге!

Конечно, для первого раза я сделала не очень крепкий напиток, все-таки я еще ребенок, да и родителям крепкий кофе может не прийтись по душе. Наконец, подхватив поднос с вкусностями, я отправилась в гостиную, где меня уже поджидали.

Малика, увидев нагруженную меня, тут же подскочила и помогла расставить кувшинчик с напитком, кружки и сливочный мармелад. Отец в это время удивленно взирал на совершенно новую для себя картину десерта.

– Что это? Вы меня заинтриговали. – Наконец, улыбнувшись, сказал он.

– О, это новое блюдо Лейлы. Она сделала его сегодня специально для тебя. Даже я его еще не пробовала. – Тут же затараторила мама и попыталась незаметно сделать отцу большие глаза, чтобы он хотя бы сделал вид, что оценил мои кулинарные успехи.

Я же, скрыв улыбку, начала разливать кофе и добавила туда немного молока.

– Что ты делаешь? – Удивившись, воскликнул отец.

– Папа, я же помню, что тебе не совсем понравился кофе,– да, да я сложила два и два и догадалась о каком напитке он мне рассказывал по пути из порта, – поэтому предлагаю попробовать его с молоком. Поверь, так тебе понравится больше. Можно, конечно, и сахар добавить, но с моим сливочным мармеладом лучше все-таки пить так.

Удивившись моему напору, он взял протянутую чашку немного отпил.

– Хм... Так и правда намного лучше. – Задумчиво протянул он.

Мама же к странному напитку притрагиваться не торопилась, поэтому взяла чашку с панна-коттой и нерешительно зачерпнула содержимое маленькой ложечкой.

Стоит отметить, что столовые приборы здесь очень походили на земные, лишь вилка была двузубой. Однако в городе в основном пользовались ложками. Наша же семья хоть и считалась небогатой, но все вышеперечисленное имела и даже больше.

Я решила, что еще от одной порции сладости не откажусь и тоже взяла кружечку.

– А где Мамук? Я думала он уже с вами. – Огляделась я в поисках брата.

Мама с отцом ответили не сразу, увлекшись десертом.

– Мамук? Он куда-то убежал с друзьями. Скоро придет. – Мама смотрела на меня округлившимися глазами и облизывала ложечку. – Лейла, что это?

– Ммм? – Я недоуменно посмотрела на нее.

– Я спрашиваю, что это за рецепт? Откуда ты его узнала? Это же... это же... – И она снова зачерпнула ложечку и отправила в рот прикрыв глаза.

– Я же говорила: сама придумала. – Пожала я плечами, поедая вкуснятинку.

– Лейла, дочка, мама права, у тебя получилось нечто очень вкусное. Я нигде и никогда прежде такого не пробовал. Да и... как ты его назвала... кофю. С молоком и правда вкуснее. – Отец внимательно на меня смотрел и чего-то ждал.

Я же решила косить под дурочку и только недоуменно хлопала глазками. Я знала к чему приведут все эти ниоткуда взявшиеся знания у маленького ребенка, знала... Знала и то, что это только начало. Но сознательно решила приоткрыться. В эту самую минуту решила. Пусть считают меня немного странной, пусть заподозрят непонятно в чем, но этим людям я решила довериться хотя бы немного и надеялась, что они не предадут. Если честно, то мне просто до зубовного скрежета надоело притворяться маленьким ребенком! Да что там притворяться! Просто быть маленьким ребенком! Это хорошо лишь говорить: вот бы опять стать маленькими и не знать ни забот, ни хлопот! А на деле? Да еще в другом мире и с другими устоями? Да еще и с полным отсутствием всего того, что дает современному человеку цивилизация?

Лишь с Мамуком я могла хоть немного быть самой собой, потому что была его старшей сестрой, и какими сестры бывают в пять лет он мог знать только от меня. Дети же постарше на подсознательном уровне чувствовали, что со мной что-то не то и хоть и любили играть в придуманные мною игры и даже тянулись, прислушиваясь к моим словам, но все таки чувствовалась некая внутренняя дистанция, которые мы не могли преодолеть в общении друг с другом. Это с теми кто постарше, для младших же я была маленькой мамочкой. Как меня, кстати, они и называли: Лейла-ма или просто Лейма, ведь к трем годам редко кто имели хорошую дикцию.

Но сейчас не о детях, а о взрослых. Мне катастрофически не хватало нормального общения!

Тем временем, пауза затягивалась и я решила ответить:

– Отец, мама, я никогда раньше с вами об этом не говорила, но... – Я замерла, подбирая и лихорадочно обдумывая слова. На примере Малики я поняла, что врать, привлекая каких-то посторонних людей нельзя, будет только хуже. Поэтому решила положиться на высшее и непознанное. – Но после того, как я выздоровела после той страшной болезни, я стала замечать, что знаю некоторые вещи, которые вроде как и не должна знать. Например как с этим сливочным мармеладом. Я просто знала, что если я сделаю так-то и так-то, то будет именно он.

– И с кофею так же? – После некоторой паузы спросил отец.

Я скосила глаза на Малику и решила, что она меня не спалит и кивнула головой.

– И что еще ты знаешь? – Отец смотрел очень внимательно и, кажется, даже верил.

– Много чего. Просто знание всплывает применительно к чему-то. Например сегодня я захотела удивить тебя чем-то вкусненьким и в голову пришел этот рецепт.

Некоторое время лицо отца было очень серьезным и сосредоточенным, и я даже испугалась. Заметив это, он тепло улыбнулся и сказал:

– Лейла, милая, иди найди Мамука, а то твой мармелад настолько вкусный, что ему может ничего и не достаться, а мы с мамой еще немного здесь посидим.

– Хорошо. – Я неловко спрыгнула с лавки и вышла из комнаты, а потом и из дома.

Крикнув во все горло: – Мамук, ты где? – Я быстренько развернулась и мышкой проскользнула в предусмотрительно приоткрытую дверь обратно в дом и прокралась к занавеси в комнату, где совсем чуть-чуть, стараясь не шевельнуть все полотно, отодвинула тяжелую плотную ткань вбок. ( Примечание: В небогатых домах Эльмирантии дверь как таковая имелась только при входе в жилище. Все остальные помещения отделялись друг от друга различными занавесями.)

Сначала мне показалось, что в комнате никого нет, однако тут кто-то тяжело вздохнул.

– Знаешь, Малика. – Тихий голос отца зазвучал как-то неожиданно и я вздрогнула. – Я никому об этом не рассказывал, но тогда, во время своей болезни Лейла на несколько минут перестала дышать. В тот момент я был рядом с ней. Аврора как раз слегла и попросила меня присмотреть за дочкой. Так вот, в тот момент я понял, что она умерла. – Отец сглотнул слюну и продолжил. – А через несколько минут, она снова вдохнула воздух. Всевышний вернул мне ее. Он знал, что заберет мою Аврору, и если бы ушли они обе, я бы... не пережил. После смерти Авроры только Лейла дала мне силы жить.

–Всевышний? – Откликнулась Малика.

– Да, Малика, больше некому. Только он может забрать и отдать жизнь. Только он.

– Но зачем ты рассказываешь мне это сейчас?

– Понимаешь, мне кажется, что те несколько минут рядом со Всевышним и есть причина того, что сегодня нам поведала Лейла.

– Ты думаешь, что простой рецепт... – Начала Малика, но отец ее прервал.

– Дело не в рецепте! Разве ты не видишь, что Лейла не такая как другие дети? Да, со стороны это не бросается в глаза, но пробуй с ней пообщаться несколько минут без скидки на возраст и...

На несколько минут в комнате повисло молчание.

– Знаешь, Ратмир, возможно ты и прав. Иногда она рассуждает так, будто старше меня. Иногда, глядя на нее, это смотрится смешно, а иногда даже страшно.

Я сидела за занавеской и думала, что полная дура и никакущая актриса. Я-то все это время думала, что вполне профессионально шифруюсь, а вот те на: оказывается все мои потуги ни к чему не привели. Остается только удивляться, как меня до сих пор не приперли к стенке и не задали каких-нибудь неудобных вопросов.

– Ты ее боишься? – Недоверчиво и с какой-то непонятной интонацией спросил отец.

Я услышала, как мама фыркнула.

– Нет, Ратмир, что-ты. Это же Лейла. Ее можно только любить. – А вот это уже было сказано с грустью. – Просто она бывает... – Малика задумалась, подбирая слова. – непонятной, а все, что не понятно пугает. Понимаешь? – Попыталась объяснить она.

– Понимаю, моя сладкая. Понимаю.

Послышались звуки поцелуя и я уже хотела ретироваться, как услышала:

– Что будем делать?

– А что мы будем делать? – Деланно удивился отец. – Будем и дальше жить.

– Но ведь ее необычность скоро заметим не только мы.

На несколько минут снова наступила тишина.

– Ты права, Малика, я подумаю над этим вопросом... Чуть позже.

После чего послышался звук поцелуя и сминаемой одежды. Дальше я слушать не стала, потому что молодые люди явно занялись вещами не предназначенными для чужих ушей.

Несколько дней пролетело незаметно и я почти забыла о странных слова отца о больших переменах, сказанных по приезду. Однако, вечером третьего дня он вернулся со встречи со своими компаньонами какой-то взъерошенный и на взводе. Я видела, что он о чем-то усиленно размышляет и надеялась, что позже он решит поделиться своими мыслями с Маликой, а я смогу это услышать. Почему-то мне казалось, что это его состояние как раз и связано с этими самыми переменами. Обсуждать их со мной, девочкой пяти лет отроду, никто конечно не собирался.

Наконец, мама уложила нас спать и отправилась к отцу. Еще с полгода нам c Мамуком будет не зазорно спать в одной комнате, но потом его придется переселять в другую. Пока же это очень удобно, потому что он спит беспокойно, часто раскрывается и замерзает, а я за ним приглядываю. Я с трудом дождалась, когда Мамук заснет и прокралась к родительской комнате. Там уже шла беседа и, присобрав ткань занавеси, я прислушалась.

– Ратмир, но ты же только приехал! – Услышала я возмущенный шепот Малики, громко разговаривать она не решалась, чтобы не услышали мы, дети.

– Сладкая моя, сейчас решается слишком многое. Я же объяснил, нам очень нужны деньги!

– Не нужны нам эти деньги! Подумаешь, ну не влезем мы в очередную авантюру твоих дружков, и слава Всевышнему! Зато будем видеть тебя дома, а не мечтать каждый день о встрече!

На самом деле "дружки", как их назвала Малика, были взрослыми дядьками, чуть ли не в два раза старше самого отца. Стоит также отметить, что сама история их знакомства и сотрудничества, как для меня, шита белыми нитками, но я не исключаю, что просто чего-то не знаю. Все-таки при жене и детях рассказывается и обсуждается отнюдь не все.

Так вот, около шести лет назад отец с матерью и старым рабом Киримом прибыли из Турании в Эльмирантию, чтобы поселиться в небольшом приморском городе Шалем. Отцу тогда было восемнадцать, матери – пятнадцать. Согласно официальной версии, благодаря хорошему образованию, отец смог устроиться к одному из местных купцов помощников. Однако, довольно скоро смог уйти от купца и основать свое небольшое дело, а затем и разбогатеть настолько, что договорился с этим самым купцом и еще двумя другими представителями купеческой братии о совместной доле в корабле, предназначенном для далеких морских путешествий. И путешествия эти планировались не в ближайшую Тализию, а в далекую и полную новых товаров и рынков сбыта Туранию. Но это по официальной версии, а как мне кажется, все не так просто. Но, опять же, для более развернутых рассуждений у меня не хватает данных.

Задумавшись, я чуть не пропустила продолжение беседы.

– Малика, ты не понимаешь, совсем скоро сюда введут целый гарнизон, будет строится крепость и расширяться порт, а главное, об этом проекте еще почти никто не знает! Если мы сможет хотя бы немного поучаствовать в становлении города, то это даст большие дивиденды, а для это нужны деньги!

– Ратмир, но ты же говорил, что у нас уже достаточно денег, чтобы купить новый дом! Давай мы откроем рядом небольшую лавку, где и будем продавать привозимые товары, как делают твои партнеры. Ты же только мотаешься по морю, чтобы продать им товар и снова уплыть от нас!

– Малика, все не совсем так, да и у меня были определенные договоренности с ними. Сейчас же перед нами открываются совсем новые перспективы и возможности. Просто поверь мне!

Мама всхлипнула и сказала:

– Ратмир, я лишь хочу сказать, что люблю тебя и хочу, чтобы ты был рядом. А ты и недели дома не пробыв, снова уплываешь на полтора месяца.

– Сладкая моя, обещаю, в следующий раз я пробуду дома настолько долго, что ты от меня устанешь. – С улыбкой в голосе проговорил он. – К тому же, я решил, что мы не будем покупать дом.

– Как? – Тут же встрепенулась и расстроенно забормотала девушка. – Почему?

– Успокойся, Малика. – Со смешком проговорил отец. – И не надо так на меня смотреть! Дослушай! Я решил, что мы не купим, а построим себе новый дом. Сегодня я ездил в мэрию и выкупил довольно большой участок за городом.

Встрепенувшаяся было мама, снова погрустнела.

– За городом? Но ведь это за стеной, разве это не опасно?

– Сладкая моя, если все то, о чем мне удалось узнать правда, то вскоре наш новый дом может стать чуть ли ни центром города, а стену? Стену в любом случае будут переносить. Неужели ты думаешь, что с военной точки зрения то, что ты называешь стеной, способно хоть кого-то остановить? Это скорее декоративное сооружение, чем военное. Эльмирантия слишком давно не воевала с Фаргоцией. Наш Шалем защищен от нее горами, да и соседи из Имитана не дают ей расслабиться. – А потом добавил, скорее даже для себя, а не для жены. – Но на долго ли хватит этого мира?

– Ты думаешь, может быть война? – Испуганно вскрикнула Малика и тут же себя одернула и заговорила шепотом. – Неужели военных собираются вводить не зря?

Отец тут же понял свою оплошность и успокаивающе заговорил.

– Ну что ты, сладкая! Никаких войн не будет, это лишь мои глупые мысли вслух. Военный контингент вводят вовсе не для этого. Просто Король решил укрепить свои позиции с Тализией. Есть сведения, что он собирается выдать свою третью дочь за сына тализийского короля. За этим воспоследует развитие экономических отношений, которые ранее с поразительным успехом спустил в помойную яму наш предыдущий посол. И как следствие, нужен хороший порт. А наш Шалем как раз и является самой удобной и близкой точкой.

Конечно, я могла только слышать, однако, как наяву видела, как Малика завороженно смотрит на мужа и, понимая через третье на десятое, кивает головой, соглашаясь с ним. Не скажу, что малика совсем дура, просто она была простой девушкой, которую и грамоте-то обучал сам Ратмир, хотя много она уже успела от него нахвататься. Но образования, достаточного для того, чтобы понять некоторые вещи и термины у нее просто не было. Ну не принято тут обучать девочек наукам. Возможно, в больших городах, у богатых родителей все иначе, но Малика-то дочь обычного рыбака. Я подозреваю, что отец и женился-то на ней лишь для того, чтобы было с кем меня оставить, пока он находится в отъездах, а выбор пал на девушку потому, что она, оказалась почти в таких же обстоятельствах как и он: одна, с ребенком на руках. Ее муж однажды просто не успел вернулся перед штормом в гавань. Через несколько дней его лодку прибило к берегу, мужчины там не было.

– Это хорошо и ты, наверное, во всем прав, но я так не хочу тебя отпускать. – Малика немного посопела и тихо-тихо, почти на грани моего восприятия сказала. – Ратмир, я беременна, уже почти три месяца.

Несколько секунда в комнате стояла полная тишина, а потом, судя по звуку, отец ее обнял, поцеловал и сказал:

– Сладкая моя, я очень рад! Все будет хорошо, поверь мне. Нужно лишь немножко подождать.

Снова звук влажных поцелуев, тихий стон Малики и громкое сбивчивое дыхание.

– М-да, пожалуй, мне пора. – Пробормотала я, и не таясь пошла спать.

Однако, легко заснуть мне не удалось. Опережая друг друга, в голове крутились мысли, и я ощущала, будто стою на пороге больших перемен. Это радовало и страшило одновременно, ведь за два года я уже привыкла к спокойной и размеренной жизни небольшого приморского городка. Однако, мне безумно, до чертиков хотелось этих перемен!

Глава 3

– Лягушка, лягушка!!! – Уперев руки в бока, кривлялась Рунира, стоя недалека от дома папиного партнера, куда он ушел еще с утра.

– Эй, лягушка, прыгай к малышне, чего тут забыла! – Вторила ей Маниша.

– Нечего тут своими лупалками лупать! И рот закрой, а то вон какой большой да длинный. Может у тебя еще и язык зеленый да раздвоенный. – Ядовито припечатала Ануша.

– Я то свой закрою, Ануша, а твой закрывай не закрывай, а ядом все равно капать будет. – Ответила я и побежала вдоль по улице, скрываясь от мести "взрослых" девочек.

Эти дурынды уже неделю как достают меня со своей "лягушкой". Будь я действительно пятилетней девочкой, так наверное до слез бы расстраивалась, а так все вижу и понимаю. Просто я не такая как они: у меня светлые волосы, а не темные, глаза голубые, а не карие, даже черты лица другие, не такие. Я вообще получилась, как говорит отец и Малика, вылитая мать, лишь разрез глаз был отцовским, немного вытянутым к вискам. Да и мальчишки, даже те что постарше, не брезгуют со мной играть. Не поверите, но мне иногда, как в детстве хочется просто попрыгать в классики, которые я, кстати, местной малышне и показала, поиграть в догонялки и просто пообщаться с детьми. Может так тело детское дает о себе знать, а может и не реализованный материнский инстинкт... Н-да, даже не знаю какой вариант предпочесть... Поэтому стараюсь вообще по этому поводу не загоняться, к тому же эти желания вполне способствуют поддержанию детского образа, что в моем случае тоже немаловажно.

Но блин, как же не вовремя эти дурынды нарисовались. Я хотела перехватить отца и поговорить с ним без свидетелей. Уже завтра он снова отбывает в Туранию и застать его одного практически невыполнимая задача.

Оглянувшись, я увидела, что девочки за мной не гонятся и замедлила шаг, постепенно останавливаясь. Может здесь обождать? Я огляделась. Нееет, не получится, здесь тетка Майла живет, склочная и жадная бабенка. Как ее только муж терпит? Так вот, эта обязательно свой нос сунет и поинтересуется чего это я тут делаю.

– Лейла! – Услышав окрик, я обернулась.

Навстречу мне шел Малик, младший сын Алназа, того самого папиного партнера. Ему уже было десять и он считал себя жутко взрослым и умным. А еще любил меня немного позадирать, от чего в моих глазах был персоной не очень желательной к общению.

– Чего ты тут делаешь? Отца ищешь что ли? – Тут же задал он мне вопрос.

– Угу. – Ответила я, глядя немного исподлобья.

– Так чего ж назад повернула? Твой отец уже скоро уходить собирается, могла бы немного подождать.

– Анушу видел? – Недовольно спросила я, на что мальчик кивнул головой. – Вот потому и не дошла.

– А, слышал, эта самка скунса тебя лягушкой обзывает.

Я на это лишь фыркнула и отвернулась, решая сразу уйти или все же пробить оборону Ануши и пройти к отцу. Слушать оскорбления еще и от этого мальчишки желания как-то не было совсем. Однако, его следующие слова меня изрядно удивили.

– Послушай, Лейла, ты ее не слушай. Ты вовсе не похожа на лягушку.

Мои брови поползли вверх и, обернувшись, я не нашла ничего лучше как ответить:

– Я знаю.

– Ну и хорошо! – Натянул улыбку мальчишка. Пойдем, я отведу тебя к отцу.

– Пойдем. – Все так же под впечатлением ответила я и пошла за ним следом.

"Это что же такое случилось, что Малик решил позаботиться о моем душевном здравии?"

Однако, через пару шагов все эти мысли вымело из головы, потому что навстречу уже шел мой отец. Ему давно нужно было бы лошадку прикупить и на ней ездить, только он говорит, что дома находится слишком мало, а содержание лошади дорого, к тому же наш городишко совсем маленький, чего мол здесь на лошади разъезжать. На это я могла бы ответить, что все его так называемые партнеры как раз на лошадках или в возках и ездят, однако понимала, что все это отец делает лишь в целях экономии, которая, как он нас всех уверял совсем скоро закончится. И я ему верила.

Распрощавшись с Маликом, мы пошли вдоль улицы. Некоторое время шли молча, а потом отец сказал.

– А пошли я тебе покажу место, которое вчера для дома выкупил.

Я взвизгнула и полезла к нему обниматься, сверкая от счастья и делая вид, что совершенно не в курсе этой новости.

– Неужели! У нас будет свой дом! Отец!

– Не кричи, а то вся улица сбежится. – Улыбаясь, он подхватил меня на руки. – Я же вам с мамой уже давно обещал, вот и пришло время.

– А где это место? Я думала ты купишь уже готовый дом.

Он как-то так улыбнулся, будто заглядывал внутрь себя, вспоминая или представляя нечто давно лелеемое.

– Понимаешь, сердечко, здесь просто нет такого дома, о котором я мечтаю для своей семьи.

Я немного подумала и согласилась:

– Да, дома мечты я в Шалеме тоже не наблюдаю. – А потом глянула на посмурневшего отца и затараторила. – Но не подумай! Мне наш домик тоже нравится! Пусть он маленький, но крепкий и уютный, да и двор имеется довольно большой.

Отец снова улыбнулся, только уже другой грустной улыбкой.

– Не надо, сердечко, не оправдывайся, я и сам знаю все гораздо лучше тебя. Мы бы уже давно могли переехать в более удобный и большой дом, но... Понимаешь... – отец замялся. – В этом доме мы с Авророй провели свои самые счастливые дни и именно там ее не стало, сердечко. Это место как маяк держит мою душу и не отпускает.

Я затихла и лишь тихо поглаживала его по плечу и прижималась своей щекой к его. Таким откровенным он со мной еще ни разу не был.

– Но как же тогда мы... – Все же решилась задать вопрос я.

– Как мы переедем? – Уточнил он.

Я мотнула головой в знак согласия.

– Когда-то давно, когда мы только приехали сюда, мы с твоей матерью строили много планов, в том числе и о новом доме для нашей будущей большой семьи. – Грустно, но как-то светло вспоминал он. Видимо, уже перегорел и печаль перестала висеть темным облаком на его душе. – Так вот, мы выбрали место, и сейчас я тебе его покажу.

Я и не заметила, как мы прошли по улице города и вышли за его пределы. Весна... Разнотравье радовало глаз, легкий ветер колыхал наши волосы и приносил умопомрачительные запахи цветов, где-то впереди горы плавали в белой дымке облаков, а сбоку плескалось море. Как же здесь все-таки красиво!

Соглашаясь с моими мыслями, отец произнес:

– Удивительно красивое место. Однако глушь глушью. А ведь я хотел бы чтобы ты росла совсем в другом месте.

– Не говори так, отец! – Тут же отозвалась я, заглядывая ему в глаза и слезая с его рук. Все это время он нес меня и уже порядком устал. – Дети как раз и должны расти вот в таких вот красивых местах. Но в одном ты прав.

Отец немного удивился и посмотрел на меня, понукая продолжить мысль.

– Кое-что нужно изменить.

Отец продолжал смотреть на меня с прежним непониманием.

– Мне нужен учитель. – Наконец выдала я то, ради чего я и хотела поговорить с ним наедине.

Эту мысль я вынашивала уже довольно давно. Я попала в этот мир со своими знаниями, но вот элементарных знаний этого у меня не было. Тот же язык я выучила сама, однако письмо, географию, да даже элементарное написание цифр в математике я не знала, и никто не торопился мне все это разъяснять. Во-первых, на это взрослым нужно было затратить время, во-вторых, никто в этой глуши не собирался тратить время на девочку, повторюсь, может в богатых семьях девочкам и давали какое-то образование, но я этого не знала, и в-третьих, я была слишком мала в глазах всех тех, кто меня окружал. Все, что за это время я узнала об окружающем меня мире, было изучено эмпирическим путем или же со слов и рассказов взрослых.

Пока я знала, что живу в маленьком приморском городке Шалеме в государстве Эльмирантия, которым правил Король. Именно так Король с большой буквы, потому как имени его здесь никто не произносил. Однажды, ради интереса, я даже поинтересовалась как его зовут. На что на меня посмотрели как на дурочку и сказали: – Ну, Король и есть Король. – После чего отвернулись и пошли по своим делам. И дело было даже не в том, что никого не интересовало его имя, а в том, что для этого городка Король был фигурой на столько далекой и почти сказочной, что имел смысл только его титул, а имя... Имя у Короля может и поменяться, в смысле сама персона смениться, но вот титул – это навечно. И таких нюансов был воз и маленькая тележка. Отец, пожалуй знал гораздо больше, но у него просто не было времени удовлетворять мое любопытство.

Так, что еще знаю о мире вокруг... С юга Эльмирантия граничит с Фаргоцией, которая находится к нам совсем близко, но отделена практически не проходимыми горами, отчего наш почти приграничный город уже лет сто живет в полной безопасности. По морю им к нам тоже подходить не удобно, из-за тех же горных массивов. Этой стране вообще с выходом к морю не очень повезло: он у них один, имеется ввиду пригодный к эксплуатации, и довольно далеко от нас. С кем мы граничим по остальным направлениям я пока не выяснила, так как это далеко, а для местных то, что по их мнению далеко, почти не существует. Знаю еще, что есть еще два материка: один, на котором находится Тализии и другой, на котором находится Турания и Фархат. И знаю я это лишь потому, что туда ездил торговать отец.

Задумавшись обо всем этом, я даже не сразу сообразила, что отец молчит. Лицо же мужчины все это время претерпевало некоторые изменения. Сначала оно вытянулось, потом приобрело задумчивое выражение, потом заинтересованное, а через некоторое время он произнес:

– И что же ты хочешь, чтобы он тебе преподавал?

Я тяжело вздохнула и ответила:

– Все, отец.

– Лейла, – укоризненно произнес отец, – все не может знать ни один человек в мире.

Я задумалась. И, правда, как-то я не правильно сформулировала запрос.

– Извини, отец, ты прав. Я хочу, чтобы этот человек смог рассказать мне о мире, каким он был, каким стал сейчас, научил читать и писать. Не знаю, что еще обычно изучают?

Отец смотрел на меня большими глазами и ответил не сразу.

– Ты знаешь, сердечко. Обычно, всему этому обучают мальчиков, ну, еще может разбираться в небесных светилах, языкам и военному делу. И то в довольно обеспеченных семьях.

– А чему тогда обучают девочек? – Замечание про обеспеченность я пока решила опустить.

– Девочек? Девочек обычно обучают готовить, вести дом, танцевать. Не знаю... может еще играть на инструментах. Я особо не интересовался.

– А что, читать и писать их тоже не обучают? – Искренне удивилась я.

– Кого-то, наверное, обучают. – В голосе отца чувствовалась некая неуверенность.

– Неужели ты не знаешь ни одной такой женщины.

Мужчина задумался.

– Ну почему же, знаю. – Наконец, ответил отец. – Твоя мать умела.

– Вот и я хочу уметь. – Тут же откликнулась я.

Он немного пожевал губами и очень тихо произнес:

–Местные могут не понять...

– Местным, можно будет рассказать, что в Турании, так обучают всех более-менее обеспеченных девочек, и ты решил блюсти законы своей бывшей родины.

– Но ведь это не так.

– А кто об этом знает? Или там кто-то кроме тебя жил?

– Не жил. – Подтвердил отец. – Но Лейла, очень скоро ты вырастешь и тебе нужно будет выходить замуж, а мужчины не любят, когда женщины умнее них.

–Пф! – Тут же фыркнула я. – Вот куда я не тороплюсь.

Отец по доброму снисходительно улыбнулся и сказал:

– Просто ты еще маленькая, мое сердечко, и я об этом в последнее время частенько забываю.

– Все равно, отец, если на то будет воля Всевышнего, то мой будущий муж полюбит меня и умной. Да и умная женщина всегда сможет прикинуться дурочкой, будь на то ее желание. А вот наоборот, к сожалению, гораздо сложнее.

На это заявление отец расхохотался.

– Знаешь, а ведь сегодня Алназ пытался сосватать тебя за Малика. Но чуют мои пятки, что если он узнает про учителя, то в следующий раз хорошенько подумает над своим предложением.

– Меня сватали? За Малика? – Удивилась я.

Нет, я знала, что детей могут сосватать в любом возрасте. Только вот поженятся они все равно не раньше положенного срока, но все равно!

– Отец, надеюсь, ты не согласился! – Испуганно воскликнула я. То-то этот хамоватый зазнайка был сегодня на себя не похож. Видимо решил, что не резон будущей жене быть лягушкой.

– Конечно, нет! – Усмехнулся отец и потрепал меня по макушке. – Кто же соглашается на первое предложение? К тому же, я почти уверен, что как минимум парочка принцев еще будет стоять к тебе в очередь на замужество.

Тут уж мы расхохотались оба.

– Отец, так что ты решил насчет учителя? – Отсмеявшись и посерьезнев вернулась я к волновавшему меня вопросу.

– Учителя дороги... Но я попробую решить эту проблему. В любом случае, сердечко, я тебя услышал.